Текст книги ""Фантастика 2026-150. Компиляция. Книги 1-26 (СИ)"

Автор книги: Лариса Куницына

В высоком зале с потолка свисали чёрные сверкающие сталактиты, а у стены стоял какой-то металлический идол жутковатого вида, излучающий энергию Зла. Потом я увидела странный аппарат, возле которого крутился маленький отвратительный человечек. Хотя он выглядел совсем не так, как в прошлый раз, я его узнала. Это был Мукок. Он нажимал какие-то кнопки и наблюдал, как мерцающий огонь вливается в раструб аппарата.

– Привет, Вечный Подхалим! – поздоровалась с ним я. – Ты что это, опять живёшь?

Он обернулся и сердито посмотрел на меня.

– Как видишь! Он снова подарил мне жизнь.

– И подобрал тебе подходящий носитель. Наверно, долго искал такое жуткое тело. Ты у него по-прежнему в шутах?

– Тебе-то какое дело, дылда Лознийская! – фыркнул он. – Иди своей дорогой,

– Где хочу там и хожу. Ты что это здесь делаешь, а, лизоблюд людоеда?

– Я работаю.

– Ага, – я посмотрела на аппарат. Он был не похож на бергарские машины, но мне сразу стало ясно, зачем он сделан. – Опять энергию воруешь?

– Кто ворует? Кто? Это наша энергия!

– Ой, не ври, обломок астероида. Воруешь, может быть, для хозяина. Воровать нехорошо. Это нарушение двадцать седьмого космического закона.

– Слушай, самка гуманоида! Я тебе сказал, что я не во-ру-ю!

Я обернулась и посмотрела, откуда течёт этот поток, и увидела в чёрной ночи вселенной красивую серебряную чашу, которая притягивала свет пяти звёзд, сосредоточенных на небольшом участке галактики. Именно этот свет и забирал монстр, возле которого суетился Мукок.

– Красивый цветок, – сказала я, заметив, что чаша обрамлена тонкими лепестками, а из центра её растёт игла, похожая на пестик.

– Наш! – заявил Мукок. – Вернее, мой! Я его сделал!

– Чтоб ты сделал такую красоту, да ещё величиной с пол-лиги?

– Слушай! Ты мне мешаешь! Ты вообще, откуда здесь взялась?

– Шла мимо. Решила зайти, – пожала плечами я.

– Вот и иди дальше! Тебя наверно ждут.

Я задумалась.

– Нет, на сей раз я не тороплюсь. Лучше я с тобой поговорю. Сколько ж это мы с тобой не виделись?

– Не мешай! – завизжал он. – Слониха бергарская!

– Ты что, обидеть меня хочешь? – усмехнулась я и шагнула к нему. Мне даже не нужно было доставать меч, чтоб он затрясся от страха, ведь он был мне едва до пояса.

– Обидишь тебя! – захихикал он, отступая к своей машине. – Такую большую! Ладно, попозже поговорим, а пока пусть лакнийская змейка тебя развлекает.

Он махнул рукой и неожиданно из угла выполз лакнийский панцирный дракон. Он был совсем неинтересный – толстый, неповоротливый, да к тому же с тремя рогами. Мне всегда больше нравились с шестью. Он разинул пасть и потащился ко мне. Я со вздохом отцепила от ремня лучевой меч и разрезала эту образину пополам, причём вдоль.

Я решила не отвлекать Мукока, чтоб он не отвлекал меня. Я очень заинтересовалась его аппаратом. Но он это заметил и топнул ногой. Тут же налетели голодные духи. Они страшно мешали, дёргали за волосы и за накидку, а потом, отскочив, радостно хохотали. Мне пришлось очертить мечом Большой Белый Круг. Они не могли пробиться сквозь него и страшно негодовали по этому поводу. Шум, наконец, надоел и Мукоку. Он снова топнул ногой, и они убрались.

Я обернулась и посмотрела на серебряный цветок. Сперва я только любовалась им, а потом заметила, что прямо к нему летит рой каких-то мерзких насекомых. Я спросила о них карлика.

– Это пчёлки, – буркнул он.

– Ты меня за дуру держишь? – вежливо поинтересовалась я.

– Хотел бы, да личный опыт не позволяет.

Я вспомнила о призрачных серебристых стенах и осмотрелась, нет ли их и здесь. Они были, а ещё были люди. Один из них стоял с открытыми глазами и смотрел сквозь меня. Это был невысокий землянин с коричневым лицом и чёрными усами. На нём была форма со смутно знакомыми мне знаками отличия. Остальные лежали, они были в чёрных, чем-то похожих, но всё же разных костюмах. У стены сидел очень красивый смуглый мужчина. Я заглянула ему в лицо и поняла, что его дух сейчас бродит по горам родной планеты. Второй, молодой белокурый юноша нервно вздрагивал. Он вспоминал какой-то кошмарный бой. Третьей была женщина, которая неподвижно лежала на полу, как труп. В общем-то, она и была трупом. Я заглянула ей в лицо. Она была чем-то похожа на меня, но черты лица были слишком мягкими, да и волосы очень светлые. И вообще она была очень маленького роста. Я тут же потеряла к ней всякий интерес.

– Эти люди сейчас на цветке? – спросила я.

– Ага, – буркнул Мукок.

– А цветок – это космическая станция? А эти милые пчёлки – атакующие её звёздные корабли. А ты, несчастный обрубок хвоста динозавра, воруешь у них энергию, которая почти наверняка необходима им для обороны. Так?

– Нет! И не лезь не в своё дело!

– Ты знаешь, кто я?

– Ты Лорна Бергара.

– Я Звёздный Странник, образина! А для Звёздного Странника не может быть в этой галактике не своих дел. Это закон! Отойди от машины.

Я направила на него острие меча.

– Хозяин будет сердиться! – захныкал он.

– Переживёт. Отойди!

– Ему очень нужна энергия!

– Сочувствую, но помочь не могу.

Я шагнула к аппарату.

– А! – сообразил он. – Я тебя обманул! Я хочу сделать ему огромную неприятность! Вы ведь с ним враги?

– Да.

– Вот-вот… Я тоже! Ты посмотри, каким некрасивым он меня сделал! Я хочу ему напакостить! Я хочу сжечь эту машину, которую он собирал с таким трудом!

– Сжечь?

– Ну да! Избыток энергии! Ты же разбираешься в этом?

– Да, – я снова обернулась назад. Звездолёты были уже совсем близко от станции, а люди всё так же лежали на полу. Через несколько мгновений их сметёт огненный смерч. Мне почему-то больше всего было жаль того смуглого, что бродил по горам. Я вернулась к аппарату и оценила его запас прочности. Поглотитель был слабенький, рассчитанный на умеренное энергопоступление.

– Значит, говоришь, неприятность? – усмехнулась я.

– Да-да!

– Отличная идея.

– Правда?

– Мне нравится! Серьёзно. Сейчас мы взорвем эту машину к чертям!

– Нет! – взвыл Мукок, но я подняла меч и, удлинив клинок, послала его в раструб. Вся энергия Семи Алмазных Солнц, испускаемая ими в бесконечно малое мгновение, хлынула в поглотитель, и тот разлетелся вдребезги, круша всё вокруг. Мукок заорал, и в тот же момент на него упала металлическая статуя, стоявшая у стены. Он дёрнулся и умер.

– Пока, мерзавец, – усмехнулась я. – Встретимся через тысячу лет. Вряд ли твой хозяин раньше подберёт тебе подходящий носитель.

Вокруг всё дрожало и осыпалось. Я последний раз взглянула на цветок. Он лучился голубым светом, а враждебные звездолёты разлетались по космосу, отброшенные силовым полем.

– Прекрасно, – проговорила я. – А теперь мне пора.

Выходя из зала, я не удержалась и, быстро нагнувшись, поцеловала черноволосого красавца в лоб, а потом вышла и, на ходу убирая клинок в эфес меча, решила, что пора возвращаться.

ХХVI

Меня кто-то немилосердно хлестал по щекам. Это было уже слишком.

– Ну-ну, – проворчала я. – Не очень-то!

– Слава Звёздам! – воскликнул Антуан. – Я чуть не поседел! Что бы со мной сделали, если бы ты ни с того ни с сего умерла!

– Ни с того ни с сего я не умираю! Нужна веская причина! – я открыла глаза и села.

Антуан стоял рядом на коленях, и глаза у него были немного сумасшедшие.

– Ты представляешь, в самый ответственный момент, когда эти чёртовы грузовики рванулись к нам, неожиданно на связь вышел Дайк и спросил тебя. Я с перепугу брякнул, что вы все отправились на третий уровень. Он, бедняга, видать решил, что я имею в виду третий уровень Великой Спирали, и уже почувствовал на своём итак простуженном горле холодные пальцы Шелла Холлиса… В общем, он тоже струхнул, сказал, что если с тобой что-то случится, то прежде чем его разорвут на куски, он доставит себе последнее удовольствие собственноручно оторвать мне голову. И когда я увидел тебя здесь, неподвижную, без признаков жизни…

– Ты решил, что гильотина была бы лучшим выходом.

– Не надо про гильотину.

– Извини, я забыла. А почему ты здесь?

– Уже всё в порядке. Станция работает. Подача энергии возобновилась в последний момент, когда эти головорезы уже начали обстрел.

– А что всё-таки произошло?

– Понятия не имею.

Я встала и подошла к Лонго, который сидел у стены, сжимая виски.

– Как ты, родной?

– Совсем неплохо, – кивнул он. – Только мысли немного путаются.

– Это пройдёт, – я поцеловала его в лоб.

– Очень надеюсь, – пробормотал он.

Чуть в стороне приводили в чувство Чарли. Он вздрагивал и стонал, но его взгляд становился всё более осмысленным.

Джин задумчиво смотрел в пространство.

– Это ты подключил энергию? – спросила я.

Он как-то странно взглянул на меня.

– Нет. Но я знаю, кто это сделал. Я её видел. Она похожа на тебя.

– Я была в отключке, старик. В очень глубокой, к тому же.

– Я не сказал, что это была ты. Это была другая женщина. Она не с Земли. Скорее, лознийка. Ростом метра три.

– Мечта! – простонал Чарли.

– У неё были черты лица… – Джин пристально вгляделся в моё лицо. – Похоже… Но более резкие, даже, пожалуй, грубые. Высокие скулы, большие глаза, крупные губы. Волосы светлые с золотистым оттенком. На ней была кожаная жилетка со шнуровкой на груди, очень короткая юбка тоже из коричневой кожи. Пояс металлический с какими-то приборами. На поясе висел лучевой клинок. На ногах высокие, до колена кожаные сапоги. На плечах чёрная накидка до земли… Да! Ещё на пальце перстень с прозрачно-голубым камнем…

– А обручального кольца, часом, не было? – поинтересовался Чарли. – Этого я б не пережил.

– Она сказала, что она – Звёздный Странник. Ее имя Лорна Бергара.

– Бергара? – у меня мелькнуло какое-то смутное воспоминание. – Что-то знакомое, но что? Впрочем, не важно! Теперь уже не важно, Главное, что всё закончилось и закончилось к лучшему, верно, милый?

Лонго улыбнулся мне и поднялся на ноги. Не обращая внимания на людей, собравшихся в зале, он подошёл и обнял меня.

– Всё хорошо, что хорошо кончается. Пусть коллеги из внешнего мира сами разбираются с этим Орником Лас Бла, а мы с тобой рванём домой на Клондайк. Надеюсь, что больше нам никто мешать не будет,

– Я думал, ты нам поможешь с Лас Бла… – проговорил Ле Соланж, просительно поглядывая на меня.

– Нет! – рассмеялась я. – Хорошего понемножку! Привет Рэму. Единственное, на что я соглашусь, это долететь с тобой до Изумрудной, а потом мы простимся. О’кей?

– О’кей, – вздохнул Антуан и, посмотрев на Лонго, заметил: – Везёт же некоторым!

XXVII

Яркий свет солнечного утра, как всегда, разбудил меня слишком рано. Мне совсем не хотелось открывать глаза и вылезать из-под одеяла, но неожиданно тёмная тень заслонила свет, и я почувствовала, как кто-то осторожно присел рядом на постель. Кто-то! Я прекрасно знала, кто, и улыбнулась ещё до того, как открыла глаза. Лонго сидел рядом и ласково смотрел на меня.

– Боже! – перепугалась я, заметив, что он в форме. – Ты уже уходишь?

– Вообще-то, я только что пришёл, но если хочешь, могу уйти.

– Не хочу! – заявила я, протягивая ему руки и вспоминая, что ночью легла, так и не дождавшись его из участка.– Хочу, чтоб ты остался и никуда не уходил. Никогда!

– А на службу?

– Ну, если только на службу, – смилостивилась я. – Мне нравится, что ты служишь в полиции.

– Неужели? Редкий случай, – он наклонился ко мне и сдул с моего лба тонкую прядку, падавшую на глаза. – Что ещё?

– Ещё? Пожалуйста! – вдохновенно продолжила я. – Я горжусь, что мой мужчина – лейтенант полиции, что он лучший коп Мегаполиса, что полицейский мундир сидит на нём, как влитой, и что ему так идут сверкающие золотом погоны.

– Отлично. Я тобой доволен, девочка, – он осторожно поцеловал меня в губы и чуть отодвинулся, разглядывая моё лицо.

– Есть хочешь? – спросила я.

Он отрицательно покачал головой.

– А спать?

– Тоже нет.

– А что хочешь?

– Если не догадываешься, то посмотри мне в глаза.

Я посмотрела, и жгучая страсть потоком раскалённой лавы хлынула мне в душу. Я обняла его за шею и притянула к себе, чтоб скорее прижаться к его губам. Горячие сильные руки подхватили меня, сжали и приподняли над постелью, и в этот момент на всю комнату загудел зуммер видеотектора. А в следующее мгновение стены задрожали от разъярённого рычания моего ормийского льва. Я расхохоталась, упав обратно на постель.

– Кажется, это тебя, любимый!

– Хватит! В этом городе двести пятьдесят тысяч полицейских, почему им всегда нужен именно я? Если я отдам концы, они захлебнутся в преступности.

Он схватил провод контакта и сорвал его со стены.

– Что ты сделал? – изумилась я.

– Бросил их в воду, – усмехнулся он. – Пусть учатся плавать.

Он снова нагнулся и опустил голову мне на грудь.

– Да, мой мальчик, – прошептала я, гладя пальцами его густые жёсткие волосы. – Похоже, у нас снова начинается бурный период.

Он поднял голову и задумчиво посмотрел на меня.

– Пожалуй, ты права, любимая… Но на сей раз, всё-таки, в любви.

Лариса Куницына
Диктиона и планета баларов

ТРУБЫ БЛУЖДАЮЩИХ БОГОВ

I

Вы не знаете, кто такие Звёздные Странники? Вы никогда не слышали о Скайрейнджерах, Космических бродягах, Слугах Тьмы и Воинах Духа? Не может быть! Неужели вы не бываете в портовых тавернах?

Ну, допустим. Но сборники космического фольклора вы читали? Дяди пилоты и штурманы звездолётов рассказывали вам в детстве о загадочной расе неугомонных и неуловимых рыцарей, шляющихся по нашей маленькой и уютной Галактике в поисках приключений, а точнее неприятностей на свою голову? Это те самые, которые разрушают рабовладельческие империи, околдовывают целые планеты и без конца дерутся, производя массу шума и разрушений. Ну, вот видите! Я ж говорила, что вы знаете о них. Знаете, но не встречались? И не хотели бы? Ну, это не так уж важно, хотя, между прочим, вы зря их так боитесь. Ничего страшного в них нет. Вы видели того красивого мужчину на пляже возле бунгало? Так вот, он – один из них. Один из самых прекраснейших и грозных. Впрочем, все мы самые-самые. Скайрейнджера, как артиста, без честолюбия не существует. Нет, вы не ослышались, я сказала: «все мы», а значит, и я. Меня зовут Лора Бентли. Это одно из моих имен. Только в этой жизни у меня их более чем достаточно. Его зовут Кристоф, вернее, Кристофер Джордан, он мой муж. Вообще-то, по правилам Звёздные Странники – одиночки. Они должны быть одни, не говоря уж о том, что браки между ними ни в коем случае не допустимы. Считается, что это может нарушить баланс эмосферы на планете, где они обустроят свой семейный очаг.

Не стоит упоминать и о том, что за потомство может получиться от такого союза. Но Звёздные Странники так уж устроены, что законы писаны не для них. То есть не для нас. И между прочим, Рокнар, на котором мы живём, процветает, а потомство… Видите вон ту корзину, сплетённую из тонких лиан? А в ней?.. Это и есть наше потомство. Это самый прелестный малыш из всех, которых я видела, включая, кстати, и его братьев в этом возрасте. Впрочем, о братьях речь пойдёт немного позже, а пока…

Мы живем здесь уже больше года. Обычно жизнь Странников проходит в подвигах или в ожидании Зова. Это так принято считать. Я тоже так считала, пока не узнала, что на самом деле ожидание Зова превращается в бесконечную надежду, что Зов прозвучит не сегодня и не завтра и ещё есть время пожить, как живут обычные люди, в любви, согласии, без этих бесконечных драк и неприятностей. Но однажды среди дня или ночи вдруг зазвучат трубы Блуждающих Богов, в сердце начинают звенеть струны, и оно рвётся в путь, навстречу очередным подвигам. И всё же лучше, если это происходит не слишком часто.

II

В то утро ничто не предвещало тревоги, не гудели сирены, в ясном небе не полыхали зарницы, Великий Рокнарский Океан был тих и гладок, и даже порывистый в это время года ветер утих, превратившись в лёгкий бриз. Я сидела на пороге бунгало, поставив рядом на песок плетёную колыбель Алена-Кристиана. Малыш спал, а я слушала, как шумит прибой, и наблюдала за Кристофом, пытавшимся залатать своё каноэ, которое вчера пробил костяным рогом заигравшийся детеныш морского дракона. Хочу заметить, что если после более чем года совместной жизни женщина всё ещё считает своего мужа неотразимым красавцем, значит, ей крупно повезло. Это я знаю по собственному опыту, потому что я не просто наблюдала за ним, я им любовалась, благодаря судьбу за то, что мне так везёт. За этот год Кристоф загорел на мягком рокнарском солнце, похорошел и отрастил волосы, отчего стал похож на принца из волшебной сказки. Смотреть на него было для меня ни с чем несравнимым удовольствием, особенно если он в это время был занят и не очень старался произвести на меня благоприятное впечатление.

– Что это? – вдруг зарычал он, и от этого гневного рыка я едва не подскочила.

– Что? – встревожилась я, разрываясь между предположениями, притащил ли наш молодой колли из джунглей ядовитую змею, или нам опять подкинули беспризорного рогокрылого котенка, которые вызывают у Алика приступы истерического визга. Но Кристоф нагнулся к каноэ и двумя пальцами вытащил оттуда книгу.

– Что это? – вежливо и сердито спросил. – Что эта дрянь делает в моей лодке?

– Она там лежит, – пожала плечами я. – Вечером мне захотелось полистать её, и я забыла…

– Убери! – он швырнул книгу на песок, а потом хмыкнул и запустил в неё молотком.

– Молотком по «Молоту ведьм», – усмехнулась я. – Ты слишком импульсивен.

– Как ты можешь читать эту мерзость? – с выражением крайнего отвращения спросил он.

– С исследовательской целью. Кстати, ты, как историк, должен понимать, что порой это бывает необходимо. И относиться к этому терпимо.

– Легко тебе говорить… – проворчал он. – Тебя же не сжигали на костре.

– Тебя сожгли не за колдовство, а за ересь…

– С какой стати? – оскорбился он. – Факты моей биографии ты могла бы помнить и поточнее.

– К тому же книга была написана спустя два века.

– Ну конечно! На мне они просто опыта набирались.

– Хорошо, я подарю эту книгу редактору астроархеологического журнала. Доволен?

– Буду ещё более доволен, если на обложке ты добавишь какую-нибудь угрожающую надпись вроде: «Будет применено в случае задержки выплаты гонорара моему мужу. С любовью, Лора».

Судя по всему, заниматься починкой лодки у него пропало всякое желание, потому что он прямиком направился к колыбели, звучно чмокнув меня на ходу.

– Где моё сокровище? – поинтересовался он, наклонившись над корзиной, и сокровище не преминуло проснуться и сообщить о своём местопребывании восторженным рёвом.

– Если ты закончил, то, может, посидишь с Алом, пока я слетаю?..

– Куда угодно, – с готовностью перебил он, извлекая орущее сокровище из колыбели.

Я уже закрывала дверцу катера, когда услышала, что на берегу снова воцарилась тишина. Сев за штурвал, я, улыбаясь, представила умиротворенное личико Алика. На руках у отца он способен забыть обо всём, даже о кормлении. Наверно именно это ощущение он потом будет отождествлять с понятием рая. Впрочем, я его понимаю. И немного завидую. Подняв катер над землей, я направила его в самую глушь рокнарских джунглей, где у меня должна была состояться встреча, о которой я не договаривалась.

Кларка я не видела больше года и, честно скажу, совсем по нему не скучала. Можете считать меня неблагодарной. Впрочем, если б вы знали его поближе, вам бы и в голову не пришло меня упрекать, потому что Кларк – самый типичный Блуждающий Бог, а самым его типичным признаком Блуждающего Бога является абсолютная невыносимость. Так вот, Кларк именно невыносим. Он мой Поводырь и Ментор. Судя по его словам, он меня так же не выбирал, как и я его. Только, в отличие от меня, он считает наш союз удачным. Всё б было ничего, если б он не лез туда, куда я не прошу, и оказывался рядом тогда, когда он мне нужен.

Вот и теперь мне ни капельки не хотелось его видеть, тем более в этом мрачном храме заброшенного города, затерянного в джунглях. Но для его тёмной души нет места лучше. Он встретил меня, сидя на жертвеннике. Он, как всегда, был сед, благообразен и внушителен в безупречном белом костюме-тройке с тростью, поблескивающей серебряным набалдашником. Посмотрев на меня своими мудрыми карими глазами, он добродушно улыбнулся и сообщил самым душевным тоном:

– Рад тебя видеть, Лора. Ты изменилась.

– Что в мире сём является неизменным? – вздохнула я, вспомнив, что ещё час назад даже не думала о том, что мне придётся вести этот разговор в этом месте. – Извините, Кларк, но у меня всего час. Мне ребёнка нужно кормить.

– Да, ты изменилась, – печально кивнул он. – Ты превратилась в замужнюю даму-с, домохозяйку-с. А как же предназначение? Путь?

– Я просто ловлю момент. Вы ж понимаете, что в отличие от Слуг Тьмы, мы всего лишь люди, и ничто человеческое нам не чуждо.

– Да, – усмехнулся он. – Ваш поступок многих удивил, но, в конце концов, вас всегда тянуло друг к другу, если вы оказывались в одном пространстве-времени. Это уже скорее закон, чем противоречие ему. Мы всё понимаем. Мы даже не беспокоили вас, сколько могли, но… В этой вселенной есть дела предназначенные персонально для вас.

– Он ждал этого, но не так скоро… – пробормотала я слова старой эпитафии. – Когда и куда?

– Самое позднее – через четыре дня. На Диктиону.

– Я не знаю такой планеты.

– Она открыта не так давно землянами. У них есть кое-какие сведения о ней, но пока они ещё даже не внедрили туда своих разведчиков. Это тебе на руку. Твоя деятельность останется в эпохе легенд.

– Моя? То есть, вы хотите сказать, что я полечу туда одна? Без мужа?

– У него своя миссия и его предназначение ещё более определённо. Но в другом месте. Свой вызов он получил… – Кларк извлёк из жилетного карманчика золотые часы и щёлкнул крышкой, – три с половиной минуты назад.

– Оставьте ваши фокусы, Кларк! – разозлилась я. – В чём же будет заключаться моя миссия и сколько она займёт времени?

– Времени она займёт ровно столько, сколько потребует, а заключаться она будет в том, что тебе придётся остановить войну, длящуюся уже более тысячи лет.

– И всего-то! – расхохоталась я. – Господи, да я только и делаю, что останавливаю такие войны! Это моё любимое занятие. Я тут давно посматривала на эту Дисиону. Дай, думаю, прекращу эту войну, а потом – нет! Надо указания Кларка дождаться. И надо же, дождалась!

– Не Дисиону, а Диктиону, – поправил Кларк. – Это, во-первых, а, во-вторых, ты – сильный Воин и потому выбор пал на тебя. Там нужен кто-то, кто хронически побеждает. Ты нам подходишь. И, в-третьих, тебе пора нарабатывать опыт. Теперь миссии будут следовать одна за другой. Ты слишком долго бездействовала. Надо начинать работать. Именно поэтому для начала тебе подобрали такое не слишком сложное задание.

– И кто там с кем воюет? – спросила я с мрачным видом.

– Диктиона воюет с другой планетой. Более развитой.

– Космическая война, – упавшим голосом констатировала я. – Слушайте, Кларк, вы вообще-то соображаете, куда меня посылаете? Войну между Ормой и Алкором в течение нескольких лет постепенно сводили к нулю лучшие дипломаты Земли и Лозны, а вы хотите…

– Да, это им далось нелегко. Именно поэтому мы и решили завершить работу до официального контакта,

– Понятно, – вздохнула я. – Что-нибудь ещё?

– Только одно: желаю удачи!

– Спасибо, Кларк. Не могу сказать, что была рада вас видеть.

Он не обиделся. Он понимающе улыбнулся, кивнул на прощание и исчез. А мне осталось одно: лететь домой.

III

Нет, на сей раз, было что-то не то. Сердце не пело и вдаль не рвалось. Оно рвалось на части. И дело было не в миссии. Ничего особенного в ней не было. Глобальный масштаб – это как раз профиль нашей работы. К тому же остановить войну, вернуть мир, предотвратить тысячи смертей, сохранить отцов множеству детей – это вполне благородная миссия. Но я не думала о детях диктионцев. Я думала о крохотном мальчике, который безмятежно спал в своей плетёной колыбельке, не ведая о том, что скоро его папа и мама умчатся, чёрт знает куда. Ведь он и есть-то пока ничего не умеет, кроме грудного молока. И если в наше время ему можно найти подходящий заменитель, то кто заменит моему Алику заботу родителей?

Ну, допустим, эту проблему можно решить. Не слишком просто, но решение единственно правильное и логичное есть. Но как мне расстаться с Кристофом? Бог мой, да я даже не думала, что так привыкла к тому, что он постоянно, ежедневно, ежечасно где-то рядом… Мне самой впору было рыдать, как покинутому ребёнку. Как я буду без мужа, без его глаз, без его губ, без его рук, без его голоса, без его нежности и без его иронии? Это невозможно, немыслимо! Но неизбежно… Я не стала рыдать. Я вздохнула и осторожно вырулила на посадку. Катер опустился в белый круг неподалёку от бунгало.

Кристоф тоже не особо ликовал. Раньше бы он радовался, как мальчишка в предчувствии драки, а теперь он сидел возле колыбели и неотрывно смотрел на спящего Алика.

– Ты уже знаешь? – спросил он, не поднимая глаз.

– Да, Кларк обрадовал.

– В дикие времена таким гонцам отрубали головы.

– Ну да, чтоб в следующий раз он явился с головой под мышкой.

Моя бледная шутка не была оценена. Кристоф вздохнул и погладил пальцами крохотную ручку малыша.

– Это наш первый общий ребенок за столько инкарнаций. Это мой первый ребенок, с которым я не расставался с момента его рождения. Это мой сын. Он похож на меня. У него такие же глаза и такой же характер. И я должен его бросить? Если б хотя бы ты оставалась с ним… Что будем делать? Отдадим его в пансион?

– Никогда! Есть только один выход.

– Какой?

– Земля.