Текст книги "Приграничье 1-13. Компиляция (СИ)"

Автор книги: Павел Корнев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 267 (всего у книги 301 страниц)

– А укус?

– А что укус?

Ира нажала на плечо, и я вскрикнул скорее от неожиданности, чем от дернувшей руку боли.

– Укус, Слава, по непонятной мне причине стал клапаном. Когда твой внутренний потенциал превышает внешний, через него идет сброс энергии, и наоборот.

Я покачал головой.

– Почему тогда "Чешуя дракона" не разрядилась, а из браслетов я половину энергии в себя закачал?

– Дядя Слава, отводящий пули амулет не воздействует напрямую на вас и никак с вами не связан, – объяснила Вика. – А браслет мы с вами связали – иначе ментальную защиту не обеспечить. Так, Юля?

Рыжая гимназистка кивнула.

– Накопители браслетов в некотором роде стали частью вас, и началось распределение энергии по организму, – продолжила брюнетка. – А отток энергии во внешнюю среду был ниже. Магия не успевала рассеиваться.

– Елки! Как все запутано! – вздохнул я. – Ладно, а если в меня шаровой молнией запустят, пойдет распределение энергии?

– Надеюсь, нет, – поежилась Юля. – Иначе вы медленно запечетесь изнутри.

Мы отпустили гимназисток; Ирина закрыла за ними дверь и объявила:

– Завтра же на новое обследование! И даже не приставай ко мне, пока не пройдешь всех тестов. А то еще накачаешь энергией! Вдруг у тебя не только в плече клапан!

Я тихонько рассмеялся.

– От колдуний отбою не будет!

Подруга пригрозила мне пальцем и спросила:

– Больной, вы ужинать идете?

Особого аппетита не было, но и спать больше не хотелось. Слабость отступила, после холодного душа я почувствовал себя бодрым и полным сил, да и пульсация в плече ослабла и почти уже не беспокоила.

Я уселся на кровати и откинул с себя простыню.

– Только после обследования! – напомнила Ирина и покинула комнату с гордо поднятой головой.

– Можно подумать, меня на срамные болезни проверять будут, – пробормотал я, когда за подругой захлопнулась дверь.

Но, по крайней мере, одной загадкой стало меньше: теперь ясно, почему не сумел удержать во сне "Морфей", – я просто вытянул из него всю энергию.

Ну чистый вампир…

Ужинать я не пошел. Вместо этого отправился в оружейный магазин переговорить с соседями.

Клондайк запустил через заднюю дверь, и мы спустились в подвал. Судя по беспорядку в мастерской, я отвлек Гордеева от каких-то грандиозных приготовлений. Кругом громоздились рюкзаки, сумки, оружие, свертки и пакеты – что-то уже было аккуратно сложенным у стены, что-то валялось распотрошенным посреди комнаты.

– Собрались куда? – удивился я, наливая себе чаю.

– На северо-запад мотанемся, – пояснил Клондайк. – Не говорил разве?

– Может, и говорил. Не помню, – пожал я плечами, поднял из кресла кота и уселся вместо него. Кот подумал-подумал и устроился на коленях.

– Послезавтра выезжаем. Хочу пару идей проверить. Смирнов подсказал.

– А Саня где?

– К бабе уехал.

– А! – протянул я. – В общем, что пришел: ты на его защиту особо не полагайся. Если в двух словах, то имеется критическая уязвимость.

Гордеев отвернулся от верстака и потребовал продолжения:

– А не в двух словах?

Я рассказал о вчерашнем покушении, и Николай надолго задумался.

– Ты ведь на Саню не думаешь?

– Мотива не вижу. Да и нет неуязвимых систем. Вопрос в затраченных для взлома усилиях. Горожане в прошлый раз "глушилкой" подавили.

Гордеев кивнул и уточнил:

– Все должно было выглядеть как самоубийство?

– Именно, – подтвердил я. – Могли во сне зарезать. Могли даже после того, как я стрельбу открыл. Все шансы были. А они просто сбежали.

– Ты между окном и кроватью стоял, так? Попали бы в окно, а на улице Иван сидел и пара братьев. Вот и решили не рисковать.

– Блин, да они даже скотчем меня не скрутили! Побоялись следы оставить.

– Кто-то все хорошо продумал. Думаешь, с налетом на ювелирный салон как-то связано?

– С убийством дяди Миши даже скорее.

Клондайк открыл один из шкафов и начал перебирать его содержимое.

– При таком раскладе на людях убивать тебя не станут. Просто не шатайся один по глухим переулкам, чтобы не подкараулили. И комнату на ночь запирай. А! Вот оно!

– Это что?

– Электронные сигналки. Стоят копейки, срабатывают при размыкании. Поставь на двери и окна. Магией их подавить можно, но для этого надо знать, что они есть. А вообще по уму давно надо было камеры поставить. Полностью задний двор перекрыть и сервер где-нибудь на чердаке запрятать.

– Хорошая идея, кстати.

– В следующий раз с Аляски привезу. Правда, не знаю, когда туда выбраться получится. У Платона тоже не все гладко.

Гордеев вдаваться в подробности не стал, а у меня хватало своих проблем, чтобы еще неприятностями кондуктора интересоваться. Я поднялся из кресла, усадил обратно кота и спросил:

– С Саней поговоришь?

– С Саней я поговорю, – пообещал Николай и протянул пакет с сигналками. – Держи. Еще пойдем тебе что-нибудь из оружия последнего шанса подберем. Нож – это все-таки не то.

– Так он не для этого.

– Тем более.

Мы поднялись в торговый зал, и там Гордеев отпер витрину с пистолетами.

– Бери "дерринджер", – посоветовал он. – Два ствола, патроны "длинный кольт". Если стрелять в упор, никакой амулет не поможет. Только учти, курок надо самому взводить. Самовзводом не стреляет. Патронов много не нужно, шести штук за глаза хватит.

– Какие посоветуешь? Хотя нет, давай с простой пулей. В упор и так мало не покажется, зато внутренним зрением не определят.

– Как носить будешь? Есть поясная сумочка, есть кобура-вкладыш для карманов.

– Давай кобуру. И посчитай все, чек выпишу.

– Сигналки так бери, – решил Гордеев, подсчитал сумму на калькуляторе и развернул его ко мне, а потом задумчиво постучал пальцами по прилавку. – Не верится мне в такие совпадения. Ты выходишь из ювелирки, и туда сразу вламываются грабители, не раньше и не позже. Кто знал, что ты в "Золото вселенной" собираешься?

– Никто. Ваню предупредил, но он звонил, когда я уже с Колхозного рынка уходил.

– Значит, пасли либо тебя, либо салон. Ничего подозрительного не замечал?

Я подписал чек, заверил его отпечатком пальца и вздохнул.

– Теперь разве вспомнишь?

– Подумай, повспоминай.

– Подумаю, – пообещал я и попросил: – Дверь закрой, а то вдруг суицидальные наклонности заразны.

Мы посмеялись, и я отправился домой.

Поговорил – и как-то сразу на душе легче стало, даже аппетит проснулся. Вот теперь можно и поужинать.

Хмель
21 июня, вторник

День начался – банальней не бывает. Проснулся, умылся, побрился.

Начал приставать к сонной Ирине – получил по рукам. Увы, о вчерашнем ультиматуме девушка не забыла. Пока она приводила себя в порядок, успел поколотить грушу, отжаться, подтянуться на перекладине и немного поработать с гантелями, а вот на штангу времени уже не осталось.

Ну да и не страшно – чувствую себя превосходно. Будто часть магической энергии в жизненную силу перешла. Пониженное давление? Не про меня.

Наскоро сполоснувшись, я проводил Иру до работы и вернулся к открытию бара. У тети Маши был выходной, поэтому Иван начал возиться с закусками, а я встал за стойку. Ранних посетителей оказалось совсем немало. Кто-то жадно опохмелялся и бежал на работу, кто-то торопливо завтракал яичницей и разогретыми бутербродами с сыром и колбасой. Бар опустел через час, тогда мы позавтракали и сами.

Я уже допивал травяной чай, когда с черного хода зашел Саня и сразу полез в бутылку:

– Ты чего Коле сказал, что у меня руки из задницы растут и сигнализация отстой полный?

– Правда глаза колет?

– Да ты чего собираешь, Хмель?

Я отставил кружку и указал на подбородок.

– Видишь? Люди пришли, подняли меня с кровати и сунули башкой в петлю. И это при включенной сигнализации!

– Пить меньше надо! – огрызнулся чародей. – Если у них "глушилка" была, ко мне какие претензии?

– Не было у них "глушилки". Они звуковым барьером комнату накрыли.

Саня недоверчиво посмотрел на меня, плюхнул на стойку увесистую сумку и вытащил из нее странного вида прибор, сразу с несколькими выдвижными антеннами и монохромным экраном.

– Сейчас проверим! – многозначительно заявил чародей и ушел на второй этаж. Побродил там пару минут и спустился обратно. – Никто твою защиту не отключал! Работает она!

– Значит, обратно включили.

– Когда ты по ним из пистолета палил?

– Могли дистанционно отключить.

– Фигню говоришь!

– То есть никаких аномалий ты не нашел? И что мне делать прикажешь?

– Пользуйся сигналками, которые Коля дал. Вернусь – придумаю что-нибудь.

– Только противопехотные мины нажимного действия не предлагай.

– Да пошел ты, Хмель!

Саня сунул прибор в сумку и отправился восвояси. Я подбежал к двери черного хода и крикнул ему вдогонку:

– Об алмазах меня спросить сам придумал или подсказал кто?

– Ты совсем, что ли?!

– Значит, сам.

Чародей выставил вверх средний палец и зашел в оружейный дом.

Ишь ты, нервный какой! Стресс у него!

Проснуться в петле – вот это стресс!

Я отнес пустую кружку на кухню, опустил ее в мойку и вернулся за стойку. Не успел еще открыть газету, как с улицы в бар вошел Клим, мрачный и помятый, словно после бессонной ночи.

– О! Пивка для рывка? – поприветствовал я его.

Брат забрался на высокий стул у стойки и спросил:

– Кофе есть?

– В меню или вообще?

– Слав! Налей кофе, башка раскалывается.

Я повернулся к кухне и крикнул:

– Вань, кофе поделишься?

Иван выглянул в зал, посмотрел на Климова и кивнул.

– Поделюсь. Молоко, сахар?

– Без всего.

Размешать в кипятке ложку растворимого кофе у Ивана много времени не заняло; он принес чашку и вернулся на кухню, а я спросил:

– Как дела?

Клим поморщился, осторожно отпил кофе и сказал:

– Не понимаю, что происходит. Похоже, под меня копают, но что надеются нарыть – без понятия.

– Наумов?

– Он.

Я выругался. Руководитель следственной комиссии уже сидел у меня в печенках.

– Тоже наведывался, – сообщил я Климову.

– К тебе он приезжает, а меня только в Пентагон и дергают, – вздохнул брат. – Ладно, я что пришел – в тот день с телефона заведующей салоном звонки не совершались. И чарофона у дяди Миши не было. Так что совпадение.

У меня словно камень с души свалился. Значит, не алмазы.

Но совпадение? О нет, никаких случайностей!

Я задумался, не рассказать ли о неудачном покушении, но в итоге решил с этим не торопиться.

– Клим, а что с чарометом? Отследили его?

– Зачем тебе?

Задребезжал телефонный аппарат на стойке, и я отвлекся снять трубку. Это оказалась Ирина. Она позвала на внеочередное обследование, я пообещал подойти и вернулся к прерванному разговору.

– Так зачем тебе влезать в это дело? – повторил Клим свой вопрос.

– Наумов хочет повесить убийство на меня.

– Чушь собачья!

– Он обещал связать со мной чаромет.

Клим покачал головой.

– Нет, не думаю. Его продали на прошлой неделе в "Ножике".

– Что за "Ножик"?

– "НожК", это ножевая лавка в Кишке.

– Понял. А кто купил?

Клим развел руками.

– Я расследованием не занимаюсь, просто краем уха слышал, что по документам чаромет они продали. Ты же знаешь, мы отчетность собираем. Выезжали на место или нет – не знаю.

Отчетность – это святое. Часть продукции отпускалась с отсрочкой платежа, часть и вовсе отдавалась на реализацию, поэтому без жесткого контроля продаж было никак не обойтись. Опять же Дружина время от времени запросы присылала по конкретным серийным номерам.

– Ясно, – вздохнул я. – Как тебе кофе?

– Сойдет. – Климов опрокинул в себя кружку, поднялся на ноги и крикнул: – Иван, спасибо!

Брат уже направился на выход, когда я окликнул его:

– Клим, ты осторожней там. Двери запирай, в одиночку по темным улицам не ходи.

Климов обернулся и остро глянул в ответ.

– Ты знаешь что-то, чего не знаю я?

– Просто предчувствия.

– Ну-ну, – хмыкнул Клим и вышел на улицу.

Я взял грязную чашку и понес ее на кухню, в дверях столкнулся с Иваном.

– Просто предчувствия? – с неодобрением посмотрел на меня помощник. – Серьезно?

– Я сказал – Клим услышал.

Иван забрал чашку и ушел на кухню. Мои слова его не убедили.

Я поднялся на второй этаж, отпер сначала общую дверь, затем спальню. Взял из шкафа ветровку, немного подумал и сунул в боковой карман брюк кобуру-вкладыш с полученным вчера от Николая "дерринджером", а выкидной нож переложил в куртку. Заодно отцепил с пояса кобуру с "таурусом" и взял из шкафа пистолетную сумочку. Оружейное отделение на липучке, сунуть руку и вооружиться – секундное дело. Куда быстрее, чем ветровку задирать.

– Вань, меня Ирина в Госпиталь выдернула! Заодно в банк зайду, – сообщил я помощнику, спустившись в бар. – Попроси, если что, девчонок помочь.

Иван вышел из кухни и уточнил:

– Чарофон не забыли?

– Со мной.

– Как себя чувствуете?

– Да нормально, просто Ирина перестраховывается.

– С ее работой и немудрено, – хмыкнул Иван.

Я только вздохнул. Зачастую патологии внутренней энергетики перерастали в физиологические отклонения, а тогда дорога была прямиком в Гетто, к уродам.

Мне заселяться в "Черный квадрат" нисколько не хотелось.

Автомобиль брать не стал и вышел на улицу, решив прогуляться пешком. На улицах народу полно, незаметно скрутить не получится. А вот если влезут в машину и дождутся возвращения, то шансы на мое последующее самоубийство возрастут многократно. Так что пешком, целее буду.

До названного Ириной времени оставалось еще два часа, и я зашагал в сторону Красного проспекта, решив сделать крюк до разрешительного отдела и зарегистрировать "дерринджер", а потом спуститься в Кишку и заглянуть в "НожК". Думаю, узнать, кто именно приобрел чаромет, проблемой не станет. Устаревшая конструкция, непрофильный товар – покупателя точно запомнили, остается только персонал разговорить.

Зачем мне это? Пока не знаю. Но зудит внутри какое-то нехорошее предчувствие, что ничего еще не закончилось. Вот и попробую разобраться…

В Арсенале долго не пробыл, найти «НожK» тоже проблемой не стало. Лавка отыскалась в непривычно просторном подземном зале, под потолком которого крутились, разбрасывая по сторонам разноцветные лучи, зеркальные шары. Стены пестрели замысловатыми надписями, но свет в помещении был приглушен, разобрать удалось лишь «Ленин жив!» на фоне неаккуратно намалеванных зубцов кремлевских стен.

Посетителей в Кишке было немного, все торопились урвать хоть немного короткого лета. Часть заведений оказалась закрыта, а на запертых дверях бистро и вовсе обнаружилось объявление "Продажа/Аренда". Сама вывеска была заклеена газетами, словно шла подготовка к ремонту.

Но магазин ножей был открыт. Я прошел внутрь и сразу залип у витрины с клинками из цветного мозаичного дамаска. Узоры были красоты неописуемой, и сразу захотелось чего-нибудь купить, но справиться с этим порывом оказалось донельзя просто: при всей красоте металла ничего из ножей и кинжалов мне не приглянулось. Все какое-то изысканно-рафинированное, чисто произведения искусства. Ну и куда мне это? Для понтов "Микротек Хало" есть.

– Что-то подсказать? – подступил продавец-консультант.

Закатанные рукава рубахи оставляли открытыми предплечья, сплошь покрытые разноцветными татуировками; сложностью узоров они отдаленно напоминали мозаичный дамаск. Судя по выползавшему из воротника на шею краешку наколки, в подобном стиле было разукрашено все тело. И еще – увитая колючей проволокой шестерня, ее я приметил сразу.

Я отвернулся от витрины и небрежно махнул вытащенным из кармана удостоверением резервиста Патруля. Выглядело оно вполне серьезным документом, и у продавца вырвался обреченный вздох:

– Ну что опять?

– Да все то же самое, – позволил я себе холодную улыбку. – Чаромет устаревшей модели на той неделе ты продал?

– Ну да, – подтвердил цеховик.

– Кому?

– Я уже все рассказал и вашим, и братьям! Сколько можно?

– Могилевский разве не сказал, что может понадобиться уточнить показания?

Попасть впросак я нисколько не опасался. Могилевский, да и другие дознаватели, обычно заканчивали опрос свидетелей именно этим предупреждением. По себе знаю.

Цеховик возмущенно фыркнул, но покупателей в лавке не было, поэтому он придержал возмущение при себе.

– Приходил старик, интересовался допотопными чарометами. Теми, что еще с батареями шли. У нас несколько штук завалялось, один взял. Все, конец истории.

– Как выглядел старик?

Продавец довольно точно описал дядю Мишу, тогда я спросил:

– Ему именно старые модели нужны были?

– Да. Таких сейчас в продаже не найти, нам просто сдали на комиссию несколько штук из зависшего на складе неликвида.

Я хмыкнул. От Южного бульвара до Кишки путь был неблизкий, едва ли дядя Миша шел сюда наугад.

– Кто посоветовал к вам обратиться? – спросил я, особо не рассчитывая на откровенный ответ.

Цеховик замялся, потом постучал пальцем по наколотой на запястье шестерне.

– Один из наших. Они как-то по работе пересекались, я не спрашивал.

На ум сразу пришел охранник из салона; я задал несколько уточняющих вопросов и был вынужден признать, что потянуть за эту ниточку не получится. Со слов продавца выходило, что о поступлении старых чарофонов дяде Мише рассказал цеховик, убитый вместе с ним.

– Ладно, – поморщился я, – ты сказал, на комиссию поступило несколько чарометов. Еще не продали остальные?

– Нет. А что?

– Оформим изъятие для следственного эксперимента.

Лицо у продавца так и вытянулось.

– Чего?!

– Расслабься, – усмехнулся я. – Куплю один. Батареи с "плазменными цветами" есть?

– Есть, но они протухли давно, – сообщил цеховик, отпирая одну из витрин. – С заклинанием-формой порядок, а энергия на нуле. Заряжать надо.

В новых чарометах использовались одноразовые алхимические заряды, а вот старые модели снабжались кристаллическими аккумуляторами. Помимо магической энергии в батареи заливались управляющие чары, и была реализована функция подзарядки, но колдуны очень быстро разработали резонансные заклинания, призванные подобные накопители энергии дистанционно подрывать.

Продавец выложил на прилавок небольшой блестящий чаромет и плоскую батарею размером с аккумулятор для смартфона.

– Вставляется в рукоять, – подсказал он мне.

Я взял чаромет, и тот совершенно потерялся в ладони, поскольку был лишь немногим длиннее "дерринджера" и даже более плоским.

– Модель для скрытого ношения. Раритет.

– Устаревший хлам, – пресек я попытку цеховика набить цену, положил оружие на прилавок и прошелся вдоль витрин. – Мне бы еще нож. Не такой вычурный, но и не ширпотреб. Что-нибудь качественное.

– Булат?

– Почему нет?

В итоге Кишку я покинул, увешанный оружием чуть ли не с головы до ног. Чехол с новым ножом прицепил на ремень, чаромет с заряженной батареей сунул в карман ветровки.

Особой нужды я в нем не испытывал, но неспроста же дядя Миша за несколько дней до гибели искал именно эту устаревшую модель. Он всегда мог обратиться в Пентагон и получил бы и оружие, и охрану, но не сделал этого. Почему?

Ответа на этот вопрос у меня не было.

С внесением наличности никаких сложностей не возникло, в отделении Центрального городского банка я не пробыл и десяти минут. А вот в госпитале меня промучили до конца рабочего дня. На этот раз злая на заведующего отделением Ирина отвела меня в кабинет грязелечения.

Помещение бывшего бассейна в подвале больницы разделили на множество отдельных процедурных; ремонт не коснулся лишь раздевалок и душевых. Оставив одежду в одном из обшарпанных ящиков, я отдал ключ от него Ирине и с обмотанным вокруг бедер полотенцем отправился на процедуры. Сначала велели встать в прозрачную пластиковую трубу, где замеряли энергетический фон, и от потоков холодного воздуха кожа моментально покрылась мурашками. Затем пришлось лезть в ванну с грязью – теплой, но липкой и противной и, ко всему прочему, перенасыщенной магической энергией.

Мир немедленно стал ярким и немного прозрачным, закружилась голова, и заледенело прокушенное вампиром плечо. Вроде тепло должно быть – а всего морозит.

Долго валяться в грязи мне не дали и вскоре опять погнали на сканирование, не позволив ни обтереться, ни даже просто прикрыться полотенцем.

Как-то это унизительно – голый, еще и в грязи по шею.

Следующая ванна оказалась заполнена жижей с пониженным по сравнению с окружающим пространством содержанием магической энергии; там я впал в странное оцепенение и едва не заснул. В сознании удержала пульсирующая боль в левом плече.

Дальше ванны сменялись одна за другой, и когда я уже решил устроить скандал, меня отпустили в душевую.

– Ну и какой диагноз? – спросил я у Ирины, смывая липкую грязь под струями горячей воды.

Прием пациентов к этому времени давно завершился, поэтому Ира последовала за мной в мужскую душевую.

– Сказали, для своих лет ты в неплохой форме.

– То есть ты просто решила показать меня в костюме Адама подружкам? Вот уж не ожидал от тебя такой распущенности!

– Оставь при себе свои грязные фантазии, Хмелев! – рассмеялась Ирина. – Результаты обследования будут завтра-послезавтра. Пока о чем-то конкретном говорить рано.

Грязные фантазии? Грязь-то я как раз смыл.

– Есть идеи, где будем ужинать? У тети Маши выходной, не макароны же варить.

– Можно и макароны. Или перекусим в нашей столовой.

После водных процедур у меня разыгрался аппетит, поэтому я легко согласился на столовую. И готовили там неплохо, и время поджимало – в баре сейчас уже не протолкнуться, надо Ивану помогать.

Быстренько перекусим – и домой.