Текст книги ""Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

Глава 58
Через тебя

– Как скоро состоится собрание? – неожиданно спросила Асура, приподнимаясь на ноги.

– Божественный император вызывает всех прямо сейчас, – ответил Адамион. – Успеешь? – беззаботно поинтересовался он у драконихи, хотя вопрос это, конечно, был риторический.

Что бы Асура ни планировала сделать, приступить к своему плану она могла только после того, как ответит на призыв Божественного императора.

– Я не тороплюсь, – ответила Асура с лёгкой улыбкой.

Другой на месте Адамиона мог предположить, что за ней стояла обыкновенная вежливость, но Третий канцлер знал её слишком хорошо и понимал, что если Асура улыбается, то в ближайшее время состоится занимательное представление.

Занимательное.

И кровавое.

…

…

…

Новости о предательстве Четвёртого канцлера Весперии и судебном процессе над Вторым канцлером Анзу не получили особенной огласки. Знали о них только Правители регионов и только потому, что скрывать исчезновение пары от их прямых подчинённых было затруднительно.

Время от времени вызывали свидетелей, они давали показания, а затем возвращались в свои владения и хранили гробовое молчание, отчего всем остальным оставалось только гадать, что происходит и как продвигается расследование. Обсуждение этой темы вслух не поощрялось – однако формально и не запрещалось, а потому время от времени Нинь приходилось отвечать на письма соседей, которые выпытывали её мнение относительно всего происходящего.

Писем таких было множество. Она была сестрой предателя, Гинь, и многие – опять же, не вслух, но про себя – были уверены, что Анзу подозревают в тайной поддержке Канцлера Золотого Света.

Те письма, которые Нинь могла игнорировать, она игнорировала. Однако на другие, которые отправляли Верховные правители Облаков и все остальные, с кем она не могла позволить себе разрушить отношения, ей приходилось отвечать.

Именно этим она занималась прямо сейчас, сидя за столом посреди просторного зала, окружённого голубыми небесами, и сочиняя письмо, в котором со всем подобающим этикетом объясняла, что ничего не знает.

Она и правда не знала ничего конкретного. У неё были подозрения, особенно после того, как Сима Фэй заявился к ней с гробницей Божественного императора, чтобы передать положенную долю сокровищ, но расписывать их она, конечно же, не собиралась.

«…а потому прошу вас больше не обращаться ко мне за комментариями по этому вопросу, ибо я не смогу сообщить ничего из того, чего не было известно всем и каждому…» – написала Нинь и уже собиралась поставить подпись, когда за спиной у неё раздался голос:

– Совсем ничего?

Серебристый коготь, которым она выводила иероглифы, завис над нефритовой бумагой.

– Приветствую вас, Шестой канцлер, – произнесла Нинь сухим голосом.

– Ты совсем ничего не знаешь? – повторила свой вопрос Асура, разглядывая одновременно её записи и саму Нинь, неподвижную, как статую.

– Нет.

– Ложь, – отрезала Асура, и в следующую секунду её хвост оказался на шее Нинь, обхватив её, как верёвка, и запросто приподняв более низкую дракониху.

– Я говорю правду, – с бесконечным спокойствием сказала Нинь.

На мгновение её взгляд и взгляд Асуры пересеклись. Глаза Канцлера напоминали две бесконечные красные бездны.

– Нет. Но это неважно, – сказала Асура. – Я знаю, почему ты врёшь. Даже Канцлерам не позволяют убивать Правителей без позволения Божественного императора. Ты уверена в своей безопасности, не так ли?

– Вовсе нет. Я говорю правду, достопочтенный Канцлер, – как механическая кукла отвечала Нинь.

– Ты умрёшь, но не сейчас. Сейчас ты нужна мне для других целей, для которых вовсе не обязательно тебя убивать, – не обращая внимания на её слова продолжала Асура. – У тебя есть способ связаться с ними, верно?

– Я не знаю о ком вы.

– А если нет, – проговорила Асура, разглядывая Нинь своими яркими красными глазами. – Я смогу связаться с ними через тебя…

…

…

…

Сима прислушался к совету Первого канцлера о том, что лучше им было оставить мир Огненных великанов и найти себе более надёжное место для культивации. В качестве последнего он выбрал тайный город телесных духов, разместив там зелёный листок, представляющий собой вход в гробницу.

Он мог бы переместить её в пространство между мирами, где их точно никто не найдёт, кроме Божественного императора, да и то лишь в том случае, если он будет целенаправленно искать, но это почти не отличалось от пребывания внутри временного кармана.

Зарабатывать баллы в таких условиях было затруднительно, а потому Сима решил использовать убежище телесных духов как своеобразную базу, где читал последние новости Империи Мириада Облаков – разведка у духов была превосходная, – после чего совершал перелёты по вселенной, посещая с Лу Инь различные миры, любуясь местными пейзажами и подстраивая различные романтические ситуации, что было довольно просто на фоне того, что почти каждый мир, который они посещали, неумолимо приближался к своему завершению.

Свидание на фоне апокалипсиса невольно берёт за душу. По крайней мере первые три раза. К четвёртому поток баллов прекратился, знаменуя, что пора придумать что-нибудь новенькое, но к этому моменту Сима уже накопил на использование временного кармана.

В этот раз сотня лет культивации пролетела без особых потрясений. Сам он закрепился на вершине Королевской стадии, в любой момент готовый совершить прорыв, в то время как Лу Инь приблизилась к пределу Императорской. Следующий шаг обещал быть самым сложным, особенно для девушки, которая должна была стать Святой.

Сима прикидывал, смогут ли они справиться с этим за время следующего кармана, как вдруг навстречу ему бросился старый комод:

– Господин Сима Фэй! Госпожа Лу Инь! Новости! Новости! Ужасные новости!..

…

…

…

Глава 59
Западня

– Какие новости? – нахмурился Сима. Лица у комода не было, и тем не менее по одним только настежь раскрытым полочкам и покосившемся петелькам, как если бы в комнате, в которой он стоял, произошло землетрясение, были заметны его тревога и волнение.

– Новости, ужасные новости! Вас нашли!

– Кто нашёл? – спросил Сима, делая шаг назад и готовясь в любой момент ретироваться в гробницу.

– Драконы! Они нашли вас! Но вы не должны поддаваться на их провокации. Я знаю, что вы не будете поддаваться на их провокации, но вы не должны даже думать о том, чтобы…

– Мастер Ду, можно по порядку? – попросила Лу Инь, пока Сима устало потирал переносицу.

– Да, прошу прощения… – смущённо прокашлялся комод, затем раскрыл на всю широту свои многочисленные полочки, как будто делая глубокий вдох, и приступил к рассказу.

Оказывается, один из Правителей Империи Мириада Облаков сделал заявление о том, что у него имеются новые сведения относительно предательства Канцлера Золотого Света, Гинь, а именно личность нескольких человек, которых она использовала перед смертью в качестве сосуда и которым поведала имена своих сообщников, многие из которых до сих пор не получили наказания.

Подобное откровение, сделанное устами Правителя, само по себе имело огромное значение, но в данном случае оно и вовсе не вызывало никаких сомнений, поскольку совершила его…

– Нинь? – Зрачки Сима невольно сузились, когда он услышал это имя.

Именно сестра почившей была автором разоблачения, о котором сейчас трубили все новостные издания. Более того, она заявила, что, хотя прямо сейчас у неё нет конкретных доказательств – единственная причина, почему расследование ещё не взял в свои руки Первый канцлер, который единственный помимо Божественного императора обладал авторитетом, чтобы расследовать преступления Канцлеров до и после их смерти, – вскоре они появятся. И доказательства, и сами свидетели, поскольку в расположении Нинь уже имелись некоторые улики и даже заложник, используя которого она заставит этих людей выйти на чистую воду.

– Мастер Сима, мисс Лу Инь, мы не должны поддаваться на… – продолжал комод, но Сима его уже не слушал.

Небывало хмурое и мрачное выражение появилось у него на лице, и теперь оно напоминало небо, сокрытое густыми смолянистыми тучами.

Никогда ещё разум его не работал с такой быстротой, как в эти минуты. Ведь было очевидно, что вовсе не Нинь была настоящим автором этого «ультиматума». Дракониху заставили его сделать. Но кто? Кто может использовать Правителя в качестве своей марионетки? Кто ещё кроме неё знает о том, что некоторое время перед смертью Гинь использовала в качестве сосуда обыкновенного человека (его), и человек этот был не один, у него была спутница (Лу Инь)?

Круг подозреваемых, которые подходили по всем этим критериям, был предельно мал и ограничился единственным именем.

Это была Асура.

Шестой Канцлер Империи Мириада Облаков и Дракон Небесной Мудрости.

Только она могла принудить Нинь. Более того, тем самым «заложником», про которого говорили газеты, была именно сама Нинь, и послание с угрозой было адресовано не широкой имперской общественности, но Сима и Лу Инь.

Асура требовала, чтобы они немедленно явились в Отдалённую марку, или Нинь умрёт.

К этому времени Сима уже изучил законы Империи Мириада Облаков и знал, что даже Канцлер не может просто взять и убить Правителя. На основании этого факта можно было бы прийти к выводу, что Асура блефует… но так ли оно на самом деле? Всё это время за Нинь приглядывала Анзу, но теперь дракониха находилась под стражей в имперской столице, а значит Нинь была совершенно беззащитной.

И даже если Асура не станет её убивать, опасаясь наказания, которое обрушит на неё Первый канцлер, у неё были и другие способы воздействия на них. Например – сокровища из гробницы Божественного императора, долю которых Сима обещал и передал Нинь. Вполне может быть, что некоторые из них сохранили на себе ауру гробницы.

Они могли спрятаться от Канцлера, но, если дело возьмёт в свои руки Божественный император, им придётся оставить гробницу. Кстати говоря, если Асура знала, как они выглядят, почему не рассказала об этом своему сюзерену? Божественная сила позволяла ему одним взглядом окинуть всю империю, по крайней мере в пределах столичного мира.

Возможно, Асура не хотела чужого вмешательства. Она хотела разделаться с ними своими руками.

В её плане было много непонятного, много белых пятен. Даже её намерения оставались покрыты завесой тайны. Что она собиралась делать, если Сима и Лу Инь находились в закрытой культивации и не могли услышать её призыв? И неужели она действительно думала, что они попытаются спасти Нинь из лап настоящего Канцлера?

Казалось, она не столько планировала эту западню, сколько полагалась на инстинкты. Но именно поэтому перехитрить Асуру была невозможно. Хитрость – это умение запутать своего соперника в логических лабиринтах. Но если само понятие логики ему противно, в ней нет никакого смысла.

Вот почему Асура была такой опасной.

Поэтому и потому что обладала невероятной силой.

Прежде Сима даже не раздумывал о том, чтобы бросить ей вызов. Драконы Небесной Мудрости в его понимании всё ещё находились далеко за пределами того, с чем он и Лу Инь в состоянии справиться. Что и говорить, они стояли всего на одну ступень ниже, чем сам Божественный император. Но теперь у пары как будто не было иного выбора.

Сима поджал губы и вопрошающе посмотрел на Лу Инь…

Глава 60
Провокации

– Я не знаю, – качая головой ответила Лу Инь.

Сима вздохнул, ведь с его точки зрения это был наихудший возможный ответ. Если бы Лу Инь сказала, что у неё нет ни шанса против Асуры – тогда бы они могли с чистой совестью оставить это дело. Сима был не из тех, кто бросается в пекло, если нет даже малейшей вероятности одержать победу.

Но теперь эти шансы, судя по всему, были, а значит перед ним громоздилась страшная дилемма. Они с Лу Инь могли попытаться спасти Нинь и бросить вызов Асуре, но только рискуя при этом потерять всё – собственные жизни и весь мир.

Прежде чем идти на такое, Сима был бы не прочь узнать хотя бы вероятность победы и поражения, но даже это было невозможно. По словам Лу Инь, её ответ, «не знаю», был основан не столько на логике, сколько на эфемерном предчувствии, которым в большей или меньшей степени обладали все могущественные воины. Лу Инь чувствовала, что битва с Асурой может закончиться для неё как победой, так и поражением, но ничего конкретного она сказать не могла.

С одной стороны, Асура была самым молодым Канцлером и всё ещё не оправилась от своего ранения.

С другой, она была Драконом Небесной Мудрости, способным разрушать миры. Простой Император Боевых Искусств не смог бы даже поцарапать такого противника. Лу Инь была непростым Императором, но именно поэтому даже она сама не вполне понимала свои силы. Уже долгое время – сотню лет, если учитывать промежуток внутри временного кармана, – у неё не было достойного противника, чтобы проверить их на практике.

Сима прикрыл глаза.

Нельзя сказать, что у них и Нинь были особенно крепкие отношения, свой долг они с Лу Инь уже возместили, но прямо сейчас в его сознании мелькала вовсе не она, но другая дракониха, с золотистыми волосами и ехидной улыбкой.

Перед смертью Гинь просила его позаботиться о своей сестре.

Сима, опять же, был не из тех, кто считает себя обязанным перед мертвецами, но конкретно в этом случае…

– Решать мне, не так ли? – с горечью спросил он у Лу Инь, которая молча наблюдала за душевной борьбой, которая безусловно отражалась у него на лице.

Девушка слабо улыбнулась:

– Ты уже решил.

Сима растерялся на секунду, но потом усмехнулся и кивнул:

– Тогда пошли. План обдумаем в дороге.

– Господин Сима? Мисс Лу Инь? – испуганно проговорил комод Ду Бу, который всё это время не прекращал свою тираду. – Вы что, хотите поддаться на провокацию? Вам ни в коем случае нельзя поддаваться на провокации; более того, прежде чем поддаваться на провокацию, вам следует вспомнить, что, если начинаешь поддаваться на провокации… – и так он продолжал и продолжал говорить, и даже после того, как Сима и Лу Инь растворились внутри зелёного листочка, а сам листочек, как ветром, унесло в миниатюрную червоточину, в серой пещере ещё долго звучали чрезвычайно разумные восклицания о том, почему ни в коем случае нельзя поддаваться на провокации…

…

…

…

– Как жаль, что твоя кровь настолько слабее, чем у неё. Если бы она была золотистой, пытать тебя было бы намного интересней: я могла бы представить, что делаю это с ней.

Тронный зал Отдалённой марки изменился. Раньше он представлял широкое пространство, обнесённое колоннами, между которыми открывались панорамы голубого неба и великого города – теперь же небеса скрывала завеса как будто бы материального мрака, и единственным источником света была лужа крови, которая тускло серебрилась под ногами Нинь.

Подвершённая на чёрные цепи, дракониха висела посреди помещения, там, где раньше находилось её рабочее место, в то время как Асура стояла прямо перед ней, сверкая своими красными глазами и ковыряя длинным белым когтем в груди у Нинь, неподалёку от сердца и прямо внутри её души, вызывая немыслимые муки.

Временами Асура смотрела на лицо своей пленницы, искажённое гримасой боли; временами она разглядывала кровавые капли, которые стекали у неё по телу и звонкими ударами, напоминавшими песню серебристого колокольчика, наполняли лужу. Судя по размерам лужи, данная пытка продолжалась по меньшей мере несколько дней без перерыва.

– Прошу прощения… – сухо прохрипела Нинь.

– Ты намеренно меня раздражаешь, не так ли? – скучая заметила Асура. – Ты знаешь, что я не могу тебя убить, пока ты не признаешься в предательстве. Поэтому ты не признаёшься. Ты испытываешь моё терпение, оттягивая неминуемое.

– …

– Как омерзительно. Она тоже умела действовать на мои нервы. Но теперь она мертва. Ты тоже умрёшь.

– Прошу… – не успела она договорить, как Асура вырвала из неё коготь, и тело Нинь пронзила болезненная дрожь.

– Попробуем иной подход, – сказала Асура. – У тебя есть отец, верно?

Нинь не ответила, но в её глазах, которые теперь напоминали мутные окна в сильную метель, промчалась светлая вспышка.

– Я слышала, он пытался тебя убить. Ты его ненавидишь? Или нет? Должна ли я убить его у тебя на глаза и скормить тебе его сердце? Тебе это не понравится?

Подсохшие губы Нинь приоткрылись, дракониха собиралась прохрипеть ответ, однако не успела она этого сделать, как Асура заявила:

– Пускай. Ты меня раздражаешь, поэтому я сделаю это в любом случае, – заявила Асура, и в ногах у неё появился тщедушный седовласый мужчина.

Глава 61
Фальшивка

За время пытки лицо Нинь ни раз бледнело в болезненной гримасе, но глаза её всё время оставались невозмутимы, и только теперь, при виде изнеможённого старца, в них промелькнул невыразимый блеск.

Сперва можно было подумать, что в старике, который сразу после своего появления свалился на пол и стал неуверенно смотреть по сторонам, не было ничего общего с её отцом. Последний был могущественным Основателем, который бросил вызов своей дочери на глазах у всего региона. Однако это и правда был он, и его дряхлое, полумёртвое обличие было последствием тогдашней силы.

Изначально Цзянь был обычным драконом из отдалённого захолустья, непримечательным даже на фоне своих бездарных соплеменников. Если бы не рождение дочери и встреча с Гинь, едва ли он смог бы достичь даже стадии Дракона с Тысячью Чешуек. Но появление Канцлера Золотого Света всё изменило: она оставила ему крупицу эссенции Золотого Дракона, которая должна была пропитывать его на протяжении многих лет, поддерживая в нём жизненные силы.

Формально, то была плата за Нинь.

На самом же деле Гинь не хотела, чтобы её сестра лишилась своего родителя слишком рано, и пыталась таким образом немного продлить его жизнь.

Однако всё изменилось, когда Цзянь узнал о предательстве Гинь и о том, что виновной в её смерти называли его дочь. Он понимал, что сам уже никогда не сможет добиться справедливости для своего благодетеля, что Нинь уже была Основателем – факт, прежде служивший для него источником величайшей гордости, – и со временем пропасть между ними будет только расти.

Поэтому он пошёл на риск и через силу поглотил всю эссенцию Гинь. Его план сработал, он достиг стадии Основателя, но ценой собственного тела, которому не под силу было хранить в себе настолько могущественную родословную. Цзянь понимал, что так будет, но отступать не собирался. Новоявленная сила позволила ему заключить сделку с Правителем Махра, и вместе они придумали план убийства Нинь, который с треском провалился, когда дракониха оказалась невиновной.

Но пути назад уже не было, и спустя всего несколько недель с попытки убийства жизненные силы Цзяня стали таять прямо на глазах. Вероятно, он бы уже скончался, если бы Нинь не оставила его у себя во дворце и не поила его – иной раз через силу – драгоценными эликсирами, многие из которых Сима и Лу Инь нашли в гробнице Божественного императора.

Зачем она это делала? Просто потому, что он был её отцом? Или же таким образом она хотела ему отомстить, показать себя примерной дочерью, чтобы он горевал о своём поступке и проклинал его до самой смерти?

Теперь это было уже не важно.

В тот самый момент, когда взгляды отца и дочери встретились, когда в глазах старика промелькнула растерянность, раздался ХРУСТ, и его голова разлетелась на кровавые ошмётки.

Некоторые из них упали на бледное лицо Нинь, как если бы перед ней махнули кисточкой, пропитанной густой красной краской.

– Иногда внезапная смерть бывает даже более эффективной, нежели продолжительная пытка, – сказала Асура, приподнимая ногу, которой раздавила голову старика, и переступая кровавую лужу.

– Как сейчас, например. Ты меня проклинаешь? Или для этого мне сперва нужно подождать, чтобы затихла горечь и пробудилась ненависть? – спросила Асура, проводя своими острыми когтями по застывшему лицу Нинь, снимая с неё кровавые ошмётки и оставляя глубокие порезы.

– Я думаю о том, чтобы вырвать тебе твои глаза – чтобы его смерть была последним, что ты увидишь в этой жизни. Как ты на это смотришь? Отвечай, немедленно.

Нинь стиснула зубы. Затем приоткрыла и собиралась заговорить, заговорить с дрожью во всём теле, так что казалось, что впервые с начала пытки она перестанет просить прощение – к величайшему удовольствию Асуры, у которой наконец появится повод, чтобы убить её, – как вдруг лицо самой Асуры стремительно переменилось.

Она повернулась и посмотрела в темноту, которая простиралась между колоннами.

– У нас гости. Странно, – сказала она немного задумчивым голосом и махнула рукой. Мрак развеялся, и в зал хлынул свет ослепительного голубого небосвода. Не успела Нинь прийти в себя и понять, что происходит, как над городом раздался громогласный голос:

– Что ты делаешь, Асура⁈

Посреди неба над городом парила одинокая фигура. Она была совсем небольшой на фоне мегаполиса, но при этом её голос обладал невероятной силой.

Это был никто иной, как Первый канцлер, сильнейший воин Империи Мириада Облаков.

Асура появилась в сотне метров перед ним, разглядывая его задумчивым и отчасти подозрительным взглядом.

– Как ты смеешь пытать Правителя без позволения Божественного императора? Тебе велено немедленно явиться…

– Не знаю почему, но мне кажется, что ты ненастоящий, – неожиданно произнесла Асура.

– Что ты… – воскликнул было Первый канцлер, но фразы своей закончить не успел, поскольку Асура уже не обращала на него внимания. Её взгляд пробежался по земле, словно выискивая нечто, затем остановился, и на губах у неё сверкнула улыбка:

– А вот и ты.

В следующее мгновение Асура переместилась на вершину небоскрёба и оказалась прямо перед лицом Сима Фэя, протягивая к нему свои сверкающие серебристые когти…

…

…

…