Текст книги ""Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

2. IX

В другое время и в другой стране прибытие высокопоставленных иностранных дипломатов, которые должны были обсудить важнейшие государственные вопросы, могло быть поистине значимым и большим событием; репортёры, простые зеваки, – все бы хотели посмотреть на них и увидеть своими глазами, как вершится история; тем не менее, нынешняя Японии публика встретила визит иностранцев весьма прохладно.

Люди действительно собирались в толпы и выходили на марши, но не потому, что им было интересно, нет, – они делали это в рамках протеста. Так уж получилось, – так получается всегда, – что продолжительная оккупация иностранным государством, причём не одним, привела к росту и без того сильных в японском обществе националистических тенденций; простые люди не хотели иметь ничего общего с иностранцами. Они требовали, чтобы их прогнали прочь, и чтобы вернулись старые добрые времена застоя.

Можно ли винить их в этом простом и понятном желании? Нет. И всё же Игорю было немного тягостно, когда карета, в которой он и Мисураги ехали к месту, в котором была назначена конференция, в пятый раз остановилась из-за протеста.

Охранники вздохнули и побежали разгонять толпу; кучер стал задумчиво поглаживать лошадиные гривы… Юноша перевел взгляд на Мисураги. Девушка воспринимала всё происходящее стоически. Она закрыла глаза, положила руки на колени и как будто даже медитировала.

– Это надолго, – заметил Игорь.

Девушка промолчала.

– Может…

– Нет, – тут же отрезала Алая Они.

Юноша пожал плечами.

Он хотел заметить, что, если они закроют окна, снаружи их никто не услышит… Даже если кое-кто будет стонать, – а кое-кто будет стонать, как показала практика, – но раз девушка была против…

Юноша откинулся на спинку своего сидения и сложил руки на затылке.

…Раз она против, можно просто посидеть.

Нельзя наставить на таких вещах.

Он всё-таки Джентльмен.

– Мастер, я могу вам помочь, если вы хотите удовлетворить свои потребности, – вдруг раздался спокойный женский голос. Мисураги вздрогнула и открыла глаза. Задняя дверца кареты открылась, и в салоне показалась голова второй Маргариты.

Девушка сопровождала Игоря в его путешествии.

– Хм… – юноша задумчиво закатил глаза.

– Как насчёт быстро *******? – продолжала вторая.

– Почему бы и нет.

Служанка кивнула и стала проползать в салон.

– Ты серьёзно?.. – наконец прозвучал раздражённый голос Мисураги. Девушка открыла глаза и тут же вытаращила их, когда увидела, как Игорь снимает штаны.

– Стой, стой! – крикнула Мисураги. Её лицо покраснело.

Вторая Маргарита застыла.

– Ты против? – улыбнулся Игорь. – Можешь закрыть глаза… Мы тихо.

Вторая Маргарита серьёзно кивнула.

– Вы… – Мисураги заскрежетала зубами. Сперва. Затем она вздохнула и проговорила:

– Лучше… Я… Сама, – она неловко отвернулась.

– Хм? – Игорь вскинул брови; затем усмехнулся.

– Ты её слышала, Вторая.

– Так точно, Мастер, – девушка не возмутимо кивнула, вернулась назад, в своё отделение, и закрыла за собою дверцу.

– Ну…

– Сейчас, – Мисураги посмотрела на Игоря, посмотрела на его штаны, сделала глубокий вдох и продвинулась вперёд, в пространство между сидениями…

– Заревновала?

– Или ты замолчишь, или я его откушу.

– Тише травы…

…

…

…

Через тридцать мимолётных минут карета прибыла на место; дверца открылась. Игорь и Мисураги вышли во дворик отеля, и, в сопровождении охраны, направились в помещение.

Юноша выглядел необычно светлым и свежим, как утренний одуванчик; девушка тоже была на удивление оживлённой; если раньше она казалась немного деревянной, сжатой, и вообще через чур серьёзной, то теперь в неё как будто вдохнули жизнь: шаг её сделался немного неровным, зато быстрым и бойким; её белые щёчки приобрели яркий румянец…

Вместе они зашли в прихожую отеля, затем в приёмную, где их встретило ещё больше охранников, в том числе иностранцы. Один из них вызвался проводить пару и показал им дорогу на лестницу, на второй этаж.

Поднимаясь наверх, они прошли вестибюль, в котором раньше висели картины, а теперь не осталось даже гвоздей, – всё выдрали во время беспорядков, которые случились в городе сразу после битвы за Киото. Охранник открыл дверь в конце коридора и наклонил голову. Мисураги вошла первая. За ней последовал Игорь.

Юноша сразу осмотрелся.

Он попал в довольно просторную комнату с зеленовато-золотистыми обоями. Перед ними протянулись сразу три окна, два их которых были завешены плотными «римскими» шторами. Справа находился бильярдный стол, и немного дальше – кресла и камин; слева – бар. Посреди стоял большой дубовый столик, который раньше явно служил для игры в карты, и за которым прямо сейчас заседали важные люди в чёрных фраках. Дипломаты.

– Ох, а вот и звезда нашего вечера. Прошу, – один из них, мужчина примерно шестидесяти лет, очень манерный, бритый, одетый по самой популярной моде девятнадцатого века, немедленно встал и наклонил свою серебристую плешь. Его примеру последовали все остальные.

Игорь пробежался глазами по собравшимся. Среди них он увидел полного господина в необычном зелёном жителе с рыжей бородой, молодого блондина в белой рубашке и одну женщину – рыжую даму примерно тридцати лет, на вид очень серьёзную, с длинными кучерявыми волосами, в строгом викторианском платье.

Пока Игорь рассматривал всех этих людей, они, в свою очередь, рассматривали Игоря – но совсем недолго; вскоре их взгляды переместились на Мисураги. Девушка прошлась вперёд. Её лицо вернуло прежнее, непоколебимое и немного боевое выражение. Не говоря ни слова, Алая Они присела за стол и сложила руки.

Игорь присел рядом.

Вот и всё:

Пришло время начать переговоры…

2. X

Пришло время начать переговоры…

Правда сперва не помешает представиться.

– Если вы позволите, – продолжал пожилой мужчина в чёрном костюме. – Мы уже все познакомились; более того, многих собравшихся мы знаем уже давно, европейская дипломатия, – дело семейное, но для вас, госпожа… Мисураги? Юй? Или предпочитаете по титулу: Алая Они, – произнёс он с наигранным пафосом.

– Как угодно, – сухо ответила девушка.

– В таком случае Мисураги; госпожа Мисураги, – он вскинул палец. – Меня зовут Жак де Голь, и я имею честь представлять роскошную и благородную Францию.

Этот уже не молодой человек – он показал на полного мужчину с рыжей бородой, который тут же с лёгким раздражением поморщился, – сир Мишель, прибыл из прекрасной Италии… Дама в чёрном, – немка, или австрийка… Подданная империи Габсбургов, – женщина тихо хмыкнула.

– …И наконец этот стильный молодой человек, – Жак посмотрел на блондина в белом наряде. Тот сразу улыбнулся. – Испанец.

– Так и есть. Спасибо за представление, сир де Голь, – юноша сложил руки за спиной и благодарно улыбнулся.

Игорь заметил про себя, что его улыбка немного напоминает улыбку британского премьер-министра… У них был похожий типаж.

– Честь, – сдержанно кивнул Жак.

– Как вы понимаете, все мы прибыли, чтобы сделать вам определённое предложение… Кто…

– Хватит формальностей, – вдруг раздался скрипучий женский голос. Все, включая Игоря и Мисураги, посмотрели на женщину в чёрном наряде. Австрийская посланница самую малость приоткрыла свои глаза в подобие хищного прищура и сказала:

– Австрия предлагает Японии десять миллионов франков финансовой помощи в обмен на союзные обязательства между нашими странами.

– С места в карьер, – улыбнулся Жак и прикрыл глаза. – Почему бы и нет, – качнул головой. – Пятнадцать миллионов франков! Франция поддержит Японию, и Россию… – мужчина посмотрел на Игоря. – Если они намереваются продолжить конфликт с Британской империей, а также обещает полную неприкосновенностью наших индокитайских колоний… Вы следующий, господин Мишель.

Итальянец кивнул, погладил свою кучерявую рыжую бороду, прокашлялся и заговорил:

– Я подожду, что скажет наш друг из Испании. Мигель, верно?

– Верно, – кивнул юноша в белом наряде. Он повернулся к Мисураги, улыбаясь посмотрел в глаза девушки и сказал:

– Немного неловко говорить об этом после таких щедрых предложений, но… Испания предлагает зерно.

– Зерно? – Мисураги нахмурилась.

Все остальные тоже удивились. Жак вытянулся немного вперёд.

– В данный момент первым поставщиком мирового зерна является Британская империя; тем не менее, отношения между вами остаются напряженными… Второе место занимает Россия, – он снова посмотрел на Игоря. Юноша молчал наблюдал за происходящим. – Из-за войны их порты оказались заблокированы, и они потеряли выход на мировой рынок.

Третье место занимает наша Империя.

– Благодаря колониям в Алжире, – заметил Жак де Голь с лёгкой толикой желчи. – В том числе, – кивнул Мигель.

– У нас есть товар. Однако долгое время самый привлекательный, азиатский рынок оставался для нас закрыт. Британская империя держала на него монополию и, хотя и не на прямую, делала наши поставки невыгодными… Насколько я могу судить, в данный момент вашей стране нужна не столько финансовая, сколько продовольственная поддержка, я прав? – спросил мужчина у Мисураги.

Девушка промолчала.

Игорь медленно кивнул.

Мужчина был прав; деньги – это хорошо, но прямо сейчас в Японии назревал страшный продовольственный кризис. Юноша видел бумаги. Страна находился в ужасном положении. Большинство ферм оказались на грани разорения или были уничтожены во время восстания или войны. Многие запасы попросту сгорели… Более того, в этом были виноваты в том числе и сами британцы. Они намеренно пытались придушить японское производство и сельское хозяйство, чтобы сделать страну зависимой от своих собственных товаров, – превратить Японию в один большой рынок сбыта для своего зерна… Англичане довольно часто прибегали к подобной тактике.

Поэтому теперь, когда Япония оказалась отрезана от британских поставок, причём в наихудшее возможное время, ранней зимой, перед ними замаячил бледный призрак голода… Могли погибнуть миллионы.

– Мы можем поставить вам достаточно продовольствия, пока вы не наладите собственное сельское хозяйство, – сказал Мигель.

– А взамен? Чего вы хотите? – прищурилась Мисураги.

– Не столько взамен, сколько… Что мешает нам это сделать… И как вы можете нам помочь.

– ?

– Основной торговый узел между Европой и Азией проходить через Суэцкий канал… Он принадлежит британской империи, а значит – это они контролируют всю торговлю. Если они захотят, они могут её придушить… – После этих слов в глазах собравшихся загорелся свет. Жак охнул. Мигель откинулся на спинку своего стула. – Мы просим, чтобы вы использовали свой Легендарный доспех и уничтожили Суэцкий гарнизон… Нам не важно, кто будет управителем каналом. Главное, чтобы он оставался открыт для нашего торгового флота. И тогда мы завалим вас зерном… Простите за грубое выражение.

– Какое предложение! – сразу воскликнул Жак и вытянулся вперёд.

– Вы предлагаете военную операцию в обмен на зерно? – сухо спросила посланница Австрии.

Мигель наклонил голову, как будто что-то прикидывая, и сказал:

– Так и есть.

– Очень интересное предложение, – вмешался своим грубым голосом Мишель. Итальянец положил мясистые пальцы на стол и широко улыбнулся.

– Но как насчёт его немного дополнить.

– Дополнить? – удивился Мигель.

– Кхм… – мужчина прокашлялся и заявил:

– Италия хочет знать, собирается ли Япония присоседиться к войне против Британии на стороне России, или вести свою собственное. В первом случае, – мы предлагаем триединый альянс. Во второй – военный союз. Если вы собираетесь воевать против англичан… Мы готовы присоединиться.

2. XI

– Мы готовы присоединиться и разбить проклятый Альбион, – заявил мужчина и вонзил руку в свою рыжую бороду.

Остальные весьма удивились. Де Голь вскинул бровь и улыбнулся, Мигель закрыл глаза; посланница из Австрии прищурилась пуще прежнего, хотя, казалось бы, её глаза и так едва ли можно было разобрать за густыми ресницами.

– Какое… чрезвычайно занятное предложение, – заметил француз спустя некоторое время.

– Так значит Италия собирается объявить Британии войну?

– В зависимости от обстоятельств, – поправил Мишель.

– Обстоятельств, разумеется… Хм... – Де Голь задумчиво опустил голову.

– В таком случае… Франция тоже изменит своё предложение. Если вы согласны исполнить пожелание нашего итальянская друга, мы тоже не против стать частью нового союза! – заявил мужчина.

Его слова удивили всех собравшихся, даже Игоря – неужели Легендарный доспех был настолько ценной вещицей, что великие европейские державы были готовы вступить в войну просто для того, чтобы оказаться с ним на одной стороне? Юноша задумался, вспомнил историю, вспомнил нынешнее положение дел на политическом фронте и пришёл к выводу что… Нет. Настоящие причины были немного более банальными.

В действительности все так норовили взяться за оружие не потому что мечтали о некой эфемерной выгоде, но по самой обыкновенной нужде. По словам испанского посла, Британия контролировала почти всю азиатскою торговлю, – она имела на это полное право – право сильного, ибо Англия в этом мире была империей, над которой никогда не заходит солнце. Она повелевала Африкой, Египтом, Северной Америкой… В то время как в прошлом мире Игоря первая мировая война положила конец британскому владычеству, – здесь всё произошло наоборот, и она только укрепила её влияние.

Здешнюю Британию можно было назвать полноценной сверхдержавой, единственной в своём роде. Даже бывшие союзники по войне опасались её военной и тем более экономической силы; единственная страна, у которой был потенциал сравниться с Британией, была Россия. Сами Британцы это понимали, отсюда и война, призванная уничтожить соперника до того, как он успеет расправить свои крылья.

Прочие Европейские державы оказались на перепутье; с одной стороны, победа Британии означала триумф Альбиона. После этого уже никто не посмеет позариться на его власть; с другой, победа Россия тоже была им невыгодна. Они в таком случае меняли шило на мыло.

Вот почему большинство великих держав выбрали держаться в стороне и наблюдать; они намеревались подождать до завершения боевых действий, а уж потом действовать по обстоятельствам. По крайне мере так они хотели сделать раньше. Теперь же… Теперь всё изменилось. Появление Алой они и Легендарного доспеха кардинально изменило расстановку сил. Появилась новая, третья фракция. Дипломаты это почувствовали, расправили паруса и стали ловить новоявленный ветер. Если Мисураги и Япония будут держаться в стороне от войны, – пусть… Но если они присоединятся к России, – об это уже ходили определённые слухи, если они тоже пойдут против Британцев, – нужно было обязательно к ним присоединиться.

Не только потому, что в таком случае уже сама Британия оказывалась в невыгодном положение, но и потому что слабее становилась и Россия.

Япония находилась у них прямо под боком.

У этого государства был огромный потенциал.

Особенно теперь.

И даже после победы над Британией – если они победят, разумеется, – всё теперь будет не так чтобы однозначно. Не только Россия приобретёт с этого – Японцы тоже оторвут свой кусочек пирога. А если все они ещё и поддержат развитие Японии денежными вложениями… На мировой арене вместо одного английского великана появятся сразу два, отношения между которыми были совсем не тёплыми – для всех прочих государств это было чрезвычайно выгодно.

Поэтому, если Япония была готова воевать… Они собиралась к ней присоединиться.

Только Австрия продолжала держаться в стороне.

– Наше предложение неизменно, – сухим голосом сказала женщина в викторианском наряде.

Жак де Голь кивнул и посмотрел на Мисураги. Все на неё смотрели, – даже Игорь поглядывал на девушку краем глаза. Что же она выберет? Согласится? Наверное, да... Британцы этого так не оставят… Нельзя просто сидеть на месте. Союз был наилучшим возможным решением…

И всё-таки когда перед тобой стоит выбор настолько монументальный, нужно хотя бы немного подумать, прикинуть варианты. Мисураги прикрыла глаза. Её никто не торопил. Все смиренно ожидали решения девушки и при этом совсем не смотрели на Игоря, как будто его и не было в помещении.

На это было несколько причин: во-первых, позиция России в этом вопрос и так была известна. Она предлагает Японии союз.

Во-вторых: никто не воспринимал всерьёз самого юноша. Наверняка все эти важные дипломаты просмотрели его досье. Возможно, они даже знали, что он помогал Мисураги в битве против Белого Змея… Но в этом и состояла главная проблема. Они видели в нём не столько дипломата, себе равного, сколько военного, – не более чем говорящую голову, которая выражала позицию своего государства.

И юноша был совсем не против.

До поры, до времени, ему лучше было слишком сильно не выпячивать. Никто, кроме Мисураги и Маргариты не знал, что у него тоже был не совсем полноценный, однако Легендарный доспех… Если бы об этом узнали, на этих же переговорах всё могло сложиться совсем по-другому. Кто знает, возможно, наблюдая за тем, какую популярность заимела Мисураги после возвышения своей брони, сделавшись, по факту, единоличным правительством своего государства, – Игоря стали бы побаиваться прямо у него на родине. Русский император тоже погиб страшной смертью. В данный момент страна находилась в периоде регентства.

Возможно кто-то бы забеспокоился, что Игорь попытается захватить власть… Возможно, все эти дипломаты пытались бы, в таком случае, заключить союз не с Россией и Японией, а конкретно с Игорем и Мисураги… Всё возможно, – и всё это было бы той ещё головной болью.

Лучше играть дурачка и тихо наблюдать.

По крайне мере пока что…

Меж тем Мисураги медленно приподняла голову. Глаза её горели. Она открыла губы и сказала свой ответ.

2. XII

Все с нетерпением смотрели на Мисураги, ожидая её ответ; наконец, девушка приподняла голову и сказала:

– Я согласна.

На несколько секунд в комнате повисла тишина; Игорь, который в это время поглядывал на собравшихся дипломатов, заметил, как у всех у них загорелись глаза.

Первым заговорил де Голь.

– Какое разумное, правильное решение!

– Действительно, – сдержанно, и то же время очень довольно прибавил Мишель.

Мигель закрыл глаза и улыбнулся.

Посланница из Австрии оставалась непоколебимой. Она была похоже на старое, высохшее дерево.

После этого последовали бумажные вопросы; заключить альянс на словах – это одно, и совершенно другое: сделать его формальностью, закреплённой чернилами и печатью. Благо дипломаты подготовились. У них были все необходимые документы, как будто они с самого начала ожидали примерно такого развития событий; они передали Мисураги бумаги, заранее переведённые на японский, после чего девушка, по своему обыкновению, стала их внимательно читать и перечитывать.

Игорю обещали, что с правительством России свяжутся сразу после завершения текущей дипломатической миссии. Де Голь заметил, что всегда хотел повидать Владивосток или Порт Артур, и что эти города прекрасно подходили для того, чтобы устроить в них конференцию, на которой Альянс будет заключен уже формально, персонами с королевской кровью. Впрочем, это был не более чем ход, что называется, пиара. Главный договор был заключен здесь и сейчас… Просто в учебниках обо всём об этом будет сказано немного по-другому.

После этого ещё раз проверили помещение, чтобы убедиться, что в нём не было британских шпионов, и разошлись.

Когда Игорь вышел на улице, солнце было уже в зените.

Юноша залез в карету и покатил назад, в поместье Мисураги. Сама девушка осталась в Эдо. У неё здесь были другие, важные государственные дела.

Поэтому обратная дорога была намного более умиротворяющей и просто скучной.

«Я всё ещё могу сделать вам *******, Мастер.»

– Спасибо, вторая, но я не в настроении, – улыбнулся юноша.

Он был совсем не против тишины.

Приятно иногда побыть наедине со своими мыслями.

Немногим после возвращению в домик на холме, Игорь отправил телеграмму своему правительству, в которой расписал результаты переговоров и просил дальнейших инструкций.

Уже вечером, прохлаждаясь на балконе, юноша получил ответ.

Первая вручила ему бумажку. Вторая, синхронно, поставила на столик чашку кофе.

Игорь поблагодарил девушек, сделал глоток сладкого и густого напитка и принялся читать…

Письмо было, что удивительно, не от маршала. Его отправителем значится сам Регент – Роман Алексеевич. В первой половине своего сообщения он благодарил Игоря за великолепное исполнение служебных обязанностей и обещал достойную награду за все его подвиги – маячило повышение… В ближайшее время прибудет корабль, который заберёт его во Владивосток, где он волен дожидаться дальнейших указаний.

Игорь молча кивнул, положил бумажку на столик и поставил на неё чашечку кофе. После этого юноша посмотрел на солнце, которое опускалось за деревьями на горизонте и задумался. Не о чём-то конкретном, а просто… Обо всём.

Сколько времени прошло с тех пор, как он попал в это тело, в этот… Мир? Совсем немного на самом деле, всего несколько месяцев, однако этого было достаточно, чтобы его жизнь изменились до неузнаваемости.

Всё это время Игорь преследовал определённые цели, которые маячили у него перед глазами. Стоило ему решить одну проблему, как на её месте сразу возникала другая, а потом третья, четвёртая и так далее… В какой-то момент могло показаться, что им не будет конца. Проблема была в другом; когда тебе снова и снова приходится разбираться с насущными проблемами, ты невольно теряешь из виду общую картину.

В письме Игоря благодарили за «все» его подвиги. Очень приятно, но всем тем, чем юноша занимался, он занимался в первую очередь ради самого себя; просто в какой-то момент он забыл, в чём конкретно была его изначальная цель. Так писатель, сочиняя, в порыве вдохновения, стих, добравшись до финальной строфы забывает первую. Ему нужно остановиться, сделать вдох, подумать… Может быть всё записать.

Игорь ничего писать не планировал.

Но подумать было необходимо.

И так, – юноша вдохнул полную грудь прохладного горного воздуха, залил его глотком кофе, которое постепенно теряло свой жар, и задумался.

В чём была его цель?

К чему он стремился?

В этой жизни.

И в прошлой…

– К свободе, – прошептал Игорь.

Сколько он себя помнил, юноша, мужчина стремился стать свободным. Чтобы ничто и никто не смело ему указывать. Для этого он хотел власть, абсолютную власть, – он хотел силу, которая позволит ему делать всё, что он только пожелает.

Поэтому он принял персону здешнего Игоря; поэтому использовал силу своего доспеха, Мефистофеля, стараясь сделать его как можно мощнее. Игорь многого добился за последние несколько месяцев. Теперь его доспех представлял собой почти самую настоящую Легенду. Он был одним из сильнейших людей во всём мире. Он один был как целая армия.

Может этого было достаточно? Может ему не нужно больше силы, может всё… хватит?

Нет… Юноша покачал головой.

Раньше, возможно, он бы согласился поставить точку в своих амбициях. Но не теперь. Теперь он знал, что существует некий кукловод, некий махинатор, который всё это время строил своих козни прямо у него за спиной. Он видел в Игоре не более чем пешку на своей шахматной доске – и был прав.

Кем бы ни был неизвестный, он был чрезвычайно силён.

Что и говорить, по его вине огромный змей вырвался на свободу и уничтожил целый город. И что самое страшное, – об этом никто не знал. Махинатору не пришлось действовать в открытую. Ему хватило нескольких хирургических движений, чтобы вызвать неописуемые разрушения.

Некоторые люди сильнее в тенях, чем на свету, однако у Игоря было ощущение, что Махинатор вовсе не прячется, нет… Они его просто не видят, как не видит человек божественной длани, которая, случайным движением, обрушивает на него лавину.

Махинатор даже не пытался скрыть своего присутствия, когда убил Дугласа.

Ему было всё равно.

Небрежность может быть признаком как глупости, так и силы. Махинатор был силён.

Игорь сделал ещё один глоток.

А значит его нужно уничтожить…

Одно дело, если бы он держался в стороне и не лез в его жизнь… И даже тогда Игорь бы попытался устранить эту неизвестную и опасную переменную, и совсем другое, когда он намеренно использовал Игоря как свою куклу, извращал его волю… Делал то, что вызывало в юноше наибольшее отвращение.

Нет, этим он подписал себе смертный приговор.

И ведь Игорь не испытывал к нему ненависти, отнюдь… Это было неприятное, ненужное чувство.

Просто юноша видел в неизвестном очередную преграду, которую ему придётся уничтожить, чтобы добиться своей цели.

Вот и всё.

Ничего личного.

Юноша покачал головой, заглянул в чашку, просунул в неё палец и нарисовал на кофейной гуще грустный смайлик смайлик…