Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"
Автор книги: Сергей Бакшеев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 155 (всего у книги 192 страниц)
Глава 53
6 июня. 09:10. 23 часа 40 минут после казни
Сквозь сон она слышала телефонный звонок, вяло отмахнулась и телефон затих. Вместо звонка послышался голос, кто-то трогал ее за плечо, что-то говорил, а ей не удавалось отмахнуться. Елена распахнула глаза, увидела Марата с малышом на руках и перенеслась в действительность.
Она в санатории. Вчера Ольга Ивановна переехала в освободившийся рядом номер, и Марат ночевал вместе с ней. Кажется, она проснулась в шесть, накормила малыша и сразу отключилась.
– Который час? – спросила Елена, потягиваясь.
Вместо ответа Марат протянул ей телефон:
– Головастик звонит. Что-то важное.
Петелина села в кровати и взяла трубку. Миша Устинов торопливо рассказывал:
– Елена Павловна, я изучил планшет Кати Антоновой. Вчера некий Админ прислал ей измененную ссылку на сайт Sud Naroda, и последний час Катя смотрела не смонтированную запись, как все, а прямую трансляцию до конца!
– Что там было?
– Нетрудно догадаться – наверное, казнь.
Елена вспомнила слова Золотовой о том, что замороженное подсознание девушки может разрушить новый шок, сравнимый с тем, что она пережила в детстве. Если Катя видела казнь своего насильника-педофила, то вполне объяснимо ее вчерашнее перерождение. Поэтому ее отец выглядел таким спокойным. Антонов добился своего и ни слова не произнес после задержания.
– Но это еще не все, – говорил возбужденный Устинов. – Sud Naroda продолжает работать!
Петелина с недоверием переспросила:
– Ты не шутишь?
– Включите сайт, – посоветовал эксперт.
Елена кивнула Марату, тот подключил сайт на своем телефоне, взглянул – и его брови поползли вверх. Он развернул экран к жене.
Поверх старой картинки с искаженным ужасом лицом Панина мигало крупное объявление: Заседание № 2 начнется сегодня в 09:30.
Елена вспомнила, что суд над Паниным прошел с пометкой: Заседание № 1. Тогда это казалось бравадой. Неужели все повторится?
Она взглянула на часы – еще пятнадцать минут. Умылась, оделась и села перед телефоном, не представляя, к чему готовиться.
В это время ей позвонила Мария Луганцева с просьбой прокомментировать новое заседание суда. Петелина возмутилась:
– Тебе Миша слил информацию? Я ему напомню, что он работает не на телевидении!
– Да нет же, Елена Павловна. Это я его предупредила, – сообщила Маша. – Информация о новом заседании Суда Народа была разослана по новостным каналам.
Елена беспомощно опустила трубку. Суд Народа продолжается. Кто же теперь станет подсудимым?
Глава 54
6 июня. Сутки после казни
Ровно в девять тридцать утра объявление о Заседании № 2 исчезло с экрана и включилась трансляция. На первый взгляд ничего не изменилось: та же мрачная камера, тот же стул по центру и тот же подсудимый.
Да, это снова был Борис Панин! Но в углу экрана мерцало пояснение – запись от 5 июня. Таймер показывал, что идет отсчет последнего часа. Это был тот самый кусок записи, замененный на монтаж из предыдущих сцен. Теперь всем предстояло узнать судьбу подсудимого.
Неожиданно в кадре перед Паниным появился человек в маске сварщика, на нем был рабочий комбинезон и резиновые перчатки. В руках сварщик держал газовую горелку, подсоединенную к шлангу. Он о чем-то спросил Панина, и из наконечника горелки вырвалось пламя. Огненная струя поиграла перед лицом обезумевшего узника, сместилась вниз, угрожая прожечь его пах.
Звука по-прежнему не было, но было ясно, что сварщик что-то требует от педофила. Панин отчаянно кивал, но сварщик продолжал играть на его нервах. Сопло горелки поднялось вверх, пламя издевательски медленно описало контур вокруг головы Панина и вдруг обрушилось на руку пленника. Тонкая огненная струя лишила педофила мизинца.
Сварщик отступил и исчез из кадра, а Панин беззвучно орал от боли и ужаса.
Когда он преодолел шок и стал вменяемым, включился звук. Панин отдышался и начал говорить:
– Да, это я увез ту девочку. Она училась в музыкальной школе и заходила в нашу пекарню. Я давно ее отметил – чистое милое создание. Не знаю, как ее зовут, она для меня Ландыш, самый нежный цветок.
Стало ясно, что признание в похищении Софьи Дороховой было условием, которое поставил сварщик. Панин умоляюще смотрел на вышедшего из кадра сварщика и продолжал:
– Я заманил ее в свою машину. Отвез в будущую пекарню «7 Пирогов» на Славянской улице. Помещение пустует, ждут оборудование. Я забелил витрину, чтобы не был виден баннер. Вход с улицы в центре здания. Девочку я спрятал в подвале.
Он облизнул пересохшие губы и перевел взгляд на камеру. Теперь он говорил нервно и сбивчиво:
– Я не мог устоять. Она, как Ландыш, я люблю таких. Да, люблю, вам этого не понять! За что меня судить? За любовь? Я только один раз с ней. Она цела, я старался не больно. Привязал, чтобы не убежала, и все. Но я оставил ей пирожное. Ее любимое пирожное с малиной и еще бутылку колы. Я позаботился о ней. Отпустите. Я все рассказал. Отпустите меня!
Он беспомощно опустил голову и продолжал бормотать о том, что сам страдает от любви, и умолял о пощаде.
– Решаю не я, а народ, – прозвучал глухой голос сварщика из-под железной маски. – Сейчас ты узнаешь приговор.
Таймер отсчитал последнюю минуту и обнулился. Зажегся красный свет и более уже не менялся. Итоги народного голосования были неумолимы. Казнить!
Чугунная гиря сорвалась с привязи. Панин заорал жутким голосом, глядя на приближающийся снаряд.
Елена зажмурила глаза, крик оборвался. Она подняла взгляд на Марата, опасаясь смотреть на дисплей.
– Гиря просвистела рядом с головой Панина, – сообщил Марат.
– Сварщик его пожалел? – изумилась Елена.
– Зря.
– Что с Паниным? Его отпустили? Тогда где он? – недоумевала следователь.
Валеев пожал плечами, указав на застывший кадр на экране с поникшим телом Панина.
И вдруг снова включилась видеокамера. На этот раз это была прямая онлайн трансляция из помещения Суда Народа.
К стулу с пленником подошел человек без маски. Он не скрывал своего лица. Петелина узнала его и обомлела от удивления.
Вошедший отстегнул обмякшее тело Панина, откатил его в сторону и накрыл пленкой. Запустил с помощью телефона счетчик обратного отсчета и разбил аппарат. В камере для казни зажегся зеленый свет, через пять секунд сменился на желтый, затем на красный.
Человек сел на место подсудимого и приковал себя также, как ранее был прикован к железному стулу Панин. С минуту помолчав, он посмотрел в видеокамеру и начал говорить.
Глава 55
6 июня. 10:30. 1 день 1 час после казни
– Меня зовут Николай Степанович Данченко. Моя внучка Ксения Данченко одна из жертв педофила Панина. Это я придумал и организовал Суд Народа. Я похитил Панина и приковал к этому стулу. Участь педофила зависела от вашего решения. Вы проголосовали за его смерть. В последние момент я пощадил Панина и сместил траекторию гири, но его покарал Бог. Панин умер, потому что не имел права жить рядом с нашими детьми и внуками.
Данченко помолчал. Зелено-желто-красный свет сменился несколько раз, и он продолжил:
– Теперь вы знаете все. Я не снимаю с себя ответственность, поэтому нахожусь на месте подсудимого. Суд Народа продолжает работать. Голосуйте. Что будет со мной, решать вам.
Ошеломленная Петелина смотрела в экран. Несколько минут в замешательстве находилась не только она, но и остальные зрители сайта. Затем стали меняться счетчики голосов.
Заседание № 2 Суда Народа внешне копировало Заседание № 1. Все было так же: менялся свет, таяло время на таймере, к железному стулу был прикован подсудимый.
Только на этот раз подсудимый не дергался, не требовал свободы, он ждал своей участи со светлым взглядом и гордой осанкой. А еще прямо противоположные результаты показывал счетчик голосования. Цифры на зеленом фоне росли намного быстрее двух других вариантов.
– Сварщик шестого разряда, – припомнила Петелина профессию Данченко. Она уткнула подбородок в сцепленные пальцы и пробормотала: – Где-то я просчиталась.
– Что будем делать? – спросил Марат.
– Ребенка бабушке, а нам на службу.
Пока старший следователь ехала в штаб операции ей позвонил вице-губернатор Бельский. Чиновник негодовал:
– Я думал, все закончилось, а тут опять! Что происходит? Народ продолжает казнить и миловать. Мне доложили, что вы теперь отвечаете за все. Примите меры!
– Прикажете накрутить счетчик голосов? Какой на этот раз вам нужен результат? – с подобострастной интонацией ответила Петелина.
– Не делайте из меня идиота, а из преступника героя! Вы получили признание Данченко, задержите полоумного старика и предайте настоящему суду!
– Здравая мысль, – согласилась Петелина, радуясь, что чиновник не видит ее кривой ухмылки. – Мне отчего-то кажется, если будет суд присяжных, и их поставят перед вопросом: виновен Данченко или нет, он может стать дважды героем.
– Хватит демагогии. Выполняйте свою работу! – рявкнул чиновник и прекратил разговор.
Первое, что сделала Петелина, приехав на службу, подписала распоряжение об освобождении Константина Антонова. Она захотела лично объявить инженеру об этом и встретила Антонова при выходе из камеры временного содержания.
– Вы свободны, Константин Владимирович. Извините за неудобства. В похищении Панина признался Николай Степанович Данченко.
Петелина внимательно наблюдала за реакцией инженера. Тот и бровью не повел, словно не услышал ничего нового. Следователь предложила:
– С сайтом ему помогла Вероника Некрасова. Я сейчас еду к ней. Хотите присоединиться? Интересно же знать, как они провернули столь сложное дело.
Антонов ответил молчанием. Петелина продолжала смотреть ему прямо в лицо, ловя ускользающий взгляд. Выждав минуту, она спросила:
– И еще мне интересно, вы знали, что ваша дочь увидит прямую трансляцию казни до конца?
Глаза Антонова подобрели, губы дернулись от улыбки.
– Знали! – сделала вывод следователь. – Вы знали об их планах, а может и помогали им.
Лицо Антонова снова стало суровым. Он холодно посмотрел в глаза следователю и промолвил:
– Если я свободен, то поеду к дочери.
Глава 56
6 июня. 12:30. 1 день 3 часа после казни
К дому, где проживали Вероника Некрасова и старик Данченко, подъехала следственно-оперативная группа. На лестничной площадке первого этажа сотрудники разделились, эксперты-криминалисты вместе с Валеевым и Майоровым занялись обыском в квартире Данченко, а Петелина в сопровождении Токаревой позвонила в квартиру Вероники.
На этот раз девушка была не одна, вместе с ней дома находился ее отец Павел Некрасов. Он открыл дверь следователю и с порога предупредил:
– Я здесь на случай, если Веронике потребуется адвокат.
Некрасов увидел, как сотрудники полиции вскрывают дверь в квартиру Данченко, и забеспокоился еще больше:
– Вы же не станете задерживать девушку с ограниченными возможностями?
– Я приехала поговорить с Вероникой. Прояснить ситуацию в связи с новыми обстоятельствами, – сообщила следователь и вошла в квартиру.
– Мне звонить адвокату? – суетился Некрасов.
Он нервно пятился и демонстративно размахивал телефоном. Токарева твердой рукой оттеснила взволнованного гражданина от следователя, показывая всем видом, что она контролирует его движения и готова применить силу.
Петелина предупредила Некрасова:
– Адвокат – ваше право. Но тогда допрос будет официальным, и мы продолжим его в полицейском управлении, куда придется доставить Веронику, – предупредила следователь.
Ей не хотелось затягивать волокиту. Вчера на молчуна Антонова потратила два часа – и все без толку.
– А я не против поболтать, – откликнулась из комнаты Вероника. – А то все одна да одна, разве что сосед заглянет. А теперь и папа примчался, и доблестная полиция скучать не дает.
Петелина прошла в комнату, оценила бравый вид девушки в инвалидном кресле и сказала:
– Вот о соседе и поговорим, о Николае Степановиче Данченко.
– О! Данченко теперь знаменит. Такое придумал, я не ожидала, – с наигранной похвалой отозвалась девушка.
– Вероника, предлагаю поговорить серьезно. Кто первым из вас решил отомстить Панину?
– Какая разница? – дерзко ответила девушка. – Мы оба пострадали. Я надеялась, что ублюдок Панин сдохнет в тюрьме, а он, гад, вышел. Посмотрите на меня и на него – разве это справедливо?
– Понятно. – Следователь сохраняла спокойствие. – Вас оскорбило освобождение Панина, и вы вместе с Данченко решили его убить?
Вероника шлепнула ладонями по инвалидной коляске и кивнула:
– Я бы с радостью его прикончила, но как?
Ее отец спешно вмешался в разговор:
– Вероника, убийство вы не планировали, не наговаривай. Ты просто сделала сайт. Только сайт и все.
– А что я еще могу, – согласилась дочь. – И Николай Степанович по характеру не смог бы прикончить Панина. Он говорил, что для нас лично педофил угрозы уже не представляет, а вот для всех детей, для их мам, отцов, дедушек, бабушек, для общества в целом Панин по-прежнему опасен. Пусть народ и решает, как с ним поступить. Народ вынесет приговор, а дальше будет действовать автоматика.
– Вы запланировали убийство с применением технических средств, – констатировала следователь.
– Никакого убийства! – воскликнул Некрасов. – Все по-честному! Решил бы народ помиловать Панина, так бы и было.
– Конечно! – подтвердила Вероника и добавила: – К счастью, народ у нас умный.
Искренность девушки импонировала Петелиной. Она не стала настаивать на обвинении в умышленном убийстве и спросила:
– В чем заключалось ваше личное участие?
– Я подготовила программную часть акции, – призналась Вероника.
– Нет, это сделал я! – возразил ее отец.
– Папа, ты только подсказал, как запутать следы в интернете, чтобы не попасться.
– Молчи, Вероника! – Некрасов повернулся к Петелиной. – Я официально заявляю, что сайт Sud Naroda разработал я. Вероника им только пользовалась. На дальнейшие вопросы я отвечу в присутствии адвоката.
Петелина посмотрела на отца, на дочь и все поняла. Некрасов знал, что Вероника задумала особенную месть для педофила, отговаривал ее, но убедившись, что дочь не остановить, помог техническими советами, чтобы ее не вычислили.
– У меня остался единственный вопрос: где находится это место? – спросила следователь и указала на монитор с включенным сайтом Sud Naroda.
– Я не знаю, – пожала плечами Вероника. – Данченко мне не говорил.
Следователь перевела вопросительный взгляд на Некрасова. Тот огрызнулся:
– Понятия не имею. И еще раз повторяю, допрашивайте только меня, но в присутствии адвоката.
– Пока это не требуется, Павел Федорович. Однако скрываться вам не советую, – предупредила Петлина, собираясь уходить.
Вероника не беспокоилась об ответственности, она ликовала:
– Вы посмотрите, как голосуют. Народ не ошибается! Все поддерживают нашего Данченко, а о Панине никто не жалеет. Значит, все было правильно!
Петелина мельком взглянула на цифры на дисплее, народ почти единогласно голосовал за помилование добровольного подсудимого.
Глава 57
6 июня. 17:30. 1 день 8 часов после казни
Вернувшись в управление полиции, Петелина принялась изучать материалы, изъятые во время обыска в квартире Данченко. Прежде всего следователя интересовали документы о праве собственности на любую недвижимость, где могла быть оборудована камера казни. Однако никакого имущества помимо квартиры за Данченко не числилось.
Также она просмотрела альбомы с семейными фотографиями в надежде увидеть Николая Степановича на фоне дачи или деревенского домика. Опять ничего.
Зато в фотоальбоме было много детских фотографий внучки Ксении. Вот она на пороге бассейна. Вот приготовилась к прыжку с тумбы. А вот сияющая девочка в купальнике на пьедестале почета, ей вручают медаль за соревнования по плаванию. Лицо мужчины, вручающего награду, выцарапано, но на его спортивной форме угадывается фамилия – Панин. На редких дальнейших фотоснимках повзрослевшая Ксения предстает настороженной девочкой с колючим взглядом.
Петелина пролистнула несколько страниц. На одном из старых снимков Данченко был запечатлен за работой сварщика. Следователь сравнила снимок с кадрами трансляции, где человек под маской сварщика пытал Панина. Та же маска и такая же защитная куртка! Она приобщила фотографию к уголовному делу.
Так же в квартире Данченко был обнаружен чек на звукоизоляционные панели и строительные материалы, необходимые для оборудования камеры казни. Вместе с ними хранился чертеж с размерами помещения, точкой подвеса гири, расположением стула, расчетной длинной маятника.
Данченко не избавился от улик, потому что не планировал скрывать свою вину. Наоборот, он публично признался в мести Панину и выставил себя на Суд Народа. Отчаянный шаг. Безрассудно, но честно.
В квартире Данченко были обнаружены сильнодействующие рецептурные препараты. Петелину заинтересовал выписной эпикриз из отделения онкологии, датированный вторым июня. Оказывается, у Данченко год назад врачи констатировали рак кишечника и сейчас болезнь находится в последней неизлечимой стадии.
Петелина включила онлайн трансляцию на сайте Sud Naroda. Старик Данченко выглядел плохо, а прошло только восемь часов отмерянного им трехдневного срока. Выдержит ли больной человек такое испытание?
Следователь сопоставила известные ей факты.
Данченко выписался из больницы вопреки рекомендациям врачей в день похищения Панина. Время выписки, двенадцать часов, подтверждало алиби Данченко на момент похищения. Как же он мог похитить педофила, если находился в это время в больнице?
Или его там не было.
Петелина вспомнила, что в том же отделении онкологии работает бывшая жена Панина Надежда Ершова. Могла ли медсестра прикрыть уход Данченко на несколько часов?
Раздумья следователя прервал телефонный звонок.
– Елена Павловна, я проверил звонки с мобильных телефонов Некрасовой и Данченко, – отчитывался Михаил Устинов. – За две недели до начала казни они начали активно перезваниваться с потерпевшими по делу Панина.
– С кем именно? – насторожилась Петелина.
– Со всеми. Чаще всего с Константином Антоновым, но также с Евгенией Купцовой, Валерией Мазиной из Израиля, и Анной Яковлевой, проживающей в Забайкалье. До этого они не общались и неожиданно стали звонить друг другу и разговаривать подолгу.
– Две недели назад. Любопытно, – задумчиво произнесла Петелина. – Именно тогда Антонов обвинил Панина в интересе к маленьким девочкам, но его сигнал проигнорировали.
– Если власть бездействует, за дело берется народ, – сделал вывод Устинов.
– Активная группа, – уточнила следователь. – Вместе проще создать друг другу алиби.
Она вспомнила про медсестру из отделения онкологии и спросила:
– Данченко связывался с Надеждой Ершовой?
– Дважды в эти же дни. Два дня все перезванивались между собой, а затем звонки, как обрезало. Никто никому не звонил, понимаете?
– Что это значит?
Головастик стал объяснять:
– Если бы я был заговорщиком, то перешел бы на другой способ связи: закрытый чат в мессенджерах или сообщения через почту. Да еще бы ники придумал. Помните: Админ, Секретарь.
– Сварщик, – подхватила мысль Петелина и покачала головой: – Не перемудрить бы с подозрительностью.
– Давайте отталкиваться от фактов. Мы уже знаем, что Некрасова и Данченко участвовали в похищении педофила. О чем были телефонные разговоры с остальными?
– Медсестра Ершова могла помочь Данченко незаметно покинуть больницу, – начала рассуждать следователь. – В то утро ее дочка Полина примчалась на работу в «Макдональдс» с детской прической – двумя хвостиками. Так очень нравится Панину – странное совпадение. Валерия Мазина помогла запутать старую учительницу в показаниях часов. Этим мог воспользоваться Антонов, который чинил у нее кондиционер. А как могла участвовать Евгения Купцова? В то утро она улетела в Турцию.
– Вместе с родителями, – подчеркнул Головастик. – Родители могли зарегистрироваться на рейс без нее, достаточно предъявить паспорт дочери. А Евгения могла приехать в аэропорт непосредственно к рейсу.
– Не исключено. Но Яковлева из Забайкалья ничем не могла помочь.
Сказав это, Петелина задумалась. Они до сих пор не нашли место, где оборудована камера казни. Попытались найти недвижимое имущество Данченко, но если он не единственный участник заговора, то следует проверить и остальных.
Она вызвала Майорова и сказала, что делать.
Через час из государственных реестров были получены сведения о всех объектах недвижимости, принадлежащих потенциальным заговорщикам и их родственникам. Вычеркнули городские квартиры, список похудел втрое. Оставшиеся объекты отметили на карте, составленной Головастиком. В суженную зону поиска попали две дачи и шиномонтажная мастерская, которой с незапамятных времен владел отец Анны Яковлевой. Он скончался, и мастерская пустовала.
Петелина почувствовала дрожь в пальцах, спутницу интуитивного предчувствия. Она обвела карандашом точку на карте и ткнула в нее, сломав грифель:
– Срочно опергруппу сюда!
