Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 201 (всего у книги 301 страниц)

– Патроны какие брать будете? – деловито спросил он, будто покупка уже была делом решенным.

Я посмотрел на довольную физиономию Ивана и понял, что – да, дело действительно решенное.

– С зажигательной картечью, с обычной картечью и простые пулевые. По шесть каждого вида для начала.

– И эти… которые дыры делают! – встрепенулся Ваня, посмотрел на меня и добавил: – Три штучки. Для начала.

Чародей посмотрел на меня и выгнул бровь.

– Две, – сказал я. – Для ровного счета.

Саня вернулся за прилавок, открыл журнал регистрации и спросил:

– Удостоверение с собой?

– А как же! – Иван достал документы и вновь начал крутить "браунинг", то упирая приклад в плечо, то опуская книзу.

– Но ружье я вам не отдам, – предупредил Саня. – Потому что у вас документов нету. Сначала номер в разрешение впиши.

– Бюрократы, – вздохнул я и оглянулся на звук открывшейся двери.

Две ярко накрашенные девицы в коротких шубках, мини-юбках и ботфортах оторопело уставились на обернувшегося к ним с ружьем Ивана, оглядели магазин и попятились назад.

– Это не ювелирный! – пропищала вдруг одна.

– Ну дела! – охнула другая, и они со смехом выскочили на улицу.

Я пожал плечами и повернулся к чародею, который клюнул носом, встрепенулся и потряс головой.

– Ох! – зевнул он. – Что-то меня развезло совсем после вчерашнего. Надо проветриться сходить.

– Сходишь, – хмыкнул Иван, – только документы оформи сначала. Дядя Слава, вы меня отпустите ствол зарегистрировать?

– Катись, – разрешил я и обратил внимание на замершую в дверях Милу. – Все в порядке?

– Да, конечно, – улыбнулась та. – Так, задумалась о своем.

Она разлила по стаканам горячий чай, выставила на прилавок корзинку с печеньем и предупредила Саню, что побудет у себя.

– Конечно-конечно, – кивнул чародей, продолжая заполнять бумаги.

– Какая-то она бледная, – заметил Иван. – И рассеянная. Как бы это не того. Вот будет Николаю праздник.

– Лучше подумай, как бы у тебя самого сразу двух праздников не было, – ехидно напомнил я.

– Сразу двух? – с удивлением встрепенулся Саня.

Иван только отмахнулся и стал пить чай. Я последовал его примеру и взял печенье.

– А платить как будете? – спросил под конец чародей.

– А сколько? – уточнил я.

– Ну… это к Николаю. Наверное, скинет сколько-нибудь.

Я кивнул:

– Ладно, пусть счет выпишет, сразу все одним чеком и оплачу, – и толкнул в плечо Ивана. – А ты быстро давай, одна нога здесь, другая там.

– Я пулей!

– Пулей лучше не надо, – хмыкнул я, поставил на прилавок пустой стакан и отправился в бар.

Вскоре через черный ход прибежал Иван, он начал собираться, потом искоса взглянул на меня и спросил:

– Дядя Слава, это ведь все не просто так, верно?

Я досадливо поморщился. Начинать этот разговор не хотелось до скрежета зубовного, но дальше откладывать его уже было просто некуда.

– В общем, смотри, что получается, – вздохнул я. – Бумаги мы подписали, в резерв вступили. Теперь придется отрабатывать. Но операция полуофициальная, поэтому можешь отказаться.

– Полуофициальная – это как? – прищурился парень. – Скорее официальная или скорее наоборот?

– Руководство в курсе, если ты об этом.

– Тогда в чем подвох?

– Нас там быть не должно. Если что-то пойдет не так, мы останемся крайними.

– А профит?

– Профит? – задумался я.

У меня резон рисковать своей головой имелся весьма и весьма существенный, у Ивана причин ввязываться в эту переделку не было вовсе. В том и заключалась главная причина моей неуверенности.

– Ладно, – махнул я рукой. – Четверть к окладу на испытательный период. Дальше накину еще столько же. Но теперь ты на полставки охранник.

– А раньше разве не был? – рассмеялся Иван.

– Теперь все будет серьезно. Если наши с тобой совместные дела приведут к какому-то финансовому результату, будешь в доле как младший партнер.

– А испытательный период?

– Три месяца. Я просто по долгам рассчитаюсь за это время, а там свободней с деньгами будет.

– Так и понял, – улыбнулся Ваня и протянул руку: – Я в деле. А что намечается?

– Прикроем Николая, – не стал я вдаваться в конкретику. – Вечером он сам все расскажет. А теперь беги документы оформлять и возвращайся быстрее. Мне еще Ирину забирать.

Иван кивнул, быстро оделся и отправился регистрировать ружье. А я снял трубку и покрутил диск телефонного аппарата, набирая номер оружейного магазина.

– Саня, пусть Николай зайдет, как вернется, – попросил чародея.

– Передам, – ответил тот.

Тогда я утопил рычажки и позвонил в госпиталь, но Ирина была на обходе, а потом начали подходить посетители, и стало не до телефонных звонков.

Ладно, дождусь Николая и тогда уже рвану в госпиталь. Пусть, пока все не устаканится, Ирина у меня живет. И спокойней так… и спокойней.

Просто спокойней.

Клондайк. Самые события

Пятница

– Платон тоже подъедет во сколько-то, так что у вас тут целая компашка будет.

Мила проснулась одновременно со мной и, пока я собирался, готовила мне завтрак и бутерброды про запас.

– Я знаю, я не за себя беспокоюсь, – вздохнула она. – Про эту северную промзону что только не рассказывают.

– Да ладно, там зэков сколько в отряде, и в большинстве своем они все живые возвращаются. А мы на машине, да еще с Диего, и вооружены до зубов.

Вообще СПЗ – место еще то. Сравнить его можно со стоком городской канализации, наверное, эдакие "Люблинские поля аэрации", только вместо всякого дерьма туда стекает излишек магической энергии от стен Форта. И в результате из-за вот этого самого переизбытка и каких-то там завихрений родится на территории СПЗ черт знает что. Да и черт не всегда знает, как мне кажется.

И на СПЗ есть пара безопасных точек – штрафной отряд, расположение первой роты Патруля, ну и вокруг них сколько-то пространства. Пара основных дорог относительно безопасна, если ты на машине и не застрял. Ну или у тебя есть связь, чтобы помощь вызвать. А вот вокруг освоенных мест – дикий ужас. Там и бандиты прячутся иногда из числа тех беспредельщиков, кому уже совсем деваться некуда, а о тварях магических, вредных и паскудных я вообще не говорю. Там даже трупы трупами до конца не бывают – как убили кого, так он сразу в нежить переквалифицируется. Может год пролежать в сугробе, пока кто-то мимо не пойдет.

Я, понятное дело, больше наслушался, чем сам там бывал, я даже там вовсе не бывал, если честно, но наслушался много, от того же Диего, который для Патруля в свое время еще карты СПЗ составлял.

Так, я сегодня не на войну, так что дробовик за основное оружие. "Пустышки", зажигательная картечь, несколько "обманок", если потребуется во что-то сильно долбануть. Серебро не нужно, оборотни СПЗ почему-то десятой дорогой обходят, вместе с волколаками, так что хватит "дерринджера", без него я все равно за стены ни ногой. Ну и "супер рэдхоук", понятное дело.

– Держи свои бутеры и завтракать садись, – сказала Мила, выложив на стойку пластиковую "завтрачную" коробку и поставив рядом термос.

Есть еще не хочется, хочется спать, но надо. Холод лишние калории из организма быстро вытягивает, так что еда – в данном случае банальное топливо. Яичница с беконом и парой колбасок, большая чашка крепкого кофе. Сегодня с утра кофе, чтобы запустить движок сразу.

Звук движка с улицы, слышно, как машина остановилась возле магазина. Это Дмитрий приехал. Но я уже практически готов. И да, у нас же связь теперь…

Достал из чехла чарофон, набрал двухзначный номер.

– Сейчас выхожу.

– Жду.

– Все, дорогая, – обнял я Милу. – Пошел. Буду к вечеру.

– Давай, удачи.

Спустился в гараж, заглянул в кузов пикапа, убедившись, что все четыре большие картонные коробки на месте, затем методом рокировки с "шеви" выгнал машину на улицу, позвал Дмитрия, который выбрался из своего "доджа" с мешком и карабином и быстро перескочил ко мне.

– Привет.

– Привет.

В декабре в это время еще и не рассветает, темно кругом, свет лишь от наших двух фонарей, что над магазином и пабом. В машине холодно, но печка быстро включилась, пошло тепло. По крайней мере, я вчера некриво обогреватель картера установил, работает как надо.

Доехали до базы Патруля, почти что в воротах столкнулись с белым "эксплорером" Диего. Помигали друг другу фарами, затем въехали на территорию, поочередно предъявив документы на КПП. Усиления никто не снял, а еще на дорогу бетонных блоков набросали, чтобы к базе "змейкой" подъезжали.

Дальше обе машины свернули на стоянку перед подъездом штаба, встали бок о бок, захлопали двери.

Диего прибыл в компании Леши Длинного – действительно баскетбольного роста парня, тощего и жилистого, который с ним был давным-давно и за водителя, и телохранителя, и просто компаньона во всех вылазках. Вооруженного, к слову, тоже "браунингом" десятого калибра.

– Я думал выспаться сегодня, – посетовал на жизнь Диего, – а ты вот как. Никакой в тебе душевной доброты.

При этом он уставился на гусеницы моего F-150.

– А я зато тебе подарочек привез, – я показал на коробки в кузове пикапа. – Сознавайся, тебе такие нравятся? – Я ногой постучал по правой "рулевой" гусенице.

– Да ничего так, – ухмыльнулся он. – Как ездит?

– Ездит отлично, разве что жрет чуть больше. А это тебе на "эксплорер", – указал я на коробки. – Причем, заметь, совершенно безвозмездно. То есть даром.

– Да ну? А я возьму, я не откажусь, – заметно обрадовался он. – И как их ставить?

– Как обычные колеса, там инструкция подробная. Будет вот так. – Я опять показал на свой "форд".

– Это радует. Пошли, сначала карту посмотрим.

Дежурный нас ждал и видел в окно, как мы подъехали, так что дверь открылась сразу. В штабе было два человека – дежурный за стойкой и дежурный по связи в своей комнатушке.

Зашли, поздоровались. Комната, где обычно Мстислав с Олегом сидят, была открыта, там карты на стене, в том числе и отдельная карта северной промзоны.

– Куда нам попасть надо? – спросил Диего, когда разгоревшийся магический шар осветил карту.

Дмитрий и Леша Длинный уселись на столы. Я вытащил бумажную схему, которую передал мне Линев, сверил с картой, потом взял указку и ткнул в перекресток двух дорог.

– Сюда. Самый край промзоны.

– Понятно-о, – протянул Диего, потерев свежепобритый подбородок. – Почти у товарной станции… А ты хочешь скрытно туда подойти с той стороны, откуда не ждут, так?

– Именно. Примерно отсюда. – Я показал на практически непосещаемую часть промзоны, заштрихованную красным, что указывало на крайнюю опасность места. – Откуда точно никого не ждут.

– Они и с товарной станции никого не ждут, потому что место там поганое. – Диего усмехнулся. – Естественное прикрытие.

– Вот мне бы и найти позицию, где никто не ждет.

– Нетривиальная задача. И доехать не получится, – сразу сказал Диего.

– Значит, придется дойти. Снежок сыплет, так что следы прикроет. Как-то. Ну и проедем достаточно далеко, мы же на гусеницах.

– Все равно на своих двоих придется пройти… да немало вообще-то. Ну да ладно, где наша не пропадала. От ментального доминирования у вас что-то есть?

– Разумеется.

– Это самое главное. Аптечки?

– Стандартный набор.

– Главное, чтобы "грелки" были.

– Есть.

– И всем фонари примкнуть… или иметь с собой, без них там никак. Если видишь темное место – светишь. Если луч не пробивается – рвешь оттуда когти. Или долбишь "блеском", – он кивнул в сторону Длинного, у которого на боку висело нечто вроде старого американского гранатомета М79, только короче и калибром поменьше. Явно местного изготовления вещь. – Готовы?

– Угу, – сказал я, показав фонарь на дробовике. – Огонь тоже подействует, так?

– Подействует. Хоть и хуже. Вези, короче, – сказал наш проводник. – Через Западные и к СПЗ давай. Только сначала всем экомаг принять.

Закинулись таблетками, подхватили оружие и пошли к пикапу. Перед тем как сесть на пассажирское сиденье, Диего еще покрутился перед машиной, рассматривая гусеницы, повосхищался. Пойдет товар, точно пойдет.

До Западных ворот отсюда рукой подать, так что через пять минут мы уже стояли в проходной, поочередно просовывая в окошко свои удостоверения личности. А еще через несколько минут ворота раздвинулись перед нашей машиной, выпустив нас в отстойник, а потом и в блеклый рассвет над совершенно омерзительным пейзажем. Вот именно поэтому всегда стараюсь окрестности Форта как можно быстрей проезжать, потому что они у меня депрессию вызывают с первого момента, как я их увидел.

Дорогу за ночь заметно присыпало снегом, а очиститель пока еще не проходил, но нам на гусеницах было на это просто совершенно плевать. Ехали быстро, плавно, в салоне тепло, даже пейзаж за окнами не так душу резал, как обычно.

– Пока все время прямо, дальше будет блок на повороте к базе первой роты и к новой промке, это ориентир, – взялся объяснять Диего. – После блока, считай, цивилизация закончится.

– Что за новая промка?

– Не слышал? – Он чуть удивился. – Испытательная станция предполагается.

– А что испытывать?

– А черт его знает. – Диего ухмыльнулся, и я как-то не очень поверил в то, что он не в курсе. Ну да ладно, мы не на испытательную станцию едем, так что все равно.

Пока справа тянулась высокая обшарпанная стена Форта, а слева уже привычная смесь развалин, сугробов, куч мусора и пробивающегося тут и там ядовитого бархатника. Из почек которого, впрочем, делали довольно мощное болеутоляющее, у меня с таким пробирка в аптечке есть.

– А запаску надо с собой возить? – вдруг спросил Длинный.

– Гусеницу. На все металлическое пожизненная гарантия.

– А менять легко?

Понятия не имею, но трудностей не вижу. Так что ответил честно:

– Как два пальца.

Хорошо если не соврал.

– Отличная вещь, – сказал Леха. – Старшой, когда колеса поменяем?

– Вернемся – и сразу займись. Коль, они ведь только на "эксплорер"?

– Там в инструкции есть список, к каким моделям подходит, глянь потом.

Вроде совсем рассвело, правда, рассвет серенький, облачно сегодня. Вон блок в стороне от нашей дороги, на перекрестке. Солидный такой, бетон, колючка, даже еще и шипастой изгородью окружен. На крыше сразу несколько алхимических прожекторов. Но нам туда не надо, мы мимо чешем, сопровождаемые любопытными взглядами патрульных с блока.

Промзона – она и есть промзона, тут раньше какие-то заводы были, склады, железнодорожная станция, между ними бетонные заборы, решетки и прочее – в общем, и в лучшие-то времена тут, наверное, черт ногу бы сломил. А уж теперь, когда все это оказалось заброшенным, и вовсе жуть жуткая. Проходит время от времени БАТ в сопровождении брони, расчищает основные дороги на всякий случай, да и вся активность. Иногда патрульные устраивают облавы на всякую нечисть и нежить, но это ближе к весне обычно, когда активность тварей повышается.

Изредка видны на снегу человеческие следы, но сердце при их виде отнюдь не преисполняется радостью, потому что это или бандиты, или вовсе нежить. Есть еще и поисковики, которые шарят по брошенным цехам в поисках чего-то ценного, но ценного осталось мало, все уже нашли, так что поисковиков поубавилось.

Скорость скинул до примерно сорока километров в час. Машина у меня негромкая, засаду устроить не успеют, а вот влететь во что не надо можно запросто, если нестись как бешеному. Гусеницы вообще бесшумные, это же не танковые траки, а резинометаллическая лента. Нормально.

Диего заметно напрягся, оглядывается постоянно. Но так, не нападения вроде бы ждет, а какие-то свои приметы высматривает.

– Погода мерзкая, – сказал он наконец. – Тьма в солнечный день не так лезет, а теперь на любой подвал придется оглядываться. Заложи зажигательные в ствол, сейчас это важней всего оказаться может.

– У меня зажигательные, первые два.

– Ну и правильно. Не забивай магазин полностью.

– Поучи меня, верно, – хмыкнул я.

– Ой, можно подумать, эксперт прямо, Дикий Билл Хикок, – фыркнул Диего.

– Высажу.

– Ну и сам добирайся. А мы с Лехой и пешком до Патруля дойдем. Там правее бери, – показал он на развилку, к которой мы приблизились.

Да, валы снега тут капитальные по сторонам, из машины уже ни черта не видно. Их просто с самой осени гребут, гребут, а они растут и растут. Случись бежать, так даже не вскарабкаешься на них быстро, пожалуй. А если кто нехороший встретится и сообразит засаду устроить, то нас тут вообще как в ловушке можно взять. Кинь какой-нибудь столб поперек, а сам встань на валу. Мы даже отстреливаться из машины не сможем под таким углом.

Надо было у военных "маталыгу" просить, точно. Не дали бы, правда, но просить стоило.

Затем дорога стала куда заснеженней, зато валы снега по сторонам резко понизились. Тут чистили совсем редко, но гусеничному пикапу пока на это было плевать, он пер по снегу без всяких проблем.

– Теперь смотри. – Диего показал пальцем на просвет между каким-то складским зданием из желтого кирпича, смотрящим на нас черными провалами окон с выбитыми стеклами, и чуть покосившимся бетонным забором. – Если сможешь проехать между ними, то там должен быть выезд в поле. Много снега там не наметает, я пешком проходил, помню. Не завязнешь?

– Не должны, – сказал я все же с неким внутренним сомнением. – В любом случае, если и завязнем, то сразу, так что откопаемся без проблем.

– Ну смотри…

Выбрав место, где вал снега выглядел самым низким и пологим, я направил туда машину чуть наискосок. Капот задрался в небо, но ничего страшного не случилось – мы перебрались через вал и оказались на снежной целине. И не провалились.

– Норма-ально, – сказал сзади Леха. – Старший, нам такого надо, а?

Я вновь тронул машину с места, подсознательно ожидая, что она сейчас зароется, но она без всяких проблем поехала по целине, аккуратно повторяя очертания низких валов, наметенных ветром.

– Ну, чем дальше заедем, тем дольше бежать за трактором, – пробормотал Дмитрий.

Разгоняться я боялся, так что держал скорость около двадцати километров в час. Но это все равно куда быстрее, чем топать по целине на снегоступах. Да, между складом и забором снега оказалось не больше, чем вокруг, и проезд вроде бы есть, только со стороны цеха потянуло чем-то таким нехорошим, что я не удержался и дал по газам, в результате чуть не влетев в торчащий из снега под острым углом рельс прямо на выезде, еле успел увернуться.

– Блин, – сказал, оглянувшись.

– Да, что-то было, – кивнул Диего. – Скорее просто плохое место. Если амулета от ментального доминирования нет, может и затянуть. Смотри, если получится обогнуть старый метизный, это вон те два корпуса, то оттуда увидим уже товарный двор станции.

– Попробуем.

Нет, по снегу мы идем уверенно, я уже это ощутил и не боюсь завязнуть, но вот дальше из снега мусора всякого торчит… там вообще проезд найти получится? Ладно, мы пока помедленней, вообще с пешей скоростью…

Обломки кирпичных стен, черт знает чем их так тут развалило, железяки, гнилые и замерзшие доски… а вон, блин, зашевелилось что-то под снегом… мертвяк лезет, "что-то" называется, ага… кто его тут прикопал? Или сам тут помер? Нет, он в одних штанах, даже босиком, это убили и даже раздели, вон следы от пуль на синей груди.

– Коль, снять его? – спросил Дмитрий. – Увяжется же.

Шуметь не хочется… а с другой стороны, я на что надеюсь? На то, что нам удастся по северной промзоне, по самой глухой ее части, без стрельбы погулять? Черт, Саня уже полгода обещает магический глушитель сделать, но все обещает. Как и заряды "блеска" десятого и двенадцатого, тоже все обещания, обещания.

– У тебя "пустышки"? – спросил я у Дмитрия.

– Так точно.

– Давай, долби его здесь, – сказал я, останавливая пикап.

Открылась задняя дверь, пустив холод в салон, затем я сам, не удержавшись, выскочил следом за Дмитрием на мороз, схватив дробовик.

Дмитрий прицелился, затем гулко бахнул выстрел "марлина", и голова бредущего по следам машины мертвяка отвалилась. Тело потопталось, явно потеряв направление, но потом опять пошло на нас, вполне безошибочно.

Мерзкие твари эти ледяные ходоки. Пусть медленные и бестолковые, но упорные и почти что неуязвимые. Даже зажигательная картечь в них гаснет с шипением без всякого толку, как Диего говорит.

Но Дмитрий действовал осмысленно. Сначала он отстрелил ходоку ногу, потом одну руку. Тварь все же рухнула в снег и бестолково забарахталась – с одной рукой и одной ногой у нее даже толком ползти не получалось. Дмитрий заполнил магазин карабина из патронташа, мы забрались в машину обратно. Диего никак происшедшее не прокомментировал, так что я заключил, что ничего неправильного мы не совершили. И чем лучше зачистим путь сейчас, тем проще нам будет идти по нему завтра.

Метизный завод мы как-то обогнули, но дальше проехать было невозможно, снег был буквально перемешан со всяким ржавым железом, обломками плит и прочим мусором. А до товарного двора рукой подать, метров двести.

– Машину можно между теми корпусами спрятать, – предложил Диего. – По следам найдешь, конечно, но хотя бы издалека не заметишь.

Оставлять не хотелось, понятное дело, но выбора не было.

– К цехам близко не подъезжай, там по стене жгучая плесень, видишь? – показал он. – Прям здесь, у забора поставь, просто чтобы не светилась на все окрестности.

Машина еще и красная. Я на ней вообще-то больше по городу планирую ездить, а вот тут она и вправду как прыщ на заднице. Что-то не по делу я вдруг в какую-то войну втянулся, вместо того чтобы тихо торговать в теплом магазине… надо оно мне? Получилось, что надо, хотя уже жалею. Но думаю, что деваться некуда, а то и вправду придется в Лудино переезжать. Не наладишь с местными властями отношений – и что еще останется? А в Лудино, если уж честно, скучновато будет, да и сбыт похужеет.

Есть, вроде с обратной стороны забора нас видно не будет. Остановился, заглушил движок. Эх, тут даже сигналки нет, как на остальных моих машинах, не запрешь толком.

– Я иду первым, – сразу объявил Диего, как мы из машины выбрались и надели снегоступы. – Николай за мной, затем Дмитрий, Леха замыкает. Никаких передовых застав и головных дозоров, бандиты в эту часть СПЗ не лезут, им жизнь тоже дорога. Опасаемся только тварей.

В снегоступах не разбежишься, но хоть не проваливаешься. Еще ноги в бедрах устают быстро, потому что с каждым шагом их приходится расставлять широко, иначе снегоступы будут биться о щиколотки. Но все же они в таких ситуациях удобней, чем лыжи, – проще поворачиваться, проще заскочить в какую-то дверь, например, не снимая их предварительно. Так что снегоступы в Форте делали многие, и некоторые, как вот эти, что на нас, были почти произведением искусства.

– Могильник крутит, – остановился Диего и показал на знакомый уже небольшой вихрь снега, двигающийся по плоским сугробам без всякой связи с направлением ветра. – Фонари наготове держите.

Я помню, могильник светом прогоняется, днем он не слишком страшен. А вот ночью можно на него нарваться очень нехорошим образом, потому как абсолютно бесшумный, а не белом фоне его еще и не разглядишь.

Могильник, однако, на нас не навелся, а вдруг ускорился и куда-то понесся над мерзлым полем, по которому резкий ветер начинал гнать поземку. Вот уж действительно повезло с погодой. Хорошо, что я заранее лыжную маску на лицо натянул и еще глаза защитными очками прикрыл, а то бы уже секло крупой. Балаклава теплая, сверху вязаная шапка – и вполне хватает даже для такого мороза. Хотя ушанку все же в "мародерке" тащу, овчинную такую, компактную. Мало ли…

Добрались до забора товарного двора, остановились у обрушенной плиты, заглядывая в пролом. Диего тоже в маске был, так что выражения лица я не видел, но у него даже поза была несколько задумчивая. И смотрел он на большой ангар, в который вели рельсы и в котором виднелись остовы вагонов.

– Не пойму, что за следы туда ведут, – сказал он наконец. – И ведут только туда… может, с другой стороны выход, а может, там что-то и сейчас есть.

Следы старыми быть не могут, засыпало бы уже, это что-то недавно здесь шло.

– А нам куда вообще надо? – спросил я.

– Оптимально было бы к зданию конторы попасть. – Диего показал на двухэтажный блок с почти сошедшей под непогодой желтой краской и проваленной металлической крышей. – Оттуда будет просматриваться место, которое тебе нужно. Или вон тот кирпичный корпус, но я не знаю, насколько в нем лестницы проржавели, там окна под самой крышей.

– А там что за корпус недостроенный? – показал я на четырехэтажный бетонный каркас с местами заложенными бетонными блоками простенками.

– Говорят, электроламповый завод планировали строить, да не построили, – сказал Леха. – Но лестницы бетонные, подняться можно.

– Низинка, в которой будет встреча, вон там. – Диего показал рукой. – От этого корпуса дотуда метров… ну не знаю, много. И переход к нему по открытому. Забраться туда заранее можно, но если прижмут – бежать некуда.

– Если телепорта нет, – пробормотал Дмитрий.

– Ну да.

Я вытащил свой "рунный прицел" из подсумка, навел на корпус депо, куда вела цепочка следов. Нет, отсюда ничего толком не разглядишь, угол не тот. Могу сказать, что прямо за воротами никто не сидит, и все.

– Обнаружил что-нибудь? – спросил Диего.

– Нет.

– Ладно, пошли дальше. Эта труба у тебя ауру видит?

– Видит.

– Все время присматривай за теми воротами, как-то не нравятся мне они.

– Мне здесь вообще ничего не нравится, – усмехнулся я.

– Сам напросился. Сидел бы дома и никуда не ходил.

– Кто бы позволил, – вздохнул я. – Живешь вроде спокойно, а потом втянут… не пойми во что.

Дошли почти до линии путей, ведущих в депо, но пока было тихо. Зато чуть дальше по маршруту движения прицел обнаружил нечто вроде белого туманного облака, висящего над снегом, – верный признак того, что там есть какая-то тварь Стужи и что она закопалась.

– Или снежные змеи, или такие же черви, – сказал я, показав рукой. – Мачта, и от нее вправо метров пять.

– Стрелять с таким прицелом можно? – спросил Диего.

– Пока нет, руны от отдачи слетают. В кармане ношу.

– Все равно сделай мне такой, если не трудно.

– Договорились.

– Давай тогда левее, идите просто за мной.

Снег вновь заскрипел под снегоступами. Я опять посмотрел на ворота депо и опять ничего не узрел. А следы есть. Ладно, дальше, нам еще топать и топать.

– Давай все же в кирпичный корпус этот глянем, – предложил Диего. – Проверим, как там лестницы, потому что лучше, чем оттуда, вида не будет.

– То есть если одна из сторон решит устроить засаду на другую, то ей там лучше всего засесть? – уточнил я.

– Да примерно так, – кивнул Диего.

Вел он нас толково, ни единого резкого поворота за угол, исключительно по просматриваемому пространству. Следы, конечно, оставались, но снег и поземка их заметут, в снегоступах глубоко не проваливаешься. Жаль, до сих пор никто не придумал заклинания, чтобы за тобой следы убирало, нам бы сейчас очень пригодилось.

А мародеры досюда добирались – только сейчас заметил, что ни с единого столба ни одного провода не свисает. Но давно добирались, больше брать здесь нечего, похоже. Вон грузовик совсем ржавый у ворот стоит, стотридцатый ЗИЛ с когда-то голубой кабиной. ЗИЛ, дерьмо возил. Сцепка вагонов под насыпные грузы, тоже сплошь ржавых, с остатками желтой краски. Платформы, все пустые. Над путями что-то вроде решетчатой фермы перекинуто, с нее сине-серые лианы свисают кусками и даже шевелятся вроде бы не в такт ветру…

– Это что? – спросил я у Диего, показав на них.

– Серый мох так мутировать начал, раньше такого не было. Не вздумай под этим пройти.

– А что будет? Он же высоко вроде?

– Да в нем еще что-нибудь живет вечно, что нам точно не понравится. Чуть правей возьмем… и вон тот колодец бетонный видишь? Он без крышки, так что там что угодно может быть, на него внимание.

Внимание само собой, но пока продвигались без приключений. Разве что могильники видели еще несколько раз, все больше вдалеке.

– Зато жмуриков тут нет, – прокомментировал Длинный. – А то бы уже подняли. Правда, не пойму, чего они здесь тогда крутятся.

– Да кто их разберет, – пробормотал Диего. – Вообще с ними часто такое. Я даже думал, что они просто от силовых линий как-то подпитываются. А здесь место активное, я его спинным мозгом чувствую.

А я ничего не чувствую, все как обычно. Не выйдет из меня великого охотника, наверное, с такой нечувствительностью.

Кстати, а место я помню, как раз из той самой карты, что нашел в тайнике в гараже. Где-то здесь была одна из точек… а что на фото? Там еще несколько фотографий было. Какой-то цех с кирпичными стенами, кучи мусора на полу, какие-то пометки маркером прямо на фото, но пометок не помню.

Это не этот цех, случайно, в сторону которого мы идем? Может, и этот, почему бы и нет?

Ворота прикрыты, к слову, под них снега намело. Если пытаться открыть, то след останется такой, что и до завтра не сгладится, внимательный человек заметит, что внутрь залезали. И с ичигов насыплется на пол, останутся следы, а они ведь не растают.

Заглянул в цех через щель, насколько получилось, – похоже на фото вообще-то. Но фото не настолько хорошо помню, да если это и оно, то снимали с совсем другого ракурса. Но раскрошенный и потрескавшийся бетонный пол на месте, и ржавые металлические опоры крыши… да, возможно, то самое место и есть.

Совпадение?

Всякое может быть.

– Место стрелки вон там, – показал рукой Диего. – Сугроб прикрывает, так бы ты уже увидел. Низинка.

– Давай к конторе двинем.

– Пошли.

Опять могильник крутится неподалеку. Ну точно как намазано им тут…

До двухэтажного здания конторы метров сто, но по дороге куча старых бетонных труб лежит. Похоже, канализацию собирались перекладывать. А теперь в этих трубах тоже что угодно могло завестись…

Но прошли нормально, хоть и обогнули по большой дуге.

Цоколь у здания конторы высокий, так что крыльцо даже в снегу не утонуло. Сдувает снег отсюда, похоже. Деревянная толстая дверь рассохлась и перекошена в полуоткрытом состоянии, козырек над входом осел на один бок. Стекол нет, понятное дело, почти что ни единого.

– Фонари, – скомандовал Диего.

В здании, по крайней мере в холле, даже относительный порядок, на полу разве что пара куч замерзшего дерьма в углу. Все же посещалось это место представителями рода человеческого, посещалось.

Коридор налево, коридор направо, лестница на второй этаж. Даже таблички со стрелками сохранились: "Начальник станции", "Товарные кассиры", "Бухгалтерия".

Сбросили снегоступы. Диего с Длинным аккуратно заглянули в коридоры, осветив их, но ничего опасного не обнаружили. На стенах тоже никакой дряни не было, что не так часто случается в заброшенных местах. А, нет, вон в конце коридора опять мутировавший мох, на этот раз низко висит, почти до пола. Вот касаться его не надо, это как кислотой плеснуть на себя, да еще и с перспективой на долгую болезнь: со мха паразитов можно подхватить. Вовремя не выведешь – заживо сожрут.