Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Глава 8

На второй день плавания, Дилое наскучило разглядывать прибрежные пейзажи. Да вот только оказалось, что больше на судне заняться в общем-то и нечем. Корабль перевозил в основном грузы, и помимо них с Касимом на борту было всего три пассажира. Двое матёрых мужиков откровенно бандитского вида не вызывали желания пообщаться, а третий, необъятно толстый торговец в чёрном парике, в первый же день сам подошёл к девушке, окатив волной запаха застарелого пота. Тучные люди всегда обильно потеют в жару. Спустя полчаса разговоров выяснилось, что интересует этого господина исключительно одна тема, а именно стоимость вин и её зависимость от урожайности года, стоимости рабов, затрат на транспортировку и Юр знает, чего ещё.

Через неделю Ди перестала считать дни. В жизни ей ещё не было так скучно. На коротких остановках в небольших прибрежных городишках, коих было всего четыре, также не происходило ничего интересного. Ощущение преследующей по пятам опасности и насыщенность первых дней сменила тупая апатия. Немного спасал положение Касим. Собеседник из него был так себе, однако он взялся учить девушку рукопашному бою. Барон подобных уроков не одобрял, считая ниже достоинства благородной йоры сражаться на кулаках, подобно пьяному матросу, да и сама Ди была не в восторге от этих занятий. Теперь же Касим счёл, что, раз его подопечная в опасности, лишними эти навыки не будут. А озверевшая от скуки Дилоя не артачилась. Когда наставник, в один прекрасный день, заявил, что скоро они сойдут на берег, радости девушки не было предела, и она немедленно потребовала от него подробностей.

– Корабль идёт до Сегалы, – как всегда хрипло объяснил тот. – И курсирует по этому маршруту постоянно. Преследователям не трудно будет узнать, где он обычно останавливается и просто расспрашивать местных о том, кто сходил на берег. Поэтому мы не сошли раньше.

– А что изменилось теперь? – удивилась девушка. – Ведь до Сегалы ещё несколько дней пути?

– Знаю я тамошние обычаи, – скривился Касим. – От глаз местных жуликов ничего не ускользает. Немного денег – и упасть нам на хвост будет легче лёгкого. Поэтому мы сойдём на предпоследней остановке, обзаведёмся лошадьми, и выйдем на Сегальский тракт. Движение там настолько оживлённое, что никто на нас не обратит внимания. А Вильгельм не будет точно знать, куда мы направимся.

– Допустим, – прищурилась девушка. – Но что потом? Денег у нас осталось не так уж много.

– Здесь у меня нет на примете безопасных мест, – нахмурился люр. – Заляжем на дно на несколько недель, а затем двинемся в обратный путь. Оставлю вас где-нибудь неподалёку от баронств, а сам доберусь до Флистрау и разузнаю в чём дело, и как нам действовать дальше.

Дилоя была готова к любому ответу и собиралась спорить до хрипоты, если он ей не понравится, однако, этот вариант действительно казался разумным, и она кивнула.

Так они и поступили. Сойдя на берег в очередной пропахшей рыбой дыре, Касим в первую очередь направился на постоялый двор, где и купил лошадей, на вид куда более приличных, чем те, что достались им в прошлый раз. Пока дружинник пополнял припасы, Ди подсчитала остаток их денег и сокрушённо вздохнула. На то, чтобы затаиться недели на две, а потом проделать весь путь обратно по реке, явно не хватало. Проклятая старуха! Взгляд девушки в который раз упёрся в волосяной браслет на её руке, который, вопреки ожиданиям вовсе не истрепался и выглядел как новенький.

– Я узнал дорогу до Сегальского тракта, – сказал подошедший люр. – Можно добраться до него всего за пару дней, если двигаться по прямой, но мы поедем в обход, просёлками и несколько раз заночуем в поле. Так будет проще сбить их со следа.

В ответ Ди многозначительно позвенела кошельком. Касим поморщился, но ничего не сказал.

Через два дня, когда они уже порядочно попетляли по окрестностям, наставник, в очередной раз сориентировавшись по солнцу, вывел их на какую-то лесную тропу, вполне пригодную, чтобы могла проехать пара лошадей. Деревья тут подступали совсем близко к обочине, и не успели путники толком углубиться в лес, как заслышали впереди недовольные крики и возгласы. В следующий миг из-за поворота выбежал гружёный большими тюками ишак, а за ним выскочил бородатый мужичонка в каком-то рванье. При виде всадников его глаза округлились, он резко развернулся, пронзительно засвистев на ходу. Касим выругался и дёрнул поводья, поворачивая свою кобылу, а вот Ди пришпорила лошадь и поскакала вперёд, провожаемая отчаянной бранью наставника.

Ей уже доводилось сталкиваться с разбойниками. По какой-то причине разное отребье думало, что если в баронствах нет единого закона, как в империи или королевствах, то там им будет вольница вольная. На деле же баронские дружины, постоянно готовые к бою, быстро объясняли залётным разбойничкам их неправоту, однако поток искателей лёгкой наживы, текущий в баронства, не иссякал. В тот раз Дилоя, как всегда, вечером выехала на конную прогулку и совсем неподалёку от замка на неё из кустов выскочило несколько таких же грязных бородатых рож. Умница Пятка тут же лягнула первого из тех, кто рванулся к её поводьям, в грудь, так что тот отлетел на несколько шагов, а затем скакнула вперёд, разрывая дистанцию с нападавшими. Опомнившаяся девушка направила верную подругу вперёд, и в этот момент в паре десятков шагов впереди выскочил ещё один бандит с длиннющей рогатиной. Метать ножи с седла на скаку крайне трудно, почти невозможно, но Ди умела, спасибо Касиму. И в тот раз впервые убила человека. Оставшихся разбойников отцовская стража после переловила без её участия, ей же пришлось выдержать настоящую битву с матерью, настаивавшей на том, чтобы либо вообще запретить такие прогулки, либо отправлять с девушкой десяток дружинников. Вступился отец, который, выслушав всю историю, только хмыкнул и сказал: «В ней баронская кровь. Пусть ездит, если может за себя постоять».

И сейчас баронская кровь, бурлившая от страха и неизвестности, от бегства и унижений, пережитых в доме уродливой ведьмы, застоявшаяся от скуки унылого плавания, требовала действия. Выпущенный меткой рукой девушки нож угодил противнику чётко между лопаток, а в следующий миг её лошадь выскочила из-за поворота и Дилоя увидела около десятка вооружённых мужчин, уставившихся на неё. Двое храбрецов, видимо, не углядев в седле девицу, сходу развернулись и бросились в чащу, однако, ещё трое навели на Ди арбалеты. Она лишь успела поднять кобылу на дыбы, чтобы болты достались не ей, и выскочить из седла так, чтобы вмиг обмякшая туша не придавила её. Приподняв голову, Дилоя увидела несущегося на неё мужчину – бородатого, в патлах и таких же обносках, как у убитого ей только что разбойника. Его рот был раззявлен в крике, а поднятая над головой рука сжимала короткий плотницкий топор. В следующую секунду мимо девушки с грохотом копыт пронеслась огромная фигура и голова горе-разбойничка отскочила в сторону, будто мяч, отсечённая мечом Касима. В висках у девушки стучали барабаны, а сердце билось, как пойманная в ладонь птица, но она быстро собралась и окинула взглядом картину происходящего. При виде второго всадника, оставшиеся бандиты рванули в лес, один даже бросил наземь разряжённый арбалет, но бой ещё не окончился. По тропе, свернувшись в клубок, катались два тела, а ещё один разбойник не мог бежать, потому что от леса его оттеснила несостоявшаяся жертва, умело орудовавшая длинной и тонкой шпагой. Рассудив, что первому человеку помощь нужна больше, чем второму, Дилоя вскочила и помчалась к дерущимся, на ходу выхватывая кинжал. Грабитель как раз оказался сверху и теперь обеими руками душил плотного мужчину в дорогом кафтане. Оказавшаяся над ними девушка на секунду замешкалась, всё же вот так, вблизи, да ещё и в спину – это не то же самое, что метнуть нож, как в учебную мишень. Поборов замешательство, Ди всё же ударила, но не клинком, а навершием по затылку. Неприятно хрустнуло, похоже, она перестаралась. Тело душителя обмякло. Спасённый, отбросив его в сторону, сел на земле, уставившись дикими глазами на девушку. В следующую секунду он попытался вскочить и броситься вслед за товарищем, который уже прикончил своего противника изящным ударом в горло и во все лопатки бежал по тропе туда, откуда только что примчались Ди и Касим. Попытка эта оказалась неудачной, в драке на штанах мужчины лопнул ремень и он, запутавшись в них, снова осел на землю. Подъехавший ближе Касим что-то говорил, но Дилоя не слышала, её мутило. Поняв, что сейчас произойдёт, она попыталась отойти к кустам, но не прошла и пары шагов, как её вывернуло наизнанку. Всё же сражение лицом к лицу с противником – это нечто совершенно иное. Спасённый человек вежливо отвернулся, дружинник же пристально осматривал окрестности. Стоило Ди привести себя в порядок, как он тут же прорычал:

– Йора Дилоя, больше никогда так не поступайте! На чём нам теперь ехать дальше? – кончиком меча он указал на застреленную лошадь девушки.

– Благородная йора! – спасённый мужчина вновь попытался вскочить, однако штаны опасно заскользили вниз, и он снова плюхнулся на землю, смущённо улыбаясь. – Похоже, мне стоит пока оставаться на месте. Так вот, благородная йора, приношу вам свою искреннюю благодарность! Моё имя Николас, торговый представитель Сегальского медового дома. Сегальский медовый дом – лучший мёд в Империи! – видно было, что заученную фразу он произнёс с явным удовольствием. Касим фыркнул и продолжил всматриваться в лесную чащу.

– Что же до лошадей, то мы с радостью уступим вам одну из своих до тех пор, пока не появится возможность приобрести новую.

В этот момент с той стороны, куда умчался товарищ Николаса, раздался крик:

– Они уцелели, Никки! Уцелели!

По лицу Николаса было видно, что он едва успел подавить в себе желание снова вскочить.

– Слава Юру и Роше! – выдохнул он и расплылся в счастливой улыбке. – Давайте лучше дождёмся моего компаньона.

Через пару минут из-за поворота показалась вторая жертва разбойников, ведущая в поводу того самого ослика, за которым гнался первый незадачливый бандит. Сходу распознав в Дилое представительницу знатного рода, он вежливо поклонился и произнёс:

– Благодарю вас, благородная йора. Моё имя Томас, торговый представитель Сегальского медового дома. Сегальский медовый дом – лучший мёд в Империи.

В ходе разговора, перемежаемого благодарностями и заверениями в том, что Сегальский медовый дом поставляет только лучший мёд в Империи, выяснилось следующее – Николас и Томас в качестве торговых агентов разъезжали по различным пасекам, собирая образцы мёда, кои и составляли поклажу осла. Они уже скоро собирались возвращаться в Сегалу, однако, проклятый проводник завёл их в ловушку.

– Предложил остановиться на короткий привал, – перебивая друг друга рассказывали товарищи, – затем отошёл подальше по тропе и вскрикнул. Мы к нему, думали, ему помощь нужна. А тут из лесу полезли эти недостойные господа.

– Странно, что они вас просто из арбалетов не перестреляли, – протянула Ди.

– Ничего странного, – хмыкнул Касим. – Не хотели одёжку портить, вон у них кафтаны какие. Отманили их от лошадей, чтобы точно не ускакали, и взялись за дело.

Выяснилось также, что друзья с удовольствием уступят благородной йоре любую из лошадей, а сами посменно пойдут пешком. Им тоже нужно выйти к Сегальскому тракту, и они будут искренне счастливы, если йора Дилоя позволит им себя сопровождать.

Пока суд да дело, наставник обыскивал четверых бандитов, павших в недавней стычке. Ничего особо ценного он не нашёл, а вот брошенный арбалет захватил с собой, вещь была добротная, даже странно, что попала в руки к этому отребью. Вскоре компания покинула место своей нежданной встречи и отправилась в путь.

* * *

Сегала встретила Дарина пышной делегацией разодетых в пух и прах чинуш городского магистрата и целого ряда представителей местных благородных родов. Какое-то время ушло на обязательные церемонии и расшаркивания, а потом принца отвели во дворец, оставшийся ещё от прежней королевской династии, правившей этими землями до того, как они вошли в состав империи. Сейчас он использовался в качестве ратуши, а целое крыло было отведено для знатных гостей города. Дарин считал это полнейшим безобразием – чиновники магистрата сидели в роскошных кабинетах, а убранство залов и коридоров ясно давало понять, куда уходит немалая часть местного бюджета. Даже вполне приличному человеку такая обстановка со временем начинает давить на мозги, а среди чернильной братии приличных нужно было ещё поискать.

Едва устроившись в кабинете, принц вызвал к себе ардрага, благо, после неудачной облавы тот остался в городе, где также расквартировали часть бойцов Пятой армии. О том, что облава была неудачной, Дарин уже был осведомлён, как и о том, что никаких сколько-нибудь серьёзных улик, свидетелей или пленных следствию раздобыть не удалось. Под Сегалой нашли разветвлённую систему тоннелей, искусственных и природных пещер, которые должны были быть законсервированы, поскольку город в них не нуждался. На деле же оказалось, что туда легко можно попасть через канализацию и, что самое интересное, старые карты, планы и схемы подземелий, хранившиеся в местных архивах, бесследно исчезли. Всё это наводило на мысль о том, что у тёмных была серьёзная «крыша» и свои люди либо среди чиновников, либо в кругу благородных йоров. А может, даже и там, и там. Проблема заключалась в том, что некроманты обосновались внизу уже очень давно. Век однодневок короток, и со смертью причастных пропадает и возможность нащупать ниточки, потянув за которые удалось бы распутать этот клубок. А распутывать было что. Одних алтарей Гаруны под городом нашли больше десятка. И это уже ни в какие ворота не лезло. Ещё один изъян работорговли и рабства в целом. При наличии денег можно легко перерезать глотки сотне-другой человек и никто не кинется их искать. Так или иначе, отец ясно дал понять, что этим делом займутся другие, а у самого Дарина не было особого желания копаться в подробностях произошедшего. В конце концов, он заслужил небольшой отпуск.

– Ваше высочество, – в комнату заглянул один из гвардейцев, – здесь ардраг лен Гард.

– Пусть войдёт.

Прежде им с йором Ноланом не доводилось встречаться. Вошедший оказался плотного телосложения мужчиной с мясистым лицом, глубоко посаженными бесцветными глазами и коротким ёжиком жёстких волос. Всем своим видом ардраг напоминал матёрого секача, готового в любой миг взъяриться и броситься на обидчика. На глаз ему можно было дать лет пятьдесят, но если лен Гард возглавил Пятую армию в последней войне, то ему вряд ли могло быть меньше семидесяти. Значит, не экономит на услугах магов. Омоложение процедура крайне недешёвая, поскольку требует от мэтров больших затрат сил и времени, да и повторять её приходится регулярно.

– Ваше высочество.

– Садитесь, ардраг.

Йор Нолан сел, и на несколько секунд воцарилось молчание. Собеседники внимательно изучали друг друга.

– Что скажете о недавней истории?

Лен Гард напрягся. Боится, что на него свалят ответственность?

– Тупые чинуши всё прошляпили, ваше высочество. В городе творилось Шил знает что, но нас известили, когда тёмные уже собрались драпать. В итоге, облава не принесла результатов.

– Ясно. Для вас есть инструкции, – Дарин взял со стола пухлый пакет и передал командующему, – ознакомьтесь.

Снова наступила тишина, изредка прерываемая шуршанием бумаги. Йор Нолан погрузился в чтение, и чем дальше, тем выше поднимались его брови. Наконец, он закончил и задумчиво посмотрел на принца.

– Осенняя кампания?

– Верно, – Дарин рассчитывал увидеть на лице собеседника раздражение или досаду, но в глазах ардрага заблестел победный огонёк.

– Это будет славная операция, ваше высочество. Думаю, на подготовку у нас уйдёт месяца полтора, и можно будет начинать.

– Конкретный день не указан?

– А вы не знаете? – изумился лен Гард.

– Нет.

– Не назначен, – командующего раздражала немногословность принца, но он старался не подавать вида. – Мне также предписано выделить вашему высочеству сотню, но это отложим до начала кампании. У меня появилось множество дел. Разрешите удалиться.

– Идите.

Йор Нолан Дарину не понравился, и, похоже, это чувство было взаимным. Принцу идея осенней кампании казалась бессмысленной авантюрой. Если что-то пойдёт не так, и морозы ударят, когда войска будут в чистом поле, потери могут оказаться катастрофическими. Численность контингента, выделенного для операции, тоже вызывала вопросы. Сколько бы подкреплений ни стянули в Тигарино до конца лета, этого всё равно не хватит для подавляющего превосходства в магах и живой силе, которое, при иных обстоятельствах, империя, с её ресурсами, с лёгкостью могла бы обеспечить. Но командующего эти трудности не испугали. Напротив, кажется, он загорелся идеей проведения операции, которую потом будут изучать в военных академиях.

– Ваше высочество, – в кабинет опять заглянул гвардеец, – бургомистр просил напомнить вам, что вечером состоится бал по случаю вашего приезда.

Ну, бал, так бал. А потом можно будет и поохотиться.

* * *

Новость о том, что в Сегалу прибывает принц Дарин, Милани узнала, сидя в гостях у Лени. Из общежития их выселили, как только выпускникам было торжественно присвоено звание мэтров, сразу после их возвращения из оцепления вокруг города. Для них с Лени это проблемой не стало. А вот Алиса с Калебом были не местными, и им где-то надо было жить до следующих вступительных испытаний, которые по старой традиции состоятся в первый день осени. Решить этот вопрос оказалось проще простого. Лени пригласил Калеба пожить у себя, а Алиса остановилась в гостях у Милани. Сейчас они сидели в комнате втроём, потягивая вино, и лениво перебрасываясь ничего не значащими репликами. Подруга, как всегда, опаздывала, но эта её привычка уже давно не вызывала ни у кого раздражения.

– Слышали, что случилось в Золотом Павильоне? – поинтересовался Лени, вертевший в пальцах серебряную монетку.

– Нет, – отозвалась Милани. – Что-то интересное?

– Какой-то знатный путешественник с востока свалился с горячкой. За ним половина свиты. И что бы вы думали?

– Что?

– Он подцепил грязуна! Хорошо, что эта гадость их ничем заразным не наградила. Несколько человек померли, и этим всё кончилось.

– Бред какой-то! – не поверила девушка.

– Почему бред? У них там в пустынях болот нет, вот и не знали гости об этой мерзости, – Калеб, как всегда, старался смотреть в корень любого явления.

Дверь в гостиную распахнулась, на пороге стояла Алиса.

– Всем привет! Слышали новости?

– Про Золотой Павильон?

– Чего? – девушка на секунду сбилась. – Да нет, я про принца.

– А что с принцем? – заинтересовался Лени.

– Он приезжает сюда через несколько дней. Вроде как по делу о некромантах.

– Толку-то, – фыркнул парень. – Приедет он, и что? Тёмные-то тю-тю, это уже любому ослу понятно.

– Не перебивай! Говорят, что ищейки нащупали целую подпольную сеть. И делом заинтересовались в столице.

– Глупости говорят, – равнодушно заметил Калеб. – Если бы ищейки что-то нащупали, об этом стало бы известно уже после того, как всех тёмных переловили бы и перевешали.

– Говорю, что знаю! – вспылила Алиса. – И вообще, раз вы такие умные, ни слова больше не скажу.

– И не надо, – ухмыльнулся Лени. – Ты опоздала, так что сдавать тебе.

Девушка фыркнула, уселась за стол и принялась тасовать карты, предварительно наполнив свой бокал красным вином. Для четырёх новоиспечённых мэтров посиделки за игрой в карты давно уже стали приятной традицией, хотя простому обывателю подобная сцена и могла показаться странной. И зря. Маги в сущности своей не сильно отличаются от обычных разумных, разве что живут дольше и зачастую имеют несколько своеобразную систему ценностей.

Милани сегодня не везло, хотя проблема скорее была в её рассеяности. Из головы девушки никак не выходили мысли о скором визите принца Дарина. Сколько ей тогда было? Тринадцать? Кажется, да. У отца появились какие-то дела в Эстоларе и он захватил дочь с собой. Столица произвела на девочку немалое впечатление, несмотря на то, что сама она тоже не в деревне жила. Там она и увидела принца. Высокий, с красивым аристократическим лицом, и короткими волосами цвета воронова крыла, он приковал её взгляд с первой секунды. Детские чувства странная штука, а тут настоящий принц, пусть и ненаследный. Она потом полночи не могла уснуть, представляя себе всякие дурацкие сцены, например, как он помогает ей забраться в седло, или ведёт в танце посреди роскошного бального зала. Надолго эти чувства не задержались, но вот поди ж ты, стоило ей услышать о том, что скоро Дарин будет здесь, и сердце предательски ёкнуло.

– Что случилось? – заметил её состояние Калеб. – Ты как-то странно выглядишь.

– А? Ничего, просто задумалась.

– И мы сейчас узнаем, о чём! – Лени лихо припечатал зелёного дракона к столешнице, сожрав тем самым её мантикору, а после избавился от последней карты, остававшейся у него на руках. – Я выбираю правду. Рассказывай, что у тебя на уме!

– Да просто думаю о визите принца и том, что за этим кроется, – отделалась полуправдой девушка.

– Может, спросишь отца? Он наверняка что-то знает, – подкинула идею Алиса.

– К чему торопиться? Вот приедет, и всё встанет на свои места, – зевнул Калеб.

– Этак ты всё проспишь, – подначил его Лени. – Полезно, знаешь ли, быть в курсе событий. А то всё самое интересное мимо просвистит.

– Согласна, – поддержала его Алиса. – Предпочитаю узнавать обо всём заранее, мало ли, вдруг нас снова снарядят по лесам да полям таскаться.

– Поговорю с отцом, – решила Милани. – И расскажу, если что узнаю.

На том и порешили, и на какое-то время девушка отбросила посторонние мысли, сосредоточившись на игре. Разошлись они поздно вечером. Алиса уехала в наёмном экипаже по каким-то своим делам. Она вообще частенько пропадала где-то по пол ночи. Когда Милани уже садилась в карету, с веранды её окликнул Калеб:

– Погоди минутку! – в несколько быстрых шагов он преодолел разделявшее их расстояние и протянул руку, от которой ощутимо повеяло магией. – Хочу тебе кое-что подарить.

На его раскрытой ладони лежало простое серебряное колечко. Без камня, хотя он и облегчил бы процесс наложения чар. Прищурившись, Милани вгляделась в структуру плетения. Изящная работа, и довольно сложная. Видно, что чары защитные, но принцип действия так сходу не определить. Это был очень дорогой подарок, особенно для Калеба, который из них четверых был наиболее стеснён в средствах. Артефакты вообще штука очень и очень редкая сразу по двум причинам. Во-первых, работу над ними можно было сравнить с живописью. Как любой разумный может взять в руки кисть, так и любой одарённый способен создавать магические предметы, но для того, чтобы вышло что-нибудь стоящее, необходим талант. Другое дело временные заклятья, накладываемые на объекты – ловушки там, сигнализации и прочее. Такое любому под силу, но без подпитки они быстро развеются, максимум через месяц. Магические предметы служат бессрочно, ведь заложенные в них плетения могут впитывать энергию из окружающего мира, словно живой организм. И в этом кроется вторая проблема. Создание сложного артефакта может на время подорвать силы зачарователя, а если слишком с этим частить, можно даже повредить собственному резерву. Безопасно создавать подобные предметы маг может примерно раз в год, хотя тут всё индивидуально. Поэтому все магические школы и академии работают по государственным заказам. Сама Милани за четыре года обучения артефакторике успела создать четыре детектора магии. Ещё студенты делали негаторы, и это были две самые распространённые в империи разновидности артефактов. Любые другие волшебные предметы встречались значительно реже и были многократно дороже. Калеб мог бы хорошо заработать, продав своё изделие, но, вместо этого, он подарил его ей.

– А что оно делает?

– Отводит удары.

– Но это не щит.

– Конечно нет, иначе был бы риск нарушить закон Третьего. Моё изобретение, – он немного смущённо улыбнулся. – Какой-нибудь Осколок Зихота, конечно не отразит, но чары попроще, стрелу или меч – запросто. Сработает в случае, если твою оборону пробьют, или если не успеешь защититься.

– С ума сойти! Это же бесценная штука! – девушка колебалась, принимать ли подарок.

– Друзья дороже, – нахмурился юноша. – После того гидлиза мне до сих пор иногда кошмары снятся. Он ведь тебя чуть не убил.

– Спасибо! – она бережно взяла колечко и надела на безымянный палец. – Это… Правда, спасибо!

– Да ладно тебе, – подмигнул Калеб, – дай срок, я и остальным такие сделаю.

Друзья распрощались, и Милани села в карету. По дороге домой она внимательно изучала подарок, проникая всё глубже в элегантное переплетение нитей и энергетических блоков. Очень талантливая работа. Она и не подозревала, что её друг способен на такое. И Лени не знал, иначе бы наверняка рассказал. Интересно, какие ещё сюрпризы скрывает в себе спокойный и рассудительный Калеб?

Отца дома не оказалось, он вообще мог остаться на ночь в академии, такое иногда случалось, но девушка всё равно решила его дождаться, уж очень хотелось поскорее разузнать что-нибудь о визите принца. Взгляд её упал на кольцо, и Милани почувствовала лёгкий укол стыда. Перед Калебом? Глупость какая! Они были друзьями и только, и она ничего парню не обещала, как бы ему того ни хотелось. Что-то сегодня ей в голову лезет всякая ерунда. Вот чего она тут сидит? Давно надо было лечь спать. В дверь постучали и в комнату вошёл слуга.

– Йора, вернулся господин лен Саль.

Отец как всегда отлично выглядел. Не похоже было, чтобы многочасовая работа хоть как-то сказывалась на ректоре Сегальской магической академии.

– В чём дело?

– Хотела кое о чём спросить.

– Спрашивай.

– Правда, что в город прибывает принц Дарин?

– Да, это так, – он отложил в сторону какой-то документ. Сразу по возвращении отец направился не в спальню, а прямиком в кабинет.

– Зачем? Чего стоит ожидать?

– Пока сказать трудно, – архимаг оторвал взгляд от стола и внимательно посмотрел на дочь, – но я рад, что ты задаёшься такими вопросами.

– И мне бы хотелось получить ответы, – Милани пристально уставилась отцу в глаза. Если ему нравится взрослая деловая дочь, почему бы не подыграть?

– Вот это напор! – улыбнулся ректор. – Тогда слушай. Дело тут нечисто. История о подпольной сети тёмных, на которую вышло следствие, шита белыми нитками. Расследование безнадёжно провалено, и, что самое поганое, неясно, чьими стараниями.

– Хочешь сказать, в этом заинтересована Канцелярия?

– Говорю же, неясно. Я вовсе не так всеведущ, как может показаться на первый взгляд. Но что-то затевается в Тигарино, и я ставлю на новую войну.

– Да ладно?!

– Мила, благородные йоры и, тем более, мэтры так не выражаются! – посуровел архимаг.

– Извини, просто очень уж неожиданно прозвучало.

– Полагаю, на это и рассчитывают в Эстоларе, – задумчиво протянул отец. – Это пока только предположение, не более того. И не вздумай рассказать о нём своим приятелям.

– Как скажешь, – легко согласилась девушка.

– Это в твоих интересах, – тон отца похолодел. – Я оказываю тебе доверие, отнесись к этому серьёзно.

– Обещаю пап, я никому не скажу. Я же не дура.

– Надеюсь, ты не дашь нам обоим повода в этом усомниться.

– А что-нибудь менее тайное и более конкретное тебе известно?

– Ишь как заговорила! – хмыкнул ректор. – Могу сказать то, о чём ты и сама наверняка догадалась. К приезду принца подготовят торжественную встречу, а затем будет бал в его честь.

Об этом, кстати, Милани совершенно не думала, хотя могла бы и догадаться.

– А что-нибудь о самом принце рассказать можешь?

– Так вот в чём дело! – поморщился отец. – Я-то, старый дурак, обрадовался, что тебя, наконец, стали интересовать серьёзные вопросы, а всё оказалось гораздо проще.

– Одно другого не исключает, – парировала девушка. – Тем более, это тоже важно. Я, как-никак, буду украшением этого бала.

– Будем считать, ты меня убедила, – архимаг снова принялся за бумаги, – Дарин лен Эст нелюдим, обожает охоту и имеет вредную привычку избивать людей до полусмерти.

– Это правда? – удивилась Милани. – Я кое-что слышала, но думала, это сплетни завистников.

– Правда. У принца врождённый недуг, с которым целители так и не справились. Он адекватен, но подвержен приступам неконтролируемой ярости.

– Бедняга! Тяжело, наверное, так жить.

– Окружающим приходится тяжелее. Были даже смертельные случаи. Так что в разговоре с ним выбирай выражения.

Как она ни старалась, но обвести отца вокруг пальца не удалось, и он уже понял, зачем именно дочь дожидалась его возвращения. Странно, но чувства отторжения по отношению к принцу у неё не возникло. Скорее Милани ему сочувствовала. Вряд ли причиной тому было её доброе сердце, вероятно свою роль играли магия титула, и то впечатление, которое черноволосый красавчик произвёл на тринадцатилетнюю девчонку.

– Я удовлетворил твоё любопытство?

– Вполне.

– Отлично. Теперь скажи, что это у тебя на пальце?

– Подарок.

– Хороший подарок. И чья работа?

– Калеба.

– У него резерв четвёрки, – это был не вопрос, а утверждение.

– Ну и что?

– Ничего, прослежу, чтобы его зачислили на следующий год. Правила правилами, а талантливые артефакторы на дороге не валяются.

– И как же это? – удивилась девушка. – Мне казалось, жульничать на испытании невозможно.

– Невозможно, но такие вещи всегда проворачиваются задним числом. Его имя просто появится в списке студентов, и всё.

– Не выйдет, – тяжело вздохнула Милани. – Калеб на такое не согласится. Ей хорошо была известна принципиальность друга. Он очень расстроился бы, не пройдя вступительный тест, но ни за что не принял бы подобную помощь.

– Что ж, его дело – пожал плечами архимаг. – Если на этом у тебя всё, то я бы хотел немного вздремнуть.

Подписав очередной документ, он сунул перо в чернильницу и размял кисти рук.

– Конечно, пап. Спокойной ночи.

Она покинула кабинет и пошла к себе. Выспаться и в самом деле было бы неплохо.

Спустя несколько дней его высочество торжественно въехал в Сегалу в сопровождении небольшого отряда. Милани не стала мчаться к воротам подобно множеству других йоров и толпам любопытствующей черни. К чему торопиться, если скоро она увидит принца на приёме. К сожалению, из их компании на это мероприятие могли попасть только она и Лени, Алиса с Калебом благородными не были, а звание мэтра открывало пусть и многие, но далеко не все двери. Бал должен был состояться сегодня же вечером, и вскоре к сегальскому дворцу начали съезжаться многочисленные кареты с золочёными вензелями на дверцах. Представители всех окрестных дворянских родов желали выразить своё почтение принцу, и городской магистрат, который и давал бал, заранее разослал всем приглашения. Народу в итоге собралось очень много, не меньше, чем на недавнем праздновании восьмисотлетия империи. Конечно же, далеко не все гости лично представлялись виновнику торжества, иначе йорам пришлось бы выстроиться в длиннющую очередь, а для принца приятный вечер превратился бы в настоящий кошмар. Хотя и так не похоже было, чтобы Дарин лен Эст получал от приёма большое удовольствие. На красивом бледном лице застыла маска вежливого равнодушия. Время от времени к его высочеству подходили видные сановники и почтенные главы благородных родов, ненадолго завязывался разговор, а потом он снова оставался наедине со своими мыслями. С тех пор, как девушка видела принца в последний раз, он не сильно изменился, только черты лица стали чуть более резкими, а взгляд серых глаз потяжелел, хотя вполне возможно, он и раньше был таким, всё же шесть лет прошло. Если сейчас Милани подойдёт к нему, ей потом все косточки перемоют. Кто она в сущности? Девчонка, ни видной должности, ни особых заслуг. Ну и пусть сплетничают, подобные мелочи могли напугать избалованную дворяночку, но не выпускницу Сегальской магической академии. Набрав в грудь побольше воздуха, она подошла ближе.