Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 174 (всего у книги 301 страниц)

– Разбирай, – указал на одну из сумок Городовский.

– А Борис где?

– В фургон группы поддержки перебрался, – пояснил Гамлет. – Собирайся, время поджимает.

Я вжикнул молнией замка, заглянул в сумку и уточнил:

– Оружие где?

– Не суетись, – усмехнулся Денис. – Все будет.

– Никто и не суетится. – Я включил рацию и вызвал куратора: – Владимир Николаевич, еще дробовик понадобится и патроны с серебром.

– Обеспечим, – отозвался Шептало.

– Все так серьезно? – наморщил лоб Гамлет.

– Мало ли кто в свертке завестись мог? – пожал я плечами, закрепляя наколенники. – Серебряная картечь лишней не будет.

– У нас тоже кой-чего есть на крайний случай, – предупредил Городовский.

– Вот и замечательно. – Я натянул поверх бронежилета теплую камуфляжную куртку и начал разбираться с тактическим жилетом. Только-только подогнал его под себя, и в салон забрался Шептало с обрезом и тактическим подсумком.

– Ну и как там? – Я зарядил дробовик, отложил его на соседнее сиденье и на всякий случай вставил пять патронов двенадцатого калибра в гнезда жилета, пришитые над нагрудным карманом; остальной боекомплект оставил в подсумке и прицепил его на ремень.

– Нормально. – Владимир Николаевич оглядел нас и спросил: – Готовы?

– Да, – за всех ответил Городовский.

– Секундочку! – встрепенулся я. – А оружие?

– Держи. – Селин протянул мне пистолет-пулемет со сложенным набок прикладом, штурмовой рукоятью, коллиматорным прицелом и фонарем на цевье. Только протянул и сразу отдернул обратно: – Лед, нам-то по фигу, а ты точно пальчики на стволе оставлять собираешься? Мало ли где он потом всплывет?

– Логично, – вздохнул я и достал перчатки с кевларовыми вставками и пластиковыми накладками.

– "Хеклер-Кох", универсальный пистолет-пулемет, – пояснил Денис, передавая оружие. – Что сокращенно по-буржуински – UMP. Знаком с таким?

– Разберусь.

Парень порылся в сумке и достал пластиковый пакет с глушителем и непривычными на вид прямыми и узкими магазинами.

– Калибр сорок пятый.

– Пойдет.

– И вот еще. – Селин выложил кобуру с пистолетом. – "Зиг-Зауэр" двести двадцатый. Тоже сорок пятый.

– Любимый размерчик? – усмехнулся я.

– Самый для наших условий подходящий, – подтвердил Гамлет, закрепляя глушитель своего пистолета-пулемета. – Убойный, нешумный и с тяжелой пулей.

Я рассовал магазины по кармашкам жилета и спросил:

– Владимир Николаевич, спецпатроны выделите?

– "Макаров" устроит?

– Лед, слушай, не надо спецпатронов, – остановил меня Датчанин. – Колдуны сейчас ушлые пошли, чуют их за сотню метров, взрывают за пятьдесят. Оно тебе надо?

– Не надо, – поколебавшись, вздохнул я. – Но колдун…

– Если решим дело первыми выстрелами, никаких спецпуль не понадобится, – уверенно заявил Городовский.

– А если не решим?

– Тогда – гранатами. Держи. – И Филипп сунул мне два подсумка.

– Что за ерунда такая?

Городовский глянул в ответ не без удивления:

– Ты РГД-5 никогда не видел? Запалы сам вкрутишь.

– РГД-5 видел. – И я продемонстрировал ему кустарного вида алюминиевую трубку, запаянную с обоих концов. – А это что?

– А! С красной крышкой зажигательная, с белой – на основе серебра. Обычные гранаты во втором подсумке.

– А эти насколько мощные?

– Наступательного типа, – подсказал Гамлет. – По зоне поражения ориентируйся на РГД-5.

Распределив гранаты по свободным кармашкам жилета, я встал, подтянул еще пару ремней и прицепил на пояс чехол с ножом. После попросил Селина закрепить за спиной обрез и прошелся по салону.

– Шлем надеть не забудь, – напомнил куратор и по внутренней связи скомандовал водителю: – Выдвигаемся.

Фургон качнуло; я плюхнулся на сиденье и натянул на голову превращенную в подшлемник бандану. Парни враз собрались и замолчали, а вот мне молчать было невмоготу. Нервы, чтоб их…

– С молодежью как поступили? – спросил я Шептало.

– Забрали за распитие алкогольных напитков и нарушение общественного порядка. Ну и для выяснения личности. Утром отпустим.

– Думаете, они могли там не просто песенки распевать?

– Проверяем.

Автомобиль с ходу заскочил на бордюр; нас вновь качнуло, а потом кто-то несколько раз похлопал по боковой двери.

– На выход, – распорядился Владимир Николаевич, но никто не шелохнулся.

Все просто сидели и смотрели друг на друга.

У Дениса посреди лба залегла глубокая морщина, Гамлет нервно раздувал крылья крючковатого носа, а Филипп в кои-то веки больше не казался сонным. Для всех них предстоящее мероприятие было обыкновенной работой, но парни даже не пытались скрывать нервозность.

Не пытался скрывать очевидного и я. Смахнул потекшие по лицу капли пота, поежился, судорожно вцепился в лежавший на коленях пистолет-пулемет.

И думал. Как обычно, думал нечто вроде: "Куда ты, придурок, лезешь?"

Почему бы не забить на все и не жить, как живут нормальные люди? Ну почему, а?

Хорошо бы, но кто-то там наверху решил, что спокойной жизни пришел конец. Досадно…

– Ладно, выдвигаемся. – И Городовский первым поднялся на ноги.

Шептало отодвинул боковую дверь, мы один за другим выпрыгнули наружу и удивленно заозирались по сторонам. Холмики оказались со всех сторон ограждены высоченными пластиковыми щитами, и несколько мощных прожекторов разгоняли притаившуюся под каменным мостом тьму. Здесь же возвышалась настоящая баррикада из мешков с песком и бетонных блоков огневых позиций. Кругом – похожие друг на друга, словно однояйцовые близнецы, автоматчики.

– Все нормально? – спросил Городовский у подошедшего к нам Бориса Ярового.

– Как видишь.

Придраться и в самом деле не к чему. Даже если горожане сумеют вырваться из свертка, то без магической поддержки их сразу покрошат перекрестным огнем.

– Штурм начнется через сорок минут, – оповестил нас Шептало.

Я перебрался через баррикаду и позвал за собой остальных:

– Идемте!

– Каску! – напомнил куратор.

Надев шлем, я вплотную подошел к мосту и заглянул в темный провал под низким сводом. На той стороне – ничего. Только тьма. И магией все сильней веет.

Парни сгрудились сзади и какое-то время стояли молча, потом Селин не выдержал и толкнул меня в спину:

– Лед, заснул?

– Ничего необычного не чувствуете?

– Нет.

– А с той стороны моста что видите?

– Мешки с песком, – озадаченно ответил Гамлет. – Разве нет?

– Не совсем.

– Слушай, Скользкий, – вздохнул Городовский, – мы понимаем, что ты личность уникальная и все такое, но, может, уже к делу приступим?

– Держитесь за меня, – потребовал я. – И главное – не отпускайтесь, пока не разрешу.

– Лед, ты меня пугаешь, – нервно хохотнул Денис и в руку вцепился изо всех сил.

Гамлет ухватился за другой рукав, Городовский взялся за страховочную петлю жилета.

– Готовы?

– Всегда готовы! – девизом пионеров ответил Селин, и я осторожно потянул парней за собой.

Прямиком во тьму…

Глава 8

Шаг, другой – идем по тоннелю с грубой кладкой каменных стен. Впереди лишь тьма, позади… позади даже не знаю что. Не обернуться; и без того магическая энергия всего пронизывает. Проход неширокий, будто бурный поток навстречу несется. Еще парни на плечах повисли…

Вскоре каменная кладка сменилась плохо отесанным монолитом, и дальше мы пробирались по самой настоящей пещере, едва не цепляя касками неровности потолка. Постепенно подошвы заскользили по наледи, у стен забелели наметенные ветром сугробы, и к стылости текшей навстречу магии добавился пронзительный холодок сквозняка.

А потом мы совершенно неожиданно оказались посреди ночного леса. Высоченные сосны, снег на развесистых еловых лапах, черное небо с бессчетными искорками крупных зеленых звезд.

– Занять позиции, – скомандовал Городовский, прячась за поваленное дерево.

Гамлет немедленно залег в кустах; я спрыгнул в яму, оставшуюся от вывороченного корневища, и потеснился, освобождая место Селину. Денис привстал, повел глушителем пистолета-пулемета, вглядываясь в темноту, и тихонько произнес:

– Чисто!

– Чисто! – подтвердил Гамлет, выдохнув настоящее облако пара.

– Лед, за нами кто-нибудь пройти может? – спросил Городовский.

– Из тех, кому будем рады, – нет. А что?

– Ждите! – распорядился Филипп и начал обходить деревья, возле которых мы вывалились в сверток.

Пользуясь передышкой, я снял шлем и опустил мультибандану на шею, а взамен нее натянул на макушку черную вязаную шапочку. Непонятно, сколько еще тут проторчать придется, а так хоть не продует.

Городовский тем временем закончил возиться с деревьями и, закинув рюкзак за спину, вернулся к нам.

– Ты чего сделал-то? – удивился я.

– Пару мин с инфракрасными датчиками оставил. На всякий случай.

– В задницу такой случай, – поежился Селин. – Их потом демонтировать можно будет?

– Разумеется, – ухмыльнулся Городовский. – Дальше как? Ждем здесь или местность разведаем?

Я оттянул рукав и просмотрел на часы.

– У нас в запасе полчаса, весь сверток можно пройти минут за десять. Успеем вернуться, если что.

– Наследим, – глянул на заснеженную землю Филипп.

– Не без этого.

– Лучше бы засаду на входе организовать, – перебрался к нам Гамлет. – Чтобы они очухаться не успели.

– Так-то да. – Городовский задумался и вставил в ухо наушник рации. – Первый канал выбирайте. – Потом перелез через поваленное дерево и обернулся: – Ну чего вы?

– Сейчас.

Я достал из кармана пластиковую бутылочку, свинтил пробку и вытряхнул на перчатку одну из последних горошин "Магистра".

– Совсем сбрендил?! – перехватил меня Датчанин, не дав проглотить желатиновый шарик.

– Не понял?

– Это "Магистр"?

– Ну и?

– А тебе крышу не снесет с него?

– Да как-то пока не сносило, – хмыкнул я и попросил: – Руку отпусти.

– Смотри, Скользкий, подсядешь на эту дрянь, потом намучаешься, – предупредил Гамлет.

– На эту уже не подсяду, – поморщился я, припоминая обжигающе-холодный укол в позвоночник. Прогнал не самые приятные воспоминания, раскусил пилюлю и, проглотив ее, сплюнул под ноги омерзительно горькую слюну. – Чё встали? Пошли!

И мы пошли. Впереди Гамлет, замыкающим Денис; мы с Филиппом страховали их и друг друга. А кругом – ночной зимний лес. На разлапистых соснах повисли настоящие сугробы, из неглубокого снега под ногами проглядывает заиндевелая трава. Видимость – метров тридцать, дальше все сливается в сплошное марево зависшей в воздухе белесой дымки.

Блин, как же в кедах пальцы мерзнут…

Неожиданно Датчанин замер на месте, неуверенно повел глушителем по редкому подлеску и попятился назад.

Городовский моментально толкнул меня за толстенный, в два обхвата сосновый ствол, сам укрылся за соседним деревом и спросил:

– Принц, что такое?

– Не знаю, – озадаченно отозвался Гамлет. – Лед, глянь.

Я осторожно выдвинулся вперед и вскоре почувствовал, как искривляется и растекается в разные стороны пространство, а посередине, ближе к эпицентру этой странности остается лишь чистое и ничем не замутненное ничто. Вот еще торчат заснеженные сосны, а пара шагов – и начинается даже не серость, а самая настоящая пустота, разъедавшая сверток изнутри

Пара шагов – это, разумеется, чисто теоретически. Соваться туда себе дороже.

– Пришли? – заволновался Селин.

– Нет, в реальном мире на этом месте церковь стоит, поэтому сверток и не сформировался, – пояснил я. – Можно обойти.

– Разделяться будем? – уточнил Гамлет.

– Придется, – кивнул Филипп. – Мы справа идем, Денис со Льдом слева.

– Не подстрелите нас только, – буркнул Селин.

– Аналогичное пожелание к тебе будет, – наставил на него указательный палец Датчанин.

– Принц, идем, – позвал Городовский.

Парни начали пробираться меж деревьев и почти сразу растворились в ночном лесу. Денис оторвал несколько сосновых иголок, растер их и принюхался.

– Это все настоящее?

– Чистая магия.

– Вообще, колдуна необязательно убивать, – задумчиво глянул на меня Селин. – По крайней мере – сразу…

– Идем уже! – не захотел я даже ничего слушать и зашагал, забирая влево от растекшейся меж деревьев пустоты.

– Сам подумай, – догнал меня Денис. – Человек, который умеет создавать карманные пространства – это же натуральная золотая жила! Это будет…

– Это будет полный пипец, если он ноги сделает! Хочешь, чтобы город с миллионным населением в Приграничье провалился?

– Провалится – и провалится. Места больше станет.

– А люди?

– Людей эвакуируют.

– Кого успеют, – буркнул я, огибая две росшие впритирку сосны и начиная забирать вправо, когда пустота осталась за спиной. – Вон парни идут. – И по рации сообщил: – Мы вас видим.

– Мы вас тоже.

– Да эвакуация фигня вопрос! – Селин оставлять меня в покое точно не собирался. – Только подумай, какие перспективы!

Я беззвучно выругался и обернулся к здоровяку:

– Лучше сам подумай, как хренова туча квадратных километров в Форт втиснется. Мало, думаю, никому не покажется.

– Ну так-то – да… – поскучнел Денис.

– Вот и хватит за советскую власть агитировать!

– Тише, – дернул меня Селин, приседая за дерево.

Я немедленно приник к земле и прошептал:

– Что такое?

Денис не успел ответить, а в ухе негромко прошуршал динамик:

– Идут. Четверо.

– Без команды не стреляйте, – прошептал я в микрофон и отполз в сторону. Устроил глушитель на тонком стволе поваленной ветром сосенки и напряженно уставился в полумрак ночного леса.

Есть движение на одиннадцать часов! Двое, трое, четверо…

Осторожно нацелив туда пистолет-пулемет, я напряг глаза, но понял лишь, что одеты горожане по-летнему и оружия никто из них на виду не держит. Лиц – не разглядеть.

Но кому нужны лица, когда по энергетическому полю бегут колебания набиравшего силу заклинания?

Там либо колдун, либо кондуктор, а значит…

– Валим наглухо! – шепнул я в микрофон, и тут же шагавший впереди остальных горожанин настороженно замер на месте.

Силуэт его подернулся рябью, но я уже поймал красной точкой коллиматора голову, немного сместил прицельную марку вниз и утопил спусковой крючок.

Залязгал затвор, пистолет-пулемет несильно задергался в руках, и человека качнуло в сторону. Он наткнулся на дерево и не успел еще повалиться в снег, как открыли стрельбу парни.

Негромкие хлопки прокатились по лесу, быстро угасая среди ветвей, и все оказалось кончено в считаные мгновения. Никто из горожан даже оружия достать не успел. Если оно у них было – оружие…

Да нет, было: когда, поменяв магазин на новый, я приблизился к замершим на окровавленном снегу телам, то первым делом отодвинул в сторону выпавший из чьей-то руки пистолет. После присел рядом с навалившимся на сосну телом и посветил в лицо.

– Не тот? – уточнил Гамлет, расслышав мой разочарованный вздох.

– Это кондуктор, – переходя к следующему телу, ответил я, – не колдун.

– Плохо, – перезаряжая оружие, пробормотал Городовский. – Выдвигаемся дальше?

– Сейчас.

Не особо надеясь на удачный исход, я проверил другие тела, и ожидаемо не обнаружил ни одного знакомого лица. Оно, может, и к лучшему даже…

– Кого ищешь? – заинтересовался Селин.

– Колдуна, кого ж еще? – поморщился я. – Идемте…

Пару минут мы пробирались по сугробам, дальше сосны понемногу остались позади, подлесок поредел, и впереди замаячил высокий холм, поросший кустарником, почему-то до сих пор так и не облетевшим на зиму. Только начали взбираться вверх по склону, и вдруг будто что-то в спину подтолкнуло.

Я аж на полушаге замер. Вскинул руку, постоял так, затем обернулся к насторожившимся парням и спросил:

– Ничего необычного не чувствуете?

– Нет, – шумно глотнул морозного воздуха запыхавшийся Денис.

– Говорил же – не пей всякую гадость, – не сдержался Гамлет. – Нам точно на эту верхотуру забираться надо?

– Второй вход где-то там, – указал я на лысую вершину покатого холма. – Так вы точно ничего необычного не чувствуете?

– У меня волосы дыбом встали, – произнес вдруг Филипп. – И зубы ломит.

– Та же фигня, – подумав, кивнул Денис.

Все уставились на Гамлета, но он только фыркнул:

– Да не чувствую я ничего!

– Ладно, ходу, – позвал я парней и зашагал в гору.

Точнее, только развернулся – и меня подкинуло в воздух, закрутило и потащило вниз по склону холма. Налетевшая снежным шквалом ударная волна миг спустя умчалась дальше, а я с треском вломился в густые кусты и ошалело замотал головой. Слегка очухавшись, перевалился на живот и обомлел: на вершине холма теперь возвышался прекрасно знакомый по фотографиям особняк!

Вывалившийся из реального мира или созданный магией прямо в свертке?

Кто б мне сказал…

– Лед! – послышался сзади приглушенный шепот. – Лед, падай!

Растянувшись на снегу, я поспешил заползти под кусты, и тут же битым стеклом осыпалось окно на втором этаже. Секундная заминка – и грохот выстрелов.

На голову посыпались срезанные пулями ветки; я немного съехал по склону и, укрывшись за первой попавшейся кочкой, с облегчением перевел дух. Залегшие поодаль Гамлет и Городовский короткими очередями обстреливали прижимавшего нас к земле автоматчика; Денис бежал к зданию со стороны лишенного окон торца.

Прокравшись у самой стены, он подобрался под окно, в проеме которого полыхали дульные вспышки, достал из кармашка разгрузки гранату и резко взмахнул рукой. А миг спустя громыхнуло так, что в соседних комнатах повылетали стекла! Длинный язык огня взметнулся до самой крыши, но пламя быстро опало и лишь рваными отблесками пожара продолжило танцевать внутри.

Ничего себе у них зажигалки!

Гамлет с Филиппом бросились вверх по склону холма. Я поднялся на одно колено и взял на прицел фасад особняка, а когда в темном проеме открытой двери почудилось движение, сразу всадил туда длинную очередь. Подстреленный горожанин вывалился на крыльцо; Датчанин добил его парой выстрелов, Филипп зашвырнул в коридор гранату, и оба они перебежали к стене.

Я тоже не стал изображать из себя мишень и перекатился на новое место. Тут в доме приглушенно громыхнул взрыв, а высунувшийся из-за угла Селин крикнул:

– Прикрываю!

Добежав до крыльца, я вслед за Гамлетом и Филиппом взлетел по залитым кровью ступенькам. Там перепрыгнул через мертвеца и, прижавшись спиной к выщербленной осколками стене, сменил опустевший магазин.

– Ну и чего? – спросил я Гамлета, который опустился на одно колено и осторожно выглядывал в темный коридор.

– Это у тебя спросить надо – чего, – огрызнулся Датчанин. – Откуда здесь эта халупа взялась? Мы так не договаривались!

– А я знаю?

– Зачищаем? – хрипло выдохнул Городовский.

– Без вариантов. – Лезть под пули не хотелось, но на подкрепление нам точно рассчитывать не приходилось. – Денис где?

– Он черный ход держит. Как думаешь, где колдун?

Я на миг задумался, но сразу уловил расходящиеся по магическому полю колебания и указал под ноги.

– В подвале.

– Пока дом не проверим, туда соваться нельзя, – решил Датчанин. – Вы план особняка помните?

– Блокируем лестницу, дальше по обстоятельствам, – приказал Городовский и, оттеснив Гамлета, катнул в темноту РГД-5. Только грохнул взрыв, и он метнулся за угол; мы с Датчанином рванули следом.

Филипп заскочил в одну комнату, Гамлет юркнул в дверь напротив, я остался контролировать коридор.

– Чисто. Чисто. – Почти одновременно прошелестело в наушнике.

Я осветил подствольным фонарем лестницу, высунулся из-за простенка и сразу спрятался обратно. Со второго этажа прогрохотала запоздалая очередь, и ко мне незамедлительно присоединился Гамлет.

– Куда лезешь?! – возмутился он.

– Не спешим, – поддержал его Городовский. – Держи лестницу, мы проверим первый этаж.

– Один?

– Ну позови кого-нибудь на помощь, – пошутил Датчанин.

– Это вы здорово придумали! – Я достал РГД-5, но передумал и выдернул из кармашка трубку зажигательного заряда. – Пожар не начнется? – уточнил на всякий случай.

– Кидай в подвал, – разрешил Филипп и уже в рацию произнес: – Денис, мы выдвигаемся.

Датчанин и Городовский, освещая темные закутки, ушли по коридору; я беззвучно выругался и, подняв лицевой щиток, вытер лицо. После вернул бронестекло на место и прислушался. Тихо.

Только вот это ненадолго.

Для тех, кто засел на втором этаже, другого пути в подвал нет; однозначно будут прорываться.

И как накаркал: по ступеням звонко залязгало железо. Граната?

Но только спрятался – и вместо взрыва на лестнице загрохотали тяжелые ботинки, а потом темень разорвали всполохи дульных вспышек. Не высовываясь из-за стены, я дернул рычажок запала, швырнул трубку зажигательного заряда вдогонку сбегавшим вниз горожанам, и сразу ухнуло. А еще закричало, завопило, зашкварчало. Повеяло жаром, языки пламени взметнулись ко второму этажу, и там тоже кто-то испуганно заголосил.

А чужая граната так и не взорвалась!

Да и граната ли это была? Может, на испуг взять хотели?

Я перехватил оружие, осторожно выглянул на лестничную клетку, и сразу захрипела рация:

– Лед! Что там у тебя?

– Порядок!

– Мы подходим, не стреляй.

Парни вынырнули из темноты, осветили закопченные ступени, и Городовский спросил:

– Что здесь стряслось?

– Попытка прорыва, – объяснил я.

– Жди.

Филипп и Гамлет начали осторожно подниматься на второй этаж, Денис отправился их прикрывать. Вскоре до меня донеслась короткая автоматная очередь, потом грохнула граната, и все смолкло. Минут пять тишины – и Городовский по рации предупредил:

– Это мы. Идем на третий этаж.

– Хорошо, – отозвался я, продолжая контролировать лестницу.

Парни убежали наверх, но вскоре вернулись, так никого и не отыскав.

– Как-то не тянут они на егерей, – объявил спускавшийся первым Гамлет.

– Не говори гоп, – оборвал его Филипп. – Подвал еще…

– А есть ли там кто-нибудь? – засомневался Принц.

– Колдун точно там, – уверенно заявил я и окликнул Селина, который никак не мог вставить магазин: – Ты как?

– Нормально, – буркнул тот. – Сам как?

– Сердце давит.

– Отвык?

– Не то слово.

– Лед, – настороженно глянул вниз Городовский, – колдун мог ловушку установить?

– Запросто, – ответил я и пнул металлическую пепельницу, которую горожане использовали в качестве муляжа гранаты.

– Сможешь почувствовать?

– Попробую.

– Давай первым тогда.

– Лады.

Перехватив пистолет-пулемет, я начал осторожно спускаться по закопченным ступенькам, и тут Денис вдруг резонно поинтересовался:

– Зачем они вообще в подвал попрятались?

И в самом деле – зачем?

Держа на прицеле неплотно прикрытую дверь, я переступил через обугленное тело – к горлу подкатил комок тошноты, но и только, – провел ладонью вдоль косяка, и пальцы сразу заломило от противоестественного холода. Отступив на пару шагов, я обернулся и спросил:

– Веревка есть?

– Держи, – скинул вниз моток Городовский.

Не касаясь заиндевелой дверной ручки, я затянул узел и попятился к дожидавшимся меня парням. Поднялся на лестничный пролет и спросил:

– Дернем?

– Давайте подальше, – решил перестраховаться Гамлет.

Насколько хватило длины веревки, мы отошли в коридор; потом я осторожно потянул свой конец, почувствовал сопротивление и дернул его изо всех сил.

И сразу – хлоп! – будто пакет с водой из окна на асфальт кинули.

Вырвавшаяся из подвала стужа в один миг коркой наледи расползлась по ступеням, затянула инеем стены и выморозила воздух, да так что дышать стало невмоготу. Здание заскрипело, послышался звон лопнувших стекол, и останься мы внизу, сейчас украшали бы интерьер четырьмя ледяными статуями.

– Мать вашу! У меня слезы замерзли! – пожаловался Селин и принялся счищать изморозь с лицевого щитка.

– Плакса! – не упустил возможность поддеть его Гамлет, предусмотрительно отошедший дальше других.

– Рот закрой, – огрызнулся Денис, не расположенный сейчас выслушивать в свой адрес шпильки.

– Соберитесь! – одернул их Городовский. – Теряем время!

И мы отправились в подвал. С каждой ступенькой температура становилась все ниже и ниже; стужа проникала под одежду, ледяными касаниями морозила кожу, заставляла трястись в ознобе и клацать зубами. Короче, холодно было, очень холодно…

Споткнувшись об отозвавшегося ледяным звоном мертвеца, я ухватился за приоткрытую дверь и заглянул внутрь. Никого и ничего. И лишь откуда-то из глубины подвала докатывались рвавшие гладь магического поля колебания. Как будто, как будто…

– Он пытается удрать! – сообразил я и одним рывком распахнул заевшую дверь.

– Как так? – удивился Городовский.

– Создает новый выход из свертка!

Я заскочил в подвал, и кеды немедленно заскользили на покрывавшей пол наледи. Пришлось замедлить шаг, но и так удерживать на прицеле дальний дверной проем толком не получалось.

– Прикрывайте! – попросил я парней, и словно нарушившее тишину слово стало тому причиной, по комнате начал расходиться нестерпимо студеный туман, а рассыпанное тут и там ледяное крошево потекло, собираясь в человекоподобные фигуры.

Одна из полупрозрачных рук вдруг стремительно дернулась, ухватила меня за штанину и рванула на себя; я рухнул на спину, сразу попытался отползти к выходу, но ледяные пальцы заострились и острыми когтями пропороли прочную ткань, удерживая на месте. Тут же залязгали затворы пистолетов-пулеметов, тяжелые пули сорок пятого калибра принялись выбивать из големов осколки льда; тем – хоть бы что.

Спас Городовский. Ухватив страховочную петлю жилета, он поднатужился и одним рывком оттащил меня к входной двери, потом выдернул обрез и спустил курок. Голова вцепившегося в ногу голема разлетелась на куски, и я наконец сумел выползти к уже убравшимся на лестничную клетку парням. Сразу выхватил из кармашка вторую самопальную гранату и зашвырнул ее в комнату.

– Мать! – охнул Городовский и пинком захлопнул дверь; Денис и Датчанин ухватили меня под руки и молча рванули вверх по лестнице. Я попытался высвободиться, но тут раздался негромкий вроде бы хлопок, и особняк содрогнулся от фундамента и до самой крыши.

Сорванное взрывом дверное полотно разлетелось в щепы, парней сбило с ног, а меня со всего маху впечатало в стену, и от серьезных увечий уберег лишь шлем. В голове так и зазвенело.

– Ну на хрена? – сплевывая кровь, простонал Селин.

– Эргэдэшки за глаза хватило бы, – согласился с ним Гамлет.

Мне было не до них. В ушах звенело, в затылке пульсировала непонятная боль, а перед глазами кружились серые точки не до конца прогоревших заклинаний. Реальность двоилась, и никак не удавалось определиться, где именно сейчас нахожусь: здесь, в темном коридоре, или же где-то посреди ослепительно-белой пустоши…

Черт бы побрал этот "Магистр"!

– Кто сказал, что эта по мощности такая же? – вяло возмутился я, когда померкло нестерпимое сияние отката.

– Не в закрытом же помещении! – закашлялся Датчанин. – Вот ты, блин, вообще…

– Хватит! – прикрикнул Городовский и скомандовал: – Лед, вперед!

Подхватив пистолет-пулемет, я первым спустился по скользким ступеням, настороженно заглянул в подвал и обнаружил, что как таковой комнаты больше не существует. Начиненная серебром граната выжгла всю магию, и подвал понемногу распадался, превращаясь в серое ничто. Мебель на глазах рассыпалась в труху, стены оплывали, потолок прогибался, покрывался трещинами и мог обвалиться в любой момент. Одно радовало – ледяных тварей развеяло в пыль.

– Быстрее! Они уходят!

Проскочив изуродованное взрывом помещение, я заглянул в следующую комнату и замер как вкопанный, не в силах поверить собственным глазам.

Вместо дверного проема – дыра в мирозданье. За ним, где-то много-много ниже, под черным небом с лазурной кляксой солнца раскинулась заснеженная равнина с торчащими из сугробов ледяными пиками. И все они направлены прямо на меня…

– Стой!.. – Я попятился назад, но кто-то из парней уже врезался в спину и сбросил вниз. Вот ведь, мать вашу…

Падение оказалось недолгим. Миг свободного полета – и вот уже шипы. Но ледяные пики развеялись, будто их и не было, а я со всего маху врезался в заметенный снегом шифер и заскользил вниз по скату. Затормозил, вцепившись в антенну, и тут в полуметре над крышей прямо из воздуха возник Селин. Денис приземлился аккурат на конек, приглушенно ойкнул и скатился на другую сторону, Гамлета же пришлось хватать за страховочную петлю и останавливать, прежде чем он доехал до края и едва не сорвался вниз.

– Ты чего орал? – спросил Датчанин, когда дотянулся до одной из распорок антенны и по скользкому шиферу перебрался поближе ко мне.

– Да так, показалось, – шумно выдохнул я. – Просто показалось.

– Завязывай с "Магистром", – посоветовал Гамлет, ловко вскарабкался вверх и уже оттуда спросил: – Остальные где?

– Я только Дениса видел. Он на ту сторону скатился.

– Чердак! – раздался в наушнике голос Филиппа. – Быстро!

Где-то в доме прогрохотала автоматная очередь, взорвалась граната, защелкали пистолетные выстрелы.

Мы перебрались через конек крыши, и Гамлет вслед за Селиным залез в чердачное окошко, я заглянул внутрь и спросил:

– Спуститься получится?

– Они там крепко засели, – ответил Городовский, удерживая на прицеле темный проем люка. – Если только гранатами закидать…

– А хоть и гранатами, – раздраженно облизнул разбитую губу Датчанин. – Какие еще варианты есть?

Терять время на осаду и штурм было нельзя, поэтому я передал парням гранаты и предложил:

– Обойду их по пожарной лестнице.

– Гамлет, прикрой, – распорядился Филипп.

– Идет.

Проскальзывая на заснеженном шифере, я поспешил к дальнему концу крыши, а вот Датчанин не удержался на ногах и под трехэтажный мат съехал по крутому скату.

– Тебе помочь? – обернулся я.

– Сам справлюсь! – отмахнулся тот, упираясь ботинками в дождевой слив.

Я подбежал к ржавым поручням пожарной лестницы, осторожно глянул вниз – никого, – и начал спускаться. Повис на последней перекладине, разжал пальцы и метров с трех рухнул в высокий сугроб. Едва не оставив в снегу кеды – идиот, почему только ботинки не попросил?! – перебрался к углу дома и сразу заметил трех убегавших со двора парней.

Задержав дыхание, я поймал взглядом красную марку прицела и, утопив спуск, открыл огонь по беглецам.

Двух тут же сбило с ног, и они распластались на забрызганном кровью снегу, а третий резво обернулся и швырнул в меня шар искрящегося огня. Я качнулся за угол, и шаровая молния угодила в стену, да так, что та взорвалась разлетевшимися во все стороны обломками кирпича.

В голове будто колокол ударил, очнулся уже в сугробе. Машинально попытался выдернуть пустой магазин, но тот заклинило. Пришлось избавиться от покореженного оружия и доставать пистолет.

По кирпичной осыпи я осторожно подобрался к углу дома, и тут на голову посыпалась снежная крошка.

– Ты где пропадал? – спросил я спрыгнувшего с пожарной лестницы Гамлета.

– Достал колдуна? – связав воедино закопченную стену и валявшиеся во дворе тела, спросил Датчанин.

– Ушел.

В этот момент на верхних этажах вновь послышалась стрельба; я стянул с головы поцарапанный шлем и поспешил через двор.

– Прикрой наших!

– Уверен? – засомневался Гамлет.

– Да!

Добежав до трансформаторной будки, я осторожно выглянул на улицу, там – никого. Вывалился из-за угла и сразу боковым зрением выхватил из темноты белый овал лица с черными провалами глаз. Тут-то вбитые инструкторами рефлексы и пригодились: продолжая движение, я в развороте вскинул пистолет и утопил спусковой крючок.