Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 291 (всего у книги 301 страниц)

– Как попарились? – спросил я, орудуя ножом и вилкой.

– Отлично попарились! – расплылся в довольной улыбке Напалм.

– Замечательно, – подтвердила Вера и странно глянула куда-то мне за спину.

Я обернулся – это появилась Яна. Ведьма успела накраситься и привести себя в порядок, заодно и успокоилась.

С милой улыбкой она наклонилась поцеловать меня и шепнула, напоминая об утренней стычке:

– Неразборчивый ты мой… – а потом, покачивая бедрами, прошествовала к столу с наемниками. Там села рядом с Ликой и столь же мило поцеловала ее в щеку.

Однако…

Напалм расплылся в ехидной улыбке и рубанул, не особо выбирая выражения:

– Так ты ей присунуть успел, что ли? Тыц-тыц, кучка яиц?

Вера немедленно пихнула несдержанного на язык мужа локтем, и тот поперхнулся чаем. А когда откашлялся, то не сдержал возмущения:

– Да что такого сказал?!

– А вдруг это любовь? – спросила Вера, и тут уже едва не подавился я сам.

Да, компания подобралась – огонь.

Долго за столами не засиживались, поели – и вышли во двор. Давно рассвело, но небо хмурилось, на улице было темно и пасмурно. Еще и моросило. Водитель пошел за грузовиком, а мы остались дожидаться его под козырьком крыльца.

– Вышел заяц на крыльцо, почесать свое яйцо… – продекламировал Напалм, оглянулся на Яну и понизил голос: – Ты хоть пересчитывал с утра? Оба на месте? С ведьмами только зевни…

Я усмехнулся в ответ.

– А у тебя в кожаных штанах еще не отопрели окончательно?

– Я их проветриваю, – сообщил пиромант и добавил: – Регулярно.

Тут "шестьдесят шестой" сдал задом к крыльцу, мы забрались под тент и расселись на протянувшихся вдоль бортов лавках. Места в кузове оказалось не слишком много – часть его занимали канистры с горючим, какие-то тюки и свертки, но тесниться не пришлось.

Хлопнули дверцы кабины, грузовик рыкнул, развернулся и выехал в открытые ворота. Яна сидела на противоположной лавке и с елейной улыбкой гипнотизировала меня пристальным взглядом; я не выдержал и отвернулся к пластиковому окошку. При желании его можно было отстегнуть для вентиляции или ведения огня.

На пропускном пункте мы получили оружие и без проволочек покинули село, но тут же остановились на просторном пятаке у дороги. Земля там пестрела отпечатками шин и подков.

– Теперь-то что? – возмутился Напалм, когда Яна выбралась из кузова, а за ней потянулись наемники.

– Дурное место впереди, – пояснил светловолосый охранник немногим ниже меня.

– А, точно! – Пиромант спрыгнул на землю и помог спуститься жене. – Сопровождение дадут?

– Нет, летом все сами едут. Просто лучше попутчиков подождать, на, – пояснил наемник, закинул на плечо ремень АКМ и протянул руку. – Серый.

– Напалм, – ответил пиромант.

– Лед, – назвался прозвищем и я.

Тогда Серый развернулся и указал на невысокого темноволосого мужичка с короткой черной бородкой, худощавого и сутулого.

– Клоп, – представил он наемника, который и показался вчера знакомым.

А вот сейчас даже не знаю. Вроде не пересекались нигде раньше.

Затем Серый познакомил нас с плечистым наемником в камуфляжной панаме. Крепыш с модной трехдневной щетиной откликался на позывной Дуб и был вооружен таким же автоматом, как и у командира, да еще пояс оттягивала кобура с пистолетом, а кармашки разгрузки топорщились из-за магазинов и двух "лимонок".

Водитель грузовика откликался на прозвище Гусь. Был он, пожалуй, самым старшим из всех, кривоногим и грузным, хотя возраст могла добавлять седая борода. В отличие от остальных Гусь остановил свой выбор на чаромете с пузатым барабаном на пять или шесть зарядов. Ну и без пистолета дело тоже не обошлось.

У всех – легкие бронежилеты, налокотники и наколенники, еще и шлемы в кузове валяются, вот только создается впечатление, что наемники из Форта выбирались нечасто и в первую очередь действовать привыкли против людей. Кроме ножей, холодного оружия ни у кого нет, и дробовик только у Клопа. Для охраны базового лагеря это, может, и не критично, но не знаю, не знаю…

С юга подул резкий и неприятный ветер; Вера натянула на голову капюшон, Напалм прикрыл лысину кепкой, а охранники укрылись от холодных порывов за грузовиком. Ведьмы никак на непогоду не отреагировали, разве что Яна принялась заплетать растрепанные волосы в косу.

– Какая точка назначения на сегодня? – поинтересовался Серый. – Яна сказал, тебе координаты дала.

– Есть карта? – уточнил я.

Наемник сунул руку под разгрузку и выудил оттуда толстую пачку бумажных листов. Точнее – один лист, сложенный много раз.

Серый развернул его и прижал к борту грузовика, не давая растрепать ветру. Я отыскал Лисьи Выселки и ткнул пальцем примерно посередине между поселком и пограничным пунктом.

– Здесь будет мост через речушку, и примерно через километр еще один ручей в трубе. Начнем оттуда.

Наемник поставил карандашную отметину и спросил:

– Сразу лагерь ставим?

– Нет, придется километра на три обратно сместиться после обеда, если все по плану пойдет.

– Понял, на.

Серый отошел к валькириям, а я вернулся к Напалму и Вере и вытащил из кармана куртки вязаную шапочку.

– Взмерз Маугли? – рассмеялся пиромант и посоветовал жене: – Чего ты дрожишь? Лезь в кузов. Тут, похоже, надолго.

Вера послушала его совета и забралась под тент, а Напалм с тоской глянул на дымивших сигаретами охранников. Сутулый мужичок перехватил его взгляд, растер ногой окурок и подошел к нам.

Как его, Клоп?

– Ну вы вообще, – покачал Клоп головой, поправил ремень ижевского самозарядного дробовика и ткнул пальцем в пироманта. – Тебе еще бабу свою наголо побрить, и в натуре командой лысых будете.

– Че сказал? – напрягся Напалм.

Я с трудом удержался, чтобы не отступить в сторону, так резко повеяло от пироманта жаром.

Клон развел руками:

– Да шучу я, шучу!

– За такие шутки в зубах промежутки! – зло выдал пиромант.

– Как скажешь, – покладисто согласился наемник и отошел.

Я только вздохнул.

– Умеешь ты друзей заводить, ничего не скажешь.

– Пусть еще только вянет что-нибудь, глаз на жопу натяну! – заявил Напалм, передернул плечами и сунул руки в карманы куртки. Веять жаром от него перестало, но запах разогретой кожаной одежды никуда не делся.

– Что за татуировки, не обратил внимания? – спросил я тогда.

– Да уголовники, наверное, – поморщился пиромант и развернулся к воротам. – Ну наконец-то!

Из села выехали три телеги и зеленая "буханка" с заваренными боковыми окнами, следом неспешно шествовал священник и пара караульных, один с автоматом Калашникова, другой с помповым дробовиком.

Черная ряса святого отца удивительным образом сочеталась с готическим стилем Лики, но друг на друга они глянули без всякой симпатии, скорее уж наоборот. Священник обошел телеги и обрызгал их святой водой, затем окропил и автомобили.

– Езжайте с Богом! – напутствовал он нас и отправился в обратный путь.

– Едем, на! – скомандовал Серый.

Мы забрались в кузов, но вопреки моим предположениям водитель становиться в голову колонны не стал и пропустил вперед УАЗ. Телеги покатили вслед за нами.

– Экомаг прими, – напомнил жене Напалм. – Хреновое место будет. Поле Чудес.

Вера запила таблетку глотком воды и принялась обматывать карабин маскировочной лентой, тогда пиромант и сам проглотил пилюлю, но это точно был не экомаг. Я закрыл глаза, расслабился и очень быстро уловил неровную дрожь магических полей. Впрочем, ничего удивительного – погода ни к черту, и колебания скорее именно этим объясняются, а вовсе не приближением к дурному месту.

Яна раздала наемникам таблетки, и тогда Серый скомандовал:

– Давайте к окнам. Без команды не стрелять! Лед, тебя это тоже касается, на.

Я кивнул и заранее расстегнул ремешки пластиковой вставки. Дорога шла через заболоченное поле, раскачивались на ветру заросли камыша. Но ездили здесь часто, самых голодных и бестолковых тварей давно повыбили. Вряд ли пострелять доведется.

И тут же в хвосте колонны грохнул выстрел. Миг спустя к заметившему опасность вознице присоединились остальные, и по камышам лупанула сразу полудюжина стволов. Несшаяся вдоль дороги тень резко ушла в сторону и пропала из виду.

Дорога постепенно пошла в горку, луж и колдобин стало меньше.

– Подъезжаем! – предупредила Яна.

Головная "буханка" первой въехала на пригорок, вслед за ней на вершину взобрался и "шестьдесят шестой". На миг грузовик притормозил, словно водитель сбросил скорость, дабы осмотреть открывшийся с высоты вид, а потом "шишига" рыкнула движком и покатила дальше.

Я выглянул в окошко и увидел, что низину затянул легкий туман. Так мне поначалу показалось. А потом белесое марево начало впитывать в себя свет, и как-то сразу пасмурное утро помрачнело, восход сменился сумерками.

– Без команды не стрелять, на! – повторил приказ старший охранник.

"Буханка" первой въехала в серую дымку, но не растворилась в ней, а словно разрезала. Машину окутало мягкое сияние, туман дрогнул и отступил к обочинам.

И точно такое же сияние охватило и наш грузовик!

Святая вода? Очень похоже на то…

В низине на самой границе видимости замелькали непонятные смазанные фигуры, в голове зазвучали отголоски призрачных шепотков. Яна зажмурилась и сцепила пальцы, ее губы зашевелились, словно ведьма проговаривала про себя какую-то мантру. Напалм поморщился и вытянул из сумочки на поясе пузырек с таблетками, но передумал и ничего принимать не стал.

Невесть с чего заломило давным-давно сломанные ребра, да еще заболело правое предплечье. На миг стало трудно дышать, но долго наваждение не продлилось – дорога вновь пошла в горку, и туман остался позади.

– Проехали! – шумно выдохнула Яна, вытащила из сумки пластиковую бутылку с водой и сделала несколько жадных глотков.

Я вытер покрывшееся испариной лицо и решил, что на обратной дороге проще плюнуть на все и вернуться через Лисьи Выселки. Очень уж паскудно было на этом Поле Чудес.

Впрочем, неприятные ощущения вскоре прошли без следа, и я вновь начал дышать полной грудью. Настроение улучшилось, на контрасте жизнь показалась очень даже неплохой штукой. И плевать, что вскоре придется лезть в места ничуть не менее паскудные…

После выезда на трассу Северореченск – Город головной УАЗ прибавил скорость и начал отрываться от колонны, тогда наш водитель тоже притопил педаль газа и пристроился «буханке» на хвост. Всегда проще, когда кто-то впереди едет: все колдобины и ямы заранее примечаешь.

Наемники по-прежнему сидели у окошек с оружием в руках; я тоже не расслаблялся и через прозрачную пластиковую пленку посматривал на тянувшиеся вдоль дороги поля и перелески. Частенько на глаза попадались сухие и поваленные деревья, местность здесь была заболоченная.

Вскоре сидевший напротив меня Напалм указал в окошко со своей стороны:

– Лисьи Выселки.

Я перебрался к нему и отметил, что окружавшие поселок стены куда выше ограды Песчаного. И вышки стоят чаще, и черные отметины бойниц тут и там на глаза попадаются. Трасса к поселку не приближалась, огибая его по широкой дуге, и очень быстро грузовик оставил его позади. А вот "буханка" свернула к воротам, дальше мы ехали уже одни.

– Скоро пограничный пункт будет, – подсказал Напалм.

– Раньше остановимся, – ответил я и вернулся на свое место.

И точно: сначала грузовик по кособокому бетонному мосту переехал через узкую быструю речушку, а минут через пять водитель свернул на обочину и заглушил двигатель. Серый откинул брезентовый полог, закрепил его в раскрытом положении и выбрался из кузова. Я последовал за ним и задержался подать руку Яне.

– Ты такой галантный! – рассмеялась ведьма, принимая помощь.

Я не стал отшучиваться, молча поправил наброшенный на плечо ремень "сайги" и отошел к бетонной трубе, по которой тек под дорогой мутный ручей. С другой стороны он сразу терялся среди кустов и высокой синеватой осоки.

Место здесь было достаточно открытое. На заболоченном поле тут и там маячили редкие рощицы, и не рощицы даже, а по нескольку деревьев в окружении густых кустов. На горизонте темные облака подсвечивались отблесками Границы; магическое поле здесь было неспокойным, но не слишком интенсивным. Энергия не задерживалась на открытом пространстве, быстро утекала и рассеивалась.

Внутренне зрение выявило энергетическую линию, идущую вдоль ручья, на нее при поисках окна я и решил ориентироваться.

Подошли Яна и Лика, выжидающе посмотрели на меня. Я указал на юг.

– Пара километров вдоль ручья.

– Как же они вывозят товар? – удивилась Яна.

– Смотря что тащат, – пожал я плечами. – Но вообще могут и нормальную дорогу по снегу прокладывать.

– Порядок действий? – перешла к делу Лика.

Я посмотрел в хмурое небо, почесал ухо и предложил:

– Это окно от дороги не слишком далеко. Мы все разведаем, потом вызовем вас. Сколько времени займет ритуал?

– Минут десять, – ответила черноволосая ведьма.

– Отлично. Рации есть у вас?

– Серый! – окликнула старшего охранника Лика, а когда тот подошел, распорядилась: – Согласуйте частоты.

Я достал "баофенг", который забрал на чердаке, и настроил один из каналов для связи с наемниками. Потом помог сделать это Вере, а вот у Напалма рации при себе не оказалось.

– У нас прямая связь, – постучал он пальцем по виску.

– Телепатия?

– Да, через амулеты.

Я забрался в кузов грузовика, взял "штурмовой" рюкзак с аптечкой и боекомплектом и задумчиво посмотрел на основной, но доставать из него "Калейдоскоп" все же не стал. Слишком тяжелая бандура. Не думаю, что нам столь серьезный противник встретится. Надел наколенники, сунул в петлю на поясе топор. Вот он точно лишним не будет. Архиполезный инструмент.

Спрыгнув с кузова, я прицепил на разгрузку рацию и воткнул в нее провод наушника с микрофоном. Взглянул на часы и спросил:

– Напалм, ты готов?

– Всегда готов! – пионерским салютом ответил пиромант, который никак на выход переодеваться не стал.

А вот Вера накинула на себя бесформенный плащ камуфляжной расцветки, и при каждом движении ее сложный рисунок немного менялся, а зеленовато-серые краски то темнели, то светлели, приспосабливаясь к новой обстановке. В руках девушка держала маску с толстыми линзами окуляров и небольшим респиратором. Карабин висел за спиной.

– Амулеты от морока не забыли? – напомнил я.

– Все есть, – подтвердила девушка и протянула мне пузырек с вязкой маслянистой жидкостью. – Держи, это от мошкары. Просто несколько капель нанеси на рукава, воротник и штаны.

– А то еще заползет кто! – рассмеялся Напалм.

Я растер по одежде пахучую жидкость и протянул пузырек пироманту. Тот покачал головой:

– Мне без надобности.

– И долго действует?

– До вечера должно хватить.

Пока мы собирались, Яна подпоясалась широким кожаным ремнем с солидной на вид кобурой, а Лика собрала охранников и делала им какие-то инъекции.

– Это что? – спросил я у Серого.

– "Трешка", на, – ответил тот, прижимая проспиртованную ватку к месту укола.

Я ничего не понял и переспросил:

– Что за "трешка"?

Ответил пиромант.

– Комплекс номер три, – пояснил Напалм. – Вывод шлаков, сопротивляемость магическому излучению и антигистаминное действие в одном флаконе. Хватает на неделю.

– А вы по старинке – на экомаге?

– Ну да, – подтвердил пиромант.

Я подошел к Лике и предупредил:

– Мы выдвигаемся.

– Хорошо. Но здесь вас ждать не будем. Отъедем метров на пятьдесят от ручья.

Ведьма указала рукой вдоль дороги; я кивнул.

– Договорились.

Тут стоявший на карауле Дуб поднес к глазам бинокль и предупредил:

– Едут машины. Грузовик и два джипа. Китайцы.

– За рулем китайцы? – уточнил я.

– Нет, машины китайские. Кто за рулем, пока не видно.

Я посмотрел на далекие автомобили и махнул Напалму и Вере:

– Идемте!

Мы перебежали через дорогу и спустились с насыпи в высокую траву, то ли зеленовато-синюю, то ли уже синевато-зеленую, среди которой торчали сухие стебли бурьяна. Осока хоть и льнула к ногам, прочные штаны прорезать не могла.

Я ушел за кусты и придержал Напалма с Верой, но грузовик и два внедорожника проехали мимо нашей стоянки, не снижая скорости. Засветло все дурные места проскочить хотят, не иначе.

А вот нас как раз в самые дурные места и несет. Я буквально физически ощущал течение магической энергии, ее леденящее касание и неуютную рябь колебаний из-за приближающейся непогоды.

– Чего стоим, кого ждем? – спросил Напалм, хрустнув костяшками пальцев.

Вера закрыла лицо маской, шагнула к деревьям и превратилась едва заметный среди кустов силуэт. Взгляд просто соскальзывал с нее и уходил в сторону. Да и внутренним зрением аура почти не различалась.

– Сейчас пойдем, – сказал я, достал полученный от Ермолова аметистовый шар и сжал его в пальцах, активируя "Клубок". Это заклинание не только отслеживало перемещения владельца и могло помочь вернуться по собственным следам, но и сохраняло весь проделанный маршрут. Привязку я сделал к трубе под дорогой, после обнаружения окна отметить его местоположение на карте не составит никакого труда.

Вернув шар фиолетово-прозрачного камня в карман, я застегнул куртку, поправил разгрузку и натянул перчатки. Под ботинками влажно чавкала земля, но грунтовые воды уходили с ручьем и подтоплено поле не было. Это немного успокоило. Думал, будет хуже.

– Ручей из виду не упускаем, но и не приближаемся. Мало ли что оттуда вылезет.

– Ясен палец! – фыркнул пиромант.

– Ну, с богом!

Я двинулся от кустов к следующей рощице, Напалм зашагал следом и не удержался от язвительного замечания:

– Бога нет!

Я отмалчиваться не стал и, поглядывая по сторонам, ответил пироманту ничуть не менее язвительно:

– Напалм, я уважаю чужие религиозные убеждения, поэтому давай не будем выносить друг другу на эту тему мозги. Ага?

– Религиозные убеждения? – не понял пиромант. – У меня нет религиозных убеждений! Я атеист!

– Не хочу тебе расстраивать, но атеизм – это такая же религия, как и все остальные. Просто атеисты верят в отсутствие Бога, только и всего.

Напалм аж подавился от возмущения.

– Лед, ты че гонишь? Я не верю, я знаю!

Я внимательно оглядел рощицу впереди, двинулся в обход и хмыкнул:

– И знание это получено свыше? Хреновый из тебя атеист, Напалм.

– Нет никаких доказательств существования Бога!

– Не примазывайся к агностикам, – рассмеялся я. – Это агностики не знают, существует Бог или нет в силу отсутствия доказательной базы. А вот атеисты просто верят.

Пиромант оглянулся на следовавшую за нами на некотором отдалении жену и привел очередной аргумент:

– Я много думал об этом, это мое осознанное…

– Бла-бла-бла!

– Блин, Лед! Да ты просто боишься трезво взглянуть на вещи! Тебя пугает осознание собственной смертности. Принятие того, что после смерти ничего нет, попросту разрушит тебя как личность!

– Пугает? – хмыкнул я. – Напалм, ты действительно хочешь напугать отсутствием посмертного существования того, кто верит в ад и точно знает, что именно туда он и попадет на целую, мать ее, вечность? Серьезно?

– Да иди ты в жопу, Лед! – не выдержал Напалм. – Что ты за человек такой?

– Просто признай, что боишься заслуженного воздаяния. Вечность в котле с кипящей смолой, каково это тебе?

Пиромант задохнулся от возмущения и приготовился разразиться гневной тирадой, но я приметил впереди пятно пожухлой травы и вскинул руку.

– Проехали!

Напалм шумно выдохнул и налетевшую на него мошкару спалил с видимым удовольствием. А я присмотрелся к подозрительному пятну с неровной, словно перекопанной землей, и решил его обойти стороной. Под ногами зачавкала раскисшая земля, зато не пришлось приближаться к обиталищу неведомой твари.

– Снежные черви? – предположил Напалм.

– Хрен знает, – сознался я. – Те на лето вроде глубже зарываются.

Пиромант вздохнул и вытащил из кармана упаковку жевательной резинки.

– Мир, дружба, жвачка? – предложил он мировую и тут же добавил: – Тебе фантик, мне жвачка!

– Договорились, – только и усмехнулся я в ответ.

Мы прошли еще с полкилометра, когда я ощутил приближение второй силовой линии. При этом магический фон особо не возрос; видимо, сказалась близость Границы, куда и утекали излишки энергии.

– Смотри! – вытянул руку Напалм.

Я пригляделся и поначалу ничего не увидел, а потом в воздухе вдруг блеснула прозрачная нить. Точнее – паутина, которая протянулась от одних кустов к другим.

– Пережечь? – спросил пиромант.

– Сдурел? Обойдем.

Пиромант погасил загоревшийся на ладони огонек и разочарованно вздохнул.

– Долго нам еще? – спросил он, шагая следом.

– Уже нет, – ответил я, уловил краешком глаза какое-то движение слева и замер на месте. Нажал кнопку на гарнитуре рации и сообщил Вере: – От меня на десять часов!

– Вижу, – отозвалась девушка. – Косули.

– Идем дальше.

Две силовых линии встретились, скрутились в единое целое и ушли в сторону, а ручей расширился и превратился в небольшую заводь, по серой воде которой ветер гнал мелкую быструю рябь. Окно располагалось где-то поблизости; неким неведомым чутьем я ощущал присутствие перехода в реальный мир. Будто сквозило чем-то таким…

Теплом, что ли?

– Окно где-то здесь, – произнес я, разглядывая поле размером в пару футбольных стадионов.

– Ищи быстрее, – потребовал Напалм. – Погода стремная какая-то. Не нравится мне здесь.

Я переключился на внутреннее зрение, и очень быстро окружающая действительность раскрасилась отблесками переполнявшей пространство энергии. Две мощных линии, непонятные пятна и скопления. И островок стабильности прямо по курсу. Серый, будто магия уходила оттуда в иной мир.

Окно точно там. Сто процентов. Только вот "островок" занимал никак не меньше двух третей общей площади поля.

Я вздохнул и зашагал, рассекая интересующий меня участок надвое. Напалм двинулся следом, а Вера осталась нас прикрывать. Она присела у кустов, и ее силуэт полностью слился с листвой.

Неожиданно впереди на траве засеребрилась изморозь; я осторожно приблизился и увидел в самом центре заиндевевшей поляны покрытую льдом лужу. Подступил к ней и разглядел отражение ночного неба с яркими зелеными точками звезд.

А еще из-под прозрачного льда на меня смотрел покойник. Так показалось поначалу, лишь миг спустя я узнал собственное лицо и поспешно отступил назад. В Приграничье отражения – далеко не всегда просто отражения. Ну его на фиг.

Я махнул Напалму и зашагал дальше. Первая попытка отыскать окно успехом не увенчалась, тогда я развернулся и двинулся наискосок. Когда на пути попадались пятна покрытой изморозью травы и тронутые ледком лужи, обходил их стороной.

Осока метрах в пяти от нас зашевелилась; я бросил "сайгу" болтаться на ремне и ухватил "щелчок". Заметил длинное серое тело и активировал амулет. Зубастую ящерицу вдавило в землю, брызнула тошнотворная на вид слизь.

– А чего не стрелял? – удивился Напалм.

– Шуметь не хотел, – ответил я, стряхивая с пальцев оставшуюся от деревянной плашки труху.

Земля здесь неплохо просохла, да и от дороги до окна рукой подать; северореченские кондукторы уже могли начать с ним работать. А прижмут огнем посреди поля, мало не покажется. Нет, надо закончить дело тихо и свалить поскорее отсюда.

Мы двинулись дальше, сделали еще один зигзаг по полю, затем другой, и вдруг я уловил непонятное давление, как если бы в душу вцепился призрачный крючок. Повинуясь наитию, я сместился на пару шагов в сторону, и сразу навалилась тяжесть, будто на плечи своим весом опустился сам небосклон.

Буквально Атлантом себя почувствовал. Или Гераклом.

Не знаю, как еще ноги по колено в землю не ушли…

Удивительные ощущения: словно встал зимой в распахнутой двери, с улицы холодом задувает, а изнутри тепловая пушка горячий воздух гонит. И то морозит, то в жар кидает. Тело потянуло в неведомую даль, душу рвануло обратно, реальность затрещала и заходила ходуном…

– Лед! – окликнул меня Напалм. – Лед, очнись!

Я стряхнул оцепенение и шагнул в сторону, смещаясь из фокуса уже готового перекинуть меня на другую сторону окна. Сразу стало легче дышать, вернулись звуки, посеревшее небо потемнело, в лицо ударил стихший было ветер.

Уф! Пронесло!

– Чуть не провалился, – сообщил я пироманту.

– Ума нет – считай, калека.

Я покачал головой и указал на траву.

– Выжги, чтобы второй раз не искать.

Напалм задействовал свой огненный дар, трава вспыхнула, повалил густой дым. А я отошел метров на пятнадцать в сторону, достал купленный у Антона Василенко датчик, синхронизировал его с приемником и воткнул в землю, до упора вогнав штырь в податливый дерн. После этого переключил рацию на общий канал и сообщил:

– Есть результат.

Ответ не заставил себя ждать.

– Можем выдвигаться? – спросила Яна.

– Да. Вас встретить?

Ведьма попросила описать дорогу, потом сообщила, что придут сами.

– Хоть время на беготню туда-сюда не терять, – хмыкнул Напалм.

Мы вернулись к заводи и встали неподалеку от кустов, где заняла позицию Вера. Небо окончательно затянули серые облака, ветер трепал ветви и, пригибая к земле высокую траву, гнал через поле настоящие волны.

Напалм отыскал желтый цветок и спросил:

– Подснежник, что ли?

– Похож. А что?

– Может, Верке подарить?

Я покачал головой.

– Лучше не надо. Или у ведьм спроси, они в травах разбираются.

Пиромант кивнул и указал на шагавших вдоль ручья валькирий.

– Идут! – Но сразу сдвинул кепку на затылок и нахмурился. – Слушай, а ведь они точно по нашим следам идут! Как мы, так и они. Ты хлебные крошки оставлял, что ли?

– Думаешь, по следам?

– Смотри, сейчас кусты с паутиной обогнут.

Так оно и оказалось. Хм, странно. Едва ли эти две фифы такие уж умелые следопыты, неужели остатки ауры считывают?

Когда ведьмы приблизились, я указал на поднимавшийся от земли дым.

– Вам туда. – И сразу придержал Лику. – Уже спрашивал, но уточню еще раз: блокировка окна точно не перекроет энергетические потоки?

Брюнетка улыбнулась в ответ, будто умственно отсталому.

– Если ручей перекрыть решеткой, это не остановит воду.

Ведьмы зашагали через поле к выжженной траве; я велел Напалму остаться с Верой, а сам двинулся следом. Шагнув на рыхлый пепел, Лика закрыла глаза и раскинула руки в стороны. Яна на горелое пятно выходить не стала и, достав из сумки резной деревянный шар, принялась с интересом следить за действиями напарницы.

Поначалу ничего не происходило, затем Лика рассмеялась и носком тяжелого ботинка очертила вокруг себя по пеплу круг. Тот немедленно загорелся призрачным светом, невидимым обычному человеку, и тогда в дело вступила Яна. От нее к Лике протянулась энергетическая нить, и брюнетка начала спешно накладывать на окно какие-то сложные чары. Руки ее замелькали, магия стекала с них и застывала сияющими линиями в воздухе. Постепенно узоры стали складываться в некую сложную конструкцию, сдвигаться и сливаться воедино. Повеяло холодом, по траве разбежался серебристый иней, покрылись изморозью кончики ресниц и борода.

Под конец шар в руках Яны превратился в сгусток ослепительного сияния, дерево посыпалось на землю мелким серым пеплом. Ведьма вскрикнула и начала заваливаться набок, я едва успел ухватить ее под руку. А как ухватил – чуть не отскочил, настолько холодной оказалась девушка. Чистый лед.

Но на ритуале беспамятство Яны никак не сказалось. Лика что-то выкрикнула, негромко хлопнуло, неярко сверкнуло, и все померкло. Магия просто растворилась в пространстве.

Я уложил Яну на траву, Лика склонилась к ней и едва не повалилась на землю сама. Уселась рядом, достала какую-то бутылочку и влила ее содержимое в рот напарнице. Та немедленно очнулась, открыла глаза и хрипло задышала. Синие губы и ногти понемногу начали возвращать себе розовый цвет.

Вокруг нас метров на десять во все стороны расползлось пятно заиндевевшей от мороза травы; я огляделся и спросил:

– Как все прошло?

Изо рта вырвались клубы белого пара, ветер моментально разметал их, унес куда-то вдаль.

– Все отлично! – улыбнулась мне Лика. – Мы справились!

– Вас хватит на все двенадцать окон? – засомневался я.

– Дальше будет проще, – уверила меня худосочная брюнетка и запустила пальцы в растрепанные волосы. – Много проще…

Мы вернулись к Напалму, и там валькирии впервые обратили внимание на отсутствие Веры. Мое первоначальное предположение оказалось верным: маскхалат девушки не только сливался с окружением, но и закрывал ее от внутреннего зрения колдунов.

– Твоя жена, где она? – забеспокоилась Лика, озираясь по сторонам.

Напалм с довольным видом хохотнул, и тогда Вера выступила из кустов. Стоило только ей пошевелиться, иллюзия невидимости рассеялась без следа.

– Давайте за мной! – скомандовал я.

С неба начал сыпать мокрый снег, резко похолодало. Но это не из-за ритуала – просто погода окончательно испортилась. Я посильнее натянул на уши шапочку, а вот ведьмы остались с непокрытыми головами. Мороз, ветер и снег нисколько их не беспокоили.

4

На подходе к дороге началась настоящая вьюга, снег забивался за ворот и лез в глаза. Хотелось поскорее укрыться от непогоды под брезентовым тентом грузовика и выпить чего-нибудь согревающего. На обочине я двинулся напрямик через кусты, зацепился там за что-то ногой и оцарапал кожу. Острый шип легко распорол плотную ткань штанов.

Ну что за черт?!

– Ты нормально? – забеспокоился Напалм.

– Ерунда! – отозвался я, выбрался на трассу и спросил: – Где машина?

Вьюга разыгралась не на шутку, все кругом затянула непроглядная белая пелена.

– Сюда! – позвала нас за собой Лика. – Здесь недалеко.

И точно – почти сразу повеяло дымком. Оставшиеся у "шишиги" наемники не теряли время даром, развели небольшой костерок и подвесили над ним котелок; пахло от того просто замечательно.

– Что там? – спросил я, пытаясь согреть у огня озябшие ладони.

– Травяной чай, – сообщила Лика. – Мой фирменный сбор.

Каждому досталось по полкружки горячего настоя, и холод очень быстро отступил, по телу разошлось живительное тепло. Сбор ведьмы оказался чудо как хорош.

– Можем ехать? – спросил Серый.

– Какой! – фыркнул Гусь, оставив безуспешные попытки очистить от влажных белых хлопьев лобовое стекло. Дворники просто вязли в них. – Не видать ни черта!

Снег и в самом деле валил все сильнее, ветер усилился и раскачивал кусты.

– Придется ждать, на, – вздохнул Серый.

Ведьмы переглянулись, но на немедленном отъезде настаивать не стали.

– Вьюга долго не продлится, – уверенно объявила Лика, когда мы укрылись от разгулявшейся непогоды под тентом.

– Да хоть и долго, – не смог промолчать Напалм. – Солдат спит – служба идет!

Вера пихнула локтем под ребра, и пиромант мигом заткнулся.

На улице мело все сильнее, тент дергался и раскачивался из стороны в сторону, окошки залепил мокрый снег. Я решил не терять время впустую и попросил у Веры нитку с иголкой, снял штаны и неровными грубыми стежками принялся штопать прореху. Красота меня волновала мало, лишь бы дальше ткань не расползалась. Царапина давно подсохла, от нее осталась лишь красная полоса на белой коже. Обработал водкой и забыл.