Текст книги ""Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

Глава 37
Все будет хорошо

Даже когда Сима сражался против Хэнь Фяо, которая всеми силами старалась его убить, он не чувствовал себя в настолько тупиковой ситуации, как теперь, когда девушка свалилась на колени, разливая горячие слёзы.

И тем не менее даже сейчас он был настороже, мысленно считая те самые пять минут, через которые, по словам Хэнь Фяо, её сестра снова завладеет их телом. Тогда Сима снова окажется в смертельной опасности. Сейчас он победил только потому, что Хэнь Фяо намеренно ему поддавалась, желая, чтобы он этого не заметил и убил её. Если же её телом завладеет Хэнь Шань, его победа будет под большим вопросом.

У него оставалось не больше четырёх минут, чтобы найти выход из этого положения. Иначе ему действительно придётся…

Сима помотал головой и спросил Хэнь Фяо:

– Ты не можешь не позволить Шань завладеть твоим телом?

– Нет…

– Тогда как насчёт… – Сима замялся. Его мысли блуждали в безвыходном лабиринте, состоящем из сплошных тупиков. Меж тем Хэнь Фяо медленно приподняла голову и сказала тихим голосом:

– … Есть один способ.

– Какой? – спросил Сима и сразу почувствовал, как по спине у него пробежали мурашки, когда девушка поправила свои чёрные волосы, открывая светлое лицо, на котором держалась горькая улыбка:

– Клятва Бесконечной Жертвы.

– Что…

– Используй её на мне. Тогда ты получишь всю родословную, всю власть над миром теней, и никто, даже я, даже Она, не сможет тебе навредить.

– Но ты умрёшь, в чём тогда смысл это делать?

– Не сразу. И ты… возможно, ты сможешь продлить мою жизнь, если станешь правителем этого мира. Если захочешь.

Сима колебался. После того, что случилось с Лу Инь, он испытывал глубокое отвращение к этой технике. Должны быть и другие варианты, думал он, но Хэнь Фяо считала иначе. Она медленно приподнялась на ноги и мановением руки начертила вокруг себя формацию для Клятвы Бесконечной Жертвы:

– Знаешь, эту технику придумала Древняя Бессмертная Мэй. Она знала, что однажды она станет необходима, чтобы обрести настоящее бессмертие. Только не думала, что его обретёт не она, а кто-то другой.

– Стой, мы ещё не… кх! – хотел остановить её Сима, как вдруг Хэнь Фяо притянула его к себе и схватила за горло. Не ожидая подобной атаки, он не смог оказать ей ни малейшего сопротивления. В следующее мгновение нежные белые пальцы Хэнь Фяо сомкнулись на его шее. Она не давила на неё, не душила – просто держала его, нежно, но крепко, пока печати вокруг разливали на них всё более яркий красный свет.

– Меньше минуты, нужно поспешить, – вытирая другой рукой слёзы сказала Хэнь Фяо.

– Стой! Что насчёт Бессмертной Мэй? Она проникла в твоё сознание вместе с Клятвой Бесконечной Жертвы, верно? – выдавил Сима, в равной степени потому, что боялся подобного развития событий, и потому, что старался остановить Хэнь Фяо.

– От неё почти ничего не осталось. Тогда она была внутри ребёнка, но теперь растворилась внутри нас… Всё будет хорошо, – сказала девушка.

Сима продолжал вырываться. Клятва Бесконечной Жертвы разгоралась всё ярче и ярче, проникая в него, словно тысячи змей, которые овевали его душу. Наконец он схватился за меч и перерубил руку, которой его держала Хэнь Фяо. Её светлая белая кисть упала на пол. Сима освободился и сразу попытался отпрянуть, но не успел – Хэнь Фяо резко потянулась вперёд и схватила его в крепкие объятия.

– Всё будет хорошо… – повторила она дрожащим голосом, и Сима понял, что она говорит это не ему, не Хэнь Шань, не Бессмертной Мэй, а себе. Он снова попытался вырваться, но это было бесполезно. Хватка Хэнь Фяо оставалась непроницаемой. – Всё будет… будет… Как я хочу! – вдруг раздался тот же, но другой, властный и холодный голос, и Сима почувствовал, как крепкие объятия превратились в тиски, от которых у него затрещал и переломился позвоночник. Он посмотрел на лицо Хэнь Фяо и увидел, что она разглядывает его пустыми чёрными глазами, которые скорее подходили насекомому, нежели настоящему человеку.

– Умри, – сказала она, сжимая его всё сильнее и сильнее. Сима снова попытался вырваться, но это было бесполезно. Мелькнул фиолетовый и белый свет. Его меч и сабля одновременно вонзились в Хэнь Шань и приковали её к месту. На её лице показалась безумная гримаса, ужасающая в красном сиянии Клятвы Бесконечной Жертвы.

Хэнь Шань затараторила, как сломанная кукла:

– Умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, умри, Умри, умрИ, УМри, УмРИ, уМРИ, Умри УМРИ УМРИ АХХХГХ! – издала она последний, нечеловеческий рёв и вскинула голову, открывая белоснежную шею и разливая на неё кровавые слёзы.

Сима рухнул на землю. В его теле не оставалось целых костей. Даже его душу покрывали многочисленные трещины, оставленные смертоносными объятиями Хэнь Шань. Он прокашлялся кровью, качнулся и услышал тихий шёпот:

– Пока…

В следующее мгновение перед глазами у него мелькнула красная вспышка и распростёрся бесконечный мрак.

…

…

…

Глава 38
Где

В себя он пришёл уже за пределами мира теней.

Где именно?

Сима не знал.

Над головой у него простирался высокий закруглённый потолок, плавно переходящий в оконную арку. Сима медленно провёл по нему взглядом, немного поморщился, когда в лицо ему ударил яркий свет, и увидел просторное голубое небо. Сверху. В то время как снизу был…

– Город? – прошептал он удивлённым голосом, как будто уже много лет не видел ничего подобного.

Не то чтобы ему не приходилось видеть «города». Просто люди иной раз вкладывают в одни и те же слова разные значения. В сознании Дмитрия, который был родом с планеты Земля, ещё сохранился образ города-мегаполиса, состоявшего из многочисленных небоскрёбов, пересечённых длинными асльфатированными шоссе. Такие города он и правда не видел уже много сотен лет – до этого момента.

Перед глазами у него возвышались гигантские здания из стекла и камня. Между ними тянулись широкие дороги, местами обрамляющие зелёные парки и цветущие клумбы.

Всё это было ему так знакомо, что на долю секунды Сима действительно показалось, что он вернулся на Землю.

Затем он присмотрелся и понял, что это было не так и что похож был только внешний образ мегаполиса, в то время как детали были совершенно иными. Здания были не просто высокими, но простирались на километры в небеса, выше любого небоскрёба; дороги тянулись не только по земле, но и по небу; в парках произрастали духовные деревья, листья которых сверкали лазурными огоньками, а в небесах горели, выстроившись в треугольник, три солнца.

Это была не Земля. Сима почувствовал лёгкое разочарование, когда это понял, однако даже тогда эта картина продолжала казаться ему удивительно знакомой. Он напряг воспоминания и наконец понял, где именно видел нечто подобное – в руинах первозданных духов из Пурпурной пустыне. Там были похожие небоскрёбы, только погребённые под многокилометровым слоем песка. Теперь же город предстал перед ним в рассвете своего могущества… за единственным, но самым важным исключением.

Как и в пустыне, на его улицах не было ни одной живой души.

Сима нахмурился. Постепенно к нему возвращалось осознание происходящего. Он вспомнил сражение против Божественного императора, вспомнил, как Хэнь Шань ударила его в спину, вспомнил, как на самом деле это оказалась не Хэнь Шань, а Хэнь Фяо, которая использовала на себе Клятву Бесконечной Жертвы.

В сознании Сима остался отчётливый образ девушки, разливающей кровавые слёзы.

Сима вздохнул, а затем снова напрягся, стараясь понять, что было дальше. И где он? И как сюда попал?

Он попробовал вызвать меню системы, но та не отвечала – впервые с момента, как он попал в этот мир. Впрочем, это было неудивительно; теперь Сима понимал, что система была просто одним из способов выражения его родословной. Он попытался нащупать внутри себя Тень Неба и нахмурился, когда понял, что не в состоянии этого сделать. Более того, прямо сейчас он не чувствовал даже свою культивацию, как будто снова стал обычным человеком.

Размышляя о том, как такое было возможно, Сима неожиданно почувствовал у себя на затылке лёгкий порыв тёплого ветра. Он повернулся и снова осмотрел комнату, в которой находился. Это был небольшой зал, одну стену которого занимало высокое закруглённое окно, а другую, прямо напротив него, двухстворчатая дверь похожей формы. Она была приоткрыта, и порывы ветра исходили с другой стороны.

Сима приблизился.

Дверь отворилась, открывая за собой широкую лестницу.

Помявшись несколько секунд, Сима начал подниматься по ступенькам.

Лестница была широкой и винтовой. Следовательно, рассудил Сима, сам он находился вовсе не внутри небоскрёба, как подумал изначально, но в некой башне. Каждые несколько пролётов с правой стороны протягивались высокие окна. В них сияли три солнца, подвешенные среди голубого неба.

В какой-то момент Сима шатнулся и свалился на колени. Удивлённый, он посмотрел на свои ноги и понял, что прошёл уже больше тысячи ступенек и устал. Последний раз он чувствовал усталость так много лет назад, что совсем забыл это чувство.

Сима присел, перевёл дыхание – из окна разливался нежный свет – и некоторое время просто сидел и смотрел на облака, которые рваными тряпками оборачивались вокруг небоскрёбов. Когда к нему снова стали возвращаться силы, он медленно поднялся и снова направился наверх.

Всё это продолжалось час. Может два. Может пять. Сперва Сима подумывал считать секунды или ступеньки, но затем пришёл к выводу, что в этом не было никакого смысла, и решил просто методично подниматься наверх. Пейзаж за окном постепенно менялся. Небоскрёбы уходили вниз и вскоре оказались далеко позади.

По всей видимости, башня представляла собой самое высокое строение в пределах города. Для чего она была нужна? И кто проживал на самом верху?

Ответ на эти и другие вопросы был прямо у него перед глазами.

Сима остановился.

Ступеньки закончились, обратившись в умеренно просторный зал, в конце которого находилась ещё одна совершенно непримечательная дверь. Она была приоткрыта, и с другой стороны задувал приятный весенний ветерок.

Сима чувствовал его порывы на своём лице.

Ещё он чувствовал, что именно за этой дверью скрывались ответы на все вопросы, которые до сих пор отягощали его душу.

Раньше он мог бы остановиться, напрячься, но долгий подъём настолько утомил его, что Сима не хотел терять ни секунды: он разом пересёк зал, положил руку на дверь, открыл её и сделал шаг вперёд, навстречу тёплому весеннему ветру…

Глава 39
Небо

Сима был не уверен, что именно ожидает увидеть за дверью, а когда увидел, то понял, что ничего другого там и быть не могло.

За дверью находилась совсем небольшая, но пустая и потому просторная комната. С обеих сторон её простирались высокие закруглённые окна. Верхний уровень башни находился так высоко, что из них можно было видеть голубое небо и больше ничего.

В конце зала стоял непримечательный трон. На нём сидела молодая женщина. Ей нельзя было дать больше тридцати лет, и то с ремаркой, что она выглядела очень молодой для своего возраста. Женщина была в длинном фиолетовом платье. У неё были короткие чёрные волосы, заплетённые на затылке, и ясные голубые глаза, на фоне которых даже панорама голубого неба казалась непримечательной и блеклой.

Её кристальные глаза внимательно следили за Сима: как он прошёл на середину зала, остановился, посмотрел на женщину и спросил:

– Ты бессмертная Мэй?

Голос его был глубоким и ясным в царившей тишине, хотя и немного приглушённым напиравшей бездной голубого неба.

– Да.

У Сима было множество – плеяды – других вопросов, но, прежде чем он успел собраться с мыслями, женщина просто приподнялась, оставила престол у себя за спиной и прошлась к одному из окон. Она встала прямо перед ним, пальцы её оголённых белых ног остановились в миллиметрах от синей бездны.

– Здесь красиво, – заметила Мэй.

Сима помялся, прошёл вперёд и встал возле неё.

Теперь они вместе смотрели на голубые небеса.

– Тебя зовут Сима Фэй, верно?

– Да.

– И Дмитрий.

Сима просто кивнул.

– И Ди Ма.

– … Ты наблюдала за мной?

– Я наблюдала будущее, – ответила Мэй. – Это долгая история.

– Мы ограничены во времени?

– Я – да, – наклоняя голову сказала Мэй.

– Благо, ты уже почти всё знаешь, – вздохнула она. – Некогда я была Божественной царицей первозданных духов. Мне этого оказалось мало. Я захотела обрести бессмертие, провела множество опытов и наконец придумала план. Я призвала душу из иного мира – твою. Даровала тебе силу, предназначенную для рождения моей реинкарнации, твоей дочери, и безупречное тело, Лу Инь, через которое я собиралась переписать реальность.

У меня не получилось.

В мои планы вмешалась та, которую зовут Хэнь Шань.

Она поглотила меня прежде, чем я могла родиться, забрала мою родословную и воспоминания и стала планировать твою смерть, чтобы самой стать родоначальницей нового мира – Бессмертной. Для этого ей нужно было забрать твою родословную. У неё почти получилось, но в последний момент ей помешала другая её личность, Хэнь Фяо. Сперва она хотела, чтобы ты убил её и ничего не понял. Когда у неё этого не получилось, она заставила тебя применить на себе Клятву Бесконечной Жертвы.

Вот и всё. Вся история. У тебя есть ещё вопросы?

– Да, – без промедлений ответил Сима. – Где мы?

– В руинах моего мира. Моего «мира теней». У каждого обладателя моей родословной он свой. У меня было немного больше времени, чтобы его выстроить, а потому он кажется тебе почти реальным. Поэтому ты не можешь использовать здесь свои силы – местные законы их не учитывают. Вскоре это изменится. Клятва Бесконечной Жертвы прошла успешно, а потому скоро этот мир и все остальные станут твоими.

Ты станешь настоящим Бессмертным, владыкой сущего.

– Разве мне не нужно будет забрать для этого тело Лу Инь? – нахмурился Сима.

– Нет, – ответила Мэй.

– Почему?

– Потому что.

– …

– Скоро ты и сам всё поймёшь, – сказала женщина.

Сима вздохнул и снова посмотрел на голубые небеса.

– Зачем ты хотела стать бессмертной? – спросил он несколько секунд спустя.

– Мне нужна была великая сила, чтобы остановить страшного врага из другой реальности, который собирался уничтожить наш мир и всё сущее в нём. Его звали Тутаром, владыка тьмы и боли.

– Правда?

– Нет, я это только что придумала.

Сима повернулся к женщине. Она смотрела на небо и улыбалась.

– Я просто хотела жить вечно.

Сима покачал головой.

– Но другие реальности существуют, верно?

– Постольку-поскольку.

– Что это значит?

– Что-то.

Сима вздохнул.

– Я смогу вернуться в свой мир?

– Вероятно; хотя прошло так много времени, что его может и не быть. Чтобы притянуть твою душу, мне потребовались триллионы веков.

– То есть лет?

– Нет, веков. На этом всё, или у тебя есть и другие вопросы?

– А ты хочешь, чтобы у меня были вопросы?

– Может быть.

Сима спросил:

– Почему «Мэй»?

– Так меня зовут.

– Я знаю. Но почему Лу Инь выбрала это имя для нашего ребёнка?

– Странный вопрос, – безмятежно ответила ему женщина. – Очевидно, что я повлияла на неё таким образом, чтобы она выбрала именно это имя. Я бы не хотела, чтобы меня звали Нио или Жао, или Лу, например.

– Как именно ты на неё повлияла?

– Это было несложно. Ещё до рождения я обладала крупицей моей родословной и могла менять реальность. Ты тоже мог создавать иллюзии, верно?

– Значит, если я спрошу Лу Инь, когда именно она придумала это имя, она скажет мне, что это произошло уже после того, как она узнала о существовании ребёнка?

– Необязательно. Я вполне могла повлиять на её прошлое. И на её воспоминания о своём прошлом.

– …

– Ещё вопросы? – улыбнулась Мэй.

– Ты до сих пор не ответила на эти.

Мэй приоткрыла губы и вдруг повернулась к небу, как будто вспомнив что-то.

– Время вышло, – сказала она печальным голосом.

Глава 40
Все

– Время вышло, – сказала Мэй, и в ту же секунду по небу, на которое она смотрела, побежали глубокие чёрные трещины. Бездонный небосвод разом обратился в подобие плоского зеркала, кусочки которого один за другим стали отваливаться и пикировать вниз, открывая за собой чёрную бездну. Всё это происходило настолько быстро, что к тому моменту, как Сима пришёл в себя и попытался отреагировать, небеса совершенно исчезли: за окнами дворца простирался, стремительно в него проникая, кромешный мрак.

– Стой, я ещё не всё спросил! – воскликнул Сима и протянул руку, стараясь схватить бессмертную Мэй за плечо. У него не получилось. Его рука ударилась о подобие стекла, как будто перед ним была не сама женщина, но её отражение в зеркале, по которому немедленно пробежали многочисленные трещины.

Мэй посмотрела на его руку с горькой улыбкой.

– Бессмертие – это не проклятие, но великое благо, – сказала она глубоким голосом, в котором не ощущалась никакой спешки, даже не смотря на то что мир вокруг и у них под ногами разваливался прямо на глазах.

С каждым сказанным словом, с каждой новой трещинкой на поверхности мироздания её голос становился всё более пустым и отдалённым. Наконец он исчез, Сима ринулся вперёд, их глаза встретились, бессмертная Мэй произнесла:

– Всё течёт, и всё течёт по кругу. Мне всегда нравился пятнадцатый из третьего. Прощай…

И ещё одно слово, лёгкое движение губ, которое Сима не услышал, но понял, почувствовал, попытался дотянуться до неё – и не смог.

Зеркало рассыпалось на мельчайшие осколки, которые устремились в тёмную бездну.

Воцарилась тишина.

Сима снова оказался среди кромешной пустоты, только теперь она была другой. Если раньше тёмное пространство давило на него, то теперь он напротив чувствовал, как его воля распространяется по нему, словно пламя от искры, брошенной в огромную гору опилок. Перед ним простирался безграничный горизонт возможностей – как чистый лист бумаги, на котором он был волен рисовать всё что угодно.

Ему достаточно было просто пожелать, чтобы немедленно достичь вершины Императорской стадии, стать Святым или даже выйти за пределы обыкновенной человеческой культивации. Он мог превратить себя в дракона, в первозданного духа, стать бессмертным… Вселенная была у него на ладони, и тем не менее все его мысли были про последние слова, сказанные Мэй.

Пятнадцатый из третьего тома.

Сима махнул рукой, и перед ним появились две книги и рукопись – первый и второй сборники анекдотов, которые он написал, изнывая от скуки внутри временного кармана, и недописанный третий. Сима пролистал его. На данный момент в нём было тринадцать анекдотов.

Сима снова вздохнул и покачал головой. Используя свою новоявленную силу, он, в теории, мог сотворить точную Копию Бессмертной Мэй – только это будет уже не она. Его сила и правду была невероятной, но позволяла ему только переписывать, замещать уже существующую реальность или творить свою собственную. Ему не по силам было вызвать нечто утерянное в коридорах пространства и времени.

И всё же…

– Всё течёт, и всё течёт по кругу… – прошептал Сима и покачал головой. Затем выпрямил её, вытянул правую руку и щёлкнул пальцами. В ту же секунду мрак вокруг него как будто застыл, а затем разлетелся на ошмётки, разорванный ослепительными лучами восходящего солнца.

Сима оказался посреди небосвода; перед ним парила девушка с голубыми волосами, сияющий меч которой вонзился прямо в сердце могучего дракона. Божественный император издал последний оглушительный рёв и стал рассыпаться на мириады золотистых искр.

– Согласно легендам, Божества не умирают, – прозвучал рядом знакомый голос.

Сима повернулся и посмотрел на Анзу. Дракониха поправила свои очки – на правом стеклышке переливалась небольшая трещинка – и сказала:

– Их воля пропитывает сами законы неба и земли. Поэтому после смерти они растворяются в них; забавная теория, хотя, если следовать такой логике, Божества должны оставлять свой «след» ещё при жизни. В таком случае возникает закономерный вопрос, что именно следует подразумевать под Ними, если их воля с одной стороны протягивается в прошлое, а с другой… Впрочем, не думаю, что вам интересно слушать об этом прямо сейчас.

– Не интересно, – подтвердил Сима и медленно полетел к Лу Инь. Девушка опустила меч и теперь стояла среди золотистого вихря, который стремительно поднимался в небесную высь.

– У нас получилось, – сказал Сима.

Лу Инь посмотрела на него и спросила немного потерянным голосом:

– Что-то случилось?..

– Да, но это долгая история.

Лу Инь медленно кивнула.

– Впрочем, у нас теперь неограниченное количество времени. Во всех смыслах этого слова, – сказал Сима, приподняв голову и наблюдая за тем, как мириады золотистых искр тихо растворяются среди чистого голубого небосвода.

– … Км, не хотелось бы вас прерывать и рушить момент, но у нас небольшая проблема, – снова раздался совершенно неуместный голос Анзу – Мои переговоры прошли не самым благоприятным образом: я смогла склонить нескольких Канцлеров на нашу сторону, чтобы мы вместе ударили Божественного императора, но Первый канцлер отказался, а когда мы попытались решить эту проблему, он Сам прорвался на Божественную стадию и убил всех, кроме меня. И скоро он будет здесь!..

– Вот как? – безмятежно спросил Сима.

– Вот как? – повторила Лу Инь.

– Да, именно так, – с улыбкой быстро закивала Анзу. – И мне кажется, что он попытается нас всех убить, поэтому, если вы ещё не совсем устали после битвы с Божественным императором, не могли бы вы… Ну, вы поняли.

– Поняли, – кивнул Сима. – Лу Инь?

Девушка молча повернулась и приподняла меч. В следующую секунду ткань пространства действительно треснула, и в появившемся разрыве вспыхнула ужасающая фигура Первого канцлера, сотрясающая весь мир своей новоявленной Божественной силой.

– Кто бы мог подумать, что следующий Божественный император появится так скоро после предыдущего. Это рекорд! – воскликнула Анзу.

– Сейчас будет ещё один, – заметил Сима.

Лу Инь приподняла руки, замахнулась мечом, и в ту же секунду, как на них устремилось бешеное божество, мир рассёк ослепительный лазурный свет…

…

…

…

Следующая глава – эпилог.