Текст книги ""Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

Глава 42
Сила убеждения

После того, как он захватил тело Зао, мастер Кэ ни разу не сомневался в своей победе. Его новая марионетка была сильнейшим Драконом Сакральной Мудрости в мире, в то время как сам он находился на стадии Неба, которая была равноценна Драконам Великой Мудрости.

Кэ наблюдал за битвой Зао и девушки с голубыми волосами и был уверен, что вместе они её одолеют. Особенно когда она потеряет своё оружие – Кэ намеревался поговорить с клинком, тоже телесным духом, который она посмела использовать в битве, и сказать ему перейти на свою сторону – бороться за благо и процветания их великой расы.

Их дело было священным, а значит всякий телесный дух должен, нет, обязан был встать на их сторону.

…Ну или по крайней мере так он думал несколько секунд назад, пока не увидел серебристый куб. Его появление было подобно раскату грома, который раздался прямо у него в голове, оставляя за собой выжженную пустоту.

– Божественный господин, это вы?.. – спросил потрясённый дух.

Куб высокомерно приподнялся и засиял ярким серебристым светом, словно пытаясь придать себе как можно более величественную позу. Со стороны Сима это выглядело немного комично, но Кэ всё равно что молотом огрели, когда он это увидел.

После этого куб пролетел вперёд и стал быстро вертеться и сверкать посреди воздуха. Кэ немедленно взял себя в руки и уже вскоре внимательно наблюдал за его движениями, временами кивая, приоткрывая губы от удивления или спрашивая с растерянным видом на лице:

– Но это… Но ведь это… Но как…

Сима оставалось только гадать, о чём была эта странная беседа. В поисках ответа он покосился на Тай, но девушка лишь закатила глаза, ясно давая понять, что пересказывать «эти бредни» она не собирается.

В какой-то момент к беседе присоединился демонический клинок, который вылетел из ножен и тоже стал кружиться посреди воздуха – при виде этого Кэ погрузился в задумчивость, которая стала ещё глубже, когда куб подлетел прямо к нему и что-то прошептал.

Наконец он сделал глубокий вдох, опустил голову и произнёс:

– Прошу извинить меня. Я не знал, что говорю с первейшими слугами моего достопочтенного господина.

– Слугами? – прошептал Сима и покосился на куб, который величественно сиял посреди воздуха.

– Всё это время мы думали, что низшие расы необходимо обратить в рабство. Сделать их нашими инструментами, как они поступили с нами. Но господин… считает иначе. Он говорит, что возможен компромисс. Вовсе не обязательно, чтобы лишь одна раса стояла на вершине мироздания – они могут дополнять друг друга, как небо и земля.

– Да, это… именно так, – прокашлялся Сима.

– Прошу вас извинить моё невежество. Особенно вас, госпожа, – сказал Кэ, обращаясь к Тай.

– Хм, пускай, – надменно сказала девочка.

– Благодарю вас. До сих пор я был уверен, что пламя гордыни бестелесных духов навечно затмило для них подлинное сияние небес; я не знал, что на самом деле вы были личной служанкой достопочтенного господина и первейшим кандидатом для его гарема.

– … А?

– Я уверен, что, если вы и дальше будете служить ему верой и правдой, вы исполните свою заветную мечту и станете полноценной наложницей, – бесстрастным голосом проговорил Кэ.

Тай передёрнуло, как кошку, которой наступили на хвост, после чего она медленно повернула шею и посмотрела на куб. Последний старательно делал вид, что не замечает её взгляда, хотя Сима увидел на его блестящей поверхности нечто похожее на капельки холодного пота.

– Мастер Сима, – сказал Кэ. – Господин приказал мне служить вам верой и правдой, как его первейшему апостолу и носителю его священной воли. Вы желаете, чтобы я остался в этой форме, или намереваетесь использовать мою подлинную оболочку? – спросил он, сперва опуская взгляд на своё тело – а вернее тело Зао, – а после приподнимая его на белую саблю.

Сима задумался:

– Никто не узнает, что это ты им управляешь?

– В этом мире – нет. Воля тирана блокирует духовное сознание. Однако потом знакомые Зао могут заметить подмену, если будут находится рядом с ним достаточно долгое время, как и драконы на стадии Небесной Мудрости. Их обмануть мне не под силу.

– В таком случай оставайся в этой оболочке, пока мы отсюда не уйдём. И кстати об этом… – Сима приподнял взгляд на экраны, демонстрирующие различные уровни и залы гробницы. Все они были пустыми, и только марионетки парили среди просторных коридоров.

В гробнице не осталось ни одного другого претендента на сокровища прежнего Божественного императора. Они победили.

Сима вздохнул, позволяя себе на мгновение расслабиться, и снова погрузился в сосредоточенные размышления. В гробнице действительно никого не было, но как быть с многочисленными драконами, осаждающими её по периметру? Судя по изображению, которая передавала одна из формаций с порога гробницы, их было больше сотни, в том числе Драконы Великой Мудрости, которые постепенно зализывали свои раны.

Уходить они не собирались. В глазах у них кипела немыслимая ярость в отношении «мастера формаций», который подверг их столь горестному унижению.

Как же им пробраться через эту блокаду? И желательно незамеченными? Сима приказал марионеткам внутри гробницы собраться в главном зале и принести сюда все ресурсы, и между делом стал перебирать варианты.

Глава 43
Горе

Самый очевидный вариант: сбежать через парадный вход, используя Зао в качестве отвлекающего маневра.

Если бы Сима и Лу Инь единственные вышли из гробницы, к ним неминуемо появились бы вопросы, но, если сперва вернётся Зао, все будут уверены, что именно могущественный ученик Первого канцлера прибрал себе сокровища, в то время как на них никто даже не посмотрит.

Сима уже собирался рассказать свой план остальным, как вдруг на лицо его упал яркий золотистый свет. Вскинув голову, он с удивлением посмотрел на формации, которые покрывали стены гробницы. Многочисленные письмена пришли в движение, словно миллионы золотистых змей, и в следующую секунду вся гробница загрохотала, как при землетрясении.

В этот момент собравшимся снаружи предстала грандиозная картина. Всё это время они ожидали, когда покажется господин Зао с проклятым мастером формаций, как вдруг массивные двери гробницы вздрогнули и стремительно закрылись. На их поверхности вспыхнула крепчайшая формация, которую не смогли бы взломать даже Драконы Великой Мудрости, однако те и не подумали ничего делать, потрясённо наблюдая за тем, как гигантский чёрный зикурат вырывается из земли – как если бы рука незримого титана схватила его и стала приподнимать в небесную высь.

Всего за секунду просторная, как целый город, пирамида достигла облаков, посреди которых образовалась пространственная воронка. Никто не мог даже представить, что в мире с такими крепкими законами пространства и времени может появиться подобная трещина. У многих драконов побелело в голове и отвисла челюсть, пока они наблюдали за тем, как гигантский зикурат зарывается в небесные чертоги.

В последнюю секунду некоторые Правители опомнились и устремились в небеса, чтобы остановить гробницу, но сразу были отброшены золотистым барьером. А затем гробница исчезла, после чего воронка свернулась сама в себя, как будто её и не было вовсе.

На месте зикурату остался глубокий землянистый кратер. Просуществовать ему, однако, суждено было совсем недолго. Вскоре по всему миру пробежали многочисленные трещины, после чего целые куски пространства и времени стали провалиться в тёмные вихри межмирового измерения. Казалось, зикурат представлял собой связующее звено, без которого весь мир стал разваливаться и пикировать в слепящую бездну.

Драконы немедленно пришли в себя и бросились бежать. Некоторые до последнего смотрели в небеса, где растворилась драгоценная гробница, но в итоге даже самым упорным пришлось проглотить свою горечь и помчаться на выход.

Стоило последнему участнику экспедиции вернуться в Империю Мириада Облаков, как дерево, портал в гробницу, резко посерело, высохло и сбросило все свои листья…

Мир, созданный прежним Божественным императором, был уничтожен; его сокровища исчезли.

Немного погодя, когда участников экспедиции окружили журналисты, они всё же пришли в себя и заключили, что в битве за сокровище юный Зао одержал безоговорочную победу. Величайший гений своего поколения добрался до последнего зала гробницы, сразил таинственного мастера формаций, – сомнений в его кончине быть не могло, ведь, по словам госпожи Неримы, их с Зао отделяла единственная дверь, и никто не мог сравниться по силам с великим дарованием и наследником Первого канцлера, – после чего подчинил её себе.

После этого Зао использовал зикурат, который неожиданно оказался гигантской летающей крепостью, способной перемещаться между мирами, чтобы скрыться в неизвестном направлении. Вероятно, ему нужно было время, чтобы принять наследие прежнего Божественного императора. На это могло уйти от единственного года до пары сотен или даже тысяч лет – для драконов на стадии Сакральной и Великой Мудрости срок это был совершенно незначительный.

В итоге все остальные участники экспедиции остались ни с чем или даже потеряли свои ценности, однако зла на Зао никто не держал. Одно дело – проклинать неизвестного мастера формаций, и совсем другое – великого гения, который своими силами заполучил сокровища и даже одолел ради них сразу трёх противников, которых называли сильнейшими на своей стадии.

Завидовать ему – всё равно что завидовать солнцу и луне. Это бессмысленно. Напротив, после такого блестящего выступления и грандиозного ухода со сцены у Зао появилось ещё больше почитателей, которые всерьёз предполагали, что однажды юный гений станет Божественный императором.

Изначально многие опасались, что битва за сокровища посеет семена вражды между Правителями и приведёт к политическому кризису – в итоге всё вышло в точности наоборот. Все они остались ни с чем, и на фоне общего горя в них стали зарождаться братские чувства.

Сперва один Правитель пригласил друзей в своё столичное поместье – утопить горечь в сиянии праздника, затем второй, а затем решили устроить полноценный пир, принять участие в котором согласилась даже госпожа Нерима, которая, в свою очередь, убедила господина Уро.

Вечером драконы распивали драгоценные вина, которые стоили как целые миры, временами поднимая бокалы за господина Зао. Они благодарили его за отмщение, которое он обрушил на проклятого мастера формаций.

В итоге никто не узнал, кем же тот был на самом деле, однако это было уже неважно.

Жизнь, даже та, которая длится десятки тысяч лет, слишком коротка, чтобы размышлять о мертвецах.

Глава 44
Корабль

Сима уже приходилось наблюдать пространство между мирами, и теперь ему хватило единственного взгляда на синеватые вихри, которые изображали различные экраны, демонстрирующие происходящее за пределами зикурата, чтобы понять, где они сейчас находятся.

Сперва он даже заволновался: в коридорах пространства и времени можно было очень просто потеряться. Любой Император или Святой был в состоянии вырваться за границы конкретного мира, но попасть в другой были способны только Драконы Небесной Мудрости. Всем остальным просто не под силу было сориентироваться в запутанных лабиринтах мироздания.

Благо, тревога Сима развеялась всего через несколько секунд, когда он присмотрелся к формациям и понял, что на самом деле представляла собой гробница Божественного императора.

Оказывается, это был корабль – огромная небесная баржа, способная перемещаться между мирами, за навигацию в которой отвечали единственные в своём роде формации, созданные лично Божественным императором.

Сердце Сима забилось быстрее при осознании, что с помощью зикурата можно было попасть в совершенно любой мир во вселенной.

– … Даже вернуться в Небесные берега, – заметил он и повернулся к Лу Инь.

Девушка сжала губы. После их побега в Мир Драконов Лу Инь пыталась смириться с мыслью, что уже никогда не увидит свою бабушку, своих друзей, в том числе Мин Юй и Мао Хуа, Королеву Ледяного Сердца, свой первый дом и даже Секту Жемчужного Истока, с которой у неё были связаны не всегда приятные, но детские, а потому дорогие сердцу воспоминания.

Непросто отбросить собственное прошлое, и на душе Лу Инь неизменно нависала мрачная тучка – но вот в ней забрезжили проблески надежды и отразились в глазах девушки, которые впервые за долгое время вспыхнули тем невинным мечтательным блеском, который Сима уже почти забыл.

Он замечал, как Лу Инь пытается быть сосредоточенной и серьёзной, чтобы они могли преодолеть любую преграду на пути к своей цели – выживанию и, впоследствии, оживлению их дочери, Мэй, но всё равно немного соскучился по более светлой и неловкой стороне её характера.

Будет забавно посмотреть, как эту новую, серьёзную и суровую Лу Инь бабушка подрядит чистить картошку.

Впрочем, мысли эти Сима решил держать при себе. Да и не факт, что они действительно могли вернуться в Небесные берега.

Чтобы это проверить, Сима вызвал карту мироздания со всеми мирами, в которые можно было направить корабль. На главном экране посреди гробницы вспыхнуло более тысячи точек, как вдруг почти все они погасли, оставляя только реденькую горстку. Удивлённый, Сима стал разбираться, что происходит, и вскоре почувствовал, как внутри него всё похолодело.

Карту создали миллионы лет назад, и было бы не удивительно, если с момента её начертания некоторые миры оказались уничтожены. Проблема была в том, что исчезло больше 99 % всей вселенной. Это был не естественный процесс, но рукотворная разруха, и автором её был не кто иной, как нынешний Божественный император и его Канцлеры.

Мир людей, судя по карте, был ещё пока цел, но оставалось ему всего несколько лет. Когда все миры кроме единственного будут уничтожены, Божественный император предпримет очередную попытку обрести бессмертие.

Что если у него снова ничего не выйдет? Что он тогда будет делать? И как далеко заведёт его это безумное наваждение? Сима не знал, но уже сейчас, наблюдая за поредевшей картой мироздания, он мог представить себе масштабы разрушений, которые Божественный император учинил на пути к своей цели.

В любом случае для них действия Божественного императора были всё равно что природные катаклизмы для обыкновенного человека. Бороться с ними невозможно – только бежать.

Сейчас следовало заняться более насущными делами. Сима спросил у мастера Кэ, сколько на самом деле телесных духов маскировалось среди участников экспедиции. Оказалось, что он немного преувеличил их количество во время своей речи, и в действительности включая него их было трое. Два других, которые находились на стадии Императора, затаились в Кольцах хранения, которые Сима принесли марионетки.

Когда Сима об этом услышал, то сразу почувствовал зависть к удивительной способности телесных духов находиться внутри пространственных артефактов. Более того, духи в любой момент могли, что называется, притвориться мёртвыми. Любой достаточно сильный воин неизбежно поймёт, что перед ним лежит драгоценный артефакт, но узнать, что у последнего имелся собственный характер, было невозможно, пока меч или сабля не ударит тебя в спину.

В итоге эти мысли подсказали Сима их следующее место назначения. Конечно, им всё ещё нужно было вернуться к Нинь и передать ей положенную долю сокровищ (и посмотреть на её реакцию, когда она увидит, сколько их было), но сперва…

– У вас есть нечто вроде главной базы? На которой собираются все самые важные телесные духи? – спросил он Кэ.

– … Есть, – ответил тот после некоторой паузы и внимательного взгляда на серебристый куб.

Сима кивнул и задал указанные координаты.

Судя по рассказам Кэ, сила их тайного ордена была весьма внушительной. В свою очередь у Сима был серебристый куб, которого они считали своим божеством. Как ни посмотри, данные обстоятельства открывали им редчайшую возможность, и Сима был бы не Сима, если бы не попытался её использовать.

Глава 45
Старый комод

Жаркий ветер пустыни подбрасывал блестящие на солнце песчинки и рисовал узоры на дюнах, когда его вихри поймали маленький зелёный листок. Ветер покрутил его посреди воздуха, словно волны, которые раскачивают деревянную лодку во время бури, и нежно опустил на песчаную гору.

В следующую секунду листок вспыхнул, и рядом появилась пара из черноволосого юноши с мечом и белой саблей на поясе и девушки в красной боевой робе.

Сима бросил взгляд на песчаные дюны и кивнул, когда заметил у себя за спиной зелёный листок.

Гробница Божественного императора представляла собой межпространственную крепость, на которой можно было перемещаться по вселенной. В то же время её создатель прекрасно понимал, что гигантский чёрный зикурат рискует привлечь нежелательное внимание, если мир действительно захватят Простейшие, и его гробницу будут использовать как базу сопротивления. Поэтому гробница умела создавать вокруг себя собственный малый мир и прятаться внутри него.

Здесь имел место совершенно иной принцип, нежели у Колец хранения. Те представляли собой своеобразные карманы внутри уже существующего пространства, в то время как в листочке был заключён небольшой, но полноценный мир со своими законами.

Только обладатель Божественной силы мог сотворить нечто подобное, и преимущества данного подхода были на лицо. Почувствовать листок было невозможно. Его можно было заметить, особенно посреди пустыни, в которой он смотрелся инородно, но никто не поймёт, что он представляет собой на самом деле и тем более не сможет проникнуть внутрь – для этого требовался ключ в лице родословной Золотого дракона.

– Куда теперь? – спросил Сима.

– Вниз, – ответила его сабля глубоким голосом мастера Кэ.

Сима посмотрел на песок у себя под ногами, затем на Лу Инь. Девушка положила руку на меч, и в следующее мгновение под ними образовался бездонный каньон, в который хлынули песочные водопады. Сима без лишних колебаний отправился прямо за ними.

Спустившись на глубину в несколько десятков тысяч километров, они оказались посреди просторного подземного кармана. Сперва даже могло показаться, что он был естественного происхождения, но затем белая сабля стремительно замелькала, и посреди песчаной стены образовались широкие врата.

Раздался грохот, они приоткрылись, и навстречу Сима и Лу Инь устремились сотни разнообразных… вещей.

Среди них были котлы, старинные чайники, шляпы, сковородки, стулья, лампы, книги с порванными обложками, железные, серебряные и нефритовые ножницы, заколки всех форм и размеров и просто блестящие камешки; встречались и драконы, но взгляд у них был потерянный и стремился либо в пустоту, либо в некую невидимую точку. Сима вспомнил, что так же выглядела Лу Инь, когда её душой завладел демонический клинок.

Можно подчинить себе сознание разумного существа, но управлять им так, чтобы на это никто не обратил внимание, было непросто. По словам мастера Кэ, в мире было немало могущественных телесных духов, но лишь немногие из них, как он, в совершенстве овладели искусством маскировки.

В ответ на это Сима хотел заметить, что сам Кэ тоже носил длинный капюшон и тёмную мантию, но в итоге промолчал. К этому времени он уже начинал понимать его характер.

– Кэ? Это ты? Эти драконы… Что происходит⁈ Ты предал нас? Как ты посмел⁈ Я велю переплавить твою форму в приспособление для чистки… чистки… как они называют эти, которыми они чистят…

Подземный карман немедленно наполнил могучий, но при этом хриплый старый голос. Сима присмотрелся, пытаясь понять, от «чего» он исходит, и увидел, что особое место среди телесных духов занимает высокий комод из тёмного дерева. Он был таким потрёпанным и побитым, что гармоничнее смотрелся бы не в доме, но на свалке, и в то же время от него исходила давящая аура, которая даже Лу Инь заставила напрячься и крепче схватиться за рукоять меча.

– Вы ошибаетесь, Великий старейшина, – раздался невозмутимый, но потому немного высокомерный голос белой сабли.

Комод затрепетал.

– Я? Я ошибаюсь⁈ Мальчишка! Негодник! Я помню тебя с тех пор, как ты днями напролёт махался с камнями, и ты говоришь, что я ошибаюсь?

– Верно, – ответила сабля.

– Ты… Ты!.. Схватить его! Немедленно! Его и этих драконов! – загрохотал комод с такой силой, что у него пооткрывались полочки.

Телесные духи немедленно окружили Сима и Лу Инь. Их было больше сотни, и трое находились на стадии Великой Мудрости – Святого. Едва ли они были сильнейшими воинами своей стадии, как Зао или даже госпожа Нерима, но для Лу Инь, которая была всего лишь Императором, это всё равно была опасная ситуация, особенно когда рядом находился Сима.

– Мы расплавим тебя и перекуём в приспособление для чистки этого, Кэ! Этого! А этим двум выжжем души и заставим дни и ночи напролёт прочищать нас от пыли! Все наши полочки! Все ручки! Все углы!.. – злобно гремел комод, прямо на глазах разрастаясь до титанических размеров.

Сабля ничего не ответила, но только повернулась и самую малость наклонилась, изображая поклон. Тогда Сима вытянул руку, и когда армия телесных духов уже собиралась наброситься на пару и заковать в огромные цепи, перед ними появился серебристый куб.