Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Корнеев

Не знаю, что он там смог рассмотреть в этом полумраке, но сразу подобрел и начал спускаться ко мне с верхотуры.

– Так бы сразу и сказала, что Макушка прислала тебя к старине Ори, а не вот это твое «Вы Орион Бутти?». Будто допрашивать пришла, а не травы купить, – пространно взмахнув рукой, выдал старик. Хотя, рассмотрев его ближе, сейчас я заметила, что не так он и стар. Лет пятьдесят, не больше. Просто обветренная кожа, борода, лохматость и в целом не очень опрятный вид визуально добавляли ему лет двадцать.

– Вообще-то не за травой, а за кровью. Мне кровь бурозубки Байрда нужна. Три флакона, – приняв его манеру общения, ответила я.

– Ух, ты. То никому эта кровушка не нужна была, а тут второй заказ за неделю. И тоже три флакона. Правда, тот француз так и не явился, так что считай, что тебе повезло, ждать не придется, – потирая руки, сказал одноглазый, а потом нырнул куда-то под прилавок и вылез с тремя довольно объемными флаконами.

Сколько ж довольно мелких бурозубок извести пришлось, чтоб столько крови нацедить? Но вслух я эту мысль озвучивать не стала, а вместо этого спросила:

– Какая цена за все?

– Стандартная. Сто пятьдесят галеонов флакон, – уверенно заявил мистер Брутти, а я присвистнула от неожиданности.

– Не свести мне тут. Старина Ори никогда не берет лишнего, – оскорбился одноглазый.

Спорить было бесполезно, поэтому я полезла за деньгами. Хорошо, хоть в спешке прихватила весь кошелек, а то б сейчас оказалась в глупом положении.

Отсчитывать золотые кругляшки под пристальным взглядом единственного глаза было не уютно. Я вдруг осознала, что я в глухом лесу нахожусь один на один с непонятным магом. И никто не знает, где меня искать. Пьяная профессор травологии не в счет. Не факт, что она вообще вспомнит, что я к ней заходила.

Но Орин Бутти действительно оказался профессионалом. Он внимательно пересчитал «свою» долю галеонов, не обращая внимание на все еще увесистый кошелек в моих руках. После чего упаковал все флаконы в мягкие шкурки, не удивлюсь, что все тех же бурозубок, и отдал мне заказ со словами:

– Заходи еще, Гермиона Грейнджер. С тобой приятно иметь дело.

– С тобой тоже приятно работать, старина Ори, – попрощалась я, убирая флаконы в сумку. – И да, тот француз не пришел по уважительной причине. Он в застенках у серомундирных.

– Стоять, – резко изменил тон одноглазый. – Кто еще знает, что он ко мне собирался?

– Понятия не имею, с кем он делился информацией. Мне он о своих делах не докладывал. Просто заказчик, который не дождался товар от него, обратился ко мне, – ответила я, безразлично пожимая плечами.

– Я тебя услышал. Спасибо за предупреждение, если все сказанное тобой правда, в следующий раз будет тебе скидка. Как постоянному клиенту, – судя по тону Орина, это была очень эксклюзивная уступка. Я согласно кивнула в ответ, принимая такую «плату» за информацию и, попрощавшись, начала осторожно спускаться по веревочной лестнице.

Отлетев от «магазина» так, чтоб его не было видно, я остановилась, тщательно упаковала письмо и посылку для Сириуса, после чего достала из клетки сову. Привязав к лапам основную ношу, я добавила к ней небольшую записку с указаниями для эльфийки.

«Пенни, как можно скорее передай этот сверток Сириусу, лично в руки. Г.Г.

P.S. Передавай привет кроликам».

Экипировав Арму я активировала портключ, нацелив его на Озерный край. Время действительно поджимало, и некогда было ждать, пока птица будет махать крыльями над океаном.

– Быстро лети к своей хозяйке, – дала я задание почтальону, мгновенно перемещая ее в Британию. Не думала, что совы умеют изображать удивление на морде, но у этой получилось. В основном, именно так я расшифровала вскрик, с которым она исчезла в портале. Мне же предстоял долгий путь на метле до школы.

Смирнова за ужином не было, зато профессор Нотитам была хоть и слегка помятая, но на месте. Если бы я не видела ее утром никогда бы не догадалась, что так выглядит человек с похмелья. Просто уставшая леди и ничего больше.

Переживая за рунолога, я отправилась в его кабинет прямиком из столовой. На мой стук никто не отреагировал, хотя по дороге сюда я видела свет в его окне. Моей наглости хватило на то, чтобы постучать еще раз, чуть громче. Правда, результат был тот же – полная тишина. Ломиться дальше было уже неприлично, поэтому я ушла. А, вернувшись в спальню, обнаружила записку, написанную неровным почерком:

«Гермиона, зайди завтра.

Профессор Д. Смирнов».

Оценив скачущие буквы, две кляксы и расплывшийся текст из-за пятна огневиски, я поняла, что зайти действительно лучше завтра. Причем ближе к вечеру. Или даже послезавтра. А еще появилось желание написать мистеру Смиту и намекнуть, что с его методами дознания у нас сопьются оставшиеся преподаватели.

Погасив в себе импульсивные желания я завалилась спать и проснулась только к обеду следующего дня. Состояние было ужасное, из-за длинных перелетов на свежем воздухе и нервного перенапряжения организм пошел в разнос. Я ощущала все прелести простуды. Горло першило, нос был заложен, глаза слезились, а все тело ломило.

С тяжелой головой я отправилась в вотчину мадам Норт вместо столовой. Мне повезло и Сальма не успела уйти на обед, а задержал ее… Даниил Смирнов. Он выглядел не менее помятым, чем я, но по другой причине. Его проблему школьная медведьма решила одним флаконом антипохмельного, а меня оставила спать в лазарете, накачав зельями. Рунолог, воспользовавшись ситуацией, перенес наше дополнительное занятие на неопределенное время.

– Здоровье важнее рун, студентка Грейнджер. Вот дня через три, как поправитесь, мы с вами и определимся с датой следующего урока, – с важным видом заявил слегка опухший профессор. А все фразы мадам Норт, утверждающей, что к утру я буду абсолютно здорова, он предпочел не заметить.

Я заподозрила, что козлобородый прекрасно понял, что мне от него не столько руны нужны, сколько информация о Бонаккорде и остальных узниках особого отдела. Вот только по каким-то своим причинам преподаватель не спешил со мной делиться этой тайной. А у меня не получилось внятно возразить, из-за действия зелий медиаведьмы. Я просто провалилась в сон посреди его речи.

Сальма Норт была права и утром я проснулась без признаков простуды, но ужасно голодной. Школьная медсестра накормила меня плотным завтраком с комплектом укрепляющих зелий, провела контрольный осмотр и выпустила на свободу.

Из лазарета я отправилась прямиком в совятню с четкой целью, таки отправить письмо Сато, от которой уже три дня не было слышно ни слова. В качестве почтальона пришлось использовать школьную сову, потому что моя Минни еще не вернулась из Англии. Я описала подруге школьные новости, рассказала о жестких допросах преподавателей и своей болезни, но умолчала о вчерашнем полете за кровью бурозубки.

Обратный путь из совятни пролегал мимо квиддичного поля и там, возле склада школьных метел я увидела Михаэля. Француз выглядел осунувшимся и похудевшим, но это точно был он. Не удержавшись, я сорвалась на бег.

– Мих, это, правда, ты? Тебя отпустили? Совсем-совсем отпустили? – С разбегу налетев на приятеля я засыпала его вопросами. – Как ты себя чувствуешь? Почему тебя забирали?

– Гермиона, я тоже рад тебя видеть, но сейчас я дико хочу в душ и у меня раскалывается голова. Дай мне хотя бы полчаса, а потом я тебе все расскажу. Но не переживай, меня «совсем-совсем отпустили».

От радости, я выделила Бонаккорду аж целый час, но не переживать у меня не вышло. Все это время я провела, как на иголках. Чтобы чем-то себя занять, я организовала пикник на месте встречи у родника. Добыла у эльфов корзину с едой и плед. Сидеть на земле было еще холодно, но я обработала подстилку заклинанием, которое использовала когда-то давно в своем убежище за теплицами Хогвартса. Даже ностальгия накрыла от воспоминаний.

– Ух ты, какой банкет! – Оценил мои старания посвежевший Михаэль. – Но, Гермиона, мы не замерзнем? Земля ледяная, еще даже апрель не наступил. Поверь, мне серомундирные и так здоровье подорвали. Я кашлять начну через полчаса таких посиделок.

– Не переживай, это проверенный рецепт, – успокоила я француза. – Я так часами чуть ли не в сугробах сидела без последствий.

– Неожиданно тепло, почти как грелка, – удивился блондин, после того, как все-таки рискнул присесть на плед. Оценив комфорт, он расслабился и даже разлегся, устремив взгляд в чистое голубое небо с редкими белыми облачками.

Пришлось делиться секретом подогрева. Не думаю, что ему было прям нужно это заклинание. Своей болтовней я скорее давала ему возможность выдохнуть и ощутить свободу. Сейчас Бонаккорд лежал и осознавал, что все осталось позади. А потом он начал свой рассказ и я узнала подробности, о которых умолчали преподаватели.

Под прикрытием должности профессора УЗМС Шиллан организовал целую подпольную ферму, на которой удерживал огромное количество магических животных. Его вольеры были поделены на две части. Ряд загонов был видимым, там Херрик держал условно разрешенную живность, вроде нюхлеров, гиппогрифов и тестралов. Но под «Фиделиусом» прятались другие вольеры, а в них содержались более редкие и опасные существа: грифоны, виверны. Серомундирные даже раненного нунду и маленького дракончика у него нашли.

– Поэтому и запах такой стоял, – пояснил Михаэль. – Наш преподаватель физически не успевал чистить все загоны. И наказания для студентов такие ввели по той же причине, чтоб штрафники занимались хотя бы видимыми клетками. Сам же Шиллан в основном только кормил скрытое зверье и собирал с него ценные ингредиенты. Ну, как кормил, ты бы видела в каком ужасном состоянии были те звери. Худые, больные, некоторые на грани смерти из-за порезов и клоками выдранной шерсти.

Я невольно вспомнила спасенных единорогов и еще раз ужаснулась от того, что творил Мясник.

– Так этого маньяка за жестокое обращение с животными посадили? – Уточнила я.

– Да там целый список обвинений. И жестокое обращение, и угроза жизни студентов. Ты представляешь, что бы тут случилось, если б тот же дракон или нунду вырвались из клеток? Плюс незаконная торговля ингредиентами, там же много чего запрещенного было. А он чуть ли не свободно этим торговал, почти как на базаре.

– С Шилланом понятно, а остальных за что арестовали? – Продолжала расспрашивать я, раскладывая на подстилке добытые припасы. Свежая выпечка маняще пахла, вызывая желание впиться зубами в румяный бок пирожка.

– Они все помогали. Через профессора Маккензи сбыт шел, Смокт зелья варил из того, что продать не успевали, а Декита прикрывала эту банду. Естественно не бесплатно. Знаю, еще профессора Нотитам сильно подозревали. Она ж всякие травки выращивала для зельевара. Но оказалось, что Макья наивная дура, а не соучастница. Серомундирные думали, что профессор Травологии, давно догадалась, что за запрещенку Нотон варит из такого набора ингредиентов и ее взяли в долю, чтоб не болтала. Но нет, наша огородница просто радовалась, что ее знания востребованы и безропотно растила все, что просили зельевар и директриса, – ответил Бонаккорд, сооружая себе многоярусный сандвич из всего, что нашел на нашем импровизированном столе. – Причем вся эта банда работала нестандартно. Тот же тренер Стив, отвечающий за сбыт, очень хитро подошел к вопросу и ингредиенты от каждого животного продавал через отдельного посредника. В итоге, если такого мелкого торговца и ловили, он уверенно заявлял, что у его поставщика есть один какой-нибудь грифон, с которого тот перья, когти продает. Поэтому его и искали не особо усердно, полагая, что это единичный случай. Редкое животное просто убили и теперь аккуратно распродают добычу.

– Тебя самого за что взяли? – Задала я главный вопрос приятелю.

Мих сразу погрустнел, вспомнив неприятные события, но от ответа уходить не стал.

Бонаккорда взяли перед нашей встречей в «Ведьмином котелке» из-за посещения одного из посредников Маккензи. Но при обыске у француза ничего запрещенного не было, так пара перьев, которые тянули лишь на штраф в два сикля. Смит попытался надавить, но посещать сомнительных торговцев не запрещено, так что Михаэля отпустили. Вот только усатый начал следить.

– Он же за мной по пятам ходил. Спасало только то, что в этот период ничего сомнительного лорд Малфой мне не поручал. Самое подозрительное задание я выполнил, пока ты шпика а «Котелке» отвлекала. Потом он как-то отстал от меня после той беседы с тобой. Я его за три недели всего два раза видел, и то, один раз случайно, когда полироль для метлы покупал. Даже поверил, что пронесло. И надо же мне было на глаза усачу попасться, когда серомундирные школу обыскивали. Вот уверен, что он знал, что я не имею отношения к Шиллану и его банде, но прихватил меня, раз подвернулся. Просто чуял, что что-то со мной не так и решил проверить.

– Так тебя просто так отпустили?

– Если бы, – недовольно буркнул Мих. – Меня Малфой спас. Не знаю, как лорд догадался, что меня взяли, но сработал оперативно, адвоката своего прислал. Этот Говард Фаст оказался очень ушлым малым, даже память мне перетрусить не дал. Только под Веритассерумом допросили. Но это проще, там четкий список вопросов, и все по одному делу. А тут я честно мог отвечать, что ничего про животных Шиллана не знаю, запрещенные ингредиенты и зелья не продавал и никому из банды не помогал. Вот Смиту и пришлось меня отпустить, хоть он и остался сильно недоволен из-за этого.

– И что теперь?

– Не знаю, Гермиона. Последнее серьезное задание лорда Малфоя я сорвал, но надеюсь он не в обиде, раз адвоката прислал. Да, и мистер Фаст сказал пока вести себя тихо. Ему тоже усатый не понравился, слишком хорошо у этого серомундирного чуйка работает. Так что пока я в отпуске, а там дальше посмотрим.

Отпуск мы решили отметить, как и удачное освобождение. А когда, уже в «Ведьмином котелке» я сказала французу, что его честь спасена и Люциус таки получил свою кровь бурозубки наше отмечание перешло в откровенный кутеж. В этом теле я так еще не напивалась. Радовало только то, что проснулась я в своей постели, хоть и смутно помнила, как туда добралась. Хорошо хоть не убилась, когда обратно в школу на метлах летели.

Идти к медведьме за антипохмельным я не стала. Я ж не Смирнов, мне не дадут. Пришлось страдать, зато в страданиях пришла мысль, что письмо Сато я не отправила. На длинные опусы сейчас не было сил, поэтому я накорябала лишь короткую записку:

«Михаэля отпустили, он в школе.

Г.Г.»

Дальше пусть француз сам все Эльзе объясняет. Я все свои силы потратила на то, чтоб добраться до совятни.

Как ни странно от похмелья меня спас Смирнов, которого я встретила, возвращаясь в главный корпус школы.

– Освобождение Бонаккорда отмечали? – Строго спросил рунолог, увидев мою потрепанную тушку. – Пьянство я не одобряю, но тут повод действительно весомый, – Даниила аж передернуло от воспоминаний о собственном допросе. Затем он достал из кармана антипохмельное в красивом резном флаконе и сказал:

– Пейте залпом, вкус у этого зелья отвратный.

Я не стала заострять внимание на том, зачем «не одобряющий пьянство» профессор носит в кармане антипохмельное, а быстро выпила действительно мерзкое зелье. Организм взбунтовался, но я смогла удержать в себе эту гадость и результат не заставил себя ждать.

– Спасибо, – поблагодарила я то ли за антипохмельное, то ли за понимание ситуации.

– А теперь марш в столовую. Тебе силы для восстановления нужны.

Еще минуту назад я и думать не могла о еде. Сейчас же я была готова сожрать средних размеров гиппогрифа (а их вообще едят?). Так что залихватски козырнув, отрапортовала:

– Слушаюсь, мой генерал! – Неожиданный вопль ввел в ступор Даниила и напугал пробегающую мимо первокурсницу. Поэтому я поспешила уйти, куда послали, пока профессор не пришел в себя.

В столовой над тарелкой овсянки тихо умирал, ненавидящий весь мир, Бонаккорд. Увидев бодрую и довольную меня, он удивился.

– После того, как мне пришлось тащить тебя на метле в школу, а потом уговаривать консьержку, чтоб она позволила занести твое, практически бездыханное, тельце в общежитие. Я думал ты до ужина из спальни не выползешь. А ты свежа, аж противно.

Пришлось признаваться в приеме животворящего зелья. Чтоб как-то приглушить завистливые вздохи француза, я призналась, что отправила письмо Сато и ненавязчиво поинтересовалась, как Мих относится к японке. Но я недооценила Бонаккорда. Думала, что в таком состоянии он не сможет притворяться и выложит все свои чувства. Он же просто ушел от ответа и перевел тему:

– Уже слышала последние новости?

Пришлось признаваться, что я все проспала. И совсем не в курсе, что Акита Рэн теперь не временный директор, а постоянный. Профессора УЗМС и Зелий у нас тоже сменились. Новым зельеваром была похожая на сушеную воблу ведьма Алиса Морт, а место Шиллана занял тот самый старик-поганка, который приходил с серомундирными.

– Ты что не знаешь? Это же известный магоозоолог Принстон Калкин. Он работал с самим Ньютом Саламандером.

Я уверенно закивала, делая вид, что поняла о ком он. Хотя для меня этот старик в шапке-поганке был абсолютно неизвестным персонажем. И никакого пиетета перед его регалиями я не испытывала.

– А вместо Маккензи кто? – Перевела я тему.

– Никого. Преподавателя полетов еще не нашли. Из-за этого под угрозой наш чемпионат по квиддичу, судил же тренер Стив, – мне опять пришлось понятливо кивать, делая вид, что я искренне переживаю за команды квиддичистов. Как же не хватает Сато, вот она б смогла искренне поддержать нашего летуна и вместе с ним волноваться за судьбу школьной лиги.

Эльза вернулась на следующий день. Вот только она обиделась на меня и на Бонаккорда, правда, мы не совсем поняли за что.

Дядя нашей японки работал в местном аврорате и Сато через него пыталась как-то помочь Михаэлю. И только вчера этот родственник сказал Эльзе, что Бонаккорд серьезно влип и помочь ему никак нельзя, как следом моя сова принесла новость о том, что француз на свободе.

– Вы от меня постоянно что-то скрываете, – возмущалась моя соседка по комнате. – Мих, я и понятия не имела, что у тебя такие серьезные проблемы с законом. А ты, Гермиона, признайся, что тогда не пошла добывать информацию у преподавателей, потому что и так все знала. Только мне решила не говорить. Пусть Эльза поволнуется, это же так забавно.

Сато ушла, хлопнув дверью, а мы с блондином остались сидеть в пустом кабинете Чар. Не знаю, как Михаэлю, но мне было немного стыдно. Но не за то, что я не делюсь абсолютно всеми подробностями своей жизни, а за то, что я совсем забыла про подругу и письмо ей отправила в последний момент.

Грустно переглянувшись, мы поплелись на обед.

В столовой японка демонстративно села не с нами, а за столик рыжего Эрика Борна. Мы с ним недолюбливали друг друга еще с осеннего отбора в квиддичную команду, поэтому он теперь кидал высокомерно-презрительные взгляды в мою сторону.

– Пусть обижается, но я все равно не буду впутывать ее в свои дела, – упрямо заявил Бонаккорд. Я уверенно кивнула, поддерживая его решение, не вмешивать немного наивную Эльзу в серьезные проблемы.

5

Серьезные проблемы наваливались, как снежный ком. В среду прилетела Букля с письмом от Поттера, Гарри паниковал и искал поддержки.

Снейп доварил зелье, для которого я добывала кровь бурозубки и Сириус с Люциусом пошли убивать фамильяра Волдеморта вооружившись зубами василиска. Нагайну они таки прикончили, но она успела цапнуть Блэка и… Драко.

Мелкий Малфеныш как раз явился в мэнор на собрание пожирателей. Снейп, по понятным причинам, считал подобные сборища уважительной причиной для пропуска занятий в Хогвартсе. Вот Драко и задержался на пару часов дома, чтоб поучаствовать в вылазке отца и дяди.

Эти три змеелова чудом вырвались из мэнора, разнеся левое крыло дома, и теперь на них охотились все Пожиратели. А Волдеморт внес их в список личных врагов, сразу после Поттера.

«…Все пошло не по плану», – писал Поттер. – «Они не должны были попасться, но Нагайна влетела в шкаф и он с грохотом упал. На шум пришла Беллатриса, как раз в тот момент, когда Сириус и Люциус кололи змеюку зубами василиска. Белла заорала, привлекая внимание остальных ПС-ов. Нашим пришлось прорываться с боем. Хорошо хоть они заранее выпросили у Снейпа противоядие против яда Волдемортовой гадины.

Лорд Малфой притащил на себе сына и Блэка. Его даже расщепило при аппарации, но совсем немного, срезало кожу на левой руке и фалангу мизинца оторвало. Мы с Криччером его подлечили. Так что все почти в порядке, только крестного и Драко постоянно рвет, а мы не знаем, что делать. ПС-ы нас осадили, камин заблокирован.

Чтобы связаться с тобой и со Сметвиком, я отправил Криччера с Буклей в Озерный край. Если он все сделает правильно мое письмо тебе принесет Букля, а в Мунго отправится Арма.

Темный Лорд пытался дотянуться до обоих блондинов через метки. Но эти хитрые слизеринцы чем-то натирают свои татуировки и рисунок становится бледным и неактивным.

Зато Люциус им отомстил – отправил в спячку свое родовое поместье. Не знаю как это работает, но мэнор закрылся и теперь там нет никого кроме эльфов. Такое было с Гриммо, пока крестный не вернулся из Азкабана.

Сейчас Волдеморт со своими слугами обитает у Лестрейнджей. Вот только и Малфоям пришлось… переехать, чтобы не открывать мэнор. Пока они живут у нас на Гриммо. Но, как только Драко станет лучше, собираются переместиться к Нарциссе. Ее убежище под «Фиделиусом», там их не должны найти…».

Из длинного и сумбурного письма Гарри я поняла только одно. Мне нужно добыть улучшенное противоядие к яду Нагайны (образец прилагался в маленьком флаконе). Сделать это могла только я, потому что все остальные были заперты на Гриммо. И только Блэк и Поттер могли перемещаться в Озерный край, находящийся под Фиделиусом. Дальше никак из-за слежки. Хорошо, хоть сову оттуда могли отправить. Вот только Сириус сейчас недееспособен, так что вся надежда на очкарика и… меня.

«Возможно, могла бы помочь леди Нарцисса, но Малфой не включен в число тех, кто знает адрес ее убежища. Они так поступили на случай пыток Люциуса Волдемортом. Связаться со своей женой лорд может, но не быстро, там хитрая система явок и паролей».

Оправдания Поттера выглядели немного жалко, но мне от этого легче не становилось. Я не врач и не колдомедик, но точно знаю, что длительная и регулярная рвота никому на пользу не идет. Интоксикация наступит очень быстро, а дальше отказ почек, проблемы с сердцем, легкими и… все.

– Михаэль, у вас же уже были Зелья? Что ты можешь сказать про профессора Морт? – Устроила я допрос французу, поймав его на квиддичном поле.

– Честно? Нотон Смокт может и был преступником, но свой предмет знал на отлично. Эта же… дама. Прости, Гермиона, но «профессором» у меня язык не поворачивается ее назвать. Понимаешь, она немного не от мира сего. Она половину урока рассказывала нам рецепт шарлотки. А когда Миранда Блум напомнила о том, что у нас не кулинарные курсы, а Зельеварение, эта Алиса Морт заставила нас варить зелье от прыщей, то самое, которое мы на первом курсе готовили. Мы потом проверяли эту «преподавательницу», задавали ей простейшие вопросы – она даже на половину не ответила. Брикс даже иглы дикообраза в кипящий котел кинул – она даже не дернулась. Ему самому пришлось защитный купол ставить, чтоб от взрыва защититься. А эта вобла сушеная только причитать начала: «Что ж вы деточки натворили такое».

– М-да, видимо директор Рэн был готов взять кого угодно, лишь бы учебных год закончить. Тут же пасхальные каникулы на носу, а там и до финальных экзаменов недолго, – печально констатировала я, смиряясь с тем, что с этой стороны мне помощи с противоядием ждать не стоит. – Мих, а ты хорошего зельевара случайно не знаешь? Только не ученика, а мастера.

Эта попытка тоже провалилась. Бонаккорд мог найти мне пяток поставщиков ингредиентов, а вот с зельеделами он не работал. Я даже к Смирнову сходила на консультацию, но он от этой темы был далек, потому что для своих рунных цепочек зелья почти не использовал. Оставалась только моя новая «подружка». Вот только и Макья Нотитам не смогла помочь мне решить проблему.

– Мисс Грейнджер, вы уже не первая, кто жалуется на работу профессора Морт, но поверьте, она единственная, кого смог найти директор Рэн за столь ограниченное время, – по-своему истолковала мой вопрос преподаватель травологии, а я не стала ее разубеждать. Кстати, своим поведением она никак не выдавала, что помнит о нашей прошлой беседе в теплицах. Не знаю, была это успешная игра или действительно временная амнезия. Но этот вариант меня устраивал.

Сато же со мной все так же не разговаривала. При любой возможности она норовила улизнуть из спальни, ну или демонстративно лечь «спать». На уроках и в столовой садилась отдельно и любыми способами избегала контакта. Бегать за ней мне было некогда, время поджимало.

Прикинув все доступные варианты, я ужаснулась от того, как мало у меня знакомых способных помочь. Точнее, я вообще не могла придумать, к кому обратиться. Единственным, кто приходил в голову был Орин Бутти. Не зельевар, но возможный посредник.

Наплевав на сегодняшние занятия, я пошла за метлой и образцом яда. Сначала заскочила в банк Брейнтонвилла, чтоб снять увесистый мешок галеонов, а потом отправилась в Солт-Крик.

В магазине на дереве ничего не изменилось. Только старина Ори в этот раз поприветствовал меня более доброжелательно.

– Быстро ты вернулась. Если ты пришла рассказать, что француза освободили, то мне уже птичка на хвосте принесла эту информацию. За нее скидку не получишь, но про прошлое свое обещание я помню, – выдал тираду одноглазый.

– В этот раз я пришла не продавать информацию, а покупать. Мне нужен хороший зельевар. Самый лучший.

– Не по адресу ты пришла девочка, – сразу посмурнел хозяин магазина. – Я информацией не торгую и клиентов своих не выдаю.

Орин повернулся ко мне спиной и направился обратно к своему лазу наверх, показывая, что разговор окончен. Но я не собиралась так легко сдаваться. Я готова была подкупать, канючить, угрожать, лишь бы добиться своей целью.

Деньги мистер Бутти проигнорировал, история про умирающего жениха его тоже не впечатлила. Я уже собиралась угрожать тем, что отсюда пойду к мистеру Смиту, чтобы сдать ему одноглазого, но не успела. За моей спиной раздалось аккуратное покашливание.

Препираясь, мы с торговцем не заметили, что в магазин успел подняться довольно упитанный господин в заляпанной мантии.

– Старина Ори, познакомишь меня с юной леди, которой так срочно понадобился зельевар, чтобы спасти любовь всей своей жизни? – С усмешкой спросил толстяк, не скрывая того, что он давно и довольно успешно подслушивал нашу беседу.

– Гермиона Грейнджер, познакомься это Альфонсо Фаббри, – фыркнул Орин.

– Ну-ну, старина, ты забыл упомянуть, что я мастер Зельеварения и потомок известного рода Медичи. Хоть и боковая ветвь, – немного напыщенно представился новый участник беседы.

Я недоверчиво глянула на хозяина магазина, подозревая, что меня обманывают. Слишком уж удачное знакомство.

– Не сомневайся, – ответил на невысказанный вопрос одноглазый. – Он действительно хороший зельевар. Но вредный и жадный, так что обдерет тебя до последнего кната, – припечатал мистер Бутти. Услышав столь нелестную характеристику, я незаметно повернула помолвочный перстень Блэка камнем внутрь. А то еще узнает колечко и допишет нолик к свое стандартной цене.

Старина Ори любезно уступил нам свой магазин для переговоров, а сам удалился в каморку наверх. Подозреваю, что ушлый торговец подслушивал, но особого выбора у меня не было.

История о загадочной змее мастера заинтересовала. Он долго крутил в руках флакон с образцом яда. Рассматривал его на свет, кидал в него какими-то заклинаниями. Даже открыл и аккуратно понюхал, размахивая ладонью над горловиной, чтобы снизить концентрацию паров. Затем позвал мистера Бутти, и тут же купил у него несколько ингредиентов, чтобы размазать по ним пару капель драгоценного образца.

– Милая леди, – обратился ко мне зельевар. – Кажется, вы мне врете. Поверхностный анализ показал, что этот яд убивает практически мгновенно. Ваш жених должен был умереть в первые десять минут после укуса.

Только сейчас я сообразила, что совсем забыла рассказать, о противоядии, сваренном Снейпом. Пришлось доставать рецепт, который прислал Поттер, и пояснять ситуацию. Мастер Фаббри внимательно вчитывался в строчки на пергаменте, периодически удивленно хмыкая.

– Изящное решение, – вынес свой вердикт Альфонсо. – Но, подозреваю, что зельевар готовивший это противоядие, работал в жуткой спешке. У него не было времени даже на поверхностную проверку, зато его интуиции можно позавидовать.

Я проигнорировала намеки и Снейпа выдавать не стала. Северус, конечно, гад, но мало ли чем ему аукнется такая слава.

Мастер Фаббри согласился взяться за работу и даже обещал, что противоядие будет готово к завтрашнему вечеру. По факту там надо было лишь немного доработать рецепт теперешнего директора Хогвартса. Ну, и проверить результат.

Но пользуясь тем, что мне зелье нужно было срочно, и других исполнителей заказа на горизонте не было, Альфонсо набивал себе цену. А мне же было не до торгов, вместо меня стоимость сбивал старина Ори.

– Альф, не наглей, – пошел в наступление одноглазый, когда толстяк совсем зарвался. – Будешь девочку обижать я тебе цены так взвинчу, что одно Бодроперцовое варить будешь.

В итоге сошлись на том, что я оплатила все необходимые ингредиенты в десятикратном объеме. Мастер Фаббри получил триста галеонов предоплаты, а остаток суммы я обязалась вернуть после того, как его противоядие сработает. Для меня стало сюрпризом, что мистер Бутти поручился за мою честность.

Зельевар не обманул и следующим вечером Букля через портал отправилась в Озерный край с указаниями для Пенни. Мне же оставалось только ждать.

За прогулы меня наказали. Вот только загоны уже никто не чистил. Нечего было чистить. Всех животных забрали серомундирные, а новый преподаватель УЗМС живность не держал, предпочитая брать учебный материал в аренду в магическом зоопарке. Учитывая репутацию Принстона Калкина, для него это не было проблемой. Так что на отработке я магией чистила и так чистые картины и статуи. Было даже забавно.

Ответ от Поттера пришел через три дня. Вместе с запиской Арма принесла посылку, о которой я просила эльфийку и свежий номер «Пророка». Гарри отчитался о том, что зелье помогло. Вот только успели мы в последний момент, поэтому Сириус и Драко хоть и пошли на поправку, восстанавливаются очень медленно.