Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Корнеев

Глава 4

– А я вкусняшки принес, – широко улыбнулся я, держа в руке пакет с закусками из семейного заведения Рисинки, о которых чуть было не забыл. Точнее, все же забыл, поэтому возвращался к машине и теперь поднялся сюда уже во второй раз.

– Фак! – воскликнула Сэйрин и резко рванула в глубь своих апартаментов, оставив меня в недоумении.

– И чего это она? – пробормотал я вслух.

Через мгновение Сэйрин вернулась с большим и на вид очень острым кухонным ножом в руке. Ее взгляд был по-настоящему безумным; нет, она и раньше казалась мне немного того, но сейчас я по-настоящему испугался, отчего невольно сделал несколько шагов назад.

– Стой ровно, – серьезно бросила она и, не раздумывая, взмахнула ножом. Я все же отступил еще на пару шагов – и правильно сделал, потому что лезвие сверкнуло прямо перед моим лицом.

– Ты что, чокнулась⁈ – вырвалось у меня.

– Стой ровно! – повторила она, схватив меня за ворот. Нож снова просвистел в воздухе, задев волосы, и тут я понял, в чем дело, а точнее, в ком. Чертова жаба все еще сидела у меня на макушке, а я, дурак, совершенно о ней забыл.

Сэйрин рывком швырнула меня в комнату, а сама выскочила в холл. Она, словно одержимый маньяк, еще минут пять рыскала по углам, переворачивала стоявшие в ряд горшки с цветами. Ничего не найдя, Сэйрин вернулась в квартиру и с грохотом захлопнула дверь, отчего стены, слегка дрогнули.

Я выдохнул с облегчением, когда она наконец-то положила этот чертов кухонный нож на стол, прежде чем шагнуть ко мне. Но ее лицо… На нем не было ни злобы, ни желания прикончить меня на месте – только страх. Губы побелели и слегка дрожали, а из глаз катились слезы, оставляя мокрые дорожки на щеках.

Нет, я точно дебил. Уже второй раз за день эта мысль пронеслась у меня в голове. Как я мог не понять, что тащиться к ней с этой жабой на башке – идея хуже некуда? Особенно к той, кто чуть не погиб от похожей твари. Видимо, все из-за того, как она себя вела – сильная, непробиваемая, как тевтонский рыцарь. Даже когда тот африканский людоед чуть не прикончил нас, она ни намека не дала, что боится. А я, дурак, решил, что ей все нипочем.

– Все хорошо, – шагнул я к ней и обнял. Она дрожала и впервые за все время показалась мне не непробиваемой и сильной, а хрупкой, почти невесомой. Ее плечи вздрагивали под моими руками, а дыхание было неровным, как после долгого бега.

Но Сэйрин не была бы собой и не протянула бы столько времени в шоу-бизнесе, если бы не умела справляться с собой. Не прошло и получаса, как она уже выпрямилась, вытерла слезы тыльной стороной ладони и снова стала той, кого я знал.

Я решил, что пора объясниться, и начал рассказывать, откуда вообще взялась эта проклятая жаба.

– Прости, но это ты меня называешь чокнутой? – перебила она, едва я начал рассказ. – Как тебе вообще в голову пришло таскать это у себя на голове? Хотя… может, оно и к лучшему. Кто знает, что бы с тобой стало, если бы я не избавила тебя от этого создания. Может, сам бы в такую тварь превратился.

– Не перегибай, в жабу я бы точно не превратился.

– И вообще, как ты умудрился оставить тот нож дома⁈ А если бы на тебя напали? Ты хоть понимаешь, в какой заднице мы оказались⁈ – Ее голос прозвучал резко, словно строгий учитель отчитывал нерадивого ученика.

– Обстоятельства вынудили. И вообще, в заднице пока только я. Думаю, твоя упругая попа еще может чувствовать себя в безопасности, – проворчал я, стараясь сохранять спокойствие.

– Обстоятельства у него… Фак, а я и забыла про твои «обстоятельства»! Ну что, повеселился со своей бывшей коллегой? Аж придушить тебя хочется. – Она впилась в меня разъяренным взглядом, и я понял, что оправдания тут не прокатят.

– Да ты почти… Ну, не придушила, а прирезала, – сказал я, вспоминая, как в последний момент увернулся от лезвия ножа.

– Может, все же исправить это упущение? Да и проблем меньше станет… Знаешь, думаю, госпоже Ма Ри хватит и одной меня, – сказала она, схватив лежащий на столике нож. И главное – говорила она это так искренне, что я поверил.

Сэйрин медленно подошла ко мне, опустилась мне на колени и, склонив голову набок, с безумной улыбкой провела холодным лезвием по коже у моего горла. В ее глазах плясал безумный огонек, а пальцы сжимали рукоять ножа на удивление крепко.

– Хватит придуриваться, – сказал я, даже не дрогнув.

Она на мгновение замерла, будто раздумывая, а потом театрально вздохнула и опустила нож.

– Черт, уже и сумасшедшую изобразить нельзя… Скажи, все было так плохо? Мне просто роль предложили одной мстительной особы, которая свихнулась на почве любви, вот я и решила отрепетировать на тебе.

– Да нет, отыграла ты на все пять с плюсом, – усмехнулся я, подумав, что эта роль ей подходит как нельзя лучше и режиссер явно сорвет джекпот, если возьмет ее.

– Думаешь, меня возьмут? Я и правда хочу эту роль. Ты фильм Американский психопат смотрел? Вот там почти так же.

– Не смотрел, но думаю, эта роль тебе точно подойдет. Тебе даже играть не придется – просто веди себя как обычно, – усмехнулся я.

Она прищурилась, сдвинув нож на столе ближе к себе.

– Какой же ты гад, Ким Тэ Хо.

– Какой есть, – пожал я плечами.

Уже утром, когда я проснулся, то обнаружил на столе записку, придавленную тем самым, на редкость здоровенным кухонным ножом:

Ушла на съемки. Совсем забыла тебе сказать: насчет твоего африканского друга мне посоветовали обратиться к хозяину «Старой обезьяны».

p.s. Уборщица придет сегодня днем, так что вынеси мусор.

p.p.s. Билеты на мой сегодняшний концерт в ящике стола. Можешь даже позвать с собой друзей… хотя, с твоим гнилым характером, вряд ли у тебя они есть.

P. p.p.s. Если приведешь с собой свою бывшую коллегу, я тебе и после этого…

Что будет, если я приведу Рисинку, было указано в довольно талантливой иллюстрации, сразу под текстом: на ней небольшой баклажан рассекает пополам ножик.

Я невольно скривился, отложив записку в сторону, и посмотрел на нож, который был оставлен с явным намеком. И что-то мне подсказывало, что она не шутила, отчего я невольно прикрыл то место, которому грозила большая опасность, если я и дальше буду испытывать удачу. Видимо, со своей мелкой местью я все же немного переборщил.

Черт, а про концерт я совсем забыл. Это было первое сольное выступление Сэйрин после выписки из больницы. Ее агентство неплохо постаралось, и этот концерт должен был стать знаковым событием, так что мне все же стоило туда заскочить.

В ящике стола я нашел сразу четыре билета в первые ряды. И да, она была права – мне раздать их абсолютно некому. Хотя, можно позвать Чон Ука и его пассию – вроде он говорил, что является ее большим поклонником.

А вот о какой «Старой обезьяне» написала Сэйрин, я понятия не имел. Впервые слышу о таком месте, и даже поиск в сети не дал никакого намека.

Я все-же попытался набрать ее, чтобы выяснить, что она вообще имела в виду, но кроме гудков ничего не услышал. Видимо, она оставила телефон, пока идут съемки.

А еще я так и не понял, зачем мне выносить мусор, если уборщица придет. Но, вздохнув, все же выполнил ее просьбу – в знак извинения за вчерашнее.

Решив не возвращаться домой, я направился в свой новенький офис. Он был хоть и небольшой, но находился в самом центре деловой активности Сеула – в Каннаме, в одном из блестящих стеклянных бизнес-центров, хоть и не первого порядка.

Да, переплатить пришлось изрядно, но в бизнесе имидж порой весит больше, чем деньги. Особенно когда на кону потенциальный партнер, который может передумать, решив, что связываться с конторой, ютящейся где-то на отшибе в обшарпанном здании, – не его уровень. К тому же, заманить толковых специалистов проще, если встречать их сверкающим фасадом, а не облупившейся штукатуркой.

Правда, из-за этого пришлось умерить аппетиты: вместо целого этажа я выкупил лишь сотню метров. Но мне пока больше и не требовалось.

– Директор Ким, решили проверить, как идут работы? – спросил главный прораб Ли, когда я поднялся на этаж и зашел в купленное мной помещение.

Обстановка тут менялась колоссальными темпами. Еще неделю назад все вокруг было цветастым, словно я попал в детский сад. Неоновые полосы на стенах, нелепые граффити с мультяшными персонажами, гигантская стена с пиксельными сердечками – в таком окружении даже серьезный разговор выглядел бы, как сцена из детсадовского утренника. Но теперь тут все кардинально менялось. Вместо ярких красок – строгие оттенки серого и благородного темного дерева Правда, рабочие все еще не успели избавиться от кое-каких «наследий прошлого» – в дальнем углу сиротливо стоял гигантский плюшевый смайлик с улыбающейся физиономией, который, видимо, забыли выбросить.

– Да, мимо проезжал и решил посмотреть, как идут дела, – сказал я, проходя дальше.

Прораб Ли кивнул, отдал указания парочке рабочих, с которыми он о чем-то разговаривал, когда я вошел, и последовал за мной.

– Ваш кабинет уже готов. Не хватает лишь мебели, но ее начнут завозить только после окончания основных работ, – сообщил он.

Кабинет – единственное, что я оставил как есть, настояв, чтобы его не трогали. Сначала стеклянные стены показались мне полным бредом, но, узнав, что их можно сделать непрозрачными одним нажатием кнопки, я решил, что идея не так уж плоха. А вот лиловый потолок все-таки пришлось переделать – с ним я смириться не смог.

Я подошел к панорамному окну и бросил взгляд вниз. Весь район лежал как на ладони: улицы, машины, люди, снующие туда-сюда по своим делам. С высоты они казались крошечными муравьями, марширующими строем по невидимым тропам, даже не подозревая, что их мир – всего лишь гигантский муравейник. В голове сами собой всплыли строки старой песни:

'Муравейник живет,

Кто-то лапку сломал – не в счет.

За спиной послышался приглушенный звук – кто-то явно споткнулся и что-то уронил.

– Чертов смайлик! – крикнул один из рабочих, а затем последовали глухие удары, будто по боксерскому мешку.

Я обернулся и увидел, как один из рабочих с каменным лицом пинает огромную желтую рожицу, которая будто в издевку продолжает ухмыляться, как бы сильно ее ни бил этот мужик.

Немного понаблюдав за избиением несгибаемого в своем позитиве смайлика, я вернулся к созерцанию города.

Глядя на этот вид, я вспомнил об одном незавершенном деле. Достав смартфон, я пролистал список контактов и нашел имя «Настя». Уже собирался нажать кнопку вызова, чтобы провести очередные переговоры, но остановился, подумав, что стоит все же разобраться с этим вопросом так, как я бы сделал в своей прошлой жизни.

Открыв ее страницу в соцсети, я увидел, что там услужливо указано название ее нынешней компании – Кирин Софт.

Спустя несколько мгновений я уже просматривал страницу этой самой Кирин Софт. Компания оказалась не особо публичной и занималась продажей специфического программного обеспечения для разного рода техники. Видимо, дела у них шли хорошо, раз они уже вышли на международный уровень.

Быстро найдя контакты для связи, я набрал номер.

– Кирин Софт, меня зовут Хван А Ри, слушаю, – ответил женский голос.

– Добрый день, А Ри. Меня зовут Ким Тэ-хо, я из Тэхва Групп. Можете соединить с вашим директором? – спокойно произнес я, но тут же пожалел об этом, потому что стоящий неподалеку прораб Ли сразу изменился в лице.

Честно, в последнее время я старался пореже использовать имя семейной компании, и делал я это не из-за гордости. Нет, просто отношение окружающих меня начинало бесить, как только они слышали «Тэхва Групп». Впрочем, даже эту довольно крупную компанию на рынке Кореи знали далеко не все, все же не «Самсунг» или «Хендэ», или на худой конец «Лотте».

– Я пойду потороплю моих ребят, – сказал прораб Ли, покинул кабинет и, судя по всему, начал активно мотивировать рабочих делать все быстрее. Правда, что именно он говорил, я так и не услышал из-за шикарной звукоизоляции кабинета.

– Хорошо, сейчас переведу звонок, – сказала девушка в трубке, даже не поинтересовавшись причиной моего звонка.

– Пак Чон Сок слушает, – раздался голос довольно молодого парня из динамика.

– Я Ким Тэ-хо, младший сын президента Тэхва Групп Ким Джин Хо, – сразу начал я с козырей. – Мне бы хотелось с вами встретиться и поговорить.

В телефоне повисла довольно продолжительная тишина.

– Хорошо, давайте через час. Я буду ждать вас в нашем офисе.

– Простите, но нет, – сказал я. – Давайте встретимся на нейтральной территории. Можете назвать место, и я приеду.

– Я вас понял, – ответил он, а затем назвал адрес небольшого ресторанчика неподалеку от их офиса. После этого я сбросил вызов и вышел из кабинета.

– Уже уходите, директор Ким? – обратился ко мне прораб Ли.

– Да. Так когда можно будет заезжать? – спросил я, наблюдая, как рабочие стали вдвое энергичнее, а желтого, вечно улыбающегося смайлика бережно, но решительно потащили к выходу.

– Две недели… Нет, даже неделя, и мы все закончим! – с энтузиазмом ответил прораб Ли.

– Ну и славненько, – сказал я и, пожелав им удачи, отправился на встречу с Настей.

Уже выходя из офиса, я заметил, как несколько рабочих несут довольно крупные синие буквы – название моего небольшого холдинга, которому я дал гордое, но на редкость бессмысленное имя «Саен Групп». Оно означало «история», но мне просто понравилось, как это звучит.

В ресторанчике итальянской кухни за столиком уже сидел молодой парень, на вид лет двадцати пяти, хотя, скорее всего, ему было больше. Просто по этим корейцам особо и не разберешь: уж слишком любят они ухаживать за собой, так что на деле ему может быть уже и под сорок. Он нервно попивал кофе, то и дело поглядывая на экран смартфона.

– Добрый день, господин Ким.

– Добрый, – отозвался я, без лишних церемоний плюхаясь на стул. Даже не пытался скрыть свою надменность.

Еще во время того заседания совета акционеров «Юхань Фуд» мне нравилось изображать богатого наследничка. Вот только повода для этого не находилось, но сейчас как раз был удачный момент, и поэтому я снова нацепил на себя роль Ким Тэ Хо – недалекого представителя золотой молодежи.

– Так… О чем вы хотели поговорить? – спросил он, явно раздраженный моим поведением.

– У тебя в штате работает некая Анастасия Потапенко? – спросил я, натянув гнусную ухмылку.

– Да, есть такая. Только не понимаю, при чем тут она…

– Уволь ее, – бросил я, словно отдавал приказ.

Он несколько раз моргнул, видимо, пытаясь осознать то, что услышал.

– Простите, что?

– Ты глухой? Уволь ее к чертям. Или мне повторить?

– Но… Почему? Она хороший сотрудник. Я не могу просто так…

– Можешь. И сделаешь. Сколько тебе заплатить? Десять миллионов? Сто? – я лениво потянулся, будто речь шла о покупке жвачки, а не о довольно больших деньгах. – Или ты предпочитаешь потерять всю свою конторку разом?

– Вы угрожаете?

– Да. Откровенно и без стеснения. Если не хочешь, чтобы твоя компания перестала существовать, просто уволь ее. Любая причина подойдет, – сказал я и поднялся, не просидев и минуты, будто вопрос уже решен.

Он заметно занервничал.

– Я…

– У тебя есть десять секунд, – оборвал я, пристально глядя ему в глаза. – Либо ты делаешь, как сказано, либо готовься к последствиям.

Последние слова я подкрепил дарованной от Ма Ри силой. Теперь он не передумает, потому что будет считать, что просто прогнулся под угрозами зазнавшегося мажора, который решил за что-то поквитаться с его сотрудницей.

Парень сглотнул и дрожащей рукой набрал номер.

– Анастасия… Простите, но мы вынуждены с вами расстаться. Это не ваша вина…

Он сбросил вызов и поспешно встал.

– Надеюсь, мы больше не встретимся.

– О, поверь, тебе тоже лучше, чтобы этого не случилось, – усмехнулся я.

Уходя и глядя, как этот парнишка сидел с опущенной головой, я на миг почувствовал себя настоящим злодеем. Но тут же отмахнулся от этой глупой мысли. Вспомнил, что моя неизменная помощница скоро вернётся – и одно только это сразу подняло мне настроение. А что я задел его гордость? Пустяки. Молодой ещё, переживёт.

В отличном настроении я вышел из ресторанчика. Как-никак, надо еще успеть на концерт Сэйрин, да и Чон Ука уломать пойти со мной – неохота сидеть в окружении пустых мест. И тут я почувствовал, как что-то слегка надавило мне на темечко.

– Опять ты? – проворчал я, даже не переживая, что кто-то примет меня за сумасшедшего. Как-никак, в городе полно разговаривающих по телефону через гарнитуры, правда и психов, думаю, тоже хватает.

– Да… Господин, Габу умоляет больше не водить его к той страшной особе, – раздался булькающий голос.

– Сам виноват, – отозвался я, а потом, вдруг вспомнив одну вещь, спросил:

– Слушай, а ты знаешь, кто или что такая эта «Старая обезьяна»?

Глава 5

– И как такое еще осталось тут? – спросил я жабу, когда отыскал среди высоток Каннама старенькое и уж слишком выделяющееся здание в пару этажей, на входе в которое красовалась потрепанная вывеска: «Старая обезьяна».

Что интересно, оно находилось в паре минут от здания, в котором я купил помещение для своей новой фирмы. И как я его раньше не заметил?

– Габу дальше нельзя, Габу не достоин, – сказала жаба и спрыгнула с моей головы. – Габу подождет вас здесь, господин.

– Да можешь не ждать, – сказал я, открыл старенькую деревянную дверь и вошел во внутрь.

В тот момент, когда дверь захлопнулась за моей спиной, на меня одновременно уставились несколько пар глаз. Честно говоря, я испытал разочарование. Направляясь сюда, я ожидал чего-то таинственного, почти мистического… а оказался в задымленной задрипанной забегаловке с затхлым воздухом и пожелтевшими стенами.

– Ха, да это же лисенок! – приподнялся мужик лет сорока, лежавший на одном из столиков. На нем была видимо когда-то белая рубашка, теперь украшенная несколькими крупными желтыми пятнами. Сам он выглядел как бродяга, не мывшийся месяцами.

Услышав эти слова, посетители за столиками начали внимательнее присматриваться ко мне, некоторые даже принялись о чем-то перешептываться между собой. Но как я ни старался, разобрать их слова не удавалось – будто что-то невидимое мешало мне это сделать.

Сделав вид, что мне нет до них никакого дела, я решительно направился к стойке, за которой стояла та самая Старая Обезьяна. Попав в это тело, я успел повидать немало странного, но каждый раз меня коробило от вида этих существ. В них было что-то противоестественное, отталкивающее. Тем не менее я подавил это чувство и уверенно подошел к стойке.

– Хозяин, можно мне тарелку вашего жареного риса? – спросил я, усаживаясь за стойку, как меня ранее проинструктировал Габу. Правда, все его знания об этом месте были чисто теоретическими, ведь ему, как низшему духу, вход сюда был закрыт. Однако он не раз слышал, что для того, чтобы завести дела с хозяином этого заведения, нужно отведать его жареного риса – это своего рода испытание на чистоту намерений. Что произойдет с тем, кто попробует этот рис, скрывая, скажем, кинжал за пазухой, Габу не знал. Но явно ничего хорошего.

Обезьяна взглянула на меня сквозь густые седые брови, что-то хмыкнула себе под нос и отвернулась. Спустя пару мгновений передо мной с легким стуком приземлилась плошка с невероятно аппетитным на вид рисом. Золотистые зерна поблескивали, словно вырезанные из янтаря, а тонкий аромат специй и кунжутного масла щекотал ноздри.

Даже не знаю, безопасно ли это есть, но уж очень хочется. Этот чертов рис будто манил меня его отведать, а рот сам собой наполнился слюной.

Взяв украшенные причудливым узором палочки с чуть потертыми краями, я бросил взгляд на хозяина заведения – тот уже возился с какой-то тряпкой, будто меня тут и не было. Затем я обвел глазами зал: все с интересом наблюдали за мной, будто вот-вот случится что-то интересное. Наконец, я снова посмотрел на дымящуюся паром плошку риса.

И чего они все уставились? Может, Габу меня обманул, решив отомстить за своего бывшего хозяина? И как только я попробую этот рис, отправлюсь, как там говорила Ма Ри, в какой-то круг… Не хочется, конечно, но отступать уже некуда. Я вздохнул, пробормотал:

– Ну, приятного, – и, взяв палочками всего несколько блестящих рисинок, осторожно положил их в рот.

Против этой обезьяны, о которой я узнал лишь сегодня, я, конечно, ничего не замышлял, но страх все равно грыз меня изнутри – вдруг эта еда и правда может меня прикончить? Может, где-то в глубине души я вообще недолюбливаю обезьян, кто знает.

Неуверенно проглотив пару рисинок, я замер, выжидая секунд тридцать. Лишь убедившись, что ничего страшного, похоже, не случится, я продолжил есть – но все равно с опаской, будто каждый кусочек мог стать последним. Рис оказался чертовски вкусным… нет, даже больше – самым вкусным, что я пробовал в жизни. И все же этот обед не принес мне ни капли удовольствия.

– Так что тебя привело сюда, слуга Белой Лисы? – не успел я положить палочки, как ко мне обратился хозяин заведения, пристально уставившись мне в глаза.

– Чужак. Мне нужно найти его, – сразу перешел я к делу, не видя смысла в лишних представлениях.

– Гость издалека… Да, я слышал о нем, – задумчиво протянула обезьяна, почесывая подбородок.

И чего он этот спектакль устроил? «Слышал» он о нем… Он даже знает, кто я, и не поверю, что не в курсе, что меня впрягли избавиться от этого африканского людоеда или кто он там вообще.

Ага, с далеких… Прям твой дальний родственник, – захотелось мне сказать, но я сдержался. Хотя это вряд ли можно посчитать каким-нибудь расизмом – обычно сравнение идет наоборот.

Не успел я подумать об этом, как в животе что-то булькнуло. И как теперь понять – несварение у меня от этого риса или это реакция на недобрые мысли об обезьяне?

– Я не могу тебе с этим помочь, – сказала обезьяна.

И зачем тогда это шоу с рисом? Он же и так знал, зачем я пришел. В последнее время мне вообще кажется, что каждая собака, а в этом случае обезьяна, знает о моей жизни больше, чем я сам.

– Понятно, – ответил я и уже собрался уходить. Времени у меня было не сказать чтобы много – еще надо успеть на концерт Сэйрин, чтобы она мне что-нибудь не отчекрыжила. Да и Чон Ука подводить не хотелось – он согласился и даже собрался прихватить с собой свою Шин Ок.

– Стой. Я лишь сказал, что не могу помочь, но не сказал, что не знаю того, кто сможет, – сказал обезьяна, почесывая свой мохнатый подбородок.

– Сколько? – спросил я, понимая, на что намекает это существо. За информацию о том, кто может мне помочь, придется платить. На самом деле, что в обычном мире, что в этом – всему есть своя цена, и различия лишь в валюте. Там я легко могу воспользоваться деньгами, а вот тут, насколько я понял, больше ценятся услуги.

– Равный обмен. Одна просьба, – сказала обезьяна, подняв вверх длинный, иссушенный временем палец.

– У меня, конечно, нет вашего риса, чтобы это проверить, но просьба не должна навредить ни мне, ни моим близким. И ее выполнение не должно поставить меня в трудное положение, – ответил я, прекрасно понимая, что в таких сделках условия лучше уточнять сразу. А то еще скажет прыгнуть в вулкан ради жертвы какому-нибудь божеству… И что, это тоже «одна просьба»?

– Кто-то подсказал тебе? – усмехнулась обезьяна, глядя мне в глаза.

– Нет. Я просто людям доверять не умею. Ну… не только людям, – честно ответил я. И нет, я не параноик, который везде ищет подвох, я просто стараюсь быть к нему готовым, а случится он или нет – как раз зависит от оговоренных условий или добавленных пунктов в договор. Ну и в некоторых случаях влиятельных людей, которые одним своим присутствием в сделке полностью убирают риски. Ну кто, например, захочет кинуть главного прокурора города, который в доле, или даже ушедшего на покой бывшего криминального авторитета?

– Я понял тебя. И это в нашем мире самый правильный способ выжить… Правда, не самый счастливый, – сказала обезьяна и покосилась на свой вок.

И да, эта обезьяна, наверное, самое недоверчивое существо, которое я встречал. Как-никак, каждого, кто приходит к нему, он заставляет пройти проверку.

– Ну так какова будет просьба? – спросил я.

– Товарищ Мао перебрал с выпивкой. Проводи его домой, – сказала обезьяна и посмотрела на того самого пьяницу, сидевшего в дальнем углу, точнее, лежащего на столе в полубессознательном состоянии.

Вот же… – ругнулся я про себя и, долго не думая, двинулся к товарищу Мао.

– Постой, Ким Тэ Хо. Ты забыл оплатить за еду, – положила мне руку на плечо Обезьяна.

– Сколько?

Обезьяна подняла пять пальцев. Я положил на стойку пять тысяч вон, но она покачала головой, снова показала пять пальцев и добродушно улыбнулась. «Да ты не старая обезьяна, ты жадная обезьяна», – подумал я, но вслух этого говорить не стал. Вместо этого я достал одну желтую купюру номиналом в пятьдесят тысяч и положил ее на прилавок.

Думая о том, что на эти деньги я, будучи стажером в отеле, мог бы питаться целую неделю, я все же направился к товарищу Мао. Не раздумывая долго, я подхватил его под плечи и приподнял.

– Лисенок, знаешь, я тебя ненавижу, – сказал он и, подхватив бутылку соджу со стола, осушил ее до дна.

И что с ним не так? Я его, вроде, впервые в жизни вижу, чтобы успеть с ним поссориться. А еще жуткий запах пота ударил мне в нос.

– Да-да, топай давай, – сказал я, не собираясь особо с ним разговаривать или выяснять причину его нелюбви ко мне. С тех пор как я попал в это тело, я уже привык, что меня многие ненавидят за одно мое существование, так что еще один недоброжелатель погоды не сделает. Да и в прошлой жизни врагов у меня было достаточно.

Поклонившись одной головой на прощание Обезьяне, я кое-как выволок Мао на улицу и вдохнул свежий воздух, который показался мне даром богов – потому что хоть немного развеял вонь от этого пьяницы.

– Господин Мао! – воскликнул Габу, устроившись у меня на голове.

– Вы знакомы? – спросил я жабу.

– Да, это господин Мао. Он старый друг хозяина Кэ Гу… Точнее, был его другом, – загрустил Габу у меня на голове.

– Поплачь еще, – буркнул я, не собираясь сочувствовать ни жабе, ни этому Мао. Ну, хоть причина его нелюбви ко мне стала понятна.

– Не друг он мне, но собутыльник он был отличный, и где мне еще одного такого найти, – сказал Мао, приподняв голову и уставившись на Габу, а после добавил: – А ты вообще предатель.

– Я должен спасти наследие Хозяина! – попытался оправдаться Габу, но, видимо, Мао было до этого никакого дела.

– Карма, она ничего не забывает, – пробормотал Мао себе под нос.

– Хватит ныть, лучше скажи, где этот алкаш живет, – обратился я к жабе.

И, на удивление, Габу назвал мне точный адрес. А я ожидал, что он начнет говорить что-то вроде «я не знаю адрес, но там дерево такое и памятник». Ну, хоть какая-то польза от этого прилипалы.

С такси дела обстояли куда хуже – никто не останавливался, как я их ни махал руками. Честно говоря, я бы на их месте поступил так же: господин Мао выглядел чуть лучше бомжа, а если бы водители знали, как от него разит, точно бы газу прибавили.

– Да надоело, – буркнул я и шагнул прямо перед мчащимся такси. Машина взвизгнула тормозами, остановившись в нескольких сантиметрах от меня. Дверца сзади распахнулась, и из салона выбралась дорого одетая тетка.

– Проваливай, – бросил я, глядя ей прямо в глаза.

Она на миг замерла, а после резко развернулась и поспешила прочь, даже не оглянувшись. А, эта сила действительно удобная… Почему же я так редко ею пользовался?

– А деньги⁈ – выскочил таксист вслед за аджумой.

Я воспользовался моментом и закинул Мао на заднее сиденье.

– Я заплачу! – крикнул я таксисту, который уже почти догнал женщину.

Чтобы доехать, мне пришлось еще раз воспользоваться силой – потому что из-за смрада бедолага-водитель ни в какую не хотел везти нас.

Спустя полчаса езды, пока я высовывал голову в окно, как какая-нибудь собака, мы наконец добрались до дома Мао. Он оказался неожиданно неплохим особняком – явно богатом, в районе.

– Знаешь, он был хорошим собеседником. А ты… – уже в дверях зло посмотрел на меня Мао.

– Да хоть женой, – отрезал я.

Оправдываться перед этим товарищем Мао я точно не собирался. Будь все чуть менее удачно, меня бы уже давно похоронили. Так что я еще держал себя в руках – и, признаться, с трудом, чтобы не врезать ему как следует. Ну, правда, еще меня останавливал здравый разум. Кто знает, на что эта пьянь вообще способна.

Попрощавшись с товарищем Мао, я заметил, что такси, на котором мы приехали, уже уматало. Впрочем, это, наверное, и к лучшему – вонь от этого отброса еще долго будет выветриваться из салона.

– Господин Мао хороший, – сказал Габу.

– Так проваливай к своему господину Мао, – рявкнул я.

Этот Мао меня просто взбесил. И даже не тем, что он был другом той жабы. Нет, он просто всколыхнул во мне мерзкие воспоминания о моем папаше и его друзьях собутыльниках, которые потом еще долго приходили, рассказывали, какой он был хороший человек, и неизменно просили денег на выпивку.

На удивление, жаба послушалась моих слов и куда-то пропала. Видимо, пошла к своему «хорошему» Мао. Ну и отлично – меньше проблем с ней будет в будущем.

Вот черт.

Я посмотрел на часы и понял, что не то что домой не успеваю переодеться – я вообще на концерт опаздываю. А кто знает, что Сэйрин мне устроит, если я в итоге не приду. И стоило мне об этом подумать, как раздался звонок. Как раз от нее.

– Я думал, ты занята подготовкой к выступлению, – спросил я.

– Да вот, решила набрать. Удостовериться, что кто-то не забыл.

– Не забыл! Вот уже стою напротив концертного зала, – не моргнув глазом, соврал я.

– И как он выглядит?

– Кто?

– Концертный зал.

– Ну… зал как зал. Светится тут все… О, вот и мои друзья! Ладно, целую, и удачного выступления, – выпалил я и сбросил вызов.

Не успел я убрать смартфон в карман, как раздался писк входящего сообщения.

«Если не придешь, я тебе… ну, ты сам знаешь» – гласило сообщение.

Вот знал же, что не стоит ее злить. И кто меня тогда за язык тянул рассказывать ей, для чего я тогда решил машину одолжить?

Снова не успел я убрать смартфон, как раздался еще один гудок. Но на этот раз, к счастью, это был всего лишь Чон Ук.

«Хен, мы уже тут. Ты где?» – гласило короткое сообщение.

Да в *****! – выругался в душе я, но ответил уже нормально: «Скоро буду»

До места, где должен был состояться концерт, было не так уж далеко. Это оказался тот самый зал, в котором Сэйрин выступала в день нашей первой встречи. И он как назло не светился, и как я мог забыть, что уже бывал тут? А все этот Мао виноват.

– Привет, салага, – сказал мне с ухмылкой менеджер Ким, которого я тут точно не ожидал увидеть.

– А его сюда каким ветром занесло? – спросил я у Чон Ука.

– Хен… – начал Чон Ук.

И мне это что-то напомнило. Правда, тогда нежданными гостями были две девушки, одна из которых сейчас стояла рядом с ним и держала его за тощую руку. И чем он ее привлек, до сих пор не понимаю?