Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 114 (всего у книги 301 страниц)

Глава 3

За последние годы оружие на меня направляли неоднократно. Дружинники и бандиты, хладнокровные вымогатели и неуравновешенные отморозки… Но что объединяло их всех – оружие выступало исключительно инструментом запугивания.

Своеобразным фетишем.

Боишься? Правильно! Бойся, сука! Бойся!

Люди уходили на второй план. Становились лишь продолжением пистолетов и прочих орудий смертоубийства.

Поначалу это действительно пугало. Потом привык. И стал больше опасаться тех, кто не спешил при каждом удобном случае схватиться за ствол или нож. Тех, кто был фигурой сам по себе.

И как назло, неспешно подходившие парни оказались именно из той не так уж часто встречающейся категории действительно опасных людей. Хищников, если угодно. Оружие есть, куда без него, но автоматы и жезлы для них не более чем орудия труда.

Ничего личного и все такое.

– Что ж ты, Федя, сволочь такая, натворил, а? – Я обернулся к партнеру, и тот поспешно попятился. – Тебя ж из-под земли достанут…

– Не дергайся, кому сказано! – повысил голос шагавший через заснеженный двор невысокий парень с АК-74.

– Да не дергаюсь я, не дергаюсь…

– Руки в гору! – дернул вверх стволом чаромета второй бандит, украшенное здоровенным кровоподтеком лицо которого показалось смутно знакомым.

Точно! Это ведь по нему я в "Кишке" потоптался!

Семёра?

Значит, еще и помучаюсь…

Я молча поднял руки над головой. В глазах мелькали какие-то серые точки, уши заложило, но надвигающийся приступ волновал сейчас меньше всего – пусть дар ясновидения и вышел из-под контроля, но сведет меня в могилу вовсе не он. Нет, так легко спрыгнуть не получится…

Тем временем бандиты с "дыроколами" разошлись в разные стороны двора, а старый знакомец сноровисто охлопал мою куртку и принялся шарить по карманам.

– Это они?

Он кинул Федору коробочку с пилюлями и отступил на шаг назад. Ямин поспешно вытряс одну из горошин себе на ладонь, лизнул и закивал:

– Они, они!

– Ну сам догадаешься, что нам надо, или подсказать? – оскалился бандит с автоматом, и ухмылка вышла у него откровенно волчьей.

– Лучше подсказать, – решил я потянуть время.

Зачем?

А чего на тот свет торопиться? "Вы помедленнее, кони…" и все такое прочее…

Обыскавший меня парень переложил чаромет в левую руку, но ударить не успел – главарь хохотнул и соизволил пояснить свои слова:

– Вот эти таблетки нас интересуют. У кого берешь?

– Такие сложности из-за каких-то таблеток? – озадачился я.

– Ну а чего ты своего кореша тогда с поставщиком не свел? Если это простые таблетки, а? – Бандит обернулся к Феде: – Так и не раскололся ведь, где берет?

– Нет! – пустил петуха Ямин. – Уж я и так и эдак, а он ни в какую!

– Вот. – Главарь пристально глянул мне в глаза и покачал головой. – Нехорошо запираться.

– Да что в них такого особенного? Вы объясните толком, – заюлил я, чувствуя, как начинает рвать голову силящийся отыскать путь к спасению дар. Но тщетно, уйти отсюда своими ногами, судя по всему, было не суждено.

– Ты с темы-то не соскакивай! – рявкнул бандит с чарометом. – А то, фраер, быстро пожалеешь!

– Я уже жалею…

– Не стоит тянуть время, – быстро раскусил меня главарь. – Будешь говорить или…

– Буду, – кивнул я, между тем лихорадочно оглядывая двор. – Конечно, буду…

Вихрем кружившиеся в голове образы сменяли друг друга все быстрее, но попытки спастись с пугающей закономерностью заканчивались избиением. Моим избиением. Руками, ногами, прикладом…

– Так говори! Или колено прострелить?

– Не надо. – Я судорожно сглотнул и предупредил: – Тогда сразу приступ скрутит. Болевой шок и все такое. Загнусь.

– Хорош уже эту туфту толкать! – Терпения у стоявшего за спиной бандита оставалось еще меньше, чем у главаря. – Начинай испражняться! Живо!

– Таблетки у посредника брал, – уставился я себе под ноги. – Производителя не знаю.

– Ничего, мы сами с посредником потолкуем…

– А со мной что будет?

– Говори, где посредника найти, и вали отсюда на все четыре стороны, – хищно облизнул губы главарь. – Ну?

– Федя, – повернулся я к явно чувствовавшему себя не в своей тарелке парню, – ты расписал меня полным идиотом?

Удар в печень оказался не столько болезненным, сколько неожиданным. Ойкнув, я осел в снег, медленно выдохнул через судорожно стиснутые зубы воздух и часто-часто задышал. Перед глазами все плыло, но блаженное забытье никак не приходило.

А жаль…

– Вставай! – заорал врезавший мне парень. – Живо!

– Не вынуждай нас начать тебя калечить, – спокойно заявил скинувший с плеча ремень автомата бандит.

– Может, договоримся? – предложил я и, не желая становиться живым заменителем боксерской груши, медленно поднялся на ноги.

– И что такого ты можешь нам предложить? – удивился главарь.

– Я рассказываю все, что знаю, и исчезаю из Форта. Навсегда.

– Хорош уже вату катать! – прошипели сзади, и тут же меня довольно чувствительно приложили стволом чаромета по уху. – Зашибу, сволочь!

Главарь издевательски улыбнулся и передернул затвор автомата.

– Вариантов два, – сказал он. – Либо рассказываешь все сам и умираешь быстро, либо… Ну ты понял, да?

Ямин сипло выдохнул и обеспокоенно повернулся к стоявшему у меня за спиной парню:

– Стас, мы же…

– Заткнись! – моментально оборвал тот Федю и заорал: – Рожай, короче! А то прямо уже руки чешутся.

Вот не думал не гадал в такой ситуации оказаться. Буриданов осел сдох от голода, не в силах выбрать одну из двух охапок сена. У меня же смертью закончится любой выбор. Ситуация…

– Ну? – Главарь несильно толкнул меня в грудь и, перехватывая автомат, отступил на шаг назад.

Я с ненавистью глянул на него, и вдруг пульсировавшее в голове ясновидение вспыхнуло ослепительным пламенем, породившим целую серию теней-видений.

Буриданов осел? Скорее все с точностью до наоборот…

Зажав ладонями виски, я повалился в снег и скорчился, рассчитывая выиграть хоть немного времени. Должны купиться, должны. А если еще и застонать пожалобней…

– Эй, ты чего это? Вставай!

Меня легонько ткнули носком ботинка под ребра; Федя суетливо затряс коробочкой с пилюлями:

– У него приступ, таблетку надо дать!

– Ну и давай! Вперед, шевели поршнями!

Таблетку я взял. Стараясь не переигрывать, немного полежал на боку, потом уткнулся лбом в снег и потихоньку ее выплюнул.

Мне сейчас без дара никак.

– Вставай!

Второй пинок вышел куда сильнее, и стало ясно, что с концертом пора завязывать.

– Эй! – Я ухватил собравшегося отойти главаря за штанину и приподнялся со снега. – Насчет посредника…

– Ну?

– Есть один момент…

– Короче!

– Какой мне смысл с мертвецами разговаривать?

Бандит не ответил. Просто не смог: пусть дыра у него во лбу и казалась со стороны маленькой и аккуратной, но затылок просто-напросто снесло. Покачнувшись, главарь завалился спиной на забрызганный кровью и мозгами снег; я моментально перекатился к нему и схоронился за уже безжизненным телом. И вовремя: пули вокруг так и засвистели.

Вскинувшего чаромет Стаса прошило сразу несколько автоматных очередей; открывшие ответный огонь парни с "дыроколами" попятились к пятиэтажке, но тут в пустом провале окна проходной что-то ослепительно сверкнуло, и к бандитам одна за другой устремились две шаровые молнии. Над головой гулко громыхнуло, во все стороны разлетелись дымящиеся обрывки одежды, опаленные ошметки и какие-то совсем уж бесформенные куски плоти.

И сразу наступила тишина. Лишь упавший на колени Федор тихонько постанывал, зажимая простреленную чуть выше локтя руку, да скрипел снег под ногами шагавших от проходной людей.

Я медленно выпрямился, несколько раз глубоко вдохнул и заковылял со двора. Выгоревшее дотла предвидение оставило после себя лишь непонятную резь в глазах да легкое биение зарождавшейся у самого темечка головной боли. И это еще легко отделался. Не зря, выходит, второй день на таблетках сижу.

– Далеко собрался? – перехватил меня стоявший в воротах Гамлет, вооруженный странного вида чарометом с толстым коротким стволом и пузатым барабаном. – Стой пока.

– Стою. – Я замер на месте и обернулся посмотреть на проверявших мертвецов Ярового и Городовского. – Меня чуть не убили здесь, между прочим.

– И мимо двадцати килограммов серебра мы пролетаем как фанера над Парижем… – пропустил мои слова мимо ушей Датчанин. – Если б знали…

– Нашли меня как? Следили?

– В амулете маячок стоит, – объяснил Гамлет, и тут грохнул одиночный выстрел.

Что за…

Нет, просто Стаса добили.

– Живее давайте! – прикрикнул на приятелей Принц и спросил: – С корешем твоим что делать?

– Издеваешься? – моментально окрысился я. – Ты зачем такие вопросы задаешь?

– Ладно, успокойся.

– Я спокоен. Быки из Семёры были, вы в курсе?

– В курсе.

– Откуда?

– Есть источники, – не стал ничего объяснять Гамлет. – Но ты совершенно правильно все понимаешь: нас здесь не было, нам с Семёрой связываться не с руки.

– Ну да! Они ведь под Лигой теперь.

– Хоть под Лигой, хоть без Лиги, мы не при делах. Сам выпутываться будешь.

– Премного благодарен, блин!

Я оглядел испещренный кровью снег дворика и поежился.

Вот ведь попадалово! Но лучше еще побарахтаться, чем здесь вместо бандитов остаться.

– Ну и, само собой, свидетели нам не нужны, – продолжил Принц.

– Жень, не надо! – взмолился стоявший на коленях с обвисшей будто плеть рукой Федор Ямин. – Я не хотел, так получилось!

– "Не хотел, так получилось" – это если ты пукнул и полные штаны навалил, – без какой-либо злости высказался я. – А ты, сволочь, меня на убой привез.

Не могу сказать, будто мое кредо "око за око", да только в этой ситуации ничего уже не изменить. Оправдание, конечно, аховое, но совесть точно мучить не будет. Не рой другому яму, да…

– Меня заставили!..

Яровой вытащил из кобуры главаря ТТ, шагнул к Феде и выстрелил ему в затылок. Потом выкинул пистолет в снег и спокойно поволок тело моего бывшего компаньона к остальным мертвецам.

– Держи!

Прибежавший от ворот Денис Селин сунул Гамлету десятилитровую канистру и умчался обратно. Принц направился к трем поваленным друг на друга трупам и прикрикнул на Ярового:

– Борис! Головы тащи!

– Мусорщика нашел? – огрызнулся тот, потом сплюнул и, воспользовавшись загнутой арматурой, сгреб к общей куче останки бандитов, разорванных шаровыми молниями.

Датчанин невозмутимо облил тела едко пахнущим бензином и чиркнул спичкой.

– Это еще зачем? – спросил я, когда мы, оставив позади рвущиеся к небу языки чадящего пламени, зашагали к воротам.

– Ты о медиумах слышал что-нибудь? – Филипп Городовский обогнал меня и первым залез в припаркованный рядом с внедорожником темно-синий микроавтобус, за рулем которого нас дожидался Селин.

– Слышал. Но думал, брехня, будто они духов вызывать умеют.

Не могу сказать, что эта тема меня так уж сильно интересовала, но лучше языком трепать, чем о случившемся думать. Думать о произошедшем не хотелось совершенно. А ведь придется…

– Насчет духов брехня, – кивнул Филипп, – но в мозгах мертвецов они копаться насобачились, этого у них не отнять. Некротелепаты, блин! Никакого житья не стало.

– А вы, значит, меры приняли… – сообразил я и едва не полетел на пол, когда Селин, вывернув руль, газанул и направил автомобиль на дорогу.

– Именно.

– Слушайте, а кто пятым был? – Яровой и Городовский палили из автоматов, Гамлет стрелял из чаромета, Денис ждал в машине. Не хватало снайпера. – Кто голову тому типу с "калашом" прострелил?

– Неважно, – не стал ничего объяснять Гамлет. – Важно сейчас другое.

– Что именно?

– Важно, в какую историю, Евгений Максимович, ты нас втравил.

– Втравил? – фыркнул я. – Учитывая последние события, у меня возникают большие в этом сомнения!

– Если бы не твои побасенки о серебре, ничего бы этого не было!

– Побасенки?! – возмутился я и вдруг все понял: – А! Так вы обо всем заранее знали! Ну и кто, Принц, кого после этого куда втравил?

– А ты сказал нам, с кем за серебром собрался, а? – перешел в наступление Датчанин. – Нет же, тайна великая!

– Хватит орать уже, – попросил Селин и свернул на Кривую. – К делу переходите.

– Кстати, о деле, – встрепенулся я. – А в чем, собственно, дело?

– Не понял еще? – перегнулся через спинку кресла сидевший впереди Филипп и кинул мне коробочку из-под "Тик-Така": – Вот в этом.

– Ничего не понимаю. – Я шумно выдохнул и попросил: – Объясните убогому, что такого в этих таблетках-то?

– О "магистре" слышал?

– Ну.

– А это "антимагистр". Гасит способности у колдунов и уников.

– Понятное дело! Я его тоже не для свежего дыхания принимаю!

– А доводилось ли вам слышать, Евгений Максимович, – вкрадчиво поинтересовался Гамлет, – о дури под названием "озверин"?

– Это еще тут при чем?

– При том, что состав у них совпадает процентов на семьдесят!

– Кто-то хочет выйти на производителя "озверина"? – сообразил я.

– Кто-то? Да, кто-то, – заржал Селин и, отсмеявшись, спросил: – Куда сейчас?

– Давай сразу в клуб.

– Объясните толком, что происходит! – потребовал я. – Наркотики не мой профиль!

– Да мы уже поняли, – устало вздохнул Филипп. – Ты об "озверине" хоть что-нибудь знаешь?

– Не-а. Название только слышал.

– Оно и видно. Этот наркотик появился с месяц назад. Просто взял и возник из ниоткуда. Нет ни оптовых дилеров, ни точек распространения. Да и сидит на нем не так много народа пока.

– Но у некоторых иногда сносит крышу и они начинают валить всех подряд?

– Именно.

– И что тогда в нем такого особенного? Очередная дурь, редкая и опасная.

– В первую очередь интересны побочные эффекты, – пояснил Гамлет. – У наркоманов отмечен невероятно высокий болевой порог, усиленная регенерация и, ко всему прочему, значительное увеличение магического потенциала. На постоянной, заметь, основе увеличение.

– Да, полезная штука. Так понимаю, есть что-то еще?

– Точно, – улыбнулся Городовский. – Проблема в том, что варят его специально для Цеха в лаборатории Торгового союза.

– Во, блин, – озадаченно почесал я затылок. – Но смысл?

– Ты их иерархию примерно представляешь? – поинтересовался Гамлет. – Это та же пирамида. Пусть рядовые члены и могут в экстренной ситуации стать сильнее, все остальное время они отдают часть жизненных сил в общий котел, не получая ничего взамен. А новый препарат позволяет им подпитываться напрямую от энергетических линий. Как магам. Понимаешь, что это значит?

– Цех стал значительно сильнее, его численность в перспективе резко увеличится, а гимназисты кипятком писают, желая заполучить формулу препарата для своих нужд. Так?

Меня аж горячий пот прошиб. Большая политика – штука суровая. Рраз! – и осталось от некоего Евгения Максимовича мокрое место…

– Именно. К тому же остановить производство "озверина" силовыми методами Дружина не может. Для этого придется объявить войну Торговому союзу и Цеху, а на это Воевода не пойдет. Да и Лига с Братством наверняка будут против.

– Учитывая, что формулу расшифровать так и не удалось, Гимназия готова заплатить за нее любые деньги. Ну не любые, конечно, – поправил себя Филипп, – но очень серьезные. И тут появляешься ты с практически идентичными колесами…

– Подождите, подождите! – Я лихорадочно собрал в одну кучу обрывки мыслей и догадок и охнул: – Вы полагаете, Торговый союз не устранил изобретателя "озверина"?!

– Твои таблетки совершенно точно изготовлены в кустарных условиях, так что ответ – да.

– Но это же глупо!

– Глупо было бы изобретателю не подстраховаться и не использовать при продаже формулы посредников.

– Тоже верно, – согласился я. – Непонятно только, как меня в эту историю вляпаться угораздило.

– Да элементарно, – впервые за всю дорогу оторвался от экрана "геймбоя" Борис Яровой. – Ты приятелю своему таблетки давал?

– Давал.

– Ну вот! А он решил на них заработать и анализ у алхимиков заказал. А как потом на Семёру вышел, уже не суть важно.

– Ничего не понимаю. – Я задумался и помотал головой: – Нет, концы с концами не сходятся: меня ведь вчера убить пытались. А сегодня с утра и Ямина со мной заодно. И это точно не инсценировка была.

– Да просто кто-то из алхимиков информацию Торговому союзу слил, – пояснил Гамлет. – Сначала торгаши каких-то придурков к тебе заслали, потом Цех подключился.

– Твою ж мать!

Выходит, помимо Семёры меня еще и торговцы на пару с цеховиками со свету сжить вздумали. А это совсем нехорошо. От Торгового союза, пожалуй, даже в Северореченске не укрыться. Разве что в Городе достать не смогут, но мне в Городе делать нечего.

– Да, встрял ты конкретно, – усмехнулся Селин и припарковал микроавтобус рядом с "Ширли-Муры".

– И что теперь делать?

– Ну вот, а мы уж думали, ты никогда об этом не спросишь, – не очень искренне обрадовался Филипп Городовский и прямым текстом заявил: – Нам нужен производитель "озверина".

– Удивили! – фыркнул я. – Помочь вот только ничем не смогу. Таблетки у посредника брал. К господину Марьину, терапевту из Госпиталя, обращайтесь.

– Мы бы обратились, – вздохнул Гамлет. – Да только если большие мальчики о нашем интересе узнают, то сожрут с потрохами. И даже не поморщатся. Поэтому с господином Марьиным ты побеседуешь сам. Без ссылок на нас, разумеется.

– Принц, слушай, а какой мне смысл в это дело еще глубже влезать?

– Знаешь, если честно, ты в нем уже по самую маковку завяз, – резонно возразил Датчанин. – И теперь даже из Форта бежать смысла нет, по большому счету. Скоро на тебя настоящую охоту объявят. Если уже не объявили.

– Допустим, у меня появится нужная информация, что дальше?

– Тогда ты перестанешь быть интересен тем самым большим мальчикам, – зевнул Филипп. – Засунем тебя на время в доходный дом Гадеса, там точно никто не достанет.

– А потом?

– Месяца не пройдет, как о тебе забудут.

– И Семёра?

– И с Семёрой что-нибудь придумаем.

– Точно?

– Мы тебя раньше кидали?

– Все когда-нибудь в первый раз случается.

– Да перестань ты, – отмахнулся Гамлет. – Хотели бы, еще вчера гимназистам сдали.

– Вот только не надо этого, – скривился я, прекрасно понимая, что особого выбора у меня, собственно, и нет. – Поехали в Госпиталь.

– Э нет! – покачал головой Филипп. – Теперь ты сам давай. Тебя с нами никто связать не должен.

– А если по дороге цеховики перехватят?

От одной мысли о прогулке по Форту бросило в дрожь.

Дожил, блин. Скоро от собственной тени шарахаться начну.

– Денис, подвези его, – попросил Гамлет и, распахнув боковую дверь, вылез на улицу. – Только у Госпиталя не светись, подожди где-нибудь во дворах.

– Вечно мне за вас отдуваться! У самого работы по горло, а буду извозчиком подрабатывать! – возмутился Селин, но спорить не стал и прикрикнул на увлеченного электронной игрой Ярового: – Борис Михайлович, а не пойти ли вам…

– Уже иду. – Не отрывая взгляда от экрана "геймбоя", Яровой вслед за Филиппом выбрался из машины и захлопнул за собой дверь.

– Ну поехали, что ли?

С тоской глянув вслед шагавшим к кабаку парням, я перелез на сиденье рядом с водителем и помассировал нывшие виски.

– Да не парься ты, нормально все будет, – попытался успокоить меня Денис и выехал с парковки на Красный проспект. – Узнаешь имя, и все дела.

– Ну да, ну да…

– Ты скажи лучше, как тебя Семёра прихватила? – полюбопытствовал Селин. – Не почувствовал засаду, что ли? Ты ж ясновидящий?

– Таблеточки, между прочим, очень хорошо по мозгам дают, – откинулся я на сиденье и выпрямил ноги. – Да и не караулили они меня. Тупо сидели и в карты играли. А как Ямин, покойничек, им крикнул, уже поздно стало дергаться…

– Да, подловили, – хохотнул Денис, потом свернул с уходившей к Госпиталю дороги во дворы и заглушил двигатель. – Смотри не нарвись ни на кого.

– Уж постараюсь.

Селин как-то странно глянул на меня, покачал головой и протянул тряпичный сверток:

– Держи.

В свертке оказался жезл "свинцовых ос".

– Только, чур, если что, последний себе, – то ли пошутил, то ли на полном серьезе посоветовал парень.

Я молча вылез из микроавтобуса, захлопнул за собой дверь и направился к Госпиталю. Рукоять засунутого за пояс жезла давила на ребра, морозный воздух обжигал ноздри, как-то незаметно вернулась головная боль.

И ведь не верится уже, что еще вчера утром меня беспокоила исключительно мнимая пропажа бумажника! А потом как снежный ком: одно, другое, третье! И ни конца ни края не видать. Остается только надеяться, что жулики свое слово сдержат и не станут меня на растерзание "большим мальчикам" отдавать. И не грохнут по-тихому, чего тоже исключать никак нельзя.

Ладно, хватит сопли распускать, надо на деле сосредоточиться…

В Госпиталь я зашел с черного хода. Контролировавшие район валькирии дежурили только в центральном холле, а, учитывая тесное сотрудничество Семёры и Лиги, лишний раз попадаться на глаза ведьмам казалось в нынешней ситуации не очень разумным. Если засвечусь, только и останется, что застрелиться.

А не хотелось бы, я принципиальный противник суицида. Безвыходных ситуаций не бывает и все такое.

Не бывает, ага…

Мысленно перекрестившись, я поспешил к кабинету Марьина, и, как ни странно, едва ли не впервые за день мне улыбнулась удача: уже собравшегося уходить домой терапевта удалось перехватить прямо в коридоре. Еще бы пять минут – и все, финита ля комедия. Повезло…

– Добрый вечер, Евгений Максимович, – удивился моему визиту врач. – Чем обязан?

– По поводу тех таблеток…

– Нет, пока ничего не было…

– Может, по дороге поговорим? У меня одно деловое предложение появилось.

– Идемте.

Через служебный вход мы покинули Госпиталь и не спеша зашагали по направлению к Красному проспекту.

– Ну слушаю вас, – как-то настороженно глянул на меня Степан Марьин.

– Мне нужен производитель таблеток, – не стал я тянуть кота за хвост.

– И речи идти об этом не может! – резко заявил терапевт и ускорил шаг.

– Дело жизни и смерти, – поспешил я вслед за врачом.

– Не могу ничем помочь. Я дал слово никому не разглашать этих сведений.

– Да послушайте вы!

– Нет. И слушать ничего не буду, – ссутулился Марьин. – Разговор окончен!

Ну и что с ним делать? Деньги предлагать бесполезно, он с каждой таблетки свою комиссию имеет. Смысл ему на копейки размениваться?

Дать в морду?

Приставить к голове жезл "свинцовых ос" и пообещать вышибить мозги?

Пригрозить?

Нет! Все не то! Все не то…

Некоторое время я молча шагал рядом, потом тяжело вздохнул и тихонько спросил:

– Вы в курсе, что этот человек придумал "озверин"?

– Что?! – Терапевт будто с ходу в фонарный столб врезался. – Что вы сказали?

– Человек, который изготавливает эти таблетки, придумал формулу "озверина".

– С чего вы это взяли?

– Один мой… товарищ сделал анализ таблеток. Состав совпадает практически полностью.

– Не может быть!

– Звучит дико, не спорю, – я пожал плечами, – но производителя "озверина" сейчас разыскивает Дружина, Гимназия и бог знает кто еще. Если пошлете меня подальше – я пойму. Но тех людей, которые подцепили меня на крючок, такой ответ не устроит.

– Что за люди? – явственно забеспокоился Марьин.

– Нехорошие, прямо скажем, люди. Точнее, люди нормальные, но не очень добрые. И привыкшие всегда добиваться своего.

– А если я скажу имя?

– Я постараюсь исчезнуть из Форта, и о вашем участии в этом деле никто не узнает.

– И что будет с… производителем?

– Думаю, ему предложат работу по профилю либо в Дружине, либо в Гимназии.

– Посадят под замок?

– Возможно, на первое время. Для его же собственной безопасности.

– Ладно, вам нужен Виктор Петрович Бородулин. Он работает в СЭС, но сейчас в командировке. Где именно и как долго там пробудет, не знаю.

– Благодарю…

Степан Марьин отвернулся и, не попрощавшись, зашагал прочь. Я тоже медлить не стал и побежал к припаркованному в соседнем дворе микроавтобусу. Распахнул дверцу, уселся на сиденье и попросил курившего у машины Селина:

– Включай печку! Замерз, сил никаких нет!

Денис выкинул окурок в снег, без особой спешки устроился за рулем и повернул ключ в замке зажигания:

– Узнал?

– Какой-то Бородулин Виктор Петрович из СЭС. Вроде сейчас в Форте его нет. Все, поехали!

– Куда поехали? – печально глянул на меня Селин.

– В Морг к Гадесу.

– А кто этого Бородулина искать будет?

– Ну не я же!

– А кто тогда?

Денис вытащил из внутреннего кармана короткой кожаной куртки потертый чарофон и принялся набирать какой-то номер.

– Подожди, ты хочешь сказать, мне самому его разыскивать придется? – рассвирепел я.

– Ну уговор такой был, – краем уха слушая длинные гудки, ответил Селин. – Разве нет?

– Вот гадство!

– Не буду спорить…

Тут ему ответили, и Денис быстро рассказал о полученной мной информации, потом отключился и задумчиво уставился в окно:

– Сидим ждем инструкций. И жезл верни, кстати.

– Мать вашу, – вновь выругался я. – Вашу ж мать!

– Не бери в голову, – посоветовал Селин. – Сам понимаешь, нам у этого типа светиться нельзя. Боком выйдет.

– Зато мне можно…

– Да расслабься, прикроем мы тебя, обещали же. – Парень зевнул и неожиданно поинтересовался: – Ты расскажи лучше, что у вас с Маринкой было.

– В смысле? – напрягся я.

– Ну она, как узнала, что ты пришел, чуть не подпрыгнула.

– Да не свисти.

– Серьезно говорю.

– Не было ничего. Наверное.

– В смысле?

– Ну не помню я. Меня ж тогда как раз Арабов напоил.

– А спросить?

– У кого?

– У Маринки.

– Надо бы. – Мысль эта иногда приходила мне в голову, но реализовать ее никак не хватало решимости. Странно, вроде взрослые люди – и на тебе. – Только робею я чего-то.

– Крохея робеешь? – ввернул одну из своих непонятных фразочек Денис. – Ладно, сам ей скажу.

– Не вздумай! – предупредил я.

– Шучу, – успокоил меня Селин и раздраженно глянул на часы: – Ну чего они так долго?

– Домой торопишься?

– Какой домой? Какой домой? – со всех сил хлопнул ладонью по баранке Денис. – Сейчас экран и проектор в клуб привезти должны. Чую, они без меня там намонтируют…

– Кинотеатр решили устроить?

– Не, кинотеатр не потянем. Спорт-бар.

– Хоккейный финал? – несколько удивленно протянул я. – А как трансляцию организуете?

– И хоккей, и бокс в перспективе. А с трансляциями проблем быть не должно – у алхимиков оборудование заказали.

– У алхимиков?

– Угу. В копеечку, конечно, заказ встал, но мы же не какая-то там колода карт. Серьезные люди.

– Да никто и не сомневается, – усмехнулся я. – А у алхимиков каких – городских или Братства?

– У городских расценки пониже, но их Комвнешторг мог груз завернуть. Пришлось с Братством договариваться. Утром из Туманного оборудование привезли, – объяснил Селин. Тут загорелся экран чарофона, и он принялся обсуждать с кем-то наши дальнейшие действия. – Да. Угу. Понял. Куда? Ясно. Ага, передам. Во сколько? Он в курсе? Сам давай. Это сделаю…

И чем больше я слушал непонятные угуканья и обрывки фраз, тем неспокойней становилось на душе. Похоже, мои злоключения только начинались. И конца и края им еще не видно. Если уж у Дениса физиономия от удивления так и вытянулась…

– Все, отбой, – отключил он чарофон минут через пять и задумчиво почесал аппаратом за ухом.

– Давай выкладывай уже! – поторопил я его.

– Ты драться будешь, – фыркнул Денис и вывел машину со двора.

– Говори!

– А чего говорить? – пожал парень плечами. – Бородулин твой на Северной промзоне. Не в штрафном отряде, не беспокойся. В командировке они там.

– И чего?

– "Вперед, в путь-дорогу…" – тихонько пропел Селин, и мне действительно захотелось его ударить.

– Вы что, обалдели? На Северную промзону отправляете?!

– А чего такого? Найдешь этого гениального химика-самоучку и притащишь в Форт. Делов-то.

Микроавтобус проехал мимо Госпиталя и продолжил удаляться от Красного проспекта в сторону городской стены.

– Опух?! – не выдержал я. – Да меня просто подальше пошлют, и все дела!

– Не волнуйтесь вы так, Евгений Максимович, – подавился смешком Денис. – Тебе пару человек в усиление придадут. Возникнут осложнения – они господина Бородулина убедят хорошо себя вести.

– А почему сразу в Дружину информацию не продать?

– Не все так просто… – ничего не стал объяснять Селин и перешел к инструктажу: – С группой поддержки встретишься уже за стеной. Они тебя у Западных ворот ждать будут.

– Меня выпустят через них? – засомневался я.

– Спросишь начальника арсенала Смирнова. Знаешь такого?

– Знаю.

С господином Смирновым мы сотрудничали давно и плодотворно. То ему со складов чего-нибудь срочно реализовать приспичит, то у меня в проводимых Гарнизоном закупках поучаствовать интерес появляется.

– Он все организует и снаряжением снабдит. А на Юго-Восточных воротах тебя уже ждут, поди…

– Вот, блин, попадалово! – выругался я.

– Не бери в голову, бывает и хуже.

– Да ну?

– Точно тебе говорю, – на полном серьезе заявил Денис и остановил автомобиль на краю пустыря, посреди которого возвышалось мрачное здание бывшей женской колонии, приспособленное под свои нужды Лигой. – Все, давай дальше пешком. Удачи…

– К черту, – отмахнулся я и зашагал к маячившей впереди городской стене.

Сложенная из бетонных плит и шлакоблоков с оранжевыми и желтыми кирпичными заплатами, она соединяла в единое целое стоявшие на окраине дома. Сторожевые вышки с выключенными пока еще прожекторами темными башнями упирались в небо, между ними протянулись витки колючей проволоки, а чуть ниже, на верхних этажах зданий, виднелись провалы узких бойниц и укрепленных огневых точек.

От одной мысли, что придется покинуть превращенный ныне в самую настоящую крепость провинциальный городок, стало не по себе. И ладно бы просто за стену выйти, но нет же – на Северную промзону тащиться выпало. А раскинувшиеся на несколько гектаров развалины цементного и примыкавших к нему заводов давали приют просто несчетному количеству самых разнообразных существ и охотящимся на них психам. И, разумеется, служили укрытием промышлявшим в окрестностях Форта бандитам, которые имели дурную привычку резать всех, кто попадался им на глаза. В том числе и пытавшихся навести там порядок бойцов Отдельной первой роты Патруля. Дружинникам хватало ума туда и носа не казать.

Пока дошел до пропускного пункта – промерз чуть ли не насквозь. Солнце садится, мороз просто жуткий, еще и ветер. Ну и нервы ни к черту. Так и колотит всего. И пальцев уже не чувствую. Вот ведь…

Но когда по обледенелым ступенькам спустился в подземный переход, лучше не стало. Прежде чем добрался до перегородившей проход стены, и вовсе несколько раз поймал себя на желании развернуться и бежать отсюда без оглядки.

Не хочу за стену! Не хочу на Северную промзону!

Не хочу, блин!

Но придется.

Как ни крути, выбора особого не оставалось, и поэтому пришлось пересилить себя и распахнуть незапертую дверь, больше бы подошедшую банковскому хранилищу. Сантиметров пять металла в толщину точно есть. И как только петли такой вес выдерживают?

– Вы к кому?

– К товарищу Смирнову. Он ждет.

Заведующий арсеналом, видимо, о моем визите уже предупредил, поскольку сидевший в отгороженной от общего помещения клетушке караульный с сожалением отставил кружку с чаем и раскрыл журнал посещений.