Текст книги "Его искали, а он нашелся (СИ)"

Автор книги: Avada Kadavra

сообщить о нарушении

Текущая страница: 126 (всего у книги 140 страниц)

– Одна восьмая оборота сроком в малое созвездие верхней палитры Извечного Леса. – Похоже даже Тиа не ожидала такой итоговой суммы, которая у нас получилась, потому что только спустя пару секунд она поняла, что необходимо бы разъяснить использованный термин. – Одиннадцать с половиной лет общего календаря в условиях мирного времени и при отсутствии крупных конфликтов, в которые придется вливать золото тем или иным способом, но без экстренного расширения крупных проектов. Одна восьмая оборота в сытое время, при минимальных тратах. Для того же Зайнберга эта сумма и вовсе составила бы три четверти казны, а также урезание финансирования государственных институтов хотя бы на треть, но лучше в половину. Морские Короли, конечно, давно уже не те, какими были когда-то, в том числе и усилиями Извечного Леса, у них регулярно просматривается нехватка свободного золотого потока, но все равно выходит очень впечатляюще.

Вот уж с чем никто не спорил – вся команда только и смогла выдать разной степени громкости и цензурности ремарки, а Гестия, ради такой цели даже выбравшаяся из своей комнаты, очень странным взглядом смотрела на строку с итоговой суммой и, похоже, не знала гордиться ей или ужасаться. Она осталась собой, снова смогла отстоять у Мглы память и личность, но какие-то перемены в ней случились, и она пока что не готова была их очертить. Одно она знала точно – хорошими эти перемены не являлись, даже несмотря на тотальное усиление.

– Стоит учитывать еще и то, что мы сейчас не считали возможности привлечения тех же божественных Чудес или хотя бы артефактов различного толка. – Пробует урезать осетра Лосий, пока осетр беспощадно режет здравый смысл в ответ. – Среди артефактов обязаны попадаться завязанные на алхимические эссенции.

Ну, тут он полностью прав, достаточно вспомнить плетку одной кошкодевочки, пущенной мною на мясной рулет почти буквально – там как раз работа с пространством и эссенциями, что создавала легендарное оружие. До сих пор думаю, что можно было бы прихватить тот артефакт себе, но он тогда был уже бесполезен, почти растратив запасенные эссенции, а просто таскать с собой приметную штуку, долгое время бывшую в руках культа даже для меня перебор. Эх, нет во мне хомяческой жилки, вечно мимо меня всякий лут пролетает, просто ужас какой-то.

– Да нет, учли. – С весельем в голосе прерывает Лосия дьяволица, листая записи и указывая на несколько отдельных листов. – Чудеса тоже не бесплатны и редко применяются именно в связке с классическими усиливающими ритуалами. Боги, если доходит до желания одарить благом своим кого-либо, сами отлично справляются, их благодать работает куда лучше, чище, безопаснее, только прими ее в себя поглубже. Артефакты же... здесь перечень известных Пеклу в лице меня и Извечному Лесу в лице моей дорогой соратницы артефактов легендарного грейда, которые могли бы помочь в этой задаче. Многие такие побрякушки имеют алхимическую природу, но именно ремесленных, помогающих в таких условиях, имеется жалкая горстка, которую нужно либо арендовать, либо украсть и за это тоже доплатить. Мифических артефактов нужного направления в мире либо нет, либо они нам не известны. Даже Казан Великого Супа, сумей отбить его у зеленокожих или выкупить у них же, не предназначен для дистилляции расщепленных душ и предотвращения их остывания. Да, сей котел мог бы помочь, но не сильнее иного легендарного или даже профильного эпического артефакта, а потому его в раскладе не учитываем.

Да, не учитываем – этот артефакт, хоть и темнее некуда, хоть и алхимический в основе своей, но предназначен для совсем другого. В этом казанке орки диких земель, конгломерат Зеленой Волны, сильнейших и самых цивилизованных их племен, варят наиболее ценных пленников. Потому что супчик из этого казанка может передать часть опыта, атрибутов, навыков или даже очков умений тому, кто этого блюда отведает. Правда, если причащаться к такой кулинарии слишком часто, начнешь меняться и сам, постепенно теряя возможность есть не из казана, есть что угодно, кроме того самого супа из еще живых существ. Причем, замечу, на каком-то этапе выхлоп от супчика станет слабее, потом исчезнет совсем, а жрать все равно нужно будет.

Тем не менее даже многие наделенные из тех, кто сам душой чернее ночи (местные чернокожие, кстати, как раз самые большие любители говорить с орками и прочей зеленью – они и сами весьма варварские ребята, исключая самые продвинутые королевства их саванн) оплачивают себе однократную возможность побывать на том пиру. Халявное и гарантированно безопасное усиление, причем даже в худших случаях просто мясо станет отдавать горьким вкусом на всю жизнь, так можно и на рыбу перейти, а лишние статы и очки умений они уже у тебя, никуда не убегут.

Зеленая Волна, кстати, служит таким же "рубильником", не дающим колонизировать дикие земли, как и подмеченный мною ранее Андед Мороз. Пусть они и послабее, но зато их много, они регулярно сами набигают на земли Империи Веков и Нейтмака, не говоря уж о королевствах попроще, которых они немало вообще выжгли под ноль за историю своего существования. Выжечь их в ответ не раз пробовали, но каждый раз умывались кровью – на своих позициях их шаманы, позаключавшие кучу контрактов с тварями и надрессировавшие стада чудищ, могли отбиваться даже от божественного явления. Хотя, небожителей сдерживали не столько призывы и чудища, сколько камни тех руин, на которых живут самые крупные стойбища. Что-то там осталось от уничтоженных Царями Великой Пустыни конкурентов, земли которых и стали спустя тысячи лет после той войны дикими. Что-то, до чего зеленокожие докопались, поняли, до чего именно, и теперь, прижми их хранящие наделенных Боги, могут найденный рубильник дернуть, если терять станет нечего.

Слушая рассказы Тиа, которая, естественно, знала немало тех, кто отведал супчику орочьего, как знала, спасибо разведке ушастых, результаты дегустации, мне очень захотелось в будущем наведаться и этот казанок если не приватизировать, то засунуть туда всех до единого Вождей Вождей и дать им поплавать, а потом накормить получившимся варевом свиней из ближайшей человеческой деревеньки. Угу, а главным над Зеленой Волной поставить своих сисястых орчих, чтобы официально поменять политику орды на "занимайтесь любовью, а не войной". На всякий случай, не стал зарекаться и отбрасывать свою мысль подобно бреду – я все еще не приступил к разборке секретов Вечной Библиотеки, так что даже все дьяволы Пекла не скажут точно, куда мне еще придется влезть во имя главного квеста.

Хотя, мало ли, эти могут и сказать, так что лучше не заговариваться.

Вчера вечером Аренам накрыло очень специализированное Чудо, чья суть была в поиске любых следов аспекта Похоти и флеровых остатков. Использованная реликвия прибыла в город вместе с группой отправленных точечным телепортом жрецов и сыщиков, которые первым делом свою игрушку и активировали. Испугаться никто из нас не успел, да и нужды в том не имелось – рядовых культистов, следы простейших ритуалов и скверны эта вложенная в мраморную статуэтку паломника молитва нашла бы с легкостью. Но моя личная дьяволица спокойно спряталась бы, если только не оказалась бы рядом с местом активации, буквально в десятке метров – игрушка для поиска низовых следов, а не развитых тварей. Так уж сложилось, что прежде чем призвать своих господ с высокими уровнями и понтовыми именами, нужно очень хорошо поработать и вот как раз следы этой работы найти сравнительно легко. Это потом, когда культ дорастает до запредельных степеней проникновения в социум, они могут высшим тварям обеспечивать призыв в полной тайне, а следов деятельности не оставляют вообще. На самых начальных этапах культ, посвященный Пеклу сравнительно уязвим.

Во всем городе нашлось аж три источника тревожного отзвука, которые быстро, без паники, но и не допуская ни малейшего пренебрежения даже мизерной опасностью, проверили всеми силами. Один из местных дворянчиков имел флакон с духами, на которые пошли материалы, пропитанные отфильтрованным флером. Работа темных эльфов, безумно дорогая, не рекомендуемая к использованию без высокого уровня и крепкого сознания, а также однозначно контрабандная, поскольку попадала под список запрещенных товаров, пусть и смотрели на такие парфюмы сквозь пальцы. Ну, раньше смотрели – подобные смеси, способные придать шарма и вызвать у окружающих легкое ментальное воздействие, конечно, осуждались, но использовались. Конкретно эту разновидность работы подземных эльфов запретили исключительно из-за состава, иные их косметические препараты спокойно покупались вполне официально.

Дяденька имел вид очень бледный, а смотрели на него, словно на до тупизны жадного дебила – это надо же не догадаться подобную дрянь выкинуть, как только стало известно о произошедшем в столице! По-моему, его даже оштрафовали только потому, что такую глупость нужно наказывать – духи имели оттенок не Похоти, но Гордыни, делая носителя более величественным и внушающим уважение. Кровососка, после того, как дурачка отпустили, искренне пообещала, что она ему еще лично объяснит на тему того, что можно и что нельзя хранить у себя дома. Еще повезло, что этого дворянчика она не обрабатывала по-жесткому, а пару мелких внушений и затертых воспоминаний могли не заметить и без моего вмешательства. Но я все равно чуть помог не заметить, просто на всякий случай.

Второй отклик был ложным – артефакт на основе Астрала, простой защитный амулет у одного из десятников местной стражи. Закупили эти амулеты сравнительно недавно, усилиями воспылавшего жаждой полезных городу действий бургомистра, а потому тот стражник на некоторое время реально готовился идти на плаху. Видимо, это был не первый случай холостого срабатывания (я потом проверил – не первый, а седьмой и только у этой группы, причем каждый раз ложным образом реагировало строго на астральные чары, а не любые другие), поскольку реагировали спокойно. Ну, в смысле, сначала разбирались, а не порубили стража в капусту, посчитав, что город уже под тварями. Под тварями, да, но не теми же! Дядька обделался легким испугом, амулет даже конфисковывать не стали, но, судя по виду десятника и по взгляду, какой он на этот амулет бросал, тот самым скорым образом таинственно потеряется и никогда не найдется, а его сотник, который глава всея стражи Аренама, молча поддержит такую диверсию.

Последней засветкой стал очень старый тайник, в котором лежала потрепанная книжка и жертвенный нож – вполне настоящие атрибуты какого-то культиста, что познавал потихоньку Жадность лет сорок тому назад. Перерыли дом вверх дном, отыскали все и всех, таки поняв, благодаря аж двум сыщикам, что тайничок принадлежал ныне покойному старику, что переехал в город те самые сорок лет тому назад, а помер от вполне естественных причин за пять зим до сего дня. Могилу его нашли, вскрыли и даже потребовали провести допрос тени-духа-оттиска мертвеца, хотя в городе не было некромантов или спиритуалистов действительно серьезного пошиба. А знающие пару трюков в этом направлении ритуалисты или другие кудесники допрос столь давнего трупа не осилили бы.

Спасли ситуацию бандиты, чей представитель ненавязчиво предложил не совсем законный, но исключительно добровольно пожертвованный разовый амулет редкого грейда, потому что добрым братцам ночного промысла в этом городе тоже жить, а потому они очкуют не проверить опасность. Поскольку одной злобной твари ни в одном месте не нужна была эта группа и ее задержки, потому что задержатся они в ее городе, та с радостью передала одну из своих побрякушек через подконтрольных бандитов. Внушив, ясное дело, что эта висюлька принадлежала именно им, а не появилась от чьих-то щедрот, а уже получившие внушение и коррекцию памяти главари послали на переговоры совершенно чистого от влияния кровососки шулера, чтобы достоверность была абсолютной. На самом деле, ночная братва, как и стража, часто такими амулетами пользовалась, – и закупала их как раз у кровопийц, – чтобы допросить труп, если не ясно, кто кого и зачем того, просто обычно такие штучки попроще получаются, не столь качественные.

Кое-как разузнав, что покойный козлище, даже после смерти гадящий никогда не виденному им попаданцу, был одним из переживших зачистку мелкого культа рядовых членов, решившим переехать на другой край Империи (он реально был из южных регионов, где алишанского рейда или пришедших из пустыни мертвяков боятся кратно сильнее орды зеленокожих, ведь последние там не водятся почти) и начать нормальную жизнь, больше не связываясь с дьявольщиной. Почему хранил регалии, а не уничтожил, даже если за всю жизнь с момента переезда их не доставал из тайников, он и сам не знал.

Расследование заняло полтора дня, после чего группу утащило портальным маяком, заставив меня уважительно покачать головой – провести кучу подобных перемещений влетело бы в копеечку и самому Императору, или кто у них там сейчас главный, но я даже не углубляясь знал, что стрясти содействие с гильдий и благородных домов удалось едва ли не забесплатно, а Порталисты, Переместители и Пространственные Маги работали едва ли не за себестоимость реагентов, если они вообще были нужны. В час великой нужды легко попросить раскошелиться, а просимые едва ли посмеют отказать, скорее даже сами всучат свои активы, если все правильно провернуть, иметь штат интриганов-советников и уметь мыслить вне шаблона. Того, кто сейчас главным бугром Империи подрабатывает я даже зауважал немного... совсем немного, чуть-чуть.

Произошедшее оказало исключительно позитивное влияние на моральный климат в нашем убежище – раз уж и эту проверку прошли, то новых можно не ждать, если только не случится что-то совсем уж экстраординарное. Больших сил, чем силы потраченные сейчас, на Аренам тратить уже не станут, даже не из-за того, что дорого вышло, но исключительно по причине нехватки нормальных людей. А вот прислать кучу проверяющих, что должны будут город конкретно так взять за яйца и отжать все прибыльные темы, поставив на финансовых потоках верных новой метле людей (но не обязательно только людей)? Это всегда пожалуйста, чего не очень хотелось бы – тварь и этих легко загонит под каблук и заставит пахать в три смены за право чистить ее сапожки, ведь у нее их целая коллекция накопилась, причем она хорошую обувь еще до встречи со мной любила, а уж когда внешне стала куда красивее той обуви, так и вовсе расцвели всякие извращения.

Тревожит не количество новых языков для очистки обувной коллекции, а то, что присланные новые метелки, случись им явиться, будут первоочередно выжимать из Аренама все соки, чтобы окупить свое назначение и отправить долю тем, кто их назначил. А это для твари, воспринявшей мой приказ о поддержании благополучия вверенной территории с убийственной серьезностью, кажется той еще красной тряпкой, отчего она ненавязчиво, с моего одобрения, выданного с легким скрипом, создает основу для внутренней коалиции. Чтобы даже без прямых ее приказов местные шишки шишек неместных встречали нелестно, зато слаженно, единым фронтом и без попыток подсидеть или договориться о теплом местечке ценой предательства.

Лишние глаза, лишние уши, лишние люди...

Лишний риск того, что влияние кровопийцы кто-то да заметит, сопоставит факты и забьет тревогу – я помогаю ей, невольно проникшись легким уважением к уже сделанному ею труду (и манере "шутить" над нехорошими людьми), пусть меня по-прежнему тошнит от ее мотивации и воротит от ее природы. Ничего, в сравнении с пением сонма дьяволицы незатихающая жажда и кипящая внутри кровавая взвесь отнятых жизней уже не кажутся такими уж кошмарными. Будет у меня карманный и очень бюджетный Алукард, почему бы и нет, и так собрал уже настоящий гадский ансамбль в виде кунсткамеры, причем это даже не я сказал, а Гестия, оценившая состав моей команды, чем очень рассмешила Дарящую и Тарию, а также вызвала ворчливую обиду у Ганса. И да, цирки уродов, как и показ заспиртованных тварей и просто искаженных планами (особенно Тьмой) мутантов здесь тоже имеют популярность, являясь частями различных цирковых программ или самостоятельными шоу.

Крылатую фразу про "деньги жизни, монеты души" я, не сдержавшись, процитировал, на что получил задумчивый взгляд от Тиа, а кровососка просто кивнула, будто высказал что-то совершенно очевидное, чему ее клоповью братию в детских садиках для юных комаров учат.

Надо бы проверить, не пересказали ли ранее призванные индивиды половину земного запаса манги и аниме, выдавая их за свое творчество. Еще стоило бы узнать на счет перепевок товарища Высоцкого, но здесь есть маленькая неувязка – я почти не знаю песен Высоцкого, чтобы проверять.

Какая жалость, мог бы сам спеть, взять класс барда, создать свою музыкальную группу рокеров-анархистов и перевернуть мир силой творчества, а не вот это вот все. Так сказать, вжарить рока в этой дыре. А без рока приходится просто жечь.

Удивительно, но моментов предельной опасности как не имелось, так и не появляется, что начинает всерьез тревожить – поисковые прозрения на основе легендарных артефактов или божественных Чудес регулярно вычерняют целые участки защитной сети, но я все равно восстанавливаю и модернизирую ее быстрее, чем она проседает. Самыми запомнившимися стали пара крайне коварных Чудес от адептов Воителя, ищущих правду по факту нахождения, убирая промежуточные детали вроде процесса поиска – если бы не возможность поймать уже срисованный структурой молитвы образ в сеть и заменить ложью, тоже по факту, сначала сделав, а после подведя цепь действий, было бы плохо. А так ничего, отразил саму молитву, поймав лучик пламенеющего света в зеркальную ловушку и вернув не то, что этот луч искал.

Еще отметил очень забавный эффект то ли артефакта то ли еще чего-то, может быть даже чьей-то особо хитрой способности – построенная на ясновидении и очень выборочном управлении причинностью структура, на минуточку, проклятия. Выбирается добровольная жертва, желательно из тех, которые имеют уровень за двадцать пять, но при этом готовы умереть, чтобы, скажем, отвести удар от семейного клана или обеспечить семье пожизненные гарантии безопасности и содействия. И потом, после получения проклятия, от этого жертвенного агнца отворачивается Фортуна. Вернее, он добровольно просит ее отвернуться, отдаваясь в руки Фатума – из жизни жертвы пропадает концепция везения, ему просто не может повезти хоть в чем-то, а степень невезения неторопливо накапливается от пролитого на новую рубашку кофе до нелепой смерти от застрявшей в глотке вишневой косточки. Зато такая жертва получает своеобразное искажение своей же судьбы, очень специфическое ясновидение, мелкими толчками и вспышками интуиции ведущее жертву к заранее оговоренной ситуации. Например, к раскрытию какого-то преступления или нахождению высокопоставленного культиста, успевшего скрыться в суматохе.

Так-то проклятие даже снять можно, только выйдет еще дороже, чем наложить и до конца дней своих отхватишь кучу статусных эффектов перманентного действия. Не знаю уж сотворили и направили ли эту жертву на меня, на Тиа или просто случайно совпало, но проклятие не сработало, вернувшись обратно в ритуал и отдавшись мощным откатом всей группе живодеров. Сыграли свою роль и зеркала, которые хоть и не почернели полностью ни одним осколком, но сразу все нехорошо задрожали, и моя внебытийность, в которую я был закутан даже во сне уже на уровне рефлексов, почти не тратя ни сил, ни концентрации. По итогу единственным не пострадавшим оказался сам мужик, пошедший в жертву (кстати, с классом Детектива), потому что из группы проклинателей двое получили травмы, один сразу сдох, а тот то ли артефакт, то ли реликвия святая, какая использовалась для этого крайне специфического жертвоприношения, ушла на долгий откат.

Что особенно забавно – ни Тиа, ни Дарящая об этой штуке не знали вообще ничего, хотя я сумел описать эту вещь довольно точно, даже образы уловил, с немалым риском подсмотрев краем глаза через отражение в полированном медном кувшине, в который заливали алхимическое масло для ритуала. И это несмотря на громадный багаж знаний эльфийки, которая про большую часть существующих легендарных побрякушек знала, причем иногда даже больше их владельцев! Дарящая, может, не столь глубокие познания имела, она по другим направлениям работала, не артефакты коллекционируя вместе с владельцами, а продвигая культы и работая с разумами кукол высшего эшелона. Зато она вынуждено разбиралась в артефактах, которые имелись в распоряжении Империи Веков – всех высших тварей ставили в известность, а методички они заучивали на совесть, зная, что могут столкнуться с носителями таких побрякушек в любое время.

И тишина.

Видимо, откопали эту хрень в закромах либо Дворца, либо одного из раскошелившихся Благородных Домов, либо просто взяли трофеем, даже не зная у кого этот трофей взяли изверги – те успели много мест пограбить и многих поубивать. Подсмотреть я, по вполне понятным причинам, не мог – и так рисковал, но здесь хоть связь я-зеркала-ритуал имелась. Поиск прошлого странного артефакта через мутный и нечеткий образ явно нехорошо скажется на самочувствии, а потому железным сапогом давлю нездравое любопытство.

В окрестностях Аренама скучала от безделья легендарная болотная огра, которой попросту нехрен было делать. Это, кстати, показатель растущего самосознания бедняжки Ыгры, если подумать – оригинальная, только встреченная мною монстродевушка, в смысле, просто лишенный наделенности монстр, только женского пола, а не всякие извращения с японским колоритом, концепта скуки не знала. Хочешь жрать – пойди убей добычу, хочешь спать – спи, хочешь еще чего-то – возьми. Для нее не существовало понятия "скучная охота", потому что охота для нее не разделялась на разновидности. То есть, она предпочитала валить сильную и высокоуровневую добычу, инстинктивно следуя желанию стать сильнее, да и просто потому, что у высокоуровневых зверушек и мяса больше, и само оно если не вкуснее, то питательнее, исключая только откровенно несъедобные или даже ядовитые (даже для желудка огра ядовитые!) кракозябры. Но если сильной добычи, вроде забредшего на чужое болото призванного, рядом не имелось, Ыгра спокойно ловила всякую мелочь, вроде змей, болотных птичек или даже корешки какие-то грызла.

Сейчас же, когда ее интеллект, оставаясь сравнительным с таковым у табуретки, скакнул вверх на невиданную ранее высоту, ей стало очевидно, что убивать лесных зайцев и волков ей уже скучно, бесполезно, бестолково. А вот опасные, умеющие сражаться, прокачанные и представляющие ответную угрозу индивиды, неважно разумные или нет, вот они были хорошей, годной добычей, которую прямо так и хочется половчее порвать на куски и съесть. Ну, если неразумное нечто, то съесть, а разумное и просто гуманоидное мясо я ей кушать... нет, не запретил. Пригрозил лишить доступа к нормальной готовке, вроде шашлыков, рагу или супа, ради чего Ыгра даже без моих внушений была готова перестать жрать добытое мясо, хоть и считала это действие святотатством. Считала бы, если бы знала подобные концепции и умела бы выразить их словами... или хотя бы просто произнести "святотатство".

Окрестности города регулярно зачищались самими городскими, если не стражниками, то кучей охотников и забойщиков, которые недавно получили финансирование магистрата на новые свершения. Это уже не говоря о том, что мы (особенно Ыгра) еще во время прошлого визита знатно проредили как зверье, так и разбойный люд, а новый не только не успел завестись, тут даже уцелевшие остатки в панике разбежались, потому что поняли, что большая их часть куда-то таинственно пропала с концами. Тут поневоле поверишь в то, что устроили какую-то зачистку гадские стражники, или что кто-то из дворян нанял команду наемников-авантюристов, чтобы обезопасили дороги. Мало ли, вдруг кто-то из татей-коллег по дури собственной, прирезал сынка или дочку чью-то попортил, а жертва оказалась с длинной родословной, толстой мошной, широкими связями и глубокой мстительностью.

Кровососка, между прочим, этот "падеж скотов" заметила через донесения, причем как собственных слуг, так и марионеток магистрата и даже бандитов. Особенно бандитов, которые по роду деятельности тесно сотрудничали с немалой долей шаек разбойников, хоть даже было то пересечение, скажем так, лишь краешками зон интересов. И не просто отметила, а даже воспользовалась, практически дочистив остатки встревоженных романтиков большой дороги, пользуясь тем, что они начали резко менять лежки, дислокацию и просто искать ответы на вопрос "а кто это сделал". Обращались-то они к своим знакомцам из ночного братства, а кому те братья сапоги чистят ясно и без дополнительных уточнений. В общем, стража, а также собранные из охотничьих бригад, личных кулаков местных торгашей и аристократов, весело и задорно, а главное почти без потерь и, что еще забавнее, почти без подталкивания со стороны теневой хозяйки Аренама, зачистили всякую шваль практически под полный ноль. Только самых перспективных тварь либо оставила себе на корм (один из депилированных конанов как раз был в прошлом главарем отдельной бригады) и развлечение, либо отослала в качестве агентов, затерев им память и оставив кучу поведенческих алгоритмов на будущее.

Вот для того, чтобы полученные с лежек и нычек татей трофеи пошли не по карманам участников, а на ремонт городской инфраструктуры, усилия пришлось прикладывать уже действительно заметные. С этой же целью и позволили спящим агентам "удачно сбежать" – пусть наведут на новых соратников по промыслу кровавому, а там можно и повторить процедуру, опыт имеется. А еще тварь не была идиоткой и понимала, что удачно провернутая зачистка силами городских властей привлечет куда меньше внимания и нежелательных догадок, чем таинственное исчезновение целой прослойки населения. Она ведь не знала, что это было делом наших (преимущественно Ыгры, но все же) рук, хоть и предполагала даже такой вариант. Основной версией в ее головке была как раз та самая ситуация с неудачно прибитым человечком, за которого наняли мстить команду головорезов.

Она бы дала такому варианту стопроцентную вероятность, но проверка следов нашей группы (замечу, проведенная еще перед визитом всей их кодлы) дала кое-какие намеки – я ведь тогда, стоя по колени в снегу под воротами Аренама как раз сообщил о том, что группа странствующих авантюристов (и ведь не соврал же) в лице нашей команды слегка порезала какую-то разбойничью вольницу. От этой оговорки отплясывая, тварь и предположила, что за чисткой в лесах могли стоять в том числе и мы. Потому и сделала все от нее зависящее, чтобы следы, случись их искать, вели в магистрат Аренама, что, конечно, похвально, но хвалить я ее не стану... или стану, все-таки помогла от всей души.

Ыгру приходилось успокаивать, регулярно связываясь с ней через сны, чтобы лишь спустя почти месяц до меня дошло, что она просто давит на жалость, хоть и действительно скучает. Пока мы сидели в укрепленном убежище и тряслись над моими зеркальными артефактами, опасаясь того, что вся сеть рухнет, огра тоже не гуляла – найдя небольшое болотце в половине неспешного дневного перехода от города, монстр принялась это болото присваивать, совмещая расовое сродство, полученные с развитием уровней таланты и примитивнейшее ведовство, из тех чар, что прямее лома, но столь же надежны и опасны в умелых руках. Ыгра, если проводить аналогию, с этим ломом была аки сестренка мистера Фримена, способная монтировкой остановить вторжение инопланетной цивилизации.

Кроме приколов, если бы не тот факт, что я уже протоптал для себя не просто дорожку в сны и разум Ыгры, но вполне приличное восьмиполосное магистральное шоссе с мостами, тоннелями и расположенными на обочинах средствами ПВО, если бы она сама не открывала мне путь к себе, помогая установить связь со своей стороны, вышло бы смешно. Захваченное ею болотце скрывало огру настолько качественно, что в побитом состоянии я ее не сумел бы найти, даже используя поддержку зеркальной сети. Видел бы создаваемые болотом густые, тянущие и высасывающие любое усилие, лишающие запала защитные бастионы, знал бы, что она там, но найти не сумел бы. Если бы речь шла о вовсе незнакомом мне огре, с которым у меня не наблюдается крепчайшей связи и переплетения образов, то я бы и в полной своей силе мог бы спасовать. Вскрыть защиту грубой мощью смог бы, но незаметно и тихонечко уже нет, что, согласитесь, внушает.

Ыгра, за время нашего знакомства, постепенно превратилась из чистого физического дамагера со склонностью к скрыту, в такого же дамагера, только с крепкой магической поддержкой и крайне неудобным набором талантов – воевать с ковенами адептов ведовства всегда было той еще задачкой даже при тотальном превосходстве в силах, это мне даже Тиа подтвердила. По ее словам, на пятой строчке в списке самых опасных моментов ее жизни было как раз устранение одного высокоуровневого ведуна-людоеда радикально черного цвета. Нет, не дроу, а местный негр, но очень высокоуровневый и страшный, любящий кушать живьем и не очень своих врагов и просто подвернувшихся под руку.

Проклятого Пагабаданду долго убить пытались, включая эльфов, которых тот тоже любил отведать при случае, но реально всерьез и не считаясь с финансовыми потерями за него взялись тогда, когда он и его племя искаженных ведовством кукол сцапали крупную эльфийскую экспедицию, в которой одних ушастых было почти два десятка, не говоря уж об охране из наемников и привлеченных специалистов. Решили, значит, раскопать древний курган с, предположительно, парными легендарными артефактами. Раскопали, вскрыли, нашли два ожерелья-легендарки, а потом нашли их, забрав с собой – участок саванн, который старый и жирный негр-людоед сделал своим домом, вскрыть было можно только натуральной войсковой операцией Извечного Леса, настолько там много было накручено всякого, спасти плененных сородичей уже не чаяли, да и быстро их количество уменьшалось, ведь аппетит каннибала мог сравниться только с его же могуществом.

Воевать не выходило – в пропитанной своими чарами местности он мог отсиживаться годами и десятилетиями, отсылая искаженных партизанить и работая площадными проклятиями, атаками по слепкам образов или образцам крови, не говоря уж о возможности призывать контрактных тварей, с которыми он сроднился настолько, что удивительным было сохранение им наделенности. Потому послали Тиа, причем не одну, а целых несколько веточек опавшей листвы, почти полную полусотню, – убийц, барьерщиков, лазутчиков, магов разных специальностей, ритуалистов, – сделав эту операцию крупнейшей в том столетии по количеству задействованных ушастых. О количестве не эльфов, привлеченных для прикрытия, и говорить не стоит.