Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бакшеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 99 (всего у книги 192 страниц)

42

Кража в особо крупных размерах – серьезное преступление. Правда, украли деньги, которые некий чиновник получил в виде взяток и захотел отмыть. Сделав неосторожное признание, Сонин одумался и в официальном заявлении указал, что в сейфе хранились его личные средства. Подобная изворотливость не добавляла уважения к потерпевшему, но преступления не делятся на хорошие и плохие – следователь должен раскрывать каждое. Тем более, нельзя было исключить, что ограбление как-то связано с убийствами актрис из окружения Сонина. Их смерть не давала Петелиной покоя.

Покинув студию, она направилась в криминалистическую лабораторию. Устинов сообщил по телефону, что проделана большая работа с чулками, есть что обсудить. И у Масловой неожиданный результат.

В лаборатории взгляд натолкнулся на скелет с напяленным на череп черным чулком. В отличие от живого человека чулок Васильича приукрашивал. Елена укоризненно покачала головой:

– Ты меня позвал ради этого?

– Это наглядное пособие, демонстрирующее дыхание через чулок.

Петелина заозиралсь с картинно расширенными глазами:

– Я попала в лабораторию Франкенштейна? Василич задышал?

Устинов продемонстрировал сдержанную улыбку и продолжил:

– Обратите внимание, чулок плотно прижимается к губам.

– Не вижу никаких губ. Объясни нормально.

– Объясняю. На Сорокина напал шантажист в чулке. Потом чулок обнаружили в кармане актера. Я предположил, что если это тот самый чулок, то на ткани могла остаться слюна вымогателя. Так и оказалось. Нам удалось выделить ДНК и провести сравнение.

Эксперт загадочно умолк. Вот так всегда: первая настоящая удача, а Головастик ждет, чтобы она сама догадалась.

– Напал Сухонос, муж Нестеренко?

– Сухонос не имеет отношения к колготкам.

– У вас есть образцы ДНК мужчин с киностудии, – вспомнила Петелина и спросила: – Чантурия?

– Ни один образец не совпал.

– Скажи прямо, не тяни!

– С общей базой данных тоже ни одного совпадения. Подозреваемого нет. Пока.

– Что значит пока?

– Удалось установить, откуда на телефон Сорокина отправлена запись с компроматом. Определил провайдера и жилой район. – Головастик показал карту на мониторе компьютера с обведенным участком.

– Уже что-то. Оправь мне на телефон.

Устинов щелкнул по клавиатуре, а Петелина набрала телефон Валеева.

– Марат, я перешлю тебе данные, там карта. Из этого микрорайона шантажист послал Сорокину видео. Это может быть оператор Антон Пегин, которого мы не нашли, или кто-то другой со студии. Надо проверить.

– Нам за студией наблюдать или квартиры обходить? – недовольно пробурчал оперативник.

– Сегодня киностудия, а завтра…

– Спасибо за заботу, родная.

За годы службы старший следователь привыкла к подобному ворчанию, но что поделаешь. Вот раскроют дело и… Она вздохнула. Отдыха не будет: преступники работают без выходных.

– Мы с Устиновым тоже еще на службе, – сказала она и отключилась. – А где Маслова? Ты говорил, что у нее есть результат.

– Елена Павловна, три часа, как рабочий день закончился.

Петелина взглянула на часы. Хорошо, что у нее уже дочь большая и мама помогает, а как быть сотруднице с маленьким ребенком?

– Тогда рассказывай ты, – согласилась она, устало опустившись на стул.

– Светлана исследовала эпителий из-под ногтей Нестеренко. Результат есть, но очень сомнительный. Я завтра перепроверю.

– А сегодня что ты можешь сказать?

Эксперт пощелкал по клавиатуре и указал на большой монитор:

– В результате сравнения ДНК компьютер выдал этого человека.

Петелина увидела стандартные фотографии из уголовного дела.

– Лицо знакомое. Наш клиент?

– Николай Бондарь. Пять лет назад вы его посадили за разбой.

– Припоминаю… Как раз мог выйти.

– Я навел справки. Бондарь до сих пор отбывает срок.

Следователь недоуменно посмотрела на эксперта.

– Вот я и говорю, надо перепроверить.

43

Старый угловатый темно-синий «джип-чероки» заехал на парковку торгового центра.

– Здесь, – сказал Щукин, останавливая автомобиль.

Сидевший в пассажирском кресле Рыков придирчиво осмотрел стоявшие рядом машины.

– Какую себе купишь, когда получим деньги? – спросил он приятеля.

– Большой внедорожник.

– А я возьму спортивную с откидным верхом.

– В нее ничего не влезет.

– Самое необходимое поместится. Я, девушка, – Игорь чуть не сказал «Алла», – и сумка с деньгами в багажнике.

– Мечтаешь о красивой жизни, а я вложу деньги в дело. Видел октокоптер в багажнике за сиденьями?

– Картинки сверху снимать? Сейчас этим никого не удивишь, – ухмыльнулся Рыков.

– Доставка товаров с воздушного склада на дирижабле прямо к окну покупателя. Представляешь? Вот что я разрабатываю.

Рыков не успел удивиться фантазии бывшего одноклассника. Открылась задняя дверца, и в машину села Алена, с которой здесь была назначена встреча. Девушка нервно покусывала губы и тарабанила пальцами по сумочке.

– Что-то случилось? – обеспокоился Щукин.

– Встречалась с Автором. С нас требуют деньги.

– Подождет. Деньги еще на студии, – окрысился Рыков.

– О тебе говорили особо. О твоей жадности, которая все испортила. – Алена толкнула Игоря в плечо. – Хотел урвать куш, спрятал деньги в унитаз.

– Да кто такой этот Автор? Надо вообще его кинуть! – кипятился Рыков.

– Ага, попробуй. Рудакова уже пыталась.

Щукин нахмурился и повернулся к Ланской:

– Ты говоришь про актрису, которую задушили?

– Мне прямо не сказали, но намекнули. Если что, история повторится.

– Пусть только сунется. Я его… – Рыков погрозил кулаком.

– У тебя, Игорек, шея крепкая, а у меня? – Алена обхватила себя за горло, будто хотела его согреть, посмотрела в глаза каждому поклоннику и напомнила: – После Рудаковой была Нестеренко.

– Алена, успокойся, мы никого не кинем, деньги разделим, – Щукин требовательно взглянул на напарника: – Ведь так?

Рыков возражал:

– Я не против отстегнуть долю, но пятьдесят на пятьдесят несправедливо, если весь риск наш. Пусть он, если такой умный и смелый, тоже подключится.

– Я умолчала, что деньги еще на студии. Если мы обратимся за помощью – это признание в собственном провале. Тогда нам выделят крохи. – Ланская с тревогой посмотрела на парней. – У нас что, проблемы?

Рыков скривился, как от зубной боли:

– Я выходил одним из последних со студии, местную охрану усилили ментами, патрульный экипаж поставили снаружи. Рабочие видели, как у забора дополнительные камеры повесили. Поговаривают, что оперативники остались внутри на дежурство. Я видел их «мазду» на парковке.

– И что? Вы не сможете вытащить деньги? – Ланская вцепилась в плечо Щукина. – Ты же говорил, что есть план.

– План остается в силе, – заверил Рома. – Придется немного его подкорректировать. Игорь, сходи в торговый центр, купи фейерверки. Побольше и помощнее.

44

Старший лейтенант Майоров стоял у окна и любовался залпами фейерверков, озарявших ночное небо. Свадьбу гуляют, думал он, не мелочатся. У него тоже недавно была свадьба – скромная, для своих. Галя, хоть и грозилась дать согласие после того, как он станет капитаном, но, забеременев, сама потащила его в ЗАГС. Теперь он без пяти минут папа, а деньги, сэкономленные на свадьбе, потратит лучше на будущего малыша.

Валеев, сидевший за монитором, на который выводились изображения с камер наблюдения, протер усталые глаза и окликнул напарника:

– Ваня, у меня глаза в кучку, замени.

– Сейчас кофе сделаю.

– Добро, только покрепче.

Майоров принес кофе и занял место перед монитором: в каждом из восьми квадратиков виднелись очертания высокого забора, огораживающего территорию бывшего радиозавода. Четыре квадрата периодически освещались разноцветными огоньками фейерверков. Взгляд оперативника невольно косился туда.

Валеев пил кофе стоя, чередуя глотки с сигаретными затяжками. В голову лезли неприятные мысли: он сейчас на задании, а к Лене может прийти Сергей с каким-нибудь кулоном или серьгами. Как ни крути, а женщины любят получать подарки: цветам радуются, не говоря уж про бриллианты. А когда женщина радуется и испытывает благодарность, ее душа теплеет и становится отзывчивой к мужскому вниманию. И обоим становится хорошо. А третьему лишнему плохо. Эх, и где достать деньги на такие подарки?

– Ваня, представь, что мы возьмем ворюгу с сумкой бабла, а он нам предложит: берите половину и отпустите. Что скажешь?

Майоров покосился на старшего напарника: он проверяет или предлагает? Задумался вслух:

– Половина и еще пополам…

– Полтора лимона каждому получится.

– Впечатляет, – протяжно произнес оперативник.

– Ты смотри внимательно, не прозевай.

– Шесть лимонов долларов – это шестьдесят килограмм. Две сумки, как минимум, незаметно не проскочишь.

Майоров продолжал смотреть в монитор. Подъема энтузиазма хватило минут на пятнадцать. Затем его взгляд устал. В какой-то момент показалось, что в темном углу квадратика промелькнуло нечто похожее на квадрокоптер. Вполне возможно, люди не просто шарахают в небо деньгами, а снимают видео на память. Гулять, так гулять.

Щукин стоял около своего джипа. На груди было закреплено устройство управления воздушным дроном с экраном и манипуляторами. Он плавно двинул рычажком и поднял взгляд вверх. Из темного неба почти бесшумно спустился дрон с восемью винтами и завис в нескольких сантиметрах над крышей джипа. Четыре лапы манипулятора зажимали коробку из-под пиццы. Щукин нажал кнопку, и коробка плюхнулась на автомобиль. Беспилотник получил новую команду, взмыл в ночное небо и отправился в очередной рейс.

Со стороны, где бабахали фейерверки, прибежал Рыков.

– Запустил новую порцию, – сообщил он и снял коробки с крыши машины.

Багажник джипа, хоть и большой, предназначался для перевозки беспилотника и технического оборудования, зато хорошо затемненные задние стекла позволяли прятать коробки в салон на заднее сиденье. Туда и сунул их Рыков, проверив содержимое. Внутри лежали ровные пачки долларов.

Рыков не удержался и похвалил соперника:

– Классную штуку изобрел.

– Дрон стандартный. Я разработал манипуляторы и систему управления. Если интернет-склады разместить на дирижаблях, то время доставки товаров будет минимальным.

– Сколько еще коробок осталось?

– Половину сердечка разобрали, – откликнулся Щукин, наблюдая, как беспилотник, повинуясь его командам, захватывает очередную коробку из-под пиццы с крыши пристройки.

Он поднял его повыше, чтобы не попасть в камеры видеонаблюдения, и направил к джипу.

Когда все коробки были доставлены, техника убрана и грабители уезжали с добычей, Рыков объявил:

– Остался последний фейерверк. Я знаю, как его использовать, притормози у парковки.

Джип остановился за высоким сугробом. Рыков прокрался к новой «мазде», сунул коробку с фейерверком под бензобак и поджег фитиль. Стремглав вернулся в машину и крикнул:

– Гони!

«Джип-чероки» сорвался с места под стрекот выпускаемых зарядов. Обреченная легковушка вспыхнула. Рыков мстительно улыбнулся. Опер, который всех достал, получил свое.

Ранним утром следователь заехала на киностудию. Неужели за ночь не было попыток вынести деньги? Если так, то следует продолжить поиски. Здание большое, однако и сумма огромная, в кармане не утаишь.

На парковке она увидела сгоревший автомобиль и узнала по обожженному номеру «мазду» Валеева. Он приобрел ее недавно и, хотя внешне пыжился, мол, подумаешь, в душе радовался новой машине, как мальчишка. Елена представила его рядом с выгоревшим авто. Это будет удар для него.

Петелина прошла в комнату, где дежурили оперативники. Иван боролся со сном перед монитором, подпирая голову обеими руками, а Марат дремал в кресле. Увидев следователя, Майоров привстал, демонстрируя, что он ни в одном глазу, и стал рассказывать, что дежурство прошло впустую. Если бы не фейерверки, то и вспоминать нечего, признался он.

Проснувшийся Марат расплылся в масляной улыбке. Лена ее хорошо знала. Не будь рядом Вани, он бы сграбастал ее жадными руками и притянул к себе. Она бы отпиралась – не время, не место – но он бы все равно ее уговорил. А потом бы она удивлялась, как же мало мужику нужно для счастья.

Елена отвернулась, подошла к окну – парковки отсюда не видно, значит, Марат еще не знает.

– Вы хорошо поработали, отдохните дома, – сказала она и повернулась к Марату: – Пойдем.

Когда они шли по коридору, она бросила взгляд на крышу пристройки – от милого сердечка из коробок ничего не осталось. Радость недолговечна.

Выйдя на парковку, Марат раздвинул широкие плечи и зажмурил глаза, ловя солнечные лучи и вдыхая морозный воздух. Почуяв запах жженой резины, он повернул голову и обомлел.

– Твою ж мать, – прошептали его губы.

45

После киностудии Петелина собиралась заняться Николаем Бондарем. Результат экспертизы, говоривший о причастности осужденного к убийству, – скорее всего, техническая ошибка, но отметать его, не проверив, нельзя. Устинов проведет повторный анализ, а она должна удостовериться, что Бондарь действительно находится под стражей.

Однако сгоревший автомобиль Валеева скорректировал планы: ей пришлось везти Марата домой. Он держал на коленях обожженные номера и раздраженно цедил сквозь зубы:

– Узнаю, кто устроил салют. Юбилей или свадьба – мне по барабану, они заплатят. И за моральный ущерб тоже потребую.

Елена решила успокоить близкого человека:

– Мой бывший говорил, что машина – это всего лишь железо, не стоит так переживать из-за него.

Упоминание Сергея оказалось ошибкой. Валеев грохнул номерными знаками по коленям:

– Ему легко так говорить: железо. А мне пахать на это железо и пахать! Железо, видишь ли. Я все сбережения на него угробил. Сколько теперь копить?

– Считай мою машину общей, – только и осталось предложить Елене.

Марат умолк на некоторое время, а потом вдруг выдавил:

– Ему легко дарить подарки.

Елена поняла, что образ Сергея незримо присутствует между ними. Марат ревнив, не стоит его раздражать неосторожными фразами о бывшем, тем более сейчас, когда он подавлен случившимся. Вот приедут домой, и она постарается изменить его настроение.

Но первым, кого они увидели у своего дома, оказался именно Сергей. Он помахал Елене рукой и любезно убрал новенький «порше» цвета «мокрый асфальт», чтобы она припарковалась напротив подъезда.

– Настя попросила документы из клуба в федерацию керлинга отвезти, – объяснил он свое присутствие и, видя недоумение в глазах бывшей супруги, растолковал: – Протоколы соревнований, где Настя побеждала. Ей же звание мастера спорта присваивают.

Елена почувствовала укол совести: Сергей заботится о дочери, а она… Настя ее даже не попросила, потому что знает, что мама сошлется на работу, в лучшем случае даст деньги на такси.

– Мы быстро смотались, и я ее в школу подбросил. Настя всего один урок пропустила.

– Спасибо, – тихо, чтобы слышал только Сергей, промолвила она.

Марат в это время с колкой завистью смотрел на сияющий новой краской автомобиль премиум-класса. Дверца «порше» была приоткрыта, оттуда пахло уютом благородной роскоши. А от его рук, сжимавших обгоревшие номера, несло гарью.

– Пожарным работаешь, – пошутил Сергей.

Валеев отвернулся и пошел к подъеду.

– Его машина сгорела, – бросила на ходу Елена, спеша за Маратом.

Они ушли, а Сергей погрузился в невеселые мысли.

Оказавшись в квартире, Елена решила задержаться. Зэк за решеткой подождет. Душевное состояние близкого человека куда важнее.

– Ты помойся, а то и правда пахнет, – посоветовала она Марату. – А я пока завтрак организую.

Чтобы не испачкать деловой костюм, она сняла жакет, а потом и блузку. Вместо них надела забавный фартук с нарисованным полуобнаженным женским торсом. Его когда-то подарил ей Марат, но она ни разу его не надевала.

Марат вышел из душа в махровом халате. Его уставший взгляд тут же повеселел при виде Елены в игривом фартучке. Картинка на груди была настолько реалистичной, что казалось, его обслуживает неодетая женщина. Он сел завтракать и молча съел все, что она приготовила. Только его глаза чаще смотрели не в тарелку, а на нее. Елена хорошо знала этот взгляд – в меру откровенный и безмерно целеустремленный. А цель не была для нее загадкой. Если быть честной, то сейчас она хотела того же.

Марат поел и больше не отводил от нее взгляд. Елена взяла тарелки и поставила их в мойку. Воду включать не потребовалось. Увидев ее обнаженную спину, Марат решительно шагнул вперед. Его руки сжали ее талию, а затем разъехались – одна на живот, другая на грудь. Он целовал ее в шею, прижимаясь пахом к ягодицам. Она откинула голову, и он поймал губами ее губы. Поцелуй был нетерпеливым и жадным. А потом он снял с нее передник и развернул к себе. И снова блуждание рук по телу, жаркие поцелуи, торопливое избавление от одежды.

До спальни они не дошли: упали в гостиной на халат и обезумели от страсти.

Тем временем мыслями Сергея Петелина управляла ревность. Он размышлял: пока у Марата нет машины, они с Леной будут ездить вместе. Чем чаще они вместе, тем меньше у него шансов застать ее одну. Марат рядом с Леной и на службе, и дома, а теперь еще по пути туда и обратно. Автомобиль сближает, он знал это по себе. Тесное пространство, взгляды на грудь и на коленки невольно провоцируют желание протянуть руку к женщине.

Сергей никуда не уехал. Он сидел в уютном кресле теплого «порше» у дома Елены и словно чувствовал, как за окнами вверху происходит что-то обидное для его самолюбия. Он бы отдал многое, чтобы поменяться местами со своим соперником. Придя к этой мысли, он открыл портфель и написал доверенность на автомобиль. Вписывая имя Валеева, он почувствовал, что возвышается над соперником.

Готовая бумага лег в пакет. Туда же он опустил ключи и документы на «порше». Зашел в подъезд, поднялся на лифте. Прежде чем надавить кнопку звонка, прислушался. Сердце не обмануло – парочка занималась любовью недалеко от двери, страстно и откровенно. Гнев на миг затмил разум, кулак завис над звонком, но расчет победил – Сергей сдержался. Его появление жестко обломает настрой не только Марату, но и Лене. А для нее он должен быть источником только положительных эмоций.

Сергей сжал губы и спустился во двор. Дал себе время успокоиться и позвонил Марату. В трубке послышалось тяжелое дыхание.

– Запыхался? А с виду такой спортивный, – не удержался от укола Сергей.

– Только не начинай. Что тебе надо?

– Я, вообще-то, с подарком, выгляни в окно.

В окне дернулась занавеска, показалась голова Марата и Сергей продемонстрировал пакет, продолжив разговор по телефону:

– «Порш» твой, документы и ключи я оставлю под сиденьем.

– Но… Я что-то не понимаю.

– Пользуйся моей, пока свою не починишь.

– Да там и чинить нечего, – честно признался Валеев.

– Я не ради тебя, Марат. Ради общества. Хочу, чтобы преступников стало меньше, – с этими словами Сергей бросил пакет под сиденье и захлопнул дверцу.

Он уходил, а из соседнего окна, прячась за шторой, за ним наблюдала Елена. Она окончательно запуталась: ее тело еще не остыло от ласк одного мужчины, а взгляд тянулся к другому.

Когда Сергей скрылся из виду, Марат обратился к ней:

– Ты слышала? Что будем делать?

– Работать! – неожиданно резко ответила Елена и стала собираться. – Я уезжаю, а ты «порше» отгони, он проезду мешает.

46

Петелина вышла из машины, заранее готовя документы, и направилась к железной двери. Здесь все выглядело казенным, начиная с таблички: «Следственный изолятор №…». Подобные сооружения строят только на деньги из казны: забор в три человеческих роста, толстые стены, мелкие клетки решетки на окнах, прожекторы и камеры на каждом углу и спираль колючей проволоки даже на крыше.

Пройдя через комнату-шлюз, где запиралась одна дверь, прежде чем отпереть следующую, Петелина оказалась в административном здании.

Ее провели в кабинет заместителя начальника СИЗО по режиму и охране. Майор Евгений Гаврилов встретил гостью настороженно. Старший следователь пришла на его территорию, интересовалась осужденным, дело которого вела, на что имела полное право, но заявилась не с постановлением, а обратилась с просьбой. Майор Гаврилов привык к прямолинейным отношениям по типу: начальник – подчиненный. Он отдает приказ – его выполняют. Ему приказывает руководство – он подчиняется. Петелина вроде как из своих, но из параллельной структуры, и звание у нее такое же. Как с ней держаться?

Он предложил Петелиной сесть и передал папку.

– Вот дело Николая Бондаря, о котором вы спрашивали. Отбывает наказание у нас в отряде хозяйственного обслуживания. Исполнительный, в нарушениях режима не замечен, скоро УДО. Выйдет условно-досрочно.

Гаврилов встал, сцепил руки за спиной и повернулся к зарешеченному окну.

Петелина пролистала тонкую папку. В отличие от нее уголовное дело, в котором фигурировал Бондарь, занимало несколько томов. Этот человек был осужден за ограбление клиентов банков, снимавших большие суммы наличных или менявших валюту. Он угонял автомобили для дела и выполнял функции водителя. Непосредственно ограблением занимались другие. За бандой числилось одиннадцать эпизодов, в том числе одно убийство и пять случаев причинения тяжкого вреда здоровью.

Тогда она уговорила его пойти на сделку со следствием. Он сдал подельников и главаря – Ткачева по кличке Ткач. В колонии ему грозила неминуемая смерть, поэтому его оставили в СИЗО на облегченных условиях с практически гарантированным досрочным освобождением после отбытия половины срока.

– Я вижу, его иногда переводят в санчасть, – заинтересовалась Петелина.

– У Бондаря гепатит, бывает обострение, даем иногда отлежаться, – пояснил Гаврилов, затем повернулся: – Открылись новые обстоятельства, хотите добавить срок?

– Хочу посмотреть на него.

– На осужденного?

– Вас я уже рассмотрела. – Петелина скользнула придирчивым взглядом по форме майора. Заметила пятно на кителе, словно его касалась рука в муке, и не удержалась от вопроса с подвохом: – Вкусные пироги печет жена?

Гаврилов нервно отряхнул полу кителя, но пятно осталось. Бросил бесполезное занятие, взглянул на часы и повел следователя в противоположную часть здания, откуда был виден арестантский двор, накрытый железной сеткой. По пути он сделал замечание одному подчиненному, напомнил о поручении другому. Его голос стал строгим и властным.

Во дворе трое мужчин в телогрейках сгребали лопатами выпавший за ночь снег.

– Вон он, справа, – указал Гаврилов.

Петелина присмотрелась, узнала Николая Бондаря и отошла в сторону, чтобы позвонить Устинову.

– Миша, ты провел повторный тест по Бондарю?

– Результат тот же, – доложил эксперт. – Совпадение ДНК на 99 процентов.

– Бондарь за решеткой, это железобетонное алиби. Как такое возможно?

– Объясняю. Во-первых, однояйцевый близнец имеет схожее ДНК. В редких случаях – родной брат.

– Рабочая версия, – воодушевилась следователь и вернулась к Гаврилову. – Я хочу побеседовать с ним.

Майор покорно кивнул и рявкнул кому-то по телефону:

– Заключенного Бондаря в допросную. Немедленно!

По правилам СИЗО в комнате для допросов осужденному надели наручники и пристегнули их к кольцу на железном столе.

– Помните меня? – спросила следователь, сев напротив него на привинченный к полу стул.

– Такое забудешь, – Бондарь демонстративно звякнул наручниками.

– Я держу слово. Скоро вас выпустят.

В глазах Бондаря мелькнула тревога, словно он боялся спугнуть удачу. Елене показалось, что он хотел сплюнуть трижды через левое плечо, но сдержался и стиснул губы. Мечтает о воле, но чего-то боится, возможно, мести подельников.

– Вас кто-нибудь будет встречать? Скажите – я предупрежу так, чтобы никто другой не узнал.

– Дружков у меня не осталось, как вы знаете. Жены, детей не было, и слава богу, а мать давно умерла.

– А брат или сестра у вас есть? Кажется, вы у матери были не первым, – задала вопрос следователь, помня о версии эксперта.

– Вторым или третьим. Она рожала по молодости и по глупости, и сдавала в детдом. На мне решила остепениться. С мужиками завязала, а с водочкой наоборот.

– В какой детдом она отдавала детей?

– А я почем знаю. Если и был брат-сестра, встречать меня никто не придет. Я никого никогда не видел.

Задав еще несколько вопросов, Петелина убедилась, что о родственниках осужденный не в курсе, надо идти другим путем. Она пожелала Николаю начать новую жизнь после освобождения и попрощалась.

Из машины позвонила Астаховской с просьбой пересмотреть свежим взглядом старое дело Николая Бондаря и архивы на предмет поиска его кровных родственников.