Текст книги "Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ)"

Автор книги: Сергей Бакшеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 53 (всего у книги 192 страниц)

68

В оперативном офисе жужжала кофе-машина и пахло только что сваренным кофе. За столом сидели Юрий Григорьевич Харченко и Елена Петелина. Валеев выполнял функции бармена, периодически наполняя маленькие чашки крепким напитком. Майоров контролировал Прохина, за стеклянной перегородкой писавшего чистосердечное признание.

– Лена, ты уверена, что Богданов сам к нам придет. А если он что-то почувствовал и ударился в бега? Не лучше ли было послать за ним твоих ребят? – Харченко кивнул на оперативников. – По старинке оно надежнее.

– Вот и проверим, Юрий Григорьевич, разбираюсь ли я в людях. Ту ли наживку я ему закинула.

– О чем ты?

– Я сообщила Богданову, что найдены его деньги и он может их получить.

– Неужели поверит? Сомнительно.

– Скоро узнаем.

– Ладно, вернемся к нашим баранам. – Харченко озабоченно нахмурил седые брови. – Расследуя одно дело, ты раскрыла сразу два преступления: гибель заложницы и махинации с квартирами. Предстоит большая работа.

– По второму делу фигурирует Грищук. Я бы не хотела…

– К этому я и веду. Чтобы адвокаты не притянули за уши личную обиду и конфликт интересов, я поручу дело «Билдинг-треста» другому следователю, который не пересекался с Грищуком. Вот дождемся чистосердечного и…

Харченко кивнул подбородком на стеклянную перегородку, за которой уже более часа писал свое признание Прохин. Полковник обратился к Майорову:

– Как он?

– Всё путем. Строчит, как автомат. В каждом абзаце упоминаются Богданов и крупные суммы!

В этот момент открылась дверь в коридор. На пороге появился мрачный Дмитрий Кириллович Богданов. Полковник сдержанно улыбнулся.

Взгляд вошедшего уперся в лицо Петелиной.

– Вот вы где! Когда я смогу получить свои деньги? Там вся сумма? Если что-то потеряно, я буду требовать компенсацию.

Петелина посмотрела на Харченко: моя взяла! И направлением взгляда дала указание Валееву. Тот коротко кивнул и вышел в коридор.

Елена обратилась к Богданову:

– С деньгами придется подождать, Дмитрий Кириллович.

– Это еще почему? – возмутился бизнесмен.

– Вопрос о том, возвращать вам деньги или нет, решит суд.

– Какой еще суд?

– Дело о мошенничестве вашей строительной компании будет пересмотрено в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Вероятно, эти деньги понадобятся для компенсации потерпевшим.

– Какие обстоятельства? Что за чушь вы несете! Какая компенсация?

– Как много вопросов, – покачала головой следователь и пригубила кофе. – А на мои вопросы сейчас отвечает известный вам человек.

Петелина встала, подошла к стеклянной перегородке и указала на увлеченно писавшего Прохина:

– Узнаете?

– Кто? Ах вот кто… Какого черта! Что он здесь делает?

– Ваш бывший заместитель, Евгений Викторович Прохин, облегчает свою совесть и помогает раскрыть преступление.

– Да что тут происходит? Я пришел за своими деньгами!

– Деньги не пропадут, не волнуйтесь. Они заперты в очень надежном месте.

В оперативный офис вернулся Валеев. За его спиной стояли двое конвоиров.

– А вот и за вами пришли. Вас тоже придется запереть.

– Как это понимать? Это возмутительно! Я потерял деньги! Я пострадавший!

Взгляд Петелиной похолодел, а голос приобрел стальные нотки.

– Из-за вашей алчности погибли трое! Сначала ни в чем не повинная Алла Кузнецова, а потом ваша дочь и шестнадцатилетний мальчишка. Если бы вы не ограбили добросовестных покупателей квартир, ничего бы этого не случилось. Вы – первопричина трагедии!

У Богданова задергалось веко. Мужчина хватал воздух ртом, но не мог ничего сказать.

– Увести! – бросила Петелина.

69

Елена Петелина и Марат Валеев покинули Следственный комитет, когда уже стемнело. Их автомобили стояли на разных сторонах парковки. Елена нащупала ключ от машины в сумочке, сжала его в ладони, а потом решительно отпустила.

– Что-то я устала. Давай поедем вместе, – предложила она.

– Отличная идея! – посветлел лицом Марат.

Он отвел Елену к своему автомобилю, распахнул перед ней дверцу, а сам юркнул на водительское место. Елена накрыла его руку, которая собиралась завести двигатель.

– Валеев, что такое любовь?

– Умопомешательство, состояние неадекватного восприятия партнера, – бодро отчеканил Марат и тут же прикусил губу, поняв, что не угадал ее настроение.

– А если серьезно?

Он с подозрением покосился на Елену.

– Если ты насчет цветов, то я исправлюсь. Завтра же, нет – сегодня…

– Да я не о цветах! – Елена остановила порыв Валеева выскочить из машины в поисках букета. Не отпуская его руки, она спросила: – Ты меня любишь?

Подобный вопрос каждого неженатого мужчину приводит в трепет, и Марат не был исключением. Он выдернул руку и нервно потер безымянный палец в том месте, где должно быть обручальное кольцо.

– Я понял. Ты и я давно вместе, и ты намекаешь, что нам пора…

– Да нет же! Я хочу понять, что для тебя значит любовь.

– Ты чего, Лен? – удивился Марат.

– Этот вопрос задал мне подследственный.

– Белов? О любви? – поморщился оперативник.

– И я ответила, что любовь – это когда люди не могут жить друг без друга.

– Ну конечно, это же очевидно, – успокоился Марат. На его лице появилась похотливая улыбка. – Нас тянет друг к другу. Постоянно. Я не могу без тебя.

– Руки не распускай! – Елена шлепнула по руке, оказавшейся на ее колене.

«Не могут жить друг без друга». Петелина чувствовала банальность и неполноту формулировки – всё так, но не только.

Порой, погружаясь в круговорот расследования, Елена забывала о самых близких, но это не означало, что она переставала их любить. Следователь Петелина никогда не держала семейных фотографий на рабочем столе, как это показывают в западных фильмах. Улыбающейся дочке не место рядом с кровавыми снимками из уголовных дел и мстительными взглядами преступников на допросах. К семье надо относиться бережно.

Маленькие фотографии самых близких хранились в ее бумажнике. Их было две: с изображением Насти – ее карточка была там с младенчества и периодически обновлялась по мере взросления дочери, и Марата – появившаяся недавно. Конечно, в электронной памяти телефона хранились десятки семейных снимков, но от фотографии на бумаге веяло теплом. Как только Елена открывала бумажник, два любимых человека напоминали ей о лучших мгновениях. Без них незачем жить.

«А вот Валеев, без кого он не может жить? Только без меня?»

Лет пятнадцать назад такой клятвы Елене было бы достаточно, но сейчас у нее есть дочь, и для нее не менее важно, как ее избранник относится к Насте.

Марат посмотрел на Елену и будто почувствовал невысказанный вопрос. Он взял ее руки, уткнулся в них лицом и нежно поцеловал обе ладони.

– Я люблю тебя, Лена, – без пафоса произнес он. – Ты для меня – всё. Без тебя я – проколотый шарик, а с тобой готов взлететь куда угодно. Я люблю тебя и люблю Настю. Потому что она твое новое воплощение. Я помню тебя в школе, и Настя напоминает мне о том времени, когда озорной мальчишка раз и навсегда влюбился в лучшую в мире девочку.

– Раз и навсегда? – усомнилась Елена скорее для проформы: ей очень приятно было услышать эти слова.

– Ты лучшая!

– Ты меня пугаешь, Валеев. Если ты относишься к Насте, как ко мне когда-то, то не будешь ли ты к ней приставать? Я со школы помню твои наглые руки…

– Я буду ее оберегать. Пусть какой-нибудь оболтус только попробует…

– Но-но! Так ты всех женихов разгонишь, – усмехнулась Елена.

– Слушай, а давай устроим праздник! Такое дело раскрыли. Ты, я и Настя – закатимся куда-нибудь в выходные. Можно и Ольгу Ивановну взять, – уже не так уверенно добавил Марат.

Елена посмотрела на часы и заторопилась:

– Настя и сейчас на празднике, на дне рожденья у подруги. Поехали, Марат, чего стоишь? Я должна ее забрать.

Елена с досадой пробормотала что-то о керлинге и ботинках, но ее слова заглушило жужжание стартера. Валеев вывел машину с парковки и вдавил педаль газа. Двигатель ответил нарастающим глухим ворчанием.

Приехав к дому Настиной подруги Веры и позвонив в дверной звонок, Елена приготовила слова обещания, что теперь-то уж точно приложит максимум усилий и найдет ботинки для керлинга. Впрочем, искать их уже не стоило. Раз Настя подарила Вере пару для левшей, придется оплачивать ботинки заново, поэтому проще сделать новый заказ. Вот и решение проблемы!

Настя выбежала навстречу матери и неожиданно чмокнула ее в щеку.

– О, вы вдвоем! – Девочка пребывала в прекрасном настроении и на мгновение прижалась к Марату.

Удивленная и счастливая Елена шутливо спросила хозяйку квартиры:

– У вас что, есть эликсир счастья?

Первой ответила Настя:

– Я тоже получила подарочек, мама. – Она юркнула в прихожую и тут же вернулась не с пустыми руками. – Вот!

Сияющая Настя раскрыла коробку и продемонстрировала ботинки для керлинга:

– Это мои!

Верина мама поспешила пояснить:

– Мы тоже заказали ботинки из Питера. Хотели обрадовать дочь в день рожденья. Преподнесли ей подарок сегодня вечером, и оказалось, что мы их перепутали! Нам достались ботинки для правшей. Если бы не ваша Настя с ее замечательным подарком, не знаю, что бы мы делали.

В коридоре появилась Вера, демонстрирующая свою обновку.

– Команда во всеоружии? – грозно спросил Валеев. – Всех на льду порвете?

– Всех! – дружно ответили девочки.

Возвращаясь домой, Елена села рядом дочерью на заднее сиденье. Они болтали об уроках, о тренировках, о будущих соревнованиях, обсудили состав женской сборной по керлингу и их последнюю победу в международном турнире.

– Классно наши шотландок сделали! В последнем энде был такой удар! – восклицала Настя.

– Ты о двойном тейке или промоушене через наш гард? – подал голос Марат. – Мне больше двойной тейк понравился. Бац-бац – и наш камень в пятаке!

– Валеев, ты видел игру? – выпучила глаза девочка.

– В Интернете последний энд посмотрел. Круто! Без последнего камня победили.

– Да ты свой парень! – похвалила Настя. – В терминах сечешь. Почему раньше молчал?

– Раньше не до того было – служба, – пространно объяснил Марат и невольно коснулся кармана, где лежал смартфон.

Не зря он дважды просмотрел видеофайл, присланный Астаховской. Увлекательная игра, показанная крупным планом, ему действительно понравилась. Умная женщина оказалась права – надо жить интересами семьи. А ведь он прочел только половину ее ссылок о керлинге. То-то будет, когда он освоит остальное!

Сергей Бакшеев
Похищение со многими неизвестными

1

В московскую компанию «Партнерство» входила обширная сеть ломбардов, несколько ювелирных магазинов и одноименный банк. Основную прибыль владелец компании Андрей Бахлин получал от ломбардов. Собственный небольшой банк позволял кредитовать их, собирать выручку, конвертировать ее в валюту и иметь надежное хранилище с сейфовыми ячейками. Подземный бункер был самым важным отделом банка, все самое ценное из ломбардов на период хранения свозилось туда. Если вещь выкупалась, что происходило не часто, ее возвращали обратно.

В пятницу, в конце рабочего дня, в кабинет Андрея Бахлина вошли двое мужчин сурового вида. Старший представился полковником Московского уголовного розыска Орловым и показал раскрытое удостоверение. Ему было под шестьдесят, одет он был в серый костюм и белую рубашку. На его квадратном лице выделялись черные усы и родимое пятно на виске размером с вишню. Полковник встал перед Бахлиным. Его молодой подчиненный со шрамом на щеке, одетый в легкую куртку и джинсы, окинул свинцовым взглядом кабинет, запер входную дверь и занял позицию за креслом Бахлина.

Бизнесмен заерзал, не зная, на кого смотреть. По его спине поползли холодные капельки пота, а в заклинивших мозгах зазвенела фраза из его ночных кошмаров: «Вы арестованы!». Все шестнадцать лет с момента открытия первого ломбарда Бахлин гнал от себя этот дурной сон, тем не менее, отдавая себе отчет, что такое может случиться и наяву. Как там они говорят: был бы коммерсант, а статья найдется. Вон в руках полковника красная папка с гербом. Сейчас достанет постановление о задержании и объявит…

– Мы с плохой вестью, Андрей Витальевич, – произнес Орлов, впившись взглядом в лицо Бахлина.

Это были не совсем те слова, что со страхом ожидал услышать бизнесмен, но они тоже не предвещали ничего хорошего. Бахлин сглотнул ком в горле, как бы говоря: продолжайте.

– Сегодня ночью ваш банк ограбят, – сообщил Орлов. – Речь идет о сейфовых ячейках.

– Как? – Бахлин вытолкнул из пересохшего горла первое слово с момента прибытия полицейских.

– Выгляньте в окно, – предложил Орлов. – Смелее. Только встаньте сбоку, не надо показывать, что мы раскрыли их планы.

Бахлин с опаской посмотрел на улицу: люди ходят, машины ездят, строители работают. Немного прохладно для середины июня, но в целом ничего подозрительного.

– Какие планы мы… вы раскрыли? – переспросил бизнесмен.

– Видите яму под вашими окнами?

– Там на щите написано, что строится подземный переход.

– Это прикрытие. На самом деле грабители роют подкоп в ваш банк.

– Подкоп?

– Взгляните на схему. – Полковник достал из папки лист с точной схемой подвальных помещений банка «Партнерство». – Вот банковское хранилище. Эта стена со стороны улицы. Грабители уже подобрались к ней. Сегодня ночью ее проломят.

– Так арестуйте их!

Полковник Орлов снисходительно улыбнулся:

– Допустим, мы сделаем так, как вы говорите. И что мы им предъявим? Нет проникновения – нет и преступления. Продержим сутки и будем вынуждены освободить. Несерьезно. Мы впустую не работаем, у нас другой план.

– Какой?

– Взять грабителей с поличным.

Бахлин задумался, осмысливая значения слова «с поличным»:

– Вы хотите, чтобы они залезли ко мне в банк?

– Именно так.

– Но я не могу. В хранилище сейфовые ячейки, в них ценности.

– Ни одна ячейка не пострадает. Мы устроим засаду. Как только грабители проломят стену и войдут в хранилище, мы их арестуем.

– Пострадает стена.

– Всего лишь стена, – успокоил Орлов. – Заодно поставите датчики вибрации, и будете знать, если что-то подобное повторится.

– Датчики вибрации?

– Вы поймите, Андрей Витальевич, такие ограбления планируются не просто так. Кто-то из ваших сотрудников – наводчик. Спугнем сейчас, он придумает что-нибудь другое.

– Кто? – опешил банкир.

– Возьмем грабителей и расколем. Наводчик наверняка знает о содержимом сейфовых ячеек. У вас хранится что-либо особо ценное?

– Ячейки арендуют клиенты банка, – выдавил Бахлин, борясь с нахлынувшей духотой в кондиционированном кабинете, и поспешил добавить для убедительности: – Я не знаю… не имею возможности знать, что в них хранится.

На самом деле банкир прекрасно знал, что спрятано в части ячеек. Если их содержимое всплывет – ему несдобровать.

Полицейский растолковывал план операции:

– Перед закрытием банка вы незаметно отведете нас в хранилище. Мы вдвоем затаимся там, а группа захвата будет дежурить снаружи. Неожиданность – наше главное преимущество. Поэтому своих сотрудников вы не должны посвящать в наши планы. Среди них предатель. Охранника сменит наш человек.

– Но я не могу оставить банк совсем без охраны. Это противоречит инструкциям и вызовет подозрение.

– Согласен. Кто сегодня дежурит?

Андрей Бахлин посмотрел в компьютер:

– Охранник Митин. Он давно у нас работает.

– Хорошо. Его менять не будем, чтобы не вызвать подозрение. Если Митин в сговоре с грабителями, мы это установим. Чем он вооружен?

– Травматическим пистолетом. Его задача не стрелять, а вызвать полицию в случае опасности.

– Разумно. Тем более отдел полиции здесь неподалеку.

– Но… – Бахлин замялся. – Такой риск. Репутация банка. А вдруг что-то пойдет не так?

– Да не волнуйтесь вы. Операцию разработала старший следователь Елена Павловна Петелина. Она отличный профессионал. Может, слышали о ней?

– Елена Петелина? Конечно. – Серое лицо Бахлина посветлело. Он протер платком лоснящиеся залысины. – Я с Леной в одном классе учился. В этом году двадцать лет, как окончили школу.

– Вот как? Сейчас мы вас с ней соединим.

Полковник сделал знак подчиненному. Офицер со шрамом набрал номер на своем телефоне и протянул трубку Бахлину.

– Елена? Привет! Это я – Андрей Бахлин. У меня твои люди. Они говорят…

Петелина перебила одноклассника и заверила, что будет лично руководить готовящейся операцией. Он может ни о чем не волноваться и полностью довериться офицерам полиции. Его задача – никому ни слова. Остальное сделают профессионалы.

Банкир приободрился и расправил плечи. Хорошо иметь одноклассников, занимающих высокие посты. С Петелиной надо дружить. А он, глупец, вспомнил о ней только накануне встречи выпускников.

– Елена, ты придешь на встречу? – спросил Бахлин, прикидывая, как теперь выглядит Ленка Грачева, выскочившая замуж за Серегу Петелина. Судя по моложавому голосу, сохранилась отлично.

– Обязательно увидимся. Как только разгребу дела и появится время…

– Ведь вечер встречи выпускников завтра. Двадцать лет как, – радостно напомнил Андрей Бахлин.

– Ах, да! Ну конечно. До встречи, Андрей. Извини, сегодня я в запарке.

Повеселевший банкир вернул трубку. В голове зарождались мысли о том, как использовать неприятную ситуацию в своих целях. Сорванное ограбление – это положительная реклама для банка, если подать ее с умом. Пусть клиенты знают, что банк «Партнерство» невозможно ограбить.

Бахлин поднялся из-за стола, застегнул пиджак на аккуратном животике и, чувствуя себя на равных с полковником, деловито поинтересовался:

– После того как операция закончится, могу я заявить, что в хранилище сработала подземная сигнализация наружного контура? И охрана банка совместно с прибывшими полицейскими задержала грабителей.

– Хорошая идея, – после некоторого раздумья согласился Орлов. – Мы снимем подозрение со своего информатора, а ближайший отдел полиции с удовольствием разделит с вами успех.

Банкир зарделся, прикидывая, что восстановление разрушенной стенки – небольшая плата за сенсационную рекламу.

2

От суеты последних часов на работе у старшего следователя Елены Петелиной вскипал мозг. С понедельника она в отпуске, поэтому к пятнице предстояло подготовить отчеты, пояснительные записки и уголовные дела так, чтобы ее не дергали по пустякам во время отдыха. Доделать самой все, что можно, дать указания подчиненным, разъяснить нюансы коллегам, подшить бумаги, сдать документы в канцелярию и архив, расписаться в приказе, ответить на запросы по почте, сделать последние звонки. Как в этих условиях ничего не забыть, уму непостижимо.

Ух! Елена помассировала веки, чтобы дать отдохнуть глазам, и перевести дух.

В воскресенье они вместе с Маратом Валеевым полетят в Крым. Там, в поселке Коктебель вторую неделю отдыхают ее мама Ольга Ивановна с дочкой Настей. Судя по телефонным отчетам бабушки, четырнадцатилетняя Настя познакомилась с семнадцатилетним парнем Костей. Кажется, Настя влюбилась, и теперь за девочкой глаз да глаз нужен. Это ожидаемая проблема. Но ничего, через два дня они приедут, Елена вправит дочке мозги, а Марат побеседует с парнем.

Коктебель Елена выбрала неслучайно. В школьные годы именно там она вместе с Маратом и другими одноклассниками отдыхала в пионерском лагере, расположенном в живописном месте у подножия горного массива Карадаг. Светлые воспоминания юности манили ее туда, где она была счастлива.

Кстати, об одноклассниках. В этом году двадцать лет, как они окончили школу. Нашлись энтузиасты, организовавшие встречу. Завтра их класс соберется в ресторане «Казачий двор». По этому поводу в последние дни позвонили даже те, с кем она не виделась с момента окончания школы. Некоторые, узнав о ее должности, пытались напрягать проблемами.

Завтра, завтра, поговорим завтра. Сейчас у нее от вороха своих проблем голова кругом идет. А встреча с теми, с кем учился двадцать лет назад, добавляет еще одну, самую важную: в чем пойти в ресторан?

Этот вопрос то и дело отвлекал Елену от служебных забот. Проще всего выбрать брючный костюм, у нее их несколько, сидят нормально, но… В том-то и проблема, что костюмы, в которых она ходит на службу, смотрятся просто «нормально». А в такой день хочется выглядеть обалденно!

Решено, костюмы к черту! Брюки на службе надоели. Остаются юбка или платье. Тут выбор невелик, к тому же ограничивается наличием подходящих по цвету туфель. А туфли у нее…

Елена мысленно надела каждую пару. Память подспудно вернула ощущение сдавленных ступней и стиснутых пальцев. Мозг анализировал. В бежевых удобно, но они уже старые, девчонки заметят. Красные – яркие, эффектные, на высоком каблуке, но в них ногу ломит. Вечер предстоит долгий, вероятно, будут танцы, и тогда удобство обуви перевешивает все остальное. А раз так, то выбор сужается до черных туфель на среднем каблуке. Они достаточно элегантны и практичны. И главное: к черным туфлям у нее есть черное платье с белым воротником и манжетами. Контрастное, приталенное, сужающееся к коленям – то, что надо, для ее фигуры. Последний раз его надевала осенью.

Елена положила руки на бока пониже талии – самое проблемное место – не поправилась ли? Дома – сразу примерить платье. Если сидит плотно – к черту сегодняшний ужин! Это проверенный способ к утру выглядеть так, будто сбросила полкилограмма.

Зазвонил рабочий телефон. Из трубки послышалось недовольное ворчание полковника Харченко:

– Петелина, ты о чем там думаешь? Я тебя жду-жду…

– Сейчас, Юрий Григорьевич. Уже бегу.

Следователь подхватила материалы расследования убийства невесты известного бизнесмена и политика Александра Круглова и поспешила в кабинет начальника.

Две недели назад в загородном доме недалеко от Звенигорода нашли тело молодой девушки Ксении Савиной. Ее зарезали ножом и ограбили. Дом принадлежал оппозиционному политику Александру Круглову, быстро набирающему популярность среди либеральной общественности. Самого политика в момент убийства в доме не было. Девушка оказалась его невестой. Убийцу задержали по горячим следам. Им оказался дворник, выходец из Узбекистана, Нурали Джураев, обслуживающий несколько участков, в том числе Круглова. У Джураева нашли нож со следами крови и украшения убитой девушки.

Если бы дело касалось рядового гражданина, то новость мелькнула и затерялась бы в сводке подобных происшествий. Но раз фигурирует политик, критикующий власть, резонанс неминуем. Некоторые журналисты не верили очевидным фактам и строили версии о вмешательстве спецслужб. Сам Круглов организовал многочисленный митинг против нелегальной миграции и бездействия полиции. Его сторонники пикетировали Генеральную прокуратуру и Следственный комитет. Главы силовых ведомств пообещали быстро провести объективное всестороннее расследование.

Дело усугублялось еще тем, что сорокапятилетний Александр Круглов являлся сыном опального олигарха Владимира Круглова. Три года назад Круглов-старший попал под следствие за незаконную приватизацию и неуплату налогов. Большую часть собственности Круглов-отец потерял, долго находился под домашним арестом, но в конце концов ему позволили уехать за границу на лечение. В Россию он не вернулся. На волне защиты своего отца против произвола властей Александр Круглов и стал политиком. Его включили в руководящее ядро партии «Прогрессивная демократия», где он сразу же выбился в лидеры.

Как только Петелина вошла в кабинет Харченко, полковник в нетерпении протянул руку за документами:

– Давай сюда дело Круглова. Все бумаги подшила?

– Да. Но подозреваемый Джураев так и не сознался в убийстве. – Следователь плюхнула объемную папку на стол начальника.

– А то у нас все убийцы с повинной приходят! Джураев ножом угрожал? Угрожал. Улики найдены? Вместе с орудием убийства! Перед ограблением потерпевшая даже успела в полицию позвонить и назвала его имя. Что тебе еще надо?

– Да, но, если говорить про нож…

– Никаких «но»! – пресек возражения полковник. – На меня давят со всех сторон. Телефоны раскалены!

Харченко встал, застегнул китель, дернул шеей.

– Вот что, Елена Павловна. За две недели ты сделала все возможное. О дальнейшем – не беспокойся. Материалы в прокуратуру сдадим без тебя. Общественность требует суда над убийцей. – Полковник правой рукой пожал руку следователю, а левой вежливо указал на дверь: – Ты, кажется, в отпуск собралась? Так езжай, отдохни, разгрузи голову.

Елена Петелина кисло улыбнулась и не стала возражать. В отличие от коллег, она всегда подвергала сомнению «очевидные версии». Неужели это ее профессиональная фобия? Она приписывает преступникам интеллект, хотя реальная жизнь намного проще. Убил, ограбил, спрятал, попался – простой мотив, примитивный образ действий.

К черту сомнения! Начальник приказал отдыхать, значит, буду отдыхать.

Она шла по коридору Следственного комитета и размышляла о том, как же замысловаты жизненные пути. Она помнит Круглова-старшего по тому самому пионерскому лагерю в Крыму в Коктебеле, около Карадага. Он выступал на торжественной линейке. Пионерский лагерь принадлежал Московскому механическому заводу, где работала ее мать и родители многих ее одноклассников, а Владимир Иванович Круглов в то время был директором. В начале 90-х Круглов приватизировал мехзавод, потом прибрал к рукам смежные предприятия и стал мультимиллионером.

А теперь той школьнице придется расследовать убийство невесты его сына.