Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 148 (всего у книги 301 страниц)

– Договорились.

В этот момент вновь раздался телефонный звонок, Куренков поднял трубку и удивился:

– Ты уже приехал, что ли? А чего не поднимаешься? Времени нет? Ладно, он спускается. – Альберт Иванович прихлопнул рекламный листок ладонью к столу и, приподнявшись над стулом, протянул руку: – До завтра!

– До завтра. – Я ответил на рукопожатие, повернулся ко входу, но тут же обернулся обратно. – Да! Если понадобится груз в Форт отправлять, с кем работать лучше? Цена вопроса не так беспокоит, как безопасность.

– Подождите, подождите… – Хозяин кабинета порылся у себя в бумагах и передал мне визитку. – Вот, очень надежный товарищ.

– До свидания, – попрощался я с ним и с трудом скрыл улыбку, разглядев фамилию директора охранно-экспедиторского предприятия "Арго".

Вот вас-то, господин Нагаев, мне и надо. Теперь будет повод заскочить, пообщаться.

Прокручивая в голове разговор, я вышел в холл и неприятно удивился, не заметив изъявшего револьвер бугая. Вместо него на диване расположился интеллигентного вида молодой паренек, пиджак которого совершенно неинтеллигентным образом был оттопырен под мышкой.

– Оп-па! – огляделся я по сторонам. – А где?

Поднявшийся на ноги охранник с улыбкой продемонстрировал связку ключей и пояснил:

– Я за него. Теперь мой черед сутки мучиться. – Он отпер ящичек секретера, зевнул и улыбнулся: – Но зато завтра в полдень снова стану свободен как ветер. Правда, только на сутки – эти жмоты никак третьего охранника нанять не могут.

– Удачи!

Я забрал дубленку, сунул револьвер в карман и спустился на первый этаж. Там заметил стоявшего у входа бородатого мужика и на всякий случай уточнил:

– Вы за селитрой?

– Леонид Григорьевич, – протянул руку покупатель.

– Евгений Максимович, – представился я и вслед за мужиком вышел на крыльцо.

– Я с транспортом, – указал бородач на стоявшую у ограды пару саней. На той стороне дороги нас дожидались третьи розвальни. – Куда ехать?

– Знаете склад сразу за постом милиции со стороны Форта?

– А! Понял!

Мы забрались в сани, и Леонид Григорьевич подсказал вознице – такому же бородатому мужику, только не в добротной дубленке, а в залатанной сразу в нескольких местах фуфайке:

– Давай на Уфимский.

Тот кивнул, взмахнул вожжами, и сани выкатились на дорогу.

– Значит, из Форта к нам? – огладил бороду торговец.

– Из Форта, – кивнул я и вдруг заметил бредшую по обочине знакомую грузную фигуру в сопровождении фигуры куда менее грузной и не столь знакомой, но тоже ранее, несомненно, уже виденной.

Кирилл Ефимович? Странно. Честно говоря, думал, он в каком-нибудь доме терпимости отрывается, а не по улицам в сопровождении освободившегося после смены охранника Торгового союза гуляет.

Может, и в самом деле голубой?

– И как вам у нас? – отвлек меня Леонид Григорьевич.

– Да нормально. Непривычно только, что машин мало.

– Бензин дорогой. По талонам только аварийным службам выделяют и экспортерам, а на черном рынке покупать невыгодно.

– Экспортерам?

– Тем, кто машины в Форт перегоняет, зачет по налогам идет.

– Понятно, – кивнул я. – А как вообще у вас ситуация с частным предпринимательством?

– Три шкуры дерут, – пожаловался покупатель. – Налоги плати, пошлины плати, за разрешения плати. Эх! – вздохнул он. – В Форте, говорят, в этом плане благодать!

– С налогами – да, но зато бандиты житья никакого не дают. Никакой уверенности в завтрашнем дне.

– Вот как? – прищурился Леонид Григорьевич и неожиданно гулко расхохотался: – Хорошо там, где нас нет!

– Именно, – улыбнулся я и только сейчас обратил внимание, что мы уже подъезжаем к воротам склада.

Быстро добрались. Выходит, и в самом деле Северореченск – городок небольшой. Это в Форте климатические условия урбанизацию спровоцировали, а здесь селяне крепко на ногах стоят.

На складе никаких неприятных неожиданностей не случилось. Сначала заглянул в администрацию и продлил аренду, потом уже вместе с покупателями отправились осматривать товар. И сразу стало ясно, что местные предприниматели своим коллегам из Форта не очень-то и доверяют. Мало того, что Леонид Григорьевич для начала все маркировки на упаковке внимательно изучил, так еще потом пришлось один из мешков подпарывать. Наугад выбранный, само собой. Будто не удобрения, а наркоту продаю. Дожили…

Но – обошлось. Качество продукта покупателя вполне устроило, и прибывшие с ним работники начали споро перегружать удобрения в телеги. Я пересчитал мешки, проверил переданные за селитру деньги и совсем уже расслабился, когда вдруг выяснилось, что Леонид Григорьевич возвращаться в город не собирается. И выходит, отвезти меня обратно в центр некому.

Так я и оказался на обочине дороги с пластиковым пакетом, набитым пачками денег. И вот это уже не радовало совершенно: одно дело с векселем в кармане по центру прогуливаться и совсем другое – с мешком наличности на окраине города пытаться попутку поймать.

И что самое неприятное, деньги были в основном чужие. Шестьсот пятьдесят тысяч – доля Душмана, а чем раньше с ним рассчитаюсь, тем лучше. Не хватало еще этому бандиту повод для наезда дать.

Вздохнув, я зашагал вдоль дороги, но тут за спиной послышался перезвон колокольчиков, а следом из-за поворота показались ехавшие порожняком сани. Скромно простоять на обочине было бы глупо, и, шагнув на проезжую часть, я махнул рукой вознице:

– Уважаемый, до центра не подбросишь?

– Туда не еду, – покачал головой правивший санями молодой парнишка.

– А Левобережная далеко?

– Следующий поворот, – обрадовал меня возница. – Залазь.

Я забрался к нему и зашарил по карманам в поисках переданной Селиным бумажки с адресом доверенного человека Душмана. Ага, так и есть – Левобережная, дом тринадцать. Удачно получилось. Не придется лишний раз сюда возвращаться.

Выпрыгнув из саней на следующем перекрестке, я поблагодарил возницу и завертел головой по сторонам, выискивая таблички с номерами домов. Но тщетно – на складских зданиях никаких вывесок не оказалось, и невольно возникло опасение, что подвезший меня парень просто разыграл приезжего простака.

Тихонько выругавшись себе под нос, я переложил пачку тысячных купюр из пакета в карман, нашарил рукоять револьвера и зашагал к воротам цеха, у которых курило несколько мужиков в испачканных масляными пятнами спецовках.

– Здравствуйте! – подойдя к работягам, улыбнулся я. – Это Левобережная?

– Ну? – хмуро глянул на меня выкинувший папиросу мужичок.

– А тринадцатый дом как найти?

– Тринадцатый? – Тот сунул руку под куцую шапчонку и задумчиво почесал затылок. – Да тут номеров сроду не было!

– Были, – не согласился с ним худой как щепка доходяга в меховой жилетке поверх замызганного комбинезона. – Только давно…

– А что там находится-то? – поинтересовался у меня первый мужичок.

– Некто Дубняк там находится.

– Лешка, что ли? Через два дома.

Я поблагодарил ребят и зашагал в указанном направлении. Заглянул в распахнутые ворота обветшалого двухэтажного цеха и поморщился, когда откуда-то донесся пронзительный визг болгарки. Подождал, пока он стихнет, прошел внутрь и заозирался по сторонам, разглядывая неплохо оборудованную по местным меркам автомастерскую.

Пол пестрел масляными пятнами, над ямой замер полуразобранный внедорожник, на тянувшихся вдоль стен полках лежали автомобильные запчасти. Еще один пикап с золотистой эмблемой "шевроле" – на вид совершенно целехонький, только без колес – стоял на домкратах в дальнем углу.

– Чего-то хотели? – вынырнул из неприметного закутка настороженный парень, как бы невзначай прихвативший по дороге из инструментального ящика увесистый гаечный ключ. Двое его коллег, оторвавшись от изучения двигателя внедорожника, тоже уставились на меня, и рожи их, надо сказать, оказались на редкость бандитскими.

– Господина Дубняка хотелось бы увидеть, – потихоньку опутывая ясновидением помещение цеха, ответил я.

– А с какой целью? – еще больше насторожился парень.

– Он мне денег должен, – ответил я, немедленно уловил неподдельное изумление собеседника и, рассмеявшись: – Шутка! – кинул Дубняку сверток с деньгами: – Держи. Это для Душмана.

Парень перехватил пакет свободной рукой, отложил гаечный ключ на верстак и заглянул внутрь. Недоуменно хмыкнул, но сразу справился с собой и уже совершенно спокойно поинтересовался:

– В счет оплаты?

– Без понятия.

– Даже так? – прищурился Дубняк и, вывалив на верстак пачки, начал пересчитывать банкноты. Потом заметил удивленные взгляды работяг и рыкнул: – Чего встали?!

– Перекур у нас, – насупился ремонтник поздоровее.

– Вы "сильверадо" уже сделали?

– Да там только колеса поставить осталось!

– Вот и работайте. – Парень повернулся ко мне. – Шестьсот пятьдесят тысяч?

– Да.

– Расписка нужна?

– Зачем? – усмехнулся я, почувствовав скрытый подвох в этом предложении. – Лишнее это.

– Что-то еще? – Дубняк потерял ко мне всякий интерес и начал перекладывать пачки денег обратно в пакет.

– Как от вас до центра добраться?

– На следующем перекрестке в сторону города забегаловка будет, там постоянно извозчики собираются.

– Понятно, – кивнул я и, безбоязненно повернувшись к собеседнику спиной, зашагал на выход.

– Погоди, – окликнули меня. – От кого деньги-то?

– От Евгения Максимовича, – ответил я и спокойно вышел на улицу.

До облюбованного извозчиками заведения и в самом деле идти оказалось всего ничего, а там, оглядев заставленную санями площадку перед длинным бараком, я просто выдернул первого попавшегося навстречу дедка.

– Куда везти? – вытирая усы, спросил тот.

Я достал визитку охранно-экспедиторского предприятия "Арго" и зачитал адрес.

– Это на другой конец города, – предупредил извозчик, которому явно хотелось после сытного обеда спокойно покурить и потрепаться с коллегами. – Недешево будет, лучше попутчиков подождать.

– А Моховая?

– Эта ближе. – Дедок с тоской глянул на дымивших у входа в забегаловку мужиков и вздохнул: – Едем?

– Поехали. Дом семь нужен.

До оружейного магазина дед домчал меня минут за пять; я расплатился с ним и уточнил:

– А привокзальная площадь далеко отсюда?

– Не, – махнул рукой извозчик. – До конца улицы пройдешь и сразу в мост упрешься. А там не заблудишься уже.

– Спасибо! – поблагодарил я дедка и зашагал к двухэтажному особняку, над крыльцом которого была закреплена неброская вывеска "ШтуцерЪ".

Поднялся по ступенькам, оббил с ботинок снег, но внутрь заходить не стал, а вместо этого окинул внимательным взглядом улицу, застроенную точно такими же двух– и трехэтажными домиками.

Спокойно.

Все спокойно.

Тихая улочка; огороженные невысокими заборчиками дворы; семейные лавки и магазинчики на первых этажах ухоженных особняков. И всюду деревья. Да уж, это не Форт, где большинство зеленых насаждений давно под корень срубили.

Эх, появится возможность, тоже домик где-нибудь поблизости прикуплю! На первом этаже контору открою, на втором сам жить стану.

И, мечтательно вздохнув, я зашел в магазин. А там удивленно замер, разглядывая завешенные винтовками и ружьями стены. Даже глаза с непривычки разбежались. Нет, мне в оружейных магазинах по работе частенько бывать приходилось, но в Форте подобного разнообразия никогда раньше не встречал.

Да и не было его там особо. Зачем? Так и так большинство покупателей либо ружьями двенадцатого калибра интересуются, либо к различным модификациям автомата Калашникова присматриваются.

А тут – будто на карнавале оказался. Разнообразие форм и размеров просто поражало. Двустволки, помповые ружья и гладкоствольные полуавтоматы на одной стене; самозарядные и магазинные винтовки – на другой. Одни закрытые стеклянными витринами прилавки были заняты пистолетами и револьверами, другие – ровными рядами патронов, креплениями, прицелами и подствольными фонарями.

Но что характерно – ничего полностью автоматического на глаза не попадалось. Никаких тебе пистолетов-пулеметов и штурмовых винтовок. Просто удивительно.

– Чем-то могу помочь? – дав мне оглядеться по сторонам, поинтересовался стоявший за прилавком продавец средних лет в синей, без единой складки спереди футболке и свободного покроя штанах с широким кожаным ремнем.

Или это не продавец, а господин Казанцев собственной персоной?

Высокий, широкоплечий, с открытым лицом и мощными руками. Ладони и вовсе как две моих. Рядом с уголками глаз и рта залегли глубокие морщины, из-под густых светлых бровей жестко смотрели резко контрастировавшие с общим расслабленным обликом колючие глаза.

Так посмотришь – дядька и дядька. Усталый. Седоватый. Обычный. А вот глаза будто другому человеку принадлежат.

– Думаю, да, – кивнул я. – Хотелось бы на свой револьвер лазерный целеуказатель поставить, а заодно и патронов прикупить.

– Можно посмотреть? – попросил продавец.

– Евгений Максимович, – решил первым делом познакомиться я. А когда дядька, отвечая на рукопожатие, слегка подался вперед, заметил в кобуре у него на поясе пистолет, характерный силуэт рукояти которого показался смутно знакомым.

Точно! Это ж "кольт 1911"! Сорок пятый калибр? Серьезно.

– Виктор Борисович, – после секундной заминки представился оружейник. – Так что там у вас?

– Да вот подарили револьвер на день рожденья, а в Форте под него патроны не сыскать. – Я достал из кармана "носорог", направил ствол в сторону и откинул барабан. Вытряхнул патроны и уже разряженный протянул Виктору Борисовичу. – Думал, в Песчаном боекомплект пополнить, а там по три рубля за штуку дерут.

– У меня брали? – моментально узнал Казанцев оружие.

– Ага, потому и зашел.

– Понятно, – кивнул Виктор Борисович и оглянулся на прилавок, где рядышком лежали сразу три "носорога". Слева – с длинным стволом, справа – будто обрезанный, а посередине – точь-в-точь как мой. – Применять, вижу, уже доводилось? И как впечатление?

– Доводилось, – невольно поежился я. – Впечатления хорошие. Спуск разве что немного туговат. Патроны к нему есть?

– Разобрали. На днях новую партию подвезти должны.

– На днях – это когда?

– Совсем с патронами плохо?

– Да не так чтобы очень…

– Почему спрашиваю – если гильзы остались, могу переснарядить, – пояснил свой интерес вертевший револьвер в руках Виктор Борисович. – А вообще оружие чистить надо…

– Каюсь, не до того было, – вздохнул я и зазвенел гильзами, выгребая их из кармана. – Вот, десять штук накопилось.

– Пули какие ставить? – Продавец отложил "носорог" на прилавок и взялся за калькулятор. – Обычные или утяжеленные?

– А они все не стандартные разве?

– Револьверы в этом отношении куда меньше пистолетов привередливы. Пулю делаем тяжелее, навеску пороха меньше. Отдача в результате не меняется, а защитные амулеты только так выбивать будет.

– И до какого веса увеличить можно? – заинтересовался я.

– Больше пятнадцати граммов делать не пробовал. А так – не проблема.

– Давайте тогда утяжеленные.

– Четыре рубля золотом с вас.

– Банкнотами возьмете? – уточнил я.

– Так даже лучше. – Виктор Борисович сгреб гильзы и, осматривая их, начал убирать в ящик стола одну за другой. – С купюрами меньше возни, чем с золотом или серебром.

– У нас в Форте бумаге не очень доверяют. – Я выложил на прилавок четыре тысячи рублей и уточнил: – Когда готовы будут?

– Завтра. Послезавтра наверняка.

– Кстати, насчет амулетов! На рукоять револьвера заклинания у вас накладывали или уже в Форте?

– Не у меня точно, – глянул оружейник на резные щечки.

– Да просто интересно, как кристаллы менять…

– Рукоять полая, щечки можете сами снять.

– А… – Я хотел напомнить о лазерном целеуказателе, но тут распахнулась входная дверь, и дюжие парни начали затаскивать в магазин выкрашенные зеленой краской деревянные ящики. Надо сказать, весьма знакомые ящики.

– Евгений Максимович! – удивился зашедший последним с улицы Михаил Григорьевич. – Ну и встреча!

– Да вот решил патронов прикупить. А вы какими судьбами?

– Тоже по делам, – усмехнулся торговец и рявкнул на грузчиков, складывавших к ящикам картонные коробки: – Осторожней вы, черти! Написано же – не кантовать! Все, идите на улицу! – Трофимов стянул с головы шапку и обернулся к хозяину оружейной лавки: – Ну, Виктор Борисович, принимайте товар! Или вы, Евгений Максимович, еще не закончили?

– Давайте, – махнул я рукой. – Осмотрюсь пока.

– Что привезли? – поинтересовался Казанцев.

– Тридцать карабинов Симонова и двадцать пять винтовок Мосина, – начал перечислять Михаил Григорьевич. – Это из оружия. Патроны 7.62 на 39 пять сотен. Амулеты…

– А для трехлинеек? Патроны для мосинок привезли?

– Не получилось в этот раз.

– Это не очень хорошо.

– Сам достанешь где-нибудь, – пожал плечами торговец.

– Достану, – кивнул Виктор Борисович. – Что еще?

– Две сотни модифицированных "щелчков".

– Получилось дальность повысить?

– Да, на двадцать метров спокойно бьют. И подзарядку теперь поддерживают. – Михаил Григорьевич вытер с лица пот и продолжил: – Полторы сотни светильников и четыреста светошумовых зарядов для подствольных гранатометов. И учти, гранаты мы задекларировали, так что с вояками сам разбирайся.

– Не проблема, – усмехнулся Казанцев. – У меня госконтракт уже в кармане лежит. Они сами все и выкупят.

– Вот и хорошо, – успокоился торговец. – Наш заказ готов?

– Пойдет? – Виктор Борисович достал из-под прилавка черное крепление с рельсами-кронштейнами "пикатини" и протянул его собеседнику. – На горизонтальные двустволки других нет.

– Нормально. – Михаил Григорьевич взвесил крепление в руке и уточнил: – Алюминий?

– Он самый.

– А как на них фонари цеплять?

– Смотри. – И оружейник продемонстрировал другую железяку. – Универсальное крепление для фонарей с рабочим телом в дюйм толщиной. Если диаметр меньше, придется прокладки подсовывать.

– Да нет, мы так и рассчитывали.

– Сразу все заберешь?

– Сейчас времени нет. Завтра уже бабки окончательно подобьем.

– Договорились.

– Зайдешь к нам пообедать, Евгений? – спросил торговец.

– Если только поужинать, – покачал я головой. – День весь уже расписан.

– Подходи к восьми.

– Кирилл Ефимович не объявился?

– Нет. У него дела… – поморщился Михаил Григорьевич и направился к двери. – Виктор Борисович, до завтра!

– Увидимся!

Казанцев отнес картонные коробки в подсобку, задумчиво поглядел на деревянные ящики, и я вызвался помочь.

– Да нет, сейчас ребята подойдут, – отказался оружейник. – Я им за это деньги плачу.

И такой ответ, надо сказать, меня всецело устроил – и без того под лопаткой крутило сил нет как.

– Так что насчет целеуказателя?

– Если ставить заводской, то придется подождать две недели.

– А незаводской – это как?

– Берем обычный брелок-фонарик, – продемонстрировал Виктор Борисович мне лазерную указку, – и подходящую по размерам трубку. Работы пять минут, а на дальности прицельной стрельбы из пистолета погрешность будет некритична.

– Я подумаю, – задумался я и забрал лежавший на прилавке "носорог". – Заводской заказать не проблема?

– Нет, но он от батареек работать будет, а они недешевы. Потроха под магическую энергию только в Форте меняют.

– Не проблема. – Зарядив револьвер, я спрятал его обратно в карман. – У меня там остались связи, если что – передам, чтобы переделали. Но это завтра решу, пока подумаю. Патроны 7.62 на 54 есть в продаже?

– Не больше сотни на складе осталось. Поставщик подвел.

– За день не раскупят?

– Нет. Их в городе найти можно. Правда, подороже автоматных будут, зато заводские. 7.62 на 39 сплошь самопальные, нормальные прямым ходом в Форт и армейским закупщикам идут.

– Да просто не решил пока, нужна мне трехлинейка или продать ее и не париться.

Виктор Борисович ничего советовать не стал и лишь нейтрально пожал плечами.

– Да, кстати, смотрю, автоматического оружия вообще в продаже нет, – оглядел я висевшее на стенах оружие. – Какие-то запреты?

– Автоматическое оружие гражданским не продают. Его только ополчение, милиция и особисты приобретают. – Казанцев вздохнул с некоторым даже раздражением и посмотрел на часы. – Да и не станут хуторяне автоматы брать. И подклинивают местные патроны частенько, и тратить на них кучу денег пришлось бы.

– А если в Форт поставлять? – спросил я.

– Так нечего поставлять. Город остатки со складов распродает, а у нас откуда? Сами закупаем.

Я демонстративно оглядел завешенные оружием стены и пожал плечами:

– Ну на нет и суда нет. Мог бы с реализацией поспособствовать.

– Есть связи?

– Я с господином Файзуллиным одно время плотно сотрудничал. Может, слышали – магазин "Булл-пап"?

– Бывший "Булат"?

– Да, большинство сотрудников после закрытия "Булата" туда перешли, – кивнул я. – Ладно, не буду задерживать. За патронами завтра заскочу.

– Заходите.

В этот момент хлопнула входная дверь, и в магазин вошел высокий мужчина в слегка припорошенном снегом кожаном пальто. Хищное узкое лицо показалось похожим на щучью морду, а взгляд глубоко запавших глаз обжег нешуточным холодом.

Странный, очень странный человек. По виду – не блещущий интеллектом служака какого-нибудь силового ведомства. А на деле… на деле такого недооценивать никак нельзя. Сунь палец, мигом руку по локоть оттяпает.

– До завтра, – попрощался я с продавцом, но на выход проходить не стал и охлопал себя по карманам в поисках перчаток.

– Только во второй половине дня заходите, чтобы наверняка, – предупредил меня Казанцев и с улыбкой протянул руку новому посетителю: – Здравствуйте, Андрей Олегович!

– Приветствую! – вальяжно ответил на рукопожатие тот и носком добротного ботинка ткнул один из лежавших на проходе оружейных ящиков. – Новая поставка?

– Да, из Города.

– Все привезли?

– Все.

– Замечательно, – улыбнулся уголками рта посетитель. – Наш заказ готов?

– Частично. – Владелец магазина выложил на прилавок деревянный ящичек и поднял крышку. На темном бархате лежал здоровенный револьвер с гравировкой "Smith & Wesson" на длинном стволе; рядом были разложены пять патронов какого-то совсем уж зверского калибра. – Компенсатор отдачи установлен, для замены кристаллов надо просто снять накладки рукояти.

– Замечательно. – Андрей Олегович по-хозяйски передвинул ящичек к себе и спросил: – А штуцер?

– Как раз работаю над ним. Семисотый "Нитро Экспресс" слишком мощный, компенсатор со временем может просто вырвать.

– Не забывайте, осталось только два дня, – напомнил ему странный тип. – Петр Трофимович очень на него рассчитывает…

Тут я перестал изображать, будто меня здесь нет, и потихоньку выскользнул за дверь. Ну их, еще услышу что-нибудь не то, и грохнут в превентивных целях. С Андрея Олеговича станется. У меня и без всякого ясновидения от его взгляда мурашки по коже целыми стадами носиться начали.

Стоявшие у крыльца оружейного магазина мордовороты в форменных серых шинелях смерили меня внимательными взглядами, но цепляться не стали. Я поспешил сбежать по ступенькам и зашагал вдоль дороги. С неба посыпался легкий снежок, на улице потеплело, и до привокзальной площади вполне можно было добраться пешком.

Заодно мысли в порядок приведу. Да и успокоюсь немного. Нет, все же никудышный из меня тайный агент – вроде и сделать ничего противозаконного не успел, а так и трясет всего. Надо срочно выпить. Да и перекусить не помешает.

Я поднял воротник дубленки, сунул руки в карманы и ускорил шаг, но неожиданно краем глаза заметил какое-то смазанное движение в переулке и резко развернулся на месте. От неловкого движения заломило давным-давно простреленное бедро, но пара матерных словечек сорвалась с языка вовсе не по этому поводу.

– Что-нибудь уже выяснил? – пропустив нецензурный возглас мимо ушей, спросил прислонившийся к стене Мстислав.

– Ты что тут делаешь?! – прошипел я, стрельнув в подручного Доминика ясновидением. Но нет, парень оказался самим собой, а не привидевшейся невесть с чего галлюцинацией. – Какого черта?! Мы же договорились о способах связи!

– Обстоятельства изменились, – как ни в чем не бывало заявил тот и вновь потребовал отчета: – Что удалось выяснить?

– Ничего! – зашипел я и, достав из кармана платок, сделал вид, будто сморкаюсь. – И не приходи больше!

– Расскажи…

– К черту!

– Послезавтра мне нужен будет конкретный ответ!

Я заспешил прочь, но не выдержал и обернулся. А обернувшись, выругался второй раз – в переулке уже никого не было. Мстислав будто сквозь землю провалился. Словно весь этот разговор просто-напросто привиделся.

От мысли, что сектантам удалось залезть ко мне в голову, сделалось не по себе, и я раздраженно зашагал к набережной.

Чтоб вас всех! Вот вляпался так вляпался!

Быстрым шагом пересек пешеходный мост через речку, свернул на соседнюю улицу и уже через пару минут вышел к привокзальной площади. Оглядел кучковавшихся на другой ее стороне извозчиков, двух дежуривших у банка милиционеров и остальную праздношатающуюся публику и, не уловив ничего подозрительного, поднялся на крыльцо ресторана. Уверенно прошел в вестибюль "Полярной звезды" и, пятная грязным снегом мраморный пол, направился к распорядителю.

– С верхней одеждой… – заикнулся было манерный мужчинка в обтягивающих брюках, накрахмаленной рубахе и шелковой жилетке, но моментально переменил тон, услышав мой вопрос о наличии свободных кабинетов. – Разумеется, проходите…

Небольшая комнатка на втором этаже не могла похвастаться какой-то особенно шикарной обстановкой, но это компенсировал открывавшийся из панорамного окна прекрасный вид и самый настоящий камин.

– На сколько человек накрывать? – поинтересовался распорядитель.

– На троих. – Повесив дубленку в шкаф, я принял у него меню и уселся на стоявший в углу диван. – Появится длинный и лысый в сопровождении брюнетки пониже и симпатичней, гоните сюда. А пока принесите пятьдесят грамм коньяку, чай и свежую выпечку.

– Какой коньяк будете?

– На ваш выбор, – отмахнулся я.

– Сейчас все будет. – И, оставив меня в одиночестве, распорядитель, пятясь, выскользнул за дверь.

Я стер намертво прилипшую к лицу презрительную улыбку – непременный атрибут слегка поддатого толстосума – и, развалившись на диване, принялся изучать меню. Никакими особенными деликатесами тут посетителей не потчевали, но по разнообразию "Полярная звезда" ничуть не уступала той же "Жар-птице", не говоря уже про заведения рангом ниже.

Вот и коньяк оказался просто замечательным.

Стоило закрыться двери за выставившей на стол заказ официанткой, я, будто стосковавшийся по выпивке алкаш, опрокинул в себя все пятьдесят граммов – святотатство практически! – шумно вздохнул и блаженно откинулся на мягкую спинку дивана.

Отпустило!

События сегодняшнего дня, накрутившись друг на друга, стянули нервы в самый настоящий гордиев узел, но одна-единственная порция спиртного справилась с проблемой ничуть не хуже меча Александра Македонского.

Поставив пустой бокал на край стола, я с чашкой чая вернулся обратно к дивану и начал размешивать сахар, попутно размышляя, не упустил ли чего-нибудь важного.

Но – нет. Актив бил с пассивом, и, не объявись неведомым образом в Северореченске Мстислав, баланс бы меня вполне устроил.

Но ведь объявился! Послезавтра ему ответ нужен, видите ли!

Отхлебнув горячего чаю, я обжег кончик языка и выругался.

А ведь так хорошо все начиналось!

Альберт Иванович – эта акула бизнеса – прозрачен, как стекло. Деловой человек, одна нажива на уме. Ради собственной выгоды кого угодно продаст. Но голова у него как компьютер – такого попробуй перекупи! Да и слишком он спокойно для двойного агента держался. Надо с ним, конечно, еще пообщаться, но, думаю, пустышка. Не он.

С оружейником местным не так все просто – с очень уж мутными людьми он дела ведет. И хотя это ни о чем, по большому счету, не говорит, с Казанцевым еще точно помучиться придется. Слишком уж разные у нас с Виктором Борисовичем интересы; так с ходу в душу и не залезешь. Впрочем, это вопрос времени…

Но вот времени-то мне почти и не оставили. Срок – послезавтра.

Послезавтра, мать его!

И будто мало того – все договоренности о конспирации коту под хвост. Купили своими россказнями, как мальчишку. Наобещали с три короба, а как до дела дошло, заставляют по щелчку прыгать. И ведь придется прыгать, никуда не денешься…

Вот это и бесило больше всего – терпеть не могу в таких делах торопиться. В топку все эти сроки!

Я отпил слегка остывшего чая и, еще прежде чем раздался стук в дверь, разрешил:

– Входите!

– А если бы мы не одни были? – хмуро глянул на меня Напалм и, не раздеваясь, сцапал из стоявшей на столе хлебной корзинки сдобную булочку.

– Но вы же были одни?

– Ты пил? – потянула носом воздух вешавшая в шкаф лисью шубу Марина. – И по какому поводу?

– Удобрения продал, – не стал откровенничать я и спросил: – Как сходили?

– Впустую, – поморщилась рыжая. – Нужный человек только ночью в Форт вернется.

– Завтра опять его искать пойдете?

– Нет, сообщение оставили.

– Чего? – всполошился я и соскочил с дивана. – Надеюсь, наш адрес не дали?!

– Ну чего ты как маленький? – даже не глянула в мою сторону изучавшая меню Марина. – В кафе встретиться должны.

– Хоть так…

Напалм тем временем прожевал булочку и, когда в кабинет заглянула официантка, первым начал делать заказ:

– Ребрышки с жареной картошкой, большой бокал пива и порцию итальянских лепешек с сыром.

– Уху, куриную печень в ветчине и бутылку красного сухого вина, – вслед за ним отстрелялась Марина.

– Мне только уху, – не стал заглядывать я в меню и допил чай.

– А чего-то ты кушаешь мало, – немедленно подколола меня Марина. – Боишься, Напалм рассчитаться не сможет?

– Да прям! – отмахнулся я. – Устал просто.

– Какие дальнейшие планы? – спросил расправившийся со второй булкой Напалм.

– Надо будет насчет экспедирования грузов договориться. А на ужин нас Михал Григорьич к себе пригласил.

– Надеюсь, толстяка не будет? – поморщилась рыжая.

– Он в запой ушел, – хохотнул пиромант.

– Не знаю, – пожал я плечами. – Видел его сегодня, вроде трезвый был.

– Да по бабам он загулял, – фыркнула Марина, но развить эту тему не успела – принесли заказ.

И сразу стало как-то не до разговоров. Все же завтрак не особо плотный был. Так – баловство одно. Поэтому, пока не приступили к вину, обедали молча.

– Хорошо! – Первым отвалившийся от стола Напалм блаженно потянулся и отхлебнул пива. – Сейчас бы поспать пару часиков.

– Было бы неплохо, – вздохнул я, чувствуя, как накатывает сонливость. И вымотался, и вино свою роль сыграло. Но спать завалиться сейчас никак не получится – только время потеряю, да и головную боль заработаю.

– Пойдем в номер? – предложил пиромант.

– Дай вино допить, – попросила устроившаяся в кресле у окна Марина.

– Да я не тороплюсь особо, – зевнул Напалм. – У меня пиво пока есть.

– Вы идите, – вздохнул я, – мне еще на встречу успеть надо.

– Ты бы побрился, – усмехнулась девушка, любуясь открывавшимся со второго этажа видом, – а то ходишь как обормот.

– Побриться? – Я потер колючий подбородок и понял, что за последние дни изрядно оброс. – Да уж, побриться не помешает…