Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бакшеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 171 (всего у книги 192 страниц)

Елена посмотрела, куда именно он тыкал пальцем и обомлела. Недолгое замешательство завершилось вспышкой озарения. Напрашивающийся вопрос уже готов был слететь с ее губ, но сработал мобильный телефон.

Глава 51

Петелина взяла смартфон и ответила на звонок.

– Это Дятлов беспокоит, – представился собеседник и пояснил: – Инспектор ГИБДД Дятлов Дмитрий Дмитриевич.

«Дятел – ДДД, любовник Токаревой – ТТ», – сработала ассоциация в голове следователя.

– Я тут рядом. Могу заехать к вам, – продолжил гаишник.

– Я вызывала вас утром, – упрекнула следователь.

– Начальство не отпустило. Сегодня «байрам» какой-то. Мы перекрывали проезды около мечетей, а полиция следила, чтобы баранов на улицах не резали. Жертвоприношение у них, видишь ли, а для нас геморрой, – пожаловался Дятлов.

– Курбан-байрам, – пробормотала Петелина, вспомнив, как Алсу утром рассказывала о празднике.

Следователь замешкалась, решая, как поступить. Открытие психиатра перевернуло ее планы, но и откладывать встречу с Дятловым было неудобно, сама настаивала, когда была в ревнивом состоянии. Старый протокол об автоаварии послужил лишь поводом. Хотелось выяснить, насколько крепка любовная интрижка Токаревой с Дятловым. Могла ли ТТ переключилась на поиски нового любовника?

– Приезжайте, нам надо поговорить. – Петелина назвала Дятлову номер кабинета и как к ней пройти.

Следователь вернулась к разговору с психиатром.

– Анатолий Ильич, я правильно понимаю, Валерия Окулова приходила к вам в клинику?

– Это она. – Врач продолжал тыкать пальцем в фоторобот Лебедевой. – Это жена Земскова, то есть Булатникова. Он звал ее Лерой.

В голове следователя словно щелкнуло: Лера – Лара! Ну конечно! Лариса Окулова могла предстать в образе Валерии Лебедевой. Тогда понятен ее моложавый вид на фотокомпозиционном портрете. Окулова на пятнадцать лет младше Булатникова. Парик, очки, одежда, бижутерия меняют образ женщины. А вот голос не изменить. По голосу психиатр и узнал женщину.

Петелина открыла в ноутбуке фотографии со свадьбы Березина и Окуловой, показала психиатру.

– Посмотрите на невесту. Это она? Это та женщина, которую вы считали женой Земскова?

Ермилов пролистал снимки и неуверенно прокомментировал:

– Трудно сказать. Свадебное платье, другая стрижка, нет очков. Ко мне она приходила совсем в другом виде.

Петелина согласилась, что особый макияж и прическа невесты настолько меняют женщину, что она становится мало похожей на себя обыденную. А тут короткие черные волосы вместо русых длинных, бриллианты вместо бижутерии и ясный взгляд накрашенных глаз вместо очков.

– Однако ее голос вы узнали?

– Да. Я разговаривал с ней по телефону. Один в один.

– Тогда еще раз посмотрите фотографии.

Елена нашла снимки, на которых Окулова не позировала, а беседовала со своими подружками Онопко и Токаревой.

– Похожа, – согласился Ермилов.

Петелина отпустила Ермилова, но перед этим взяла подписку о неразглашении.

– Ваши показания, Анатолий Ильич, пока остаются тайной следствия. Вы обязуетесь никому о них не рассказывать.

– Это в моих же интересах. Я должен был давно распознать Земскова-Булатникова, – сокрушался психиатр, подписывая документ.

– Вы это сделали. И очень нам помогли, – закончила встречу на положительной ноте следователь.

Оставшись одна, Елена задумалась, и ее вновь охватили сомнения.

Юная Лариса Окулова влюбилась в Алексея Булатникова. Это факт. Она узнала про друга Пашку, который был Алексею, как брат. В этом Лариса сама призналась.

Дальше только предположения. Булатников много рассказывал ей о друге, сам с собой беседовал с ним и даже перевоплощался при ней. Лариса разобралась в психическом состоянии Булатникова и научилась им управлять – переключать с одной личности на другую. Более того, Лариса подыгрывала Булатникову и перевоплощалась в Валерию Лебедеву, любимую девушку Земскова. Она была школьницей, и он поверил в чудо. Игра зашла так далеко, что у Земсковой и Лебедевой родилась дочь Ирина и они оформили брак.

Невероятная версия – осадила себя Елена. У Булатникова был паспорт на имя Павла Земскова, да и Ларисе он мог сделать документы на имя Валерии Лебедевой с помощью афганского братства. Но откуда у них ребенок?

У Окуловой не было детей. Сейчас у нее первая беременность, она сама об этом сказала. Сама! Можно ли ей верить?

Петелина нашла в документах дату рождения Ирины Земсковой. Если предположить, что ее мама Лариса Окулова, то она родила дочь в шестнадцать лет. Березин об этом не знает. Он помог сироте Ларисе в семь лет, а затем уже в семнадцать при поступлении в университет. Вполне вероятно, что в школьные годы занятой бизнесмен не интересовался судьбой девочки.

Однако роды не могут пройти незаметно для женского организма.

Елена вспомнила свою позднюю беременность. Гинеколог быстро определила, что беременность у нее вторая, хотя прошло много лет. В течение беременности она наблюдалась в клинике «ГлобалДок», там же где обслуживается сейчас Лариса Окулова.

Елена в сове время помогла юридическими советами главврачу клиники и хорошо ее запомнила, потому что имя главврача совпадало с именем ее мамы – Ольга Ивановна.

Петелина нашла визитку и позвонила главному врачу клиники «ГлобалДок».

После дежурных слов благодарности и вопросов о малыше разговор зашел о главном:

– Ольга Ивановна, мне нужна информация о вашей пациентке, – призналась следователь.

– Елена Павловна, вы же знаете о врачебной тайне, – упрекнула врач.

– Знаю. Но пациентка фигурирует в уголовном деле. И мой вопрос не касается ее нынешнего состояния. Он о прошлом, далеком прошлом. О том положении женщины, которое никакой врачебной тайной не скроешь.

– И в чем же заключается ваш вопрос?

– Меня интересует Лариса Окулова. А вопрос такой: у нее сейчас первая беременность?

– Думаю, такой информацией со следователем мы можем поделиться, – после недолгого раздумья согласилась врач. – Я выясню и позвоню.

– Большое спасибо. Жду звонка.

Звонок последовал почти сразу. Петелина даже удивилась оперативности врача, но звонившим оказался Марат.

– Лена, мне позвонил эксперт из пожарной части. Они закончили исследование чайника вместе с содержимым. Представляешь, поджог был ради дыма. Опасность открытого возгорания они оценивают как маловероятное событие.

– От дыма как раз и гибнут. А у нас смежная вентиляция, – напомнила Елена.

– Задымление было локальным, – возразил Марат. – Из нашей квартиры можно было выйти.

– И что это значит?

– Кто-то хотел нас напугать. Сильно напугать.

Им это удалось, подумала Елена, вспомнив зловещую сказку. Все подобные послания заканчивались убийством. Она заволновалась:

– Марат, оставайся с Сашей. Пока я не разберусь, кто это сделал, опасность не миновала.

Глава 52

В приоткрытую дверь кабинета Петелиной просунулся мужчина в синей форме капитана полиции.

– А вот и я, – радостно сообщил он и, видя легкое недоумение на лице следователя, пояснил: – Дятлов. Вы меня вызывали.

– Да. Добрый день. Проходите, присаживайтесь.

Елена оценила внешний вид любовника Токаревой. Благодушная улыбка, пухлые щеки, усы и живот, на котором не застегивается китель. Валеев против такого увальня настоящий мачо. И звание у Марата выше, официально не женат – с какой стороны не посмотри, более подходящий вариант для Токаревой, которая вьется вокруг Марата и может увести. К тому же бойкая Танечка на десять лет ее моложе, с горечью констатировала Елена.

Дятлов мгновенно освоился в кабинете и бесхитростно смотрел на Петелину:

– Я о вас слышал. Танька болтала. У вас же тоже служебный роман и все такое.

Петелина не стала пресекать болтовню пустоголового капитана. Ей было удобно развить щекотливую тему.

– Мой роман привел к совместной жизни. А ваш как?

– С Танькой?

– А у вас связь не только с Токаревой?

– Да не, куда. – Дятлов огладил живот. – Танька, она же ТТ – бой баба! А в душе настоящая гаишница. Чуть что не так, штрафует.

– В каком смысле?

– За что мужика в постели можно наказать? – Дятлов сделал паузу и с радостью ответил: – За превышение скорости и остановку в неположенном месте!

Капитан захихикал, но Петелина не поддержала шутку. Дятлов смутился, скомкал пошлую улыбочку и спросил:

– А зачем вы меня вызывали?

Старший следователь раскрыла папку с уголовным делом и извлекла протокол трехлетней давности об автоаварии с участием Гамова. Развернула документ к Дятлову.

– Вы исправили дату в протоколе. Почему раньше никто не обратил внимания на ошибку? Это же ДТП со смертельным исходом.

– Я сделал, как вы просили.

– Я к вам не обращалась.

– Танька сказала, что надо исправить дату, чтобы у вас все сходилось. Вы ее попросили, она меня, а ей я не могу отказать. ТТ такая заводная.

Дятлов натолкнулся на суровый взгляд следователя и насупился:

– Послушайте, мы же свои люди. – Капитан похлопал себя по погонам. – Нам тоже часто приходится выкручиваться.

– Я не просила подделывать протокол. Я приказала проверить достоверность документа, – отчеканила следователь.

– Значит Танька что-то напутала.

– Или вы ее не поняли?

– Она четко сказала: исправь пятнадцатое на шестнадцатое. Я так и сделал. Это просто.

– Просто, – покачала головой Елена, едва сдерживая раздражение.

– А что такого? Три года прошло. Погибший Гамов сам виноват. Какая теперь разница, когда он разбился?

Петелину прорвало:

– Речь идет о серийных убийствах! Из-за ваших подделок мы можем посадить невиновного и выпустить преступника. Это понятно?

– Подделок говорите. – Капитан нахмурился и подался вперед. – А вам справку нарисовать о мнимом ДТП это нормально? У входа видел вашу «тойоту» с разбитым бампером. Скажете, не просили?

Петелина смутилась. Она уже и забыла, что Марат с помощью Дятлова организовал ей справку для страховой компании для получения компенсацию за поврежденный автомобиль. «Как стыдно, сами развращаем», – призналась себе Елена.

Она порылась в сумочке, нашла злополучную справку и протянула «гаишнику»:

– Заберите.

– Да ладно вам, оставьте. А протокола с Гамовым считайте не было. Вернем старый. – Дятлов скомкал документ и попятился к выходу, одарив липкой, словно скотч, улыбкой.

Он ушел. Для капитана ГИБДД любая проблема решалась просто. Для старшего следователя подделка документа еще более запутала дело.

Под рукой Петелиной оказался лист бумаги. Она чертила карандашом и размышляла.

Что имеем по факту? Кровь Гамова нашли на одежде убитого Раджабова, когда Гамов находился в коме после автоаварии. Значит Гамов не мог убить Раджабова.

Токарева уговорила любовника изменить дату в протоколе, и Гамов становится главным подозреваемым в убийстве.

Гамов скончался, вопрос виновности или невиновности уже не влияет на его судьбу. Зачем тогда Токарева добилась подделки? Банальное желание закрыть расследование, чтобы уменьшить нагрузку на оперативников? Это подлог. Какие еще у нее тараканы в голове?

Петелина вспомнила, что по той же схеме доказана виновность Сафарова в убийстве директора управляющей компании Барановского. Кровь Сафарова найдена на одежде убитого. Сафарова задержали с разбитым носом. Это доказывало драку между ним и жертвой.

Однако Сафаров рассказал, что нос ни с того ни с сего ему разбила незнакомая женщина. Типичная выдумка, посчитала тогда следователь и не отработала эту версию. Она даже не поинтересовалась внешним видом напавшей женщины.

Если предположить, что Сафаров не лжет, то налицо махинации с кровью. Кто-то хочет свалить на него вину в убийстве Барановского. Так же, как и три года назад в случае с Гамовым.

Кому это выгодно? Вопрос простой, а ответ очевидный – настоящему убийце.

Следующий вопрос гораздо сложнее: как это сделано?

Глава 53

Петелина исчеркала ни один лист, мучаясь над разгадкой. Спонтанные узоры напоминали лабиринт, мысли перетекали от одной версии к другой и всюду упирались в тупик. Сломав очередной карандаш, Елена скомкала рисунки и швырнула их в мусорную корзину.

Нужно действовать поэтапно. Для начала допросить Тимура Сафарова и выяснить, что за женщина на него напала. Показать ему фоторобот Лебедевой, а заодно и фотографии Окуловой. Идея, конечно, дикая, но приходится искать во всех направлениях.

Елена посмотрела на часы. Сафаров сейчас в следственном изоляторе. Пока туда да обратно, уйдет драгоценное время, а результат может быть нулевым.

Она вспомнила, как Дорецкий резервировал машину для поездки в СИЗО, и позвонила ему:

– Привет, Феликс! Ты сейчас где?

– Петелина, я только жене и начальству докладываю о своих перемещениях.

Следователь услышала в трубке знакомый лязг железного засова.

– Ты еще в СИЗО. Феликс, у меня к тебе просьба: допросить Тимура Сафарова.

– Я уже ухожу.

– Это срочно и недолго.

– Сафаров твой подозреваемый.

– Я же допрашивала твоего Резака, – напомнила Елена. – Можешь отплатить мне той же монетой.

– Сравнила. Ты допрашивала из своих интересов.

– И сейчас из своих. А по большому счету наши интересы общие. Феликс, прошу, мы же коллеги.

– Ну ладно, уговорила. Будешь мне обязана. Что надо узнать у Сафарова?

– В день убийства Сафарову разбили нос. Он утверждает, что это сделала женщина. Я перешлю тебе фоторобот и несколько снимков. Покажи их ему.

Петелина отправила Дорецкому фотокомпозиционный портрет Лебедевой и снимки со свадьбы Окуловой. Выбирать было некогда, она торопилась, пока Феликс не передумал. Поэтому отослала много снимков, чтобы Сафаров со всех сторон разглядел невесту.

Отправив послание, Елена выдохнула. Зря она с Железным в штыки. Он хоть и карьерист, но обязательный и щепетильный следователь, пообещал – сделает.

Под рукой завибрировал телефон. Звонила главврач клиники «ГлобалДок».

– Лена, ты была права, – говорила Ольга Ивановна. – У Ларисы Окуловой не первая беременность. Она уже рожала.

– Этот точно? Когда это было?

– Да – ответ на первый вопрос. – Главврач усмехнулась: – Ты говорила, что женщина-юрист от просто женщины отличается тем, что задает один вопрос и ждет ответа, а не вываливает сразу все.

– А женщина-следователь отличается еще и занудством. Когда рожала Окулова? Официально детей у нее нет.

– Мы не ясновидцы, но скорее всего она родила в несовершеннолетнем возрасте.

– Спасибо, Ольга Ивановна.

Следователь опустила трубку и задумалась. Окулова скрывает первые роды от мужа. Ей было шестнадцать, когда родилась девочка, которую записали, как Ирину Земскову. Тогда Лариса близко сошлась с Булатниковым. Получается, что он отец ребенка. Березин в те время не интересовался Ларисой. От него скрыли рождение девочки.

Это было не трудно. Лариса Окулова воспитывалась в приемных семьях, которые поддерживались фондом имени ее отца. Юная мама оставила дочку на воспитание в одну из семей, а сама поступила в университет и начала новую жизнь.

Отношения с Булатниковым она прекратила. Навсегда ли? А может возобновила их и построила совершенно на других принципах.

Петелина вспомнила про поджог в соседней с ней квартире. Чайник с таймеров, вызвавший возгорание, активировали после ареста Булатникова. Кто это сделал?

Она позвонила психиатру Ермилову и спросила:

– Анатолий Ильич, почему Булатников превращался в убийцу Земскова.

– Я же вам рассказал про триггер. Песня в плейере возвращала его на войну. Он брался за нож и мстил. В его сознании он убивал врагов, чтобы спасти себя и друга.

– Про песню, как спусковой крючок я поняла. Но почему он ее включал?

Психиатр задумался, и следователь сформулировала вопрос по-другому:

– Кто-нибудь мог управлять Булатниковым?

На этот раз Ермилов ответил сразу:

– Зная триггер, да.

– То есть, включая нужную песню даже по телефону, можно было спровоцировать Булатникова на убийство.

– Так Булатников превращался в Земскова, а уже тот шел мстить врагам, – подтвердил догадку следователя психиатр.

После разговора с психиатром Елена попыталась абстрагироваться и посмотреть на ситуацию со стороны. Не слишком ли она мнительна? Работа следователя накладывает отпечаток и на ее психику, заставляя подозревать всех и каждого. Версия о том, что Лариса Окулова как-то манипулирует Булатниковым основана лишь на ее догадках.

Позвонил Дорецкий и похвастался:

– С тебя вискарь, Петелина. Я выполнил твою просьбу.

– Будет тебе виски. Рассказывай.

– Сафаров узнал женщину, которая его ударила сумкой в нос.

– Указал на фоторобот?

– Нет.

– Это невеста – Лариса Окулова?

– Опять мимо.

Петелина ожидала подтверждение своей версии и немного расстроилась. Стареет. Интуиция ее подвела. Никакая она не Петля.

– Сафаров мог схитрить? – спросила она.

– Он был рад, что к нему пришли с этим вопросом и уверенно указал на женщину.

– На кого?

– Имени я не знаю. Приеду, покажу.

– Не могу я ждать! – не терпелось следователю.

– Учти насчет виски. Предпочитаю односолодовый.

– Без вопросов!

– Ладно, Петелина. Сейчас выделю женщину на фото и пошлю тебе.

Елена уставилась в телефон, ожидая сообщения. Кто? Кого опознал Сафронов?

Но первым пришло сообщение от Марии Луганцевой. Елена раскрыла письмо и схватилась за голову.

Глава 54

В письме журналистки была новая аудиосказка в том же духе, что и предыдущие, связанные с убийствами.

«В новом царстве в большом государстве священники и старухи предвещали голод и разруху. Побороть унылое настроение способно лишь народное веселие, когда пьют и едят досыта, и голова болит после просыпа. И народ потребовал развлечения и сытного угощения. Но прежде задобрить богов надо, преподнести им жертву как награду.

Закололи мышек, голубя и барана, однако сказал служитель главного храма: «малую жертву боги не услышат им подавай ценность повыше. Только истинное жертвоприношение принесет всем счастье и очищение. Малое дитя богам не подойдет, оно не разумно, неизвестно как расцветет. Старые люди на финальном пороге, их ждет ад или райские чертоги».

«Кого же отдать? Не томи, укажи. Пира хотим, поскорей прикажи».

«Бог нашептал мне ночью на ушко: лучшая жертва – это послушник. Слезы и скорбь превратятся в удачу, денежный дождь прольется в придачу».

Жертва назначена, праздник в разгаре. Кто воспылает в новом пожаре?»

Пауза после завершения сказки была не долгой.

– Что скажете, Елена Павловна?

Немедленного ответа по телефону требовала Маша Луганцева. Корреспонденту не терпелось получить наводку о новом преступлении и срочно выехать на место убийства.

Петелина осмысливала текст. Не дождавшись ответа, Луганцева сама выдвинула версию:

– Закололи мышек, голубя и барана. Елена Павловна, помните первую сказку про четырех мышек и голубя? Мышки – это мигранты, голубь – студент.

– А баран – это Барановский.

– Да! Их всех закололи! – возбужденно подтвердила Луганцева.

– То были старые жертвы, а в новой сказке про новую – рассуждала следователь.

– И еще там про праздник и жертвоприношение, а сегодня как раз Курбан-байрам!

– «Лучшая жертва – это послушник», – повторила слова сказки Петелина. – Кого имеют в виду?

– «Кто воспылает в новом пожаре?» – вторила ей корреспондент и нетерпеливо спрашивала: – В сводках есть что-нибудь необычное?

Следователь уже просматривала криминальные происшествия, связанные с огнем. Упоминалось задымление в ее доме, другие незначительные возгорания, но все без жертв.

– В сказке говорится, что дитя не подходит, старики тоже, – промолвила Елена, вспоминая сынишку и маму. – Нужен послушник. Так называли человека, готовящееся стать монахом.

– Убить православного монаха в мусульманский праздник – это бомба! – возликовала корреспондент.

– Подумай, чему радуешься, – осекла следователь.

– Надо предупредить монастыри, – спохватилась журналистка.

– Без тебя разберемся.

Петелина направилась к начальнику и дала ему послушать текст сказки. Харченко недоуменно смотрел на следователя. Петелина доложила о своих подозрениях, что новой жертвой может стать послушник монастыря и попросила:

– Юрий Григорьевич, это ваш уровень. Сообщите в ГУВД, потребуйте организовать охрану монастырей.

– Патрульные и так работают в усиленном режиме, контролируют сходки мигрантов.

– Если убьют послушника, а мы ничего не сделали…

– Петелина, ты хоть знаешь, сколько в стране монастырей?

– Ограничимся теми, что в городе и области.

– Успокоила. Ты вообще уверена в своей версии?

– До сих пор каждая такая сказка заканчивалась убийством. Вам напомнить? Началось со стройки…

– Ну хорошо! – смирился полковник и с сомнением посмотрел на распечатанный текст. – Только про сказку я докладывать не буду. Пусть это будет наводка от информатора.

После разговора с начальником Петелина еще раз прослушала сказку. Особенно ей запомнилась заключительная фраза. «Жертва назначена, праздник в разгаре. Кто воспылает в новом пожаре?» Звучит угрожающе. Подняв тревогу, она поступила правильно.

На глаза следователю попалось сообщение в телефоне от Феликса Дорецкого. Как же она забыла? Он обещал указать женщину, ударившую Сафарова!

Елена загрузила изображение. Это был знакомый ей снимок, где Ларису Окулову поздравляли с замужеством две подруги юности: Татьяна Токарева и Ксения Онопко.

Красным овалом было обведено лицо Онопко!

Елена вспомнила, как Онопко обрабатывала раны на свадьбе, а на следующий день брала кровь у Окуловой на анализ. Она сказала, что сделает анализ и передаст результаты лечащему врачу Ларисы. Врач как раз приехала по вызову, на груди у нее был бейджик клиники «ГлобалДок». Это ниточка, за которую стоит потянуть.

Для важного разговора Петелина решила лично наведаться в клинику «ГлобалДок», находившуюся недалеко от ее работы. Доехала на своей поврежденной «тойоте».

Главврач Ольга Ивановна встретила гостью игривым упреком:

– Зашла поблагодарить? Сладости не принимаю.

– Ольга Ивановна, заранее прошу извинения. Снова нужна ваша помощь.

– Так и знала, что следователь Петелина двумя вопросами не отделается. Не даром тебя зовут… – врач осеклась. – Ой, извини, Лена.

– Петля? Так и есть. Теперь вы понимаете, что не выскользните, – пошутила Елена.

– Даже не буду пытаться, – в тон ей ответила врач. – Что за вопрос?

– На этот раз про вашу сотрудницу. Кем работает у вас Ксения Онопко?

– Сейчас посмотрю. – главврач застучала по клавиатуре компьютера. – Ксения Онопко – врач-лаборант. Работает не здесь, а в нашей центральной лаборатории.

– Туда свозятся пробы крови со всех пунктов приема?

– Не только крови. Все анализы мы делаем в одном месте.

– На пробирку клеится фамилия имя отчество пациента, – припомнила следователь. – А в базе данных клиники есть его дата рождения, телефон, емейл. Так?

– Учитываем все показатели, чтобы не перепутать, – подтвердила Ольга Ивановна.

– Кровь для анализов берется с запасом?

– Бывают нештатные ситуации: поломка прибора, неосторожность сотрудника, когда требуется повторить анализ.

– То есть после анализа в пробирке с именем пациента остается немного крови, – сделал вывод Петелина и спросила: – Как долго может храниться кровь?

– При низких температурах в герметичном состоянии месяцами.

Следователь, как ищейка, почувствовала, что приближается к цели. Еще немного и она найдет разгадку. Главврач заметила, как похолодел взгляд гостьи, и заволновалась:

– К чему ты клонишь, Лена? Мы действуем строго по методике.

– Ольга Ивановна, я могу вернуться сюда с постановлением об изъятии всех компьютерных данных вместе с носителями информации. Это парализует работу клиники. Поэтому у меня предложение. Прямо сейчас вы проверите фамилии двух человек. Меня интересует: сдавали они кровь на анализ в ваших лабораториях?

– Ну, Лена, ты и правда Петля.

– Всего двух. Выбирайте.

– Да чтоб тебя! Говори.

Петелина назвала полные имена Гамова и Сафарова.

Пока главврач искала данные в компьютере, следователь вспоминала, что она знает об Ксении Онопко. Беженка из Таджикистана, сирота, воспитывалась в семьях других беженцев, где подружилась с Ларисой Окуловой и Татьяной Токаревой. А раз так, то наверняка знала и Алексея Булатникова.

Главврач пробила данные и подтвердила:

– Мы действительно делали анализ крови для Гамова и Сафарова. Но результаты я тебе не покажу.

– Спасибо, Ольга Ивановна, – поблагодарила следователь.

Стало ясно, что Ксения Онопко могла поставлять образцы крови многих людей Булатникову, чтобы тот во время убийства оставлял их на жертве. Несколько лет назад она выбрала Гамова, так как он работал в миграционном центре. Но Гамов попал в аварию накануне убийства. Тогда протокол исправила Токарева. Они обе сироты и подруги Окуловой с детства. Обе обязаны фонду имени ее отца.

Значит, вполне правдоподобна версия: при убийстве Барановского, чтобы не было сомнений, каким образом кровь Сафарова оказалась на жертве, Онопко разбила Сафарову нос.