Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 220 (всего у книги 301 страниц)

Клондайк
6 января

Канун Рождества начался для меня в баре. Хоть и не положено до первой звезды, но я думаю, что это не слишком принципиально. Тем более что я себе зарок дал – от паба до конца праздников ни шагу. То есть из дома, но это почти равнозначно. Надоели приключения, вот хуже горькой редьки надоели, как говорила моя бабушка – в печенках сидят. У меня магазин, а я торговец. И все. Ну охотник тоже, но не более чем. И должен был ко мне заехать Диего, и разговор с Диего предполагался о приятном, то есть про охоту, про новый хутор, про то, как денег заработать, а на них потом жить хорошо.

Правда, можно было бы съездить поискать Милу, в том же Соколовском и Еловом, но ехать придется сейчас одному, а этого делать не хочется. Покатался я уже в одиночку, есть опыт. Да и в районе Елового есть риск напороться на тех же жилинских или на самого Жилина с ними, и уж тогда точно одному быть не нужно. Так что подождем, с Милой вроде как ничего не случилось, ну и до конца праздников не случится, я думаю.

А сейчас ко мне Диего заехал, вот и решили выпить по кружечке. И самым приятным было то, что он сам заехал ко мне, а не я к нему. С Длинным и еще одним парнем, Васей, большим, со слов Диего, специалистом по устройствам ловушек и капканов. На его счету даже пойманный упырь болотный числился, что достижение небывалое.

Диего был в настроении предпраздничном, а ко мне еще и с подарком приехал – аж пятью коробками "сверхновых".

– Это мы делаем, – сказал он. – А про тебя уже наслышан. Помогли, говорят?

– Не то слово! – подарок я оценил. – Спасибо. Пошли в паб, я угощаю. Всех.

В пабе пока было пустовато, хотя человек пять в зале тусовались. Два парня из городской СЭС сидели за стойкой, попутно с Иваном болтая, еще трое, два парня и девушка, сидели за столиком. Я поздоровался с Иваном, Длинный с Васей к нему за стойку завернули, а мы с Диего пошли за дальний столик. Иван наши вкусы знал, так что жестом показал, что "сейчас принесу" и действительно почти сразу же выставил перед нами два высоких бокала.

– Есть будете? – поинтересовался он.

Я вопросительно посмотрел на Диего, но тот сказал:

– На обед зван, так сказать. Не могу.

– Я попозже. Босс здесь?

– У себя.

Иван вернулся за стойку, а я сказал Диего:

– Восьмого едем в Лудино. Присоединяешься?

– У меня все готово.

– Это хорошо. Тогда встречаемся у Западных ворот в шесть, годится? А то через общие народ после праздника ломанется, очередь будет.

– Согласен.

– Машину на гусеницы переставь только, потому что мы на них пойдем.

– Хорошо, – Диего с явным удовольствием приложился к бокалу. – Только мне бы надо еще машину притащить, уже для Форта, чтобы не переобувать этот "эксплорер" туда-сюда. Вот хорошо Слава варит все же, – добавил он, еще отхлебнув пива. – Талант у человека.

– Да, это он умеет. Поговорить вот о чем хочу, – я разложил на столе принесенную с собой карту территории Форта. – Смотри, вот две дороги на Северореченск, – ткнул я пальцем в каждую. – По этой ближе, но здесь Рудный со всеми проблемами и Поле Чудес, если останавливаешься в Песчаном. Здесь Южная, но ее не очень любят. Почему?

– Чуть дальше, и если что случится – не починишься даже. Кроме того, вот эта точка, – он показал на Лисьи Выселки, – удобное место для перевалки грузов. Хоть на Форт езжай, хоть на Город.

– Южная по длине такая же, ну, почти, – сказал я. – Тварей меньше, от болот и шахт дальше. Там почти что нормальная природа, так?

– Ну да, туда охотиться ездят.

– И вот если тут поставить хутор с заправкой, – я ткнул примерно в середину Южной дороги, – то как быстро он вырастет во что-то вроде Песчаного?

– Не знаю, – задумался Диего. – В принципе, все прямые колонны до Форта и из Форта в Северореченск сразу сюда свернут. Потом начнутся проблемы с Лисьими Выселками, на это даю гарантию.

– Это само собой, – согласился я. – Могут начать пакостить. Но если бояться каждого, кто может начать пакостить…

– С этим утверждением я тоже согласен. Знаешь что… я сейчас ничего говорить не буду, мне подумать надо, а скажу когда поедем. Мысль здравая, просто у меня на нее еще пара идей есть. И такие решения так быстро не принимаются.

– Так я и не предлагаю сейчас решать. Сейчас ты насчет девятого определись, и достаточно.

– Я определился, сказал же, – он отсалютовал мне бокалом. – С Жилиным что у вас?

– С Жилиным пока все плохо, и главное – непонятно, – с кем другим я бы откровенничать не стал, но с Диего можно, он это уже не раз доказал. К тому же мы вроде как в сослуживцах сейчас.

– Что-то у вас есть такое, чего ему очень хочется. Обычно он так на рожон не прет.

– Возможно. Сейчас пытаемся понять, что же именно. Пока все говорит за то, что он хочет наши ворота.

Говорить про лекарства и с ним не стоит.

– Вообще это считается не очень приличным, насколько я помню правила кондукторов, – задумчиво сказал он. – Но у вас они вроде большие, в принципе они бы второго кондуктора выдержали?

– В принципе выдержали бы, но это очень в принципе. Потому что с кондуктором всегда кто-то в нагрузку идет. А здесь вообще Жилин as a package deal[13]13
  «as a package deal» – «в комплекте» (англ.)


[Закрыть]. И по всем признакам он не хочет, чтобы мы подвинулись, он хочет все под себя.

– Это да, это он. В общем, если чем могу помочь – обращайся.

– Как пойму, в чем можешь помочь, – обращусь, – засмеялся я. – Твое здоровье. И, by the way[14]14
  «by the way» – «между прочим» (англ.)


[Закрыть], с наступающим, – опять сбился я на подхваченное в том мире.

– Взаимно.

С Диего посидели с полчаса еще, поболтали о том и о сем, потом он уехал со своими ребятами. А я тут же заказал себе обед, потому как теперь совсем проголодался. Ну и еще пива попросил. Тут Беленький зашел, а его-то мне и надо. Он заметил меня, вздохнул притворно, взял прямо со стойки темного и поставил бокал на мой стол, стаскивая с себя красный горный пуховик.

– Желаешь знать, когда сделаем? – спросил он.

– А что, можно сделать?

– Запчасти есть, у меня два "субура" на разбор с разборки на Эс-Пэ-Зэ, прости за каламбур, – усмехнулся он. – Так что части есть.

– И когда в таком случае?

– Вопрос в жестянке. Как править будем? По-быстрому или всерьез?

"Сабербен" у меня за боевую машину, так что особо сожалеть о помятостях как бы и смысла нет. А вот заполучить его побыстрей хотелось бы. В пикапе ехать далеко с четырьмя большими рюкзаками плохо. Или мешать будут, или быстро до них не доберешься, в кузов-то. Я вообще постепенно прихожу к выводу, что пикап мне не нужен, все равно не вожу ничего, а если вожу, то оно в багажник влезает.

– Если по-быстрому, то когда сделаешь? Только так, чтобы кузов не ржавел сразу.

– Числа… – он задумался, – …десятого забирай, после обеда. Напрягу народ, начнут восьмого, как раз справятся. Еще гусеницы когда будут?

– Скоро. На днях сообщу.

– У меня очередь. Лист машин дать, на какие просят?

– Давай, но сам понимаешь, это уже в следующую поставку пойдет.

– Да плевать, год будут ждать, если надо. Машины какие ждешь?

– Ну откуда я знаю? – удивился я. – Спецзаказов не было, так что сам понимаешь. Чего найдут подходящего.

– Это да, с неподходящим сюда… Мне тут "кайенн" отдали битый, прикинь? В дрова. И что с ним делать? Сиденья там кто-то хочет забрать – ну и то хорошо.

– А с "буханкой" Хмеля чего?

– Двигун в дрова, радиатор тоже… в принципе, реально починить, но запчасти заказывать. Нет у меня этого движка сейчас. Радиатор есть где-то, а движка нет. Если только где-то другой убьют так, что от него один двигун останется.

Ну да, "уазик" чинится из любого состояния, убить его до конца – разве только взорвать, но думаю, что Хмелю машина быстрей нужна, чем получится ремонта дождаться. Ладно, посмотрим, что притащим, может, и будет что-то для него подходящее. Я думаю, что Хмель уже и не очень хочет свой "уазик" обратно после двух покушений и прочего, приходилось такое видеть.

В зале появился Хмель, сделал мне ручкой, а Беленький направился к нему, обсуждать "уазик" как раз. Поговорили они пять минут, потом Слава куда-то запропал. Ну а я, наконец, вплотную занялся едой.

Тут чарофон тренькнул на столе. Взял – Саня из магазина.

– Тут к тебе человек заехал, – сказал он. – Говорит, что ты его ждешь.

Мы вообще-то закрылись уже. Кого я могу ждать? Вроде бы никого не жду.

– Может, он представится как-то?

Саня, прикрыв микрофон ладонью, пробубнил что-то, потом кто-то еще пробубнил, затем Саня сказал:

– Марченко фамилия. Говорит, что вы недавно встречались.

– Понял. Скажи, что буду минут через пять, я тут просто с человеком разговариваю.

Твою мать. Мне дадут пожрать? Ладно, за пять минут докидаю в пасть что осталось. Марченко мне нужен, с Марченко полезно поговорить. И должок за мной, вполне неморального порядка, отдавать надо.

Дометал, чуть ли не давясь, все с тарелки, в два глотка выпил половину бокала, а вторую с сожалением оставил на столе. Схватил куртку и пошел к себе, махнув Ивану рукой.

Когда я вошел в магазин, Марченко сидел на подоконнике с газетой, а Саня с другой газетой восседал за своим прилавком.

– Добрый день, с наступающим! – поприветствовал я дознавателя. – Не ожидал сегодня, вроде на после Рождества планировали.

– Да я вижу, что вы закрылись уже, – Марченко поднялся навстречу, отложив газету. – Но вызвали неожиданно, а заодно решил Рождество в Форте встретить. Табличку про "закрыто" видел, но решил наудачу постучаться.

– Да все нормально, у меня просто встреча была в баре за стенкой, уже закончили.

– Я внизу буду, – сказал Саня и на всякий случай, чтобы я верх с низом не перепутал, показал пальцем под ноги.

– Понял.

Сам я подошел к двери и повесил на нее табличку "Закрыто", приписав на бумажке "до 10 января". Потом спросил:

– Чаю хотите? Или покрепче чего?

– А что покрепче есть? – эдак деликатно поинтересовался дознаватель.

– Бурбон, коньяк, водка хорошая, – я открыл шкафчик сбоку от кассы, продемонстрировав бутылки.

– Как в том анекдоте – "все такое вкусное", – засмеялся Марченко. – Давайте коньячку, если не затруднит.

Я плеснул "хеннесси" в два бокала, один протянул Марченко.

– Благодарю. Как у вас после того, без проблем?

– У нас без проблем не бывает, в Рудном в переплет попал, насилу уцелел. Но – уцелел, так что грех жаловаться.

– На кого напоролись?

– На бурю. А потом на ходоков. Машину побил и побегал потом.

Марченко удивленно вскинул брови, затем спросил:

– Машину-то спасли?

– Да, на второй день БАТом утащили, в сервисе сейчас, – я отпил немного коньяку, затем спросил сам: – Определились с предпочтениями?

– Да, с людьми посоветовался, вот они и подсказали, что у вас выпрашивать надо, – заулыбался дознаватель, при этом я обратил внимание на слово "выпрашивать". То есть следовало понимать, что Марченко твердо намерен зайти за грань разумного. Но это нормально – важно, что взамен.

– И что именно?

– Десятый калибр ведь только у вас, правильно? И револьверы под дробовой патрон?

– Да, только у меня. Но десятый я распродал, – соврал я, потому как три ружья в шкафу у меня лежало, как неприкосновенный запас. – На днях новый завоз будет. А револьверы… – я постучал по стеклу, закрывавшему витрину с револьверами, – остались только с самыми короткими стволами. И с самым длинным, притом утяжеленный, чтобы держал "четыре сорок пять". Я же не так просто рассчитывал, что вы позже заглянете. Перед Новым годом все разлетелось.

Я протянул ему два револьвера, длинный и короткий, и Марченко не слишком уклюже взял короткий "джадж" в руку, зажмурил один глаз, прицелился в стену, обхватив запястье другой рукой.

– Да мне и с коротким подойдет, – сразу обнадежил он меня. – Вроде как полицейского образца. Только скажите, он вообще как, стоит иметь?

– Вы стрелок хороший? – спросил я скорей из вежливости, потому что обращался с револьвером Марченко неумело.

– Да, хороший, – уверенно ответил он.

– Ну да, – решил я не вылезать с другими идеями, – тогда и с коротким подойдет. А если с ружьем горит, то смотрите, что в зале осталось, – я кивнул на висящие на стене ружья и винтовки.

– А завоз когда ожидается?

– Несколько дней.

– А как-то заказик можно оформить?

Заказики вообще-то с денежками оформляются, но ладно, мы как-нибудь этот моментик пропустим.

– Можно и заказик, – кивнул я, вытаскивая из-под кассы журнал. – Кстати, все спросить хотел: вы в Лисьих Выселках давно служите?

– Лет семь уже, как в дознаватели повысили, так с тех пор там все время.

– И как?

– Нормально. Дураков хватает, конечно, так где их не хватает? – как бы сам себя спросил и сам себе ответил Марченко. – Всякое случалось. Но дом неплохой, воздух свежий, сам себе генерал по большому счету – неплохо.

– У вас же там всегда что-то вроде биржи кондукторов было, так?

– Точно. В "Сугробе" они собирались, это у нас бар такой, не на главной улице. Да и сейчас собираются иногда. Но редко, и заказы не напрямик, а через бармена собирают.

– А такого мужика, как Валентиныч, не приходилось встречать? Не знаю полного имени. За тридцать немного, волосы редкие, тут на руке, – я показал на тыльную сторону левой ладони, – защитная татуировка, руны. Глаза голубые, уши оттопыренные, нос картошкой малость. Балагурный такой.

– Вроде бы помню такого, – чуть подумав, ответил Марченко. – Именно кондуктор. Пропал с год назад, наверное, или даже раньше.

– А с кем он обычно работал? Или под кем?

– Хм… – собеседник задумался куда глубже и надолго.

Марченко успел почти весь бокал допить, пока ответил наконец:

– А вот есть у меня такое впечатление, что тогда несколько кондукторов решили сами по себе работать. Это у каких были окна далеко от Северореченска, потому что тамошних всех под себя один хозяин подмял. А эти вроде как профсоюз организовали.

– И где теперь тот профсоюз?

– А где он? В Караганде он, хи-хи, хи-хи, ха-ха! Как в оперетте пели, – засмеялся Марченко. – Игорь Фомин за главного у них считался – так в Форт он сдернул, по слухам, вроде даже на какую-то работу пошел. Шелеп Аркаша в Северореченск уехал. Говорят, что ему сделали предложение, на которое не следует отвечать отказом. Витек Маломер с ними был – он и до сих пор там, работает под высельскими. У него окно где-то неподалеку оттуда, быстро оборачивается. Ничего так, жирует, – задумчиво добавил Марченко.

– А товар кто у профсоюза брал? Или на разных работали?

– Высельские же и брали все. Кажется. Но в доле в любом случае были.

– Высельские, – повторил я за ним. – Но высельские сидят в своих Выселках, а по территории Форта их жилинские представляют, так?

– Более или менее.

– А который в Форт уехал, как его… Фомин?

– Да, Игорь Фомин. Он к нам из Северореченска подтянулся, с него и профсоюз пошел. А потом сюда двинул. По слухам, косяк за ним был какой-то, искали всякие люди. Где он, что и как теперь – понятия не имею, не моя это епархия. Так что с заказом?

– А принят заказ, – я потыкал пальцем в открытый журнал.

– Тогда бы мне патрончиков к револьверу, да и оформляться можно, – объявил Марченко. – Праздновать здесь будете? Не к нам?

– Здесь.

– Ну как-нибудь и к нам заезжайте, найдем куда сходить. Там здорово весело бывает… ну вы в курсе, – засмеялся он, явно вспомнив обстоятельства нашего знакомства.

В общем, Марченко надолго не задержался. Стряс с меня сколько мог и ушел по своим делам. Точнее – уехал на белой «ниве». Но при этом оставил меня с ощущением того, что он за все расплатился. Хотя бы тем, что на вопросы ответил, а зачем оно мне надо – не спросил. И готов дальше сотрудничать.

Я взялся за телефон, дозвонился в паб. Трубку взял Иван, сказал, что Хмель отъехал, будет позже. Ну да, у него опять праздник, опять суета. Позже поговорим. А завтра с утра еще и Платон притопает, надо будет и его расспросить с подробностями.

Потом, подумав, позвонил ему на мобильный. Ну, чарофон который. Рассказал о том, что мне Марченко сообщил. Хмель выслушал с явным интересом.

Так, а пока получается, что мне и делать нечего. Даже странно немного. То бежал, бежал, стрелял, бился – и вдруг все, слезай, приехали. И куды крестьянину податься? Идти дальше пиво пить? Я глянул на часы – рановато. Все равно там допоздна сидеть есть смысл, так это я уже пьяный буду. Не годится. Мила, Мила, вот зачем ты меня так не вовремя бросила перед праздниками? Сиди теперь и скучай. Саня, кстати, тоже к новой пассии своей не бежит, не простил амулетика.

Может, с ним куда-то двинуть? А куда? На сегодня в Форте всего два развлечения имеются – есть где-то или пить. Обычно все вместе. А, вру, Саня сегодня в какую-то компанию выдвигается, бывших коллег, что ли, придет в паб уже к одиннадцати, наверное. Так что я еще и в одиночку должен себе развлечения искать. В любом случае магазин закрыт, так что включаю праздничное освещение в окнах – и на замок.

Кстати, надо со всеми проблемами до старого Эн-Гэ разобраться, потому что потом обещали начать привлекать на все подряд. И по району подежурить придется, и главное – за стены гонять начнут помаленьку. Скоро с Севера начнется движение всякой твари через границу, затем надо будет дороги время от времени "проезжать", потому что основные силы Патруля опять начнут дергать на "войну фракций", так сказать, и бандитов, а кому-то надо и тварей гонять. Вообще думаю, что резерв как раз больше против тварей создавался. Это если на его состав глянуть, то сразу понятно становится. И там же у меня занятия в учебном центре, плюс с "цеховиками" договорился… Да, лучше бы сейчас справиться. Что включает, вне всякого сомнения, физическое устранение Темы Жилина. И вот надо придумать, как это сделать.

А сейчас… может, поспать просто? Как раз до вечера? Придавить минут двести сорок или около того? А это мысль, мысль.

Клондайк
6 января

Вот не привык днем спать, но иногда приятно. После дневного сна сам как периной битый, но если никуда лететь не надо, то можно и так пожить, не проблема. А я точно не собираюсь никуда ни сегодня, ни завтра.

Валялся в постели еще минут двадцать, пока встал, потом долго плескался под душем. Одевшись, спустился в подвал, подкинул угля в топку, чтобы дом был теплым, когда вернусь с празднества. С улицы, к слову, уже шум какой-то слышен. Где-то музыка играет, где-то сразу много народу гомонит. Это к нам со стороны Павших доходит, благо рядом.

Ну что, Хмель там вернулся? Позвонить? А на фига звонить, все равно же иду, так?

Тут в магазин позвонили. Я выругался.

Нет, я вовсе не такой нервный, но там же табличка специальная висит, в которой черным по желтому написано "Закрыто". Прямо так и написано, что подразумевает хотя бы, что звонить в эту дверь точно не надо.

Поднялся из подвала, отключил сигналку, глянул в домофон. Удивился. Пошел и открыл дверь, запустив в магазин Линева.

– Ничего, что я так нахально? – спросил он, заходя в помещение и расстегивая пальто.

– Смотря зачем, – пожал я плечами, закрыв дверь у него за спиной.

Уже знакомого телохранителя я увидел, но теперь он сидел в машине рядом с водителем.

– Могу предложить чаю или чего покрепче.

От Линева, к слову, уже потягивало алкоголем. Подозреваю, что на службе отметили.

– А что есть покрепче?

История склонна повторяться, смотрю. Открыл шкаф, показал содержимое. Он заглянул, явно подумал, потом показал на бутылку "Хай Уэста":

– Это же бурбон?

– Он самый.

– Хороший?

– Самый лучший, наверное.

– Тогда точно попробую.

Налил ему. Налил себе. Отсалютовал бокалом. Заодно напомнил самому себе, что надо Дюпре заказать еще бурбона. Он тут хорошо расходится в представительских целях.

– Так чем обязан?

– Вы своего человека спасли, верно? – спросил Линев.

– Да, – не стал я скрывать.

Может, они уже наблюдение давно установили и Платона видели. Глупо врать.

– И кто его увез? Нет, я понимаю, что доказать вы не можете, но своя теория есть на этот счет?

– Жилин. Его люди.

– А ведь я лично тогда с ним разговаривал. И он мне обещал с вами вообще не пересекаться. Жадность. Очень он жадный. – Линев отпил виски, покатал во рту, проглотил, кивнул одобрительно: – Отлично. Кто возит?

– Мы.

– Заказ принять можете?

– Могу, но несколько недель займет.

– Я понимаю, – он присел на край стола, покачивая ногой в неуместно выпендрежном ботинке с серебряной пряжкой. – Точно Жилин? Уверены?

– Лично я на все сто. А что?

– Помните ту историю, когда вас вроде бы хотели сначала предупредить, а потом попытались убить в засаде?

Все же дошло до них в полной версии. Ну и интерес был понятен, там их беглый, с их слов, сотрудник был замешан.

– Разумеется.

– Есть теория, от кого конкретно пришло указание так изменить цели засады?

– Только теория. От Лиги пожелание пришло.

– А в Лигу слишком много пожеланий из Города поступает, – хмыкнул Илья. – То есть Жилин, в силу своей жадности, становится здесь агентом этого самого Города.

– Скорей агентом влияния, – я тоже приложился к бурбону. – А вот то, что у него подряд на охрану той же Поляны, – это вам прямая угроза. Потому что у него имеются бескрайние возможности для наблюдения за перемещениями тех, кто определяет политику Форта. Вы там же живете, верно?

– Там, – Линев смотрел в окно, словно изображая полное безразличие к предмету разговора. – Да, это не очень хорошо. Он и во многом другом начал мешать, но… баланс сил в Форте до сих пор непонятен. Даже мне. А Жилин за многое уже зацепился, и если пытаешься его двигать, сразу же где-то плачет маленький кролик… или большой дядя со своими интересами.

– И людей у него много, так?

– И это тоже. Он как-то незаметно разросся. А теперь практически все дальние перевозки контролировать начал.

– И контрабанду?

– Более чем возможно. Сами с ним как собираетесь дальше?

– Посмотрим, – осторожно ответил я.

Не просто же так Линев ко мне втихаря в гости приперся, верно? К чему он разговор ведет? И ведь точно знаю, что напрямую он никогда не выскажется, чтобы его за слова никто потом не подтянул.

– Он от вас не отступится. Я переоценил тогда свои возможности.

Ну да, конечно. Взял да и переоценил.

– Может, и так. Но проблемы будем решать по мере их поступления.

– Жилин – он одна большая проблема. Уже для всех. Если с ним что-то случится, никто не заплачет.

– Разве что его люди начнут искать того, из-за кого это все случилось. А людей у него много.

– Возможно. Но с людьми всякое случается. Иногда и искать некого.

– Это лишь означает, что тот, кто все сделал, располагал куда большими ресурсами, чем обычный обыватель, – я красноречиво оглядел торговый зал.

– Иногда навыки важней ресурсов, – усмехнулся он.

– Теория без практики мертва, сказал Суворов. Равно как и навыки без ресурсов.

– Всегда случаются… случайности. Идет человек по улице, вдруг кошелек под ногами. Поднял – а там куча денег. Ресурсы. Или какие-то полезные предметы, которые как раз нужны.

– Я понял, – осталось мне кивнуть и допить бурбон. – Остается уточнить – по какой улице гулять человеку, если у него вдруг появились свежие идеи?

– У вас есть мои координаты. Где-нибудь там. Кстати, – вдруг как бы спохватился он. – Мне ваш револьвер понравился. Неуклюжий немного, но интересный. Показал сотрудникам, а мне сказали, что у вас вообще много интересного. Чего больше ни у кого нет.

– Сейчас мало, – показал я на почти пустые стенды. – Перед праздником все разошлось.

– Ну так Платонов же вернулся? – чуть ехидно поинтересовался Линев. – Мы бы заказали.

– Заказали? – задумался я. – Все возможно. Кстати… тут, как говорится, на ловца и зверь… – я присел за прилавком и вытащил коробку с десятком парализаторов. – Держите, – я протянул патроны Линеву.

– Это что? – заинтересовался он.

– Платонов здесь. А вы заметили, что ни про какие трупы нигде ни слова не сказано?

– Да? Ну да. Вроде бы тихо.

– Испытайте на каком-нибудь злодее, которого не очень жалко. Есть такие?

– Такие у нас всегда есть, – уже заинтересованно сказал Линев. – А результат какой ожидается?

– Просто вырубит часа на два. И синяк будет, это резиновая пуля.

– Тоже ваше?

– Наше. Если понравится – можем даже совместно производить. Для Дружины. С этими пулями можно не валить хулиганящую публику на глушняк. Ваши же ходят с дробовиками, верно?

– Все ходят… – Линев задумался. – Я возьму, – сказал он. – Вот здесь список, – он вытащил конверт из внутреннего кармана пальто и протянул мне. – Что и почем мы хотим купить. Если мы что-то перепутали или предлагаете что-то заменить – звоните Кузьминку.

Я взял конверт, но вскрывать пока не стал, это явно не предполагалось из слов Линева. Он ясно дал понять, что сам ничего обсуждать не будет.

– Там сумма большая? Можем просто не потянуть имеющимися наличными.

– Когда решите, что сможете поставить, – звоните Кузьминку. Вам наличные доллары привезут, на всю сумму. Да, цены могут вас немного удивить, но вы нам нравитесь. А Жилин не нравится никому, к слову.

На этом он отставил стакан, пожал мне руку и пошел на выход.

Заперев за ним дверь, вскрыл пакет, выудил из него листок с распечатанной таблицей. Ничего сверхъестественного, все мое, все у меня бывает… только цена действительно удивляет. Сильно. Это примерно две моих розничных, а я ведь накидываю не стесняясь. То есть это много денег. И если мне дадут их долларами, то вообще многое упростится, так?

Ладно, можно идти. И уже привычно проверить, что в барабане "ругера" все шесть на месте.

Машин у паба собралось больше, народ точно первой звезды ждать не собирается. А морозец крепчает, крепчает. Завтра, похоже, станет еще холодней. Поэтому добежал до дверей паба по-скорому, просочился между двумя курящими и зашел внутрь, обнаружив бессменного Ивана за стойкой.

– Пришел? – спросил я его.

– Внизу. Сейчас поднимется. Пива?

– Давай! – махнул я рукой, устраиваясь за стойку.

Через дверь кухни были видны накрытые фольгой подносы с едой – готовятся к приему тех, кто столики заказал. А мы, значит, опять в подвал.

Иван налил бокал светлого, выставил передо мной. Я на часы глянул – почти восемь, можно начинать, в принципе, уже никаких норм приличия не нарушаю. А тут и Хмель появился из подвальной двери, с какой-то коробкой в руках, которую задвинул под стойку.

– Руководству! – отдал я ему честь, приложив руку к "пустой голове".

– Здоров, – Слава протянул руку через стойку. – Все, уже пришел? Или опять куда-то пойдешь?

– Уже не выставишь, упираться буду.

– Так, может, вниз спустишься? Я там уже все накрыл.

– Да я пока здесь посижу, там же нет никого. Ира здесь уже?

– Отдыхает, – он показал глазами на потолок. – С дежурства.

– Тогда скажи, когда у тебя будет пять минут поговорить приватно.

– Случилось что-то? – насторожился Хмель.

– Нет, – покачал я головой. – Нет, в смысле плохого ничего не случилось. А так да… гм… нечто интересное.

– Дай мне минут двадцать, самая беготня, ты видишь? Две девочки должны в помощь прийти, но пока нет.

– Да без проблем, у меня пиво есть.

Девочки пришли минут через десять. Сняли дубленки в подсобке, переобулись в легкую обувь. Хмель перепоручил их Ивану, который уже накрывал столики под тех, кто их заказал, а сам подошел ко мне. Налил себе половину бокала светлого, встал за стойкой напротив.

В зале было уже почти что пусто; те, кто пил до этого, сделали последний заказ, в большинстве своем его допили и расходились, а заказавшие еще не начали подходить. Так что говорить можно было спокойно. А насчет подслушки – Саня теперь тут через день все проверял.

– Ко мне Линев только что заходил, – сказал я, отставляя опустевший пивной бокал. – Сказал прямым текстом, что в Форте никто не заплачет, если Жилин сыграет в ящик.

– И насколько это… – Хмель вопроса не закончил, но я его понял.

– Я бы не стал это воспринимать как контракт. Тем более что мы контрактов не берем. Но это некая гарантия того, что многие будут смотреть в другую сторону.

Хмель задумался, покивал, сказал:

– Ну, если с этой точки зрения смотреть, то так и выглядит. А ты что думаешь?

– Что и раньше думал. Если мы Жилина не аннулируем, то жизни нам не будет. Он удила закусил и не остановится.

– Здесь всегда было некое подобие равновесия, – сказал Хмель задумчиво. – Всегда боялись большой войны друг с другом, людей не так тут много. Под эту боязнь некоторые стали уступчивыми, кто поумней, а некоторые, наоборот, начали наглеть, кто глупый и жадный. То есть Тема не вписывается в новую концепцию?

– Я думаю, тут больше работают связи Темы с Лигой. И через Лигу – с Городом. Это уже считается смертным грехом, как я понимаю.

– Как-то сомневаюсь, что Тема с Городом работает, – хмыкнул Хмель.

– А он и не работает. Он просто сотрудничает с Лигой, а те просят его сделать то или это. А вот оно как раз и в интересах Города. Тема же только деньги видит.

Да, Город – это особая статья. У Форта с ним отношения крайне сложные. Никак не могут ужиться дикий капитализм с почти что военным коммунизмом. А учитывая тот факт, что Город создался на основе большой войсковой части и военного же городка, плюс еще какого-то военного института, – сил у них много. И не бойся они больших потерь, давно атаковали бы Форт напрямую, но это не так просто. А теперь, после того как у гарнизона Форта и остальных стало резко прибавляться техники, а магическая школа Форта по-прежнему заметно мощней городской, городским только тайные операции и остались.

Линев с Кузьминком вообще-то именно этому и должны противодействовать. Все остальное уже их художественная самодеятельность.

– И как мы это сделаем?

– Придумаем, – пожал я плечами. – Выхода все равно нет. Он сам вывел нас на ситуацию "или мы, или он". Ладно, это еще не все.

– А что еще?

– Ко мне неожиданно заехал тот самый Марченко из Лисьих Выселок. Я рассказывал, помнишь?

– Дознаватель? – уточнил Хмель, взяв со стойки мой пустой бокал и подставив под кран.

– Он самый. Помнишь, как я сюда попал? Там же перестрелка была.

– Помню, – Хмель осторожно наливал пиво по стенке бокала.

– Тот Валентиныч, которого я тогда привалил, был кондуктором. Но Платон этого не знал, его просто попросили людей переправить с той стороны. Попросил некто Аркадий Шелепин, Марченко его как Аркашу Шелепа отрекомендовал. И Валентиныча Марченко тоже помнит, он крутился в Лисьих Выселках тогда. С ними было еще двое: некто Игорь Фомин и Витек Маломер, не уверен, что это фамилия. Погоняло скорее.

– Фомин… Игорь Фомин… – вдруг задумался Хмель, причем так, что пиво чуть через край бокала не перелилось. – Что-то знакомое…

– Марченко сказал, что Фомин из Выселок переехал в Форт. Там у них было что-то вроде профосюза, – я изобразил пальцами кавычки на манер Доктора Зло, – а крышевали их высельские. Но высельские свое село редко покидают, так что по области на них работают жилинские.

– Хм, – Слава задумался совсем тяжко, но не забыл поставить бокал на стойку. – Игорь Фомин, где-то я имя слышал совсем недавно… вот на днях буквально.