Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Автор книги: Юрий Корнеев

Здесь вообще система больше напоминала не школу, а институт, где каждый факультет был сродни отдельной кафедре. Так Рогатый Змей считался пристанищем умников, к нему относились Арифмантика и Астрономия. На Вампусе учились будущие воины, телохранители и наемники всех мастей. Там преподавали ЗОТИ, Дуэлинг, и уделяли серьезное внимание физподготовке.

На Пакваджи студентам предстояло изучать Травологию, Прорицания и Чары, а на факультете Птицы Гром, выпускающей авантюристов всех мастей, – Зелья, УЗМС и прочие опасные для жизни предметы. Выпускники именно этого факультета чаще всего обитали всю жизнь в горах, джунглях или богом забытых деревеньках, собирая ингредиенты и изучая редкие растения и животных.

– Ближайший месяц вы проведете в преподавательских комнатах. Так как студенческие общежития летом закрыты на ремонт и генеральную уборку. Сейчас большинство профессоров в отпуске. Кроме вас и меня сейчас в школе только директор Дайя Декита, преподаватель УСМЗ Херрик Шиллан и учитель Травологии Макья Нотитам, а также выпускница Дурмстранга Марта Радан. Она приехала позавчера и также изъявила желание продолжить обучение в нашей школе.

Акита Рэн выдал нам по два пергамента: с распорядком дня и с расписанием предстоящих экзаменов. После чего вызвал домового эльфа Ноби и поручил ему проводить нас в выделенные покои.

– Что у них здесь за имена такие, язык сломать можно, – высказался Михаэль, побуждая меня посплетничать по дороге. Мне болтать не хотелось, тем более, что ушастый вполне мог оказаться шпионом. Но и быть невежливой тоже нехорошо.

– В Ильверморни многие преподаватели имеют предков из коренных народов Америки, – нейтрально ответила я, надеясь, что шамбартонцу этого хватит.

– Индейцев что ли? – Удивился он.

Это заявление я комментировать не стала, вместо этого сменив тему:

– Фамилия Бонаккорд тоже интересная. Первый президент Международной конфедерации магов Пьер Бонаккорд – случайно не твой предок?

– Какой-то там пра-пра-пра…, – скучающим тоном подтвердил мои подозрения француз, видимо его уже достали этим вопросом.

– Дверь слева ведет в покои Мисс Грейнджер, а последняя в конце коридора – в комнаты мистера Бонаккорда, – прервал нашу беседу Ноби. – Пароли настроены на личное волшебство. Дотроньтесь волшебной палочкой до ручки и дверь откроется, – проинструктировал нас эльф. И убедившись, что мы все поняли, исчез с громким хлопком.

Преподавательские хоромы были не рассчитаны на совместное проживание. Поэтому каждому достались личные апартаменты. В моем распоряжении оказалась уютная спальня небольшая гостиная, она же кабинет и совмещенный санузел с целой ванной. Особо порадовал крохотный балкончик, который выходил на квиддичное поле.

До обеда оставалось еще два часа. Я успела принять душ и ознакомиться с расписанием экзаменов. Читая условия поступления в Ильверморни, мне казалось, что главное – это оплатить учебу и проживание. А вступительные экзамены – это так, пару тестов для галочки. Но судя по полученному списку это были практически СОВы. Надо было сдать Чары, Руны, Травологию, Зельеварение, УЗМС и Арифмантику. И все бы ничего, но Уход за Магическими Существами я в Хогвартсе не изучала.

Хорошо хоть успела хоть частично ознакомиться с этим предметом по бестиариям и старым конспектам старшекурсников Хогвартса. Сейчас же этот экзамен в выданном расписании стоит последним. За пару недель успею еще что-то прочитать. Может и не сильно опозорюсь.

С выпускницей Дурмстранга Мартой Радан мы познакомились за обедом. Она оказалась жгучей брюнеткой, чем-то неуловимо похожей на цыганку. Может такое ощущение создавала связка амулетов на шее и браслеты из бусин и монеток на руках. Или же копна волнистых черных волос в беспорядке рассыпанных по плечам.

А еще Марта меня с первого взгляда меня невзлюбила и даже не пыталась этого скрыть.

– Ваш Диггори получил победу в Турнире Трех Волшебников незаслуженно. Крам был лучше, – с вызовом заявила мне Радан, объясняя причины своей неприветливости. Это прозвучало практически, как обвинение. Будто это я, а не Кубок Огня отобрала Седрика для участия в состязания и я же лично присудила ему победу.

Спорить с ней в этом вопросу я не стала, как и переживать из-за того, что мы не станем подругами. Марта планировала стать диагностом-целителем, так что даже по учебе мы пересекаться были не должны. Если все пройдет, как запланировано, то ей светил факультет Пакваджи, а мне – Рогатого Змея.

Цыганка выжидающе посмотрела на француза, ожидая, что и он мне выскажет претензии по поводу результатов Турнира.

– Не смотри на меня так, – открестился Михаэль. – Я понял, что Шармбатон продует еще в тот момент, когда чемпионом выбрали Флер. Да и вообще, я больше квиддич люблю.

– Крам, как раз игрок квиддича. Лучший в мире ловец, – привела свой аргумент Радан, намекая на то, что «лучшего квиддичиста» победил менее достойный противник.

– Так они же не в квиддич играли? В соревновании на метлах Виктор бы победил, – не повелся на провокацию Бонаккорд.

Поняв, что поддержки она не дождется, Марта сосредоточилась на еде. В этот момент к столу как раз подошли чуть припозднившиеся преподаватели. Акита Рэн представил меня и француза директору, преподавателям Травологии и УСМЗ.

Дайя Декита оказалась седовласой дамой с высокими скулами, правильными чертами лица и идеальной осанкой. Херрик Шиллан выглядел как какой-то маньяк или мясник. Большой и мощный, а во взгляде проскальзывало что-то хищное и опасное. Если до этого момента я думала попросить у него помощи в подготовке к вступительному экзамену по УСМЗ, то теперь резко передумала.

Самой молодой оказалась профессор травологии Макья Нотитам, ей не было и тридцати, хоть она и пыталась казаться старше, собрав волосы в тугую «ракушку» и нацепив на нос очки в громоздкой оправе.

Тот факт, что очки профессору Нотитам нужны только для красоты я выяснила позже. Заметив, что она их прячет глаза за стеклами только, когда видит студентов в зоне досягаемости. Маскировка была так себе, тем более, что во время практики неудобная оправа постоянно норовила сползти на нос.

– Все готовы к завтрашнему экзамену по Травологии? – Уточнила у нас директор Декита, когда со знакомством было покончено. Вопрос был задан исключительно из вежливости и не предполагал отрицательного ответа, что мы и подтвердили согласно закивав в ответ.

– Кстати, ваш первый экзамен по Прорицаниям сдан успешно, – обратилась Дайя к цыганке.

Так я узнала, что вступительные экзамены у нас отличаются. Руны и Арифмантику из нашей троицы сдавала только я. Зато Михаэлю кроме общего списка предстояло еще ЗОТИ и Трансфигурация, а Марте – Астрономия. Бонаккорд панировал поступать на Вампус, чтобы в итоге выйти из Ильверморни боевым магом.

9

Травологию я сдала успешно. Теоретические вопросы оказались легкими, хоть их и было много, практика тоже труда не вызвала. Француз, правда, со мной был не согласен.

– Эта ядовитая росянка меня цапнула, когда я ее пересаживал, – жаловался мне блондин, когда мы возвращались из теплиц в главный корпус.

– Ты же планируешь стать боевым магом, неужели увернуться не мог? – Подколола его я.

– Если бы я действовал, как боевой маг, я б выжег эту пакость, а не корешки ей расправлял. Кто вообще придумал, что выпускнику Вампуса нужна Травология? Никогда не любил в земле копаться!

– Михаэль, ты не прав, – включилась в разговор Марта. – Ты должен уметь из подручных средств сварить целебное зелье себе или яд противнику. А как ты это будешь делать, если лютик от белладонны не отличаешь?

Цыганка в чем-то была права, но и Бонаккорда я понимала. Я тоже не впадала в экстаз от вида тяпки и лейки. А уж выколупывание земли из-под ногтей – то еще медитативное занятие. Но стоит отдать должное, Макья Нотитам оказалась очень толковым и увлеченным своим делом преподавателем. Даже несмотря на слишком молодой возраст.

Следующий экзамен нас ждал через два дня. Это было Зельеварение, которое мы опять должны были сдавать все вместе. Преподавателю Зелий ради нас приходилось временно прервать отпуск, так что на поблажки рассчитывать не стоило.

Не знаю, как остальные, а я планировала все свободное время усердно повторять составы эликсиров и зубрить таблицы совместимостей ингредиентов.

Письмо от Сириуса пришло сразу после успешно сданного экзамена по Зельям. Вместе с запиской Букля Поттера принесла дополнительную книгу для подготовки к УЗМС. Блэк писал, что первый этап ритуала проходит успешно. Хоть на таком маленьком сроке еще и рано говорить о серьезных результатах. Но явных ошибок пока нет, что уже радует.

* * *

– Меня зовут Нотон Смокт, для тех, кто сегодня успешно сдаст экзамен по Зельеварению – профессор Смокт. – Представился лысый и чем-то похожий на стервятника зельевар.

Проверочная работа состояла из трех этапов. Теоретическая часть из сотни вопросов, практическая – варка зелья и промежуточная, в которой мы должны были по внешнему виду определить, что за варево перед нами. Описав все свойства и характеристики «угаданного» состава.

Это был самый длинный экзамен в моей жизни. В обеих жизнях. Мы почти пять часов отвечали на вопросы, шинковали ингредиенты и варили зелья. Из кабинета профессора Смокта наша троица едва ли не выползала.

– Я выжат, как лимон, – жаловался Бонаккорд. – А еще я жутко хочу есть и в душ, потому что весь пропитался запахом этого варева.

– Не варева, а доксицида, – поправила его Радан.

– Называй его, как хочешь, но воняет оно ужасно, – стоял на своем француз. И тут мы с ним спорить не стали. Запашок у сегодняшнего задания был тот еще.

За ужином Нотона Смокта уже не было, он исчез так же быстро и незаметно, как и появился. Дайя Декита сказала, что результаты нашей проверочной работы профессор Зельеварения пришлет совой позже.

Следующие экзамены мы сдавали по отдельности. У меня это была Арифмантика, у Марты – Астрономия, а французу предстояло ЗОТИ. За себя я не переживала, цифры у меня проблем никогда не вызывали. Поэтому ближайшие дни я полностью посвятила подготовке к УЗМС. Училась я так усердно, что к концу третьих суток все эти рога и копыта мне сниться начали.

Как и ожидала, Арифмантику я сдала легко. Цыганка своими успехами и неудачами не делилась, а вот Михаэль со своего экзамена вышел недовольный.

– Представляешь, меня пытались завалить, – возмущался француз.

– Ты уверен? – Усомнилась я.

– Уверен ли я в том, что в Шармбатоне не изучают те заклинания, которые использовал этот викинг в спарринге? Да я в этом убежден! Если бы отец дополнительно со мной не занимался я бы слил этот бой на первой же минуте, – размахивая руками эмоционально рассказывал Михаэль

Профессор ЗОТИ Бьерн Бавре действительно чем-то напоминал древнего викинга. Мощное тело медведя, борода и длинные волосы, заплетенные в сложные косы. Для полного сходства ему не хватало только шлема с рогами и топора.

– Ну, программы в разных школах могут отличаться, это нормально. Я вот вообще не учила УЗМС и теперь смутно представляю, как буду его сдавать, – попыталась я сбить Бонаккорда с теории всеобщего заговора против одного отдельно взятого француза. Что характерно Радан молчала и в разговор не вмешивалась. Хоть и слушала очень внимательно.

К Чарам, которые шли следующими наша троица готовилась тщательнее. Блондин даже отказался от своей ежевечерней тренировки на поле для квиддича, которую я регулярно наблюдала, попивая чай на собственном балконе.

Но этот экзамен мне показался на удивление легким. Хотя у цыганки явно были какие-то проблемы. Мы с Михаэлем так и не дождались, когда она выйдет из кабинета и отправились на обед без нее.

– На целительском факультете Чары – это один из профильных предметов, может поэтому с Марты спрашивают строже, – беспечно пожал плечами шармбатонец.

Мне сухенькая старушка, представившаяся профессором Демирой Бурк понравилась. Спрашивала по делу, уточняющие вопросы задавала со знанием предмета. Чувствовалось, что она может многому научить. Хоть занятий еще и не было, но я уже знала, что на Чары буду ходить с удовольствием.

Дальше в моем расписании стояли Древние Руны, которых я ждала больше всего. Даниил Смирнов должен был приехать непосредственно в вечер перед экзаменом. Директор обещала, что обратно в отпуск он уже не уедет. Так что я надеялась дополнительно получить пару неофициальных консультаций. Главное было произвести положительное впечатление на преподавателя. Для этого я даже выпросила у профессора Декиты перечень тем, которые студенты Ильверморни изучали на Рунологии с третьего по пятый курс.

Как и указывалось в обзорных брошюрах школы, до сдачи местного аналога СОВ основной упор делался на классический старший и младший футарк. Руны русичей углубленно изучались на шестом и седьмом курсе, а до этого давались лишь обзорно: дети знайте, что и такое бывает.

– Добрый день, мисс Грейнджер. Если вы сдадите сегодняшний экзамен, я стану вашим преподавателем Древних Рун, обращаться ко мне можете профессор Смирнов, – с легким русским акцентом поприветствовал меня довольно моложавый русоволосый мужчина с козлиной бородкой. Я поздоровалась в ответ и приступила к выполнению первого задания.

Уже с первых вопросов я поняла, что Михаэль тогда не врал и не ошибался. Его действительно валили на ЗОТИ, как и меня сейчас. Практически половина вопросов теста касалась славянских рун, а не распространенного футарка. Если бы не мое фриволите и кружевные артефакты, меня бы сейчас даже к практическому заданию не допустили.

– Что-то не так, мисс Грейнджер? – Спросил преподаватель с такой ехидной улыбочкой, что я поняла, он прекрасно знает, что именно «не так» в этом тесте. После этого выпада, козла он мне стал напоминать сильнее. И на личные консультации идти перехотелось.

– Все в порядке, профессор, просто с мыслями собираюсь, чтоб точнее сформулировать ответы, – ответила я, пытаясь удержать самое наивное выражение лица, на которое я только была способна.

– Ну-ну, – не поверил ни единому моему слову Смирнов. Усевшись за стол, рунолог принялся усердно читать какой-то журнал, обложку которого мне было не видно из-за стопки книг, лежащей на столе.

Я принялась строчить ответы, стараясь писать максимально полно и четко. Большая часть вопросов касалась толкования того или иного символа, но были и задания о биографии известных мастеров или истории создания различных артефактов.

В качестве практики мне предложили разобрать и объяснить пять готовых рунных цепочек и составить две свои по заданным параметрам. И здесь из семи практических заданий четыре оказались по рунам русичей. Славянин явно ждал, что я взорвусь, но я лишь крепче сжала зубы и начала усиленно черкать пером на пергаменте, выводя нужные символы.

Мои действия заинтересовали преподавателя и не выдержав, он отложил журнал, вышел из-за стола и встал у меня за спиной, заглядывая через плечо. Минут десять он наблюдал за моей работой, а потом ткнув пальцем в одну из рунных формул заявил:

– Эта связка не будет работать.

Я лишь мельком взглянула в указанные символы. В этой строчке я была полностью уверена, потому что именно эту последовательность я использовала в своем самом первом поясе, созданном для Малфоев.

– Эта связка вот уже три года прекрасно работает в Мунго. Главный целитель Сметвик может это подтвердить, – парировала я. Вышло немного раздраженно, но этот козел меня достал. Стоит тут, действует на нервы.

– Вы ставите под сомнение мои слова? – Изумился Смирнов.

Я отложила перо и полезла в свою сумку. Да, я притащила с собой тот самый номер «Пророка», в котором Гиппократ пел хвалебные оды моему артефакту. И фото пояса с этой самой спорной связкой там тоже было.

Признаюсь, изначально я собиралась, то ли нагло хвастаться, то ли набивать себе цену, напрашиваясь в личные ученицы мастера. Но за последние два часа я резко передумала. Теперь же я до последнего планировала скрывать свои наработки, особенно работу с шерстью единорогов.

Сейчас же мне просто хотелось ткнуть носом этого самовлюбленного профессора. И мне это удалось. Даниил выхватил у меня из рук газету и сначала пристально рассматривал кружевной пояс в руках колдомедика, а потом стал внимательно читать статью Скиттер. Хоть плетение на колдофото видно было и не четко, но последовательность рун прочитать было можно.

Я же на преподавателя отвлекаться не стала, чтобы не потерять мысль, и продолжила выводить экзаменационную связку. Перепроверив работу трижды, я отложила перо. Смирнов в это время перерисовывал рунную цепочку пояса себе в блокнот, пытаясь развернуть газету так, чтобы увидеть все символы.

Заметив его старания, я коварно улыбнулась. Уж в чем в чем, а в том, что он не сможет рассмотреть всю связку, я была уверена. Сама не раз рассматривала это изображение и знала, что крайние руны и часть концентраторов не попали в кадр, их закрыли широкие рукава целительской мантии.

– Я закончила, профессор.

– Мне кажется, что польза этого артефакта сильно преувеличена, – сказал преподаватель, указывая на «Пророк». – Руны не всесильны, и описанного эффекта дать не могут.

– Я лично знакома с двумя детьми, рожденными благодаря этому поясу. До него в семье Малфой триста лет не рождалось более одного наследника, – ответила я, безразлично пожав плечами. Мне действительно было все равно, поверил ли мне славянин, я знала, что мое кружево работает.

Глянув на меня, рунолог понял, что я полностью уверена в своих словах, но спорить с ним не буду.

– Мисс Грейнджер, можете быть свободны. О результатах экзамена я сообщу позднее, когда проверю вашу работу.

– Можно забрать мою газету, сэр?

– А вы всегда ее с собой носите? – Попытался подловить меня этот козлобородый.

– Это мой талисман, – беззастенчиво врала я. – После выхода именно этого номера я заинтересовалась рунами и начала самостоятельно их изучать.

Преподаватель скептически хмыкнул, не поверив ни одному моему слову, но «Пророк» отдал и отпустил меня на свободу. Из кабинета я вывалилась выжатая, как лимон. Думала, что это будет чуть ли не самый легкий экзамен, а оказалось наоборот. Даже захотелось написать благодарственное письмо Малфою. Если б не книги, которые он мне периодически дарил на Рождество и день рождения, я б не смогла ответить и на половину вопросов, касающихся славянских рун.

Писать в мэнор я естественно не стала. Не хватало еще подставить блондина под гнев Волдеморта. Но за Британией за эти три недели я уже успела соскучиться. Хотелось вечером посидеть у камина с Сириусом за бокалом вина, или поболтать с Поттером за завтраком. За моей ушастой Пенни я тоже скучала.

– Ну, что сдала? – Спросил меня за ужином Михаэль, накладывая себе рыбный стейк.

– Не знаю, – тихо ответила я. – Написала вроде все верно, но поругалась с преподавателем, так что…

Француз присвистнул, прикидывая степень моего безрассудства. Даже Марта посмотрела на меня с долей уважения. Сама б она вряд ли решилась спорить с тем, кто решает ее судьбу.

– Мисс Грейнджер, – обратилась ко мне директор Декита с другого конца стола. – Расскажите нам, чем вы так впечатлили профессора Смирнова, что он изменил свои планы и вместо того, чтобы до начала учебного года остаться в школе вдруг резко сорвался в Британию? Мне даже пришлось срочно заказывать ему международный портключ.

Только сейчас я заметила, что козлобородого нет. Вернее, что он не пришел на ужин я отметила для себя раньше, но просто порадовалась тому, что вредный рунолог решил поесть у себя и не будет аппетит портить. А оказалось, что он покинул Ильверморни.

– Вижу, мисс Грейнджер, что и для вас отъезд профессора Смирнова стал таким же сюрпризом, как и для меня, – что-то поняв по моему лицу добавила Дайа. – И все же, может вы припомните, что же необычного произошло на вашем экзамене? Что могло заинтересовать Даниила?

– Газету ему дала почитать. Английскую, – честно призналась я. И видя непонимание на лицах окружающих, добавила, – Там руны были.

– Ну, понятно. Наш увлеченный рунолог, увидел незнакомую связку и отправился на поиски новых знаний, – добродушно посмеиваясь заметил Акита Рэн.

Я же мысленно прокручивала в голове наш разговор с профессором Смирновым, пытаясь понять, куда же он отправился. К Сметвику в Мунго, изучать артефакт на практике? К лорду Малфою, убедиться, что пояс ему действительно помог, несмотря на «неправильную связку»? А может в «Пророк», выудить из пронырливой Скиттер дополнительные факты о старом интервью?

В последнюю версию я особо не верила, добавив ее в общий список для массовости. А вот Люциуса и Гиппократа предупредить бы не помешало. Но я понимала, что даже, если сразу после ужина отправлю Минни к Сириусу с письмом – сова не успеет. Так что нет смысла гонять птицу, раз она все равно прилетит в Лондон уже после того, как вредный рунолог узнает все, что ему надо.

Письмо после ужина я все-таки написала. Но об экзамене, на котором меня пытались завалить, и о профессоре Смирнове, который отправился шпионить в Англию упомянула лишь мельком. Больше расспрашивала Блэка о том, что у них происходит. А еще попросила пару свежих «Пророков». Но больше всего меня интересовало, можно ли домовым эльфам иметь собственных сов?

Да, возможно этот вопрос глупый, но мне очень не хватало связи с Пенни. Бесконечно гонять Минни за океан можно, но жалко. Хотелось эту работу разделить хотя бы на двоих. Если бы и ушастой можно было завести собственную сову, то она б мне хоть раз в неделю газеты носила. Блэка напрягать подобными мелочами не хотелось.

На последний экзамен по УЗМС мы опять шли втроем. В этой части школьного двора я еще не была. Загоны с живностью ощутимо попахивали и гулять здесь не хотелось.

– Он, что совсем не убирает у животных? – Возмущалась Марта, зажимая нос рукавом. – Есть же специальные заклинания для очистки и убирающие запах. Да, хоть эльфов попросил бы!

– Эльфами сегодня будете вы, – коварно ответил, незаметно подкравшийся сзади Херрик Шиллан. От его слов подпрыгнули мы все втроем. Все-таки было в этом преподавателе что-то маньячное.

Как оказалось, студенты в Ильверморни на Уходе за Магическими Существами занимались в основном именно «уходом». То есть чистили, мыли, кормили и занимались прочей работой, привычной маглам-животноводам, только что не руками, а с помощью магии. Хотя Херрик и ручной труд применял, используя в качестве рабсилы проштрафившихся учеников.

– Но нас же учили добывать когти и чешую для зелий, брать кровь у единорогов, собирать шерсть у лунтелят, искать нюхлеров и лукотрусов, – растерянно произнесла, цыганка.

Меня же подход профессора полностью устраивал. Благодаря тому, что амбре от загонов долетало даже до квиддичного поля, я уже успела выучить несколько заклинаний очистки и удаления запахов. Так что, если в качестве задания на экзамене нас заставят чистить вольеры гиппогрифов – замечательно. Тут я точно сдам. А вот найти лукотруса или правильно взять чешую у какого-нибудь рунспура – без практики не смогу.

– Сначала я посмотрю, как вы ухаживаете за будущими ингредиентами, а потом уже решу, кого из вас стоит подпускать к животным ближе, чем на расстояние швабры, – не поддержал Радан мясник.

Нас привели к ряду загонов с гиппогрифами, сказав, что это наше первое задание на сегодня. Каждому из нашей троицы досталось по четыре вольера, вмещающих по шесть животных.

Я не выдержав наколдовала себе чары головного пузыря. Остальные экзаменуемые, посмотрев, что это действие не вызывает нареканий профессора поступили так же. Преподаватель же, по-моему, вообще не ощущал дискомфорта из-за неприятного амбре. Такое ощущение, что он совсем не ощущал запахов. Болеет что ли? Или может фильтры какие-то в носу?

– Ведра и лопаты, – кратко проинструктировал Херрик, указав на сарайчик сбоку. – Времени у вас два часа.

– Надеюсь, мы сегодня ограничимся одним рядом загонов, а не весь зверинец чистить будем, – недовольно пробурчал себе под нос Михаэль. И я его понимала, потому что за первым рядом загонов я видела еще минимум два. Кто еще там скрывался я не знала, но в промежутках за «нашими» клетками видела тестралов и гиппогрифов.

– Это какой-то кошмар! Я – Марта Радан, должна таскать гиппогрифий навоз! – Возмущалась цыганка, указывая на несколько куч, с табличками, указывающими на происхождение сырья. Кучка «Гиппогрифий» была ближайшей и самой большой. За ней виднелась горка «Тестралий» и смущающая меня табличка «Драконий». Гулять в этой части двора совсем расхотелось.

– Сначала надо перегнать всех животных в открытый загон, а то они не дадут нормально убирать. Я точно знаю, у меня дядя гиппогрифов держит, – уверенно заявил француз.

– Ну, тогда ты и перегоняй, а я чистить буду. Как раз пару подходящих заклинаний знаю, – увильнула я от контакта с животными. Огромные полуптицы-полузвери меня пугали. Клювы и когти у них были впечатляющие.

Марта шустро достала волшебную палочку и соорудила что-то вроде деревянных заборчиков, ограждающих дорожки от вольеров до открытого загона. Цыганка явно планировала гонять животных с Бонаккордом, а не махать лопатой со мной. Я же тоже за инвентарем не спешила, взяв в руки свою помощницу из виноградной лозы и сердечной жилы дракона.

– «Эскуро Максима», – использовала я первое пробное заклинание.

– Ха, если б все было так просто, – злорадно процедила выпускница Дурмстранга.

– «Тергео», – изменила я подход, но эти чары оказались еще слабее. Михаэль вздохнул и направился к сарайчику с лопатами.

– «Скоургифай!», – не сдавалась я, и о чудо, здесь результат сразу стало видно. – «Скоургифай Максима!», – попробовала я использовать усиленную формулу. Это помогло и первый загон очистился сразу на половину. А продукты жизнедеятельности гиппогрифов сложились в малоаппетитную кучку в центре вольера.

– Что стоите? – Обратилась я к своим напарникам, – Леветируйте это добро в тот «склад» с табличкой.

Михаэль и Марта послушались, но у француза получалось ощутимо лучше. За цыганкой приходилось подчищать. А один раз она свою «порцию» приземлила в кучу с надписью «Драконий». Тут же откуда-то из-за загонов появился профессор Шиллан и отчитал выпускницу Дурмстранга:

– Студентка Радан, минус балл. И исправьте свою ошибку. – Дождавшись, когда гиппогрифий навоз занял свое место, преподаватель продолжил. – А теперь поменялись местами. Ваши чары очистки, мисс Грейнджер, я уже оценил, дайте попрактиковаться другим.

Я, пожав плечами, поменялась местами с Мартой. Теперь мы с Михаэлем должны были леветировать то, что отчистит цыганка. Вот только оказалось, что заклинание «Скоургифай» ей было незнакомо. Она упорно ставила ударение на «а», в то время, как правильное было на «у». И взмах палочки тоже был неверным, петля – слишком большой, а финальный взмах – недостаточно резким.

После пятой неудачной попытки и кое-как очищенных двух метров вольера, Марта опять попала под гнев маньяка:

– Студентка Радан, минус еще один бал. Такими темпами мы с вами даже не дойдем до финальной части, – цыганка в ответ оправдывалась и наседала на то, что настоящий УЗМС заключается совсем не в чистке вольеров.

От перепалки профессора со студенткой меня отвлек Михаэль.

– Гермиона, – шепотом позвал меня француз. – Что она делает не так?

– Правильно говорить «СкоУргифай», а не «СкоургифАй». И заканчивать надо резче, – помогла я шармбатонцу, не став вредничать. Но в конце не удержалась и подколола, – У тебя ж дядя гиппогрифов держит.

– Он другим заклинанием вольеры чистил. Но я его не помню, на «м» как-то, – оправдался блондин.

– Разговорчики! – Сделал нам замечание профессор. – Студент Бонаккорд поменяйтесь местами студенткой Радан.

Мои советы Михаэлю помогли, и уже со второй попытки француз выдал правильный вариант «Скоургифая». Но силы в чистящее заклятие будущий студент Вампуса вложил немерено, одним махом убрав навоз сразу со всего вольера. То ли с перепугу, то ли он действительно был так силен, но шармбатонец сумел удивить даже маньяка.

– Еще раз повторить сможешь? – Недоверчиво спросил преподаватель.

– Да, профессор Шиллан, – уверенно заявил Михаэль в очередной раз поднимая палочку.

Француз не соврал, и второй загон очистился так же быстро. Мы с Мартой только и успевали переносить навоз в общую кучу. После чего француз взмахом палочки направил гиппогрифов обратно по загонам.

– Замечательно, с первым заданием справились… почти все, – похвалил нас профессор, недовольно покосившись на Марту. – Теперь переходим к теоретической части. Прошу.

Нас завели в пустой класс, и раздали тесты. По сравнению с другими дисциплинами, этот опросник был совсем короткий – всего тридцать вопросов.

Ответы иногда приходилось выбирать наугад, но я надеялась, что хотя бы половину вопросов написала правильно. На высший балл по УЗМС я даже не рассчитывала, мне б хоть на положительную оценку наскрести.

– Время, – остановил профессор письменную часть. – Сдавайте ваши работы и переходим к последней третьей части.

Херрик Шиллан привел нас на просторную поляну в лесу. Там нас поджидала ведьма в мантии, подозрительно напоминавшей своим цветом и фасоном одежду колдомедиков из Мунго.

– Знакомьтесь, мадам Сальма Норт, медведьма школы Ильвельморни. Надеюсь ее услуги нам сегодня не понадобятся, но директор Декита настояла на ее присутствии, на всякий случай. С профессором Рэном вы уже знакомы. – Представил всех преподаватель УЗМС.

Такое сопровождение вызывало опасение. Не на один из экзаменов лекарей еще не приглашали. Я заметила, что француз и цыганка тоже нервничают, от этого стало еще страшнее.

– Вашим последним заданием будет оседлать доставшееся вам животное и проехать на нем вокруг поляны. Всем все ясно?

Мы в ответ закивали, аккуратно озираясь по сторонам. Но никакой живности на поляне не было. Профессор Шиллан ненадолго скрылся за деревьями и вернулся в компании трех животных. Гиппогрифа и тестрала я опознала сразу. А вот третий зверь был мне не знаком. Огромный, серовато-лиловый с мощными рогами на голове – он внушал трепет и ужас.

– Дромарог, – испуганно выдохнула Марта.

– Не пугайтесь, – заметил ее состояние маньяк. – Этот красавец не для вас, а для молодого человека. Его силы магии должно хватить на усмирение этого экземпляра. – И обращаясь персонально к Михаэлю продолжил, – Студент Бонаккорд это вам, его зовут Кеме.

Я искоса взглянула на побледневшего француза. У него на лице была тихая паника, но отступать он не собирался Блондин шагнул вперед и перехватил поводья у преподавателя, стараясь действовать уверенно, чтобы мощный зверь не почувствовал страх.

– Так дамы, а ваш транспорт мы разыграем.