Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Корнеев

2

Дорога в Хогвартс прошла без происшествий. Я приехала с большим запасом времени и свободно прошла на платформу. Ни рыжих, ни белых макушек в толпе не видела, как и подозрительных очкариков. Хотя и толпы особо еще не было. Лишь несколько семейств неспешно загружали отпрысков в вагоны. Так что без суеты выбрала себе пустое купе в вагоне для первокурсников и занесла туда свои вещи.

Позже ко мне присоединилась пара незнакомых по книге девчонок. Они предложили закрыть купе, чтобы больше никто не подсел. Так что и поиск жабы, и дорожные разборки Поттера и Малфоя прошли мимо меня, если здесь они действительно были.

Дверь мы открыли позже, когда подъехала тележка со сладостями. Я набрала себе побольше шоколадных лягушек и сахарных перьев, а от всевкусных драже и котлокексов отказалась. Кексы мне никогда не нравились, а многообразие вкусов драже – настораживало.

Поттера впервые увидела в коридоре, где мы ждали, когда нас пригласят на распределение по факультетам. Особого впечатления он не произвел. Мелкий, тощий, но выглядел довольно прилично, без скотча на очах и вещей не по размеру. Взгляд настороженный и колючий, а не наивно-восторженный. Не похож он на того героя, который у Роулинг безропотно шел на смерть ради всеобщего блага. Этот парень скорее себе на уме, но может это и к лучшему.

Пока нас вели через Большой зал будущие первокурсники восхищались красотами потолка, а я внимательно рассматривала преподавателей, пытаясь вычислить Флитвика. В принципе, мужская половина педсостава была узнаваема. Дамблдора на троне не заметить невозможно. Хагрид встречал нас в Хогсмиде. Остается Квирелл в тюрбане, Снейп – весь в черном, и собственно Флитвик. На заднем фоне маячил Филч с миссис Норрис, но они не в счет.

«Когтевран или Гриффиндор?», – думала я всю дорогу к преподавательскому столу. В принципе, Флитвик выглядел не таким жутким, как гоблины в Гринготсе, но все же что-то хищное в нем проскакивало. Да и помнится, Луну Лавгуд он даже не пытался защищать от нападок на факультете. Даже когда дошло до откровенного воровства и порчи имущества. Значит логика у него не совсем человеческая.

Если посмотреть с другой стороны, на одной чаше весов не очень понятный и приятный Флитвик, а на другой – опасные для жизни приключения в компании избранного и откровенная вражда со Слизерином. За избавление от таких «бонусов» можно и потерпеть причуды полугоблина.

– Гермиона Грейнджер, – вывела меня из раздумий Макгонагалл.

Я прошла к табурету и замдиректора надела на меня распределяющую шляпу. «Многоуважаемая шляпа, можете отправить меня на Когтевран?», – мысленно обратилась я к древнему артефакту.

– Гриффиндор! – Заорала шляпа, вместо ответа на мою просьбу.

«Вот же ж старая ветошь!», – успела возмутиться я до того, как Маккошка сдернула с меня головной убор. Что ж, улыбку на лицо и изображаем неземную радость.

Стол ало-золотых встретил меня аплодисментами и я заняла место рядом с Лавандой Браун, которая распределилась чуть раньше. Вскоре с другого бока на скамейку села Фэй Данбар. А за ней подтянулась и Парвати.

Если и были в распределении какие-то отличия от канонного, я их не заметила. Поттер, Долгопупс и Уизли достались нам, Малфой, Кребб и Гойл – Слизерину. Мои попутчицы по Хогвартс-экспрессу отправились на Пуффендуй, хотя особой дружелюбности я в них не заметила. Может им просто не хватило храбрости для Гриффиндора или хитрости для змеиного факультета.

Дамблдор представил Квирелла, предупредил об опасности коридора на третьем этаже, а дальше нас наконец-то накормили, после чего отправили по спальням.

Первые недели пролетели, как в тумане. Мы постоянно куда-то бежали и вечно опаздывали. Найти теплицы, библиотеку или зельеварню – настоящий квест. Сначала нам должны были помогать старосты. Но никто не горел желанием провожать малышню до дверей нужного кабинета, чаще нам просто указывали направление и перечисляли нужные повороты и ориентиры. Вот только исчезающие двери и вредные лестницы, меняющие свое положение, вносили свои коррективы.

– Гермиона, ты в библиотеку? Подожди меня, – попросил Долгопупс, собирая со стола свитки.

– Да, Невилл, мне надо дописать эссе по трансфигурации.

Я действительно собиралась в библиотеку, только не за материалами для эссе. Мне нужна была информация о других магических школах, законах и традициях этого мира, параллельно я штудировала старые подшивки газет, собирая крупицы знаний о семье Поттеров и деятельности Дамблдора и Волдеморта.

Делать это я старалась незаметно, брала десяток книг по самым разным темам, но читала только одну-две, действительно нужных. Вот только из-за вечных стопок книг, которые меня окружали в библиотеке, на Гриффиндоре я прослыла заучкой и книжным червем.

Доказать обратное я не могла, тем более, что учеба давалась мне легко. Задания и учебники были рассчитаны на одиннадцатилеток. Прочитать параграф на пару листов – задание на пять минут. Самым сложным считались эссе, которые надо было писать не менее, чем на два фута. Для себя я это называла изложением длиной в обычный тетрадный лист – максимум полчаса работы. Вот и выходило, что на всю домашку я обычно тратила не больше полутора часов.

* * *

К концу сентября я поняла, что устала от окружающих. Интроверт по натуре, я уже мечтала об одиночестве. Но в Хогвартсе практически невозможно уединиться где-либо кроме ванной комнаты. Все помещения – общие.

В спальне всегда есть кто-то рядом, про гостиную факультета или Большой зал и говорить нечего. Можно было засесть в пустом классе, но туда постоянно норовили вломиться. Чаще всего Филч, близнецы Уизли или Снейп. Дольше пятнадцати минут ни разу не удалось там просидеть в одиночестве. Это угнетало. Ведь это телом я ребенок, но разумом – взрослая дама. И круглосуточное нахождение в толпе эмоционально нестабильных подростков стало для меня проблемой. Еще немного и пойду вразнос.

Плетение фриволите стало бы для меня спасением, вот только, где его плести, так чтоб никто не мешал? Пробовала сидя в кровати закрывать балдахин, но за тяжелыми бархатными шторами быстро становилось душно. В нишах коридора или пустых классах – постоянно кто-то отвлекал. Я сбивалась с подсчета узлов и приходилось распускать плетение, отчего я не успокаивалась, а только сильнее нервничала. Оставался вариант с Выручай-комнатой, но туда я идти опасалась, чтоб избежать лишних вопросов. Мне уже кухни хватило.

Да, мне надоел тыквенный сок и я решила выпросить у кухонных эльфов термос с горячим чаем и уйти с ним к озеру, в надежде, что хоть там меня найдут не сразу. Но на мою беду в то же время в кухню явился Снейп.

– Мисс, Грейнджер, что вы здесь делаете? – Строго посмотрел на меня зельевар.

– Я пришла попросить чай. Или какао, – пискнула я, пытаясь вспомнить, есть ли в уставе Хогвартса запрет на посещение кухни.

– А откуда маглорожденная первокурсница, знает о тайном проходе? – Его голос стал более подозрительным.

Я же смотрела на него, и пыталась придумать ответ. Ведь буквально вчера вечно голодные Рон Уизли и Дин Томас пытались выведать эти данные у Перси. Но правильный братец Рональда вместо координат прочитал им лекцию о режиме дня и о том, что есть надо исключительно за завтраком, обедом и ужином. А значит, если кто на факультете и знал об этом секрете, вряд ли б он поделился со мной этой тайной.

– Я все еще жду ответ, – Снейп напомнил, что пауза затянулась.

– Случайно подслушала чужой разговор, когда сидела в нише, – «призналась» я, опустив глаза.

Разговор я действительно подслушала, только он был совсем не о кухне. Малфой успокаивал рыдающую Паркинсон, которой родители сообщили, что ей придется выйти замуж за Драко. Блондин уверял свою однокурсницу, что она хорошая, но он тоже не желает на ней жениться. Вот только проклятие рода прогрессирует, снять его никто не может. И лишь правильные расчеты на совместимость позволяют не прерываться семейному древу блондинов. Конец беседы я не услышала, но общую идею уловила. А там, где секретничают одни, вполне могли б делиться информацией и другие.

– Чей разговор? – Наседал декан Слизерина.

– Я не знаю. Это было на втором этаже, там ниша за углом коридора и не видно говорящих. По голосу, какие-то мальчишки. – Я всеми силами пыталась говорить правдоподобно и при этом не смотреть в глаза этому легилименту. Мало ли.

Снейп скрипнул зубами, резко развернулся и вышел из кухни, ничего на это не сказав. Из чего я сделала вывод, что бывать на кухне все-таки можно, при условии, что ты ее найдешь. Я тоже решила не афишировать свои знания, а термос, который мне вручили перепуганные эльфы, спрятала в сумку.

Не знаю, как остальные преподаватели, но Снейп явно провел беседу со своими змейками по поводу подозрительного закутка. Потому что на следующий день, идя по коридору второго этажа, я увидела, как из «моей» ниши выбирается пара незнакомых слизеринцев.

– Опять никого, – заявил крепыш напарнику.

– Ничего. Поймаем шпиона. – Уверенно ответил ему второй змей.

Тут они оба заметили меня, но я с уверенным видом свернула в туалет плаксы Миртл. Хотя до этого момента посещать его опасалась. Ну, а теперь, раз выбора не было, решила обследовать, пока хозяйка данного помещения где-то гуляла.

Змейка на кране была. Только на одном, что подтверждало теорию о василиске. Да и, если присмотреться, были видны тонкие пазы вокруг змеиного умывальника. Я намочила руку и поднесла ее к щели, легкий прохладный ветерок пробежал по пальцам. Сквозняк. Стало жутко и я отдернула руку. А через пару минут поспешила вернуться в коридор, решив сюда заходить лишь в самом крайнем случае.

Детективов-слизеринцев в коридоре уже не было. Но «моя» ниша себя явно скомпрометировала, опять надо искать новое место для отдыха от людей и плетения кружева.

Такое место нашлось случайно через две недели. Невилл притащил свою жабу на завтрак. А потом понял, что не успевает вернуть ее в спальню, потому что первым уроком у нас его любимая травология. Так что в теплицу гриффиндорцы явились еще и с питомцем. Помона Спраут была не особо довольна, но позволила Тревору остаться. Чтоб жаба не мешала ее посадили в высокий горшок под плодовой смоковницей.

Урок прошел хорошо, но когда мы выходили из теплиц Нотт «случайно» уронил горшок, Тревор испугался и поскакал к двери. Пока Невилл пробрался через «ненароком» образовавшуюся толпу слизеринцев, свободолюбивый жаб уже бодро прыгал к дальней теплице.

– За пятой теплицей начинается Запретный лес, – заметила Лаванда Браун.

– Надо помочь Долгопупсу, пока его питомец не сбежал, – предложила Парвати, и мы все побежали за Тревором

Вместе мы смогли загнать жабу в угол между большим камнем и стенкой теплицы и Невилл сумел ее поймать.

– Пошли отсюда, а то до леса не больше пяти метров. Сейчас или оборотень какой-нибудь выскочит или Снейп явится и баллы снимет за то, что тут ходим, – сказала я, поправляя мантию после погони.

– Ну, нет. Здесь защитные чары на границе леса, видишь кромка светится, – Лаванда указала на еле заметную радужную полоску на земле. – Опасных зверей они не пропускают. А вот белки, единороги или нюхлеры пройдут свободно в любую сторону. Этим зайцы часто пользуются, если встречают хищника, бегут сюда и прячутся за гранью.

– А человек может пройти? – Уточнил Невилл.

– Может. И пройти, и даже опасного зверя с собой привести. Считается, что человек разумен и понимает, что делает. – Пояснила Лаванда.

А я подумала, что именно поэтому в каноне тролля на Хэллоуин никто не ждал. Но значит Дамблдор был обязан понять, что это диверсия. Зачем тогда всех по спальням отправлял, если понял, что у тролля есть сообщник? Мало ли кого он еще привел из запретного леса.

– Чары от хищников – это хорошо, но чар от Снейпа у нас нет, как и от снятых баллов, так что пошли отсюда. Нам вряд ли можно здесь находится, – заметила я.

– В уставе Хогвартса написано, что нам нельзя выходить за территорию школы. Но никто не запрещает приближаться к границе или гулять в любом месте школьного парка, – уверенно заявила Парвати, но все-таки развернулась и пошла в сторону школы.

Я же внимательно рассматривала закуток за теплицей. С одной стороны его закрывали кусты, с другой стена, а с третьей был Запретный лес. Узкий вход был совсем незаметен со стороны Хогвартса. То, что кто-то тут есть можно было увидеть только из самой дальней пятой теплицы. Но здесь занимались только семикурсники и личные ученики Помоны Спраут, которые помогали выращивать опасные растения для зелий Снейпа.

Это место было бы идеальным для моих целей. Сравнительно небольшая полянка, не больше тридцати квадратов. Ровная земля, не слишком высокая трава. И полное уединение. Единственный недостаток, который все портил – погода. Приближался Хэллоуин и на улице с каждым днем все заметнее холодало. На земле уже не посидишь, а лавочек и бревен тут нет.

Я с сожалением кинула последний взгляд на укромную полянку и пошла за остальными охотниками на Тревора. А потом вспомнила, что я теперь волшебница, ведь есть же чары обогрева. Или нет? Помнится, в каноне во время квиддичных матчей и турнира трех волшебников все мерзли.

– Мне срочно нужно в библиотеку, – заявила я.

– Кто б сомневался, – рассмеялась Лаванда. – Только сейчас у нас трансфигурация, а потом обед и чары.

– Ладно, – смирилась я, – после уроков пойду.

Все рассмеялись и поспешили на занятие к Макгонаггал.

В библиотеку я таки попала. И даже заклинание нашла, хоть и не сразу. Но оказалось, что не все так просто. При наложении его на себя, получалось просто повышение температуры тела, как при болезни. И ничем хорошим это не заканчивалось.

Можно было наложить на одежду, но там тоже куча ограничений из-за того, что большинство мантий шилось при помощи магии. Выходил конфликт заклинаний. А если на одежду дополнительно наложены какие-либо чары или на ней вышиты рунные цепочки для защиты или от загрязнений, то проблем от такого обогрева было больше, чем пользы.

Маги это заклинание использовали своеобразно. Например, накладывали его на мягкую игрушку, а уже ее давали ребенку в качестве грелки. Либо же покупали какой-нибудь предмет гардероба в магловском магазине, специально, чтоб накладывать на него обогревающее заклинание. Чаще всего это был шарф или перчатки.

У меня же вся верхняя одежда была из магазина Малкин, и для этих целей не подходила. Не накладывать же заклинание на нижнее белье. Трусы с подогревом – это перебор. Зато у меня был магловский плед.

Я долго от него отказывалась, но мама мне его все равно всучила, потому что «знаю я эти шотландские замки, там одни сквозняки». Спорить с родительницей было бесполезно, и плед был уложен на дно сундука, где до сих пор лежал невостребованным. Вот только таскать туда-обратно через весь замок объемное одеяло – не лучшая идея. Следующие несколько дней я все свое свободное время училась его трансфигурировать в носовой платок и обратно.

– Зачем ты это делаешь? – Спросила Лаванда, наблюдая за очередной неудачной попыткой превратить плед.

Вернее попытка была не совсем неудачной. Носовой платок у меня получился. Вот только размером с плед.

– Придумай мне правдоподобную ситуацию, в которой у тебя с собой есть коробок магловских спичек, а тебе вместо них нужна иголка? – С иронией спросила я.

Лаванду мой вопрос ввел в ступор. Она несколько раз открывала рот, чтобы выдать версию, но закрывала его обратно.

– Вот и я об этом, – кивнула я головой. – Вероятность того, что мне понадобится взять с собой куда-нибудь объемное одеяло гораздо выше, чем то, что я буду трансфигурировать себе иголку, вместо того, чтобы воспользоваться простеньким «Репаро».

Лаванда хмыкнула и достала из кармана носовой платок. После чего попыталась превратить его в плед. Следом за ней в эту же игру начала играть Парвати.

* * *

В ближайшую субботу я проснулась, как можно раньше, заскочила на кухню за корзинкой для пикника. Эльфы были щедры, мне достались не только бутерброды и какао, но еще несколько эклеров, пара отбивных и даже немного фруктов.

Замок еще спал, поэтому до укромной полянки я дошла без приключений. Достала из сумки платок. Расцветка у него осталась клетчатой от пледа, тот самый шотландский тартан, но это был именно носовой платок.

– Фините Инкантатем!

Плед вернул свой первоначальный вид. Я расстелила его на траву и наложила заклинание обогрева. Убедилась, что меня не видно со стороны замка и наконец-то спокойно засела за плетение кружева.

За теплицами я провела весь день, вернувшись обратно только к ужину. И то потому что уже начало смеркаться и плести стало неудобно. Да и темный лес откровенно пугал. За эти несколько часов свободы я отдохнула так, будто неделю в отпуске на пляже загорала. Медитативное вязание узлов заставило меня расслабиться и выкинуть лишние мысли из головы. А одиночество и тишина наполнили тело энергией. Хорошая перезагрузка.

3

События канона шли своим ходом, но для меня они были лишь фоном. Я не обращала внимания на то, что Поттер вечно цапался со Снейпом и Малфоем. Без особого восторга восприняла назначение Гарри ловцом. Равнодушно наблюдала за вызовом на дуэль и ее последствиями.

Единственное, событие, которое я посчитала важным – это возможное появление тролля. Так что в канун Хэллоуина ни на шаг не отходила от Лаванды и Парвати во время уроков, а после безвылазно просидела в гостиной факультета до самого ужина, на который отправилась в толпе первокурсников.

И естественно я даже не пыталась исправлять заклинания Рона на чарах. Нравится ему говорить «ЛевиосА», а не «ЛевиОса» – его проблема. Пусть Филитвик его поправляет. В конце концов полугоблину за это платят, а не мне.

Тролль был и даже зачем-то разгромил тот самый туалет плаксы Миртл. Пострадавших вроде не было, да и Поттер с Уизли весь праздничный ужин просидели рядом со мной за столом. А потом и в гостиную факультета они тоже вернулись вместе с остальными первокурсниками под предводительством старосты.

Но после этих событий к героическому тандему прибилась какая-то второкурсница по имени Линда. Так что гриффиндорское трио таки сложилось, пусть и в несколько другом составе. Меня это полностью устраивало.

Я же спокойно училась, не привлекая к себе лишнего внимания, а для снятия стресса пряталась за теплицей с челноками и нитками. И собиралась это делать до получения СОВ, после чего покинуть Англию и закончить образование в другой стране, вероятнее всего, в Штатах. Я не знаю французского, чтоб ехать в ближайший Шамбартон, в англоязычную Австралию меня вряд ли отпустят, как и в другие далекие колонии.

Была еще одна проблема, о которой я старалась не думать. Во всех иностранных школах бесплатно учили только своих. Мне же придется платить. И за обучение, и за общежитие, и за питание. В среднем выходило около двух тысяч галеонов в год. Плюс нужны деньги на дорогу, вещи и учебные принадлежности. То есть на шестой и седьмой курс в сумме надо минимум тысяч пять. А это двадцать пять тысяч фунтов. Цена очень приличного авто или же стоимость половины дома. Грейнджеры не бедствуют, но захотят ли они платить за «махание палочкой»?

По-хорошему, мне бы найти собственный источник дохода. Нормального, а не в размере десятка фунтов за кружевной браслет. Иначе я нужную сумму до пенсии собирать буду. Кстати, а есть ли у магов пенсия?

Моя идиллия продлилась до середины ноября. А потом на мое убежище случайно наткнулся Хагрид, вернее его пес Клык.

– А чего это ты тут делаешь? – Спросил меня удивленный лесник, которого позвал лаем неугомонный кобель.

– Отдыхаю, – мне не удалось скрыть досаду в голосе.

– Так дождь же, – Хагрид с сомнением почесал в затылке.

– Я заклинание магического зонтика использую, и плед подогреваю.

– Так лес же. Не боишься?

– А разве опасные звери могут выйти за защитную черту? – Я указала взглядом на едва заметную границу.

– Нет. Что ты? Дамблдор каждый год защиту обновляет. Великий человек наш директор.

Что «великого» в том, что Альбус выполняет свои прямые обязанности – я не поняла. Но спорить с лесником не стала.

– Тогда мне нечего бояться? Я ж в лес не хожу, – фыркнула я.

– Ты. Это правильно. Не ходи.

– Не буду, – дала я слово.

Хагрид еще потоптался, но помявшись не нашел, что сказать и увел Клыка. У меня же пропало все настроение. Пришлось убирать свое плетение в сумку, трансфигурировать плед обратно в клетчатый платок и возвращаться обратно в замок.

Как я и подозревала, лесник меня сдал.

Сначала со мной провела беседу Макгонаггал, но ей хватило моего обещания не выходить за защитную границу. Мне вообще показалось, что ей немного наплевать на обитателей гриффиндорского факультета, лишь бы мы не убивались и не мешали ей заниматься своими делами.

Потом ко мне за теплицы начал таскаться Снейп. Он попытался запретить мои посиделки, но к тому моменту у меня уже было разрешение от Маккошки. Зельевар сильно возмущался, снял баллы, но выгнать меня не смог. А наша стерва на зло этому склизкому змею отстаивала мое право сидеть на самой границе Запретного леса.

Летучий мыш не успокоился, а стал регулярно проверять мое убежище, пытаясь подловить меня на несанкционированном походе в лес. Поймать меня с поличным не вышло, но его регулярную беготню к теплицам заметили. Ко мне началось паломничество всех скучающих.

– Ой, а что ты такое делаешь? – С интересом спрашивала Лаванда.

– А меня научишь? – Парвати разглядывала готовый мотив.

– Сплетешь такие серьги на Рождество для моей бабушки? – Интересовался Невилл.

Я же только успевала отвечать на вопросы, что это и зачем оно мне. Но после того, как я четко обозначила, что никому ничего просто так плести не буду. И учить тоже никого бесплатно не буду. На меня немного обиделись, но отстали.

А потом ко мне за теплицы забрели слизеринцы.

– Грейнджер, это что просто узоры? Ты их плетешь без магии? – Капризно снизошла до меня Паркинсон.

– Чего ждать от маглорожденной, – фыркнул Нотт.

– Мне нравится сам процесс, а еще многие считают, что это просто красиво. Посмотри, какое нежное, тонкое плетение, – я продемонстрировала готовый мотив. – Этим можно отделать воротник, пояс, рукава или просто носить вместо бижутерии.

– Мило, конечно, но смотри, – Гринграсс вышла вперед. – Вот на мне серьги – артефакт от ментального вмешательства, браслет на руке – защита от приворотных зелий и ядов. Вышивка на вороте – рунная цепочка… со своим перечнем функций. Как думаешь, поменяю я серьезную защиту на «просто красиво»?

Я с новой точки зрения осмотрела представителей змеиного факультета. Теперь я замечала и рунные цепочки на выглядывающих манжетах, и странной формы заколки в прическах. У Малфоя вообще были разные камни в правой и левой запонке, явно ж не просто так.

– То есть, не важно, как что-то выглядит, главное, чтоб пользу приносило? – Уточнила я.

– Не совсем, – пояснила Дафна. – Если есть два равнозначных артефакта, из них выберут более красивый. Но ни один чистокровный даже не посмотрит в сторону даже самой прекрасной безделушки, если вместо нее можно использовать артефакт с какими-нибудь полезными свойствами. Даже, если он не очень симпатичный.

– Что ты перед ней распинаешься? – Обратился Нотт к Гринграсс. – Пошли лучше к озеру, тут ничего интересного. Только магловские игрушки.

Слизеринцы ушли, а я задумалась. Можно ли вместо привычных дуг и колец связать руны? Будет ли это работать? И будет ли такой чокер или браслет считаться артефактом? Количество мыслей в голове зашкаливало, поэтому я собрала свое плетение и отправилась в библиотеку искать ответы на свои вопросы.

– Не дам я тебе книги по рунам, – обломала мой порыв Ирма Пинс. – Руны изучают на третьем курсе, а не на первом, вот тогда и приходи.

– Но я просто почитать про них хочу, в общих чертах, – я попыталась переубедить вредную библиотекаршу.

– Знаю я ваше почитать. А потом начинаете рунные цепочки рисовать, где не попадя. То вещи свои защищаете, то пакости однокурсником делать пытаетесь. А потом или сундук сгорит от неправильной схемы, или оберег ваш так рванет, что мадам Помфри потом неделями лечить вас приходится.

Мне все-таки удалось убедить мадам Пинс выдать мне несколько книг по рунной теории. Здесь были самые азы, скорее даже техника безопасности, но полезной информации оказалось много.

Руны хорошо работали, только в том случае, когда они касались того предмета или человека, на которого должны были воздействовать. То есть, если руну защиты вышить на одежде, то в первую очередь она будет защищать одежду, а не того, кто ее носит. Чтоб перенести положительный эффект на хозяина одежды, рунную вышивку наносили с изнаночной стороны, чтоб добиться максимального контакта с кожей.

При этом одежда, как основа, все равно оттягивала на себя часть силы. Аналогично и нитки, которые использовались для вышивки тоже забирали себе определенный процент эффекта. В итоге этот оберег защищал своего владельца, его одежду и сам себя.

– Грейнджер, опять читаешь? – Буркнул Рон Уизли, заглянув мне через плечо. – Мозги свернешь от такого количества формул, – на этом он посчитал свою миссию завершенной, и побежал догонять Поттера, выходящего из библиотеки.

Дальше в книге действительно шли расчеты коэффициентов сохранения положительного эффекта в процентах, но я туда углубляться не стала. Только уяснила для себя, что и основа, и материал для создания рун должны быть максимально натуральными. Для лучшего эффекта рунную вязь вообще советовали вырезать ножом, в крайнем случае рисовать кровью или углем. Но тут тоже были свои сложности.

Вырезанные символы нельзя было отключить по желанию. Руна «Радость» приводила к бесконечному неконтролируемому смеху. Нанеся на кожу «Движение», успокоиться и остановиться уже не выйдет. Из-за этого на человеческом теле старались ничего не вырезать. Чаще этот метод использовался для вещей, например, для защиты содержимого вырезалась соответствующая рунная цепочка на крышке сундука.

Рисунки кровью и углем было проще контролировать, но они быстро стирались, иногда в самый неподходящий момент. Их использовали в основном для усиления ритуалов, из-за чего эти мероприятия часто проводили в обнаженном виде. Не особо комфортно, зато действенно.

Кровью, ножом и углем маги не ограничивались. Руны изготавливали в самых разных вариантах: вырезали на драгоценных камнях, чеканили на металлах, вышивали или рисовали. Даже если символы действовали слабее, они все равно повсеместно использовались.

При этом я нигде в книгах не нашла упоминаний о том, чтоб кто-то пытался выплетать руны в виде кружева или макраме. Были упоминания того, что их вывязывали в процессе изготовления какого-нибудь шарфа или свитера или вышивали на уже готовом изделии. Но вот отдельного предмета, который был бы просто рунным рисунком без основы, я не нашла. Что ж, либо так эти символы не работают, либо же я буду первой, то до этого додумался.

Я перерисовала себе несколько готовых цепочек, чтоб потренироваться и вернула книги мадам Пинс.

– Мисс Грейнджер, пообещайте, что не будете делать глупостей, – строго произнесла библиотекарь, принимая у меня учебники.

– Мадам Пинс, люди обычно узнают постфактум о том, что они совершили именно глупость. Но я обещаю, что постараюсь никуда не вляпаться.

* * *

Вскоре я поняла, почему кружево не делают в виде рун. У меня ничего не получалось. Рунные символы были примитивными, часто асимметричными. Они состояли из простых рубленных линий и острых углов, которые совершенно не хотели выплетаться из ажурной вязи фриволите.

Если я пыталась сделать мотив, максимально похожим на руну, он выглядел уродливым и негармоничным. Внутри была четкая уверенность, что в таком виде он работать не будет. Когда же я пыталась сделать упор на кружевном узоре, я теряла руны. Они становились не похожими на себя. Даже я сама не видела нужные символы в своем плетении. А значит и в таком виде не стоит ждать от них какого-либо эффекта.

Что ж, значит и дальше буду заниматься фриволите просто для красоты и в качестве медитации. Тем более, что на артефактах помешаны лишь слизеринцы. Остальные вполне себе носили и обычные украшения, без магической составляющей.

Соседкам по общежитию я все же сплела по паре серег, но отдавать не стала, отправлю их в качестве рождественского подарка. Комплект для миссис Грейнджер тоже был готов и даже несколько браслетов про запас.