Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 131 (всего у книги 301 страниц)

Эпилог

Я даже сказать ничего не успел. Да и что можно в такой ситуации сказать?

"Не надо", "Давайте поговорим" или "Вы не так все поняли"?

Глупо.

Но я б сказал. Просто не успел.

Только перевернулся – и вот уже ослепившая глаза вспышка. А следом еще одна!

Взорвавшаяся в полуметре от лица пуля расплавленным свинцом прожгла вязаный подшлемник, а рейнджер выронил автомат и согнулся в три погибели. На его белом маскхалате в один миг растеклось кровавое пятно – будто дьявольский цветок на снегу расцвел, – и тут же со всех сторон загрохотали выстрелы.

В ужасе сорвав с лица дымившийся подшлемник, я собрался было отползти под раскидистые лапы ближайшей елки, но лишь обессиленно завалился обратно на спину. Голова кружилась, глаза ел едкий дым, невыносимо ныло обожженное лицо – а мне уже было все равно.

Уставившись в видневшееся меж макушек сосен серое небо, я потихоньку уплывал в беспамятство. Струившаяся по кисти кровь ледяными каплями срывалась с кончиков пальцев и алыми кляксами пятнала снег, онемевшая нога перестала болеть, и даже помехи глушителей больше не терзали сознание. Полыхнувшая неподалеку вспышка "закатного муара" лишь на мгновение разогнала застившую глаза тьму, и меня начал крутить водоворот невнятных видений.

Вот только спокойно отойти в мир иной так и не получилось.

– Здесь ваш пропавший, здесь! – раздался прямо над ухом чей-то смутно знакомый голос, потом послышалось надсадное сопение, и шею уколола обжегшая холодом игла шприца.

Глаза открылись сами собой, и передо мной замаячила бородатая физиономия Виктора Петровича.

– Все, берите его, и уходим, – распорядился заглядывавший ему через плечо давешний старший лейтенант. Как его? Ермолов?

– Надо сначала раны осмотреть! – забеспокоился химик.

– Раз до сих пор живой, ничего с ним не случится, – возразил пограничник и крикнул кому-то: – Волокуши рубите, быстро!

– Руку перевяжите, – прохрипел я.

– Помолчи, – моментально заткнул меня Бородулин. – Учитель выискался!

Химик для начала сделал еще один укол, потом перетянул жгутом предплечье и только тогда разрешил подоспевшим пограничникам погрузить меня на свежесрубленные волокуши.

– Напалм, ты сволочь! – заметив мелькнувшую неподалеку лысину пироманта, хрипло крикнул я. – Сволочь и подонок!

– Да не останется шрамов, не ссы, – пошел за тащившими волокуши парнями Напалм. – А вообще, мог бы и спасибо сказать!

– Потом скажу. Все, что о тебе думаю, все скажу… – вяло откликнулся я, не в силах больше прямо удерживать налившуюся свинцом голову.

– Вот она, черная неблагодарность, – начал разоряться пиромант, но без толку – меня с ним уже не было.

Препараты Виктора Петровича сделали свое дело, и, покачиваясь на мягких волнах наркотического дурмана, я отправился прямиком в нирвану. Отправился в нирвану, а очнулся почему-то в трясущемся кузове вездехода. И пусть до котла с кипящей смолой ему было далеко, но райские кущи обстановка не напоминала совершенно.

И болит все, сил никаких нет…

Поморщившись из-за назойливого лязга гусениц, я попробовал перевернуться на бок, но меня моментально уложили обратно.

– Не шевелись, – потребовала сидевшая рядом Оксана. – Виктор Петрович сказал, что швы разойтись могут.

– Мало ли чего он сказал. – Я поморщился от боли и левой рукой вытер слезившиеся глаза. Глянул на девушку и через силу улыбнулся: – Ну что, слава богу, хеппи-энд?

– Кому как, – вздохнула та.

Я вспомнил о застреленном Семене Лымаре, взорванной пирамиде, потерянных деньгах и, враз помрачнев, кивнул. Точнее, попытался.

Ух… Лучше бы спокойно лежал.

– Что с тобой? – всполошилась гимназистка.

– Нормально, нормально все, – пробормотал я и вдруг неожиданно даже для себя самого предложил: – А давай, как в Форт вернемся, поужинаем вместе?

– У тебя есть желание поужинать с заместителем начальника разрешительного отдела Гимназии? – выгнула бровь Оксана.

– Что? – уставился я на гимназистку. – Ты?!

– Я.

– Тогда тем более надо поужинать. Все про работу вашего отдела расскажу! Ничего утаивать не стану!

– Для этого достаточно просто записаться на прием…

– Не-а, – усмехнулся я. – Без ужина не обойтись. Нам ведь еще напиться надо.

– Напиться?

– Ага. С горя.

– С горя? – улыбнулась Оксана, но в глазах у нее промелькнула грустинка. – С горя, пожалуй, можно…

– Вот и замечательно.

Я левой рукой нашарил ее ладонь и закрыл глаза. Леший с ним, с этим единственным и неповторимым шансом. Профукал и профукал. Жив остался – уже хорошо.

А раз так, почему бы и не пригласить красивую девушку на свидание?

Нет, действительно, почему нет?

Ах да, Семёра!

Ну да будем надеяться, безвыходных ситуаций и в самом деле не бывает…

Глоссарий

Алхимики – техномаги, изменяющие физические законы посредством использования рассеянной в межмирье магической энергии. Специализируются на изготовлении амулетов.

Ангеликс – наркотик.

Бласт-бомба – взрывное устройство, изготавливаемое на основе железного корня, полностью уничтожающее все материальные предметы и энергетические структуры в зоне поражения.

«Блеск хаоса» – боевое заклинание, аналог вакуумной бомбы.

Братство – входящее в Городской совет военизированное объединение, основной идеологией которого является неприятие огнестрельного оружия. Контролирует район на юго-западе Форта и Туманный. Активно развивает чародейство и алхимию.

Валькирии – см. Сестры Холода.

Ведьмы – заклинательницы, большей частью состоящие в Лиге.

Воевода – глава Дружины.

«Гавань» – гостиница в прилегающем к северной окраине районе Форта.

Гарнизон – вооруженные части, осуществляющие защиту городских стен. До недавнего времени формально находились в подчинении Городского совета, на текущий момент вошли в состав Дружины.

Гетто – неофициальное название Черного квадрата.

Гимназия – объединение колдунов Форта, организованное бывшим директором городской гимназии номер один Германом Бергманом. Контролирует небольшой район к востоку от центра Форта.

«Глушитель» – устройство для создания помех, препятствующих заклинателям прибегать к наложению чар. Состоит на вооружении армейских частей Города.

Город – провалившаяся в Приграничье бывшая военная база с Дальнего Востока. Расположен к юго-востоку от Форта.

Городской совет Форта – коллегиальный орган управления, в который входят представители Дружины, Гимназии, Братства, Торгового союза и Лиги. На текущий момент носит формальный характер.

Границы – стыки между образующими Приграничье областями. Внешняя Граница отделяет Приграничье от обычного мира.

Денежные средства – рубли. Разделяются на серебряные, золотые и бумажные. Рубль серебром (за основу взят царский рубль, примерно 18 граммов серебра) = 40 рублей золотом (4 царских червонца, примерно 7,74 грамма золота каждый) = 40 тысяч рублей банкнотами. Доллары и евро принимаются к рублям по курсу 1:3.

Директорат – руководство Цеха.

Дружина – самая мощная вооруженная группировка, поддерживающая правопорядок в Форте. В настоящий момент в нее также входят Патруль, Гарнизон и пограничные войска.

«Дырокол» – изготавливаемый обычно в виде короткого деревянного жезла боевой амулет, расщепляющий материю узконаправленным лучом. Получил широкое распространение в первую очередь в связи с тем, что для его использования не нужны какие-либо способности к колдовству. Недостатки – дороговизна подзарядки и ограниченная дальность действия. Сертифицированные амулеты разрешены для ношения в Форте.

Егеря – элитные воинские подразделения Города, по своим функциям аналогичные роте дальней разведки Патруля.

Железный корень – растение, чья древесина отличается высокой энергетической емкостью, а при должной обработке изготовленные из нее амулеты способны подзаряжаться напрямую из магических полей.

«Закатный муар» – боевое заклинание с высокой поражающей способностью.

«Западный полюс» – клуб в «Кишке», место сбора уников.

Измененные – официальное наименование обитателей Черного квадрата. См. Уроды.

Исчадия Стужи – общее наименование всех приходящих с Севера колдовских существ.

Китай – микрорайон на юго-востоке Форта, получивший свое название из-за многоподъездного девятиэтажного жилого дома – «китайской стены».

«Кишка» – идущая вдоль Красного проспекта сеть бывших бомбоубежищ и подвалов, превращенная в весьма популярный торгово-развлекательный комплекс.

Колдуны – люди, способные накапливать в себе магическую энергию и использовать ее для создания заклинаний.

Коммуна – базировавшаяся на юге Форта община с социалистической идеологией, в которую принимались лишь уроженцы Приграничья.

Кондуктор – человек, способный переходить через Границу в нормальный мир и обратно.

Крестоносцы – банда на северной окраине, крайне негативно относящаяся к присутствию в Форте уродов.

Л-13 – наркотик.

Лазурное солнце – светило чужого мира, которое на три дня в году (обычно в конце декабря) появляется в небе Приграничья. Данное явление обычно сопровождается похолоданием, резким скачком интенсивности магического излучения и прочими природными катаклизмами.

Лига – официальное название Сестер Холода.

Лудино – поселок у границы с Севером. Последнее время контролируется Городом.

Луково – поселок на юге Форта, застроенный частным сектором.

Маги – заклинатели, напрямую управляющие магическими потоками. В отличие от колдунов, маги полностью лишены возможности аккумулировать энергию в себе.

Магический поток – «сжатые» из-за естественных особенностей ландшафта магические поля, концентрация энергии в которых значительно превосходит окружающий энергетический фон.

Магический шторм (магическая буря, колдовской шторм) – резкий скачок интенсивности излучения энергетического поля, обычно сопровождаемый сильным снегопадом и похолоданием.

Медиумы – колдуны, специализирующиеся на получении информации из мозга недавно умерших людей.

Мозговерты – наркотические препараты, изготавливаемые с применением алхимических технологий.

Морг – здание бывшего городского морга. В настоящее время переоборудовано в доходный дом, находящийся под защитой одного из сильнейших магов Форта.

Накопители Иванова – артефакт, поглощающий рассеянное в пространстве энергетическое излучение и снижающий интенсивность его воздействия на человека.

«Небесное исцеление» – изготавливаемый ведьмами лечебный препарат, способный при своевременном применении заживить практически любую рану.

Некроманты – колдуны, изучающие возможность управления телами недавно умерших людей.

«Несущие свет» – секта псевдохристианской направленности.

«Огненный улей» – боевой артефакт, направляющий в цель огненный шар размером с кулак. Внешне напоминает арбалет. Многозарядный. Изготавливается чародеями.

Орден – см. Братство.

Патруль – вооруженные части, поддерживающие порядок в окрестностях Форта. Также на него возложены функции по уничтожению прорывающихся с Севера исчадий Стужи.

Пентагон – перестроенный в крепость девятиэтажный жилой дом, стены которого образуют квадрат. Резиденция Братства.

Первая рота (Отдельная) – подразделение Патруля, осуществляющее поддержание правопорядка на Северной промзоне.

«Поляна» – элитный коттеджный поселок на западе Форта.

Приграничье – зависшие в межмирье куски двух миров. Состоит из пяти областей: Форт, Северореченск, Город, Туманный и Север.

Призрачный легионер – призрак, питающийся энергией своих жертв.

Рейнджеры – боевые подразделения Города с аналогичными Патрулю функциями.

Рота дальней разведки – элитное подразделение Патруля, основной задачей которого является предупреждение прорыва с Севера исчадий Стужи.

«Сапфировый иней» – сильнейший наркотик, вызывающий привыкание после первого же приема. Несвоевременное принятие очередной дозы заканчивается летальным исходом. Собирают «сапфировый иней» только в те три дня, когда светит лазурное солнце.

«Свинцовые осы» – изготавливаемый чародеями боевой жезл, заряженный свинцовыми шариками, внутри которых содержатся специальным образом обработанные энергетические кристаллы. При попадании в поле отводящего пули амулета заряды взрываются. Недостатком является сложность перезарядки и ограниченная по сравнению с огнестрельным оружием дальность действия.

Север – территория, провалившаяся в Приграничье при первой попытке пробить межпространственный канал.

Северная окраина – неблагополучный район на севере Форта, по большей части контролируемый местными бандами. Исключение – Черный квадрат, охрану которого несут солдаты Гарнизона.

Северная промзона – территория к северу от Форта, большую часть которой занимают заброшенные промышленные предприятия.

Северореченск – город из средней полосы России, провалившийся в Приграничье. Расположен к юго-западу от Форта. Отличается более теплым климатом и развитым сельским хозяйством.

Семёра – одна из наиболее крупных полулегальных банд Форта.

Сертификация амулетов – процедура, при которой в амулет прошивается блокировка от применения против дружинников (заклинание не срабатывает, если целью выбран обладатель служебной бляхи Дружины).

Сестры Холода – радикальная феминистская организация, основной ударной силой которой являются ведьмы. В отличие от Братства, активно используют огнестрельное оружие. Отличительной особенностью является нечувствительность к холоду. Контролируют район на западе Форта.

Слуги Стужи – ортодоксальная фракция обитателей «другого» мира, выступающая против каких-либо ограничений своих магических исследований. Находится в состоянии войны с Хранителями.

Снежные лорды – креатуры слуг Стужи, созданные ими для ведения боевых действий.

Снежные люди – общее название полудиких племен гуманоидов, проникших в Приграничье с Севера. Изначально были созданы Хранителями для выполнения повседневных работ.

Страхогон – мох, содержащий сильный, но нестабильный галлюциноген.

Стылое море – расположенное на Севере озеро, отличительной особенностью которого является то, что оно никогда не замерзает, а из-за клубящегося над поверхностью воды тумана невозможно разглядеть противоположный берег.

Торговый пятачок – небольшой рынок у юго-восточных ворот Форта.

Торговый союз – объединение торговцев Форта.

Триада – боевое крыло китайской общины. Вне закона.

Туманный – провалившийся в Приграничье поселок, чьи обитатели были уничтожены исчадиями Стужи. Расположен к северо-востоку от Форта. В настоящее время контролируется Братством.

Уники – люди, обладающие уникальными узконаправленными способностями к колдовству: пироманты, ясновидящие и др.

Уроды – люди, подвергшиеся мутациям в связи с недостаточной сопротивляемостью магическому излучению. Незначительная часть их заразна.

Форт – бывший провинциальный город, провалившийся в Приграничье.

Хранители – одна из фракций обитателей «другого» мира, выступающая за ограничение применения энергоемких заклинаний и «экспорт» тепла из Приграничья. Находится в состоянии войны со слугами Стужи.

Цех – объединение, все члены которого постоянно отдают частицу своих жизненных сил в «общий котел». При необходимости цеховики в любой момент могут получить оттуда подпитку и на какое-то время стать намного сильнее и быстрее обычного человека. Боевые подразделения – бригады. Символ – обвитая колючей проволокой шестерня.

Цитадель – летающая пирамида слуг Стужи.

Чародеи – заклинатели, при наложении чар активно использующие химические препараты. В отличие от колдунов, ориентированы на создание амулетов.

Чернильщик – обитающее в подземельях исчадие Стужи. Отличительной чертой является умение создавать вокруг себя пелену тьмы.

«Черное дерево» – плотоядное ядовитое растение, наводящее морок на своих жертв.

Черный квадрат – организованное на северной окраине место для проживания уродов. Периметр обнесен бетонным забором, действует пропускной режим.

Черный полдень – затмение, происходящее вследствие наложения обычного и лазурного солнц.

«Черный январь» – подпольная экстремистская организация, борющаяся за права измененных.

«Чистые» – банда на северной окраине, выступающая за физическую ликвидацию «неполноценных людей» – уродов. Также крайне негативно относятся к употреблению алкоголя и наркотиков.

Штрафной отряд – расположенная на Северной промзоне каторга.

«Щелчок», «щелкунчик» – боевые амулеты, формирующие направленное силовое поле.

Экомаг – препарат, снижающий последствия длительного облучения магическим излучением.

Южный бульвар – улица, на которой расположены самые дорогие заведения Форта.

6. Там, где тепло

Глава 1

Ничегонеделание – штука противоречивая.

В гомеопатических дозах – лучше не придумаешь; в промышленных масштабах – хоть волком вой.

Не верите? А попробуйте на месяц запереться в комнате без компьютера, полутонны книг или постоянно пополняемого запаса спиртного – и убедитесь в этом сами. Стоит выспаться на неделю вперед, и от постоянного нахождения в четырех стенах начнет самым натуральным образом закипать мозг.

Вот и я медленно, но верно приближался к подобному состоянию. Кровать, тумбочка, ровная кирпичная кладка стен, кафельный пол, светильник над головой – и ничего кроме.

И так целый месяц подряд.

Невозможно просто!

А ведь это еще не круглые сутки в номере заперт! С утра в тренажерный зал выбираюсь, раз в два дня сауну заказываю. Изредка получается в комнату отдыха пробраться, а там – телевизор. Плюс оставшиеся от предыдущего постояльца книги. Да и кормят неплохо, ничего не скажешь.

Казалось бы, живи и радуйся. Но не получается.

Человек, как ни крути, существо социальное. Ему время от времени общение с себе подобными требуется. Иначе запросто крыша поехать может. Мне вот, чувствую, совсем немного до нервного срыва осталось.

Да – общения не хватало просто катастрофически. Странное дело: вроде и не в одиночке, а поговорить абсолютно не с кем. Завтрак, обед и ужин в номер привозят; в спортзал, сауну и комнату отдыха строго по часам запускают, и с другими постояльцами пересечься даже теоретической возможности не возникает.

Да и есть ли они здесь, другие постояльцы?

Нет, сам по себе доходный дом "Царство Аида" – заведение в узких кругах широко известное, но вот о номерах в подвалах бывшего городского морга мне раньше слышать не доводилось. Хотя, с другой стороны, условиями проживания в этом комплексе никогда особо и не интересовался. Слишком уж несусветную цену за постой его владелец ломит. Такую, что устраивает либо толстосумов-параноиков, либо деятелей, которым требуется переждать в надежном убежище лихие времена. И "требуется" – это еще мягко сказано. Скорее – жизненно необходимо.

И уж в этом отношении "Царство Аида" могло дать фору даже Центральному участку или Гимназии. Владевший доходным домом маг, с чьей-то легкой руки прозванный Гадесом, просто взял да и окружил здание морга непроницаемым защитным куполом. А заодно лишил постояльцев всякой возможности даже случайно встретиться друг с другом. Немногочисленный персонал так и вовсе работал здесь чуть ли не вахтовым методом.

Паранойя? Вовсе не уверен.

Лично меня сейчас такое отношение к безопасности вполне устраивало. После того как крупно насолишь Сестрам Холода и потопчешься на любимых мозолях у бандитов из Семеры, начинаешь чертовски ценить возможность просто проснуться утром целым и невредимым.

Именно поэтому я, просидев в небольшой комнатушке без малого месяц, до сих пор так и не набрался решимости устроить скандал по поводу столь возмутительного ограничения своих прав и свобод. Тем более что плату за проживание брали не из моего кармана.

Точно не из моего – от капитала некогда преуспевающего предпринимателя Евгения Максимовича Апостола давно осталась дырка от бублика. Деньги любят счет, и если на месяц выпадаешь из жизни, остается лишь уповать на порядочность деловых партнеров. А по сути – исключительно на чудо. Сколько на моей памяти дельцов средней руки осталось без копейки, просто загремев в больницу или уйдя в запой, и не сосчитать.

Впрочем, раз за номер до сих пор платят, значит, не все еще потеряно. Выходит, со счетов меня пока окончательно списывать не стали.

Ну, будем надеяться, будем надеяться…

Сегодняшнее утро начиналось ровно так же, как и все остальные до него. Да по-другому и быть не могло: когда долгое время заперт в четырех стенах, все дни становятся до ужаса похожими друг на друга.

Проснулся, умылся, побрился.

Морщась от ломоты в простреленной ноге, покрутил педали велотренажера, принял душ, позавтракал.

Полистал забытую предыдущим постояльцем "Алису в Стране чудес", зачеркнул число "13" на календаре и, изнывая от скуки, повалился на кровать.

Тогда-то, пожалуй, все и началось…

Лязгнул замок, распахнулась дверь, и в комнату втолкнули каталку с блюдами, прикрытыми блестящими никелированными крышками.

И не успел я толком подивиться доставленному в неурочное время обеду, как и вовсе с трудом удержал челюсть на месте. И не в шикарной сервировке уже было дело – поразила личность официанта.

– Дичь заказывали? – подмигнул мне светловолосый парень, широкоплечий и крепко сбитый, но явно начинавший понемногу терять спортивную форму. Ни застегнутый на все пуговицы пиджак, ни накинутый поверх него белый фартук скрыть явственно наметившееся пузцо уже не могли.

– Привет, Денис, – вздохнул я. – Вы теперь доставкой бизнес-ланчей занимаетесь?

– Типа того. – Селин стянул фартук, кинул его на спинку кровати и прищурился: – А ты, Евгений, похоже, не особо рад меня видеть?

– Типа того.

Причин радоваться неожиданному визиту и в самом деле имелось немного. Пусть Денис Селин из крышевавших меня товарищей самый компанейский, но жулик, он жулик и есть. У этой братии в первую очередь всегда свой интерес на уме; они благотворительностью не занимаются принципиально. А мне хоть и надоело до чертиков в четырех стенах сидмя сидеть, да только нет оснований рассчитывать, что дальше ситуация улучшится. Скорее уж наоборот.

В прошлый раз эти деятели меня в такую передрягу втравили, что даже вспоминать тошно. Чудом получилось живым ноги унести.

– А вот это зря! – Денис придвинул каталку к кровати и огляделся в поисках отсутствующих в комнате стульев. – Я, между прочим, тебя с днем рожденья зашел поздравить, а ты еще и недоволен…

– С днем рожденья? – насторожился я и невольно глянул на календарь. – С чего бы такая забота?

– Да расслабься ты! – Селин ухватился за стоявшую в углу тумбочку и перетащил ее к кровати. – А вообще, ты ж у нас ясновидящий – вот и определи, если сомневаешься, зачем я сюда на самом деле пришел!

– Не получится, – только и буркнул я, приподняв крышку с самого большого из блюд. И в самом деле – дичь. Ну надо же!

И явно прямо с кухни, даже остыть не успела.

– Почему это? – удивился парень.

– Хозяин сего гостеприимного заведения настолько упорядочил движение магической энергии внутри здания, что я теперь и кто в дверь стучит угадать не могу.

– Да, Гадес, он такой, – кивнул усевшийся на тумбочку Денис и убрал крышку со второго блюда, на котором оказалось разложено мясное ассорти. – У него не забалуешь.

– Так, значит, поздравить пришел? – разделывая утку, искоса глянул я на Селина.

– Ага, – беззаботно кивнул тот и подцепил вилкой кусочек копченого мяса. – А то совсем совесть замучила. Заперли тебя в подвале без окон и дверей и забыли. Жуть! И почему только пентхаус с бассейном и зимним садом не сняли?

– Хорош уже, – поморщился я, прекрасно поняв не высказанный напрямую упрек. – Я ценю, что вы меня прикрыли, но могли бы и объяснить, что к чему. А то сижу тут, как в карцере! Неопределенность, блин, полная!

– Для карцера апартаменты очень даже ничего. Это я тебе авторитетно заявляю. Сауну на каторге ты бы точно не нашел. Да и телевизор тоже.

– По телевизору одно старье крутят. А в сауну я и сам бы на воле сходил, не разорился. Так что колись – долго мне тут куковать еще?

– На волю, значит, хочешь?

– Хочу. – Я прожевал утку и мрачно уставился на парня: – Тебе это кажется странным?

– Да нет в общем-то…

– Ну так что – когда выпустишь меня отсюда?

– Если бы между нами двоими была дверь… – хитро прищурился Денис и кивнул на выход, – но дверь между нами и ими; я не могу ни впустить тебя, ни выпустить.

– Хватит уже издеваться! Серьезно спрашиваю!

– "А если рискнуть, а если впустить, то выпустить ли обратно? Вопрос посложнее, чем "быть или не быть?", решают лягушата", – пропел Селин и пожал плечами. – Придется подождать.

– Подождать? – охнул я. – Да сколько можно ждать? У меня уже крыша скоро поедет!

– Крыша поедет? Ерунда! Мы никуда уезжать не собираемся, – невозмутимо отмахнулся Денис и, подцепив вилкой, переложил к себе на тарелку утиное крыло. – И вообще, это не ко мне вопрос.

– А чё ж ты тогда сюда приперся?! – не выдержав, взорвался я.

– Говорю же, с днем рожденья поздравить, – расплылся парень в открытой и, без сомнения, насквозь фальшивой улыбке и вытащил из кармана плоскую бутылочку коньяка. – По чуть-чуть?

Больше двухсот граммов в стеклянной фляжке поместиться не могло, и, как-то неожиданно растеряв весь свой запал, я махнул рукой:

– Наливай!

По сто грамм – это нормально. Сто грамм коньяка – не проблема. В любом случае продолжения банкета можно не опасаться: спиртное в мою систему питания включить позабыли. А немного расслабиться сейчас и в самом деле не помешает. Так и трясет всего.

И пусть алкоголь с ясновидением сочетается плохо – точнее, не сочетается вовсе, – сегодня капелька спиртного не повредит. День рожденья как-никак раз в году. Да и не должно сейчас из-за дара особых проблем возникнуть: концентрированное, будто схватившийся в бадье цементный раствор, магическое поле напрочь глушило все мои способности.

– И это правильно! – Селин свернул пробку и разлил по двум граненым стаканам сразу всю фляжку. – Настоящий французский. Твое здоровье!

Он чуть ли не в один глоток влил в себя этот благородный напиток, затем шумно выдохнул и начал обгладывать утиное крылышко. Я только покачал головой и, взяв стакан, невольно поморщился из-за слишком уж резковатого аромата. Но вот на вкус "настоящий французский", как ни странно, оказался очень даже ничего. Я отпил немного, одобрительно кивнул и принялся за еду.

– Как-то у тебя тут аскетично, – огляделся по сторонам Селин, отложив на тарелку обглоданные кости. – Может, плакатов с голыми бабами подогнать?

– Не стоит, пожалуй, – фыркнул я. – Надеюсь, мне тут недолго осталось.

– А уж я как на это надеюсь!

– В смысле?

– Гадес, выжига старый, такие деньги за эту клетушку дерет, просто караул!

– Ничего, не разоритесь, – усмехнулся я и, отпив коньяка, почувствовал, как после глотка спиртного по телу разливается тепло. – Как там у вас со спортбаром дела обстоят, кстати?

– Ты знаешь, неплохо, неплохо, – макнув кусочек утки в соус, ответил Денис. – Народу полно, а когда игр нет, мы старые записи крутим.

– Вам кинотеатр открывать пора.

– Думали об этом, но репертуар пополнять на регулярной основе точно не получится. Прогорим.

– Это да, – кивнул я и допил остававшийся в стакане коньяк. – Ух-х-х! Хорошо пошел…

– А чего это я все о себе да о себе? – всполошился Селин. – Как у тебя с ногой, скажи лучше!

– Нормально. Но по утрам тянет.

– Разрабатываешь?

– А то! Меня от велотренажера тошнит уже!

– А куда деваться? Терпи, казак, атаманом будешь. – Денис, вытерев жирные пальцы о салфетку и прочистив горло, приподнялся с тумбочки. – Ну, пора к официальной части переходить…

– Ой, да перестань ты!

– Что значит – перестань? – ухмыльнулся Селин и, нагнувшись, достал с нижней полки каталки невзрачную картонную коробку. – Поздравляю, короче…

– Это что еще такое? – удивился я, принимая коробку, которая оказалась неожиданно увесистой.

– Сам смотри… – отмахнулся Селин и, демонстративно не обращая на меня больше никакого внимания, начал ковыряться вилкой в тарелке с мясным ассорти.

Я оторвал полоску скотча, отогнул картонку и с немым изумлением уставился на лежавший в коробке револьвер. Ошарашенно достал его, повертел в руках и уточнил:

– Думаешь, в нем есть необходимость?

– Почему нет? – пожал Денис плечами и как-то очень уж неопределенно усмехнулся. – Лишним точно не будет.

– И что это за зверь? – спросил я, разглядев клеймо в виде вписанной в круг головы носорога. Но что самое удивительное, ствол револьвера находился на уровне не верхней, а нижней каморы барабана. – Rhino 40DS; 357 Magnum; Chiappa Firearms…

– "Носорог", – как нечто само собой разумеющееся выдал Селин. – Четырехдюймовый ствол, оригинальная конструкция для снижения отдачи.

– "Chiappa Firearms" – название конторы? – уточнил я, мысленно соглашаясь с данным оружию названием. Оно и в самом деле вызывало ассоциации с носорогом. И что интересно – деревянные накладки на рукояти явно не родные, а местными умельцами вырезаны. Нет, сделано все очень аккуратно, не придерешься, просто лакированное дерево сплошь магическими закорючками покрыто. И руны на правой и левой накладках заметно друг от друга отличаются. Два разных заклинания колдуны залили? Впечатляет. – А калибр триста пятьдесят седьмой?

– Именно.

– Это круто?

– Вес стандартных пуль от восьми до одиннадцати с половиной граммов, так что сам решай, насколько это круто.

– И это чудо мне в подарок? – резонно подозревая какой-то подвох, уточнил я.

– Ага, – кивнул Денис. – Один фиг, патронов в Форте не найти, вот и решили тебе подарить.

– Добрые вы.

Я покачал револьвер в руке, взвел и вхолостую спустил курок. Неплохо. Наверное. Я не очень в оружии разбираюсь. За исключением его ценовых характеристик, само собой. И Селин, как это ни печально признавать, душой сейчас нисколько не кривил: если у кого и найдутся на продажу патроны такого калибра, цену за них запросят просто безбожную.

– Слушай, Денис, – провел я пальцами по покрытым лаком символам и почувствовал легкий укол магической энергии, – а какие чары на рукоять наложены?

– Без понятия, он нам уже таким достался.

– И что, даже руководства пользователя не было?

– Не было, сам разбирайся. – И Селин уже протянул мне на прощание руку, когда, будто вспомнив что-то важное, хлопнул себя ладонью по лбу: – Блин! Гамлет тоже тебе подарок передал! – Охлопав пиджак, парень вытащил из бокового кармана обклеенную цветной бумагой коробочку размером со спичечный коробок и кинул мне: – Держи.

Я оторвал приклеенный сверху розовый бантик, вытряхнул на ладонь длиннющий револьверный патрон с экспансивной полостью в золотистой пуле и, в сердцах выругавшись, уставился на покатывавшегося от смеха Дениса.

– Это намек?

– Видел бы ты сейчас себя со стороны! – помотал головой Селин и, немного успокоившись, вытер выступившие на глазах слезы. – Так и знал, что купишься! Надо парням рассказать…

– Гамлету скажи: я патрон как память сохраню.

– Держи. – Денис вытащил из другого кармана коричневую коробку с изображением пистолета и кинул на кровать рядом со мной. – Это от Филиппа.