Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 185 (всего у книги 301 страниц)

Работает. Где еще такие патроны? Я этих ходоков сейчас на запчасти разберу всех к бениной маме, надо больше патронов, у меня всего два таких в запасе. Гадство, самый дальний от меня шкаф, то есть самый ближний к двери, именно там весь десятый калибр, что я уже снарядил. А мне туда идти страшно, оттуда до двери всего пара метров…

Дольше буду думать – хуже будет дальше, это как бы даже истина. Я подскочил к шкафу, прижал перстень к навесному замку, отшвырнул замок в сторону, он с лязгом упал на пол и отлетел куда-то под верстак, распахнул двери.

Ближайший ко мне мертвяк кинулся на дверь вновь, она окончательно развалилась, и он просто упал… нет, не головой, головы уже не было, плечами вперед, заскреб черными грязными пальцами по полу и начал довольно быстро вставать, опираясь одной рукой на пол. А второй, тоже безголовый, уже лез через него, и от них шла волна отчаянного холода.

Обернувшись, я вскинул ружье, выстрелил в плечо единственной руки того мертвеца, что валялся на полу, отчего он опять свалился, а затем пальнул в бедро второму, оставив его без ноги. Он потерял равновесие и неловко завалился прямо в разваленных дверях, на какой-то момент там застряв. А я взял коробку с патронами с полки, неловко схватил – несколько увесистых цилиндров упало на пол, – но с десяток патронов все же осталось внутри. Отбежал с ними назад, поставил коробку на пол и, хватая из нее патроны по два, начал заталкивать их в магазин ружья.

Страх отступил, сменившись сосредоточенностью и даже азартом. И некой гордостью за то, что я такой умный и придумал такие патроны. Пусть не сам, мы с Саней придумали, но какая разница?

Поднявшийся мертвец лишился второй ноги, у лежащего "выгрызло" середину туловища, отчего он, несмотря на то что продолжал шевелиться, как-то совсем забестолковел и, вместо того чтобы вставать и идти в атаку, просто нелепо барахтался в проломе уже без всякой ясной цели.

То, что ледяные ходоки не сами по себе полезли в мой подвал, до меня дошло лишь тогда, когда в пролом двери впорхнул сияющий как шаровая молния сгусток света и рванул, попав в поле "защитного полога" – еще одного сработавшего амулета. Он был замаскирован в потолке дальше от двери, ледяные ходоки до него не добрались, а ведь пройди один из них хотя бы лишний шаг – заклинание сработало бы на него. И тогда эта шаровая молния…

Мысль, к счастью, проскочила в мозгу быстро, поэтому я рванул к подвальной лестнице и пулей выскочил на нее, захлопнув за собой дверь и активировав защиту с этой стороны. Если кто-то полезет за мной, то ему придется преодолевать это все сызнова. И дверь тут мощней… хоть это и не принципиально, как я думаю, судя по тому, как вышибли люк в подвал.

В магазин? Нет, слишком очевидно и слишком легко контролировать окна с улицы. Домой. К тому же в квартире у меня еще оружие есть.

Понесся скачками по лестнице, влетел к себе в студию, дверь куда так и оставил открытой, теперь уже к счастью. Швырнул ружье на кровать, схватил точно такое же из стойки за дверью, подбежал к окну, выглянул аккуратно… и никого нигде не увидел. Покрутил головой, повыглядывал так и эдак, но без всякого результата: враг или смылся, или был невидим. Под самой стеной стоит, например.

Открыть окно? Шумно получится. А потом высунусь и схлопочу пулю или заклинание в башню, вот будет весело. Домофон только на магазин заведен, в квартире его нет. Упущение.

Через двор попробовать? А больше ничего и не остается. Или рассчитывать на то, что на выстрелы дружинники приедут. Но стрелял я в подвале, а подвал всем на зависть, так что их могли просто не услышать. Или все же в магазин и хотя бы в домофон глянуть? Пожалуй, так лучше.

Сдернул с крючка патронташ-бандольеро, накинул на себя, выскочил на лестницу, бегом скатился на этаж ниже, прислушался – вроде бы тихо. Открыл дверь аккуратно, заглянул внутрь, убедившись, что магазин никто не взломал, на четвереньках прокрался за прилавок, включил домофон…

Двое на углу дома, лиц не видно, в масках, но показалось, что из двоих мужик только один, а с ним женщина. Пока думал, как до них добраться, они быстро перекинулись парой фраз, затем мужик махнул рукой в стиле "хрен с ним", а потом оба они побежали вдоль по улице, свернув в первый же проулок.

Признаться, я сглупил, кинулся следом, но в засаду не попал и никто в меня не выстрелил. Но когда добежал до поворота, увидел из-за него лишь тормозные огни какой-то машины, которая мгновенно свернула налево, исчезнув из виду.

Я подошел к угольному люку, заглянул в него аккуратно, подсвечивая фонарем, и обнаружил там не двух, а целых трех ходоков, неподвижно лежащих на полу. Никто из мертвяков даже не пытался шевелиться. И тогда я задумался над тем, как вызвать Дружину, и понял, что надо будить Хмеля. Может быть, у него телефон работает.

Будить долго не пришлось: он все же слышал стрельбу, но не понял, откуда она. Стены в доме толстые, а окна такие, что толком и не выглянешь. Телефон у него тоже не работал, обрезали нам все, так что он остался бодрствовать, а я выгнал из гаража "сабербен" и рванул на нем к центральному отделению Дружины, до которого, к счастью, было совсем недалеко. И там достаточно быстро добился выезда дежурного "соболя", битком набитого дружинниками, а те еще и СЭС вызвали, поскольку речь шла о нападении тварей. Так что до самого утра в магазине и подвале было суетно.

Дружинники к месту интерес потеряли быстро, сняв показания и узнав, что я видел мужчину с женщиной, в масках, а потом они уехали на машине неизвестной марки куда-то на юго-запад. Или в другом направлении, если допустить, что потом они опять куда-то свернули. А вот сэсники задержались дольше, потому что три порождения Стужи в моем подвале были как раз по их части.

Колдун из их группы долго ходил по дому и вокруг с какими-то приборами, затем, когда останки ледяных ходоков вытащили из квартиры и закинули в кузов грузовика, мы все пошли в паб, где добрый самаритянин Хмель предложил всем чаю с печеньем. Отказываться никто не стал, а колдун – молодой парень в испачканной парке и теплых лыжных штанах – заодно рассказал, что обнаружил.

– Ходоки свежие, – сказал он, отхлебывая горячий чай с мятой. – То есть это не трупы поднятые, а трупы своего изготовления. Грохнул их кто-то и поднял. Опознать… ну ты сам понимаешь, от них мало что осталось. Точнее, можно опознать того, которого ловушка убила. А остальных…

– Но это Дружины забота, – вставил какой-то бородатый немолодой мужик из группы. – Им передадим.

– Они шевелились еще, когда я наверх побежал.

– Они были под управлением, – пояснил колдун. – Это когда ходок… естественного, так сказать, происхождения, то он ходит, пока его вручную не упокоят, а такой двигается, пока им управляют. Те двое, о ком ты рассказывал, решили свалить – и ходоки выключились. Я след управляющего заклятия проследил. Как раз с угла и тянулось.

Хм… интересно. Вообще я как-то не все понял в происходящем. Это по мою душу пришли? Тогда до квартиры ни один из ходоков не добрался бы, там еще ловушек… ну да, две двери, на каждой полный набор, и в финале я с большим ружьем. Нет, не дошли бы.

А если ходоки для того, чтобы… активировать ловушки? Проложить дорогу, так сказать? Стоп… если за домом все же наблюдали, то могли заметить, что я в паб зашел, а оттуда не выходил, я же через заднюю дверь к себе попал. И даже свет в своей студии не включил, бросил просто шубу на кровать, да и все.

То есть выбили люк, запустили туда ледяных ходоков в достаточном количестве для того… для чего? А чтобы в подвал спокойно и зайти. Потому что если бы им надо было в магазин, то они его дверь вышибли бы, я думаю. Так что в подвал. И в этот момент нелегкая принесла в подвал меня, совершенно неожиданно.

Дальше один ходок разваливается под ловушкой, которая просто перемолола ему все кости и суставы, затем двоих подразобрал я. Меня попытались достать шаровой молнией, но не смогли, затем поспорили и решили смываться, раз все равно все пошло не по плану. Все же стрельба была, и на нее вполне могла Дружина прискакать.

Какой вывод? А простой: в доме есть тайник. И в нем что-то такое ценное, что Семера лезет на рожон и рискует своими людьми. Только ходоки в эту картину не совсем вписываются, потому что они не совсем по части обычной банды, пусть и авторитетной.

И женщина.

Лига?

Очень даже может быть, магия на основе Стужи – это как раз их профиль.

А это еще интересней. Особенно учитывая, что у Сани свиданка с ведьмой из Лиги, он с ней всего с неделю как познакомился, а сегодня уже договорился на свидание с продолжением. Да, так степень интересности происходящего растет еще выше. Надо начинать расспрашивать людей хотя бы, а то я как-то немного о внутренних раскладах в Форте знаю. Не лезу и не интересуюсь. Иногда, выходит, это плохо.

Кстати, надо бы двери починить. И топка вся выгорела, я так угля и не подкинул, скоро дом выстывать начнет. И Саня, к слову, где? Я понятия не имею, куда он пошел, и это мне не нравится.

Прямо возле входа тормознула какая-то машина, а затем колокольчик над дверью паба опять звякнул, пропустив внутрь облако морозного пара и женщину в дубленом полушубке и джинсах.

– Что у тебя случилось? – спросила Мила, стаскивая шапку и встряхивая собранными в хвост волосами.

– Привет, – поздоровался с ней Хмель. – Чайку хочешь?

– Слав, с удовольствием. Холод собачий, и машина выстыла, не успела прогреться. Держи ключи. – Она выложила на стойку брелок с кристалликом "сигналки".

Да, что-то за ночь мороз совсем разгулялся, ощущается.

– Так что случилось?

– Магазин взломать пытались, с магией, – дал я краткую версию ответа. – Не получилось, но двери сломали и по мелочи всякое. Ладно, ты пока чай пьешь, я топку раскочегарю, а то с этими грабежами вымерзнем начисто. Зайду за тобой.

– Ага. – Мила зевнула, прикрыв рот ладошкой.

И машину в гараж тоже лучше сразу загнать.

Коля Клондайк. Начало событий

Уже несколько часов как суббота

Топку я зарядил, температура в доме вновь начала подниматься, и я позвал Милу из паба. Она завалилась спать в квартире, но мои планы на то, чтобы завалиться рядом, пошли боком. Пришлось наводить порядок, ждать плотников и ремонтника с телефонной станции, потом приглядывать за ними.

Саня появился часов в десять утра, уставший и довольный жизнью. Камень с души снял, можно сказать. На расспросы ответил, что все было замечательно и он с ведьмочкой договорился встретиться вновь. В общем, как хочешь, так и понимай – может, это хитроумный план, а может, и не план вовсе, а личная жизнь.

Угольный люк для начала просто заделали досками, он был разломан совершенно. Ничего страшного, угля у меня еще на пару месяцев в подвале, так что успею починить. Саня по-быстрому смонтировал там защиту, потом погордился передо мной:

– Перемололо ходока, говоришь?

– Одного из троих, – опустил я его на землю. – Одноразовое все у тебя.

– Многоразовые энергии жрут много, разоримся на ней, – немного оскорбился он. – В следующий раз на входах надо всего вдвойне навешать.

– Тебе видней. Ты и вешай.

Может, и зря на него наехал – без этой защиты мне бы точно кранты, а так без единой царапины, поломанные двери не в счет. Двери починим, как и все остальное. Пора магазин открывать вообще-то, и так опоздали, дело к полудню уже.

Я снял табличку "Закрыто по техническим причинам", сменив ее на "Открыто", отпер замок, оставив только засов задвинутым. Саня между тем поднялся из подвала с горячим чайником. Никогда раньше сильно не чаевничал, кофе по утрам предпочитал, да и все, но здесь чай – он как некий символ тепла. За окном аж трещит все от мороза, а ты горячий чаек с лимоном попиваешь, и как-то сразу жить приятней. Чай пьют все и по любому поводу, как я заметил.

– Сань, тайник найти сможешь? – спросил я.

– Тайник? – удивился он вопросу. – С чем?

– А хрен его знает с чем. С чем-то. За чем сюда который раз лезут. Хмеля тоже грабили, оказывается.

– Это когда? – Саня замер с чайником, занесенным над кружкой.

– Когда мы с тобой в Лудино были. Ты разливай давай, не томи.

Саня кивнул, быстро разлил чай по кружкам, затем начал сыпать в свою сахар в каком-то нечеловеческом количестве. Я кинул себе пару ложек и кружок лимона.

– И нам не сказал? – удивился он.

– Не-а. Говорит, что не счел чем-то таким… – Я отпил из кружки. Горячий, блин, но никогда подождать не могу.

– А потом нас грабить пытались?

– Ну да. И думаю, что не столько грабить, сколько зайти, когда защита отключена. А ночью конкретно в подвал лезли, то есть как раз рассчитывали на то, что меня там нет. Значит, не за мной и не за тобой.

– Тогда ищут что-то, – согласился Саня. – Закладка какая-то здесь есть.

Это точно, Сократом быть не нужно, чтобы к такому выводу прийти.

– Закладка старая, при ремонте мы ее не нашли, так? Значит, она где-то или под кирпичами, или под бетоном. Вскрывать пол я не хочу, равно как и стены. Сможешь что-нибудь придумать?

– Я? Нет, – покачал головой Саня. – Не моя специализация. Даже амулет поисковый сделать не смогу, не умею. Но знаю, кто умеет. Надо к специалисту.

– Съезди к специалисту, – согласился я. – Когда с ним связаться сможешь?

– Он в учебке Братства преподает, сейчас у него занятия должны быть. Позвоню.

– Тогда ты пока магазином покомандуй, а мне с людьми поговорить надо.

– Давай, я никуда сегодня не собирался. Если Мила проснется, что ей сказать?

У Милы сегодня выходной, на работу ей завтра к вечеру, так что…

– Скажи, что к часу буду обратно, может, раньше. Но ты поосторожней здесь, лады?

Поднялся к себе, оделся. Мила, укрытая одеялом до макушки, перевернулась на другой бок, но не проснулась. Посмотрел на шубу, но передумал ее надевать, в ней все же как в дохе, неповоротливо малость, поэтому накинул парку. Подумав, прихватил кроме револьвера еще и "дерринджер", зарядив его горючей картечью. На всякий случай "бэкап" упрятав в кобуре за поясом брюк. А то что-то жизнь начала разнообразием событий радовать не по делу.

Да, а мороз так разгулялся сегодня. Сколько? Тридцать с чем-то? Я как вылез из кабины пикапа ворота закрыть, так сразу оценил. Подвеска промерзла начисто, ехал будто на телеге, ощущая задницей каждую кочку, каких на заледенелой дороге было немало.

И прохожих практически не видно, все стараются лишний раз на улицу не высовываться. Дым из выхлопной стелется по самой земле, никуда не поднимаясь, – тоже признак того, что дубняк за бортом.

В общем, пока по улице ехал, увидел лишь пару развозных фургончиков, и переполненная маршрутка проехала. Мысленно покрыл матюгами Семеру, ходячих ледяных мертвецов, тайники и все прочее. Сегодня бы лучше всего в магазине сидеть и чай пить, потом отобедать в пабе у Хмеля, а к вечеру баню натопить и с Милой в ней закрыться. Чем не жизнь? А вот тащись… Впрочем, с Платоном поговорить все равно надо, а телефон в его лавку пока еще не провели. Телефоны, говорят, только с прошлого года появились, причем с диском, как в былые времена, ничего цифрового. Интересно, где оборудование нашли?

Пока ехал, постоянно проверялся, даже два лишних крюка сделал, но никакого хвоста не обнаружил. Потом, когда уже парковал машину у колхозного рынка, подумал, что надо было "сабербен" взять, меня на нем куда реже видят, а этот пикап мог и примелькаться уже. Но поздно.

Сам рынок располагался в зоне ответственности Братства и представлял собой большое двухэтажное сооружение, выстроенное в стиле позднего соцреализма. Перед ним почти незаполненная стоянка. Ага, Платон здесь, вон его красный "форд" стоит, у самого входа. Кстати, не похоже, что день сильно торговый, из-за мороза. Скорее всего, больше людей сейчас в другом его магазинчике, что в Кишке, там хоть под землей все. Но мне люди без надобности, в общем.

В здании рынка не топили, так что там было холодно до звона, а вот в самом магазине, расположенном на втором этаже, было тепло и тесно. Полки до потолка, на которых сложенные брюки и свитера стопками, небольшая вешалка с куртками, стенд с теплой обувью. За маленьким прилавком сидит Света – упитанная девица лет двадцати с лицом простым, но приятным. Я когда-то было Платона подозревал в чем-то эдаком, но узнал, что Света замужем за водителем директора рынка и тот ее каждый день с работы забирает.

– Привет, – поздоровался я. – Платон где?

– В кафешке, покушать пошел. – Света оторвалась от кроссворда.

– Понял.

Это рядом, через две двери всего. Вышел из магазина, разминувшись с каким-то долговязым парнем в кожаном плаще и кепке, что никак с морозом не вязалось, быстрым шагом дошел до входа в кафе, заскочил внутрь, сразу увидев Платона, – он сидел в дальнем углу за столом, наворачивая пельмени. Народу в кафешке тоже было немного.

Расстегивая парку, подошел к столу, отодвинул стул.

– Перекусишь? – сразу спросил Платон. – Пельмени здесь хорошие, они на заказ делают.

– Со свининой?

– Угу.

– Возьму. Тебе еще что-то заказать? – спросил я, поднимаясь.

– Нет. Хотя чаю возьми еще, наверное.

Заказ здесь надо было делать у буфетчика и к нему же подходить, когда он готов, но мне повезло – очередная порция пельменей уже сварилась, так что получил я ее сразу и вернулся к столу с миской и чайником.

– Давай по основному, – сразу перешел я к делу. – В понедельник едем, так?

– Да, – кивнул Платон, подливая себе чаю, – и уже во вторник планирую обратно. Просто беру, что у Дюпре готово, и тащу.

– Деньги я подготовил, отдам по дороге тогда. Тридцать ровно.

– У кого нашел?

– В банке были.

Доллары и евро в обороте тоже есть, как и российские рубли, но их все меньше и меньше. Раньше, говорят, на них курс совсем бросовый был, но когда все же какое-то движение кондукторов наладилось, цена опять вверх полезла. Но пока еще выгодно здесь брать. Тащиться на ту сторону с золотом, например, – проблема: и потери, и риск. А в Америке оборот золота частными лицами вообще криминал. Поэтому Платон тащит товар – алхимические лекарства – и кому-то отдает. Не знаю кому, он не счел нужным информацией со мной делиться, а я не выспрашиваю. Получатель лекарств ему платит в долларах, ну а дальше схема понятна. Но на этот раз Платон идет без алхимии, поэтому и ненадолго. И поэтому мы доллары искали.

– Ну и у меня восемнадцать есть, нормально.

Я выудил из миски хорошо промасленный пельмень, макнул в блюдце с уксусом и закинул в рот. А нормально, очень даже вполне.

– Тогда мы за вами заезжаем в шесть утра, чтобы на месте быть и со светом, и чтобы день впереди. Ты с Джейком четко договорился?

Вообще Дюпре звали Жак, но в Фэрбэнксе его имени на французский манер никто не произносил.

– Да, должен ждать.

Это хорошо, тогда к вечеру вторника мы уже дома должны быть.

– Документы не забудь.

Это не про паспорт. По бумагам мы перекупаем товар в Лудино у торговцев из Города, шифруемся вроде как. Кондуктор – профессия опасная в силу большой востребованности. Раньше, как Платон рассказывал, Северореченск подминал под себя всех, причем не гнушались просто убивать конкурентов. Потом беспредел если не закончился, то ослаб. Кто-то уже в Форте наладил какой-то канал. Слухи всякие ходят, но в городе резко начало прибавляться и машин, и станков, и вон даже телефонную связь тянуть начали. То ли Дружина, то ли кто-то еще, но там "централизованное снабжение", а для кустарей-одиночек вроде Платона место тоже осталось. Так что конспирация для нас – первейшее дело.

– Все нормально будет.

– Хорошо, – я прожевал очередной пельмень. – Ты мне вот что скажи: что про Семеру знаешь?

– Проблемы у них. Часть под Лигу пошла, а другой части западло так прогибаться.

– Лигу? – удивился я.

Организация воинствующих ведьм-феминисток? Хотя… про Лигу слышал всякое, и редко когда хорошее. Как и подобает подобным сообществам, была Лига склочной и с большими претензиями. Подозревали ведьм в нехороших связях, а потом как-то вышло, что они себе и мужской боевой отряд наняли. Провели его как ЧОП, но там, по слухам, тоже все очень сомнительно, и под его охрану мало кто шел добровольно.

– А что? Логично. Лига в городском совете заседает, через нее можно легализоваться, как тот же Цех. Тоже ведь бандиты были, а сейчас погляди на них. И дело к тому идет, что кто-то в городе реальную власть станет брать, это уже в воздухе висит.

– Кто?

– Да кто самый сильный. Все военные формирования в составе Дружины – и Патруль, и погранцы, и комендачи. Гимназия с Дружиной вась-вась, мир и любовь. Торговый Союз сообразил, что силовыми делами ему заниматься не надо, и теперь изо всех сил показывает, какой он Форту благодетель.

– Братство?

– Братство уже глаза мозолит, как люди говорят. Братство и Лига. Но Братство все же в Туманный переехало, до них дошло, что на рожон лучше не лезть, а вот Лига, кажется, новых раскладов не понимает. Бабы – дуры, а у них ни одного мужика среди главных.

– Платон, а кто все вот это новое сюда тащит, машины там и прочее?

– Трудно сказать, всякое болтают. Канал то ли под Дружиной, то ли под Гимназией, но вся гумпомощь, так сказать, от них идет.

– Ну да, у кого ресурсы, тот и рулит. А Саня из Братства почему ушел?

– В Туманный не захотел переезжать, насколько я помню. Там вообще цирк был: Братство решило съехать, продало китайцам Пентагон, но не съехало. А бабки взяли. Пошла большая резня по Форту, Дружина из-за этого напряглась, пошли конфликты, а Саня человек мирный, сам знаешь. Ну и ушел.

– Но потом все же съехали.

– Пентагон все равно за собой оставили. Там у них типа торгпредства сейчас.

Не то чтобы я этого раньше не знал, но, как сказал уже, специально не интересовался. Я из привычки в стороне стоять даже в Торговый Союз вступать не стал, хоть и приглашали. Живу сам по себе, в чужие дела не лезу и в свои не пускаю. Но вот теперь, похоже, все это меня затронуло без всякой моей помощи.

Итак, Лига. Лига может сделать ледяных ходоков, ледяные ходоки вломились ко мне в подвал, Семера ушла под Лигу, Семера пыталась меня ограбить и Семера же следила за домом, а потом пришли ледяные ходоки. Я что-нибудь упустил? Вроде бы нет. А раз нет, надо не рассиживаться, а двигать дальше. Занимаемся по плану, так сказать.

Доев пельмени и быстро допив чай, я распрощался с Платоном и побежал к машине. Салон уже выстыл, хорошо что сиденья не кожаные, а то как на ледник бы сел. Но движок с подогревом стартовал легко. Рыкнул сыто и потянул машину к выезду на Южный бульвар.

Пока машина стояла, теплый двигатель отогрел переднюю подвеску, а задняя так и оставалась застывшей, поэтому ощущения от езды были намного сложней – перед амортизирует, а зад нет.

Когда доехал до торгового района, наконец и задняя оттаяла, машина пошла нормально. Заодно убедился в том, что мороз не всех по норам разогнал. У кабаков стояли машины, да и у магазинов их хватало. Над входом в клуб "Снежный Будда" висело огромное объявление о том, что начинается резервирование мест для "вечеринки на матрасах". Это тоже местное. Скоро случатся так называемые "дни Лазурного Солнца", когда жизнь в Форте замирает начисто, на улицу лучше не выходить. И особенно в час Черного Полудня, когда вообще кромешный мрак правит миром. Люди запираются дома, закрывают окна кто чем может и в большинстве случаев водку пьют, или что там кому вдохновение подскажет, потому что давит это Лазурное Солнце на нервы нещадно. И многие клубы из маргинальных устраивают такие вот вечеринки с ночевками, когда люди в одном месте и пьют, и спят. Зарабатывают как за сезон в такие дни.

Еще одно такое же объявление увидел на гостинице "Огонек". Там вообще весело будет, я думаю, учитывая тот факт, что Тимур Мусаев, хозяин гостиницы, еще и главный борделевладелец в Форте и у него четыре сауны в разных районах.

Почти в самом конце Южного навстречу попался "хантер" с эмблемами Цеха, и мне показалось, что рядом с водителем давешний Роман сидел. Он, к слову, позвонить должен.

Вернулся даже раньше часа, но Мила уже проснулась и сидела в магазине, болтая с Саней. Саня же с великим тщанием наматывал медную проволоку на палочку из лиственницы, а на проволоке были заметны надетые бусины. Опять что-то изобретает.

Меня проинформировали, что происшествий не было, ну и никаких наблюдателей на подступах к дому я не засек. Хотя умные наблюдатели сняли бы квартирку в одном из домов напротив, там как раз сдаются, и следили бы в тепле и уюте, оставаясь незамеченными. Ну если им действительно так надо.

– Сань, договорился с этим, из Братства?

– Сам амулет делаю. – Саня поднялся навстречу, заодно показав свою поделку. – Научил по телефону, должно сработать.

– Ну… если ты так уверен… – изобразил я сомнение в его талантах. Саня на это всегда чуток нервно реагирует.

Но он не среагировал, лишь спросил:

– Васильич из СЭС звонил, спрашивал – будешь ли ты с утра?

– Буду.

– Я так и сказал.

– Ты как, выспалась? – повернулся я к Миле.

– Угу. Только встала.

Вид у нее и правда был заспанным.

– Обедала?

– Не хочу, не проснулась еще. Чай пью, потом видно будет.

– Я вниз, делом займусь пока. Пойдешь или?..

– Пошли, – поднялась она со стула. – Составлю компанию.

Тоже у нас уже немножко традиция. В магазине сидеть постоянно не требуется, если кто придет, то просто в дверь позвонит, поэтому я больше в мастерской, как раз здесь работы хватает. А у Милы есть персональное кресло, в котором она любит сидеть с книгой. В прошлой жизни, то есть до того как она провалилась сюда, она работала редактором на телевидении, но здесь телевидения нет и редакторы мало где востребованы. В "Ширли-Муры" устроил ее Хмель, к слову, они как-то там пересекались раньше. Ну а там мы уже и познакомились.

Миле тридцать четыре, она невысокая, худенькая, очень складная. Красавицей, может, в прямом смысле и не назовешь, но лицо очень… милое. Милая Мила. Мне с ней хорошо, ей вроде бы со мной тоже, но как-то дальше боимся развить отношения, хотя уже и пора, наверное. По крайней мере, когда ее со мной нет – мне ее не хватает.

Спустились в подвал, она заметно поморщилась, глядя на лист фанеры, которым пока задвинули дверной проем в топочную. Ну да, гармония нарушена, согласен. Книга у нее была с собой, поэтому она просто с ногами залезла в большое кресло, а я направился к среднему из металлических шкафов, где у меня хранились патроны, гильзы, капсюли и все прочее.

Так, Саня сделал те пули, что я ему оставил, так что можно снаряжать. Поставил у станка коробку с гильзами, насыпал в колбу пороха, затем в прозрачную трубку начал заталкивать капсюли.

– Ты в понедельник уезжаешь? – вдруг спросила Мила.

– Нет, во вторник. На два дня всего, туда и сразу обратно.

– Может, мне тебя в магазине заменить?

– Ты не работаешь? – удивился я.

– Я могу уволиться, ты знаешь? – Она закрыла книгу и положила себе на колено, обтянутое толстыми трениками. – И работать с тобой. И даже жить могу с тобой. Если очень стесню, то жить можем у меня, – это было уже сказано не в качестве предложения, а для того, чтобы вызвать у меня реакцию.

– Ты хочешь жить вместе?

– А ты против? – Мила заметно разозлилась.

– Нет, – просто сказал я. – Только рад буду. А с нынешней работой как?

– Я больше не могу, – вздохнула она. – Я там работаю психоаналитиком у алкашей, приманкой для каждого, кто спьяну ищет женской ласки, и у меня болят ноги стоять за стойкой всю ночь напролет.

– Я не об этом, – трубка заполнилась капсюлями и встала на свое место. – Я о том, чтобы с Селиным проблем не было. У нас хорошие отношения, и не хочется их портить. Может…

– Я поняла. – Мила подняла руку, прерывая меня. – Они от меня с радостью избавятся и возьмут на это место мужика. Меня только из-за тебя и Славы на этом месте держат. Постоянные проблемы с пьяными и так далее. Никому не нужно.

– Тогда никаких проблем не вижу. – Я открыл коробку с "дайсами" и начал вворачивать на свое место первый. – Только я тебя в магазине пока одну не оставлю.

– И что делать? – не поняла она меня.

– Сане на этот раз ехать не обязательно, пусть с тобой останется. Заодно научит чему-то, ты даже товар не знаешь.

– Я могу пока на телефоне поработать вместо… – Она показала в сторону второй половины дома. – А Саня тебе будет нужен, разве нет?

– Не на этот раз. Груза немного.

Будут две машины и прицеп, как обычно. Я просто люблю, чтобы в каждой из машин было по два человека, не только водитель. И чародея под рукой всегда иметь очень хорошо, особенно, как я в свое время выяснил, на случай тяжелого и даже смертельного ранения. Не ожидай Платона Саня в Лудино – мне бы хана. Но дальше мы почти без происшествий катались, так что… точнее, люди нам проблем не создавали, а с тварями все же всякое было.

– Пусть едет, не меняй планов. Сам знаешь, что менять планы в последний момент – к неудаче. Я буду в доме, сидеть на телефоне и пить кофе. Обещаю никого в магазин не запускать.

– А к Хмелю ходи через задний ход.

– То есть ты согласен.

– Да.

Я все понимаю, но если соблюдать технику безопасности, то она в доме как в крепости. А на случай появления новых промороженных ходячих мертвецов… посмотрим, что гимназист нам сегодня скажет.

– Я рада. – Мила поднялась с кресла и, подойдя, обняла меня сзади. – Я тебя люблю, наверное. И мне здесь страшно жить, а с тобой спокойно и хорошо. Это то, чего мне никак не хватало все эти четыре года, что я здесь.

– Когда за вещами поедем?

– Я завтра в последний раз на работу выйду – и оттуда домой. А ты меня тогда из дома забери, хорошо?

– Хорошо, как скажешь. – Я установил первую гильзу в станок.

Ну вот с отношениями и определились, стоило только задуматься. Это, наверное, хорошо. Мила вернулась в свое кресло, а я взялся перезаряжать патроны.

Саня закончил наматывать свой амулет в двадцать минут второго, я на часы посмотрел. Спустился вниз и величественно заявил:

– Вы давайте отсюда, а то наводки от вас пойдут.

Спорить мы не стали, поднялись в магазин. Там, опять вскипятив чайник и разлив чай по кружкам, Мила спросила:

– Что ищем?

– В доме есть тайник, скорее всего в подвале, – взялся я объяснять. – Большой или маленький – мы не знаем. В любом случае он под полом, потому что мы тут ремонт делали, а ничего не нашли.

– А точно есть?

– Процентов на девяносто. Иначе зачем сюда так активно лезли?

– А что может быть в тайнике? Серебро мешками? – изобразила вожделение Мила.

– Ни малейшего представления не имеем, – развел я руками. – Что угодно, от серебра до наркотиков. Тут сначала "спартаковцы" сидели, слышала про такую банду? Нет – и не надо. А потом рота дальней разведки Патруля.

– И что с Патрулем не так?

Историей дома я все же поинтересовался, так что дальше взялся рассказывать с чужих слов. Со слов Сани, если конкретно.