Текст книги ""Фантастика 2026-2". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Олег Велесов

Соавторы: Александр Артемов,Владимир Мельников,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 235 (всего у книги 354 страниц)

Глава 13

– Мистер Марлин? – переспросил Женя, недоуменно хлопая глазами. – Не знаю таких. Или вы… про Илью Марлинского?

– Пожалуй, – кивнул незнакомец, загадочно сверкнув очками. – Мы давно друг друга знаем. Отведешь меня к нему?

Женя нахмурился. Подозрительный тип.

– Нет, простите, наши дорожки разошлись, – покачал он головой. – Мы с ним ненадолго пересеклись на «Урагане». Но на этом все.

– Жаль. Наши дорожки тоже когда-то пересеклись. Можно сказать, мы были друзьями.

Женя хотел свалить от этого странного типа, но тот преследовал его до самого выхода. Широко шагая, незнакомец не отставал. Уйти от него оказалось сложновато. Особенно, когда ты ниже спутника на две головы.

– Мне бы страшно хотелось, чтобы они снова пересеклись, – продолжил он. – Все же у Ильи большое будущее…

– Правда? – буркнул Женя. – Вы что, его учитель?

– Учитель? Пожалуй. Тому, кому суждено изменить все, требуется хороший учитель.

– Это вы про Илью?

– Конечно. Нужный человек не в том месте может перевернуть мир.

Пока Женя обдумывал эту странную фразу, они вышли из вокзала и встали на тротуаре. Наконец, незнакомец отстал и огляделся. Город вовсю шевелился, и никакое поветрие его, похоже, не пугало.

– Полагаю, я знаю, куда направился мистер Марлин?

– Да? И куда же? – задумчиво обернулся Устинов. – Город пусть и небольшой, но…

Незнакомец хохотнул. Вдруг поднялся ветер и захлопал полами его длинного плаща.

– Это проще простого, – кивнул незнакомец, придерживая шляпу. – В ШИИР ведут все дороги.

Вдруг ветер поднялся такой силы, что пыль ударила Женю в глаза. Когда он проморгался, на том месте, где только что стоял этот высоченный мужчина, вращался ворох сухих листьев.

* * *

Пока Свиридова бодалась с одноглазой бухгалтершей, которая передвигалась по кабинету со скоростью улитки, мы со Шпилькой не отлипали от панорамного окна. Или же правильно будет назвать его иллюминатором?..

Неважно, ведь простор нам открылся невероятный! И все эти горы, леса, поля и озера, покрытые бледной дымкой, и есть неукротимая Амерзония. Тут и там взгляду попадались покинутые постройки, выжженные клочки почвы и странные темные линии, пересекающие лесной массив.

За грядой находились еще земли, и, судя по всему, они тянулись на сотни, а то и тысячи километров вглубь континента.

– На первый взгляд, обычная дикая природа, – пожала плечами Метта. – И не скажешь, что это магический край.

– Ты ожидала увидеть выжженую пустыню, по которой ползают драконы?

– Смейся-смейся! В книгах вот пишут, что снаружи Амерзония не такая, как внутри. Тут действует какой-то оптический эффект, не позволяющий увидеть Резервацию в ее истинном облике. Поэтому ее приходится изучать только в поле.

Наконец, формальности остались позади, и у меня в руках появился чек на энную сумму, которая по словам Свиридовой должна втрое покрыть нынешнюю стоимость Таврино.

– Никогда не видела столько нулей на одной бумажке… – потерла подбородок Метта, вместе со мной рассматривая чек. – Интересно, сколько геометриков можно накупить на такие деньги?

– Много, – сказал я, пряча чек в карман. – Но даже будь эти деньги в моем полном распоряжении, я не стал бы размениваться по пустякам. Столько нужно зарабатывать в месяц, а лучше в неделю, и тогда будет нам счастье. И домик с садом, и пруд, и все такое.

– А у тебя губа не дура…

Только мы с Юлией Константиновной направились на выход, как раздался телефонный звонок. Трубку взяла одноглазая бухгалтерша.

– Да? А, Альберт Борисович? Здравствуйте! Что-то давно вы нам не звонили. Да… Да, Марлинский? Он здесь! Это вас!

И она протянула мне трубку. Свиридова хмыкнула:

– Только через порог, а он уже обо все знает!

Я прижал трубку к уху:

– Марлинский у аппарата.

– Илья Тимофеевич, полагаю? – спросили веселым голосом. – Уже у нас? Готовы изменить мир?

– Мир регулярно меняется и без моей помощи, благодарю, – ухмыльнулся я, поглядев на Свиридову. – А вы, я полагаю, директор?

– Именно. Позвольте представиться – Альберт Борисович Вертер, директор института. Очень рад познакомиться! Мне о вас говорили много хорошего. Я не буду долго вас мучить, ибо знаю ваше шаткое положение. Вам уже вручили чек?

– Да, благодарю.

– Отлично! Теперь направляйтесь в ваши владения и сделайте все, чтобы уже к началу рабочей недели пойти в свой первый рейд в Амерзонию будучи помещиком! Мы на вас рассчитываем. Ни я лично, ни Юлия Константиновна не желаем видеть Горбатовых в Таврино!

Я заверил директора, что поместье почти у меня в руках, а потом по его просьбе передал трубку Свиридовой.

– Да, Альберт Борисович, – ответила она. – Да… И ЛИСовец со мной. Да, внизу, сейчас мы… Что? Где⁈ В смысле, трое?

Ее глаза округлились и, наскоро попрощавшись, она бросила трубку.

– Черти что! – скрипнула она зубами и, не попрощавшись с бухгалтершей, направилась вон из бухгалтерии.

– Что-то случилось? – спросил я магичку, когда мы уже стояли в медленно опускающемся лифте.

Она мрачно глядела в окно и рылась в кармане. Далеко внизу я увидел наш броневик, вокруг которого расхаживало пятеро бойцов из охраны. Очень странно.

– Какая-то чушь… – бросила Свиридова, засовывая в рот сигарету. – Опять эта чертова охранная система взбесилась. Не берите в голову. Лучше расскажите, как вам Вертер?

– Добрый, веселый малый. Мне бы хотелось встретиться с ним лично.

– Увы, я сама общаюсь с ним только с помощью телефона. Он-то мужик хороший, но страшно занятой, да еще и скрытный до кучи. Вот и не вылезает из своего кабинета на вершине ШИИРа. Я даже не помню, когда последний раз его видела…

– Значит, мне не помешает его номер, – хохотнул я.

– Это тоже едва ли осуществимо, – покачала головой Свиридова. – Я и сама не знаю, как с ним связаться.

– То есть?

– Он всегда звонит сам, – улыбнулась она и развела руками. – Полагаю, телефон директора знает один человек во всей строне.

– И кто же он?

– Император, конечно же.

Мы с Меттой переглянулись. Интересное руководство в этом ШИИРе.

А вот снаружи нас встретила целая кавалерия. Вокруг броневика толпился уже десяток бойцов, а вдалеке примостился один страус-автомат. Люк на огромной «башке» был открыт, и оттуда выглядывал пилот.

Геллер же стоял, прислонившись к борту броневика и мрачно курил. Бойцы хмуро пялилась на ЛИСовца, он отвечал им взимностью.

– Что такое⁈ – подошла к ним Свиридова.

– Добрый день, Юлия, – обернулся к ней главный. На вид это был настоящий бульдог-ищейка: огромный, широколиций и гладковыбритый служака. – Мы все понимаем – выслуга лет, авторитет, регалии и все такое, но провозить на территорию посторонних…

– Вы о чем, Сергей Анатольевич? – вздохнула Свиридова. – Какие посторонние? Это Илья Тимофеевич, студент-практикант из СПАИРа, а это…

– Я не о них. Их личности уже утверждены охранной системой. А вот ваш третий пассажир все еще не идентифицирован.

– Третий пассажир? – нахмурилась Свиридова. – Какой еще?..

– В вашем автомобиле, Юлия, было зафиксировано присутствие одного животного-автомата, – он кивнул на Шпильку, – и, помимо вас, еще троих человек. Двоих мы видим. Где третий?

– Третий?..

– Хорошо, – пожал он плечами. – Пожалуйста, откройте багажник. И держите руки на виду. Несанкционированное проникновение на территорию ШИИРа – это тяжкое нарушение режима.

Свиридова секунду сверлила его хмурым взглядом. Затем фыркнула и направилась к машине.

– Да пожалуйста! – сказала он, всплеснув руками, и открыла багажник. – Любуйтесь! Тут ничего не… Сука!

Подойдя, я поглядел ей за спину. В багажнике, свернувшись калачиком, лежала Аки. В моей шинели.

– Так! – резко развернулась Свиридова. – Это какое-то недоразумение!

– Бедняжка же просто спит, – заметила Метта, поглядывая на Аки. – Замаялась поди трястись в этой развалюхе!

Японка действительно дрыхла и что-то бормотала во сне. Парней же ее миленький внешний вид совсем не разжалобил – они сошлись вокруг нас кружком.

– Это японка, – проговорил Сергей Анатольевич. – У меня к вам, товарищ Свиридова много вопросов…

Тут Аки завозилась и сладко зевнула. Выглянув из багажника девушка потянулась и снова зевнула.

– Марлин-сан? – охнула она, и тут увидела охранников, грозно смотрящих на нее. – Ой…

Вдруг протяжно взвыл сигнал тревоги. Кажется, визит в поместье придется ненадолго отложить…

– Так, дорогуша, вылезай! – ухмыльнулся Сергей Анатольевич, и покрасневшая японка подчинилась. – Вытягивай ручки!

К Аки уже подходили солдаты с наручниками.

– Да брось, Сергей, это недоразумение! – качала головой Свиридова.

Боец попытался схватить девушку за руку, но та ловко увернулась. Прыг! – и она уже стоит сбоку от обоих. Парни снова потянулись к ней, но Аки, ловко увернувшись от их рук, вышла у них из-за спин.

– Простите! Я больше не буду спать в багажниках! – пискнула она.

– Стой на месте!

Еще пара отчаянных попыток дотронуться до японки ничего не дали. Едва рука очередного бойца пыталась сделать хватательное движение, как девушка проворно уходила вбок. И снова. И снова.

На нее навалились впятером, но однако только помешали друг другу.

– А она быстро двигается… – проговорила Метта, пока Аки раз за разом оставляла их с носом. – Похоже, предугадывает все их движения за мгновение до…

– Хрономагия? – предположил я. – Ишь как…

И да, глаза Аки еле заметно сверкали желтыми искорками. Ситуация была опасной, но тут ее таланты работали на все сто. Аки вертелась, отпрыгивала, ныряла под руки парням и уворачивалась от попыток повалить ее.

Бойцы не сдавались, но так и не смогли дотронуться до нее даже пальцем. Тут и присоединившийся к ним Сергей Анатольевич сплоховал. Через секунду желающих скрутить Аки собралось так много, что они уже мутузили друг дружку.

– Простите, но у вас руки холодные! – причитала девушка, а на нее накинулись уже десятеро. – Мама!

Черт, парни вот-вот схватятся за дубинки. Надо бы ее вытащить.

– Что будем делать? Долго она так не продержится, – сказала Метта, и я увидел на висках японки капли пота. – Кто-то ее неплохо натренировал, но даже так вечно плясать не получится.

Согласен, но не бить же нам охрану? Как ни крути, нарушение режима есть нарушение режима. Пусть и такое нелепое.

Свиридова же, смотря на эту замечательную сцену, улыбалась во все тридцать два зуба. Самое интересное, что пилот шагохода отчего-то тоже.

Сергей Анатольевич, тем временем, ринулся на Аки со спины. Вжик! – и девушка ушла из-под захвата. Затем схватила Сергея Анатольевича за плечо и, ловко перевернувшись в воздухе, оказалась у него за спиной, а затем побежала к нам.

Осознав, что жертва сейчас сбежит, охрана ринулась за ней. Пилот шагохода, к счастью, и не думал стрелять.

– Марлин-сан! – крикнула Аки, и я бросился к ней. Еще не хватало если они решат применить оружие.

– Аки, стой!

Японка встала как вкопанная. Я же, схватив девушку за руку, закрыл ее спиной и грозно глянул на бегущих к нам охранников:

– Я Илья Марлинский, наследник и хозяин Таврино. Стоять! – и для пущей убедительности сверкнул глазами.

При слове «Таврино» парни сбились с шага. На их лицах мелькнуло недоумение.

– Герман Георгиевич! – обернулся я к Геллеру, но вместо него сверкал только сноп искр. Сверкнуло, и Аки исчезла. Снова зажегся свет, и маг-громовержец с Аки на руках соткался из молний за спинами у охраны. У него в зубах дымилась сигарета.

– Что ты сказал, парень? – подошел ко мне Сергей Анатольевич. – Таврино? Ты шутишь?

– Нет. И эта девушка под моей защитой. Проверьте ее документы, она здесь абсолютно легально.

– Аки! Аки!!! – вдруг раздался крик, и все как один повернули голову вправо.

К нам со всех ног мчался еще один персонаж – седой дедушка азиатской внешности в белом халате. За ним, ругаясь на чем свет стоит, тоже неслась пара охранников.

И вот при виде него пилот шагохода напрягся.

– Chichi! – крикнула Аки и, вырвавшись из рук Геллера, побежала навстречу старику. – Chichi!!!

Охранники Сергея Анатольевича ринулись вслед за ней.

Аки со стариком встретились и, бросившись друг к другу в объятья, сели на землю. Морщинистая рука старика закрыла голову девушки.

Охранники окружили их кольцом.

– Йо, – сказал главный охранник. – Какого черта⁈

– Прошу, Сергей Анатольевич, – сказал японец с сильным акцентом. – Это моя дочурка. Она приехала на каникулы…

Затем старик что-то зашептал Аки на ухо, а та молча заплакала. Когда он поднимался вместе с дочерью, на его лодыжке сверкнул металлический браслет.

* * *

Как выяснилось, система безопасности в ШИИРе имеет одну важную особенность: для лиц японской национальности здесь действует особый режим пропуска. Сделано это было несколько лет назад после затяжной и очень тяжелой войны с японцаии.

Поэтому нас и заподозрили в том, что мы пытались помочь проникнуть в институт «шпионке», а затем устроили допрос. Вернее, опрос, как называл это сам начальник охраны.

Сначала Сергей Анатольевич долго мучил Свиридову. Однако, судя по веселой болтовне магички, доносящейся из кабинета, достиг он не больших успехов. Потом принялся за Геллера, но тот вышел от него через каких-то пять минут с выражением крайней скуки.

Наконец, вызвали меня.

– Илья, ничего не бойся! – сказала Метта, когда я вошел в кабинет. – Главное не ведись у него на поводу! Если в комнату войдет еще один мужик, улыбнется и предложит прикурить, знай – это провокация!

– Нам уже приходилось общаться в такой обстановке с представителями власти. Забыла про штабс-капитана Пупыркина?

– Ох, точно… Надеюсь, ему после тебя еще икается!

Сергей Анатольевич сидел за широким столом. На краю столешницы лежала пепельница, и, судя по огромной горке окурков, хозяин кабинета сильно нервничал. Он молча указал на стул напротив, и я с откровенно скучающим видом присел. Со стены на меня смотрел портрет государя Императора. Под потолком жужжали мухи.

Спросив мое полное имя и цель прибытия в ШИИР, Сергей Анатольевич начал с козырей:

– Как давно вы знаете шпионку?

Мысленно я закатил глаза, но ответил в скучающей манере:

– Не знаю никаких «шпионок».

Нет, они, конечно молодцы, что так оперативно нашли «тело», о котором не знали даже мы со Свиридовой. Их можно похвалить за бдительность, верность долгу, присяге и все такое, однако со своей шпиономанией парни Сергея Анатольевича сильно перегнули палку.

Шпилька еще полчаса назад полазила по вентиляции комплекса и доложила, что охрана просмотрела документы Аки и убедилась, что они все – вплоть до последней строчки – абсолютно настоящие. Более того, японку в ШИИРе ждали как практикантку и потенциальную студентку.

Единственное, что они могли ей предъявить, это сопротивление при задержании, а еще не ту национальность. Однако, учитывая все факты, говорящие в пользу Аки, ей в худшеи случае грозил выговор.

Следующий час в кабинетах охранного комплекса чесали головы и думали: зачем тому, кто и так абсолютно легально должен был попасть в ШИИР, действовать как шпион? Ответа, похоже, не знал и сам начальник охраны, однако отпускать нас ему не очень хотелось. Не зря же он поднял на уши весь ШИИР.

Сирена выключилась всего лишь пятнадцать минут назад. Все оказалось чисто – ничего, кроме одной единственной перепуганной японки, найти ищейкам не удалось. Ах да, моя шинель…

– То есть вы отрицаете причастность к проникновению на особо охраняемый объект шпионки и диверсанта Акихары Самуры? – снова завел свою шарманку подозрительный Сергей Анатольевич.

– Я не знаю никаких «шпионов» и «диверсантов» по имени Акихара Самура, – терпеливо ответил я. – А что до Аки, то она моя подруга, которая просто слишком рьяно пыталась вернуть мою собственность. Кстати, верните шинель, пожалуйста. Здесь прохладно.

– Это вещдок.

– Это моя шинель. И в ней мой носовой платок.

Пока мы с начальством выясняли шпионка Аки, или нет, Метта, разодевшись в форму жандарма, сидела на краешке стола и покачивала ножкой в черном чулке. На ее пальце вертелась маленькая дубинка.

– Колитесь, Илья Тимофеевич, – улыбалась она. – Это облегчит вашу участь!

– Ага, как же. Мне эти посиделки надоели так же как и тебе, моя милая! – мысленно проговорил я.

– Значит, вы помогали шпионам материально? – сверкнул глазами начальник охраны.

– Нет, шпионам я не помогал, а Аки помог, чем смог. Она могла простыть.

– Ваша Аки и есть шпионка.

– Нет, пока не доказано обратное, – покачал я пальцем. – А в Шардинск она ехала абсолютно легально по билетам, со всеми документами и в сопровождении дворянки Берггольц.

– Не знаю я никакую дворянку Берггольц.

– Очень жаль. Если бы вы нашли ее и задали хоть один вопрос, мы не тратили бы время друг друга. Кстати, сам директор ШИИРа озадачил меня небольшой проблемой, и мы с Юлией Константиновной уже час как должны быть в Таврино, а вы нас задерживаете.

И я покосился на телефон. Глаз начальника охраны дернулся. Он затушил едва начатую сигарету о пепельницу и, вскочив, заходил по кабинету. Его лицо по мрачности могло бы поспорить с тучами Поветрия.

Если Свиридова мне не соврала насчет манеры директора прозваниваться в самый неожиданный момент, то начальник охраны находился в весьма подвешенном положении. Телефон может зазвенеть когда угодно, и как только это произойдет, у него должны быть железные доказательства, что тревогу подняли не просто так.

Судя по его взволнованному внешнему виду, ничего, кроме носового платка, они не нашли. Да и не найдут, даже если попробуют обыскать нас до нижнего белья. Октаэдр Рух давным-давно «слопала» Шпилька.

Охранник не отступал, и мне пришлось рассказать ему в подробностях обо всех обстоятельствах дела. Записав их, он куда-то ушел. В кабинете было так душно, что дым уже разъедал глаза. Я было прикрыл их, но тут же раскрыл.

Блин… Еще не хватало снова провалиться в наш с Меттой уютный домик и бодаться с ниндзя!

– Можешь расслабиться, – сказала моя спутница, закидывая ногу на ногу. – Я уже дефрагментировала систему. Теперь учебные программы под моим полным контролем!

Я кивнул и закрыл глаза. Молодец, дорогая.

Вдруг пронзительно зазвонил телефон. Ну наконец-то! Хлопнула дверь, и Сергей Анатольевич вбежал в кабинет.

– Слушаю! – схватил трубку Сергей Анатольевич. – Да, Альберт Борисович. Да! Нашли японскую студентку в машине Свиридовой. Утверждают, что она направляется на практику. Да. Сейчас я допрашиваю студента СПАИРа Илью Марлинского, и… Нет… Говорит, что она увязалась за ними, чтобы вернуть Марлинскому шинель и уснула в багажнике. Нет, не шучу… Да, официальное направление есть… Она оказала сопротивление при… Нет, но… Понял. До свидания.

Он положил трубку на рычаг. Минуту начальник молчал.

– Пишите объяснительную, и добро пожаловать в ШИИР.

Глава 14

Аки я нашел в шиировской столовой. Вокруг нее образовалось небольшое пустое пространство, и на японку постоянно оглядывались.

Многие уже заканчивали обедать, а вот Аки, запахнувшись в мою шинель, с печальным видом смотрела в окно, где виднелся шпиль цитадели. На столе остывала нетронутая тарелка супа. А вот меча ее нигде не было. Кажется, последний раз я его видел у Геллера.

Ее отца тоже нигде не было. Их неожиданное свидание длилось всего минуту, а после обоих развели в разные стороны.

– Марлин-сан! – оживилась Аки при виде меня и вскочила из-за стола. – Вот!

Сбросив шинель, она протянула ее мне с виноватым видом:

– Простите, что так вышло… Вы с друзьями уезжали, и я не придумала ничего лучше…

– Ничего страшного, – сказал я, взял шинель и накинул на плечи Аки.

Как ни крути, а вот одежонка на ней все такая же легкая. Надо бы прикупить ей что-нибудь потеплее, если у нее самой нет ни гроша. А еще лучше отыскать Камиллу с Сашей. Они поди уже весь город перерыли…

– В следующий раз ты лучше хотя бы постучись в окно, – улыбнулся я, направляясь к раздаче.

– Я уснула, простите… Вы там так задушевно болтали, что я…

– Лучше извинись перед Юлией Константиновной. Это все же на нее повесили косяк.

Аки кивнула, а я, набросав себе на поднос всего понемногу, присоединился к ней за столом и начал по-быстрому обедать. Голоден я был как волк.

Вокруг нас сновали студенты в униформе ШИИРа, и вот уже я стал объектом их пристального внимания. Все же форма на мне была незнакомая, да и белый цвет волос притягивает взгляд куда бы я ни шел.

– Надо бы тоже выправить такие фирменные шмотки, – заметила Метта, расчесывая свои длинные серебристые волосы. – А-то мы тут как две белые вороны.

– Согласен. Давай-ка подобьем дела.

– Так-с, – и в руках у Метты появился планшет. – Сейчас мы едем в Таврино, а на завтра назначен аукцион. Как только с поместьем все будет шито-крыто, надо бы взять администрацию за грудки и намекнуть о переводе. А между тем, и за рейдами не заржавеет. Не забыли, Илья? Энергия, энергия и еще раз энергия!

Она называла еще кучу мелких дел, а я, мысленно угукая, уплетал борщ. При виде моего звериного аппетита даже Аки схватила ложку. Я же ткнул пальцем в ее тарелку, и через минуту над супом поднялся парок.

– Аригато! – улыбнулась она.

Едва наши порции уменьшились вполовину, как хлопнула дверь, и в столовую широкой походкой вошла Свиридова. Оглядев помещение пристальным взглядом, она направилась прямо к нам. В ее руках был меч Аки.

Японка с куском хлеба во рту тут же подскочила, но я схватив ее за руку усадил ее на место и пододвинул стакан с компотом.

– Сиди-сиди, принцесса! – хмыкнула Свиридова, присев на краешек лавки. – Я на тебя не в обиде. Хоть посмеялась от души.

И она вернула оружие девушке:

– Но ты молодец, что не стала обнажать эту штуку. Иначе бы беда, – улыбнулась магичка. – Откуда он у тебя, кстати? Это же артефакт Времени, черт его дери!

– Мама подарила, – просто ответила Аки и пропала в тарелке с борщом.

Выскаблив тарелки, мы сдали посуду, а потом втроем направилась к машине. Геллер ждал нас внутри.

– Давайте, быстрее, пока в бардачке не нашли еще чего-нибудь незаконное, – бросил он нам навстречу.

Мы уселись в броневик.

– Твой отец заключенный, да? – спросил я Аки, вспомнив про браслет на ноге старика.

Аки кивнула.

– Йо Самура уже много лет работает в ШИИРе как специалист по механизации юдов, – отозвалась Свиридова. – Однако выходить за пределы ШИИРа ему запрещено. В город его, конечно, отпускают, но редко и под присмотром.

– А что он натворил?

– Попал в плен во время войны на Дальнем Востоке. За ним тянулось какое-то дельце, и ему предложили выбор: либо лесоповал в Сибири, либо работа в ШИИРе. Он выбрал.

Сурово. Но, думаю, причины для этого имелись.

– А ты как умудрилась попасть в Империю? – спросил я Аки.

Та вздохнула:

– Мама привезла меня сюда, когда мне было десять, чтобы быть поближе к папе. Но скоро она умерла, так и не встретившись с ним. И вот шесть лет я воспитывалась в интернате. За успехи в учебе мне дали разрешение поселиться рядом с папой… И вот…

Она поджала губы.

– Теперь, походу, меня отправят обратно…

– Еще чего! Все же разрешилось, – положил я руку ей на плечо. – У тебя в кармане официальное разрешение на поездку в ШИИР, приписное, паспорт, разрешение на поселение – все документы в порядке. Да и директор, судя по всему, за нас.

Юлия Константиновна кивнула, и личико Аки немного просветлело.

– Дело мы замнем, но лучше пару дней не отсвечивать, пока горячие головы не остынут, – сказала Свиридова. – Думаю, скоро вам с Йо разрешат второе свидание. В более… неформальной обстановке. А вы, Илья Тимофеевич, лучше помогите девочке освоиться.

– Вы хорошая, Свиридова-сан, – сказала Аки. – И вы Марлин-сан. Я так рада, что вы спасли меня в поезде.

– А мы-то как рады! – иронично воскликнула Метта, появившись между нами. – С тобой, малышка, не заскучаешь: одно приключение за другим!

– Не ворчи, – ответил я мысленно. – Она только вчера вышла из подросткового возраста и совершает импульсивные поступки. Но драться умеет неплохо, сама же видела. Под моим руководством из нее мы еще из нее вырастим хроно-бойца.

Последнее я сказал Аки вслух, и ее ушки покраснели.

– Кстати, малышка, – обернулась к ней Свиридова. – Ты была великолепна. Думаю, место в рейде ты уже застолбила.

– Я пойду только с Марлин-сан!

Хмыкнув, Свиридова завела двигатель, и броневик направился на выезд из ШИИРа.

– Что девочка тоже с нами в Таврино? – покосился на Аки Геллер.

– Альберт Борисович взял с меня слово, что на сегодня я увезу ее отсюда подальше, – сказала Свиридова, выруливая на главную дорогу. – Этот инцидент еще помусолят от души. И ладно бы одна Акихара, но еще и Йо отличился. А старик всего лишь пытался встретиться с дочерью.

Она газанула, и цитадель начала удаляться.

* * *

Женя немного поплутал по улочкам в поисках сборного пункта, и тут в его животе заурчало.

– Блин, – вздохнул он. – Ел же час назад!

Увы, в кармане нашлась всего пара монет – все, что осталось от подарка Ильи Тимофеевича. Деньги пришлось потратить на то, чтобы помочь друзьям в теплушке не ослабнуть от недоедания. Цены в придорожной кафешке и в вагоне-ресторане «Урагана» оказались бешеными.

Ему попалась кафешка, но пары монет хватило только на пирожок и банку газировки. Женя проглотил его одним махом, а вот с газировкой пришлось повозиться. Кто-то нефигово взболтал ее, и из нее пришлось выпускать газы.

– Прошу-с, – подошел к нему служащий кафешки. – Если вы закончили, прошу покинуть помещение-с!

Обреченно сглотнув сухой комок, Женя в последний раз вдохнул запах съестного и вышел на улицу. Ладно, подождем, пока газы выйдут. А тем временем надо бы поспешить на пункт. Наверняка он где-то недалеко.

Банка никак не хотела уступать газировку, а Женя совсем заплутал в этом странном городе. Он прошел еще одну улицу и оказался в каком-то переулке. Наконец, под радостный «пшик!» баночка открылась.

Еще бы чуть-чуть, и он бы припал к горлышку. Однако вдруг раздался крик:

– Эй, там внизу! Кожаные мешки! Вам всем кирдык, как только газы выйдут!

– Ааа… – протянул Устинов, когда мимо пролетел неистово ругающийся автомат на воздушном шаре. Его глаза горели красным.

– Убить всех людей! Убить всех людей! Аррр!

Едва странный летун скрылся за зданием напротив, над Устиновым нависла тень:

– Так-так-так… Праздношатающийся, да?

При виде жандарма с дубинкой в руке Женя вжал голову в плечи. На нем были его старые латаные-пелератанные шмотки, и в них видок у него был, конечно, так себе. Одежду, подаренную Ильей, пришлось спрятать в рюкзак, а то еще сносит раньше времени.

Следующие несколько минут жандарм придирчиво изучал документы Устинова. Баночку пришлось пока отложить на лавку.

– Быстрее, балда… – протянул Женя.

– Что ты сказал⁈ – оторвался жандарм от его приписной.

– Ничего…

Наконец, не найдя к чему придраться, жандарм с явным разочарованием вернул бумаги:

– А ну-ка вали, пока я не решил проводить тебя в обезьянник и пробить по базам беглых!

Женя пошел прочь, и вдруг осознал, что забыл свою…

Вдруг, раздался звон, и банка пролетела над его макушкой. При виде того, как она укатывается прочь, а на асфальт выливается газировка, Устинову стало совсем паршиво.

– Подними эту банку! – рявкнул жандарм и хлопнул дубинкой по сапогу.

Тяжело вздохнув, Женя принялся догонять баночку, которая уже укатилась метров на пятнадцать. Пока он ее ловил, жандарм едва не лопнул с хохоту.

Наконец, банка была в его руках. И она была пуста.

– Хорошо, – ухмыльнулся жандарм. – А теперь положи ее в мусорку!

Женя направился к урне. Как вдруг…

– Ты! Ни с места! – раздался крик сзади, и Устинов обернулся. К нему бежала аристократка по имени Камилла.

Хвать! – она подхватила его за грудки и выпалила прямо в лицо:

– Ты видел Аки⁈ Видел?

И начала отчаянно трясти.

– Ааа… – протянул Женя, и тут солнце закрыла высокая блондинка Александра.

– Камилла Петровна нельзя же так! Он же такой хиленький!

– Это дружок Ильи Марлинского! Он точно видел Аки!

Вдруг банка выпала из руки Жени и покатилась к ногам жандарма.

– Эй, тут нельзя мусорить! – крикнул он и пнул банку в направлении троицы. – Поднимите, сейчас же!

Камилла медленно повернулась. Ее глаза засверкали.

– Чего⁈ Я Берггольц, ты, невежда! Получай!

И подхватив банку, девушка запулила его прямо в жандарма. Бамс! – и отскочив от его башки, она хлопнулась в мусорку.

– Точное попадание! – хихикнула Александра и тут же прижала ладонь ко рту. Лицо жандарма краснело с каждой секундой. – Камилла Петровна, вы…

– Это нападение на офицера! – взревел жандарм и вскинул дубинку. – Вы все отправитесь в…

Тут он посмотрел им за спины и обомлел. Его глаза округлились. Вдруг поднялся страшный грохот, и жандарм покатился по земле вместе с мусоркой.

В следующую секунду всех четверых накрыла огромная тень. Женя с девушками обернулся. Над ними нависло настоящее чудовище.

– ПОДНИМИ ЭТУ БАНКУ! – разнеслось по улице, и жандарм задрожал. – ЖИВО!

* * *

Мы выбрались из ШИИРа и понеслись по трассе. Свернув на проселочную дорогу, броневик затрясся на ухабах.

– Давайте-ка мы сначала завернем к старосте. Поздороваемся и заберем ключи, – сказала Свиридова. – Надеюсь, Емельяныч внял моим мольбам…

Дороги тонули в грязи, и если бы мы ехали на обычной легковушке, нам бы пришлось нелегко. Скоро на обочине показался указатель с надписью «Таврино», а за ним и контрольно-пропускной пункт. Вернее будка со шлагбаумом, которым выступала огромная сучковатая ветка.

В будке дрых бородатый дедок с тлеющей самокруткой в зубах. Сетчатый забор терялся в кустах, но судя по количеству дыр, не стоило сомневаться, что дальше от него одно название.

Юлия Константиновна посигналила, и проснувшийся дед, непрестанно кланяясь, мигом подскочил к машине. За ним следом выскочила проржавевшая собачонка-автомат – вместо задних ног за ней катились два колесика от детского грузовика. При виде Шпильки жестянка принялась раскатисто гавкать.

– А это хто такие будут? – сощурился сторож на меня, затем на Аки и в конце на Геллера.

– Родственник Онегина выискался, – бросила Свиридова, ткнув в меня большим пальцем. – Едет инспектировать угодья.

Дедок ненадолго воткнул.

– Чего делать?..

– На орехи вам давать, бездельникам! Открывай, Кузьмич, чего встал⁈ Хозяева приехали!

– Ишь как! – встрепенулся дедок. – Нашелся таки, подлец!

И, цокая языком, направился поднимать шлагбаум.

– Вы его, Юлия Константиновна, не отпускайте, – крикнул он, приподняв свою ветку. – Нужно будет, цепями к стулу привязывайте, шоб не убег! А то ишь, шельма, удумал! Ых!

Мы тронулись. Гавкающий автомат преследовал нас еще метров пятьдесят.

– И зачем рассказывать обо мне всем подряд? – спросил я. – Кому будет лучше, если каждая собака будет знать, кто я?

– Вам, – кивнула Свиридова. – «Должность внучатого племянника третьей снохи» не добавит вам ни прав и ни привилегий среди аристократии, зато в глазах местных простолюдинов вы будете обладать каким-никаким, но авторитетом и легитимностью как продолжатель дел главы рода Онегиных. Народ тут уважает либо родственные связи, либо силу. Или же и то, и другое сразу.