Текст книги ""Фантастика 2024-23".Компиляция. Книги 1-20 (СИ)"

Автор книги: Илья Рясной

– На занятиях у вас получалось лучше, кадет… – он как будто хотел что-то добавить, но в последний момент передумал. Или не смог?

Мне очень хотелось заметить, что на занятиях не присутствовал глава, как это было сейчас, но пришлось сдержаться.

– И все же "отлично". У вас очевидный прогресс, старшая, – вынес вердикт Грин.

Я выдохнула с облегчением, но потом вспомнила про наблюдающего, и выпрямилась, осторожно глянув в его сторону. По всем законам мне следовало выйти из аудитории и оставить остальных томиться в ожидании своей очереди, но уж слишком внимательно следил за каждым моим движением лис. Он напоминал мне хищника, что оценивает добычу: стоит она охоты или нет.

– Пойдем, Летиция, нужно решить несколько вопросов, – хрипло произнес Алис, после чего отлип от стены и отправился на выход. – Спокойного экзамена, профессор.

А как же Пестрая? А как же поиски? Неужели все это перестало его волновать, потому что он уже нашел то, что искал?

Я непроизвольно провела ладонью по шее, пытаясь одновременно сглотнуть ком и поспеть за главой. Мы дошли до левого крыла, миновав лестницу, после чего вышли на улицу через боковой вход и направились через сад в самую его гущу. Миновав не меньше пятисот метров, мы вышли к открытой полянке и домику посреди нее. Алис открыл дверь одним уверенным движением, как сделал бы хозяин, и вошел внутрь.

Снаружи здание было каменным и покрытым плющем примерно на две трети, поэтому крышу сложно было рассмотреть, но по форме она напоминала двускатную с небольшой плоскостью сверху. Двух этажей у дома точно не было, но какие-то помещения на чердаке были. Об этом говорило окно под самой крышей и ее высота.

– Поговорим здесь, мне нужно привести себя в порядок, – бросил лис через плечо и скрылся в глубине дома, оставив дверь открытой.

"Что это, если не приглашение," – подумала я, и шагнула внутрь. В помещении было светло, но не ярко, и пространство наполнял травяной запах вперемешку с железом, что удивило меня. Я стояла посреди большой комнаты, что включала в себя кухню, небольшую гостиную с двумя креслами и прихожую. Камин же здесь располагался по центру, чтобы огонь можно было наблюдать как из кухни, так и из гостиной. Самого хозяина я не наблюдала.

Прошло около десяти минут, прежде чем я услышала шаги и обратила внимание на лестницу у дальней стены. По ней спускался Алис в одних штанах, босиком и с полотенцем в руках. На его груди, руках и лице все еще виднелись капли воды, которые мужчина не спешил убирать. Захотелось закрыть глаза чтобы откровенно не пялиться. Сложно устоять от соблазна поглазеть, когда такое тело стоит перед тобой по пояс обнаженное. Накачанное, смуглое, стройное и в меру рельефное.

Глава начал приближаться ко мне, а я попятилась. Когда попой наткнулась на край стола, а бедром на спинку стула, то вынуждено замерла.

Он меня убить хочет или соблазнить? Или все вместе?

Ответа я не получила. Алис наклонился, протянул руку за мою спину, упираясь ладонью в стол, и замер. Его подбородок перед моими глазами, влажная кожа почти вплотную к моей, теплое дыхание касается лба и макушки. И тут он начал склоняться ко мне, опуская голову ниже и ниже! Когда его губы оказались на уровне моих и с глухим звуком разомкнулись, кажется, я словила микроинфаркт.

Что же этот лисяра творит?!

***

– У нас последний шанс, прижать Пеструю, – выдохнул глава, обдавая меня легким потоком воздуха.

Честно, я не сразу поняла, о чем он. Как-то близость опасного и, чего греха таить, соблазнительного мужчины не располагала к мыслительной деятельности.

– Что? – как же я ненавидела себя в этот момент. Растерялась от страха и близости какого-то лиса, как малолетняя школьница!

Алис хитро улыбнулся и отстранился, убирая руку, которая почти опоясала меня. И вот в этой самой руке блеснул зеленым камень. Кристалл земли, не иначе. В отличие от наших, огненных, они были не красными, а зелеными или коричневыми.

– С помощью метки, – он удерживал камень на уровне моего лица лишь пальцами. Длинными и загрубевшими. – Ты подашь мне сигнал, когда Пестрая будет сдавать экзамен по боевке. В этот раз ей точно не сдать!

И вот сексуальный образ Алиса резко преобразился в мстительный, противный и так ненавистный мне.

И это из-за его близости мне отказала речь? Да вы, должно быть, издеваетесь! Самый обычный, среднестатистический, вредный, наглый, мстительный лисяра! Ничего святого!

– Слушаюсь, – через еле сдерживаемое раздражение и гнев, я взяла из рук главы кристалл, спрятав в кармане штанов. – Пестрая завалит экзамены, зуб даю!

Да я сдам эту чертову боевку, даже если мне придется уложить на лопатки самого мастера Серого! А потом громко рассмеюсь в лицо этому наглому лису!

– Отлично, тогда можешь быть свободна. Мне нужно отдохнуть с дороги. И так потратил на все это полчаса сна, – и он махнул в мою сторону рукой.

Это он меня сейчас назвал "все это"? Конечно, в основном имелась в виду Пестрая, но вот слова неожиданно задели. Как же хотелось сейчас душить и пинать, но силы были явно не равны. Придержу выработанный рядом с лисом рефлекс "душить" до лучших времен.

***

Я была зла. Нет, я была в ярости и полной решимости раскатать на экзамене того несчастного, что попадется мне в пару. Мила мою кровожадность поддерживала между походами на свидания с поклонниками и сном, поэтому взялась тренировать меня по вечерам. Естественно, ее я победить не могла, но умения мои возрастали с каждым днем. Это радовало, так как на все про все у меня была только неделя. Когда быть моим учителем у кошки не получалось, я вытаскивала на берег озера Харитиона. Дракон тоже был хорош, но, в отличие от Снежной, не владел приемами борьбы с превосходящим по размерам и силе противником. Пантера в этом была одна из лучших не только из-за мнимого хрупкого телосложения, но и врожденной гибкости. Хорошим вариантом был и Блейк, но этого на спарринг можно было вытащить только взамен наказания. Ему хоть и нравилось возить меня лицом по земле, но вот придаваться праздности все же больше. Кошки, что с них взять. И все равно мне не хватало практики.

К моему удивлению, мне пришла на помощь Кашевая. Миниатюрная эльфийка предложила научить меня болевым приемам и открыть несколько точек, которыми она выводила своих противников из строя на раз-два. Всего за два месяца бесплатного пользования "Летисетью" меня тренировали теперь и по ночам.

– Если бы можно было использовать лук, – тяжело вздохнула, и сморщилась, когда Ноли обрабатывала мои раны. – Тебе не обязательно дожидаться моего возвращения с тренировки, чтобы помочь. Это можно сделать и утром. Лучше бы спала, – пробурчала я от неловкости, что элементаль вынуждена мазать меня мазью в четыре утра.

– Глупости какие! Я ваша помощница, принцесса. Какие еще нужны аргументы, – тут же привычно ответила женщина.

– Ты мне друг, Магнолия. Титулы и положение остались за пределами этой горы, – пояснила уже в который раз.

– Но мы выйдем в свет снова. Ничего не изменилось, – настаивала на своем элементаль.

– Упрямая. Неизвестно, что вообще с нами будет.

На это она ничего не ответила, но вот другие мысли у нее были.

– А зачем вам лук? Вы разве умеете с ним обращаться?

Точно, моя компаньонка не знает, что шаманка из племени лис научила меня обращаться с этим видом оружия. Да и о моем фееричном выступлении на церимонии поступления ничего не слышалв. Я думала, стоит ли говорить, но потом поняла, что все и так об этом осведомлены.

– Научилась. Даже случайно создала огненную стрелу и чуть не разнесла церемониальный зал, – я хихикнула, вспоминая лицо оракула, которая за минуту до выстрела назвала меня пустышкой. Это выражение полнейшего ужаса и не полностью осознанного облегчения не забыть.

– Вы сами смогли призвать огонь? – неожиданно Ноли замерла и нехорошо поджала губы. На меня она не смотрела.

– Эм, да…

– И он сформировался в стрелу? – она говорила как никогда холодно.

– Да, – мне стало не по себе.

– Это не очень хорошо, моя госпожа, – наконец, она выдохнула и подняла на меня свои уставшие, слегка покрасневшие глаза. Все она была на половину человеком.

– Почему?

– Этот огонь не имеет ничего общего с магией. Это пламя вашей души, принцесса, – Магнолия не сразу продолжила, но потом все же решилась. – Каждый раз, призывая подобный огонь, вы истощаете душу. Это делает вас слабее, а под конец убивает.

– Совсем? – я передернула плечами.

– Вы перерождаетесь. Я имею в виду фениксы. Вот только каждая новая жизнь удлиняет процесс взросления, – она взяла меня за руки и начала по-матеиински их поглаживать. – Вы не умирали еще, поэтому не знаете, но обычно после возрождения феникс приходит в этот мир из пепла младенцем. Всего каких-то две-три недели, и вы достигаете возраста, в котором умерли.

Я не стала уточнять, что первая смерть состоялась три месяца назад. Перебивать не хотелось, нужно было внимать, пока рассказывали. Я все еще считала Магнолию шпионом отца, но также я видела, что женщина искренне заботится обо мне. Пока она считает меня наивной пташкой, проблем быть не должно.

– К третей жизни процесс затягивается уже на год. К десятой на полвека. К пятнадцатой – тысячелетие, – она грустно улыбнулась мне, и я увидела внутри этих рыжих глаз боль.

Она видела такого ребенка, которому ожидать взросления тысячи лет. Неужели кроме меня есть еще живые фениксы?

Я не стала высказывать эту мысль, как и не продолжила разговор. Стоило подумать обо всем, что я услышала.

Вот тебе и вечная жизнь. Даже тут цена огромна и чудовищна.

***

Наступил день экзамена по боевыми искусствам. И если раньше я нервничала, переживала и с ужасом ожидала появления главы академии, то сегодня я-таки жаждала видеть его лицо. Злость на лиса настолько придавала мне сил, что я готова была раскать любого, кто встанет напротив меня. Особенно я злорадствовала от того, что сдавали мы все одновременно. Десять против десяти и я против мастера Серого. А ведь была надежда, что волк выберет в пару Снежную, все-таки она его любимая ученица, но нет, решил попинать меня.

Однако, несмотря на то, что к концу экзамена я буду выпотрошенной котлетой, настроение было выше среднего. Я сжала кристалл в кармане, призывая кару небесную на голову такой загадочной Пестрой и принялась ждать. Похоже, я уже начала воспринимать ненавидимую лисом принцессу как отдельную личность. Так и до раздвоения недолго.

Бои начались одновременно, а вот закончились в разное время. Когда оборотень отправил меня глотать пыль полигона в первый раз, а это минута от начала спарринга, от здания академии отделилась мощная фигура с чудовищной аурой. Конечно, Алис не бежал, по статусу не положено, но шаг его был стремителен и широк. У меня даже ушибленный бок перестал так сильно болеть. Все тело напряглось в ожидании.

– Чего разлеглась, старшая? У нас с тобой еще целых полчаса, – и оборотень оскалился, наступая.

– Дайте отдышаться, – прохрипела, все-таки дыхалку он мне сбил.

– В лазарете надышишся! У убийцы тоже будешь минутку на отдых просить? А, Пестрая? – и удар пяткой пришелся ровно между моих вовремя расставленных ног. Будь я мальчишкой, словила бы инфаркт, а так хмыкнула, перекатилась на живот и быстро поднялась.

– Уже лучше. Если за тридцать минут будет меньше тридцати твоих поражений, поставлю отлично, – усмехнулся мастер, и начал наступать.

– А если за мной будет хоть одна победа? – я уклонялась и старалась держать расстояние между нами. Все нужно было продержаться эти полчаса, а не уплыть в обморок и провалить экзамен. Противник попался мне самый худший из возможных.

– Такая большая, а все еще веришь в чудеса, – съязвил волк и провел захват. Я чудом выскользнула из его крепких лапищ, почти потеряв леву руку. Потянула, но хоть не сломала. Голову смогу прикрыть, а это самое главное. Одной рукой особо не защитишься, поэтому вне сомнений меня отправили бы с сотрясением в нокаут сразу же, как только появилась брешь.

– Я буду верить хоть в силу мыслей, если это мне поможет, – честно призналась, и отразила удар по бедру. Было бы очень больно, если бы он попал.

– Хорошо. Если хоть раз уложишь меня на лопатки, сразу "отлично" в зачетку, – я снова извернулась и ушла от удара в лицо. – А это еще никому из кадетов не удавалось. – И самоуверенная ухмылка заняла свое место на грубоватом, но мужественном лице.

Однако не успела я порадоваться своей проворности, Серый схватил меня за руку, дернул и перекинул через себя. Очухаться времени не было, мастер сразу провел болевой захват моей ноги. Сдалась мгновенно, еще до того, как стало действительно больно. Лучше не терять ногу в самом начале экзамена, иначе мне крышка.

– Быстро соображаешь, – похвалил волк, но отпустить меня не успел. К нам подлетел лис и зашипел исключительно в сторону преподавателя:

– Ты что твориш-шь? Решил мне лучшую старшую погубить? – глаза горят, пот на висках блестит, грудь часто вздымается – да он никак за меня переживает!

– Расслабься, на своих двоих отсюда уйдет, если не будет ворон считать, – спокойно ответил оборотень, отпуская мою ногу и вставая с земли. – А ты чего пришел? Неужто свою старосту спасать?

И так это было сказано, что только глухой не понял подтекста вопроса. Но самое интересное, что Алис не стал злиться, оправдываться или что-то отрицать. Он в очередной раз меня удивил.

– Она должна быть сегодня вечером у меня на собрании. Целая, невредимая и стоять самостоятельно, – лисий прищур выражал предупреждение, ошибиться было невозможно.

Неужели я и правда стала такой ценной старшей? Здравая часть меня подсказывала: черта с два! За этой заботой крылось что-то иное, пока непонятное. Возможно, симпатия и дружеский интерес.

– Лучше возьмись за Пеструю. Буду только рад, если ее у несут отсюда навсегда, – и вот прекрасное лицо изуродовал оскал. До чего же противный лис. – Пусть она завалит экзамен, Ленни.

О, а я и не знала, что грозного волка зовут таким милым именем, как Ленни. Какая прелесть. Все мысли о собственном имени выдал сморщенный нос оборотня, но замешательство никуда не исчезло. Серый никак не мог понять, почему один и тот же человек с разницей в минуту просит его "помиловать", а потом "казнить" одну и ту же девчонку.

– Ты уверен насчет Пестрой? – он скосил взгляд на меня.

– Полностью. Она должна вылететь из академии! – твердый ответ, ни малейших колебаний. У меня даже холодок по спине пробежал в очередной раз.

– И при этом старшая должна быть цела, здорова и сегодня у тебя в кабинете? – у мастера шестеренки в голове вращались со скрипом. Озадаченность – никогда не ожидала увидеть ее на лице волка.

– Ты что, с утра пил? – с подозрением уточнил лис. – Я же четко тебе все объяснил! Старшей "отлично", а Пестрой критично.

И вот тут Серый потерял связь с реальностью. Он глупо переводил взгляд с главы на меня и обратно, силясь что-то сказать, но у него никак не получалось. Он даже схватился за горло и попытался его растереть, но это, видимо, не помогло. Губы двигались, звук не выходил.

– Да она же здесь! – наконец, выдал оборотень.

– Кто? – закономерное от Алиса.

– Пестрая!

– Где?! – рык, полный кровожадного предвкушения.

– Да прямо зде… Хрясь! Бам! Бдыщ!

Хук с правой, по печени ногой с левой, подсечка и бросок. У меня, в отличие от мастера, не было столько сил, чтобы придержать тушу и смягчить падение, поэтому хряпнулся наш Серый со всего маху и не только спиной, но и головой.

– Одна победа! "Отлично" в зачет! – громко выкрикнула, после чего быстрым шагом направилась прочь с полигона. Пора было уносить ноги.

– Я же говорил, сразу ставь высший бал. Теперь у нее не только отметка, но и твоя гордость, – Алис откровенно подшучивали над своим подчиненным, и, кажется, другом.

– Пестрая! – взревел оборотень, когда смог снова хорошенько вдохнуть, вот только я уже успела скрыться из виду, пусть все еще слышала его.

– Где? – естественно, это лис.

– Ушла!

– Да когда только успела? Вот чертова принцесска! Что за магия ее защищает?! – рычал глава, но уже далеко не так яростно, как в самом начале. Неужели моя выходка и положительная отметка подняли ему настроение?

Эх, главное теперь не наткнуться на мастера Серого во время практики и молиться, чтобы его память была до отвратительного короткой.

Глава 22. Осторожно, зуб!

После знаменательного собрания в честь окончания промежуточной сессии, меня, уже по традиции, попросили остаться. Нирай загадочно на меня посмотрел, потом перевел взгляд на сосредоточенного на моей фигуре главу, и улыбнулся собственным мыслям. А как мы знаем из практики, улыбка на лице этого конкретного эльфа сулила только проблемы.

Мне очень не хотелось оставаться наедине с разгневанным Алисом, вот только выхода не было. Необходимо изображать образцовую старшую, пока меня не разоблачили. Как показала практика, чем ближе я к главе, тем лучше могу подготовиться к его атакам. Пока лис мне доверяет, я имею преимущество.

– Скажи мне, Летиция, почему Пестрая сдала эту сессию? – взгляд хмурый, руки в замке лежат на столе. Присесть мне не предложили. Кто-то очень не доволен.

– Хорошо подготовилась? – неуверенно предположила я, а потом спохватилась и добавила, – Сэр.

– Нет, это вряд ли. Способностей в ней ни на грош. Если только кто-то за нее сдавал экзамены, – отмахнулся от вполне реального варианта мужчина.

А это было больно! Да чтоб ты, вшивый лис, знал, сколько ночей я не спала, чтобы достойно отвечать на экзаменах! Готовилась к каждому, изнуряла себя и остальных, а ты говоришь, за меня сдали! Ударю! Не сегодня, но когда-нибудь точно ударю. Нужно сделать мысленную заметку на будущее.

– Каковы ваши предположения? – кипя внутри, я еле сумела успокоить свой голос. Тут-то лис и вспомнил о гостеприимстве и вызвал щелчком пальцев для меня стул из стены. Я сразу же плюхнулась на него, не дожидаясь приглашения.

– Ей кто-то помогает, – опять он об этом. Вот лис неверующий!

– Это вряд ли, – скопировала его манеру я, довольная собственной маленькой отповедью. – Друзья сами кадеты, из спутников козел да полуэлементаль – те еще помощники, разве что по хозяйству.

Алис бросил на меня свой цепкий взгляд. Неужели я сболтнула лишнего? Показала излишнюю осведомленность? Но я же староста, должна многое знать о своей группе.

И все же, несмотря на отсутствие прокола, решила немного запутать следы.

– Молоко с козла, уборка со служанки.

– Ее малиоль самец, молоком там и не пахнет, – даже не удивлена, что он об этом знает. Наверняка нарыл на меня целое пузатое досье. – А служанка развернула целое фермерское хозяйство и таверну лишь для своей госпожи. Не стоит недооценивать подобных соратников.

– Думаете, она помогла Пестрой? – изображая искреннюю заинтересованность, наклонилась вперед над столом, сокращая расстояние между нами.

– Нет. Все гораздо хуже, – на этот раз вид лиса был настораживающим. Ничего страшного в его выражении лица не было, но ощущалось, что шутки кончились. – Запретная магия.

И что это за зверь?

Я выразила непонимание приподнятыми бровями и развела слегка руи в сторону, поощряя дальнейшие пояснения.

– На принцессу работает маг, владеющий запретной магией. Он-то и скрывает ее от меня. Я даже не могу вспомнить, как она выглядит, пахнет, какой у нее цвет волос, голос или где, Пролис задери, ее поселили! – в сердцах выдохнул мужчина, задышав чаще. – Вот смотрю личное дело, отвожу от него глаза, и из головы напрочь все вылетает. Пестрая, это единственное, что задержалось в памяти.

Я открыла рот, собираясь кое-что сказать, но глава меня перебил.

– Нет, я не страдаю деменцией!

Ого! У них тут тоже есть такая болезнь. И как только узнал, что я хотела спросить именно об этом.

– В общем, это точно запрещенная магия. Слишком много признаков. Я уже сталкивался с подобным ранее, просто не такого уровня, – закруглил разговор о своей короткой памяти Алис. Больная тема для него, что ли? – И отталкиваясь от моих выводов, мне понадобится твоя помощь

Боги, ну почему мне везет тогда, когда не нужно. Помогать тирану и наглецу наказать себя же, это как-то попахивает психическими отклонениями. Однако отказаться я не могла. Первое, найдется другой, который может реально помочь меня разоблачить, и второе, информация есть преимущество. Поэтому скрепя сердцем и зубами пришлось кивнуть. На слова я была не способна.

– Следи за Пестрой.

Ожидаемо, но проблематично.

– Сэр, но она часто бывает в лазарете или…

– У тебя полная свобода действий. С Нираем я сам все решу, как и с остальными, – тут же поспешил убедить меня в отсутствии препятствий лис.

А вот это уже было интересно. Я-то и так сама с собой все двадцать четыре на семь, но иметь уважительные причины иногда проспать, схалтурить и просто прогулять было заманчивым предложением.

– Тогда, думаю, проблем не возникнет, – сдалась я, внутри ехидно похихикивая над доверчивым лисом.

– Отлично. Тебе нужно обнаружить того, кто часто находится возле Пестрой и ведет себя подозрительно. Будешь докладывать обо всех странностях, которые заметишь. Для этого я дам тебе личный кристалл, который имеет прямую связь со мной. Личный закрытый канал передачи информации, – он поднялся, обошел стол и направился к выходу. Когда я обернулась к двери, он посмотрел на меня в ожидании чего-то.

– Чего расселась? Идем. Все артефакты я храню дома.

И вот так я во второй раз оказалась в обители Алиса, моего врага номер один и… Сообщника?

***

Я стояла на подогнувшихся ногах, удерживаемая со спины стеной, а спереди меня крепко прижимал к себе лис. В такой позе и при минимальном свободном пространстве невозможно было упасть, даже если сильно хотелось. А хотелось неимоверно. Я желала не просто выскользнуть из объятий ненавистного мужчины, а провалиться сквозь землю. И ладно бы меня просто прижали к стенке, во всех смыслах, так этого главе оказалось мало. Губы, что словесно ненавидели меня при каждой встрече, пусть и не напрямую, сейчас бессовестно и насильно впились в мой приоткрытый от шока рот. Этот чертов лис собирался меня сожрать, не иначе.

И как это могло со мной случился? Когда я свернула не туда?

Сперва все шло в обычном режиме: мы зашли в дом и Алис начал раздеваться. Благо в этот раз ограничился верхним китилем и несколькими пуговицами белоснежной рубашки. Теперь жемчужные кончики его огненных кос практически терялись на фоне одежды. Смотрелось это впечатляюще, хоть я никогда и никому об этом не скажу.

Дальше был обмен ничего не значащими фактами о кадетах моей группы, будто главе действительно было это интересно. Спойлер – ему было плевать. Мужчина так налаживал контакт и проверял мою реакцию. С Блейка и Грановски, которые стали удивительно тихими, ибо уставали на отработках, мы плавно перешли на мои вкусы в одежде, потом мужской одежде, а под конец и в мужчинах. Каким образом скачок произошел так плавно, а обсуждение рабочих моментов свернуло на личную тропинку, я так и не поняла. Все случилось так естественно. Вот Алис предлагает сесть за стол, потом я уже получаю в руки новый кристалл, только красный, дальше осознанная мысль тонет в кружке с ароматным чаем, и следующее, что я вижу, это хищные глаза напротив, чужие губы на своих и мужские руки там, где им непотребно быть! Что за чертовщина тут произошла?

Ах, да. Разговор о моих предпочтениях.

– И что же тебя привлекает в мужчинах?

– Тело, – мгновенно ответила, даже не задумавшись. – Сила и самодостаточность.

– Хм, очень… – лис явно пытался подобрать слово по мягче, поэтому уткнулся в кружку с чаем, делая глоток, после чего договорил. – Интригующе. А что ты понимаешь под силой?

Значит, тело его не смутило? Или это намек на то, что у главы академии это "качество" не просто на уровне, а выше всяких похвал? Я не смогла сдержать улыбки, осознавая, что именно сила вызвала сомнения.

– Сложно сказать. Скорее, это внутренняя сила, – я повторила его маневр, делая глоток, чтобы заполнить паузу. – Физическая тоже притягательна, но без внутреннего стержня она ничто.

Кажется, мой ответ понравился мужчине. Его ухмылка стала самодовольной. Интересно, с чего бы? Ощущение, что мои критерии он принял на свой счет, и все их присвоил. Было невыносимо смотреть на довольного непонятно чем лиса и продолжать разговор. Внутри поднималось раздражение.

– А почему вы улыбаетесь? – мне откровенно это не нравилось. Даже вопрос прозвучал холодно, отчего я прокашлялась, стараясь смягчить свою оплошность.

– Наверняка все эти критерии идеального для тебя мужчины присутствуют в твоем избраннике. Так почему бы мне не наслаждаться этим? – он откинулся на спинку стула и выглядел при этом нахально и даже развязно. Уже тогда стоило понять – пахнет проблемами.

– Моем избраннике? – я решительно не понимала, о ком он говорил, и какое отношение этот самый избранник имел к главе. Вот тут мой зад уже начал подгорать, но я, как всякая глупая лягушка, осталась на дне закипающей кастрюли, пытаясь приспособиться.

– Ты призналась мне в любви, Летиция, – улыбка изчезла, взгляд стал немного недовольным и чего-то жаждущим. Кажется, наказания меня за короткую память. – Забыла?

Шипящие нотки, искры в глазах: я задела его за живое. Точно ткнула в гордость вилкой. Один удар, четыре дырки. И этого мне не простили, но, как обычно, я все еще сидела подгорающим задом на огне и не предвидела подступающих к губам последствий собственной забывчивости. Неслыханное дело, признаться в любви самому главе академии, получить хорошее отношение в ответ и напрочь об этом забыть. Обидка, ранка и слезки, вот только последние будут моими.

Алис встал из-за стола и направился ко мне. Вот тут глупое создание а моем лице наконец почувствовало запах горелого, да так явственно, что вскочило на ноги и начало отступать. И это самое глупое, что можно сделать перед хищником, когда он в режиме охоты – показать слабость.

– Конечно помню, – начала заверять его я, но как-то неубедительно выходило, когда на каждое слово приходился шаг назад. Будто трусливо сбегала. Что, собственно, я и делала, чего греха таить. Свои промахи нужно признавать. – Влюбилась в вас с первого взгляда.

Продолжал наступать, как ни в чем не бывало. Не верил, разозлился, хотел проучить.

– С первого вздоха, – а он все ближе. – С первого слова!

И вот спина упирается в стену. Отступать некуда, позади "Москва".

– С первого всего! – последняя попытка избежать того, что замыслил лис.

Самое удивительное, что я сама до конца не понимала, что же собирается со мной сделать мужчина, но была уверена, что точно сделает, и это будет мало приятным. Как в воду глядела, но такую развязку даже представить не могла, а фантазия у меня, дай бог. Фальшивые ясновидящие круче настоящих: все приходится придумывать, а не банально видеть в шарике.

– С первого, говоришь. Ты так влюблена, преданна, – его колено магическим образом оказалось между моими. Хорошо, что не двигалось и ни на что не давило. – Я просто обязан поощрить такую великую привязанность и приклонение.

Захотелось дать ему в морду, но это было слишком опрометчиво, не говоря уже о том, что наказуемо и неприемлемо. А зря сдержалась, поскольку моего ответа лис не дождался. Наклонился, обхватил меня за шею, зажимая между пальцами пряди рыжих волос, обвил талию и самым наглым образом поцеловал. Жарко, страстно и глубоко. Я и губами не успела его ощутить, как уже поймала языком. Тут-то ножки отказали, а тело будто парализовало.

Я не отвечала, но и оттолкнуть была не в силах. Во всем виноват проклятый эффект неожиданности, не иначе. Зато этот же эффект сработал и на Алисе. А все потому, что произошел казус.

– Что это? – мужчина отстранился от меня в замешательстве и недовольстве, поднимая руку ко рту и позволяя мне снова почувствовать слабую опору собственеых ног. Эти предатели еле держали напряженное тело, но хоть не подкосились окончательно, на том и спасибо.

Пока я думала о прохладе и твердости стены позади, Алис вытащил что-то изо рта и положил это на ладонь. И это был ЗУБ! Резец – передний зуб. Язык инстинктивно пробежался по ряду под верхней губой, а потом с облегчением спустился на нижний, пока не провалился внутрь. Да-да, прямо посередине! Это был мой резец под громким названием "единичка"! Не шестерки или тройки, а чертова еденичка прямо в центре нижнего ряда. И она отсутствовала!

Я резко закрыла рот рукой, с ужасом переведя взгляд с зуба на озадаченное лицо главы. Такого завершения страстного поцелуя он точно не ожидал.

– Мне нужно в лазарет! – пробормотала в ладонь и выбежала из дома. Откуда-то взялись и силы, и мужество.

Добежав до середины сада, в котором стояла обитель лиса, я развернулась и побежала обратно. Непередаваемыми были эмоции Алиса, когда я во второй раз вывалилась в его дом, подбежала, схватила с открытой ладони часть себя, пусть и потерянную, и снова стремительно покинула мужчину.

***

– Шкашите чешно, я умираю? – шепелявость была то ли результатом отсутствия зуба, то ли психологической составляющей – я еще не разобралась.

– Точно нет, – ответила добрая тетенька доктор, осматривая зуб. Меня она уже проверила. – Странно. Не вижу никаких повреждений корня. Все целехонькое. Тогда почему выпал?

Кажется, женщина разговаривала сама с собой. Я ее уже мало интересовала. Как сказала медсестра, что приняла меня, госпожа Глок была кем-то вроде дантиста в нашем мире, только здесь их называли зубными феями. Иронично, не правда ли? У них даже крылышки имелись, но они их редко выпускали. Хотелось бы посмотреть, но как-то неудобно просить о таком. Наверное, это нечто личное.

– А вас, случаем, не проклинали? – женщина в очках с толстой круглой оправой повернулась ко мне, смещаясь на моей кушетке и сминая белье. Низкий хвост светлых волос смешно подпрыгнул и вновь лег на спину доктора.

– Каждый день, – нехотя призналась в том, что моя группа мягко говоря меня недолюбливает за наказания, но уважает за все остальное. Наверняка грешать проклятиями в мою сторону чаще, чем раз в день. От этого никуда не деться, такова власть.

– Можно? – доктор протянула ко мне руку, но остановилась в нерешительности. Я кивнула, после чего фея обвела ладонью по воздуху мое лицо. – Королевский уровень защиты. Вас не проклясть. Разве что это был кто-то с таким же уровнем силы, способным пробить подобную, практически совершенную броню.

Меня посмел проклясть кто-то из принцев? Неужели эти ребята настолько могли на меня обозлиться? Или у кого-то нервы сдали?

Видя мой усиленный мысленный процесс, дантист решила уточнить:

– Это обязательно должен быть мастер духовной магии, а она запретна. Вряд ли это кто-то из присутствующих в академии наследников короны.