Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бакшеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 152 (всего у книги 192 страниц)

Глава 39

4 июня. 18:00. 15 часов 30 минут до казни

Петелина постаралась в деталях вспомнить встречу с бывшей учительницей Золотовой, добродушной разговорчивой женщиной. Пенсионерка рассказывала о своих ученицах искренне и не могла лгать. Алиби Константина Антонова тогда полностью подтвердилось, но возникшие сейчас сомнения породили две новые версии.

После некоторых размышлений, Петелина настроила на экране ноутбука часы в виде обычного циферблата и развернулась к нему спиной. Следователь нашла в мессенджере контакт Золотовой и нажала значок видеовызова.

– Здравствуйте, Антонина Васильевна, – приветствовала она учительницу, увидев ее доброе лицо на дисплее. – Помните меня?

– А как же. Вы Веронике печенье отнесли, она меня поблагодарила.

– Мне очень понравилось ваше печенье. Думаю, когда-нибудь присоединиться к вашему видео-уроку. Это так удобно, каждый на своей кухне, а будто рядом. Вам давно пришла в голову такая идея?

– Да нет. Девочки недавно надоумили. Раньше я их учила, теперь они меня. – Старая учительница мягко улыбнулась.

– Девочки – это Вероника Некрасова и Валерия Мазина?

– Да. Они обе умные и продолжают общаться.

Есть! Первая версия подтвердилась! Лера из Израиля – это Валерия Мазина. Наряду с Вероникой Некрасовой она также пострадала от педофила Панина. И, как выясняется, они обе умные.

– А когда они вас попросили делать видео-уроки? – поинтересовалась следователь.

– Недели две назад. Сначала я Лере показала, как сырники делать. Потом творожное печенье. Скоро и до борща дойдем.

– Здорово! Надо мне следующий раз присоединиться. Вы, наверное, составили расписание, как в школе?

– Нет. Когда Лера свободна, она меня предупреждает. С печеньем мы накануне договорились – что надо купить, во сколько начнем.

– Я тоже могу утром, – заверила Петелина. – Начать в восемь утра вас Валерия попросила?

– Она на работу спешила, хотела до девяти управиться.

– Летом время в Израиле совпадает с московским, – подтвердила Петелина. – Хотя пятница там выходной день. Да что поделать, меня начальник и в выходные не отпускает. Который сейчас час?

Вопрос был задан непринужденно, но с подвохом. Старушка повернула голову к настенным часам и извинилась:

– У меня часы уже несколько дней стоят. Батарейка села, а я сама достать не могу.

Ответ был ожидаемым, при первой встрече Золотова сетовала на остановившиеся часы, поэтому Петелина продолжила:

– Так вы бы Антонова попросили, когда он у вас кондиционером занимался.

– Просила. Но у Константина с собой батареек не было.

Петелина непроизвольно взяла пульт от кондиционера. Она помнила, что у инженера, когда он прибыл в управлении полиции, среди инструментов имелся набор разных батареек и он без труда нашел нужные для пульта.

– А почему Антонов не стал чинить кондиционер, когда приходил к вам раньше?

Следователь задала вопрос наугад, но попала в точку.

– Так некогда ему было возиться. Он подставку принес для телефона, чтобы я готовила разные блюда и видео снимала. Обещал зайти, когда будет время.

Значит о кухонных видео-уроках Антонов знал заранее. И после его прихода у Золотовой остановились часы. Следующий раз он появляется в тот момент, когда доверчивой Антонине Васильевне звонит Валерия Мазина из Израиля. У девушки на столе часы, которые показывают восемь утра.

Петелина сдвинулась, чтобы были видны часы на мониторе за ее спиной, и спросила:

– Если я присоединюсь к вашим урокам, лучше записывать рецепт по минутам, как Валерия?

– Как вам удобно. Лерочка все строго фиксирует, у нее большие часы на столе, она вслух говорит время и записывает. О, у вас тоже часы! Забыли?

Петелина повернулась в кресле и сокрушенно воскликнула:

– Точно! Сейчас уже семь, а начальник все не отпускает.

Учительница не стала возражать, хотя часы были переведены на час вперед. Елена спросила:

– Когда Антонов от вас ушел, на Лериных часах было больше девяти?

– Да. Лера извинялась, что надолго меня отвлекла. А мне даже лучше. Все равно встаю ни свет ни заря, а потом день тянется, тянется…

– Что вы делали после печений?

– Телевизор смотрела. Утром очень полезная передача про здоровье.

Следователь сверилась с телепрограммой на 2 июня. Передача про здоровье начиналась в 9:30.

– Значит, вы сразу, как ушел Антонов, включили телевизор и стали смотреть передачу.

– Включила, но там еще новости шли. Я пока ждала, салфетку связала.

– Ух, ты! Какую? Покажите.

Старушка заулыбалась, принесла салфетку и продемонстрировала. Петелина выразила восхищение:

– Чудесная работа! Антонина Васильевна, вы мастерица на все руки. И долго такое чудо вязать?

– Если вы владеете крючком, то где-то час.

– Вы довязали, и началась передача про здоровье, – допытывалась следователь.

– Ну да. Про остеопороз рассказывали. Коварная болезнь, но вам пока рано беспокоиться, а вот мне…

Пока старушка рассказывала о болезнях, следователь сопоставляла факты. Неожиданные уроки кулинарии. Остановившиеся часы на кухне, крупные часы Леры на мониторе. Антонов в квартире Золотовой в то время, когда ему требуется алиби. Он уходит после девяти, у старушки час на вязание салфетки, после чего она смотрит передачу, которая начинается в девять тридцать. Проходит час, а время все то же! Подозрительная нестыковка.

Петелина еще раз взвесила факты и убедилась, что добрую учительницу использовали втемную. Валерия Мазина подкрутила часы на час вперед. Антонов пришел к Золотовой не в восемь, а в семь утра. Покинул квартиру пенсионерки после восьми. Только в этом случае у старушки было время на вязание салфетки.

Все вроде бы сходится, но из этой логики выбивается происшествие с автомобилем Антонова. Видеокамера зафиксировала превышение скорости в 9:16. Технике, в отличие от рассеянной старушки, нельзя заморочить голову. Антонов в спешке уехал со двора около восьми, а нарушение зафиксировано через час.

Тут что-то не так.

Глава 40

5 июня. 01:00. 8 часов 30 минут до казни

После заката небо над городом заволокли грозовые тучи. Быстро стемнело, усилились порывы холодного ветра. Зигзаги молний прощупали огненными пальцами трубы ТЭЦ, высотные здания, вышки сотовой связи и отдельные деревья, возвышающиеся над общей зеленой массой. Сухие раскаты грома проверили на прочность стеклянные фасады, и начался проливной дождь.

Ливень застал Ивана Майорова при выходе из подъезда. Он вместе с сотрудниками патрульно-постовой службы Брянцевым и Самохиным закончил обход многоквартирного дома. Искали квартиры, недавно сданные в аренду. По одной из версий Панин мог спрятать девочку в арендованной квартире. Если так, Софья должна быть связана или накачана психотропными препаратами. В любом случае надежда найти девочку живой тает с каждой минутой, ведь с момента ее похищения прошло уже более трех суток.

Полицейские пробежали под дождем к патрульной машине, юркнули внутрь, завели двигатель.

– Куда теперь? – спросил Брянцев начальника группы капитана Майорова и намекнул: – Народ спит, не откроют.

Майоров взглянул на темные окна квартир и качнул ладонью:

– В штаб.

Они проехали перекресток. Следующее здание оказалось темной новостройкой с отсыпанным гравием тротуаром. Кое-где в витринах первого этажа виднелись рекламные баннеры. Один из них чем-то привлек его внимание, но потоки воды на боковом стекле не позволили его рассмотреть.

– Стоп! – приказал Майоров.

Патрульный автомобиль остановился. Капитан спросил:

– Наши обследовали это здание?

– В штабе узнаем, – ответил Брянцев.

– Сдай назад.

Брянцев поехал задним ходом.

– Тормози! – Иван опустил стекло и указал: – Видите?

– «Цветы 24. Скоро», – прочел Самохин и пожал плечами: – Цветочный магазин хотят открыть.

На баннере помимо прочих цветов Майоров разглядел ландыши и воскликнул:

– Это же ландыши! Петелина говорила, что Панин называет девочку Ландышем.

– Как на фотке из пекарни, – согласился Самохин.

Майоров пробежал под дождем к витрине, подергал дверь – закрыта.

– Внутри ремонт начали, – рассмотрел сквозь стекло подошедший Брянцев.

Майоров набрал телефон Петелиной. Он знал, что в решающую ночь она, как и все сотрудники, осталась на службе. Поговорив со следователем, Иван выяснил, что девочка еще не найдена. Ландыш действительно многое значит для Панина, подтвердила следователь, и дом с будущим цветочным находится в зоне, куда педофил успевал отвезти девочку.

– Значит, вскрываем? – спросил Майоров.

– Конечно.

– Брянцев, Самохин, тащите монтировку! – приказал Майоров сержантам.

– Ваня, держи меня в курсе, – попросила Петелина.

Она понимала, что шансы найти девочку живой катастрофически малы, но надеялась на чудо.

Самохин поддел огромной монтировкой дверь в районе замка, навалился грудью на рычаг, алюминиевый профиль согнулся, хрустнул замок и дверь открылась. Майоров с патрульными вошел внутрь, прикрыл дверь, отгородившись от шума дождя, и прислушался – тишина.

Он обошел помещение, нашел еще одну запертую дверь.

– Вскрывай и эту.

Самохин сломал замок, за дверью показался темный проем. Брянцев посветил фонариком, ступени вели вниз. Майоров спустился на несколько ступеней и замер. Ему показалось, что он услышал впереди тихий голос. Он ринулся вниз. Еще одна запертая дверь.

– Ломай! – в нетерпении приказал капитан.

Полицейские действовали грубо и громко. Под дверью мелькнула полоска света.

– Навались! – торопил Иван.

И тут все трое услышали детский голос. Сомнений не осталось, это был испуганный плач девочки. Она звала маму.

Иван перехватил у уставшего Самохина монтировку, зацепил край двери и вырвал замок.

Петелина в это время в нервном возбуждении чертила узоры карандашом на бумаге и почти молилась: только бы спасти девочку, пусть она будет жива.

Глава 41

5 июня. Ночь перед казнью

Минуты тянулись как часы. Майоров не звонил. Нервное ожидание изматывало Петелину.

Как там? Что? Нашли Софью или нет?

Скомкав исчерканный листок, она схватилась за мобильник, набрала номер Ивана, прижала телефон к уху. Вместо желанного ответа сухое сообщение – абонент недоступен.

Что происходит? Майоров обязан оставаться на связи.

Она позвонила еще раз и еще – снова бездушный голос: аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети.

Что-то случилось, забеспокоилась Елена. Похититель девочки подготовил ловушку. Майоров давно бы позвонил ей. Почему он молчит?

Она вспомнила фамилии, которые назвал Майоров во время разговора. Это знакомый ей наряд полиции, они видели картинку с ландышем в пекарне Панина. У нее остался телефон Брянцева.

Следователь нашла номер и позвонила старшему сержанту. Секунды соединения тянулись раздражающе долго. Наконец щелкнуло – и снова нудное: аппарат абонента выключен или…

Петелина не могла больше сидеть на рабочем месте. Она должна ехать туда, Майоров сообщил ей адрес. Елена вскочила и выбежала в коридор.

Ее перехватил удивленный Марат:

– Ты куда?

Валеев отлучался, чтобы привезти кофе и булочки из круглосуточного кафе при заправке.

– Поехали, по дороге объясню, – торопила Елена.

В машине оперативников она указала адрес дома, глотнула кофе и по пути рассказала:

– Кажется, Майоров нашел место, где спрятана девочка. Но случилось что-то непредвиденное. Его телефон не отвечает.

– Ему не до разговоров. Бедняжку спасать надо, – предположила Токарева.

– Три с половиной дня прошло, – согласилась Петелина.

В ранний час городские улицы оставались пустыми, но темные тучи закрывали рассветное небо, а проливной дождь не позволял разогнаться. Наконец, они свернули на нужную улицу. Впереди на перекрестке горели красные огни светофора, а за ним в пелене дождя мигали синие лампочки.

Валеев остановился на светофоре, все вглядывались вперед.

– Скорая помощь, – догадалась ТТ.

– У того самого дома, – сверилась с картой Елена.

– Выносят носилки, – разглядел Марат.

Зажегся зеленый. Они проскочили перекресток и подкатили к машине «скорой помощи». Раскрытый фургон стоял около будущего цветочного магазина. Санитар зафиксировал носилки внутри фургона и захлопнул задние дверцы. На носилках лежал ребенок. Елена успела заметить, как врач надевает кислородную маску на лицо маленькой девочки.

«Скорая» помимо мигалки включила сирену, объехала пустую патрульную машину и умчалась.

Елена стояла под дождем, провожала взглядом огни «неотложки» и не знала, радоваться или нет. Что с девочкой? В каком она состоянии? Где, черт возьми, Майоров, который должен ответить на эти вопросы?

Марат первым сориентировался в обстановке, сдвинул баннер на витрине и указал:

– Наши кого-то задержали.

Внутри магазина двое сержантов полиции расспрашивали мужчину в рабочей одежде. Майоров куда-то звонил. Петелина увидела в своем телефоне входящий вызов от него, сбросила звонок, вбежала внутрь помещения и накинулась с вопросами:

– Что с девочкой? Как она?

– Высокая температура. Подозрение на воспаление легких, – ответил Иван.

– Главное, жива. Надо сообщить ее маме.

– Мать уехала с ней в больницу, а с отцом сейчас разбираемся. – Иван указал на рабочего азиатской внешности.

На лице Елены отразилось недоумение.

– Это не та девочка, – спохватился Иван. – А вы подумали про Софью?

– Выкладывай, что произошло? – потребовал Валеев.

– Здесь будет цветочный магазин. Хозяин нанял семью из Узбекистана для ремонта. Женщину обещал устроить продавщицей. Ну и разрешил им жить в подвале с дочкой.

– Они работали без регистрации и оформления, – добавил Брянцев. – Хозяин запирал их на ночь, чтобы ничего не растащили. Девочка последние дни кашляла, а сегодня ночью у нее резко поднялась температура. В подвале мобильный не ловит. Если бы не мы…

Елена опустила взгляд, в душе что-то надломилось. Ребята спасли больную девочку, но где-то по-прежнему томится Софья Дорохова. Что с ней? Удастся ли ее спасти?

– Узнайте, кто хозяин магазина. Он должен ответить.

– Привлечем, – пообещал Брянцев.

Сухой воздух помещения был пронизан цементной пылью. Елена вышла на улицу, подставила лицо под дождь. Здесь было лучше. Дождь утратил прежнюю мощь, небо постепенно светлело. Появится ли просвет в их расследовании? До времени казни остались считанные часы.

– Время тикает. Что будем делать? – разделила ее тревогу Токарева.

Петелина вернулась к терзавшим ее размышлениям. Она все больше убеждалась, что Константин Антонов, Вероника Некрасова и Валерия Мазина причастны к похищению Панина. Но против них одни догадки, фактически предъявить нечего. Доказать махинацию с часами невозможно.

А если поговорить честно, надавить на совесть? Наивный расчет, но другого варианта уже не остается.

Елена стряхнула капли дождя с волос и озвучила свое решение:

– Валеев, Токарева, вы едете к дому Константина Антонова. Следите за его квартирой и за ним самим, когда он выйдет.

– А Антонов выйдет? – усомнилась ТТ.

– Об этом я позабочусь. – Петелина позвала Майорова: – Ваня, наше расследование продолжается. Отвезите меня к Веронике Некрасовой.

Глава 42

5 июня. 06:00. 3 часа 30 минут до казни

Дождь постепенно выдохся, но низкие тучи продолжали затягивать небосвод серым балдахином и в шесть утра было еще недостаточно светло. Автомобиль с полицейской символикой подъехал к многоквартирному дому, где жила Вероника Некрасова. Кое-где светились окна, в том числе на первом этаже в подъезде девушки-инвалида.

– В ее окне свет, – заметила Петелина.

– Девушка уже встала? – удивился Майоров.

– Или не ложилась.

Оперативник хотел сопровождать следователя к подозреваемой, но Петелина его остановила:

– Я сама. У нас будет женский разговор.

В эту ночь Вероника действительно еще не ложилась. Охватившее ее возбуждение не позволило бы ей уснуть. Она ждала развязки Суда Народа. Еще немного и тренер-педофил, сломавший ее жизнь, получит по заслугам. В исходе голосования уже нет сомнений. Его ждет казнь в прямом эфире. Это справедливый приговор для педофила и предупреждение другим подобным тварям.

Внутреннее волнение девушки требовало выхода. Она спешила поделиться переживаниями с единомышленником и писала в чате некому Секретарю. Планируя опасное дело, они придумали себе клички для конспирации. Вероника была Админом.

Админ: «Все идет по плану. Осталось несколько часов, а дальше… Я даже не знаю, зажмурюсь или буду смотреть. Одно дело – кукла, а другое – человек».

Секретарь был немногословен и сдерживал эмоции. Он отвечал коротко: «Панин недочеловек».

Админ: «Я все понимаю, но может выключить в последний момент?»

Секретарь: «Трансляцию не прерывать».

Админ: «Для многих это будет шоком».

Секретарь: «Шок может стать лекарством».

Админ: «Мне звонят в дверь».

Вероника посмотрела на монитор ноутбука, куда выводилась изображение с камеры домофона, и дописала. «Это следователь Петелина. Не открывать?»

Секретарь: «Позвони мне, чтобы я слышал, и пусти ее».

Вероника нажала вызов Секретаря и положила смартфон на стол, включив громкую связь. Она щелкнула по клавише ноутбука, и входная дверь открылась. Изображать равнодушие не было сил, в ее глазах было тревожное удивление, когда следователь вошла в комнату.

– Не спится? – бросила с порога Петелина и продолжила, не дожидаясь ответа: – Мне тоже. Я по долгу службы не сплю, а ты?

Вероника опустила взгляд на планшет с трансляцией Суда Народа и промолчала. Петелина все поняла:

– Хочешь насладиться мучениями Панина и увидеть его смерть? А ты подумала, что если это случится, то погибнет девочка. Ей всего девять, меньше, чем тебе, когда Панин начал проводить с тобой особые тренировки.

– О ком вы? – в недоумении подняла глаза Вероника.

– О Софье Дороховой. Неужели, не знаешь?

Петелина увидела возросшее удивление в глазах Вероники. В словах следователя проскользнуло презрение:

– Я вижу, ты только о своем горе думаешь. Даже на форум собственного сайта не заглядываешь.

– Там много чего пишут. Отвлекает.

– Значит, не отрицаешь, что сайт разработала ты?

– Я ничего такого не говорила! – спохватилась девушка.

– Зато я разговаривала с твоим отцом. Он многому тебя научил, ты классный программист. Создать такой сайт для тебя труда не составляет. Разве что с системой защиты пришлось повозиться, но отец и тут подсказал.

– Он помогает мне. Я изучаю все, что может пригодиться в дальнейшей работе, – оправдывалась Вероника.

– У тебя хорошо получилось. Поздравляю! Объяви свое имя и получишь тысячи лайков. – Петелина наклонилась и заглянула в глаза девушки. – Вот только родители Софьи Дороховой тебя проклянут.

– Меня? За что?!

– За смерть невинной девочки. Посмотри на нее. – Елена выложила перед Вероникой снимок Софьи. – Наверняка похожа на одну из прежних жертв Панина. На кого?

– У меня тоже были два хвостика, – пробормотала девушка.

– Вероника, пойми, педофила Панина надо срочно допросить. Он похитил эту девочку. Если он не скажет, где ее прячет, Софья может погибнуть.

– Похитил? – заинтересовалась Вероника и отчеканила: – Значит Панин и сейчас опасен, а вы твердили, что он свое отсидел и мы наказываем его ни за что.

– Мы?! – ухватилась за оговорку следователь. – Ты создала сайт, а кто-то другой сделал устройства для казни. Где это место?

– Я сижу дома и ничего не знаю.

– Я допускаю, что ты не знаешь где сейчас Панин. Но ты знаешь, кто его туда засадил!

– Нет.

– Врешь! – сорвалась Елена. – Смотри мне в глаза. В глаза, Вероника! Из-за тебя, из-за вас может погибнуть маленькая девочка. Как ты будешь после этого жить?

– А кто защитил нас, когда Панин изо дня в день распускал руки? Где была полиция, взрослые? Где были вы лично? – с надрывом в голосе спросила Вероника и стукнула ладонями по инвалидному креслу.

Следователь умерила пыл:

– Вероника, мне надо поговорить с человеком, который похитил и спрятал Панина. Нам надо как можно скорее допросить Панина и узнать, где находится девочка. Дай мне с ним поговорить.

– А что будет с Паниным? Он останется жить?

– Сейчас не до этого. В любую минуту Софья может погибнуть.

– Вы не ответили.

– Вероника, как ты связываешься со своим помощником?

Следователь чуть не сказала: с подельником. Нет, нельзя спугнуть девушку. Разговор и так перешел в перепалку, но по-другому к ней не достучаться.

Петелина заметила, что Вероника опустила голову и скосила взгляд. На столе лежал смартфон, девушка смотрела на черный экран.

– Позвони ему, – попросила Петелина и подвинула смартфон Веронике.

От прикосновения дисплей ожил, и Елена увидела, что телефон включен в режиме вызова и работает так уже четырнадцать минут – ровно столько, сколько она находится здесь. Имя абонента – Секретарь.

– Так он все время слышал нас? – догадалась следователь и крикнула в телефон: – Кто ты, Секретарь? Почему молчишь? Софья Дорохова будет на твоей совести!

Вероника схватила телефон и грохнула его о стену. Треснувший аппарат упал на пол, разбитый дисплей погас. Этого Веронике показалось мало, и девушка наехала на телефон колесом инвалидной коляски. Хруст стекла окончательно похоронил надежду оживить связь.

– Уходите. Я ничего не скажу, – тихо, но твердо произнесла Вероника.