Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бакшеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 120 (всего у книги 192 страниц)

55

Ольга Ивановна, как обычно в последние дни, хозяйничала на кухне Елены и вынудила ее снова ужинать с Сергеем. Аргументы озабоченной тещи звучали воинственно: «Он не к тебе пришел, а к дочке; я не кухарка, готовить каждому по отдельности», а цель оставалась прежней: «Не будь дурой, с денежным Сергеем тебе будет лучше, чем с грубым басурманом».

Елена прекрасно знала, что сегодня о дочери Сергей позабудет. Бешеный напор и внутреннее негодование он направит на нее, требуя принять меры, чтобы спасти его от разорения. Ты виновата, ты и спасай!

Она психологически подготовилась к встрече и ушла в глухую оборону, хвалила кулинарные способности мамы, а прочие вопросы игнорировала. Поджог крайне сложен в расследовании, обещать что-то на начальном этапе глупо, и по закону она не имеет права заниматься делом, где потерпевший ее близкий родственник.

Сергей убедился, что ничего не добьется от упрямой женщины, демонстративно переключил телевизор на деловой канал и стал громко комментировать новости. Мол, у кого-то дела идут отлично, люди яхты-самолеты покупают, потому что имеют поддержку во властных структурах и в правоохранительных органах, а его ненаглядная не последний человек в Следственном комитете – и что? Что он с этого имеет? Да ничего, дырку от бублика!

Сердобольная Ольга Ивановна пыталась примирить бывших супругов:

– Да ты не волнуйся, Сережа, Лена поможет. Ведь, правда, дочка?

Елена молча допила чай и собралась уйти в свою комнату, как Сергей возмущенно указал на телевизор:

– Ты посмотри, про твой «Нанохиммед» рассказывают.

Елена бросила взгляд на экран, где увидела Сурена Давтяна. В первый момент ей показалось, что в репортаже используется старая запись, но прислушавшись к разговору, она обомлела. Давтян жив!

– Мне пришлось имитировать собственную смерть и на время спрятаться, – рассказывал с экрана Давтян.

Сергей завистливо комментировал:

– Вот дела! Кто-то воскресает после смерти, а я тону при жизни.

– Я сделал это по совету следователя, – продолжал Давтян. – Опасность отравления была крайне велика, все знают, что произошло с моими партнерами, совладельцами «Нанохиммеда». Это огромная трагедия.

– Преступник уже пойман? – спрашивала диктор.

– Сначала я хочу поблагодарить старшего следователя Елену Павловну Петелину. Она спасла меня от верной смерти и поймала убийцу.

– Кто охотился на вас?

– Горько осознавать, но это мой бывший ученик Никитин. Человек возомнил себя гением, а на самом деле – он заурядный производитель наркотиков, за что и получил большой срок. В колонии он озлобился и решил мстить настоящим химикам, добившимся успеха в науке и новых технологиях.

– Сейчас вы остались единственным акционером «Нанохиммеда». Что будет с комбинатом?

– Уход из жизни моих друзей, основателей комбината – это огромная потеря. Теперь я буду работать за себя и за них и продолжу общее дело. Наша продукция спасает людям жизнь, теперь я, как никто, понимаю, что кроется за этими простыми словами.

Елена с трудом осмысливала увиденное. По-человечески она была рада, что Давтян жив, но, как профессионал, понимала, что допустила грубую оплошность, не убедившись в его смерти. Как к этому относиться? И стоит ли волноваться, если Давтян благородно протягивает ей руку помощи.

– Ну ты даешь, Ленок. Чужого мужика спасаешь, а своего… – Сергей укоризненно покачал головой и поднялся со стула. – Пойдемте, Ольга Ивановна. Сейчас она начнет хвататься за телефон и о нас позабудет. Чужие ей дороже родных.

Так и произошло. За телефон Елену заставил схватиться звонок начальника.

– Про Давтяна слышала? Это правда? – словно камни, бросал вопросы Харченко.

Пока Елена думала, как ответить, полковник продолжил атаку:

– Почему ты меня не поставила в известность? Мне звонят из пресс-службы, а я ни сном, ни духом. Это недопустимо! Что ты молчишь?

– С головой что-то не так, – пробормотала растерянная Елена.

– Ну, знаешь, если бы не твоя беременность, я бы тебя… – пригрозил начальник и смилостивился: – Ну ладно, завтра поговорим.

Рука с телефоном беспомощно опустилась. Да что же такое! Вечное напоминание, что она женщина. Теперь обязательно акцентируют – беременная. Будто есть настоящие следаки, с яйцами, и бабы, больше озабоченные собственным похудением, чем расследованиями.

56

Утро следующего дня для Петелиной началось со встречи с Давтяном. Приехать в Следственный комитет бизнесмен отказался, но согласился принять следователя у себя дома, предупредив: для вас же лучше побеседовать неформально. Настаивать она не стала, требовалось разобраться в щекотливой ситуации.

Дверь в квартиру, где произошло отравление, открылась. Со странным ощущением следователь вглядывалась в лицо воскресшей жертвы.

– Да я это, я! – самодовольно улыбался Давтян. – Можете потрогать – живой.

Петелина прошла в квартиру, осмотрелась. Давтян предупредил ее вопрос:

– Люблю одиночество, а после печальных событий люблю еще больше. Никому не доверяю, как настоящий следователь.

– Если это был комплимент, то он не удался. – Елена решила держаться подчеркнуто строго.

Но перевозбужденный Давтян предпочитал иной стиль общения.

– Дайте еще попытку. Это был гениальный ход, гениальный! Только умнейший следователь, как вы, могла придумать столь изящную комбинацию. Жертва спрятана, отравитель теряет бдительность и попадает в ловушку. Блестяще! Человек спасен, убийца наказан. – Давтян захлопал в ладоши.

– Прекратите паясничать, – скривилась Петелина. – Лучше расскажите, что произошло?

– Как, вы ничего не знали? Вы об этом доложите начальству? Какой-то армянин обвел вокруг пальца Следственный комитет. И наказать его нельзя – он же спасал свою жизнь. А вот по репутации великой сыщицы будет нанесен удар. – Давтян перестал кривляться и с нажимом произнес: – Хотите, чтобы я раструбил правду, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих?

До Елены наконец дошло, что скрывается за взвинченностью и словесным напором бизнесмена. Амбициозный мужчина требовал признания собственных заслуг.

– Вы оказались умнее меня, – похвалила Петелина. Она хотела сказать «хитрее», но упоминание про ум больше льстило зрелым мужчинам. – Тонкий нестандартный ход. Только человек с научным складом ума мог такое придумать.

– И с благородной душой, – живо подхватил Давтян. – Вся заслуга отдана вам, Елена Павловна. Надеюсь, оцените.

– Оценю, – выдавила Петелина. Ей пришлось признать, что версия с ее инициативой будет комфортнее для начальства. – А теперь давайте поговорим спокойно, без эмоций.

– Простите, это реакция после стресса. Выжившему смертнику трудно быть спокойным.

– У меня несколько вопросов, начну с главного. – Петелина остановилась у стола, у которого, по словам Алисы, Давтяну стало плохо. – Отравление имело место, но вас удалось спасти, так?

– А я начну сначала. – Давтян ушел от прямого ответа и стал рассказывать: – Когда ко мне явилась Алиса, вся на нервах, и рассказала про Дениса Никитина, я испугался. Я ведь знал, на что он способен. Денис свой талант променял на легкие деньги, синтезировал наркотики, а изготовить яд для него вообще элементарно. Что у него в голове после восьми лет колонии, один черт знает! Он вбил себе в голову, что все виноваты в его крахе: Алиса, я, другие. И начал мстить.

Сурен Ашотович налил себе минеральной воды, прошелся по комнате, отпивая из стакана.

– Что произошло в тот день? – спросила Елена.

– Я стал осторожен и приготовил экспресс-тест на основные группы ядов, все-таки я тоже химик. В тот вечер я взял коньяк из бара и, слава богу, не забыл его проверить. В бутылке оказался яд! В смертельной концентрации! Поймите мой ужас, бутылка в моем доме была отравлена!

– Значит, коньяк вы не пили, – сделала вывод следователь. – Что было дальше?

– Меня парализовало от страха. Я не мог чувствовать себя в безопасности в собственной квартире. Если Никитин проник сюда, он мог отравить что угодно: еду, зубную пасту, наволочки на подушках. Все предстояло проверить! Потом я понял, жить в постоянном страхе нельзя. Ну, избавлюсь я от этой бутылки, проверю остальное, а что будет завтра? И меня осенило. Лучше уж прикинуться мертвым и подождать, пока Никитина поймают.

Картина прояснялась. Петелина уточнила:

– Алиса помогала вам с инсценировкой?

– Нет, я договорился со знакомым врачом Левоном Маркаряном. Естественная реакция Алисы должна была подтвердить мое отравление. – Давтян покрутил в пальцах пустой стакан. – Если честно, я ей не доверял. А вдруг это она подлила яд?

– Хорошо. Где вы скрывались все это время?

– У того же врача. Только не мучьте Левона вопросами. Он подделал заключение о смерти после того, как я написал расписку, что беру всю ответственность на себя и действую по вашему указанию.

– Ну, спасибо. Почему именно я?

– Алиса упомянула, что дело Волкова ведет следователь Петелина, ей какой-то опер сказал. Я навел справки – вы авторитет. И надеялся, что вы поймаете Дениса Никитина. Слава богу, так и случилось. Вот скажите, Никитин признался, что хотел отравить меня? Да что там хотел, он радовался, что убил меня, и продолжил убивать. Шильман, его жена, Веригин – я потерял всех друзей.

– Мотив мести к вам, Волкову и Алисе мне понятен. Но Шильман и Веригин, как вы объясните…

– Да что тут объяснять! – Давтян хлопнул стаканом о стол и стал жестикулировать освобожденными руками. – Никитин психопат, псих, возомнивший себя гением! Это монстр, решивший уничтожить всех, кто как-то связан с Алисой, со мной, чтобы показать никчемность мелких людишек по сравнению с ним, великим и ужасным. Вот его мотив.

Давтян разволновался, достал бутылку коньяка, поставил ее на стол, отдернул руки, снова взялся за бутылку и признался:

– Теперь боюсь пить коньяк. Хочу и боюсь. Но ведь Никитин мертв, в интернете правду написали? – Он с волнением смотрел на следователя.

Петелина подумала и призналась:

– Никитин отравил себя на допросе.

– Ну, конечно! – Давтян возвел руки к потолку. – Гений волен распоряжаться и чужими жизнями и своей. Это мелкие людишки дрожат от страха, а он выше всех. Он исключительный!

Давтян налил в стакан коньяк, выпил залпом и протер ладонью губы.

– Хорошо, что все закончилось, – сказал он, успокоившись.

– А где ваш дядя? – спросила Петелина, заглянула в бумаги, которые принесла с собой, и прочла: – Рубен Аракелян.

– Улетел в Армению, – отмахнулся Давтян. – Пришлось вызвать его, чтобы за квартирой и машиной присмотрел, пока я прятался. Не хотел, чтобы Алиса тут распоряжалась.

– Когда он улетел?

– Вчера, кажется, или позавчера. У меня голова кругом: вчера журналисты, сегодня вы. Да и нервы еще… – Давтян плеснул себе новую порцию коньяка.

– Лучше бы наоборот, сначала со мной пообщались, потом с журналистами. Аракелян улетел утром или вечером?

Давтян выпил, поморщился, небрежно качнул рукой:

– Даже не знаю. Я ему дал денег, а он уж сам.

Его поведение стало раздражать Петелину. Она потребовала:

– Уберите бутылку, мы еще не закончили разговор.

– Как скажете. – Давтян понес бутылку в бар. – Но если бы вы оказались на моем месте…

Следователь прервала его новым вопросом:

– Вас интересует, как дела у Алисы Никитиной?

– А что с ней? Я слышал, она в больнице. Я бы навестил ее, но столько дел. Надо вступать в должность на комбинате, вникать в проблемы. – Давтян обернулся, на его лице появилась тревога: – Скажите, Алиса точно не была помощницей Никитина?

– Следствие не закончено. Мы разбираемся.

– Разберитесь, я вас прошу. Накажите всех.

– Просить не надо. Это моя работа.

– Вы сделали ее блестяще, поймали и устранили Никитина. Если бы вы знали, насколько мне теперь легче, – снова перешел к лести Давтян.

Четыре трупа после начала расследования трудно назвать блестящей работой, укоряла себя Петелина. Это если не считать смерти отца Алисы и самоубийства Никитина, которое она допустила. И чудесное воскрешение Давтяна – это тоже ошибка следствия, а значит, ее личная ошибка.

С тяжелым сердцем она покидала квартиру находчивого бизнесмена. Он не погиб, это замечательно. Но ей не понравилось, что он приписал ей идею сомнительной мистификации. И как из этой ситуации выпутаться, ведь начальство тоже так думает? Или ничего не нужно менять?

57

Официальный допрос врача в присутствии адвоката закончился. Петелина передала протокол Левону Маркаряну, выдавшему ложную справку о смерти Давтяна.

– Прочтите и распишитесь, что с ваших слов записано верно.

– Позвольте, – бумаги перехватил адвокат Шант, внимательно изучил текст и одобряюще кивнул Маркаряну. – Подписывай.

Врач подписал. Опытного адвоката из армянской диаспоры для него нанял Давтян. В результате допрос превратился в беседу с малосодержательными ответами.

Петелина чувствовала себя ущемленной и пригрозила напоследок:

– Маркарян, вы совершили подлог. Это серьезное должностное преступление, я вправе ходатайствовать о запрете на профессию. Это как минимум.

Врач не успел испугаться, за него вступился адвокат:

– Главная обязанность врача спасать людей. Давтян спасен, значит, врач Маркарян прекрасно справился с этой задачей. – Шант улыбнулся той вежливой улыбкой, после которой произносят гадости: – Не стоит тратить государственные деньги на судебный процесс, который вскроет недостатки в работе уважаемого следователя.

И опять он оказался прав, она не просчитала действия отравителя и не приняла мер для защиты будущих жертв. Петелина стиснула губы и попрощалась. Ее переиграли.

Оставшись в кабинете одна, она задумчиво вычерчивала непроизвольные узоры на листке, затем вернулась к протоколу допроса, чтобы просмотреть ключевые ответы.

Маркарян подтверждает, что Давтян тайно жил в его загородном доме. Когда врач привез его туда? В 9 или в 10 утра, а может, после 11. Или до 9. Отлучался Давтян или нет? Точно не знает, он вечно на работе.

Ответы расплывчатые, адвокат хорошо проинструктировал клиента, не подкопаешься. Но если на забывчивость можно ссылаться, когда тебе выгодно, то с документами такой трюк не пройдет.

Елена убрала протокол в папку и разложила на столе распечатки, полученные по ее запросам из других ведомств. Вот список звонков Давтяна. Он утверждает, что вызвал дядю из Еревана, но ни одного звонка в Армению ни с его мобильного, ни с городского телефона не зарегистрировано. Конечно, существует масса других способов оповестить родственника, но каким образом Рубен Аракелян смог так быстро добраться до Москвы? Только самолетом. Однако в списке пассажиров, прилетевших из Еревана в те дни, его имя не значится. Допустим, дядя летел с пересадкой, но паспортный контроль на границе он должен был пройти в любом случае, а там опять нет совпадений. И почему его нет в списках улетевших пассажиров?

Вопросы, вопросы, сплошные вопросы.

В кабинет вошел Валеев, прибывший из больницы. Он еще с порога беспомощно развел руки и пояснил:

– Алису Никитину допрашивать бесполезно, она практически невменяема. Синдром околобредового состояния. Врачи говорят, что ее психика может качнуться как в сторону выздоровления, так и в пропасть неизлечимой болезни.

– Печально. Хотя, если она расправилась с Максом Шильманом, неизвестно, что для нее лучше: клиника или тюрьма.

– Я собирался пригвоздить ее новым обвинением.

Елена вопросительно посмотрела на Марата.

– Патологоанатом из Твери подтвердил, что смертельный случай с отцом Алисы так и остался единичным. Обычно, если всплывает метиловый спирт, отравления носят массовый характер. Думаю, это Алиса отца угостила.

– Подозрение – не документ, к делу не подошьешь. – Елена собрала в стопку кучу бумаг на столе.

Марат усмехнулся:

– А тебе гора документов помогла?

– Вопросов только прибавилось, – честно призналась следователь.

– А может, хватит копаться по пустякам, ведь ясно, что отравлений больше не будет. Никитин сам себя покарал, Алиса невменяема, а Давтян схитрил, но для дела.

– То-то и оно, что схитрил. Не люблю чувствовать себя дурой.

– Ты умная.

– Была бы умная, не залетела, – вырвалось у Елены.

Марат расплылся в глупой улыбке, потянулся руками к ее животу и обнял женщину.

– Отстань, – вывернулась Елена. – Если подозреваешь Никитину в отравлении отца, выясни, откуда он взял бутылку с отравой?

В кабинет буквально ворвался Устинов. Марат, пытавшийся обнять Елену, отпрянул от женщины и заложил руки за спину. Взбудораженный криминалист неловкой сцены не заметил, его взгляд был сосредоточен на больших фотографиях в собственных руках.

Он подошел к столу и хлопнул их перед следователем:

– Вы были правы, с дядей Давтяна что-то не так. И сейчас я объясню, что именно. – Он стал раскладывать снимки по порядку, комментируя: – Это кадры из видеодомофона его соседей.

– Миша попросил, мы снова к ним обратились, – пояснил Валеев.

– Я напомню. Дядя из Армении жил на квартире Давтяна, пока хозяин изображал собственную смерть. Вот из квартиры выходит дядя, Рубен Аракелян, а это уже сам Давтян после воскрешения. Я сравнил записи – все жесты и движения – один в один! Укрупнил кадры, сравнил мимику и характерные точки на лице. И что получается?

Криминалист расплылся в победной улыбке.

– Дядя Аракелян – это переодетый Давтян, – догадалась Петелина.

– Да! Если у Аракеляна убрать парик, очки и бороду, а также накладной живот, мы получим Давтяна в чистом виде.

– Ты можешь это доказать? – спросила следователь.

– Компьютерный анализ дает вероятность более 95 процентов.

– Пяти процентов адвокату достаточно, чтобы разнести нашу версию в пух и прах, – огорчилась Петелина.

– А если мы найдем парик и бороду? Надо провести у Давтяна обыск, – предложил Валеев.

– Основания? К тому же я уверена, что он от них избавился.

– Скорее всего, – согласился оперативник и задумался: – Зачем Давтяну понадобился маскарад?

– Об этом его и спросим. Скажем, что компьютер дал стопроцентное совпадение. Спасибо, Миша. – Петелина собрала фотографии. – Только перехватить Давтяна нужно неожиданно, без адвоката.

– У него приметный «бентли», – напомнил Марат. – Объявим план-перехват, я даже знаю где, он же отсюда поехал домой.

– Действуй! – согласилась следователь.

«Бентли» Давтяна перехватили около его дома и доставили водителя в ближайшее отделение полиции. Спустя полчаса Петелина задавала ему неприятные вопросы про схожесть с дядей Аракеляном.

Давтян нервничал.

– Что вы пристали к моему дяде? Допустим, это я, только допустим, – предупредил он. – Для чего я мог переодеться? Для того чтобы быть в курсе событий. Сидеть взаперти и ничего не знать – это опасно, когда орудует маньяк-отравитель. Такая версия вас устроит?

– Меня устроит правда.

– Понятно, по-хорошему не получается. Буду звонить адвокату, – настоял Давтян.

Приехавший адвокат Шант сразу предупредил Петелину:

– Вы превысили полномочия. На каком основании задержан мой клиент?

– Это не задержание, а беседа.

– Хороша беседа. Его преследовали полицейские с сиренами. Вы спровоцировали жесткое задержание, чтобы раздавить моего клиента психологически.

– Появились новые вопросы.

– Все вопросы через меня, его законного адвоката. Но это случится после того, как я подам жалобу на ваши действия. Второй допрос за день!

– Хорошо, – согласилась Петелина, – я вызову Давтяна завтра на допрос вместе с его дядей Рубеном Аракеляном.

– Это сложная процедура. – Адвокат умерил пыл. – Насколько я знаю, Аракелян – гражданин Армении и сейчас его нет на территории нашей страны.

– Докажите. Каким рейсом он улетел? – спокойно спросила Петелина.

– Послушайте, Елена Павловна, давайте посмотрим на проблему философски. Вы дотошный следователь, я ловкий адвокат. Мы можем долго тратить свое рабочее время, а придем в итоге к тому же результату. Зачем все усложнять? Убийцы-отравителя больше нет, вы добились успеха, жизнь продолжается.

На последних словах Шант опустил взгляд на ее живот, фраза приобрела более глубокий смысл. Адвокат перешел на дружеский лад:

– Кстати, я слышал, что у Сергея Петелина денежные проблемы. Он же для вас не чужой человек. Я думаю, господин Давтян согласится покрыть его кредит, когда вступит во владение комбинатом «Нанохиммед».

Давтян молчаливым кивком подтвердил предложение адвоката. Шант поспешил пояснить:

– Только не подумайте ничего дурного, Елена Павловна. Это не благотворительность и не взятка, а предложение сотрудничества. Комбинат нуждается в услугах транспортной компании. Подумайте над этим вместе с Сергеем.

Валеев поджидал Елену в ее автомобиле. Когда она появилась невеселая, он спросил:

– Опять адвокат помешал?

– У нас убийство Максима Шильмана не раскрыто, – ответила следователь.

– Криминалисты обещали результаты завтра, – напомнил оперативник.