Текст книги ""Фантастика 2026-2". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Олег Велесов

Соавторы: Александр Артемов,Владимир Мельников,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 261 (всего у книги 354 страниц)

Может, и хрен с ним? Сдалась им эта усадьба, а с охотником Яр и сам сладит. Что до Марлинского, то он и сам заберет свой меч, коли ему надо.

Не факт, что он вообще в усадьбе. Поди из своего ШИИРа не вылезает. Эх, надо было позвонить от старосты, а не лезть на рожон…

Тома еще раз надавила на кнопку, но оттуда доносилось одно:

– Кто там? Кто там? Кто там?..

– Сука, и нахрена приперлись? – скрипел зубами фокс, пытаясь высмотреть в окнах этого шутника.

– Поди прислуга совсем одичала в этой халупе, – хмыкнула Тома, – вот и дурит.

Тут она права. Раз их не спешат пускать, так и хрен с ним. Да и боязно как-то отдавать в руки не пойми кого ценный клинок…

Сжав меч, Яр направился к броневику, но Тома и не думала уходить. Оглянувшись, он хотел позвать ее, но сестра разбежалась и, вцепившись в прутья, перемахнула через забор.

Хоп! – и она замахала ему с той стороны.

– Тома, что ты⁈

– Яр, лезь, чего встал? – крикнула ему эта дурочка и широкими шагами направилась к крыльцу.

Фокс сплюнул и, бросив мрачный взгляд на динамик, откуда еще доносились какое-то фырканье, принялся перелезать через забор.

В конце-концов, Илья четко и ясно сказал, чтобы они взяли все самое необходимое и переезжали в усадьбу. Все претензии к идиоту-переговорщику.

Когда он спрыгнул с той стороны, Томы уже не было. А дверца усадьбы пригласительно стояла открытой нараспашку.

Глава 18

– Тома! Тома!

Ответа не было. За порогом усадьбы темень, а оказаться во тьме да еще и в замкнутом пространстве Яр боялся до жути. Еще не хватало, чтобы оттуда полезли автоматы, или еще какая-нибудь дрянь…

Это у них Тома вся в отца – глазастая, она во тьме, как рыба в воде, а вот у Яра с темнотой совсем другие отношения. Еще ребенком ему выдалось поблуждать по ночному лесу, по которому рыскали ржавые юды. До самого утра маленький шестилетний Яр сидел в глубоком рву, боясь пошевелиться, трясясь от каждого шороха…

Ох, и страху он тогда натерпелся.

– Сука, самое время вспомнить! – фыркнул Яр. – Тома!

Вглядевшись в окна, он не смог разглядеть ни черта – все скрывали плотные занавески. Где-то пару минут, не двигаясь с места, он ругал сестру на чем свет стоит.

– Черт тебя, Тома… – вздохнул он, переборов себя, и вошел в холл.

Просторный, и, кажется, тут даже пытались навести марафет – пылью совсем не пахнет, ни сырости, ни грязи, да и углы чистенькие, ни следа паутины. Вроде, тут совсем и не страшно, однако сколько Яр не пытался привыкнуть к темноте, все без толку – окна словно специально занавесили толстыми гардинами.

– Тома?..

Едва он сделал шаг вперед, как за спиной хлопнула дверь. Весь свет снаружи как отрезало.

* * *

Пытаясь разыскать хоть кого-нибудь в этой пугающе-притягательной усадьбе, Тома шагала вперед и глядела по сторонам. И где все? Зачем приглашать в дом и держать людей на пороге? Эх, и все у этих людов не как у людей: ни встретить, ни накормить новых жильцов… А в животе урчит, жуть.

Где-то хлопнула дверь, Тома оглянулась. Яр? Уже зашел? Или поди опять темноты испугался, бедолага?..

Так, а где дверь, откуда она только что пришла⁈

– … пу-пу-пу… пых-пых-пых… – вдруг послышалось бормотание из одной из комнат. – Кхм, кхм… Кто там? Кто там?..

– Ага, вот и ты, наглый шутник, – хмыкнула Тома. Затем подошла к порогу и аккуратно приоткрыла дверь.

Комната была залита тусклым светом, по полу в окружении пустых банок из-под сгущенки тянулись провода. На столе, заваленном болтиками, шайбами и гайками, хрипело переговорное устройство с микрофоном. На стуле с высокой спинкой…

Волосатые уши⁈ Тома едва не выскочила наружу, осознав ЧТО ЗА ТВАРЬ сидит в кресле.

– … пу-пу-пу…

Стараясь не шуметь, Тома на цыпочках подкралась поближе. С каждым аккуратным шажком она все больше покрывалась холодным потом.

– … пу… пу… пу…

Гремлин, фу! В их с братом родной деревне на этих тварей шла настоящая охота – то капканы ставили в мастерской, то сидели в засаде, то отраву подбрасывали. А едва отвернешься, так пиши пропало, а кто виноват? Нелюди, конечно. Мол, ваши собратья, значит, и отвечать тоже вам. Десяток плетей за каждый испорченный механизм!

– Кто там?.. – повторял зверек в микрофон и одновременно подкручивал что-то отверткой. – Кто там?

Замерев позади него, Тома секунду лихорадочно раздумывала, как поступить.

Попытаться задушить? Самое верное средство, но стоило только подумать, как она коснется спутанной шерстки, тошнота сразу подступала к горлу, а в голове всплыла сценка из детства, которую Тома старалась загнать поглубже в подсознание.

Она. Одна. В шкафу. А по комнате ползают… ОНИ.

– Сука… – одними губами прошипела Тома, закатив глаза, и потянулась к гаечному ключу, стоявшему у ножки стула. Едва она схватила его, как лапка существа заерзала в поисках инструмента.

Тома отстранилась, со страху едва не выронив ключ.

– Пу-пу-пу? – посмотрел зверек на лапку, а затем заглянул под стул.

Сглотнув, фокс перехватила оружие и, сделав шаг назад, прицелилась, чтобы ударить точно по…

Динь! – и звякающая по полу банка откатилась в сторону. Уши задрожали, а миг спустя голова гремлина повернулась на сто восемьдесят градусов.

Глаза! Точно такие же, как…

– Ой… – пискнуло ушастое существо. – П-п-привет… Я Мех…

Вжух! – но удар пришелся по спинке. Юркий гремлин покатился по полу, а Тома с криком швырнула в него ключ. Снаряд отскочил от столешницы и рухнул на пол вместе со всем громыхающим железом.

Щелкнув, в стене открылось маленькое отверстие. Там и пропали волосатые уши.

– Сука! – запрыгала Тома на месте, пытаясь сбросить омерзение.

Он едва до нее не дотронулся! Какая гадость!

И вообще какого черта по усадьбе Ильи Тимофеевича ползают эти твари? И где вообще все⁈

В ответ прозвучал еле слышный скрип. Не успела Тома испугаться, как земля ушла из-под ног и все потонуло во мраке.

* * *

– Эй, что за шутки⁈ – зарычал Яр, пытаясь нащупать в темноте хоть что-то. – Где тот тугоухий шутник? Тома, черт тебя!

Он ходил из одной комнаты в другую, а навстречу ему не попадалось ни души. Комнат много и все закрыты – так, их кто-нибудь встретит? Или тут одни крысы с пауками⁈

– Пу-пу-пу… – послышался голосок неподалеку.

– Эй, ты кто? Ты где? – заозирался Яр, и вдруг в темноте мелькнули глаза, а затем сразу пропали. Что-то щелкнуло, а затем словно из-за стены раздался топоток.

– Я Механик, – заговорили уже с другой стороны. – А ты кто?

– Я кузнец, Ярослав Коршунов, – ответил фокс, пытаясь взять в толк, где находится его собеседник. – Видел мою сестру?

– Такая похожа на тебя и еще любит кидаться ключами?

– Ну… да…

– Она упала.

– Упала? Куда⁈ – воскликнул Яр, но его неизвестный собеседник как воды в рот набрал.

Тут он заметил силуэт, сидящий в кресле. Кажется, женщина, и высокая… Яр приблизился, но, едва тронув незнакомку за плечо, отпрянул. Сука, ледяная как…

Фигура задрожала и начала подниматься. Вспыхнул огонек свечи, которую существо подняло со столика – одной из своих четырех рук!

Встав на ноги, оно подняло свечу повыше. Яра пробило холодным потом, ибо световые блики бегали по абсолютно пустому железному лицу.

* * *

«ВЫ УМЕРЛИ!»

Вздохнув, я открыл глаза и приблизил руки к огню. Тепло и приятно. Так бы держал и держал.

Вокруг вновь серость, уныние и холод скученных улиц, груды костей, пепел и полумрак. Костерок же слово свеча во тьме – от него совсем не хотелось уходить, однако наш Поход не ждал.

Метта сидела рядом, вжавшись мне в плечо и тихонько сопела. Она тоже зверски устала.

Толкнув ее в плечо, я помог подруге встать на ноги и протереть глаза. Затем протянул руку и вытащил меч из кострища. Языки пламени взметнулись, дыхнули на меня жаром и пеплом, а затем сразу же потухли.

Все краски поблекли. Впереди виднеются черные полуразрушенные башни и дырявые крепостные стены.

Замок дракона, где томится самая прекрасная из принцесс. Туда нам и нужно.

– Надеюсь, принцесса возблагодарит меня поцелуем за труды, – вздохнул я, взвалив меч на плечо.

– Возможно, – загадочно проговорила Метта.

Что ж, еще одна попытка прорваться через толпы врагов, которые ждут не дождуться, когда я снова брошусь рубить их в капусту.

Моя спутница вышла вперед и расставила руки в стороны:

– Восславим солнце! – и засияла как факел.

Из-за морока туч на мгновение выглянуло солнце, отпугнув парочку самых наглых мертвяков, которые решили первыми вступить в бой. Через секунду новые силы нахлынули на меня, и я расправил плечи.

Эх, хорошо… Даже не пришлось прикладываться к желтой фляжке, которую я носил на бедре. Потом. Еще будет время.

Звеня доспехами, я побежал вперед, и тут же ощутил на себе сотни голодных взглядов. Их обладатели замерли в нетерпении, пока я не пересеку невидимую черту. А потом…

Вот!

Сразу трое с воем рванули ко мне, и но всех нашел мой меч. Смахнув их отравленную кровь с клинка, я заметил груду костей, над которой поднималась зеленая дымка. В прошлый раз я позволил загнать себя в ловушку. Исправляемся.

Еще одна группа врагов поджидала меня под мостом через пересохшую речку. Всю партию как пошенковал за пару ударов. Из-под моста заревели, но я уже бежал вперед.

Нет, убивать всех до единого нет никакого смысла – все равно после очередной смерти они вновь возродятся.

Как и я, собственно. В этом мире бесконечных перерождений и смертей цель одна – умирать и снова пытаться, пока не пройдешь тропу боли до кон…

У подъема на вал на меня налетело сразу пятеро скелетов. Едва я расправился с троими, как – бум! – и у меня из груди торчит арбалетный болт.

Неожиданно. Затем на меня навалились сразу двое, а на вершине вала вспыхнуло пламя. Я выругался – ко мне неслась троица пылающих колес, состоящих из живых костей.

Шаг в сторону, но двое скелетов повисли на мне, как… Шлеп!

«ВЫ УМЕРЛИ!» – зажглась кроваво-красная надпись.

Перед глазами вспыхнуло пламя костра. Я снова сижу и грею руки у спасительного пламени. И снова негостеприимный город, вдалеке замок, пепел, грязь и бледные гляделки из каждой щели.

– Что-то вы сегодня какой-то мрачно-пафосный, Илья Тимофеевич! – заметила Метта, появляясь рядом. – Неужели на вас так действует эта тренировочная модель? Может, вернуть горную речку?

– Нет, это все шестьдесят семь смертей так действуют, – ухмыльнулся я и встал.

Вытащив меч, я снова бросился на приступ. Монстров не стало меньше и появлялись они из совсем других мест, но я была начеку. Порвав монстров на тряпки, добрался до подъема, убил троих, а стрелу отбил на лету. Визжащие колеса пронеслись мимо, а я рванул на вал.

Тут передо мной выскочила очередная зубастая образина, и мне пришлось потратить драгоценную секунду, чтобы обезглавить ее. Повалив тварь, я побежал прямо к крепостным воротам. Сзади грохотали колеса, но забраться на вал не так просто, как скатиться с него.

Их закрывала бледная дымка. Только доберусь до ее и…

Мохнатая гадина выскочила из-за полуразрушенного домика. Едва я поднял, меч как с другой стороны вылетела ее подруга. Секунду спустя мой клинок торчал у нее из груди, но ее клыкастая морда была слишком близко…

«ВЫ УМЕРЛИ!»

– Да как так-то⁈ – всплеснул я руками, вновь оказавшись перед костром. – Я же убил этого мудака!

– Забыл, что эти твари всегда делают предсмертный укус? – спросила Метта. – Неужели предыдущие шестьдесят семь смертей вас ничему не научили?

– Разве что тому, что на твои «давайте немного повысим сложность, Илья Тимофеевич», стоит отвечать нет. Здесь и так как в аду.

– Бубубубу!

Очередной забег был похож и одновременно не похож на предыдущий – твари подстерегали на каждом углу, стали сильнее и быстрее, но я все же смог забраться на вал. На этот раз без ран не обошлось, но приложившись к бутылочке, я вновь вернул себе силы.

– Была бы такая бутылочка в жизни, – посетовал я, отбрасывая ненужную стекляшку.

– А как же ром? – хихикнула Метта.

– Как только сделаем Рощина, так сразу.

Вот и ворота… Фух! Наконец-то!

– Кстати, как там дела у Томы с Яром? – спросил я Метту, коснувшись белой пелены. – Еще не приехали?

– Приехали, но хранительницы еще заряжаются в кристалле. И… Ой!

– Что такое⁈ – спросил я и оказался по ту сторону пелены.

Вокруг распростерся разросшийся сад. До «финиша» осталось всего ничего – нужно только найти принцессу. Думаю, еще шагов сто, и баста.

– Тома уже внутри… – ответила Метта. – Блин!

Не успел я спросить, чем вызвано это ее «блин», как впереди загрохотала земля, и я покрепче перехватил меч.

Передо мной возвышалась громада цитадели, а на ней, обвив башню хвостом, сидел трехголовый дракон. В его огромных глазах я разглядел свою крохотную фигурку.

Выдохнув столп дыма, он раскрыл пасть.

* * *

– Ой, больно, – шипела Тома, потирая ушибленный копчик. Посадка вышла жесткой.

Прежде чем потолок, недавно бывший полом, сошелся над ее головой, на фокс посмотрели два огромных глаза – зеленый и синий. Потом – хлоп! – и Тома осталась одна в темноте.

Она проморгалась и увидела подвальное помещение, куда ее сбросили словно мешок с мусором. Вокруг паутина, сырой камень, а на грани слуха слышатся какие-то скрипы.

– Жуть…

С трудом поднявшись, она наощупь принялась искать выход. Привыкнуть к темноте ей было это куда проще, чем Яру – этот здоровяк вообще ночью превращался в слепого котенка, но вот Тома любила погулять под луной. Говорили, это у нее от бабушки, а та была той еще полуночницей.

Еще немного блуждания по коридорам, и она почуяла холодок. Бабушка всегда говорила, что если ты умудрилась заблудиться в пещерах, то иди туда, откуда тянет воздухом.

Принюхиваясь к каждому изменению воздуха, Тома направилась вперед. Благо нюх у нее отменный. Сильно пахло смазкой, сыростью и перегоревшей проводкой. С каждым шагом холодок усиливался.

Не прошла она и десяти метров, как сердце екнуло, а ушей коснулись странные звуки – как будто нечто железное скреблось о камень.

Еще кто-то храпел. Серьезно⁈ Держась вдоль стенки, она заглянула за угол и…

Стена⁈ Сплошная стена? – охнула Тома, ощупывая каменную кладку без единой щели. Здесь явно должен быть проход!

Впустую потыкавшись в стенку, она направилась в другую сторону, но вскоре ее опять встретила глухая преграда. Попробовав третий проход, фокс повела носиком – поддувало где-то совсем рядом!

Еще пара переходов, и Тома еще острее уловила храп – глубокий, хриплый и пронизывающий до костей. Сглотнув, фокс побрела туда, где было посвежее. Вскоре вышла в просторную комнату с низким потолком, с которого свисали связки проводов.

Храп совсем затих, так что Тома со спокойным сердцем могла идти вперед. Провода постоянно мешались и с каждым шагом их становилось только больше. Похоже, это какой-то технический этаж, или что-то подобное.

– А господин Марлинский тут неплохо устроился… – пробормотала она, продираясь сквозь провода, как сквозь заросли.

Похоже, каждая пядь дома подключена к центральной системе… Это что же? Усадьба-автомат⁈

– Круто! – охнула Тома.

Через десяток шагов, она разглядела впереди дверь – здоровенную, полукруглую и окованную металлом. Кажется, из под нее и сквозило.

Фокс прошла еще немного, как вдруг храп раздался прямо у нее перед носом. Вздрогнув, она отскочила и повисла на переплетенной проводке. При виде того, что лежало на том месте, куда она чуть не поставила ногу, она затряслась от страха.

Существо отдаленно напоминало пса. Из туловища росло аж три головы, а из нижней части тела вылезало несколько хвостов. Огромная пасть на брюхе была приоткрыта, наружу выходил гремучий храп.

– Мамочки… – пискнула Тома не своим голосом и, прикрыв рот ладонью, попыталась убраться от монстра подальше, но только запуталась в проводах. Через секунду она забилась в сети, как муха в паутине.

Всхрапнув, тварь вздрогнула. Затем заворочалась и привстала. Длинные, тяжелые хвосты с металлическим скрипом заелозили по шершавому полу. Зубы на брюхе громко клацнули. Когда одна из голов слегка приподнялась, фокс забыла как дышать и попыталась закрыться проводами.

Открывшийся глаз сверкнул алым сиянием. Монстр глядел прямо на Тому.

* * *

Жарко! Жарко! Жарко!

– Илья, у нас проблема! – кричала Метта, пока я бежал прочь от этой здоровенной сволочи, спутавшей мне все карты.

– Мне некогда! – ответил я и прыгнул за обломки колонны, обвитой плющом.

Вовремя! Над головой тут же вспыхнул воздух. Жаром меня обдало нешуточным, но я все же смог отбежать подальше. Нужно зайти твари с тыла.

– Илья, это срочно!

– Да что там случилось⁈ – сказал я, выглянув из-за дерева. – До звонка будильника и начала тренировки в Комнате еще целый час. Шли всех нахрен!

Дракон, тем временем, совсем потерял меня из виду. Подмяв под себя половину сада, он шагал куда-то в заросли. Дымище от него перло как от паровоза.

Сидеть сиднем в укрытии не в моих правилах. Пока тварь рыщет по закоулкам в поисках моей скромной персоны, мы наступим ей на хвост!

И едва я покрыл половину расстояния до монстра, вдруг раздался женский крик, а затем мне предстала интересная сценка.

Дракон с оскаленной пастью приближался к трясущейся девушке. Обливаясь слезами, эта рыжая милашка извивалась в цепях, будучи прикованой к огромному камню. Платье на ней было разорвано в клочья, а под ним…

– Так, Илья, вы не о том думаете! – набросилась на меня Метта. – Это и есть наша проблема!

Я пригляделся. Кого-то она мне напоми…

– Тома⁈ – ахнул я, разглядев у пленницы лисьи ушки и хвостик, выглядывающий из-под юбки.

– Она разбудила Рен, – доложила Метта. – Что будем делать?

– Как что? Шпилька рядом?

– Да, но…

– Значит, придется спасать лисичку!

Дракон почти добрался до Томы. Вернее, Рен, черт бы ее! Со всеми этими Горбатовыми и Рощиными совсем не было времени подчинить эту злобную псину.

Нет, на этот раз ни надписи «ВЫ УМЕРЛИ!», ни спасительного костра не будет. Все взаправду.

Александр Артемов
Рыцарь Резервации. Том III

Глава 1

АВТОМАТ⁈

Фокс отпрянул, а страшная машина сделала шаг вперед.

– Посторонний? Интересно… Я люблю посторонних…

Она шагала вперед, а из пальцев медленно вытягивались длинные металлические когти. Вокруг что-то забегало и заскрипело. Свеча в руках дамы-автомата разгорелась.

Яр огляделся – тут их были десятки, и в пустых лицах каждого автомата поблескивало пламя свечи. Даже его напряженное лицо мелькало то тут, то там.

– Посторонний! – и из потолка вылезла растрепанная девичья голова. – Дайте два!

Раскрылись двери, на пороге встала белая фигура. За ней появилась еще одна, а потом целая вереница дам вошла в комнату. Проигнорировав Яра, каждая подошла к своему автомату и слилась с его телом. Еле слышно зажужжало, а секунду спустя машины сошли со своих мест. В груди каждой пылал огонек геометрики.

– Посторонний! – заголосили они. – Дайте нам постороннего!

Звякнув, меч сам собой прыгнул в ладонь фоксу, и он вскинул оружие. Огонек свечи блеснул и на клинке, который Яр полировал всю ночь напролет.

Ну, кто первый⁈

Автоматы сделали еще шаг, а затем застыли на месте. Фокс прижался к стене, но меча не опустил. Шерсть на загривке встала дыбом. Он был готов рвать металл зубами. Однако никто из дюжины автоматов не собирался подставлять ему сверкающие бока.

Яр еще сильнее сжал зубы. Только подойдите жестянки, и…

– Постойте! – воскликнула дама-автомат со свечкой и устремила в грудь Яру острый палец. – Рыжая шерсть, хвост, грубоват и рычит да гавкает на каждый угол?.. Да вы же Ярослав Коршунов, кузнец, о котором рассказывал хозяин!

Хозяин⁈ – бессловно ахнул Яр и слегка опустил клинок. Илья Тимофеевич повелевает этими тварями? Он, вроде, упоминал, что в усадьбе обитает всего лишь «парочка автоматов». Может, перегнул, но не настолько же…

– Меня зовут Мио. Вижу, меч при вас! – кивнула дама и, убрав когти, протянула две руки. – Позвольте взглянуть?

Где-то пару секунд Яр тупо пялился в свое отражение в зеркально гладкой физиономии. Дама-автомат не торопила его.

Прокляв все на свете, он медленно протянул ей меч, и тот мягко оказался в пальцах Мио. Она сделала пару шагов в сторону и пару раз взмахнула им. Затем перебросила из руки в руку, взвесила на запястье и покачала головой:

– Баланс чуть-чуть смещен к рукояти… Однако в остальном вы справились прекрасно. Поздравляю, господин Коршунов! Хозяин будет доволен!

Окружающие автоматы молча захлопали в ладоши. Дождавшись конца аплодисментов, дама-автомат продолжила:

– А теперь – посвящение в род! – и хлопнула в ладоши.

– Посвящение в род! – заголосили со всех сторон. – Посвящение в род!

Яр опешил:

– Какое еще посвящение? Где моя сестра, где Марлинский⁈

– Илья Тимофеевич сейчас отсутствует, – сказала четырехрукая, – поэтому нам придется провести обряд самим. Но не волнуйтесь. Это совершенно безболезненно. А что до вашей сестры – эта любопытная лисичка наверняка шляется где-то в усадьбе. Все с ней будет в порядке.

– Если она не додумается спуститься в подвал, конечно… – бросила одна из железных дам.

Автоматы начали приближаться. Заворчав, фокс вжался в стену. Нет, ни о каких посвящениях ему не говорили!

Вдруг где-то зацокали каблучки. Протяжно заскрипела дверь. Щелк! – и в комнате загорелся свет. Автоматы обернулись – позади стоял девушка с длинными черными волосами.

– Так, девочки, – сказала она, уперев руки в бока, – чего это вы тут устроили? Почему так темно? Я ненавижу, когда темно!

И бросилась раздвигать шторы.

– У нас посвящение в род, – замахали на нее. – Не мешай, Рух!

– Опять вы за свое⁈ – зарычала она, безжалостно отбрасывая одну занавеску за другой. – Сколько раз я говорила, чтобы не вздумали затенять помещение! А ну-ка, Ги, помоги, мне открыть окна! Хватит, засиделись в склепе!

Скоро комнату затопило солнце. Яр проморгался – обстановка полностью преобразилась. Если не считать жутковатого вида деваху, выглядывающую из потолка, даже грозные автоматы не выглядели такой уж большой опасностью.

– Ага, вы же господин Яр, да?

Девушка подошла к нему и внимательно осмотрела с головы до ног.

– Так, раз ваши штаны еще сухие и вы в ужасе не бежите прочь, значит, вы успешно прошли испытание, поздравляю! Меня зовут Рух!

И она бесстрашно протянула ему ладонь. Немного подумав, фокс пожал ее ручку – она просто исчезла в его здоровом кулаке. Заметив в ее глазах странный блеск, он опешил – зрачки обоих были причудливой геометрической формы. Хранительница?

– Яр…

Улыбнувшись ему, девушка повернулась:

– Мио, найди нам сестру Яра, быстренько! Ги, сколько можно тебя просить: закажи еще пачку писчей бумаги и чистящее средство для труб! Лиза уже пять раз просила! И…

Вдруг снизу раздался протяжный крик.

– Ойк! Походу, лисичка все же сунулась в подвал! – сказала четырехрукая мадама. – Господин Яр, если мы не поспешим, посвящение зайдет слишком далеко.

* * *

Оцепенев от ужаса, Тома принялась закапываться все глубже в провода, но жуткая машина, скрипя и визжа шарнирами, ползла прямо на нее.

– Хорошая собачка, – простонала Тома, пытаясь сообразить, как ей защититься.

Позади ничего кроме проводов, впереди три пары глаз сверкают рубиновыми бликами, с заточенных клыков свисают черные ниточки, а из оскаленного брюха раздается чудовищно рычание…

– Мама!

Хвосты ударили об пол раз, другой, и адская тварь вся вжалась в пол, приготовившись к прыжку. Сердце в груди Томы заходилось как бешеное – она в сети, ей не сбежать!

Вдруг позади мелькнули огоньки – синий и зеленый.

В следующую секунду сквозь рык раздался странный звук:

– Мяю! Шшшш!

Вздрогнув, сторожевая машина и затравленно оглянулась, но слишком поздно – огоньки обратились черной кошкой с белыми пятнами, и она бесстрашно прыгнула псине на загривок.

– Шшшш!

Подвал затопил вой отчаянной борьбы. Пес метался из стороны в сторону и, все больше запутываясь в проводах, катался по полу, однако кошка словно таяла. От ее тельца отделялись сотни маленьких жучков и скрывались в каждой щели панциря этого страшного юда.

Тома молча наблюдала за схваткой и от страха не могла двинуть и пальцем.

Наконец от кошки осталось одно черное пятно, и оно в мгновение ока растворилось в металлическом панцире. Монстр с воем повалился на пол. Затем задрожал и вскинул головы.

Глаза блестели торжеством. Пес смотрел на Тому, и тут она поняла, что ей не избежать смерти.

Монстр вывалил язык, вытянул лапу и со страшным скрежетом пополз к ней.

– Мама… Мама… – бормотала девушка, в отчаянии предприняв очередную попытку выбраться. Нет! Слишком сильно запуталась, дура!

Тут внутри пса что-то громко щелкнуло, но пес не отступал. Чиркая когтями по полу, елозя хвостами, он двигался к ней. Все ближе и ближе.

Снова щелчок, и, на мгновение зависнув, тварь снова дернулась в сторону Томы.

Еще шажок, еще… Пасть раскрылась шире, изнутри раздался металлический клекот. Тома тоже дернулась – нет! Руки запутались, на ноге затянулась петля. Никак…

Еще ближе. Огромные, пустые глаза пса заполнили собой все, только руку протяни и останешься без пальцев.

Кряк! – и все три башки раскрыли свои пасти. Отвернувшись, Тома всхлипнула, зажмурилась… Сердце едва не вырывалось из груди.

Яр… Яр, прости меня, дурочку. Что ушла и…

Щелк! – и опустилась тишина.

Тома глубоко задышала не в силах остановиться. Ждала свою смерть с замиранием сердца, но костлявая отчего-то запаздывала.

Блин, ну чего она ждет-то? Давай, давай быстрей…

– Эй, дуреха! – раздался тоненький голос. – Проснись и вытри сопли!

Дуреха⁈ Тома открыла глаза.

Пес сидел рядом с ней – глаза потухли, ни одна конечность не двигается. Даже хвосты, и те смирно лежали на полу как дохлые змеи.

Не до конца веря в свое счастье, Тома еще секунд десять пялилась на «уснувшую» бестию. А ну вот-вот, она снова вскочит на свои лапы, и тогда…

Так, кто назвал ее дурехой⁈

Вдруг изнутри монстра раздался скрип, и Тома вскрикнула. Следом из всех сочленений панциря показались жучки и забегали туда-сюда. Тома не могла оторвать от них взгляда – они вскакивали один на другой, а через минуту на спине «уснувшей» собаки стояла пятнистая кошка.

– Мяу! – подала она голосок и облизнулась. Затем, замурчав, приблизила мордочку к Томе.

– Ой, привет, – выдохнула девушка не своим голосом. – Это ты обзываешься?

Кошка не ответила, а только выгнула спинку.

Наконец осознав, что ее не собираются жрать живьем, Тома быстро-быстро принялась выпутываться из проводов. Это оказалось непросто, а с этой мордой поблизости вдвойне…

Спустя пять минут фокс обессиленно съехала на пол. Кошка же деловито расхаживала вокруг и пару раз ткнулась ей в ладонь. Тома погладила животинку по ушкам:

– Ты же Шпилька, да?

Как ни странно, но кошка посмотрела на нее своими сине-зелеными глазенками, кивнула и, вытянув хвост трубой, спрыгнула со спины чудища.

Бросив прощальный взгляд на подохшего цербера, Тома осторожно последовала за своей хвостатой спасительницей. Увы, бежать в сторону выхода из подвала, животинка не спешила. Аккуратно переставляя мягкими лапками, подошла к огромной двери и понюхала порог.

Тома присмотрелась – сквозь слой налипшей пыли просматривалась дюжина замочных скважин.

– Думаешь, мы сможем попасть внутрь? – вдруг раздался голос в тишине, и Тома вздрогнула.

Кошка умеет разговаривать, или она совсем сошла с ума от страха?

Но на этом неожиданности не закончились. Сзади послышалась возня, и Тома развернулась. Нет, только не это…

Рядом с поверженным псом сидела девочка. Маленькая, совсем малышка. Обняв страшную тварь ручками, она беззвучно плакала.

– Эй… – слетело с уст Томы, и девочка подняла на нее глаза. Точно такие же, как и у того жуткого монстра!

Не успела фокс испугаться, как красноглазая девочка подскочила на ноги и растворилась во мраке.

* * *

Мы с Меттой сидели на башке поверженного дракона и в оба глаза разглядывали диковинную дверь на экране планшета.

Ровно двенадцать замочных скважин. Что с другой стороны – неизвестно.

– Ты спрашивала Мио, что охраняла Рен? – поинтересовался я, пытаясь вырвать меч из башки дракона. – Сволочь, застрял…

– Угу, – кивнула Метта. – Она сказала, мол, не знают.

– В смысле? – закатил я глаза. – Как так⁈

Метта пожала плечами.

– Не исключено, что их кристалл появился в усадьбе уже после того, как поставили эту дверь. Или…

Она замолчала.

– Что, или? – насторожился я, налегая на меч. Черт, никак…

– Возможно, дверь стояла еще еще до того, как построили саму усадьбу, – задумалась Метта. – Заметил же, что эта комната находится ниже уровнем, чем все остальные подвальные помещения? Да и не похожа она на обычный сейф.

– Блин, еще не хватало искать ключи от этого долбанного…

Наконец, меч поддался, и я покатился с головы твари. Приземление было жестким.

– Уф, – выдохнул я и принялся подниматься. Тело словно налилось свинцом, и немудрено – шестьдесят восемь смертей это вам не хухры-мухры. – Каков результат?

Метта посмотрела на часы.

– До пелены мы добрались с результатом лучше, чем у Рощина на целую минуту, – кивнула она. – А вот дракон…

– В Комнате нет никаких драконов!

А раз так, значит, осталось только повторить то же самое наяву, и колечко наследника Рощиных у нас в кармане! А там и банковская ячейка наша!

– Осталось только понять, как пробраться в банк, минуя всю охрану, – заметила Метта. – А там и выбраться наружу…

– Так, давай решать проблемы по мере их поступления. Раз Эдуард будет у нас в руках, значит, он нам и поможет. Ну-ка, давай буди меня, а то уже поди подъем. Комната не ждет!

– У нас еще пять минуточек, Илья Тимофеевич, – улыбнулась Метта и ловко спрыгнула на землю рядом со мной. – Кажется, вы хотели награду за спасение принцессы?

– А… Ну в целом…

И тут из-за спины Метты вышла Тома. Вернее, ее проекция в этом внутреннем мире.

– Господин, позвольте от всего сердца поблагодарить вас за спасение от чудовища, – проговорила она, подойдя ближе. Разорванные одежды лисичку совсем не смущали, в глазах плавала истома. – Что я могу сделать для вас?

Я почесал макушку. Идей у меня было много, но Метта оказалась быстрее.

– Я уже знаю, что тебе понравился, шалопай! – хихикнула она и щелкнула пальцами.

Тут подошедшая Тома, мягко улыбнувшись, положила ладони мне на плечи и приблизилась. Я уже хотел поймать ее розовые губки своими, но тут она резко схватила меня за голову и…

Плюх! – сунула мое лицо прямо себе в сисечки. Неожиданно.

– Метта… – промычал я, пытаясь высвободиться из этого пикантного плена. – Это не похоже на поцелуй…

– Я знаю! Это лучше! – и она щелкнула пальцами. – У нас есть еще пара минут, расслабьтесь Илья Тимофеевич! А мы пока выберемся из подвала.

А затем Тома начала увеличиваться в размерах.

* * *

Тома держала Шпильку на руках и, наглаживая ей ушки, крепко прижимала к груди. Они пересекали одно подвальное помещение за другим и постепенно вокруг становилось светлее.

Скоро Шпилька пригрелась и забавно загудела. Кажется, это называлось «мурлыканье»?

– Налево, – временами говорила кошка, и Тома послушно поворачивала в нужную сторону. – Направо… Вот тут, ступенька, осторожней!