Текст книги ""Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

Глава 62
Спешка

Лу Инь с трудом приподняла голову, обращая взгляд на черноволосую девушку, которая стояла прямо за решёткой её темницы. Освещённая нефритовым светом многочисленных формаций, фигура Хэнь Шань казалась почти призрачной, и особенно странно смотрелась невозмутимая улыбка у неё на лице.

В ней не было насмешки, издёвки, презрения; она смотрела на неё как на знакомую, к которой пришла в гости.

– Здравствуй, Лу Инь.

– …

– Я пришла рассказать, что моя просьба получила одобрение. Видишь ли, сперва предполагалось, что тебе просто разрушат культивацию, но я настояла, что неправильно будет лишать мир и Праведный альянс такого дарования, так что вместо этого мы используем на тебе Клятву Бесконечной Жертвы. Вернее сказать, я использую, поскольку мы с тобой обладаем схожей родословной феникса. Удачно, не правда ли?

– …

– Изначально у меня был немного другой план. Я действительно собиралась выйти с тобой на битву и одержать победу и только затем позволить тебе ударить меня в спину. Кто бы мог подумать, что ты станешь такой сильной за время своего небольшого путешествия. Теперь мне очень интересно, что именно случилось с тобой там, в другом мире. Или всё это время ты скрывала свой подлинный талант и раскрыла его только сейчас? Приятный сюрприз – совсем скоро он будет моим, – улыбнулась Хэнь Шань.

– Кажется, будто я говорю сама с собой… – вздохнул девушка. – Я не желаю тебе вреда, Лу Инь. Я просто хочу забрать то, что изначально должно было стать моим. Ты талантлива, это правда, но твой характер… оставляет желать лучшего. Ты стояла на своём, утверждая, что Королева Ледяного Сердца действительно спасла твою жизнь, хотя достопочтенные старейшины несколько раз говорили, что тебе просто показалось – нужно слушать советы старших.

К тому же ты очень наивная, бесхитростная… немного ничтожная. Признай, если бы не твой драгоценный друг, ты бы ничего не добилась, даже со своим талантом, – сказала Хэнь Шань, и впервые многочисленные цепи, которые держали Лу Инь, пронзила звонкая вибрация.

– Неудивительно, – продолжала Хэнь Шань, – что выбор Настоятеля пал именно на меня. Я стану совершенной, когда дополню мою коллекцию Родословной Лазурного Феникса. Вместе с чёрным, красным и белым все они будут моими. Ты веришь в легенду, что, если собрать их всех внутри одного тела, можно сотворить родословную Истинного Феникса, разрушителя миров? Скоро мы узнаем, так это или нет на самом деле.

Кстати говоря, белого феникса я заполучила от ученицы Королевы Ледяного Сердца. Она не была моей подругой, в отличии от тебя, а потому я не стала с ней церемониться. Её до сих пор ищут, представляешь? Воистину, между вами с Ледяной Королевой много общего. Это была не похвала. А ты всё молчишь… Хочешь знать, зачем я пришла на самом деле? Мне хотелось посмотреть, осталась ли у тебя хотя бы крупица надежды. На него.

В глазах Лу Инь, на которые спадали лазурные волосы, мелькнул блеск.

– Твоего парня… Сима Фэя. Признаюсь, сперва я не обращала на него внимания, ибо он этого не стоит, однако иной раз у него получается совершать удивительные вещи. Возможно, причиной тому удача, возможно – настоящий талант. Во всяком случае этого оказалось достаточно, чтобы он попал в поле моего зрения. Обычный мальчик на стадии Формирования, который умеет творить чудеса. Остались ли у него ещё карты, которые могут помочь тебя спасти? Вот что мне хотелось узнать, Лу Инь, по твоей реакции… И я узнала.

Хэнь Шань задумчиво провела указательным пальцем по своему подбородку.

– Не знаю, успеет он или нет на церемонию… однако на всякий случай я приготовлю для него особый сюрприз. Мне кажется, он немного зазнался. Нужно поставить его на место. На этом всё. Пока, – ярко улыбнулась Хэнь Шань, повернулась и направилась прочь.

На мгновение Лу Инь осталась в полном одиночестве. Почти.

Девушка перевела дыхание и выдавила горькую улыбку:

– Не волнуйся… всё будет в порядке.

Маленькая брошь, которая крепилась к её мантии, замигала тревожным фиолетовым светом.

…

…

…

Три дня, три дня, три дня. Эта фраза, срок, непрестанно крутилась в сознании Сима после того, как он узнал, что происходит. У него было всего три дня, чтобы вернуться в Храм Тысячерукой Бодхисаттвы и… что? Он не имел понятия, что именно собирается делать, но у него было всего три дня, чтобы добраться добраться до места действия, и теперь его разрывало от желания немедленно броситься в дорогу и сперва продумать маршрут.

Небесные баржи были хороши своим удобством и тем фактом, что воин не тратил собственное Ци, когда их использовал, и мог постоянно лететь на приемлемой скорости. В то же время на краткой дистанции баржа не в состоянии потягаться с настоящим мастером.

Если Сима отправится в дорогу самостоятельно, то, постоянно принимая эликсиры, может добраться туда немного быстрее. Впрочем, чтобы примчаться в срок ему нужно было выполнить ещё одно важное условие.

Ещё недавно он планировал в кой то веки хорошенько подготовиться к этому моменту, но судьба рассудила иначе. Что тут сказать – традиция, горько фыркнул Сима и впопыхах стал готовиться к тому, чтобы перейти на стадию Цветения…

Глава 63
Тень

Всего было два способа перейти на стадию Цветения, спонтанный и осознанный. В первом случае законы мироздания, техника и сама природа человека самостоятельно находят своё выражение в образе Сакрального цветка, повинуясь вихрям его собственной души и вдохновения и вырываясь наружу, как гейзер. Именно так это случилось у Лу Инь, ядро которой внезапно треснуло и обратилось в цветок, когда её пронзили невероятные потоки Сакральной энергии.

Второй способ подразумевал тщательное планирование и подготовку… на которые у Сима совершенно не было времени, однако ждать прилива вдохновения он тем более сейчас был не в состоянии, а потому собирался использовать третий метод, а именно совершить прорыв «кое-как».

Придётся постараться.

С этой мыслью он сел посреди небесной баржи, которая на всех парах летела в Храм Тысячерукой Бодхисаттвы (в идеале, конечно, было найти укромную пещеру, где ничего не могло бы его побеспокоить, но в данный момент на счету была каждая минута), и погрузился в медитацию.

Через некоторое время Сима почувствовал, как внутри его ядра закипают законы мироздания.

Сакральный цветок представлял собой своеобразную «выжимку» воина, сочетание энергии, тела и законов – боевых искусств. Многие называли эту стадию самой важной, ведь изменить цветок после сотворения уже нельзя. Даже могучее древо Манифестации, которое раскидывает ветви за пределы твоего тела, проецируя волю на весь мир, именно что вырастает ИЗ цветка, а не заменяет последний.

В некотором смысле Сакральный цветок напоминает тропинку. Можно пройти по ней дальше или меньше, но свернуть уже не получится. И теперь Сима старательно размышлял, как должна выглядеть его тропинка, его «Путь».

В данный момент его сила делилась на три составные части: культивацию в лице золотисто-фиолетового ядра, Кодекс Стража Поднебесной и телесную технику.

В плане первой он считался умеренным дарованием, находясь на уровне наследников священных королевств.

Кодекс Стража Поднебесной он почти освоил до Облачного этапа, однако в данном случае главную роль играли не его успехи, но то, насколько данная техника подходила человеку с его характером. В будущем Сима сможет сотворить собственное искусство на основе Кодекса – самое важное, чтобы те законы, которые представляли собой фундамент последнего, резонировали с его душой. В этом плане всё, опять же, было в порядке.

И наконец телесная техника. Пожалуй, единственный аспект, в котором достижения Сима можно было назвать действительно необыкновенными. Причём не потому что он сам был талантливым, но потому что загадочный металлический куб, с помощью которого он тренировался, позволил ему прикоснуться к первичным законам металла.

Оценивая различные грани своего таланта по десятибалльной шкале, за культивацию Сима дал себе 8, за боевые искусства – 7, а за Телесную технику – 9 (Лу Инь, кстати говоря, получила бы за культивацию 100 благодаря ядру пустоты). Это было неплохо, однако в случае Цветения итоговый результат иной раз превосходил сумму его составляющих. Или напротив, уступал последней, если у воина не получалось слить все аспекты своего таланта воедино.

Сима перевёл дыхание и в первую очередь сосредоточился на законах металла. Посреди его ядра появилась маленькая трещина, из которой повеяло железом. Затем в неё устремилась энергия, и наружу стал постепенно подниматься металлический росток.

Через несколько секунд кожа Сима засияла металлическим блеском, прямо как тот, который испускал загадочный куб. Росток сверкнул и переменился, вдруг обретая монументальную, нерушимую ауру.

Металл может быть разным: острым, гладким, изменчивым, жидким. Телесная техника Сима представляла собой его главный козырь, а потому при переходе на стадию Цветения он решил сделать упор на два аспекта:

Его Сакральный цветок был тяжёлым.

И нерушимым.

Постепенно приподнимаясь, маленький росток всё сильнее напоминал великую стальную гору, которая давила на землю и поддерживала небеса.

Сима выдохнул облако тумана, который засверкал, как железная пыльца. Если бы прямо сейчас за ним наблюдали могущественные владыки из Храма Тысячерукой Бодхисаттвы, в его адресс немедленно посыпались восторженные и хвалебные комментарии. Сима показал результат, достойный самых одарённых наследников священных королевств. После его прорыва Короли Праведного альянса вполне могли устроить между собой небольшое соперничество за право сделать его своим учеником.

Сима оставалось только закрепиться на стадии Цветения… как вдруг блестящий Сакральный цветок внутри него неожиданно застыл. Потемнел. Сима вздрогнул, и на груди у него загорелись узоры, просвечивая через тёмную мантию, а затем стали растворяться прямо на глазах.

Окружающее пространство пронзила вибрация, которая немедленно обратилась в страшный гул. Небеса над баржей оставались ясными и голубыми, однако землю, которая простиралась под ними, стала заволакивать густая тень, покрывая вместе с ней и Сакральный цветок Сима Фэя…

…

Южный регион.

Дворец из Чёрного Камня.

В самых глубоких казематах столичного дворца, ступать в которые разрешалось всего тройке человек из более чем триллионного населения пространного региона, располагался зал с высокими сводами, посреди которого находился чёрный бассейн. Единственным источником света в зале была маленькая свечка, которая неподвижно стояла на деревянном блюдце на воде, испуская тусклый свет. Вот она затрепетала, на поверхности чёрного бассейна побежали волны, а затем из неё показалась голова, широкие плечи и мускулистый торс, по которому хлынули чернильные струи.

Мужчина, лицо которого в темноте было не разобрать, выпрямил свою мощную спину и открыл глаза, которые немедленно вспыхнули золотистым пламенем:

– Мальчишка наконец проснулся…

Глава 64
Черный мир

Глаза Чёрного императора пылали, как раскалённое золото, разглядывая незримую точку на расстоянии многих миллионов километров. Вот его губы приоткрылись, и помещение наполнил глубокий голос:

– … Неплохо, мальчишка, но этого ещё недостаточно. Если бы ты не смог взломать мою печать, ты бы совсем не стоил моего внимания. Сейчас у тебя есть потенциал, и не более того… Но пускай.

Ты заслужил, чтобы я отправил тебе твою невесту, – проговорил мускулистый мужчина, закрывая глаза и присаживаясь со скрещёнными ногами под воду. После этого зал снова притих, и лишь единственная маленькая свечка, тихо капая воском, продолжала освещать его бескрайние своды…

…

При других обстоятельствах Сима, возможно, почувствовал бы пламенный взгляд, который взирал на него за пределами горизонта, но прямо сейчас всё его внимание было сосредоточено на Сакральном цветке, который стремительно заволакивали тени.

Родословные бывают разные. Собственно, Сима знал об этом с того момента, когда впервые заглянул в Магазин и увидел тамошний ассортимент. Вовсе не все они представляли собой кровь мифических зверей. Наряду с Родословной Медной Черепахи система продавала Телосложение Истинного Равноденствия Инь-Ян, Тело Первородного Огня и так далее. После Сима расспросил об этом Гинь и узнал, что на самом деле между ними и традиционными родословными не было особенной разницы.

Источником родословной не мог быть обычный монстр… вернее, мог, но тогда это была уже не родословная, но особая мутация. За каждой родословной обязательно стоял мифический зверь, в котором было больше «Небесного» нежели «Земного».

То были духи, которые несли в себе законы мироздания: они сливались с телом воина и меняли его на более высоком уровне, нежели гены или кровь. Звериные эссенции были самыми распространёнными, потому что передать их было проще всего (Истинный Феникс породил низшего феникса, тот принял человеческий облик и женился на обыкновенном человеке, и много лет спустя великая кровь проявилась в одном из потомков), но встречались и другие. Иной раз человека ударяла молния, последний чудом оставался жив, а затем его правнук неожиданно обретал «Телосложении Великой Бури». Происходили такие случаи редко, но это не значит, что их не было совсем.

По этой причине никто не знал про все родословные этого мира. Временами они представляли собой некую особую крупицу небесной воли, у которой просто не было названия. Гинь, будучи высшим драконом, считалась скорее духовным, нежели материальным созданием, то бишь не «носителем», а «источником» родословной, но даже она не могла сказать, что представляет собой родословная Чёрного клана «Тень Неба». Она могла расписать ощущение от последней, словно от картины, очертания которой видишь с обратной стороны холста, но её происхождение и природа оставались окутаны завесой тайны.

В итоге дракониха ограничилась единственным комментарием. Родословная Сима пахла для неё «неправильно». Просто неправильно. Что это значит? Сима не знал – до этого момента.

Когда его Сакральный цветок накрыла тень, Сима вдруг понял, что мир вокруг переменился. Его родословная пробудилась. Открыв глаза, он обнаружил себя посреди гигантского чёрного поля. Над головой у него простиралось ясное голубое небо, в то время как землю покрывала плотная тень, которая напоминала жидкие чернила.

Рассеянно смотря по сторонам, Сима заметил, что тени обладают очертаниями. Камней. Деревьев. Небесной баржи, которая парила у него под ногами. В этот момент он снова вскинул голову и обнаружил, что высоко наверху, за прозрачной корочкой голубого неба, видит… мир. Баржу, деревья, камни и так далее, только не чёрные, а цветные – тёмные фигуры вокруг него полностью повторяли очертания мироздания наверху. Но почему?

Сима нахмурился и заметил камень, который лежал в корнях высокого дерева. Наверху, в реальном мире, находился такой же, только цветной. Желая проверить, как они связаны, он приблизился к его тёмному призраку и ударил мечом. Чёрный камень немедленно рассекло на две половины, причём так просто, словно последний был не материальным, но представлял собой обычную тень. Сима опять вскинул голову. Настоящий камень оставался неизменным.

Что это значит?

В голове его закружились мысли, и тут он почувствовал, будто за ним кто-то наблюдает. Сима немедленно повернулся, однако никого не увидел. Тем не менее чувство крепчало, как будто мрачный силуэт у него за спиной с каждой секундой становился всё больше и больше. Сима сосредоточился и немедленно оборвал таинственную связь с миром за границей небосвода.

С его стороны это было правильным решением. Если бы у него сохранились воспоминания предшественника, первоначального Сима, то в этот момент они открылись бы вместе с печатью, и он бы вспомнил, что, хотя даже Чёрный клан не знал все тайны загадочного мира теней, врата которого открывала их родословная, они свято соблюдали важное правило: никогда не спускаться туда больше чем на пару минут.

Если, конечно, не хочешь остаться там навсегда.

В последнюю секунду Сима показалось, что он видит знакомый силуэт у себя под ногами, однако в этот момент связь оказалась оборвана, и когда он открыл глаза, то уже сидел на подушке посреди небесной баржи.

Сима выдохнул, всё ещё чувствуя призрачную тень у себя за спиной, а затем заглянул в самого себя и обнаружил полноценный Сакральный цветок. Он переливался ярким металлическим блеском, по которому пробегала тусклая тень.

Сима кивнул, чувствуя, как его наполняет великая сила тирана Цветения, а затем открыл свой профиль в системе и посмотрел характеристики после пробуждения родословной…

Глава 65
Приговор

'Имя: Сима Фэй

Талант:

Физическая сила – D (=B)

Энергия – D+ (=B+)

Восприятие – C (=B)

…

Родословная: Тень Неба (Пробуждение: 61%)

…

Меч – С+ (=B)

Металл – В (=B+)'.

Сперва Сима немного опасался, что, поскольку «Тень Неба» не имела отношения к металлам и фехтованию, она не сильно поможет ему в постижении боевых искусств. В итоге, однако, родословная повысила его общее Восприятие, которое распространялось и на металл, и на меч, и на другие законы, которые тоже пригодятся, когда он займётся созданием собственной техники.

Если же прибавить к этому его новоявленный Энергический и Телесный талант, то Сима можно было назвать огромным дарованием. В плане своего таланта он превзошёл наследников священных королевств и теперь мог потягаться с настоящими монстрами, которые появляются каждые пару тысяч лет.

Как Хэнь Шань.

Стоило Сима вспомнить это имя, как он сразу помотал головой и приподнялся на ноги. При других обстоятельствах он потратил бы некоторое время, чтобы изучить свой новоявленный талант, укрепить культивацию на стадии Цветения, провести опыты, чтобы узнать истинную природу и силу своей родословной, и так далее, но прямо сейчас ему нужно было скорее лететь в Храм Тысячерукой Бодхисаттвы и спасать Лу Инь.

Раньше Сима не имел ни малейшего понятия, как собирается это сделать, но теперь у него появился план.

Если они настолько боялись Чёрный клан, что готовы были наброситься на собственного союзника в лице Королевы Ледяного Сердца, чтобы избежать его ярости, тогда он использует их страх…

…И сделает его стократ сильней.

…

…

…

Лу Инь не первый раз было находиться в запечатанном состоянии, но никогда ещё это не было настолько мучительно. Она была всё равно что обычным человеком, которого заковали в цепи и подвесили посреди тёмной и промёрзлой камеры. Её мышцы содрогались от холода, руки не могли пошевелиться, растираясь о грубые цепи, и даже воздуха здесь было как будто недостаточно, отчего она испытывала непрестанное удушье.

Она хотела заснуть – и не могла. Ей нужно было говорить, чтобы не волновалась Тай, которая спряталась в маленькой брошке на её мантии. Лу Инь понимала, что девочка волновалась за неё, и старалась её успокоить, даже если каждая минута в сознании представляла для неё сущую пытку.

Временами она вспоминала свою жизнь в Секте Жемчужного Истока. Каждый день ей приходилось вставать до рассвета и работать до изнеможения, не покладая рук, даже когда в этом не было смысла, даже когда работу спихивали на неё другие люди. Весь мир тогда напоминал те самые цепи, которые теперь давили на её плоть, не позволяя ей пошевелиться.

Именно поэтому она мечтала стать воином, шептала Лу Инь, вспоминая вопрос, который задал старейшина Ву во время экзамена. Она хотела научиться летать, это правда, но то было спонтанное желание, в то время как на самом деле она просто хотела быть свободной – свободной от всех тех рамок, в которые её загонял весь мир и собственное тщедушное тело.

Перед глазами Лу Инь стояла лестница, по которой ей каждый день приходилось забираться и спускаться. Это был символ – миллион ступенек, миллион запретов, – и как же ей хотелось просто взять и пройти её в один шаг – взмыть в небеса и обрести… Свободу.

И вот она здесь. В цепях. В темнице. В безвольном ожидании своей кончины.

Если бы она знала, что всё так обернётся, стала бы она тогда защищать Королеву Ледяного Сердца или же прислушалась к приказам окружающих и оклеветала последнюю? Каждый раз, когда в голове Лу Инь раздавался этот вопрос, она была всё менее и менее уверена в своём ответе.

Возможно, именно это была последняя преграда, последняя кость, которая засела в её горле, не позволяя вздохнуть полной грудью. Вовсе не привязанность, про которую рассказывала другая Лу Инь, которая смотрела на неё из зеркала, но жалость. Добро. Вера в людей и справедливость. Может, если бы она избавилась от всего этого, если бы стала плотоядным монстром, который готов зарезать всех у себя на пути, тогда бы она обрела настоящую «свободу».

Прямо как она, подумала Лу Инь и посмотрела на девушку с чёрными волосами.

– Время пришло, Лу Инь. Идём, – с лёгкой улыбкой произнесла Хэнь Шань.

Лишь теперь Лу Инь осознала, что последние пару дней маячила на границе горячечного бреда. Цепи слетели с неё сами по себе, но затем другая, незримая, но ещё более непроницаемая сила схватила её и понесла за собой, не позволяя пошевелить даже кончиком пальца.

На смену чёрным казематам пришла синяя утренняя дымка.

Клятва Бесконечной Жертвы считалась запретной техникой. Поэтому и казнь посредством последней происходила без особенных фанфар. Обыкновенно предателей Храма Тысячерукой Бодхисаттвы казнили посреди широкой золотой платформы на глазах миллионов зрителей – Лу Инь провели на серую вершину непримечательной горы.

Наблюдать за происходящим явились Небесные руки и Семнадцать пальцев. Лу Инь заметила среди них знакомые лица: Цзинь Суаньмо, пурпурные глаза которой сверкали невозмутимым блеском, старуху Цинь, которая взирала на неё с явным удовольствием, и другие.

Затем все они ушли на второй план, и Лу Инь оказалась посреди серого каменного круга, напротив черноволосой девушки в белой мантии, за спиной которой широким полотном высилось синее утреннее небо.

– Кара предателю, – сказала Хэнь Шань, и в ту же секунду под ногами Лу Инь загорелись письмена, а затем она ощутила, как её культивация, её талант и годы, годы, которые она потратила на его развитие, силой вырывают из неё, точно зубы, которые выдирают с мясом.

По белому, как мел, лицу Лу Инь побежали кровавые слёзы.

…

…

…