Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 265 (всего у книги 301 страниц)

– А есть и еще?

– Ну я же здесь, – развел руками Наумов. – Просчетов у вас хватает. И я склонен списать их на импровизацию, что говорит о непредумышленном характере убийства. Но могу и заблуждаться.

Я прекрасно понял прозвучавший в словах собеседника намек, но сознаваться в надежде на снисхождение не стал бы даже в случае виновности.

– Дело стало за малым – найти мотив.

– Это проще, чем вам кажется.

– Вперед и с песней!

– Всему свое время! – веско бросил Петр Наумов, соскользнул со стула и зашагал на выход.

Я зло глянул ему вслед, беззвучно выругался и подгреб к себе бокал с пивом, которого брат за все время разговора так и не пригубил. Поборов какую-то совершенно иррациональную брезгливость, я в несколько длинных глотков выдул хмельной напиток, шумно выдохнул и тяжело навалился на стойку.

Допрос – а это был именно допрос! – оставил меня без сил. Еще и голова разболелась.

Когда внедорожник выехал с парковки и укатил по направлению к Красному проспекту, подошел Иван.

– Все плохо? – догадался он, лишь взглянув на мою осунувшуюся физиономию.

– Давление шалит, – поморщился я, чувствуя, как после неприятного разговора накатывает отходняк. Ощущение опасности навалилось невыносимой тяжестью, но пиво спасало всегда – не подвело оно и на этот раз.

– А этот? – указал помощник себе за спину.

– Ерунда, – отмахнулся я, накачал полбокала пива и усмехнулся. – Даже если захочет испортить жизнь – один черт ничего не сможет. Просто строит из себя Шерлока Холмса.

Но на самом деле я кривил душой и прекрасно отдавал себе в этом отчет. Пусть формально Братство давно утратило былые позиции в Форте, но вот неофициально…

Когда люди пропадают в реальном мире – есть шанс, что они провалятся сюда. Когда люди пропадают без вести в Форте, они проваливаются прямиком на тот свет. И хорошо если проваливаются быстро и безболезненно, а не кусками. Так откроешь газету на последнем листе, а там сплошь некрологи и объявления типа "ушел из дома и не вернулся". Никогда последней страницы не читаю.

Иван с недоверием посмотрел на меня, но лезть в душу не стал и отправился помогать окончательно сбившейся с ног Оксане. Как-то незаметно свободных мест в баре не осталось, одна компания и вовсе разместилась на оградке газона, словно воробьи на жердочках.

Если так пойдет и дальше, отпуск пива на сторону придется свернуть через неделю, максимум через две. Либо варить новую партию. Денег больше будет, но такая морока летом сусло охлаждать…

Понемногу я отвлекся, начал думать о делах, работал помпой, принимал деньги и отсчитывал сдачу. Время от времени прикладывался к бокалу с пивом – и то ли от выпитого, то ли из-за низкого давления в сон клонило все сильнее и сильнее.

А потом послышался звонкий шлепок, и гомон голосов перекрыл громкий женский вскрик.

– Ты что творишь, сволочь?! – взвизгнула Оксана, которую шлепнул по заду один из проблемной троицы.

– А че такого?! – осклабился тот в ответ. – Жалко, что ли?

К столу двинулся Иван, и разгоряченные алкоголем парни немедленно оказалась на ногах.

– Большой шкаф громче падает! – выдал один из них, подбадривая себя и остальных. Самый трезвый огляделся в поисках оружия, но я недаром не наливал пива в тяжелые кружки, а только в бокалы. Пусть бьются чаще, зато ими головы не проломишь.

– Вань, не надо! – попыталась остановить драку официантка, но Ваня просто отодвинул ее в сторону.

Все верно, пусть драки и вредят репутации, да только это уже дело принципа.

Я достал из-под прилавка телескопическую дубинку и взмахом руки раскрыл ее до упора. В руку, словно нос доверчивого щенка, ткнулось управляющее заклинание, пришлось деактивировать его. Не стоит доводить до смертоубийства – как ни крути, договор с "Инеем" еще не подписан, вывоз трупов и очистка от "физиологических жидкостей" за собственный счет. Да и бизнесу ничего хорошего…

– Щас огребешь! – крикнул заводила, и Ваня легонько пихнул его левой, намереваясь разделить компанию и выкинуть дебоширов на улицу одного за другим.

Тычок был не слишком силен, но из-за выпитого парень не удержался на ногах и плюхнулся на скамью. Его рыжий приятель, на вид самый трезвый, попятился от вышибалы к выходу, но вдруг резво скакнул вперед, врезался в последнего из непутевой троицы и повалил его на пол, а сверху рухнул и сам.

Отвесивший ему пинка под зад Стас Кудрин молча хрустнул костяшками пальцев и покрутил из стороны в сторону бычьей шеей. Вот тут я забеспокоился всерьез – настроен брат был весьма решительно. На голову ниже Ивана, он шириной плеч ему нисколько не уступал, а скуластое лицо, обрамленное черной бородкой, и нос с горбинкой делали заместителя Клима похожим на кавказского абрека.

– Валите отсюда! – моментально вклинился Иван между ним и дебоширами. – Валите, сказал! Стас, пусть уходят! Счет оплачен!

Кудрин нехотя шагнул в сторону, и враз потерявшие боевой задор парни ломанулись на выход. Когда мимо пробегал шлепнувший официантку заводила, Стас пробил ему с разворота в ухо, и парень из бара буквально выкатился. К счастью, пиво послужило неплохой анестезией, ушел бедолага на своих двоих.

Нет, точно не бандиты. Блатные или за ножи схватились бы, или базаром грузить начали. А это просто дурные.

Я сложил дубинку, кинул ее обратно на полку под прилавок и хлопнул в ладоши.

– Господа! Шоу окончено!

Впрочем, никого из посетителей короткая стычка особо не встревожила. Это Форт, тут мордобой в кабаках как часть вечерней программы. Раньше и без поножовщины не обходилось, но все течет, все меняется.

– Привет, Стас! Пиво за счет заведения! – объявил я, отвечая на рукопожатие брата.

– А по маленькой? – с улыбкой пробасил Кудрин.

– Легко!

Я достал из-под прилавка графин и пару рюмок, разлил самогон и окликнул помощника:

– Вань?

– На работе не пью, – отказался тот.

Выпили вдвоем, и я накачал брату пива.

– Есть что-нибудь будешь?

– Нет, я Оксанку проведать зашел, – сознался Стас. – Она во сколько освободится?

– Надо – так пораньше отпустим.

– Да я лучше посижу, дух переведу. Сейчас Гарик еще подойдет. Займем стойку? Нормально?

– Гарик? – не понял я.

– Ну Игорь. Ты его видел, он на моей днюхе был.

– А! Игорь. Игоря помню.

Я налил себе полстакана пива, прикрыл рот ладонью и зевнул.

– На работе все как угорелые носятся, дурдом натуральный, – пожаловался Стас.

– А что такое? – насторожился я.

– Да непонятного хмыря с Туманного прислали, проверка за проверкой идет. И никто ничего не объясняет.

– Этот и ко мне заходил, – кивнул я и вновь зевнул, да так, что едва не вывихнул челюсть. – Слушай, Стас, я пойду покемарю немного. Ты не скучай.

– У вас не соскучишься! – рассмеялся брат.

Я перехватил тащившего поднос с грязной посудой Ивана, попросил подменить, а сам отправился наверх. На лестнице привычно закружилась голова, но едва-едва, просто слегка заложило уши.

Захлопнув за собой дверь, я разулся, снял с пояса кобуру с револьвером и убрал ее на тумбочку, а сам без сил повалился на кровать.

Ух! Часик посплю – и обратно в бар.

Проснулся, когда от неудобной позы затекли руки. Особенно отлежал левую, плечо горело как в огне. Но ворочаться и открывать глаза не хотелось. Глаза будто заклеили, и откуда-то издалека доносилась мягкая, убаюкивающая мелодия. Колыбельная.

А потом я вдруг осознал, что больше не лежу на кровати. И не осознал даже, а скорее угадал неким наитием. Угадал – и очнулся.

Я и в самом деле не лежал на кровати. Кто-то стиснул меня сзади и удерживал в вертикальном положении, еще одна пара рук обхватила ноги чуть ниже колен и подсаживала, помогая просунуть голову в свисавшую с потолка веревочную петлю.

– Еще немного! – выдохнули за спиной.

– Только ссадин не оставь! – столь же тихо откликнулась темная фигура снизу.

Охренеть!

Помогло сковавшее тело оцепенение. Я не заорал, не задергался, никак не выдал своего пробуждения. Просто сунул пальцы в карман на бедре и тихонько выудил из него выкидной нож. Тот, что подсаживал снизу, ничего не заметил. Обхватив меня под коленями, он был вынужден прижаться щекой к бедрам; голову убийца при этом держал повернутой в другую сторону.

А потом – клац! – и рукоять зажатого в моем кулаке ножа ощерилась хищным клинком!

Я ударил, но убийца среагировал на звук и успел отдернуть голову в сторону; острие зацепило лишь маску. Мои ноги злоумышленник при этом отпустил, поэтому его взгромоздившийся на стремянку напарник качнулся вперед и едва не сверзился вниз.

Прежде чем меня успели обезоружить, я ткнул ножом себе за спину, и клинок угодил во что-то мягкое. Объятия разжались, веревка дернула подбородок наверх, но лишь ободрала кожу – голову, к счастью, еще не успели просунуть в петлю.

Я упал, отбил пятки и, не устояв на ногах, свалился на пол. В бок немедленно прилетел крепкий пинок – он сбил дыхание, но мягкая подошва кроссовки не смогла сломать ребра. Я откатился, врезался спиной в боковину кровати, вслепую отмахнулся ножом, и рукоять вылетела из пальцев, выбитая новым ударом.

Одним заячьим скачком я метнулся через кровать, рухнул на пол и сграбастал с тумбочки кобуру с револьвером. Сдернул ее с оружия и сразу спустил курок – темень комнаты разорвала дульная вспышка. Застигнутый врасплох убийца метнулся к двери. В запале я выстрелил вдогонку, но лишь продырявил стену.

Промахнулся? Не факт!

– Ваня! – рявкнул я, словно рассчитывал перекричать грохот выстрелов.

В ответ – тишина. Какого хрена?!

Что происходит?!

Почему не сработала Санина сигнализация, он чародей или погулять вышел?!

Я ведь не вусмерть пьяным был, должен был сработку даже во сне почувствовать! Она же на меня напрямую завязана, даже в обход чарофона!

Но все это – фоном. Вытянуть из-под кровати карабин, воткнуть магазин с "обманками". Рукоять затвора на себя, обратно – сама, загоняя патрон в патронник. Фонарь в верхнем ящике тумбочки, кнопка с торца под большой палец – нажать!

Мощный луч высветил раздвижную стремянку посреди комнаты, убийц и след простыл.

Устроив цевье карабина на сгибе левой руки, я двинулся к двери и подсветил себе фонарем.

Гадство! Надо было сразу подствольный ставить!

В ушах стучала кровь, стало жарко-жарко. Я пинком распахнул входную дверь, качнулся туда-обратно, луч скользнул по противоположной стене. Никого.

Налево – чисто. Дверь напротив – заперта.

Блин, не спит же Ваня! Где его черти носят?!

Теперь лестница, но лестница – это не страшно.

Отводящий пули амулет прикроет, все шансы на моей стороне.

Подступил, сунулся, высветил – никого. Быстро сбежал вниз, направил фонарь в коридор с кухней и кладовкой – тоже чисто. Задняя дверь не заперта, на засов ее!

Подвал? На лестнице никого, на двери навесной замок. Можно не проверять.

Пройдя кухню и кладовку с инвентарем, я двинулся в бар и первым делом завернул в туалет. Никого не обнаружил и там.

Умом понимаю, что убийц давно и след простыл, но пока не проверю весь дом, даже на телефонный звонок отвлечься не смогу. Я ведь ножом одного точно зацепил, подранок мог и не удрать. Правда, крови нигде не видно…

Я принялся одну за другой освещать кабинки в зале и вдруг обратил внимание на отблески в выходящем на улицу окне.

Ваня не выключил на ночь освещение столиков? Быть такого не может!

В зале было достаточно светло, я убрал фонарь в карман штанов, ухватил карабин двумя руками, вжал приклад в плечо. Осторожно подступил к окну и не поверил своим глазам – столь невозможно иррациональной оказалось в нынешней ситуации увиденное.

Ваня, Оксана, Стас и еще один брат, тот самый Игорь-Гарик, пили пиво за одним из столиков. Сквозь звон в ушах донеслись отголоски их смеха.

Взглянул на часы – половина двенадцатого, полчаса как закрылись. И ясно, что убийцы пробрались со двора, в этом нет ничего невозможного, да и заднюю дверь никогда не запираем, но почему не сработала сигнализация?! Почему не было слышно выстрелов на улице?!

Захотелось выскочить на крыльцо и обматерить всех, пинками погнать на розыски убийц, но сдержался. Толку после драки кулаками махать?

А драка точно кончилась. Кто-то хотел представить мою смерть суицидом, и у кого-то это даже почти получилось.

У кого? Понятия не имею.

Я потер ссаженную на подбородке кожу и двинулся в обратный путь. Телефон трогать не стал. Надо было сначала по горячим следам разобраться в случившемся и уже после этого звонить Гордееву. Все это откровенно плохо пахло…

Вновь проверив дверь черного хода, я поднялся на второй этаж и сразу понял причину столь странного спокойствия Ивана сотоварищи. Да они просто не слышали выстрелов!

С внешней стороны моей спальни была прикреплена латунная пластина с едва заметно светившимися в темноте рунами. Чародейский генератор тишины?

Нет, я же убийц слышал, скорее простой ограничитель. Объем моей комнаты такой прокачает без всякого труда, и никто за ее пределами не услышит, что творится внутри.

Такие дела.

Я подцепил пластину ногтем, и она легко отстала от дерева. С внутренней стороны остались потеки силиконового клея. Не слишком надежно, зато после демонтажа никаких следов не остается. Убийцы предусмотрели все, кроме моего пробуждения.

Этого они точно не ожидали. Но почему?

Отперев замок, я переступил через порог, задвинул за спиной засов и лишь после этого включил верхний свет. Стремянка так и стояла посреди комнаты. Думаю, впоследствии ее предполагалось утащить в кладовку, а под ноги кинуть перевернутый стул. И ножки на картонки установили, гады, чтобы на ковре вмятин не оставлять! Вот же суки предусмотрительные!

Закружилась голова; я прошел в уборную и умылся, но лучше не стало. Наоборот – заложило уши, краски выцвели, мир стал ярко-серым, если такое вообще может быть.

Я вернулся в комнату и двинулся к телефонному аппарату, но отвлекся, заметив на ковре под стремянкой какой-то блестящий кругляш. Поднял его, уселся за стол и выложил перед собой, а только попытался рассмотреть выбитые на незнакомом амулете символы – и комната вдруг закружилась вокруг меня, странно изгибаясь и раскачиваясь.

Из носа закапала кровь, заляпала красным странную находку. Я потянулся очистить надпись, и капельки крови, словно ртутные шарики, раскатились в стороны от моих пальцев.

Что за на фиг?!

Миг я боролся с подступившей дурнотой, а потом свет померк, и голова ударилась о стол.

Все, отбегался…

Клондайк
20 июня, понедельник

.

С самого утра я поехал к Мстиславу. Приехал даже чуть раньше – его «хантер» закатил на стоянку, когда я уже припарковался. Он остановился рядом, Мстислав выбрался из-за руля, поздоровались.

– Рановато, – сказал он. – Приказ только к обеду готов будет, прибор тоже позже привезут.

– Я и позже заеду. Дело есть.

– Пошли, раз есть. – Он направился к входу в штаб. – Что случилось?

– Высельские бандиты из Северореченска наркоту новую таскают.

– В Форт?

– Не совсем. Хотят через ворота на ту сторону, на нас наехать пытались. Но здесь тоже всплывет – вопрос времени, я думаю.

Мстислав поздоровался с дежурными по штабу и по связи, потом достал из кармана ключи от кабинета.

– Откуда узнал?

Я показал телефон.

– Вербанули информатора. Давай ролик тебе скину, сам все поймешь.

– Мы же этим не занимаемся, это к самому Патрулю, мы – резерв. – Мстислав повесил куртку на вешалку и уселся за стол, включив компьютер.

– Вот ты сам решение и прими. Тебе проще передать по службе. Давай сразу к тебе подключим, с большого экрана посмотришь. – Я вытащил из кармана флешку и положил перед ним на стол.

– Ну давай…

Подождав, пока система загрузится, Мстислав быстро скопировал ролик себе.

– Это кто? – спросил он сразу, поставив ролик на паузу.

– Кондуктор. Из Лисьих Выселок, Витя Маломер.

– Хм… ты ведь в курсе, какая ситуация вообще с кондукторами?

– В части касающейся. Что по нашим делам нужно.

– Сначала все кондукторы были дикими… – Мстислав заговорил прямо в библейском стиле. – Потом их начали подминать под себя разные группировки. Доходило до войн. Но больше всего больших проходов оказалось в Северореченске, откуда и пошло основное снабжение всего Приграничья. Знаешь почему?

– Нет.

– Там есть некто Хозяин. Или он нечто, по оперативным данным. Осколок того мира, который… – Он развел руками. – Ну ты понял.

– Понял, – кивнул я.

– Хозяин или сам умеет открывать ворота, что менее вероятно, или легко их находит, вероятность чего куда выше. Он вообще может многое, что недоступно всей Гимназии, вместе взятой. Например, он открывает телепорты через границы, что невозможно в принципе. Но он принципам не следует.

– Звучит серьезно.

– Более чем, – усмехнулся Мстислав. – Потом Хозяин начал настоящую охоту на диких и просто чужих кондукторов. Они или под него шли, или все заканчивалось печально. К счастью для них, опять же по оперативным данным, сам он своей базы никогда не покидает, действуют за него люди, так что переманить или извести всех под корень он не успел. Так и твой Платонов уцелел. Насколько я выяснил, он тогда сам в Лисьих Выселках работал. – Это вопросом не было, а лишь свидетельством того, что Мстислав личный состав изучает.

– Верно, – подтвердил я. – Там у них что-то вроде профсоюза было.

– Который платил высельским, – закончил он мысль за меня, хоть я этого делать и не собирался. – Но Хозяин добрался бы до них рано или поздно, это было лишь вопросом времени. Кондукторы прятались, в какой-то момент для нас стало проблемой даже сообщение на ту сторону отправить, то есть он настолько всех прижал.

– Хотел монополии?

– Разумеется. Дальше Форту повезло. Не буду вдаваться в подробности, но ты сам видишь, что открылся постоянный широкий канал на ту сторону.

– И Хозяин сдал назад?

– Хозяин понял, что монополии не получится. А раз не получится, то смысл его охоты на кондукторов утратился. Но северореченских он всех держит под собой и сейчас. И даже, как мы понимаем, сам Северореченск. Это не афишируется, но за тамошней политикой стоит он. В общем, к чему это я… к тому, что Платонов оказался в числе тех счастливчиков, до которых Хозяин добраться не успел, а потом он на них плюнул. Работал Платонов тогда не сам, а в паре с неким Джоном, настоящая фамилия неизвестна.

– Джоном?

– Именно. Он американец, провалился сюда с Аляски, потоптался, а потом взял да и по своим же следам вышел в свои ворота. Обратно. Сообразил то есть. Затем Джону стало любопытно, что это было. Вскоре он вернулся к проходу на снегоходе, вооруженный до зубов, и сам, прикинь, добрался сначала до Лудина, где у него хватило ума правды не рассказывать, а потом, постепенно, он начал таскать сюда всякое барахло. И в конце концов добрался до Выселок.

– Интересно, – не покривил я душой, – никогда этого не слышал.

Хотя… было что-то, но на той стороне. Я имею в виду контакт, который подвел ко мне Платона. Его не Джон зовут, другой человек, но вот он ссылался на своего приятеля, который с Платоном работал раньше. Как бы не Джон это и был.

– Джону в Выселках быстро разонравилось, – продолжал между тем Мстислав. – Когда его бандиты гнуть начали. И знаешь, что он сделал? Он передал свой канал Платонову, с которым скорешился из-за того, что Серега твой свободно болтает на английском, а сам ушел за ленточку и больше не возвращался.

То есть вот оно как… я в чужие дела не лезу, а Платон не все рассказывает. То есть на той стороне этот самый Джон все и организовал, Серега именно к нему ездит. Интересно.

– Смотреть дальше будем? – осведомился я.

– Давай. Потом остальное расскажу.

Кстати, Мстислав для командира резерва как-то много знает про дела кондукторские. Вот не зря мне кажется, что он как раз представляет тут тех, кто "гумпомощь" шлет. Отсюда настолько заметное влияние при не настолько уж высокой должности.

Маломер на экране говорил, Мстислав слушал с интересом, пару раз хмыкнул. Когда ролик закончился тем, что Маломер продиктовал свой номер и подтвердил получение денег, он спросил:

– Он еще здесь?

– Думаю, что да. Они только начали, а от своих он точно должен был отбрехаться.

– Хо-ро-шо. – Мстислав произнес это по слогам. – Мне надо подумать, как с этим дальше правильно поступить. Но информатор среди высельских кондукторов нам точно не помешает. Ладно, я не закончил. Так вот дошли слухи, почти случайные, что канал Джона и Платонова весь высельский профсоюз считал общим. А Платонов так не считал.

– Думаю, что и Джон не считает, – предположил я. – Иначе он нашел бы способ туда остальных подключить.

– Согласен. Но это единственные ворота отсюда в Америку. Единственные известные, уточню. Так что нездоровый интерес к ним будет всегда, ты к этому будь готов. А тебя я понял, Маломера этого срочно в разработку нужно, просто соображу как лучше.

– Подключать Линева или нет? – уточнил я.

– Догадливый, – усмехнулся Мстислав. – С Линевым работать можно, но он представляет… как бы сказать… другую часть пайщиков-акционеров. Так что интересы службы могут пересечься с политическими, а это всегда плохо. Ладно, часам к трем подъезжай, все будет готово.

– Есть. – Я поднялся со стула и пошел на выход.

Эту проблему я с себя спихнул, думаю. К тому времени, как вернемся, она уже разрешится.

Кстати, один момент не очень бьется после всего услышанного. Какой? А тот самый Валентиныч, который хотел нас завалить тогда и которого завалил я. Его к Платону подвели. Но дознаватель Марченко из Выселок сказал, что Валентиныч был "членом профсоюза", то есть Платон должен был его знать, получается. И как тогда Платон своими, можно сказать, руками провел этого Валентиныча к тщательно укрываемым воротам? Расспросить надо будет.

С территории я не уехал, потому что планов было больше. Багажник "бронко" загружен оружием, и через час сюда подъехали Мила с Саней на "широком" и Платон с Дмитрием на "эксплорере". Я выехал на само стрельбище, раз уж главный инструктор и мне можно, откинул задний борт машины, разложил чехлы со стволами.

– Платон, ты у нас по стрелковой подготовке… гм… как бы повежливей…

– Не продолжай, я понял. – Он не обиделся, а засмеялся.

– Тогда пойдешь с дробовиком. Ничего менять не будем. Десятый калибр, спецбоеприпасы. И без дробана хорошего нам нельзя, так что он на тебе. – Я достал "браунинг" с восемнадцатидюймовым стволом и удлинителем магазина, протянул ему, затем открыл большую картонную коробку. – Патроны. Хочу, чтобы ты освежил навыки, так сказать. Идешь туда, – я показал рукой, – где гонги на двадцать пять и пятьдесят. Не торопишься, главное – попадать. Револьвер свой взял?

"Рейдовые" револьверы есть у всех, туда с обычными пистолетами не ходим, так что я попросил всех прихватить свои.

– Взял, – открыл он сумку и показал лежащий в ней "суперрэдхоук".

– Вот патроны для практики. Много не дам, дорого, блин, но два десятка отстреляй. Гильзы только потом собери. И один хрен после двадцати выстрелов руки болят от этого калибра. Мила?

– Что?

– Твой новый карабин и еще один такой же, просто ствол подлинней. Возьмешь с собой тот, что с длинным, от него больше пользы будет. Пятьдесят и сто метров, тоже по гонгам. Сань, – обратился я к чародею, – ты только с револьвером, сам знаешь.

Чародей со своим чародейским оружием ходит, но на всякий случай носит и большой револьвер. Мало ли что! Блокировка магии разная существует, с одними амулетами можно и с пустыми руками остаться.

– Ну а мы с тобой, – повернулся я к Дмитрию, – вот с этим набором. Я пока не решил, в каком порядке лучше все это брать.

Да, не решил. Поэтому и карабин под.458 SOCOM прихватил, и новые винтовки под.375 Raptor. Слишком разбрасываться в калибрах тоже не хочется, хоть какая-нибудь взаимозаменяемость нужна.

Ну а дальше пошла пальба. Посторонних на стрельбище не было, так что успел испытать и магический глушитель с новыми винтовками. На винтовках он отключаемый, я просто по просьбе Сани собрал все в алюминиевой трубке-телескопе, и теперь аккумулятор можно банально отодвинуть от амулета. На пистолете так не получается, там кристалл вырабатывает весь заряд до конца, после того как глушитель активирован. Впрочем, с винтовочным глушителем тоже не все так просто: менять кристалл Саня может только у себя в мастерской. Если заменить его просто так, вручную, глушитель не работает. Что-то "не прописывается как резидентное", с его слов. Обещает исправить. Но он вообще много чего обещает, так что нужно с пониманием относиться.

Ближе к обеду на шум стали подходить любопытствующие, так что мы свернулись и укатили. Надо только будет за приказом и прочим вернуться. Пока ехали к магазину, позвонил Смирнов.

– Отпуск дают, я с вами! – Он это прямо вместо "здрасти" сказал.

– И вам добрый день, – ответил я. – Но я рад.

– Ну да, сложил с себя ответственность, – усмехнулся он. – Зайду к вам вечерком, поговорим.

– Не вопрос. Но мы послезавтра выход планируем.

– А мне что собираться? Я как замполит – рот закрыл да пошел. Зайду, обсудим.

"Обмоем" Смирнов не добавил, но обычно это подразумевается по умолчанию. Кстати, как на этот счет в походе? Или попытается запастись впрок?

Потом дозвонился до Линева, сообщил, что Сане для опытов нужны мелкие алмазы. Тот несколько озадачился, но пообещал проблему как-то порешать. О рейде говорить ему пока не стал, общих планов на ближайшее будущее у нас нет, так что и так хорошо, пусть в счастливом неведении остается.

Заехал Вайсер, завез деревянные части из северной лиственницы, после чего я сел наносить на них руны лазером, чем занимался до обеда, потом подменил Диму в зале, а когда он вернулся, опять поехал в штаб. Там оказалось на удивление много народу: сразу четыре группы резервистов собирались в рейды. И там же встретил Лешу Длинного, помощника Диего.

– Куда засобирались?

– На Южную дорогу, там что-то развелось всякого. С Собачьего опорника жалуются, своих сил не хватает.

Южная дорога – та, что ведет почти напрямую от КПП с Северореченском на КПП с Городом, вообще место нехорошее. Зачастую целые обозы и колонны идут через Форт, а одиночные машины там вообще стараются не ездить. Причин тому несколько. Во-первых, Южные болота слишком близко подходят и плодят невероятное количество нечисти и просто монстров, а во-вторых, именно вдоль Южной дороги на укрытых хуторах прячется немало бандитов из тех, кому уже никуда ходу нет. Поэтому прошлым летом Патруль построил там новый опорный пункт, причем всерьез построил, настоящую крепость, да и техники для них не пожалели. Как раз почти точно посредине между Песчаным и поворотом на городское КПП. Служба там считалась самой тяжелой, поэтому ротацию производили как можно чаще, но репутацию Собачьего опорник заслужил почти сразу.

– Понятно.

– А у вас что?

– В дальний рейд пойдем, на северо-восток, по Светлой.

– На лодках, что ли?

– Типа того.

– Ишь ты… я лучше бы с вами, – покачал Длинный головой.

– Не уверен, что там лучше будет, у нас еще и разведка правого берега.

– Да все равно, зато там не был никто толком, интересно же. А так гоняйся за всяким дерьмом по болотам.

– А Диего где?

– На хуторе до осени. Клиентами уже все расписание забито.

Да, не промахнулись мы с базой на хуторе. И нам на пользу, и Диего прибыль.

– Вернемся и выберемся туда сами, банька и все такое.

– Да, банька там отличная получилась. Ладно, зовут, – засобирался он.

Пришлось ждать, пока Мстислав закончит постановку задачи, на что чуть не час ушел. И не отъедешь, а то его потом кто-то еще перехватит. Но дождался. Мстислав выдал мне на руки копию приказа, после чего достал из обшарпанного шкафа некий загадочный прибор, формой напоминавший старые транзисторные радиоприемники с выдвижной антенной, но в металлическом корпусе и упакованный в брезентовый чехол с лямкой, чтобы через плечо носить.

– Мобильная станция замера поля, – прокомментировал он. – На чарофон все выводится, по кабелю. Инструкция в кармане. – Он открыл карман с клапаном на сумке, показал вложенную туда брошюрку. – Есть даже режим прогноза, засекает приближение магической бури куда раньше, чем обычный чарофон. Выдаю под расписку, штука дорогая.

– Кто же сомневался.

– Телепорт. – На столе появилась деревянная коробка. – Желательно не использовать, сам понимаешь, но случаи разные бывают. Проедете через Нижний Хутор – завяжете его на маяк.

Я раскрыл коробку, глянул на малахитовый шарик на остром стальном колышке. С обратной стороны от колышка словно шляпка гвоздя торчит прямо из шарика.

– Незнакомый какой-то.

– На стационарный маяк, по нашему заказу делают, дешевле обходятся. Обязательно нужно в землю воткнуть перед использованием. И чем-нибудь по шляпке стукни – там капсула с алхимией какой-то, ее пробить надо. А дальше все просто.

Да, вроде все понятно, ничего сложного, исключая тот факт, что я пока еще телепортом ни разу не пользовался по прямому назначению. Случай с Жилиным не в счет, да и там я не сам, а Хмель его устанавливал.

– Когда выходишь? – спросил Мстислав.

– Послезавтра. С бензином что?

– Держи, – вытащил он из стола конверт, открыл и показал пачку талонов. – Действительны три дня, так что не тяните.

Затем поехал в старый штаб Патруля, попутно вызвонив Беленького. Сказал, чтобы тот гусеницы забрал, а то я в рейд. Тот засуетился и к воротам я подъехал одновременно с каким-то китайским грузовиком с белой кабиной, в которой сидело двое знакомых слесарей. Договорился с охраной, чтобы пропустили, затем помог погрузить и передал им счет. Чек Семен потом в магазин с кем-нибудь передаст.

С нормальным обедом опять пролетел, хорошо что Мила горячие бутерброды сделала, так что сидел потом в мастерской, разбирая дробовики и гравируя ресиверы. Дима даже помочь толком не мог: в магазин посетители пошли. В седьмом часу заехал Смирнов, спустился ко мне, я ему чаю предложил. Он чай воспринял без энтузиазма и в свою очередь предложил перейти в паб.

– Дел на сегодня еще много, не могу, – отказался я. – Так что здесь поговорим.

– Я карту местности подготовил по своим прикидкам, откуда и как начинать лучше. Одежа есть, а вот снаряжение и оружие с тебя, я тут в Форте сиднем сижу уже столько лет, что и считать забыл.

– Это не проблема. С обувью как?

– Хорошая пригодилась бы, только разнашивать некогда.

– Да новой и не разносишь. Подбирать надо. Завтра с утра уже свободны?

– Я уже вольный сокол, в отпуске с сегодняшнего дня. А что?

– К Платону на рынок в магазин езжайте, обуви у него много, подберет. Рюкзак и подвесную найду я. Вооружать чем?

– Мне бы ружьишко лучше, надежней.

– Могу "вепря", могу помпу.

Он задумался, вздохнул:

– Вепрь тяжелый, черт такой. Но самозарядный. Идем лодками, в пешака далеко шляться не будем… давай "вепрь", надежней будет. Так я двудулку таскал, с пулями, на случай если мишка пообщаться придет.

– Тут не мишки.

– Да знаю, – отмахнулся Смирнов. – Тут я тоже погулять успел, когда все начиналось только.