Текст книги ""Фантастика 2026-145". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)"

Глава 6

Дарин был близок к отчаянию. Уже две недели на него бесконечным потоком лились самые идиотские и зубодробительные дела, жалобы и просьбы, требующие немедленного разбирательства. После спасения Тейнора Гессел словно с цепи сорвался. Глава Особой канцелярии рвал и метал и, конечно, не постеснялся излить свой гнев в кабинете отца. Наказание за провал операции по раскрытию заговора последовало незамедлительно. Сейчас принцу казалось, что вся дворцовая администрация и половина столичного магистрата взяли отпуск за его счёт. Если за ночь ему удавалось пару-тройку часов поспать, это уже можно было считать удачей. Ристеццо тоже доставалось. Секретарь старался взвалить на себя как можно больше наименее приятных дел, но даже его огромного опыта и незаурядных способностей на всё не хватало. Сейчас они оба выглядели чуть ли не хуже Тейна в то утро, когда принц вытащил его из погреба. К сожалению, события той ночи действительно привели к полному краху надежд Гессела накрыть всю паутину неведомых заговорщиков. Принц как сейчас помнил свой разговор с особым советником.

– Подозреваемых хватает.

– Ещё бы, ваше высочество! – глава Особой канцелярии метался словно тигр в клетке. – Подозреваемых у нас полстолицы и две трети императорской гвардии. Салон маркизы лен Арг весьма популярное место!

– Можно схватить тех, кто точно замешан.

– Кого могли, схватили, но даже нашего влияния не хватит чтобы без доказательств распихать по застенкам кучу благородных йоров.

– А доказательства?

– Их что волос на морде у люра, – Гессел наконец остановился и мрачно посмотрел на Дарина. – Доказательства были, но ими пришлось заплатить за жизнь вашего друга. В доме лен Тосса мои люди обнаружили вскрытый тайник. Содержимое исчезло.

– Тот самый убийца?

– Именно. За домом следили не только мои агенты, но и сами заговорщики. У одного из них был приказ, в случае, если запахнет жареным, изъять улики и ликвидировать Китэра. Пока вы вели допрос, он проник в здание, сделал своё дело и был таков. По крайней мере, это рабочая версия.

– Другие улики?

– Только показания с допросов и то, что рассказал сержант. Всё ведёт к лен Тоссу. Похоже он был главой ячейки, и единственным, кто хоть что-то знал о заговоре в целом. Наверняка тот некромант мог бы кое-что рассказать, не прибей его ваш телохранитель при задержании.

М-да, если пойманные ищейками заговорщики знали столько же, сколько и Тейнор, то дело дрянь. История сержанта оказалась незамысловатой. При посещении салона почувствовал попытку вербовки, сделал вид, что повёлся, и начал, как он сам выразился, «распутывать клубок». Поняв, что заговор ему не померещился, Тейн решил сообщить обо всём не кому-нибудь, а самому особому советнику, но того не оказалось на месте. На вечер сержанту была назначена встреча за городом, в результате которой он и оказался в вонючем подвале. Тейн истово клялся, что нигде не прокололся, но Дарин прекрасно знал, как его старому другу даётся актёрское мастерство. Неудивительно, что сержант не только ничего не узнал, но и едва не превратился в зомби.

– Что теперь?

– Теперь мы будем тратить кучу сил и ресурсов на слежку, которая вряд ли даст какие-нибудь результаты. Но вас, ваше высочество, это не должно беспокоить. Приказом императора вы отстранены от дела.

С тех пор на принца и навалилась вся эта муть, и, что самое неприятное, конца и края ей не было видно. Скоро он сорвётся и кого-нибудь убьёт, а там, глядишь и сам сдохнет от истощения, через недельку-другую. Порадует сестрицу. Иногда его навещала Эри, но не пыталась куда-нибудь вытащить и не ездила по ушам, просто садилась в кресло у окна, и что-нибудь читала, время от времени поглядывая на работающего принца. Других посетителей секретарь не пускал, чтобы не отвлекали от работы. В совет Дарин не ездил. Эту обязанность с него сняли. А жаль, там хоть можно было бы выспаться.

– Ваше высочество, к вам Аманда лен Кац, – Ристеццо был бледен, под его глазами залегли большие чёрные круги.

Вот это было интересно. Зачем вдруг йоре понадобилось его видеть? Аманда была женщиной деловой и бережно относилась к своему времени. Привычки отираться у порогов монарших особ и что-то клянчить за ней не водилось, так что принц кивнул:

– Пусть войдёт.

Аманда сегодня была в строгом чёрном платье без декольте. Колючий взгляд умных глаз, бесстрастное лицо и прямая спина делали её похожей на строгого преподавателя, идущего на экзамен с твёрдым намерением завалить добрую половину студентов. Впрочем, стоило ей сесть, воспользовавшись предложением хозяина кабинета, как из-под холодной маски проглянуло участие.

– Трудитесь, ваше высочество?

– Тружусь.

– Вы попали в настоящую передрягу, – она внимательно изучала лицо собеседника. – И, главное, совершенно незаслуженно, если верить тому, что говорят при дворе.

– Что говорят?

– Многое, но я пользуюсь только проверенной информацией. Вы ведь спасали старого друга?

– Верно.

– И за это вас пытаются похоронить под кипой бумаг. На мой взгляд, несправедливая кара. Если вы позволите, я помогу вам от неё избавиться.

– Неужели?

– Не смотрите на меня с таким недоверием, ваше высочество, – усмехнулась Аманда. – Открою вам маленькую женскую тайну – йор Кьюстен мой давний поклонник, и если я попрошу, он постарается убедить императора в том, что вы уже достаточно настрадались.

Кьюстен был одним из немногих, чьё мнение отец не оставлял без внимания. А учитывая, что про Дарина император наверняка за это время вообще забыл, предложение йоры могло стать настоящим спасением.

– Что взамен?

– Меня всегда восхищали ваши прямолинейность и краткость, – вновь усмехнулась Аманда.

– Качества, которых многим здесь не хватает.

– Видите ли, ваше высочество, мне до смерти интересно узнать о подробностях раскрытого вами дела. Кое-что я уже знаю, но хотелось бы услышать рассказ из первых уст.

– Зачем вам это?

– Небольшая слабость, только и всего. У всех имеются свои слабости. Моя – любопытство.

Что ж, в принципе Дарин ничего не терял. Чего-то жизненно важного или секретного ему узнать так и не удалось, и, даже если йора сумеет обратить полученную информацию себе на пользу, чем это повредит ему?

– Хорошо.

Рассказ много времени не занял. Аманда слушала не перебивая, но, когда принц закончил, начала задавать вопросы.

– Так вы говорите, этот мерзавец успел рассказать только о местонахождении сержанта?

– Верно.

– А затем его убил этот таинственный человек?

– Не человек. Он даже для люра двигался слишком быстро.

– Может быть, сильный маг?

– Возможно.

Дарин был уверен, что нет. Вирден и сам маг не из последних, но реагировать и двигаться с такой скоростью телохранитель не мог.

– То есть вы так и не поняли, кем был этот убийца?

– Нет.

– Весьма интересно, – йора задумчиво побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. – И немного пугающе.

– Вы удовлетворены?

– Более чем. Вы дали мне богатую пищу для размышлений.

– Значит, дело за вами.

– Обещаю, ваше высочество, вы не пожалеете.

– Что насчёт эксперимента Стафорда?

– Я от него отказалась. Вольнонаёмные рабочие действительно показывают лучшие результаты, чем рабы, но слухи о моём участии в этой авантюре быстро распространились. Кое-кто начал косо посматривать в мою сторону, и я решила, что овчинка не стоит выделки.

– Вы не считаете, что будущее за вольным трудом?

– Нет, – она покачала головой. – Разве что это будущее увидят наши далёкие потомки. Ваше высочество, рабство лежит в основе экономики всех цивилизованных стран Акрониса. И Людская империя, наиболее развитая из них, задействует его куда активнее прочих. Нам почти удалось создать государство благоденствия. Да, от бедности мы не избавились, но в империи нет нищеты. Бродяги и попрошайки мигом обращаются в рабство и трудятся на благо общества. Даже калекам у нас находится применение. Свободные ремесленники и подневольные работники мануфактур создают замечательные изделия из дешёвого сырья, добытого рабским трудом. Сельское хозяйство у нас процветает. В сёлах некоторых провинций вы не встретите ни одного раба, но там, где это экономически целесообразно, сотни невольников работают на плантациях.

– Наёмный труд эффективнее.

– А рабский дешевле. Содержание таких работников почти ничего не стоит, и пока дёшевы сами рабы, о реформах не стоит и думать. А они дёшевы пока империя регулярно воюет.

Да, с самого своего зарождения Людская империя вела беспрестанные войны, и караваны работорговцев тысячами вывозили с покорённых территорий живой товар. Военнопленные, мирные жители – особой разницы не было. В течение какого-то времени представители покорённых народов оставались людьми второго сорта. Один за другим подавлялись бунты, искоренялись чужие обычаи, языки и культура, а на место коренных жителей приходили преданные императору поселенцы и несли с собой образование, закон и стабильность. Со временем, новые провинции становились подлинной частью империи и не помышляли об отделении. Подобный процесс сейчас происходил на юге, в землях, присоединённых ещё до рождения Дарина.

– Так почему вы поддержали Стафорда?

– Всё та же маленькая слабость – любопытство. Оно удовлетворено.

– И долго империя сможет воевать?

– Этот вопрос мне задаёт принц? – на миг она утратила контроль над эмоциями, глаза удивлённо расширились. – Столько, сколько будет нужно. В этом сила и суть нашей державы.

– А если соберётся альянс?

– И что? Ваше высочество, они собирались не раз и не два, но наших предков это не останавливало. Ни разу.

– А наги?

– Так вот в чём дело, – наконец поняла собеседница. – Вы полагаете, народы Эль объединятся по примеру рептилий, чтобы сдерживать нашу экспансию? Скорее всего. Но это им не поможет. У этих любителей природы нет такого естественного щита, который имеется у нагов. Леса можно сжечь, болота осушить, а по степи пройти победным маршем. Сами они домоседы, и не вылезут со своих земель, а когда придёт время, и наши армии двинутся на восток, у них не будет шансов.

– Надеюсь вы правы. А теперь простите, йора, мне нужно работать.

Аманда ушла, но Дарин ещё долго не мог сосредоточится на бумагах. Возможно, он слишком рано задумался об этом вопросе, и поэтому не встречает понимания даже среди умных людей и прозорливых политиков. На западе ещё хватало земель, чтобы какое-то время питать империю, но принц сомневался, что таинственные и скрытные Эль станут дожидаться момента, когда имперские ардраги приведут войска к их порогу. Старейшины остроухих не дураки. Если даже скользкие ящерицы почуяли угрозу в лице империи, то они не могли не почуять. К сожалению, эти расы настолько ревностно охраняют свои границы, что провести разведку или наладить агентурную сеть у них ничуть не проще, чем в подводных городах нагов. Ладно, что сейчас попусту об этом думать. Пусть у потомков от этого голова болит.

В течение нескольких дней поток дел начал потихоньку иссякать. Аманда сдержала своё обещание, и принц, впервые за долгое время, смог перевести дух. Первым делом он как следует отоспался, затем возобновил свои поездки в совет и, наконец, решил сам навестить Эри. В последнее время она к нему не заглядывала. По привычке войдя без стука, Дарин обнаружил девушку в слезах. Она сидела у окна и комкала в руках какой-то клочок бумаги.

– В чём дело?

– Через неделю бал, и мне нужно будет сопровождать прадеда, – она бросила письмо на стол и уткнулась лицом в ладони.

– И в чём проблема? – не понял принц.

– В эту же ночь возникнет Голубая звезда.

– И что?

– Она появляется раз в пятьсот лет всего на одну ночь, – девушка с трудом сдерживалась, чтобы снова не разрыдаться. – Я так мечтала увидеть её!

– Но ты же вроде не младшая в роду?

– Нет. Из совершеннолетних есть ещё мой двоюродный брат, но он где-то подцепил лихорадку и всё свалили на меня!

Честно говоря, Дарин не видел в этом проблемы. Большинство благородных родов уже давно отказались от многих старых традиций. Сейчас речь шла о выражении почтения императору. Издавна повелось, что на все значимые мероприятия каждый аристократический род обязательно посылает своего старейшего члена и младшего из совершеннолетних. Это символизировало преемственность поколений и верность йоров императорскому дому. Но даже если от Эри требуют присутствовать на балу, что с того?

– Эй, – вспомнив их давний разговор, Дарин подошёл к девушке и аккуратно постучал по высокому лобику согнутым указательным пальцем, – ты ни о чём не забыла? Я всё-таки принц, так что вряд ли твой прадед станет протестовать, если я похищу тебя на какое-то время.

– Дарин! – она посмотрела на него и облегчённо рассмеялась. – Конечно же, вот я дура! Просто я так долго ждала, готовилась, а тут письмо, и у меня просто все мысли из головы вылетели.

– Бывает, – он усмехнулся.

– А ты… ты пойдёшь со мной смотреть на Голубую звезду?

– А что это? – несколько раз Эри уже пыталась пристрастить его к астрологии, но особого энтузиазма это у принца не вызывало.

– Никто не знает. Кто-то считает, что это некое небесное тело, которое почти всегда закрыто от нас, ну знаешь, как при затмении. Но только это невозможно. По крайней мере, учёные не знают других подобных примеров. А кто-то думает, что это сигнал, который подают оттуда, из невероятного далека другие разумные.

– Ты в это веришь?

– В такое трудно поверить. Но есть легенда, что тот, кому удастся трижды увидеть Голубую звезду, сможет познать все тайны бытия и возвысится над остальными.

– Столько никто не живёт.

– Даже архимаги, я знаю, – она улыбнулась. – Наверное, поэтому легенда и появилась. Каждый в глубине души мечтает о недостижимом.

– Ну, раз это такая диковина, посмотрю на твою звезду.

– Ура! – девушка бросилась принцу на шею.

Потом его благодарили долго и страстно, так что к себе Дарин вернулся в прекрасном расположении духа.

– Ваше высочество, – едва он расположился за рабочим столом, как в кабинет заглянул Ристеццо. – Думаю, это вас заинтересует.

Очередное письмо, что ж за день-то сегодня такой. Конверт уже был вскрыт, секретарь проверял всю корреспонденцию, если не получал особых распоряжений. Печать показалась Дарину смутно знакомой, но он так и не вспомнил, кому принадлежит герб. Содержимое конверта расставило всё по своим местам.

«Ваше императорское высочество! 

Я, Эмин лен Тосс, вызываю Вас на дуэль до смерти. Выбор места, времени и оружия остаётся за Вами.

Прошу известить меня о Вашем решении».

Внизу была подпись, само письмо было написано каким-то кривым дёрганным почерком, отправитель, похоже, изрядно нервничал.

– Скажи Гесселу, что я желаю его видеть, – бросил принц секретарю. И принялся разбирать другие бумаги.

Вместо особого советника явился его заместитель, которому Дарин без лишних разговоров отдал послание лен Тосса.

– Можете не обращать на это внимания, ваше высочество, – у этого безликого человека была очень неприятная манера общения – этакий растянутый поучающий говорок. – Йор Эмин недавно вернулся в столицу и известие о гибели брата стало для него большим потрясением. Сейчас он немного не в себе, и, естественно, может совершать необдуманные поступки.

– Он замешан в заговоре?

– Судя по всему, нет. Допросы и слежка результатов не дали, и тем не менее, я бы настоятельно рекомендовал вам не реагировать на любые выпады со стороны йора. Ваше участие в известных событиях и так привлекло достаточно ненужного внимания.

– Ясно, вы свободны.

Принц и не собирался отвечать на письмо. По-хорошему, подобную наглость стоит наказывать, придумал тоже, бросать вызов члену императорской фамилии! Но этот скользкий тип был прав. Сейчас Дарину следовало как можно дальше держаться от всего, что связано с делом лен Тосса. На следующий день пришло второе письмо, точно такого же содержания. Потом ещё одно, и в нём Эмин уже грозился «оповестить двор и всю столицу о трусости принца» в случае, если он не ответит на вызов. Это уже было за гранью разумного. Дарин разорвал письмо в клочья и разбил о стену любимую чернильницу. До приступа ярости дело не дошло, но у него уже возникло стойкое желание ещё больше подсократить поголовье лен Тоссов. В конце концов, принц махнул на всё рукой и решил наведаться к Тейнору. Завтра у сержанта как раз выходной, так что можно будет нагрянуть в гости. Только надо будет заранее известить хозяина, иначе он имеет все шансы уткнуться в запертую дверь. После памятного спасения сержанта они почти и не виделись, Дарин только отдал ему письма Аники и медальон, найденный в тайнике, а потом ему резко стало не до общения со старыми друзьями. Хотя и сейчас дел хватало, чем меньше времени оставалось до бала по случаю восьмисотлетия империи, тем больше работы сваливалось на шею секретаря. Поэтому принц всё же решил взять на себя часть хозяйственных мелочей.

Следующим вечером он покинул дворец, как всегда захватив с собой телохранителя. По дороге к дому Тейнора Дарин не раз и не два видел уличных музыкантов, актёров и акробатов, собиравших вокруг себя небольшие толпы. Между домами уже протянули верёвки с разноцветными флажками, а на улицах было необычайно людно. В воздухе витал дух праздника и обещание незабываемых зрелищ и весёлых гуляний.

– Рад, что ты решил заскочить, Дарин! – Тейн крепко пожал принцу руку. – Входи.

В прихожей снова царили чистота и порядок, домохозяйка сержанта хорошо знала своё дело.

– После погрома, который тут учинили клятые ищейки, мне дом пришлось чуть ли не заново отстраивать, – басил Тейн, ведя гостей по коридору. – Представляешь, эти уроды выпотрошили мою любимую подушку!

– Я видел.

– Видел бы ты, что они сделали с бочонком вина, подаренным мне дядей на день рождения! Вышибли дно и то ли вылакали содержимое, то ли слили в отхожее место. Вот ты мне скажи, что я мог там спрятать?

– Без понятия, – Дарин не сдержал улыбки. – Но твой тайник им оказался не по зубам.

– Это точно! – расцвёл сержант. – Представляю, какие у них были рожи, когда ты его открыл!

В гостиной уже всё было готово к долгому и весёлому застолью, особенно внушительно выглядела выставленная, как на параде, батарея винных бутылок. Вирден хотел было остаться за дверью, но заметивший это сержант приглашающе махнул рукой:

– И вы заходите, мэтр. Без вашей помощи мне пришлось бы туго. Так что нечего отираться в коридоре.

Телохранитель пожал плечами и тоже вошёл. Стол был сервирован на троих, и Тейнор без лишних прелюдий провозгласил первый тост:

– За то, чтобы у нас всегда было на кого положиться!

Они чокнулись. Вирден предпочёл держать голову трезвой и поддержал старых друзей бокалом брусничного взвара. Телохранитель вообще относился к работе очень серьёзно, это было одним из его многочисленных достоинств. Дарин долго искал подходящего кандидата на роль своей тени, это должен был быть сильный и преданный человек, в идеале могущественный чародей. С учётом положения принца при дворе и определённой ограниченности в средствах, шансов нанять такого бойца у него не было. В любом случае, Кейтана перекупила бы его, да и в целом золото Дарин никогда не считал гарантией верности. Пришлось хорошенько поискать, и в этом ему помог Ристеццо, ещё одно крайне удачное приобретение принца. Вирден в своё время влип по самую маковку – запретная магия, кровавые ритуалы, грабёж и убийство – в общем, послужной список был внушительный. И когда тёмного мага, наконец, припёрли к стенке, ему оставалось только погибнуть в неравном бою. Но, на счастье колдуна, противники ему достались уж больно заковыристые, они умудрились схомутать преступника, нацепить на него негатор магии и притащить на суд. Такое редко, но случалось, хотя зачастую тёмные гибли при задержании – очень уж сложно безопасно обезвредить опытного мага. Тут на сцену и вышел Дарин. Задействовав всё своё не особенно большое влияние, он смог вытащить Вирдена. Взамен чародей обязался десять лет верой и правдой служить своему спасителю. Принц потребовал бы и больше, но это был не тот случай, когда жадность могла привести к чему-то хорошему. У мага могло появиться искушение досрочно разорвать контракт, попросту сбежав или укокошив принца в одной из тех переделок, в которые они иногда влипали. А так, что такое десять лет для могущественного колдуна? На момент поступления на службу к Дарину телохранителю было где-то в районе ста пятидесяти, и ещё минимум столько же он проживёт. Сейчас шёл шестой год его службы, и за всё это время он ни разу не подвёл своего патрона.

– Слушай, Дарин, – прервал его размышления Тейн, – к тебе в последнее время родственнички лен Тосса случаем не приставали?

– Было дело, – принц напрягся, предчувствуя плохие новости.

– Так я и понял, – порывшись в одном из карманов, сержант извлёк скомканную бумагу. – Смотри-ка, что я сегодня нашёл в своём почтовом ящике.

Принц принял письмо, уже догадываясь о том, что увидит. Так и есть, знакомый дёрганый почерк и хамское требование передать его высочеству вызов на поединок в случае, если прежние письма йора Эмина по какой-то причине не достигли адресата. От такой наглости Дарин чуть не взбесился. Этот придурок совсем берега потерял! Кому он в следующий раз напишет, Эри, или самому императору?!

– Расслабься, дружище, – только тут принц понял, что разорвал несчастную писульку в клочья, и теперь судорожно стискивает кулаки. – Лучше скажи, он просто дурак, или за этим что-то кроется? Засада там, например.

– Дурак, – Дарин перевёл дух. – По крайней мере, ищейки убеждали меня именно в этом.

– Этим облезлым тявкам верить не стоит, конечно, – сержант уже по новой наполнял бокалы. – Но сейчас выкинь этого лен Тосса недобитого из головы, расскажи лучше, что там нового в совете?

Дальше беседа потекла своим чередом. Большую часть времени говорил Тейнор, солёные шутки и байки сыпались из сержанта, как из рога изобилия, вскоре Вирден узнал много нового о юности своего патрона. В основном, конечно, всякие забавные истории, Тейн не был дураком и прекрасно понимал, о чём рассказывать можно, а что лучше оставить между старыми друзьями. Так прошло часа два, а потом раздался настойчивый стук в дверь.

– Кого ещё тёмные боги принесли? – лицо сержанта раскраснелось от выпитого, глаза весело блестели. – Вроде как мы девок не вызывали!

Телохранитель собрался было пойти посмотреть на нежданного визитёра, но Тейн хлопнул ладонью по столу:

– Сидите, мэтр, я сам открою, – с этими словами он встал из-за стола и покинул гостиную, в коридоре что-то грохнуло, похоже, Тейнор не рассчитал и врезался в тумбочку. На минуту всё стихло, а потом из прихожей раздался громоподобный крик:

– Уважаемый йор, ты охренел?! Какого люра лысого тебя принесло к моему порогу?!

– Заткнись, смерд! Ты как разговариваешь с благородным, плетей захотел?!

– Ты мне поугрожай! – разорялся сержант. – А ну, вали из моего дома в ту гразгову задницу, из которой ты вылез!

– Да как ты…

– Хватит!

Дарин уже был в коридоре, его взгляду открылась следующая картина – распалённый тяжело дышащий Тейнор слегка согнул ноги в коленях, готовясь то ли ударить, то ли уклониться от вражеского выпада, перед ним на пороге стоял среднего роста мужчина, судорожно тискавший рукоять меча. Кажется, ещё секунда, и он бы пустил его в ход. Черты лица Эмина лен Тосса были острее, чем у его покойного брата, но сходство прослеживалось невооружённым глазом.

– Что происходит? – коротко бросил принц.

– Ваше высочество, – несмотря на безумный огонёк в глазах незваного гостя, он всё же не забыл о правилах приличия, – я пришёл, чтобы лично бросить вам вызов на поединок! До смерти. Я не раз и не два писал вам, но вы предпочли меня игнорировать.

– Ты спятил. Уходи, или окажешься в тюрьме.

– Конечно! – Эмин высоко вздёрнул подбородок, его левая щека то и дело дёргалась. – Вы трусливо прячетесь во дворце, а при встрече грозитесь натравить на меня своих клевретов! Я-то рассчитывал, что в вас осталось хоть немного благородства, чтобы ответить на вызов. Но вы способны только пытать и убивать беззащитных и…

– Закрой хлебало! – не выдержал Тейнор. – Ты вообще понимаешь, кому…

И тут лен Тосс ударил сержанта, вернее, попытался ударить. Даже изрядно набравшийся Тейн оставался отличным бойцом, он успел перехватить направленный ему в лицо кулак, и ловко заломить руку йора за спину.

– Довольно! – рявкнул принц. – Отпусти его.

Как ни странно, особой злости он не испытывал. Как можно злиться на собаку, которая лает на тебя с чужого двора? Судя по виду лен Тосса, он почти не соображал, что говорит и делает. Спятил от горя? В любом случае, убивать его или бросать в тюрьму Дарин не собирался. И так уже к его персоне привлечено слишком много внимания. Правда, Эмин мог попытаться напасть на него прямо здесь, но с тем же успехом он сейчас может разрыдаться, уйти и броситься на собственный меч. Кто знает, что у сумасшедшего на уме?

– Твоего брата я не убивал.

– Ложь! – вскинулся йор. – Я видел тело, его пытали, а потом застрелили из арбалета!

– Но застрелили его не мы, – того, что в разговор вмешается Вирден, не ожидал никто, и все трое удивлённо уставились на телохранителя. – Твоего брата убили его же сообщники, когда поняли, что заговор раскрыт.

– И поделом! – рыкнул Тейнор. – Нечего якшаться с некромантами и замышлять на императора!

– На императора?! – похоже, лен Тосс был сбит с толку.

– Что ты вообще знаешь о случившемся? – снова Вирден.

– Только то, что принц со своим телохранителем забрались в мой дом, пытали и убили моего брата, а после свалили всё на выдуманный заговор! – снова перешёл в атаку йор.

– А зачем его высочеству, по-твоему, понадобилось его убивать?

– Не знаю! Но знаю, что никакого заговора и в помине не было, иначе уже давно прошли бы аресты и казни.

– Заговор был, но его не раскрыли, потому что был убит главный свидетель.

– Вот именно, – снова вмешался Тейнор. – И этот свидетель запихал меня в подвал к некроманту. Ты то ли сбрендил, то ли вообще ничего не знаешь о своём брате!

– Я знаю! Я знаю, в чём бы ни обвиняли Китэра – это всё грязная ложь! И я ещё докопаюсь до правды! – с этими словами лен Тосс развернулся на каблуках и устремился прочь, попытавшись напоследок хлопнуть входной дверью. Дверь Тейнор успел придержать, на лице сержанта было написано огромное желание что-нибудь проорать безумцу вслед, но он всё же сдержался.

– Пойдём за стол, – после короткой паузы подытожил хозяин дома. – Мало ли придурков на свете, так что теперь, не пить из-за них?

Они вернулись в гостиную и просидели там до глубокой ночи, но настроение было уже не то. В голову Дарина лезли всякие мрачные мысли и все попытки сержанта как-то расшевелить друга к успеху не привели. Чем дальше, тем больше принц налегал на вино, и когда они, наконец, покинули гостеприимный дом, он еле смог удержаться в седле.

Ночная прохлада не принесла ожидаемого облегчения, да ещё и от тряски начало мутить. Раз за разом Дарин возвращался мыслями к разговору с заместителем Гессела. Мог ли тот не знать о слежке, которую Эмин установил за домом Тейнора? А слежка была, иначе как бы этот малахольный пронюхал о визите принца. Не мог. А значит, утаил. Причина ясна – особый советник боится, что если Дарин о чём-то таком прознает, то решит снова вмешаться, и окончательно спутает ищейкам все карты. Его можно было понять, но это не означает, что принц должен терпеть нападки ополоумевшего йора. Тех писем и оскорблений, которые он уже получил, с лихвой хватило бы на то, чтобы упрятать лен Тосса в темницу или в дом скорби. Обычно такими щекотливыми делами как раз и занималась Особая канцелярия, но в этот раз Гессел решил до поры остаться в стороне. Как будто у Дарина и без того мало проблем!

Оставив лошадей на дворцовой конюшне, они с телохранителем расстались. Здесь принц не видел нужды постоянно держать его при себе, так что каждый направился в свои апартаменты. Больше всего Дарин сейчас хотел добраться до мягкой постели и хорошенько выспаться. Но на пути его встала неожиданная преграда. В колеблющемся свете настенного факела, у двери стояла женская фигурка в изысканном синем платье.

– Дарин!

– Чего тебе?

– Грубишь, как всегда, – скривилась Заяна. – Неудивительно, посмотри, в кого ты превратился! Пьяное животное, влипаешь во всякие истории со своим ручным чудищем. Весь двор только о ваших похождениях и судачит!

– Дура.

– А ты болван! – девица уже накрутила себя, и теперь её было не остановить. – Сидишь в своём кабинете, как в склепе, прячешься от нормальных людей! А всё эта потаскуха, я ведь помню, каким ты был раньше. Зачем тебе эта швабра, ты ведь с ней даже почти не спишь, я знаю!

– Прочь с дороги, – он попытался её обойти и потянулся к дверной ручке.

– Нет уж, ты меня выслушаешь! – с этими словами она подскочила к принцу вплотную и изо всех сил толкнула его в грудь.

Не ожидавший подобного Дарин потерял равновесие. Ослабленные вином ноги запутались, и, чтобы не упасть, ему пришлось привалиться к стене. Это было уже слишком. Ярость вспыхнула как сухой хворост, в глазах потемнело. Зарычав, он наотмашь ударил девушку по лицу. Пощёчина пришлась вскользь, и досада на собственную неуклюжесть окончательно взбесила принца, погрузив сознание в багровую пелену. Быстро шагнув вперёд он ухватил охнувшую Заяну одной рукой за локоть, другой за плечо, и со всего маху приложил о каменную кладку стены. Потом ещё и ещё. Из горла девушки вырвался болезненный крик, тут же оборвавшийся от следующего удара. Хрупкое тело обмякло в руках принца, но он, не замечая этого, не останавливался до тех пор, пока красное безумие наконец не отступило. Тяжело дыша, Дарин отпрянул от стены, выпустив Заяну из рук. Та ничком упала ему под ноги, и глазам принца открылось жуткое зрелище. Сложная причёска сбилась на затылке, превратившись в грязный колтун. Светлые волосы слиплись и потемнели от крови. Судорожно вздохнув, он опустился на одно колено и положил пальцы на горло девушки. Пульса не было. Ему уже доводилось убивать во время припадков, но чтобы женщину… А что дальше – ребёнок?

– Она сама виновата, ваше высочество, – дверь в коридор была открыта, на пороге стоял Ристеццо. – Вот, выпейте.

В руке секретаря поблёскивал знакомый стакан. Схватившись за него будто утопающий за соломинку, Дарин жадно проглотил содержимое не чувствуя вкуса, и снова уставился на дело своих рук. Сама? Возможно. Заяна прекрасно знала о его вспышках, и о том, что напившись он хуже себя контролирует. Но убил её сам принц, и надрался он тоже сам.

– Выпейте ещё, – Ристеццо успел уйти в комнату и вернуться с новым стаканом.

– Нет, – Дарин чувствовал, что ещё глоток и его вывернет наизнанку прямо в коридоре. – Ты мог вмешаться.