Текст книги ""Фантастика 2026-201". Компиляция. Книги 1-28 (СИ)"

Автор книги: Мария Боталова

По ним ударили миномётчики. Наблюдатели доложили, что один из мотоциклов накрыло близким попаданием, а ещё один лишился седока за спиной водителя. Третий, к сожалению, успел улизнуть без видимого ущерба.

– Значит, скоро и к нам «гости» пожалуют, – тряхнул головой Ларионов – В общем, давай сделаем так, Витя. Ты выезжай к Дашевичам, а я останусь в Ходосах: если в штабе полка вдруг решат, что я там нужнее, чем у тебя, отсюда ближе до Каменца.

И опять майор оказался прав. Не прошло и получаса с того времени, как Юдин на командирском БТР добрался до недалёких от Дашевичей Залешан, наблюдатели, затаившиеся на окраине Янушей, доложили о приближении колонны танков, бронетранспортёров и грузовиков со стороны Высоко-Литовска. Около роты солдат и пара Т-4.

Нет, это уже не те «четвёрки», которые изредка попадались в сорок первом. Немцы ведь тоже усовершенствуют свою технику. Нарастили лобовую броню, по бортам навесили стальные экраны, чтобы защитить их от огня противотанковых ружей и кумулятивных снарядов, вместо «окурка» танковой пушки теперь из башни торчит длинноствольное 75-мм орудие, способное пробить даже лоб Т-34–85. С меньших дистанций, конечно, чем 85-мм пушка «тридцатьчетвёрки» поразит его, но всё равно «зверь» опасный. Особенно – для бронетранспортёров батальона Юдина. И непробиваемый для КПВТ, установленных в их башенках.

Но к Дашевичам, дорога к которым идёт сначала по краю примыкающего к Янушам леса, а потом вдоль вытянувшейся справа от неё длинной рощи, танки соваться не стали, а свернули направо, ближе к Синитычам и Залешанам, по окраинам которых проходит рубеж обороны батальона. Пехота же, высадившаяся из серых бронетранспортёров и грузовиков, принялась прочёсывать то, что осталось от Янушей.

Недолгая перестрелка, несколько взрывов гранат… Всё, нет больше нашего наблюдательного поста возле этой деревни.

Полевые пушки ударили по позициям роты, окопавшейся у Синитычей и Залешан, откуда-то из полей южнее Янушей и западнее Величек. А после пятнадцатиминутной артподготовки южнее Величек двинулись вперёд цепи солдат в серой немецкой форме, поддерживаемые пулемётным огнём полугусеничных бронетранспортёров и редкими выстрелами танковых орудий. Первый и, похоже, не последний за сегодня бой батальона капитана Юдина начался…

Фрагмент 10

19

Вал публикаций в прессе нейтральных стран наводил на мысли, что все эти статьи появились накануне Всемирной конференции явно неспроста. Цель развернувшейся кампании начальник Секретной разведывательной службы Его Величества определил следующим образом: сделать всё, чтобы «империю, над которой никогда не заходит солнце» воспринимали в мине негативно, как злобное, жестокое государство, стремящееся уничтожить как можно больше людей.

Британцам старались припомнить всё, что только возможно. Начиная с первых колоний в Америке, в которых колонисты отстреливали индейцев всего лишь ради выживания на далёком континенте. Конечно же, ставили в вину и торговлю «чёрным деревом», как называли рабов-негров, в нечеловеческих условиях вывозившихся из Африки в трюмах кораблей. Этим занимались буквально все государства, осваивавшие Америку, но авторы статей винили исключительно англичан.

Особенно рьяно прошлись по «жертвам» бунтов в Ирландии, когда ирландцев, замешанных в них, тоже продавали в рабство, изобразив из преступников, представлявших этот народ, этакими невинными страдальцами. Конечно же, не забыли и голод в Ирландии 1845−49 годов, как будто в гибели от 500 тысяч до 1,5 миллионов и отъезде в Америку 1,5 миллионов ирландцев была виновата не эпидемия, поразившая картофель, а британское правительство, не желавшее вмешиваться в ситуацию.

Увы, но это напоминание о печальных событиях почти столетней давности взбудоражило не только террористов Северной Ирландии, но и потомков ирландских переселенцев в самой Америке. Включая, к примеру, эксцентричного мультимиллионера Генри Форда, родители которого эмигрировали именно с «изумрудного острова». Так что полиции Белфаста и его окрестностей сейчас приходится очень несладко.

Если продолжать говорить о голоде, то полковник Мензис не знает, откуда у авторов публикаций появились данные о ситуации в Бенгалии, где голод лютует в настоящее время. Да, британские власти этой колонии докладывали о том, что из-за небывалой мощности циклона в начале прошлой зимы в южных приморских районах погибла основная часть урожая риса культуры «аман», а плесень, развивавшаяся на растениях, уничтожила от 50 до 90 процентов зерна некоторых сортов. Но за семь месяцев с начала года власти ввезли в колонию около 80 000 метрических тонн продовольственного зерна, чтобы компенсировать потери урожая. Продовольствие в Бенгалии есть! Другой разговор, что слухами о его нехватке воспользовались спекулянты, взвинтившие цены и обрекшие бедняков на голодную смерть, но ведь на то и рынок, который сам определяет цену на основе потребительского спроса! По данным колониальных властей смертность там не превышает 0,7–0,8 миллионов человек, а эти никому неизвестные журналисты говорят о 3,8 миллионов.

В вину Британии ставят и вынужденные меры военного характера. Японцы уже оккупировали Бирму, и чтобы не допустить их ещё и в Бенгалию, пришлось конфисковать все лодки, способные перевозить более 10 человек, 66 500 судов. А значит, по словам манипуляторов-журналистов, населению стало невозможно ловить рыбу и подвозить продукты на рынки. Так что же нужно было делать? Отдать джапам Бенгалию, оставив местному населению эти транспортные средства?

Несмотря на то, что и премьер-министр Уинстон Черчилль, и многие другие официальные лица из правительства и парламента, категорически опровергли причастность Великобритании к разработке пресловутого «Плана Моргентау», неоднократно объявляли о несогласии с ним, тема снова вспыхнула в печати. Причём, с ужасающими подробностями: мол, таким образом «кровожадные» англо-саксы собираются уничтожить до тридцати миллионов немцев.

Данными тезисами развивается тема якобы причастностью англичан к массовому уничтожению населения покоряемых стран в целом ряде войн. Начиная с Англо-Бурской войны 1899–1902 годов, когда до половины бурского населения было помещено в концентрационные лагеря не только в Южной Африке, но и в Индии, на Цейлоне и в других британских колониях. К сожалению, порядка 13% из этих людей погибли от голода и болезней. И эти факты особенно взбесили лорда Мальборо, в те годы бывшего журналистом и самого отведавшего бурского «гостеприимства» в плену. В статьях приводится ужасающая цифра: в концлагере Йоханнесбурга умерли почти 70% детей в возрасте до восьми лет. И утверждения были подкреплены фотографиями, неизвестно где добытыми этими писаками.

Поскольку Канада до 1931 года, до подписания Вестминстерского статута, находилась под юрисдикцией британского парламента, существование в этом доминионе в годы Великой войны концентрационных лагерей также ставилось в вину Великобритании. Подчёркивалось, что канадские власти в 24 таких лагерях в нарушение Гаагской конвенции игнорировали различие между военнопленными и гражданскими лицами стран-противников. Да и права военнопленных практически не соблюдали.

Припомнили даже лагеря для большевиков на русском острове Мудьюг и в селении Йоканьга. Пусть там сами британцы не значились в числе охранников лагерей, но именно их объявили виновниками уничтожения людей, поскольку происходило это в то время, когда русский Север был под властью оккупационных англо-американских войск.

Газеты с материалами о жестоком подавлении восстания сипаев в 1857−59 годах изымаются в Индии, но их подпольно ввозят в «жемчужину Британской Империи» сторонники Чандры Боса. И это напоминание пополняет ряды тех, кто поставил своей целью освобождение Индии от британского владычества. Да что там напоминание о тех давних событиях, если с августа прошлого года, когда Индийский национальный конгресс объявил кампанию массового гражданского неповиновения, ситуация обострилась настолько, что уже арестовано около 100 000 человек? Взрывы бомб, разрушение и поджоги государственных учреждений, разрушение электростанций и разрыв линий связи вызвали хаос в некоторых регионах. Казалось бы, благодаря этим арестам, ситуация только-только началась успокаиваться, и тут снова кто-то подбрасывает индусам повод для бунтов…

Ещё одна крайне болезненная тема – депортация из Метрополии так называемых «домашних детей». Речь идёт об отправке в колонии сирот и малолетних бродяжек, которым организаторы этой частной программы должны были обеспечить усыновление, обучение и трудоустройство. Но, как на конкретных фактах доказывали некие «журналисты-расследователи», всё оказалось далеко не так, как планировалось. По их словам, многие «домашние дети» имели одного, а то и двух живых родителей. Пусть, зачастую, и из бедных слоёв общества. После переселения в Австралию, Канаду, Южноафриканский Союз и другие британские колонии они превращались в самых настоящих рабов у фермеров и владельцев промышленных предприятий, их обучением почти никогда не занимались или занимались для проформы, а зачастую, избивали и подвергали сексуальному насилию.

Данная проблема уже неоднократно поднималась и в парламенте, и в правительстве, но рассматривалась в виде частных случаев. Авторы же статей приводили множество фактов и имён, и даже «беглая» их проверка показала, что они не лгут, а проблема имеет системный характер. И поскольку численность депортированных детей превышает сто тысяч (пусть и за период с XVII века по настоящее время), удар по авторитету страны получился очень ощутимым. Даже в самой Британии, не говоря уже о том, как воспользовались этой темой пропаганда её врагов.

Пожалуй, Стюарт Мензис и не обратил бы внимания на ряд других публикаций, включавших, казалось бы, вполне нейтральные сведения об успехах русских археологов. Наоборот, подумал бы, что эти статьи, появившиеся в американской и даже британской прессе (не считая газет нейтральных стран), играют против расовых теорий нацистов. Если бы не премьер-министр, которому на глаза попалась одна из них. А когда руководитель SIS по его приказанию выяснил, что их активно перепечатывают в Иране и Индии, всё встало на свои места.

Где-то на юге Урала русские обнаружили руины двух десятков древних городов, два из которых они раскопали за пару сезонов. И в захоронениях обнаружили остатки самых древних боевых колесниц, на которых, как известно, передвигались древние арии при переселении в Иран и Индию. Согласно изобретённому русскими учёными методу датировки органических веществ по содержанию радиоактивного изотопа углерода с массовым числом 14, достоверность которого подтвердили и в американских лабораториях, эти прото-города существовали за 1900–2100 лет до Рождества Христова, а их население составляли представители «праевропеоидного расового типа без монголоидных примесей». Русские даже привели описания этих городов, взятые из индийских Вед, где они назывались «осенними крепостями».

Что это значит для Британии? Молодой иранский шах уже дал согласие посетить эти раскопки и считает, что Россия действительно является прародиной предков иранцев. Направили русские и приглашения содержащимся под арестом лидерам Индийского национального конгресса Мохандасу Ганди и Джавахарлалу Неру, имеющему прозвище «Учёный». Как будто бы им неизвестно, что эти два смутьяна находятся под стражей! И если британское правительство задумает вступить в войну с Россией, ему придётся столкнуться ещё и с неприятием данного шага как со стороны персов, так и со стороны индусов, среди которых со стремительностью степного пожара распространяется весть о находке родины ариев, принёсших в Индостан цивилизацию. А это уже очень, очень серьёзно, поскольку, стремясь победить Россию, Великобритания может потерять Индию. Именно так Мензис доложил премьер-министру, проанализировав ситуацию.

20

Врёшь, не возьмёшь!

Да, возле Синитычей и Залешан обороняется всего лишь рота красноармейцев. Но зато они «зарылись» в землю, а немецкая рота, поддерживаемая танками и бронетранспортёрами, прёт по открытой местности. Так что наши бойцы находятся в лучшей ситуации. И пока немецкая бронетехника не приблизилась на дистанцию метров семьсот, «работали» только пулемёты и миномёты, вынуждая вражеских пехотинцев передвигаться перебежками и прятаться за бронированными машинами. И лишь подпустив поближе танки, ударили противотанковые орудия. Чтобы наверняка выбить «четвёрки», а там уж и бронетранспортёрами заняться. В итоге оба «панцера» дымятся, четыре полугусеничника выбиты, а фрицы отползают на исходные под вялым миномётным огнём (приходится экономить боеприпасы).

Но свою задачу немцы выполнили, произведя эту разведку боем, выявили некоторые позиции пулемётов и капониры БТР. Поскольку тут же возобновился обстрел вражеской артиллерией. Но уже не наобум, а по конкретным целям.

Южнее, у Каменца, тоже идёт бой. Там немцы атакуют со стороны Видомли, видимо, сформировав «кампф-группу» из состава гарнизона и подошедшего откуда-то подкрепления. Именно туда бьёт артиллерия 6-го гвардейского полка, поддерживая первый батальон.

Почему против батальона Юдина использовали только два Т-4 и пехоту, вполне объяснимо: местность тут довольно болотистая, ни «Тигры», ни «Пантеры» вне дорог не пройдут – завязнут. На это, в общем-то, командование дивизии и рассчитывало, создавая столь жиденькую линию обороны 6-го полка. Да и пока у фашистов в штабах суматоха: вдруг обнаружили неизвестно каким образом оказавшиеся в собственном тылу части Красной Армии. Вот и пытаются пока хотя бы определить, насколько это им угрожает.

Очень угрожает. Но не сейчас, а когда по лесной «дороге», проложенной инженерными машинами разграждения, подоспеют другие соединения, выделенные для прорыва к границе СССР. Эта техника уже ушла назад, на восток, прокладывать новые колонные пути для ускорения переброски советских войск. Как в книжке про Мальчиша-Кибальчиша говорится, нам бы только день простоять да ночь продержаться, пока подойдёт Красная Армия и погонит врага туда, откуда он пришёл.

Выслушивая отчёт ротного о потерях (два пулемёта, противотанковое орудие, попавшее под артобстрел, восемь убитых и пятнадцать раненых), Виктор отчего-то вспомнил песню, исполнявшуюся одним из «добровольцев» в то время, когда Красная Армия только-только перешла в наступление на дальних подступах к Москве:

 
Кто-то встал в полный рост
И, отвесив поклон,
Принял пулю на вздохе.
Но на запад, на запад ползет батальон,
Чтобы солнце взошло на востоке.
Животом по грязи, дышим смрадом болот,
Но глаза закрываем на запах.
Нынче по небу солнце нормально идет,
Потому что мы рвемся на запад!
Руки, ноги на месте ли, нет ли?
Как на свадьбе, росу пригубя,
Землю тянем зубами за стебли
На себя, под себя, от себя!
 

Его батальон скоро, очень скоро снова двинется на запад. Бегом, шагом, ползком, но будет наступать, «чтобы солнце взошло на востоке». Отталкиваясь от земли локтями, цепляясь зубами за траву «на себя, под себя, от себя», но будет наступать.

Наблюдателей в Янушах больше нет. Но есть ещё у Хвояновки, отделённой от Дашевичей лесом. И именно они сообщили по радио о приближении со стороны Рожковки колонны «странно одетой» пехоты.

– Полицаи, – спустя несколько минут уточнил старший группы. – До полутора рот.

Это тоже понятно: немцы «скребут по сусекам» всё, что оказалось под рукой. Вот, видимо, и отдали приказ согнать предателей из всех окрестных деревень и сёл. И не стоит этих гадов недооценивать: местность они знают превосходно, прекрасно научились воевать с партизанами в здешних лесах. А от позиций роты, окопавшейся на окраине Дашевичей, до опушки сотня – полторы метров.

– Отходите на юго-восток, – приказал наблюдателям Юдин. – Потом вдоль Хвояновского рва доберётесь до нашего правого фланга. И без самодеятельности! Подступы к опушке леса сейчас заминируем, если пойдёте другим маршрутом, можете нарваться на наши «сюрпризы».

Мин в распоряжении батальона немного, но отбить желание ломиться через лес они вполне способны у кого угодно. Ведь сложно заметить в кустах и траве колышек с надетой на него ребристой чугунной рубашкой и тянущейся от него к другому колышку, дереву или кусту тонкой проволочкой. А зацепишься ногой за такую проволочку, и мина ПОМЗ-2 в радиусе четырёх метров посечёт осколками буквально всё. Ещё сложнее увидеть прикрытую травой мину направленного действия МОН-50, «выплёвывающую» около 500 шариков или роликов на полсотни метров с углом их разлёта 54 градуса. «Дёрни, деточка, за верёвочку, дверь и откроется». Дверь на тот свет… Эх, перекрыть бы этими «сюрпризами» весь язык леса, разделяющий Хвояновку и Дашевичи, да только нету для этого ни достаточного количества мин, ни времени.

Да, времени нет. Полицаи ведь тоже не дураки, всей толпой сразу ломиться не стали, выслали разведку, с которой группе автоматчиков, прикрывающих минёров, пришлось устраивать перестрелку.

Но даже после того, как ребята из батальона отошли, полицейские в атаку не попёрли. Чего-то ждали.

Как оказалось, подхода подкрепления со стороны Высоко-Литовска. Но не в Хвояновку, а к Янушам.

К тому времени Игорю Ларионову, регулярно выходящему на связь со штабом полка, удалось выяснить обстановку на других участках обороны 2-й гвардейской мотострелковой дивизии.

До подхода танкистов на станции Тевли было очень тяжело. Немцы лезли с трёх сторон. Дело дошло до рукопашной на самой станции. Но тут появились «тридцтьчетвёрки», ударившие наступающим с юго-запада фрицам во фланг. С их помощью удалось отогнать противника к Глинянке, Стригову и Славному. То есть, не только вернуть потерянные позиции, но и расширить «плацдарм».

У 5-го гвардейского полка ситуация примерно такая же, как и у 6-го: немцы нащупывают оборону небольшими «кампф-группами». Но «соседу с юга» проще: его защищает от бронетехники река Жабинка с топкими берегами. С другой стороны, на его участке и наступать на одноимённый населённый пункт будет сложнее. По той же самой причине.

Зато 1-й батальон 6-го гвардейского атакуют практически безостановочно. Мало того, что в районе его ответственности проходит дорога из Видомли, так ещё и прямой путь от Высокого и Высоко-Литовска. Полковая артиллерия действует только по заявкам этого батальона. И потери у ребят там лишь немногим ниже, чем у 4-го гвардейского полка у станции Тевли.

Задумку немцев Виктор Юдин понял, когда в атаку от Янушей по дороге двинулись немецкие пехотинцы в сопровождении батареи «штугов-4», четырёх приземистых безбашенных машин с толстой лобовой бронёй. А одновременно с этим начали рваться установленные в лесу мины. Враги собирались нанести удар с двух сторон, раздёргать роту, обороняющую Дашевичи, и уже дойдя до Синитычей, развернуться на юг, чтобы взять штурмом и этот населённый пункт, и Залешаны. То есть, прорвать изогнутую дугой оборону батальона по центру.

Дело дошло до применения ручных противотанковых гранатомётов, которым и сожгли ворвавшиеся на улицы Синитычей два «штуга». А вот с ударом через лес на Дашевичи у полицаев не задалось. Тем, что не посекло осколками установленных между деревьями мин, пришлось вернуться на исходную позицию, перегруппировываться и пытаться прорваться уже вдоль Хвояновского рва. Но к этому времени атаку на Синитычи уже отбили, и Юдин мог маневрировать огнём приданных батальону миномётов, а также направить к рву бронетранспортёры.

Победа далась тяжёлой ценой. Противотанковых орудий на центральном участке оборона не осталось, в роте, по которой пришёлся главный удар, уцелело всего два пулемёта, четыре бронетранспортёра в минус. Да и личного состава в роте осталось на взвод «с хвостиком». Прямо как два года назад, когда Виктор впервые вступил в бой на окраине совсем уже недалёкого Высоко-Литовска.

Но самое тяжёлое для капитана Юдина известие пришло уже после того, как он приказал соседям пополнить понёсшую большие потери роту. Вместе со взводом подкрепления из Ходосов приехал на БТР майор Ларионов. Но дойти до КП командира батальона не успел: снаряд 105-мм гаубицы ударил буквально в пяти шагах от него.

– Осколочное ранение в грудь, – поведал медбрат пытавшийся перевязать бывшего комбата. – Он у меня на руках умер…

Фрагмент 11

21

– А почему вы выбрали именно Испанию?

Ожидание решения о том, что делать с разболевшимся из-за мальтийской воды Шульце, затянулось, и они с Петерсом коротали время разговорами «на свободные темы». Лишь изредка прерываясь на то, чтобы отвечать на запросы по разным мелочам, которые всё-таки требовались центральной конторе SIS для подготовки материалов к Лиссабонской конференции.

– В первую очередь климат, конечно. Кроме того, я знаю испанский язык, а владение языком тоже немаловажно.

– Если не секрет, то откуда его знаете? Насколько я помню, вашей специализацией на протяжении всей службы в разведке была Россия, а не Испания.

– Гражданская война в этой стране. Вы должны помнить, насколько серьёзной была помощь большевиков республиканцам. Коммунистов, конечно, испанцы уважали, но наиболее активны были анархисты. И в Кремле решили, что с их присутствием в испанском правительстве на время можно смириться, чтобы потом вывести Ибаррури на главные роли, благодаря поддержке оружием. И оружие слали, и так называемых «советников». Вот меня и откомандировали в штаб националистов, где я занимался как раз русскими, воюющими в рядах республиканцев. Так что за два года неплохо овладел языком. Ну, а когда ушёл в отставку, адмирал нашёл мне дело: организацию встречи вашего прямого начальника – я имею в виду Мензиса – с Канарисом. Пожалуй, если бы не это, я бы надолго не задержался в этой стране: ситуация, как видите, складывается так, что Испания снова может быть втянута в войну. С Россией. И уже не в масштабе единственной отправленной на фронт «Голубой дивизии», а куда серьёзнее. Значит, так и не успевшая толком подняться после гражданской войны экономика опять просядет, а население обнищает. В этом плане куда привлекательнее какие-нибудь Аргентина или Парагвай.

Разумеется, Петерс и из этих разговоров черпал кое-какую дополнительную информацию, подшивавшуюся в досье на оберста, но Шульце было наплевать. Ему всё равно до конца войны не видать свободы, а после её окончания и его непонятный статус, скорее всего, изменится на статус вольного человека.

Да, судя по публикациям в британской прессе, дело действительно пахнет вступлением в войну против России не только Англии, но и ряда стран, которые пока придерживались нейтралитета. Ситуация, конечно, парадоксальная: у Англии никакого мира с Германией быть не может, пока у власти Гитлер, но, скорее всего, снова повторится «странная война», длившаяся с сентября 1939 года по май 1940, когда британцы с французами находились в состоянии войны, но активных боевых действий не вели. В то же время, у них будет общий враг.

Для Германии это очень хорошо, поскольку позволит перебросить часть войск из Франции на Восточный фронт, где дела идут… Прямо скажем, не очень. По крайней мере, появятся неплохие шансы стабилизировать фронт примерно по линии советской границы 1939 года. Англичане, скорее всего, либо высадятся в Греции, либо попытаются выгнать большевиков из северной части Ирана. Это для них даже важнее, чем Балканы, поскольку, при наличии успеха, им открывается путь к Баку и в Среднюю Азию. Ну, и наверняка попытаются выбить русских с Проливов. Для британского флота эта задача вполне по силам.

Скорее всего, Италия после Лиссабона выйдет из войны с Британией и США. А если русские сдержат слово и двинутся на оккупированную итальянцами Албанию, то вполне могут присоединиться к англичанам в операции в районе Проливов.

Правительство Виши в его совершенно двусмысленном положении, тем не менее, кое-как, но контролирует Сирию. И тоже может войти в эту коалицию. По крайней мере, когда шли боевые действия между Советской Россией и Турцией, оно не препятствовало участию в них арабов.

На саму Турцию, конечно, никакой надежды нет. Русские её разоружили, и малейшее поползновение к возобновлению боевых действий чревато для неё новыми территориальными потерями на востоке страны. До тех пор, пока Иран полностью не станет британским, а слабо вооружённые курды, возомнившие себя хозяевами на части бывших турецких земель, не будут разгромлены.

Конечно, сухопутные войска у англичан невелики, но совсем рядом будет Индия, где можно будет набрать немало пушечного мяса. Хотя… Хотя эта антибританская пропагандистская кампания, выгодная, прежде всего, именно России, может очень серьёзно помешать планам Черчилля.

Да уж! Эти известия о находке «прародины ариев», конечно, стали настоящей бомбой и в Германии. Вот тебе, Адольф, и арийская теория происхождения немцев! Полковника самого шокировали лингвистические примеры того, что названия очень многих рек на севере России имеют осмысленный перевод именно с санскрита. Он совершенно не разбирается в этих археологических культурах, цепочку которых специалисты ведут от древних обитателей Верхней Волги и Прикамья к ариям, но теория выглядит очень и очень стройной, пусть и шокирующей. Так что идеологу расовой теории Розенбергу придётся изрядно попотеть, чтобы в свете этих данных продолжить считать русских унтерменшами.

Распоряжение посадить Шульце на пароход, следующий через Гибралтар в Лондон, поступило почти за две недели до начала конференции, и оберст занервничал: хотя ему и говорят, что целью плавания является британская столица, но судно будет проходить мимо Португалии буквально накануне её открытия. И не вздумают ли «лимонники» использовать его в качестве человека, способного подтвердить доказательства связи русских с миром будущего? В этой роли (да и вообще в качестве бывшего германского военного, ныне сотрудничающего с врагами Рейха) ему выступать очень не хочется.

Тем не менее, он не волен выбирать, что ему делать, и на борт британского военно-транспортного судна пришлось взойти. Разумеется, в сопровождении капитана Петерса, который должен его сопровождать.

Во время недолгой стоянки в военном порту Гибралтара они даже не выходили на палубу: «не положено». Так что прогуляться по палубе Шульце смог только когда судно вошло в Гибралтарский пролив. Перемирие перемирием, а пролив постоянно бороздили британские и испанские эсминцы, обеспечивая безопасность этого важнейшего «коридора» из Атлантики в Средиземное море. Следует сказать, достаточно оживлённый, поскольку через него следуют и испанские суда, ходящие в Африку и обе Америки, и «грузовики» под самыми разнообразными флагами, идущие в Средиземное море. Не считая разнообразных пароходов союзников с военными грузами.

Ранее полковнику не доводилось здесь бывать, и он с любопытством взирал то на европейский, то на гористый африканский берега, сходящиеся всего-то километров на пятнадцать. Жалел лишь о том, что вскоре село солнце, и самой южной точкой континентальной Европы, мысом Марроки, полюбоваться толком не удалось.

Судно продолжало идти на запад ещё около часа, видимо, удаляясь от испанских территориальных вод: база на Гибралтарской скале по-прежнему является «занозой» в британо-испанских отношениях, и хозяева Иберийского полуострова очень болезненно реагируют на приближение к своим берегам любых кораблей под английским военно-морским флагом.

В раскалившейся за день каюте, несмотря на наступившую снаружи ночную прохладу, всё равно было душно, и среди ночи Шульце вышел на палубу. Следом за ним выбрел и зевающий Петерс, играющий в пути роль конвоира. Постоянно дующий с запада ветер действительно освежал, а медленно ползущие по правому борту огоньки вызывали у отставного оберста лёгкую зависть: счастливые люди! У них тут мир, никакой светомаскировки, никакой угрозы авианалётов, как в его многострадальной Германии…

Но, видимо, своей завистью он что-то сглазил. Вдруг в носовой части судна у противоположного борта взметнулся фонтан пламени, и палуба дёрнулась под ногами так, что Шульце едва удержался на ногах, вцепившись в ограждение борта.

– Торпеда! – заорал Петерс. – Нас атаковали торпедой!

А спустя пару секунд куда более сильный взрыв произошёл в средней части корпуса, примерно там, где находилась их каюта, и немец почувствовал, что куда-то летит. Пожалуй, от взрыва торпеды произошла детонация какого-то груза в трюме.

В голове успела мелькнуть мысль, что если бы они с капитаном не вышли на палубу, то сейчас были бы уже мертвы.

Впрочем, после удара о показавшуюся неожиданно твёрдой воду, едва не выбившую из оберста дух, когда он наконец-то вынырнул на поверхность, стало понятно, что, возможно, смерти он ещё не избежал. Обе половинки разломившегося пополам корабля пусть ещё двигались по инерции, но находились совсем рядом. Его сейчас просто затянет в воронку, образующуюся, когда они пойдут ко дну.

Он грёб прочь, в сторону берега, с такой силой, на какую был способен. И успел отплыть на добрых две сотни метров, прежде чем то, что ещё пару минут назад было грузовым судном, скрылось под водой.

Но и это ещё не спасение. До берега – километров тридцать. Он просто умрёт от переохлаждения, так и не успев до него добраться. Тем более, в костюме.

Шульце пришёл в себя, когда какие-то люди опустили его на залитую утренним солнцем палубу. Сквозь спутанное сознание он уловил разговор по-испански:

– Похоже, он с того самого британского военного транспорта, что сегодня ночью торпедировала немецкая подводная лодка. Но не военный, а, судя по штанам, гражданский. Что будем делать?

– Возвращаться в Кадис я не стану. И сообщать по радио властям о спасённом тоже: нас тогда заставят вернуться. А кто заплатит неустойку за опоздание? На Тенерифе с ним разберёмся, если он выживет.

22

Наконец-то нам дали приказ наступать,

Отбирать наши пяди и крохи…

Именно эти слова лучше всего подходят к настроениям бойцов 23-й отдельной танковой бригады, долгое время торчавшей в болотах возле городка Столин. Как и ожидалось, это был фланговый удар по группировке гитлеровцев, обороняющей северную часть Украины, Полесье. Ведь главные бои шли намного южнее, в районе Коростеня, Шепетовки, Проскурова, Каменца-Подольского. И севернее, в Белоруссии, где направлением наступления был обозначен Брест. Для сержанта Кудина и многих других красноармейцев, призванных с Украины, это наступление навстречу войскам 1-го Украинского фронта было особенно радостным: хоть краешек родной республики, но помогут освобождать.

Операция не бог весть какого масштаба, поскольку сил в ней было задействовано всего ничего: их танковая бригада да две стрелковые дивизии, не считая приданных вспомогательных отдельных полков, примерно армейский корпус. Даже больше сковывающий удар, поскольку это была зона ответственности соседей, а не 1-го Белорусского.