Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 166 (всего у книги 301 страниц)

– Постараемся, – буркнул я, вышел в коридор и уже там спросил у Виталия. – Знаешь, где Романа искать?

– По телефону отследим. Только тебя он к себе точно не подпустит.

– Значит, на шухере постою. Так вырубишь или химией?

– Химией, пожалуй. Потом загрузим в фургон и дело в шляпе.

– Ну дай-то бог…

Выйти на след ренегата оказалось до удивительного просто: всеобщее распространение смартфонов с модулем джи-пи-эс и доступ к кое-какому интересному оборудованию позволили нам установить местонахождение Романа в кратчайшие сроки и при этом совершенно неофициально.

– Это где? – изучая загруженную на планшетный компьютер карту, спросил я.

– Конец проспекта Революции, – пояснил Виталий. – Вот памятник "Мирный атом", дальше легкоатлетический стадион и парк.

– И чего Рома там забыл?

– Здоровый образ жизни, вероятно.

– Или со стритрейсерами тусуется, – предположил один из приданных нам в усиление работников транспортного цеха. – Мы едем, нет?

– Для стритрейсеров еще слишком рано, – засомневался Виталий, забираясь в фургон через боковую дверь.

– Да и машина для гонок не слишком подходящая. – Я передал ему планшет и уселся рядом. – Так и не движется?

– Нет.

Уже минут через пять фургон прибыл на место, но стоило нам выбраться из него и оглядеться, сразу стало ясно, что отыскать Романа будет вовсе не просто. Площадь у памятника оказалась сплошь заставлена машинами, а со стороны легкоатлетического стадиона собралось полсотни автолюбителей с белыми знаменами наперевес.

– Что за сходка? – удивился я.

– Неважно, – буркнул Виталий. – Рома не там. Он где– то ближе к памятнику.

– Менты, – предупредил я, указав на припаркованный у дороги уазик патрульно-постовой службы. Немного дальше стояли две машины ДПС. – Не вовремя они…

Виталий захлопнул дверцу и махнул рукой водителю:

– Езжайте!

Фургон медленно тронулся с места, миновал полицейские автомобили и свернул на парковку перед офисным зданием по соседству.

– Как действовать будем? – тут же захрипела рация.

– Ждите, – отозвался Виталий, напряженно вертя головой по сторонам. – Ну где же он…

– Вон! – Я первым заметил Дьячкова, стоявшего рядом с темно-синей "тойотой". Вот только стоял он там не сам по себе. Время от времени вытирая вспотевшее лицо и прикладываясь к пластиковой бутылке с водой, Роман трепался с каким-то рыжим хлыщом.

– Подождем, – решил Виталий.

– Подождем, – согласился я.

Место в целом неплохое – вокруг никого, одни машины. Правда, придется как-то мимо полицейских клиента транспортировать, но и это решаемо…

– Черт! – выругался вдруг Виталий. – Они собираются уезжать!

И в самом деле: рыжий распахнул заднюю дверцу и кинул свою сумку на сиденье.

Этого еще не хватало!

– Дай сюда! – Я выхватил у Виталия баллончик с усыпляющим газом и накинул на голову капюшон толстовки, скрывая лысину.

– Ты куда? – всполошился парень.

Я отмахнулся от него и зашагал по проходу между автомобилями. За несколько машин свернул с центрального ряда к "тойоте" и уверенно направился дальше. Не обративший на меня никакого внимания Роман забрался на водительское место, а его спутник поставил опустевшую бутылку на землю и уже начал выпрямляться, когда я положил ладонь на коротко стриженный затылок и резко толкнул вперед.

Хрясь! Не ожидавший подвоха хлыщ клюнул носом стойку задней двери и в беспамятстве осел на асфальт.

Запаниковавший Роман попытался запереться в автомобиле, но прежде чем успел захлопнуть дверь, в лицо ему угодила струя бесцветного газа. Парень враз обмяк и навалился грудью на руль, я спихнул его на пассажирское сиденье и на всякий случай обработал из баллончика рыжего.

– Ну ты вообще! – подбежал ко мне Виталий. – Ну ты даешь!

– Грузим в салон! – скомандовал я, и мы уложили хлыща на заднее сиденье, а потом перетащили к нему и Романа.

– Только правила не нарушай, гаишники на выезде стоят, – попросил я усевшегося за руль Виталия. – А то начнешь опять через две сплошные разворачиваться…

– Да уж понятно! – огрызнулся водитель. – Ну ты, блин, на всю голову отмороженный!

– В смысле?

– Рыжего куда теперь девать?

– Тоже мне проблема! Выкинем в кусты, и все дела, – фыркнул я. – Он мое лицо не видел.

– А если в полицию заявит?

– Да и пусть. Роман не бомж какой-нибудь, его так и так скоро хватятся.

Виталий тихонько выдохнул матерное слово, вывернул с парковки на дорогу и, медленно проехав мимо полицейских автомобилей, начал понемногу увеличивать скорость.

– Не гони, – попросил я.

– Отстань, – огрызнулся парень, в зеркальце заднего вида заметил пристроившийся к нам в хвост служебный фургон и нервно поинтересовался: – Выгружать балласт где будем?

– Да хоть здесь.

Автомобиль съехал на обочину; я выпихнул рыжего из салона и вместе с сумкой оттащил его в кусты. Зашвырнул подальше мобильный телефон и спокойно вернулся в машину.

– Трогай.

Метров через сто Виталий загнал RAV4 в глухой переулок, и мы перетащили Романа в перекрывший проезд фургон.

– Его точно сейчас в чувство привести не получится? – протерев ручки и рулевое колесо "тойоты", уточнил я.

– Через пару часов только очухается, не раньше. – Виталий задвинул боковую дверцу, усадил Дьячкова в специальное кресло, зафиксировал его ремнями и скомандовал по переговорному устройству водителю: – В институт.

Минут через десять фургон остановился у ворот НИИ, и почти сразу к нам присоединился куратор. Он кинул плащ и шляпу на свободное сиденье и потребовал:

– Рассказывайте.

Ну Виталий и рассказал, все как было, ничего не утаивая. Сдал меня с потрохами. Впрочем, я на другое и не рассчитывал.

Владимир Николаевич глубоко вздохнул, медленно выпустил воздух из легких и спросил:

– Камер наблюдения точно не было?

– Не было, – успокоил его Виталий.

– А видеорегистраторов?

– Мы в любом случае фургон там не светили!

– Это плюс, – поморщился Шептало и недобро глянул на меня. – Мастерка, Лед, у тебя сильно приметная. Не находишь?

Я стянул толстовку, на спине которой красовался крылатый череп, и кинул ее на сиденье.

– Так лучше?

– Хоть что-то, – кивнул Шептало и вдруг скомандовал: – Выметайтесь.

Подобный поворот событий оказался полной неожиданностью и для меня и для Виталия.

– В смысле – выметайтесь? – на всякий случай уточнил я.

– В прямом. – И куратор указал на дверцу. – Свободны!

– А допрос?

– Это не ваши заботы.

– Ну так мы подождем…

– Лед, – устало поморщился Владимир Николаевич. – Ты просто не представляешь, как я за эти дни от тебя устал. С Романом поговорю сам – и точка. Результаты будут утром. А теперь прекрати тратить мое время!

Прихватив рюкзак, я выпрыгнул на потрескавшийся асфальт, Виталий вылез следом, и фургон немедленно укатил прочь.

– Тебя домой везти? – спросил парень.

– Сейчас узнаю. – Ежась от прохладного ветерка, я отошел в сторону и позвонил Алене: – Ты как?

– Работаю, – отозвалась Зимина.

– Не получится вырваться?

– Никак.

Особого сожаления по этому поводу в голосе девушки не ощущалось, и я решил закругляться.

– Ладно, тогда не буду отвлекать. – Но тут же всполошился: – Стой! Как расчеты? Обработали новые данные?

– Обрабатываем, – после едва уловимой заминки ответила Алена.

– И как, средний уровень по городу сильно растет?

– Пока ничего не скажу, но в любом случае критический уровень много выше. – И Зимина поспешила закончить разговор: – Слушай, не могу сейчас разговаривать. Давай до завтра…

– До завтра, – пробормотал я.

– Ну? – с нетерпением уточнил Виталий.

– Домой.

– Сейчас машину выгоню.

– Давай быстрей. Холодно. – В одной футболке на свежем ветерке было и в самом деле зябко.

Парень скрылся на проходной, и вскоре на улицу вырулил служебный внедорожник. Я забрался на заднее сиденье и попросил:

– Поставь Наговицына, что ли.

– Хочу новости послушать, – отказался водитель выполнить мою просьбу и включил радиоприемник.

– …продолжается розыск преступников, совершивших вооруженное нападение на инкассаторов банка "Зимний"…

– Очень, очень интересные новости, – съязвил я и откинулся на сиденье.

Виталий демонстративно выключил магнитолу, и дальше мы ехали в тишине. Перед самым перекрестком Пилотов и Гвардейцев, я хлопнул парня по плечу и указал на двухэтажное здание красного кирпича.

– Припаркуйся у киоска с цветами.

– Зачем?

– Надо.

Водитель резко вывернул руль и через две сплошные проехал к противоположной обочине.

– У тебя права никогда не забирали?

– Давай быстрее, – не скрывая раздражения, потребовал Виталий.

Я выбрался из внедорожника, миновал цветочный киоск и вошел в алкомаркет, занимавший помещение на первом этаже бывшего комбината бытового обслуживания.

Раньше здесь аптека была, но все течет, все меняется.

Оглядев заставленные разнообразными бутылками полки, я понял, что могу зависнуть тут надолго, и улыбнулся девушке-консультанту:

– Не подскажете, у вас сидр есть?

– Да, конечно. – И меня подвели к холодильнику. – Вот, выбирайте…

Я озадаченно взял одну из стоявших наособицу алюминиевых баночек "Rekorderlig", прочитал состав напитка и поставил обратно.

– А натурального нет? В обычных бутылках, как шампанское?

– К сожалению, нет.

– Жаль.

Девушка поняла, что клиент потерян, и без особой надежды предложила:

– Вот, кальвадос посмотрите. Его тоже из яблок делают.

– Это что такое? – заинтересовался я.

– Коньяк, только не из виноградного сока, а яблочного.

Я первым делом глянул на ценник и досадливо поморщился. Потом вспомнил о так и жегших карман подотчетных деньгах, взял с полки подарочную коробку "Pere Magloire" с двумя бокалами и отнес ее на кассу.

– Наша карта у вас есть?

– Нет, – ответил я, отсчитывая деньги. – И пакет, пожалуйста.

Спрятав коробку в фирменный пакет с синим мамонтом, я вышел на улицу и зашагал к курившему у автомобиля Виталию.

– Чего взял? – поинтересовался тот.

– Литр водки и пару пива заполировать, – усмехнулся я в ответ и забрался на сиденье. – Едем, что ли?

Задумчиво глянувший на меня Виталий выкинул окурок в урну и уселся за руль. Второй раз через две сплошные он разворачиваться не стал и доехал до ближайшего светофора. Там крутанул руль, подрезал отъезжавшее от остановки маршрутное такси и утопил педаль газа в пол, заставляя резко ускориться неповоротливый внедорожник.

– Камикадзе, блин, – только и пробурчал я.

Парень ничего не ответил, уже не особо лихача, довез меня до дома, но стоило выбраться из автомобиля, он опустил стекло и спросил.

– Слушай, а ты знаешь, что слово "affliction" значит?

– Не-а, – опустил я взгляд на свою футболку. – На распродаже взял.

– Да я просто посмотрел в словаре. "Affliction" – это бедствие или несчастье. Очень тебе подходит, не находишь?

Я на миг замер, обдумывая ответ, затем вернулся к внедорожнику и, просунув руку в окно, откинул с груди Виталия лацкан незастегнутого пиджака.

– То есть, если ты надел футболку со знаком качества, это не просто футболка, а как бы намек?

И, довольно хохотнув, зашагал к подъезду. Будут меня еще подкалывать всякие…

Поднявшись в квартиру, я первым делом убрал обрез в сейф, затем немного послонялся по пустым комнатам и, решив не обманывать самого себя, распаковал бутылку кальвадоса. Налил в не по-коньячному узкий и высокий бокал золотистой жидкости по риску "2 cl", пригубил, наслаждаясь необычайно мягким вкусом с интересной кислинкой, и одним махом влил в себя все двадцать грамм.

Хорошо.

Хорошо, если под настроение. А вот настроения как раз и не было.

Пить не хотелось, хотелось выпотрошить Романа, сходить поужинать куда-нибудь с Аленой… да много чего хотелось. Пить – нет.

Помянув недобрым словом упертое руководство и обидчивых женщин, я сунул бутылку в подарочную коробку и отправился спать. Надо отдохнуть; завтра, к гадалке не ходи, день не из легких будет.

По крайней мере, очень на это надеюсь…

Глава 5

На следующее утро я проснулся сам, минут за пять до того, как задребезжал поставленный на семь часов мобильник. Сходил в туалет, умылся и какое-то время задумчиво разглядывал стоявшую на столе красочную коробку кальвадоса. Потряс головой – на фиг, на фиг! – и налил себе минералки. После сполоснул стакан, убрал и его и бутылку в буфет и выглянул в окно.

Распогодилось вроде.

Тут из комнаты донеслось приглушенное жужжание телефона, и я отправился одеваться. Достал убранные в шкаф штаны, натянул оранжевую футболку с длинным рукавом "Xtreme Couture" и в задумчивости остановился у входной двери.

Кеды или ботинки? Ботинки или кеды?

Вот в чем вопрос на самом деле.

В кармане вновь задергался телефон, я сбросил вызов и, остановив свой выбор на прочных ботинках, вышел в подъезд. Спустился во двор, распахнул дверцу внедорожника и молча забрался в салон.

– Какой ты оранжевый сегодня! Экстремально-оранжевый, я бы даже сказал, – пошутил Виталий, явно ожидая, что его с ходу засыплют вопросами о результатах вчерашнего допроса.

Наверняка предвкушает, как срежет меня, посоветовав обращаться к Шептало. А вот хренушки!

– Поехали, что ли, – попросил я и откинулся на сиденье.

– Поехали.

Озадаченный подобным безразличием водитель с недоуменным видом оглянулся и повернул ключ в замке зажигания. Внедорожник плавно тронулся с места, вывернул со двора и… и тут я совершенно незаметно для себя самого прикорнул. Да так крепко, что когда автомобиль остановился во дворе института, Виталию пришлось меня будить.

– Лед! Просыпайся! – повысил он голос. – Ты чем ночью занимался?

– Бухал, вестимо, – пробурчал я и выбрался из салона. – Шептало где?

– У Грачева.

– Понятно.

Предъявив охраннику пропуск, я поднялся на второй этаж, поздоровался с Виолеттой Марковной и прошел в кабинет. Там меня уже ждали. Григорий Петрович с интересом листал какие-то записи; куратор пил чай и наслаждался тишиной и спокойствием.

– А, Лед, присаживайся, – против обыкновения обрадовался Владимир Николаевич моему визиту. – Как раз по твоему профилю работа появилась.

– Да ну? – насторожился я. – А последние дни я чем занимался?

– Честно скажу – не совсем своим делом, – улыбнулся Шептало, выглядевший так, словно за всю ночь не сомкнул глаз. – Но всем известен твой истинный потенциал! Твое умение создавать проблемы – просто удивительно по своей разрушающей силе. Вот и пришло время применить его на благо общества. В кои-то веки создашь проблемы… не нам.

– Григорий Петрович, ему сколько коньяку в чай влили? – спросил я замдиректора.

– Расход продукта сорок грамм на стакан, – не отрываясь от бумаг, ответил Грачев. – Пятый стакан пьет, если тебя это интересует.

– Да уж видно, что не первый.

– Ладно, пошутили и будет, – подался вперед Владимир Николаевич. – Мы выяснили, кто распотрошил того паренька.

– Неужто колдуны?

– Нет, оборотни.

– А я разве не это с самого начала говорил?

– Не передергивай! – пригрозил мне пальцем куратор. – Ты говорил, что под воздействием магии у какого-то бедолаги съехала крыша, и он не представляет никакой угрозы для общества, поскольку заперт в свертке.

– А на деле? – уселся я напротив Шептало.

– А на деле мы имеем устойчивое преступное сообщество, причастное к исчезновению многих жителей Ямгорода.

– Серьезно? – Признавать собственную оплошность не хотелось. А с другой стороны – ну ошибся, бывает. Пустяки, дело житейское.

– Куда уж серьезней. – Куратор выдернул из лежавшей перед Григорием Петровичем стопки верхний лист и передвинул его ко мне. – Расположение их логова. Действуй.

– Ага, разбежался, – буркнул я, пытаясь разобраться с мудреными обозначениями на карте. – Это Свердловский район, что ли?

– Да, – подтвердил Шептало. – Оборотней двое, парень и девушка. Оба отморозки похлеще тебя…

– Давайте обойдемся без оскорблений.

– И в самом деле, чего это я совершенно незнакомых людей оскорбляю? – Владимир Николаевич с довольным видом отхлебнул чая и продолжил: – Обычно они караулят прохожих у границ свертков, затаскивают их туда, ну и развлекаются. Места охоты меняют постоянно, но это их логово.

– Они там живут, что ли? – удивился я.

– В точку. На удивление асоциальные типы. На дело выходят обычно вечерами, поэтому у тебя есть прекрасная возможность прямо сейчас сделать наш мир немножечко чище.

– Хотите чистоты, наймите уборщиц.

– Предпочту в роли чистильщика тебя. Справишься?

– Не проблема, так-то, – вздохнул я. Убрать устраивающих сафари на людей выродков дело, с какой стороны ни посмотри, благое. – Но есть один момент…

– Излагай, – вздохнул заранее поскучневший куратор.

– Что. Конкретно. Вам. Рассказал. Роман. Дьячков? – четко печатая каждое слово, потребовал я ввести меня в курс дела.

– Не имеет значения.

– Еще как имеет! Мне вовсе не улыбается из-за его наводки угодить в переполненный магией "пузырь".

– Поверь, он был полностью со мной откровенен.

Я сделал вид, что готовлюсь подняться на ноги, и спросил:

– Мне уйти?

– Да расскажи ты ему, – оторвался от бумаг Грачев. – Тоже мне тайна за семью печатями…

Владимир Николаевич какое-то время колебался, потом сдался и махнул рукой.

– Ладно, черт с тобой. Если начистоту, привлекать Дьячкова к работе в институте было ошибкой. Это стало понятно еще на этапе согласования, но нам позарез требовался специалист его профиля. Нет, зарекомендовал он себя отлично, просто всегда и во всем хотел разобраться от начала и до конца. Очень, очень целеустремленный и способный молодой человек с нестандартным мышлением. А посвятить его во все аспекты деятельности института, к сожалению, было никак нельзя – на тот момент уже действовал мораторий на вербовку новых кадров…

– К делу, – попросил я.

– Как оказалось, после увольнения Роман решил в частном порядке прояснить некоторые интересовавшие его моменты и через интернет познакомился с группой единомышленников. На одной из встреч его провели в сверток, ну а остальное ты знаешь.

– Это была его инициатива или на него вышли целенаправленно?

– Если это была вербовка, то он ничего такого не заметил.

– Хорошо. С чего все началось? Как эти самые единомышленники отыскали сверток?

– Как ты и предполагал, создатель оккультного кружка первоначально наткнулся на него совершенно случайно. Что-то еще?

– Имена, явки, пароли.

– А вот с этим проблема. Ранг у Романа был не самый высокий, да он и сам особо не старался ни с кем сблизиться. В первую очередь его волновали не столько новые способности, сколько их научное объяснение.

– Это вы так говорите.

– Я ознакомился с его работами. Очень, очень интересный взгляд на происходящее.

– На меня эти мирные исследователи почему напали?

– Какое-то время назад в группе произошел раскол. Юноша и девушка открыли в себе способности к оборотничеству и ушли. Точнее – их попросили уйти из-за проблем с самоконтролем. Расставание прошло не совсем мирно, а тебя просто спутали.

– Возможно, – задумчиво кивнул я. – И никаких следов с той стороны?

– Роману об этом ничего не известно, – уверенно заявил Шептало и добавил уже не столь уверенно: – Впрочем, он в группе новичок…

– Так давайте потрясем тех, кто не новичок!

– У нас нет никаких зацепок.

– В самом деле?

– Не стоит считать всех кругом дилетантами! – разозлился куратор. – Мы проверили телефон Дьячкова, его компьютер и все его контакты в социальных сетях, но не нашли никаких зацепок. Обычный круг общения вузовского преподавателя. Коллеги, студенты, однокашники. Никого нового, никого подозрительного. Да и соврать, так скажем, ему было бы затруднительно.

– Но он мог не сказать всей правды, – резонно заметил я. – К тому же слишком многое зависит от правильных формулировок…

– Слушай, тебя зачем из Сочи вызвали? Чтобы ты мне кишки мотал? – нахмурился куратор. – Колдуны нам проблем пока не создавали, а вот спятившие оборотни – еще как! Фотографий не видел? Забыл, что они с тем парнем сотворили?

– Не забыл.

– Вот и разберись!

– А потом?

– Суп с котом. Проваливай!

Я мысленно досчитал до десяти и очень спокойно начал выставлять условия:

– Для выполнения сего ответственного задания мне понадобится фургон.

– На кой? – удивился оторвавшийся от бумаг Григорий Петрович.

– Хочу расспросить оборотней. Сверить показания, так сказать.

– Сумеешь взять живыми?

– Необходимым инвентарем обеспечите – смогу. Одного, не обоих.

– А это не опасно?

– Немногим опасней, чтобы просто к ним в логово вломиться.

– Не возражаю, – разрешил Шептало. – Что понадобится?

– По правилам, у вас должны быть пневматические метатели с инъекционными дротиками для отлова бродячих животных…

– В самом деле? Первый раз слышу. – Владимир Николаевич глянул на замдиректора. – Правда, что ли?

– Есть такое дело, – подтвердил Григорий Петрович. – По программе сотрудничества с СЭС закупили. В наличии имеются винтовки…

– Не пойдет, – сразу отказался я.

– И шестизарядный пневматический револьвер. На каждом дротике что-то около ноль двух грамма активного вещества.

– Найдется в закромах что-нибудь, чтоб слона с ног валило?

– Такими дозировками? – Замдиректора задумался, потом кивнул. – Обеспечим.

– Вот и замечательно, – обрадовался Владимир Николаевич. – Еще что-нибудь понадобится?

– Рубаха из кевлара, бронежилет легкий, наколенники, защита бедер и паха.

Шептало хрюкнул и с усмешкой поинтересовался:

– Ты с ними врукопашную схлестнуться собираешься?

– На всякий случай, – поморщился я. – Не подействует снотворное, хоть какой-то шанс останется. И нож с посеребренным клинком понадобится. На складе такие есть, сам видел.

– Хорошо, – дал добро Грачев и уточнил: – Перчатки?

– Обойдусь, наверное. Хотя нет, давайте. В хозяйстве сгодятся. Еще дробовик нужен недлинный, чтоб под куртку спрятать. К человеку с ружьем даже оборотень не сунется, еще не хватало бегать за ними.

– Дробовик? – прищурился куратор. – Читал твою объяснительную записку вчера…

– Давайте не сейчас, – попросил Григорий Петрович. – Могу предложить КС-23М четвертого калибра. Но если потеряешь, лучше даже не возвращайся.

– А что-нибудь менее брутальное?

– Еще есть полицейская "открывашка" на базе пятисотого "Моссберга". Она сантиметров сорок в длину. Магазин на два патрона, третий в стволе.

– В самый раз. – Я прикинул, что предназначенный для вышибания дверных замков дробовик как нельзя лучше сгодится для расстрела потерявшего осторожность оборотня, а три патрона – это, как ни крути, в полтора раза лучше, чем два. – С вас тогда патроны с серебряной начинкой и две пары наручников.

– Хорошо, – кивнул Григорий Петрович.

– Ну тогда распорядитесь, и пойду уже.

– Распоряжусь. Иди, – отпустил меня куратор.

Я вышел в приемную, но сразу заглянул обратно:

– Прибор для серебрения воды есть на складе?

– Нужен? – удивился Грачев.

– Не помешает.

– Проверю.

– Спасибо.

Спустившись на первый этаж, я не обнаружил во дворе Виталия и заглянул в спецблок. И точно, парень дожидался меня на проходной.

– Проходите, – разблокировал внутреннюю дверь караульный, изучив наши удостоверения.

Виталий запустил меня в оружейку и выставил на стол картонную коробку.

– Смотри пока, – сказал он и отправился за остальным снаряжением.

Проверив, все ли из отобранных вчера препаратов на месте, я снял футболку и принялся натягивать кевларовую рубаху с длинными рукавами и высоким воротом, прикрывавшим шею. От пули или колющего удара такая не убережет, но против клыков и когтей, думаю, вполне сгодится.

Наверное. Ну да еще бронежилет прикроет.

Подтянув ремни, я взял камуфляжную куртку и поморщился:

– Виталий, скажи, ты бы стал охотиться на мужика в камуфляже?

– Да у нас половина грибников так ходит!

– Я похож на грибника?

– Ты хоть голый иди, все равно на нормального человека не похож! Давно к зеркалу подходил?

– Логично, – хмыкнул я и натянул поверх защиты бедер и наколенников широкие штаны. – Но куртку все же замени на что-нибудь менее броское. И давай быстрей, я упрел уже.

– Как скажешь! – раздраженно отозвался парень и притащил длинную куртку выгоревшей, коричнево-серой расцветки. – Пойдет?

– Вполне. – Я разложил свою "крысу", острием проткнул искусственную кожу и потянул, делая длинный прорез заодно и в подкладке. – Ремень есть какой-нибудь для обреза?

– Держи.

Вдвоем мы кое-как закрепили на мне сбрую, после я попробовал выхватить из-под куртки оружие и вновь взялся за нож. Расширил разрез, повторил попытку и, оставшись доволен, покрутился на месте.

– Ну как?

– Со стороны ничего не видно, – успокоил меня Виталий и выложил на стол пневматический револьвер, упаковку дротиков и двенадцатиграммовый баллончик с углекислым газом.

– С таким меня точно не испугаются, – ухмыльнулся я.

– Я тебе про зеркало уже говорил, – напомнил водитель. – Не забыл?

– Не завидуй, – отшутился я, цепляя на пояс кобуру с ПМ и чехол с посеребренным клинком, и окликнул отправившегося за дробовиком парня: – Виталий, а посмотри патроны "Aguila", такая длинная узкая коробка с надписью "MiniShells". У нас такие есть, у вас тоже должны быть. Только обрати внимание, чтоб с серебром были.

– Они? – показал мне водитель пачку с отметкой "12GA" в левом верхнем углу.

– Они.

– Двадцати хватит?

– Вполне.

– Все, тогда выходим. – Виталий, прихватив обрез, подошел к входной двери. – Куда ехать, знаешь?

– Куда-то в Свердловский, на Эстонскую, – сказал я и взял перчатки. Те оказались с кевларовыми вставками, а костяшки прикрывала формованная пластиковая накладка. Затянул липучки, сжал кулаки, разжал – пойдет. Даже стрелять можно.

– На Эстонскую? – озадаченно переспросил парень. – Не знаю такой. Ладно, у парней в фургоне навигатор. А, да! Прибор для серебрения воды с собой брать?

– Бери.

Подхватив свои пожитки, я отправился на выход; оставшийся запереть дверь Виталий нагнал меня во дворе и указал на уже знакомый фургон.

– Карета подана.

– Ну так погнали.

Сверившись с полученной от куратора картой, я сообщил водителю адрес, и автомобиль выехал за ворота. С интересом рассматривавший коробку патронов Виталий не выдержал и спросил:

– И чем они такие особенные? Не видел раньше, чтобы их кто-нибудь брал.

Я раскрыл картонку и показал ему коротенький, едва ли не в половину обычного патрон:

– В магазин влезет больше – это раз, отдача меньше – это два.

– А по убойным качествам?

– Да за глаза. – Я принялся набивать магазин обреза и вместо двух патронов загнал туда три. – Здесь "быстрый" пистолетный порох, плюс сверху посеребренная дробь идет, а внизу четыре картечины. Через густые кусты или камыш стрелять – одно удовольствие.

– Почему тогда наши не пользуются?

– Двойные подачи бывают, но пятисотый "Моссберг" их жрет.

Я отложил обрез и начал по второму кругу проверять снаряжение. Не то чтобы нервничал, просто неспокойно на душе было. Как ни крути, оборотни не самая удобная дичь.

Но опять же перевертыш перевертышу рознь. Мало сверхспособности обрести, надо ими еще и пользоваться научиться. Научились они? Очень сомневаюсь. Это не в зверином обличье совокупляться, это над собой работать надо. Справлюсь.

И все же меня так и потряхивало. Азарт и адреналин, ничего не поделаешь. Азарт и адреналин. И серебро. А серебро – рулит.

Минут через сорок нас по внутренней связи оповестили о прибытии на место, и я уже совершенно спокойным и собранным выпрыгнул из фургона. Оглядел застроенную одноэтажными домами улицу и повернулся к Виталию:

– Это частный сектор, что ли?

– Как видишь, – кивнул тот.

– А где?..

– Вон Эстонская! – указал на перекресток опустивший боковое стекло водитель. – Судя по адресу, тебе налево.

– Понял.

– Рацию дать? – нагнал меня Виталий.

– Смысл? Все равно в свертке связи нет.

Я дошел до перекрестка, повернул и задумчиво почесал заросший жесткой щетиной подбородок. Заборы, ворота, дома. Немного дальше – двухэтажный барак фабричного типа.

Какое, на хрен, логово оборотней?!

Свертка здесь точно нет. По крайней мере, вот так с ходу никаких признаков близкого присутствия аномалии не ощущается.

Возникло желание позвонить и высказать куратору все, что думаю о его способностях дознавателя, но вместо этого я достал бутылочку с "Магистром", свинтил крышку и сунул в рот желатиновый шарик. Поморщившись, сглотнул и замер в ожидании, когда разойдется по крови алхимический препарат.

Вскоре в голове и вправду зашумело, а вдоль позвоночника побежали стальные коготки колючих мурашек, но – ничего. Дома, заборы, ворота. Хотел уже развернуться и неожиданно уловил некую странность.

В голове вдруг промелькнула мысль, что коттеджам здесь не место. Просто не место – и все. Стихийная свалка, камыши, затянутая ряской вода, ивы вдоль берега; вот это было бы правильно, но этого как раз и не было.

Что за ерунда?!

Сверток чувствую, а его границы и вход – нет.

Как такое может быть, если точку слияния реального и нереального обнаружить проще всего? Там ведь наибольшая утечка магии…

Решив пройтись по соседним улицам, я вернулся на перекресток и заинтересовался канализационным коллектором у противоположной обочины.

Канализационный коллектор в поселке? Очень интересно.

Подошел, заглянул и сразу ощутил присутствие магической энергии. Посветил фонариком – внизу одна лишь мутная вода.

– Виталий! – махнул я рукой. – Иди сюда!

– Чего?

– У вас сапог резиновых с собой нет случайно?

– Откуда?

– Блин! – Я печально посмотрел сначала на ботинки, потом на темный зев коллектора. – Хреново.

– Съездить?

– Обойдусь.

– Может, с тобой пойти? – предложил вдруг Виталий.

– С одиночкой оборотни наверняка поиграть решат, а двоих всерьез валить станут. Оборотень в засаде – это просто машина убийства, если не в курсе.

– Как скажешь.

– Здесь жди, никуда не уходи.

Присев, я ухватился за край бетонного кольца – зря перчатки в машине оставил, – и свесился вниз. Моментально черпанул ботинками воду, а когда разжал в руки и бухнулся в грязь, то промочил и штаны.

Черт!

– Ты как? – окликнул меня Виталий, чей силуэт четко выделялся на фоне светлого неба.

– Нормально. Веревку приготовь и жди. Веревка-то у вас найдется?

– Найдется.

– Вот и замечательно. – Передернув затвор ПМ, я вернул пистолет в кобуру и осветил фонариком дальние углы.

На первый взгляд – ничего необычного. Труба в одной стене, труба в другой. Но стоило ступить через грань, разделявшую реальный мир и порожденное магией пространство, как потолок выгнулся бетонным сводом, а сам я оказался посреди неглубокого ручья.

Опасаясь зацепить макушкой низкий потолок, я пригнулся и, освещая себе путь фонариком, осторожно двинулся вперед. Ботинки начали вязнуть в затянувшем дно иле, а вот вода очистилась, и постепенно ее уровень поднялся до середины бедра; пришлось даже приподнимать полы куртки.

Ух, холодная, зараза…

Холодная? Да нет, это меня из-за текшей навстречу магической энергии морозит.

Когда впереди замаячило светлое пятно дневного света, я выключил свой Olight, прошел еще метров десять и, перебравшись через поваленную в воду ржавую решетку, очутился в узкой протоке, с обеих сторон к которой клонились ветви плакучих ив.