Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

Клондайк
22 июня, среда

Вчера к плановым хлопотам прибавилось других – устанавливали примитивные сигналки на все двери и проходы. Кто-то сумел пройти сквозь всю защиту Сани и попасть в квартиру Хмеля. И не просто попасть, а с нехорошими идеями, которые почти что удалось реализовать. У нас система чуть отличается, но все равно теми же руками сделана, так что выводы нужно делать. Поедем опять за ленточку – закуплюсь камерами. На лестницы, на двери, чтобы во двор смотрели, а сервер на чердаке спрячем.

Но все же от главного не отвлекались, готовились. Привели в порядок лодки, Мила и Платон на рынке затарились продуктами, заправили под пробку "Могучего Майка" и заполнили множество канистр бензином. Одну лодку сразу загрузили в кузов, вторую подцепили на прицепе. Вечером опять все собрались у нас, паковались. А я еще и проверял каждого.

– Два сухпая должно быть у каждого в мародерке, – вещал я, показывая маленький двадцатилитровый рюкзак в расцветке A-TAC. – Второй индпакет. Вода. Фильтр. Накидка от дождя. Куртка. Пара "космических" одеял. Минимум одна смена белья и две пары носков. Шапка-маска. Амулет от насекомых. Дополнительный бэ-ка в пачках. Раскладная пила. Фляга на два литра, полная. За-жи-гал-ки. Две, – показал я два пальца. – Алхимическая и обычная. Ночные очки. Влажные салфетки и туалетная бумага. Скотч и дакт-тейп. Паракорд. Экраны-обогреватели, хотя бы штук по пять. Ну и дальше по списку. Без мародерки от лагеря не делать даже шагу. Сходим на берег, пусть даже на дистанцию плевка, – надевать и закреплять. Историю с соседом помните, как он вроде все взял, а в результате чуть не с голой задницей по лесам бегал? Нож и короткий ствол не снимать с себя никогда. А лучше и длинного не снимать.

Возражений не вызвало. Общее имущество раскладывалось по рюкзакам и сумкам, набралось не так уж и мало, хотя и старались свести к минимуму. Но все же не пешком идем, так что можно чуть больше себе позволить. На каждую сумку герметичный чехол. Проблема вылезала лишь со спасательными жилетами, потому что разоружаться даже в лодке никто не хотел, а обычного жилета ни поверх подвесной, ни под нее не подденешь. К счастью, я об этом подумал заранее, поэтому припас "Ониксы М-24", что-то типа той же подвесной, которые вроде и не мешают, но при падении в воду, если не забудешь дернуть шнурок, надуют две "колбасы" на груди и воротник сзади.

Подумав, присовокупил ко всему еще один дробовик, помпу "рем" со складным прикладом и боекомплект к нему, включая даже резиновые "сонки". Пусть будет, мало ли… Тот самый "рем", с которым я тогда по Рудному убегал от нечисти и нежити. Он вроде талисмана теперь.

– В общем, всем быть готовыми к пяти утра, уже светлеть будет, – объявил я. – Мы проедем по всем адресам и вас подберем с грузовиком.

– Я у Димки заночую, – сказал Смирнов. – На Советской меня подберите, у магазина "Все для дома".

– Дмитрий, ты у Платона сегодня, так?

– У него.

– Тогда за вами следующими. Нет, стоп, наоборот, в Луково за вами ближе. Все, у кого какие вопросы?

На этом и разошлись. И без пятнадцати пять следующего утра мы с Милой и Саней подъехали к территории "Форт-Логистики", оставили там "экспедишн", перебросив сумки и все прочее из него в кузов грузовика, и уже на нем, рыча дизелем, поехали собирать народ. Затем выбрались из Форта через служебные Западные ворота, предъявив приказ и удостоверения резерва, и погнали, как запланировали, в сторону Ключей.

Окрестности Форта летом даже чуть веселей смотрятся. Развалины зарастают всяким бурьяном и травой, что делает их чуть менее мерзкими, а заодно и всякой вредной твари убавляется. Хотя бы твари Стужи не лезут, а время нечисти ограничено короткой северной летней ночью. Я думал, что на дорогах пусто будет, но ошибался – машины уже попадались. Народ старался пользоваться летними днями по максимуму. Прошли в Форт цистерны "Водовоза", попался целый конвой самосвалов с углем, потом проскочила "буханка" пограничников на их базу, а на перекрестке стоял защитного цвета "Садко" с дополнительной защитой, расписанной рунами, и с крупнокалиберным пулеметом в кузове.

Дальше по плану доехали до Нижнего Хутора. Опознались на подходе, поэтому тамошнее начальство – молодой темноволосый парень с дробовиком десятого калибра из тех, что мы Патрулю поставили, – встретил нас у ворот.

– В рейд? – спросил он, едва я выпрыгнул из кабины.

– Точно. Телепорт привязать надо.

– Пошли, – сказал он и направился вперед.

За забором опорника раскинулось немалое поле, в котором, метрах в пятидесяти от стены, возвышалась деревянная вышка.

– А что так высоко? – удивился я.

Мне еще помнилось, что телепорт выбрасывает не на землю, а выше, то есть падать придется. Мы это в той засаде на Жилина использовали с большой для себя пользой. Так зачем маяк поднимать?

– Маяк в земле на метр, – засмеялся патрульный. – Вышка – чтобы видно его было и чтобы машину сверху никто не поставил. Максимум полтора метра от поверхности получится. И падать на соломку, – показал он на небольшой стог.

– Тогда ладно, – успокоился я.

Процедура привязки несложная, заняла с минуту, после чего мы попрощались, и я побежал обратно к грузовику. Теперь, если уж совсем припрет, можно будет сюда вернуться, бросив при этом всю технику. Чего делать не хочется, разумеется.

От Нижнего рванули на ту самую дорогу меж болот, что ведет к Ключам. Светлело и светлело, заросли рогоза и камыша и само болото окрасило в смесь розового и золотого, прямо идиллия, если забыть про то, что собой эти самые болота представляют. Где-то там, слева от дороги, как раз примерно это место и проезжаем, покоятся на дне машины Темы Жилина и его охраны. Ну и что от самих пассажиров осталось, хоть и сомневаюсь в том, что остаться могло. Не те там твари водятся. Над этими болотами даже птицы стараются особо не летать, как люди заметили. Если Стужа с летом отступает, то как раз для нечисти болотной самое раздолье.

Из Ключей навстречу сразу три машины проехали – "нива", потрепанный китайский пикап и грузовик с гордой надписью "Пивоварня "Ключи"".

– Надо было напасть, – прокомментировал Саня, сидевший в кабине. – Хмелю бы подмогли в бизнесе.

– Хмелю еще долго помогать не придется, пива в Форте до сих пор не хватает, особенно хорошего, – откликнулся я. – Вон смотри, – показал я на странный кривобокий темный силуэт, проявившийся на фоне стены рогоза. – Ждет добычи. Тут вообще пешком ходить нельзя, то еще место.

– Мы же тогда шли.

– Это когда ты снегоступы пролюбил? Шли. Только сам вспомни, сколько шли, а сколько отстреливались.

– Да ладно, легко отбились.

– М-да? Я бы не сказал. Во-он там как раз было, – показал я рукой. – Так до сих пор и не знаю, что за твари.

– Кстати, а чего рогоз не выжгли? – спросил Саня. – Всегда жгли, а тут к самой дороге разросся.

– Это у командования многомудрого спрашивать надо.

Но вообще да, неплохо было бы выжечь, все равно от него пользы никакой, а какая-нибудь тварь может броситься с такой дистанции, что и пальнуть в нее не успеешь. Упущение по службе.

Потом болота все же отступили от дороги немного, потянулись даже какие-то поля, засаженные северной пальмой, в которой от пальмы разве что острые синие листья, а так она больше похожа на уродливый ананас-переросток. Их тут на биотопливо пускают, выгодно разводить. Вон на краю поля уже трактор с прицепом стоит.

Ключи, большое и богатое село, несмотря на близость болот, располагалось безопасно, почти на острове. Мыс на разливе Светлой, который разумные сельчане еще и каналом обкопали. Текущая вода для нечисти главная преграда, да и стены укреплены серьезно. За широким и прочным деревянным мостом КПП, перед ним дорога налево, к лодкам и причалам, Ключи в немалой степени рыбалкой живут, а заодно, решив не ждать милостей от природы, тут рыбохозяйства завели. Ну а прямо – это в населенный пункт.

Через КПП нам не нужно, но кое-какие дела тут есть. Поэтому встали на стояночке у въезда, вызвав любопытствующий взгляд караульного с вышки, а я выпрыгнул из кабины и направился к проходной, к телефонам. Да, Ключи так хорошо живут, что уже по многим домам и телефон развели. И тут два черных аппарата на стене висят.

Выудив из кармана блокнотик, нашел нужный номер, набрал, дождался ответа.

– Валерий Палыч? Не разбудил? Гордеев.

– Здорова, – откликнулась трубка хрипловатым голосом. – Здесь уже?

– Так точно. У КПП стоим.

– Сейчас подъеду.

Ждать пришлось минут десять или чуть больше. Народ выбрался из кабины и кузова, потягивался и разминался. И все зевали вперегонки.

– Не выспалась? – спросил я Милу, обняв за плечи.

– Не-а. Да проснусь, как поедем. Интересно же.

И мне интересно. Вроде и понимаю, что не тот это поход, чтобы жену с собой брать, не на шашлыки едем, но в Форте так мало возможностей выбраться за стены, если это не по работе, а окружающий городской пейзаж настолько тоску нагоняет, что даже эта экспедиция прямо за праздник. У самого настроение приподнятое, словно день рождения на носу и грузовик подарков приедет.

Потом раздвижные ворота распахнулись, и из них выехал УАЗ "головастик" с тентованным кузовом, свернул на стоянку, встал рядом. Из кабины выбрался средних лет лысеющий мужик с бородой, приземистый и крепкий.

– Рад видеть, – поприветствовал он меня еще на ходу. – Оставляете?

– Да, и как договорились, привез четыре мотора для староверов ваших, ружья, патроны, холодильники.

Из обычных переносных холодильников умельцы делают постоянные, забрасывают туда амулет холода, каких тут не перечесть, Лига производит, а вот сами термоизолирующие ящики – дефицит. Везти их не слишком выгодно, много места занимают, а сами дешевые. Поэтому Валерий Палыч специально у нас заказал.

– Вот и отличненько. – Он даже руки потер. – Разгружать не будем, я их прямо с вашим грузовиком заберу, а там скинем. Давайте к слипу?

– Давайте.

Грузиться в машину никто не стал, все пешком следом пошли, а я, в свою очередь, повел "Майти Майка" за "головастиком" по грунтовке вдоль стены. У причалов вообще народу хватает – как раз время рыбалки, многие уже возвращаются. Валерий Палыч здоровался со всеми встречными, потом тормознул какого-то молодого паренька с длинным шрамом на лбу, сказал:

– Сереж, погодь, поможешь мне.

– А что надо?

– Уазик мой отгонишь, хорошо? Можешь даже прямо сейчас.

– Рыбу загрузить можно?

– Можно, только чтобы не рассыпалась.

– У нас в ящиках уже.

– Грузи тогда. – Он передал парню свои ключи. – И у ворот моего дома поставь, как закончишь.

Сначала сняли руками джонку из кузова, донесли по пологому слипу до воды, опустили. Мотор уже стоял, так что оттащили в сторону и к колышку привязали. Затем я загнал прицеп в воду задом, и с него всплыла вторая лодка. Тут все разом засуетились, пошла погрузка. Я только крикнул:

– По списку грузите, там номера на мешках, что в первую, а что во вторую.

– Не маленькие, разберемся, – откликнулся Смирнов.

– Когда обратно планируете? – спросил Валерий Палыч.

– Трудно сказать. Недели две. Или три. Или больше. Или меньше. Машина мешать не будет?

– Не, у меня двор большой, – отмахнулся он. – Я бы у тебя такую сам попросил, но тут "колуна" в хорошем состоянии вообще за копейки пообещали. У тебя дороже будет.

– Конечно дороже.

– Карту держи. – Он вытащил из кармана сложенный лист формата А3, протянул мне. – Это что от староверов узнать успел. Много не говорят, но все же.

– Вот за это спасибо. Это нужно. Ладно, помогу своим и пойдем. – Я протянул руку. – Спасибо.

– Да не за что, удачи вам там. Если помощь какая понадобится, найди способ дать знать. Соберем мужиков и лодками сами пойдем.

– Да как там дашь знать? Разберемся.

На этом и разошлись. Смирнов распоряжался укладкой груза, я тоже полез в воду, отвернув голенища резиновых сапог.

Возились недолго, все заранее продумали, да и не так уж этого груза много, все больше топливо. Затем сами полезли на борт – мы с Милой и Смирновым в головную лодку, остальные во вторую. Проверили связь по обычным "баофенгам", затем штатную магическую Патруля. Магическая куда дальше берет, но ее в Приграничье разве что ленивый не засечет, так что в группе обычной радиосвязью пользоваться будем. Но все же вызвал узел связи штаба, доложился, что двинули и что пока все штатно.

– Идем экономным, все равно по течению, – сказал я Платону, севшему на мотор второй лодки. – Ну и связь держим.

– Давай, ехай уже, – отмахнулся тот.

Подвесной мотор загудел негромко, вспенилась за транцем вода, и джонка легко заскользила по зеркально отблескивающей под поднимающимся все выше солнцем воде. Разлив Светлой сжался берегами, заплескалась в плоский ребристый нос мелкая волна. Река меандрировала не сильно, даже особо поворачивать не надо – держись середины, да и все.

– А как вообще бывает, чтобы реки в разные стороны текли? – спросил я. – Водосброс обычно в одну сторону, нет?

– Это у нормальных людей, – ответил Смирнов. – Лесной тут раньше вообще не было, она после провала появилась. А вот Светлая и раньше была. На запад тут все текло. Думаю, что наш кусок как-то выгнуло как раз по долготе Форта, вот и потекло в разные стороны.

– До провала как тут было? – спросила Мила.

– Да как обычно. – Смирнов усмехнулся. – Погода почти такая же, разве чуть теплей, а может, и нет. Рыбалка была хорошая и охота. А так жили, как все, ничего интересного.

– Сейчас интересней, что ли?

– Сейчас деваться некуда. Провалились в дерьмо и стараемся в нем не тонуть всего-навсего. Но живем, сама видишь. Работаем, развлекаемся, все как у людей. Человек вообще такое существо, что в любом месте выживет и жизнь какую-то наладит. – Он почесал в затылке и добавил: – В самом Форте разобрались бы для начала, кто там власть, а кто – кто. Весь этот бардак уже всем надоел хуже горькой редьки. Ладно, посмотрим.

Километр за километром оставался за спиной. Лес то наползал на берега, то отступал от них дальше, иногда берега поднимались обрывами, река понемногу становилась извилистей, появились галечные террасы, собравшие на себя немало топляка. Смирнов передвинулся на самый нос джонки, смотрел вперед, стараясь подобный топляк заметить в воде заранее. Несколько раз замечал, так что успевали объехать.

Потом пейзаж по правому берегу понемногу начал меняться. Если слева обычный лес, то справа прибавилось северной синевы. Местами деревья лианой затягивал ежовник, иногда вообще нечто совсем северное замечали. Река тут явно границей проходит, получается, не дает Северу распространяться дальше. Так что мысль о том, что стоянки надо устраивать исключительно на левом берегу, пришла в голову легко и естественно.

Еще на реке было свежо. Вроде солнце и греет всерьез, насколько оно тут вообще умеет это делать, а на воде прохладно. И ветерок как раз все время с северного берега, я уже специально проверять начал.

Фон замеряли постоянно, Саня на второй лодке занимался, но колебания пока шли небольшие, естественные, в рамках статистической погрешности, так сказать. По отметкам Смирнова, пусть и теоретическим, до нужного места было еще далеко.

В какой-то момент поймал себя на том, что заболело плечо, сидеть вот так, с рукой на румпеле, оказалось непривычно. Поэтому предложение остановиться на обед воспринял с радостью, а то уже хотел Смирнова вместо себя посадить. Место для стоянки нашли быстро – довольно широкую галечную террасу по левому, "не северному", берегу. Я сбросил скорость до минимальной, и к берегу нас почти что течением подтащило. Галька захрустела под днищем, Смирнов неожиданно ловко для его возраста выскочил из лодки, вбил в гальку кол и намотал на него швартов. Я с облегчением выдохнул, встал, помассировал сперва плечо, а затем и задницу, потому что металлическая банка, хоть я и положил на нее сложенный коврик-пенку, особого комфорта не предполагала. Мила, как я увидел, занималась тем же самым, поэтому я подошел сзади и предложил помощь массажем. Почему-то отказалась.

– А хорошо тут, – заключил Платон, оглядываясь. – Вода прозрачная какая, гля…

Вода и вправду была как стекло, каждый камешек виден. А над камешками мальки крутятся. Снял с себя "оникс", закинув в лодку, повесил на плечо карабин.

– За дровами сходим. Мила?

– Пошли.

Поодиночке даже до ветру не ходим, такой план. Один дела свои делает, второй охраняет. Может быть, и перебор, но и мир тут с перебором явно, нормальным его не назовешь. Ну а Мила у меня в напарниках, мне так спокойней. Случись что, я ее и прикрою, а если что-то пойдет не так и мы от остальных отстанем, то тоже вдвоем.

Далеко идти не пришлось. Поднялись на не слишком высокий берег, а там и лес. И сухостоя в нем хватает, далеко ходить не надо. Сразу выбрал усохшее дерево, примерился повыше, куда влага от земли не дошла, подрубил лесину сбоку уголком, оттуда, куда ей падать по плану, потом с другой стороны наискосок чуть сверху. Затрещало, дерево рухнуло. Мила между тем сухих еловых веточек насобирала на растопку. Бревно скинул вниз, на гальку, там его и распилили. Уложил два полена с затесанными боками, закрепил колышками, между ними щепы, веток да и поджег. А как разгорелось, а разгорелось быстро, еще два полена поперек, колодцем, на них другие два, а на них котел.

– Что едим? – спросил Саня.

– Супца сварганим, – ответил Смирнов, присев рядом с котлом. – И чайку попьем.

Над рекой потянуло дымом, тихо поплескивала в берег вода, в лесу какие-то птахи верещали. Прямо тишь и благодать. Комаров, кстати, особо не было – то ли место такое, то ли ветерок их отсюда сдувает. Нет, летают, амулеты их отпугивают, но ожидал худшего. Да, и плечо размялось вроде бы.

Суп сделали сытным, со всем сразу, чтобы и первое, и второе заодно. Забавно, но в городе я такого есть не стану, даже приготовить не догадаюсь, а вот на природе подобное блюдо уплетаешь так, что за ушами трещит. И Мила рядом в котелке ложкой орудует без остановки, хоть порцию женской не назовешь.

– Рыбки бы половить, – сказал Платон, задумчиво глядя на реку.

– Половим, удочки и спиннинг взял, – сказал Смирнов. – И морда для живца есть. Если я все правильно прикидываю, тут рыба хорошая быть должна.

– В городе в продаже обычная.

– Это из Ключей и из Собольего. В Ключах все больше форель разводят теперь, а то, что я думаю, по течению ниже должно быть. Староверы возят, кстати, но не свежую, а копченую чаще. И немного. Кстати, я еще и по рыбе прикинул, куда нам ехать надо.

Издалека послышалось жужжание лодочного мотора. Снизу. Все разом повернулись в ту сторону, и вскоре из-за поворота реки показалась лодка. Узкая и длинная, ходко идущая против течения. Метров двенадцать в длину, наверное, а в ширину, может быть, чуть больше метра. Мотор тащил ее легко, как ножом воду резала. В лодке трое мужиков бородатых, там же бидоны какие-то стоят, мешки сложены.

Мужики уставились на нас, я помахал им рукой, но никто не ответил. Уставились как бараны на новые ворота, да так мимо и прошли, пока за очередным изгибом русла не исчезли.

– Староверы? – спросила Мила.

– Они, кержаки местные, – подтвердил Смирнов.

– Они тут вообще упоротые, – прокомментировал Саня. – С людьми не общаются почти.

– Но товар в Ключи повезли. Они ниже живут, между нами и Ключами нет ничего, так что туда и чешут. То есть общаться будут, никуда не денутся. Еще и твои моторы заберут. – Это уже мне Смирнов сказал.

Доели, чуть отдохнули, посуду в реке помыли да и поехали дальше. Плечо сразу о себе напомнило. Вроде и нагрузка никакая, а из-за непривычного положения вот гляди же ты… А коврик на банке уже в три раза свернул, вроде чуть мягче.

Место для лагеря нашли задолго до темноты, но это сейчас и несложно: вся ночь с гулькин нос. Совсем невысокий откос, метра два всего, за ним поляна. До леса метров пятьдесят, наверное. Вбили колья в берег, привязали лодки, мы с Милой и Саней сразу отправились сигналки устанавливать полукругом, а заодно и за дровами, которых теперь больше нужно. Костра всю ночь держать не надо, в палатках экранами погреемся, а для часового очки с «Кошачьим глазом» есть, но ужин приготовить и вообще воду погреть – куда без дров?

Лес к вечеру выглядел не таким уж и добрым. Солнце низко, тени легли, сразу вспомнилось, где мы находимся. Сигналки встали как в инструкции сказано, быстро связались с чарофоном. Чуть спокойней будет, подойдет что-то близко – услышим.

Комарья и мошки всякой к вечеру прибавилось. В лесу так и вовсе постоянно слышен писк. Не садятся, амулет отгоняет, но чувствуешь, что рядом целое облако. Очень нервирует. Но большой амулет, установленный в лагере, место очистил. Много мошкары садилось на воду, и ею прямо на глазах кормилась рыба.

– Хариус может вполне тут быть, – вздохнул Смирнов. – Но его на муху ловить надо, он даже вертушку не возьмет. Ладно, не до него сейчас, дальше займемся.

Я уже привычно обустроил костер, поставил воду греться. Встали палатки, Смирнов взялся за кашеварство. Опять же никаких чудес, макароны и тушенка, но жрать уже хочется страсть как. По ходу дела расселись вокруг костра, разулись, рассупонились, расслабились, хотя оружие у всех рядом лежит, я за этим еще и приглядываю. И вообще не забываю по сторонам смотреть, у меня "ауровизор" под рукой, время от времени осматриваю в него окрестности. И такой же на винтовке стоит. Но тихо пока, если и видел ауры, то только птицы какой-то, ее тут много.

После ужина никто по палаткам не расходился. Смирнов сидел над картой с задумчивым видом, затем сказал:

– Завтра к вечеру дойти должны до нужного места, там уже всерьез мерить фон надо. Даже с середины дня начнем.

– Да я и так постоянно замеряю, вся карта в пометках, – чуть оскорбился Саня.

– Да я понял, просто по берегам тоже нужно будет, не только на ходу. Река фон сглаживает, так что останавливаться будем.

– Это да, река сглаживает, но по колебаниям все равно понятно.

– Это тебе понятно, ты умный, а мне, старому дураку, больше деталей нужно, – усмехнулся Смирнов. – Кстати, не рассиживайтесь, завтра с рассветом подскочим и дальше пойдем.

– Верно, – поддержал я его. – Сейчас график дежурств определю, и все. На горшок и спать, по норам.

– А на горшок сигналка не сработает? – забеспокоился Платон.

– Сработает. Но к лесу по-любому не ходи, а вон туда, под бережок. – Я показал рукой. – Нам тебя и не видно, и не слышно будет.

– А из воды что-нибудь не полезет?

– А ты с напарником, как и договорились. Ты делом занят, а он бдит. Только так. Тут в реке всякой твари немного, как я слышал, – сказал я. – У Диего интересовался. Но все же есть, так что повнимательней. Нечисти, нежити и всего прочего нет, но случаются просто монстры.

– А "просто монстры" – это как? – уточнила Мила.

– Животные. Те же крысюки в развалинах тоже животные, мутировавшие. Помнишь, Слава рассказывал про белого гуманоида, что по лесу его гнал? Он тоже. Сугробники, например. Просто хищники, но из другой действительности.

– А как отличать?

– Да куча признаков. Резидентной магии нет, то есть тьмы не напускают, глаз не отводят, заклятиями не плюются. Глаза если и светятся, то отраженным светом, а у нечисти сами по себе. Ауры обычные, цветные, как у любой живой твари, а у остальных однотонные, просто фон того, что их породило.

– Кто меня сопроводит в долину раздумий? – Ухмыльнувшись, Платон поднялся с коврика.

– Я схожу, – откликнулся я, подхватив винтовку. – Потом ты меня покараулишь.

Мне с ним поговорить вообще-то приватно надо, да как-то за суетой все оказии не было. И просто отзывать в сторону посекретничать не хочется – у нас в команде такого секретства пока не водилось, так что и начинать не следует.

– Любимый, потом еще и меня поведешь, – со смешком напомнила Мила.

– Тебя вообще понесу. На руках. Я несу, а ты стреляешь монстров. Работа в паре.

Метрах в семидесяти от лагеря вроде как мысок маленький, образованный скоплением валунов, и спуск к воде пологий. Укромное местечко получается, как раз под отхожее место. Я и лопатку прихватил с понятной целью. Платон свой "браунинг" тоже не забыл, схватил первым делом.

Пока Платон размещался внизу, хрустя галькой, я вновь осмотрел окрестности в "ауровизор". Чисто. Правда, если что-то из-под воды полезет, то я ауру так и не увижу до самой последней секунды, текущая вода еще и самый лучший экран. Но не думаю, что нам это грозит, за весь день ничего опасного так и не видели с самых болот.

– Серег, что спросить тебя хотел… – Я убрал "ауровизор" в подсумок. – Как так вышло, что тот Валентиныч, который нас грохнуть собирался, подобрался к тебе так близко? Мне как-то шепнули, что вы с ним вместе в Лисьих Выселках работали, в этом вашем кондукторском "профсоюзе".

– Я его не знал, мы в разное время работали. Он позже появился, поэтому и подсунули.

– А на тебя он через Джона вышел?

– Ты и про Джона знаешь? – Платон то ли удивился, то ли напрягся, то ли тужился просто.

– И про Джона тоже знаю. А в чем секретность? Мы вроде как вместе работаем, я от тебя своих секретов не прячу.

– Да нет проблем, я просто не говорил о нем ни с кем. Да, от него пришли.

– А ему это зачем? – Тут я вполне искренне удивился.

– Развели его. Там дальше еще люди в цепочке были, частично местные, частично из России перебрались. Сейчас цепочка развалилась, как раз после того случая, сам Джон переехал в Анкоридж и все свои контакты сменил. Ты в курсе, что в те края еще одни ворота есть? – вдруг спросил он.

– На Аляску?

– Не совсем. В Канаду. Выход на Юконе.

– Догадывался.

– Как?

– Как мы гусеницы для машин возить начали, так сразу в Лисьих Выселках в продаже появились похожие, но не наши, – припомнил я свою на редкость памятную поездку в это село. – "Маттракс", а у нас "доминаторы". Если бы их через Россию везли, то больше времени заняло бы, заказывать надо. То есть просто купили где-то из стока и закинули.

– Но там ворота хуже.

– Почему?

Платон выдержал паузу, будучи явно занят другим, затем ответил:

– Там один городок всего, Уайтхорс, от него одна дорога к воротам, довольно долгая. А весь наш бизнес знаешь с чего начинался?

– С чего?

– С краденых тачек. – Я услышал, как Серега усмехнулся. – Дернули, номера поменяли на левые, до ворот догнали – и на эту сторону. Ищи ее потом. Если на Аляске с этим просто, есть где спереть, то на Юконе даже с этим проблема. И машин немного, и попасться легко.

– Я так понимаю, что в Приграничье большая часть машин краденая, нет?

– Из того, что кондукторы тащат, – четыре из пяти, я думаю. Поэтому если кондуктор сидит на воротах, как мы, у него доход всегда хороший. Кинь лопату, пожалуйста. – Внизу снова зашуршала галька.

Я подошел к спуску и сбросил лопатку под ноги затягивавшему ремень Платону.

– А схему вашу медицинскую Джон придумал?

– Не он один, как я понимаю. Но сейчас она только на него замкнута.

– Фомин ему возил?

– Не, Фомин возил второму мужику, русскому. Два канала.

Платон заработал лопаткой, потом полез наверх по спуску.

– А почему Маломер к тебе подошел? А не к канадскому каналу?

– Там какие-то свои заморочки, не знаю, я же давно от всех их дел отошел. Может, нормальный бизнес наладили, и теперь им наркота ни во что не уперлась. Мы же от краденых машин тоже отказались, как только что-то другое наладили. Даже машины теперь покупаем.

– Ну и правильно сделали. – Я подал ему руку и вытащил наверх. – Так они к тебе с просьбой пришли или настойчивой просьбой?

– С требованием. – Сергей отряхнул песок с брюк. – Подача такая, что типа вместе работали, поэтому и ворота общие, "профсоюзные". А Джон этот их "профсоюз" в гробу видал, он только со мной работал и из Выселок сдернул при первой возможности.

– То есть проблемы еще могут быть?

– Думаю, что могут. Но если Маломер будет стучать, то с ними и без нас разберутся, нет?

– Надеюсь.

Действительно на это надеюсь. Новые проблемы нам не нужны, и старых хватило. Но за этот канал я буду глотки рвать, если потребуется, все Лисьи Выселки сожгу и с землей сровняю. И не из-за денег, а потому что это окно домой, и для меня, и для Милы.

– Теперь ты меня карауль, давай лопату. И "ауровизор" держи, поглядывай по сторонам.