Текст книги ""Фантастика 2026-2". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Олег Велесов

– Угу, но это лишь мнение, а не знание. А с мнением спорить бесполезно! Ох ты, смотри, Илья!

За окном до самого горизонта бушевало море. Земля пропала.

– Нет, это не море, Илья, – покачала головой Метта, и мы с ней пересели поближе к окну. – Это пролив между двумя континентами!

Вдруг раскрылась дверь, и к нам зашел Женя. На его лице была сложная гамма чувств.

– Офигеть, – прошептал он и бросился к окну. – Мы едем прямо по воде, а суши совсем не видно!

Он, конечно, немного преувеличил – мы ехали по мосту, и он протянулся от суши до суши, и прямо через этот пролив, разделяющий два континента.

Прежде чем отправиться в путешествие, мы с Меттой изучили карту: на «Урагане» нам предстояло пересечь всю страну, и почти в самом финале путешествия поезд ждал этот гигантский мост, соединяющий два мира.

Мы покидали Старый Свет и мчались в Новый – кажется, так они назывались. Чукотка оставалась позади, и мы на всех парах мчались на Аляску, которая была последним рубежом Российской Империи. На ее территории находилась одна из самых опасных и малоисследованных Резерваций. Ее порядковый номер был семнадцатый, а в народе она носила неофициальное название – «Амерзония».

Мои мысли прервал стук в дверь. Женя открыл, и на пороге показалась Тома.

У нее тоже видок был довольно странный.

– Прошу прощения, ваше благородие, – сказала она, опустив глаза в пол. – Но там…

– Точно, – хлопнул себя по лбу Женя. – Чего я пришел-то! Илья, тебя срочно спрашивают в теплушке! Кажется, твоя птица проснулась.

– Моя… Птица-юд? Проснулась⁈

– Угу, – кивнула Тома. – И, кажется, она плачет.

Глава 8

В теплушке было брожение. Поначалу мне показалось, на очередной станции к ним подсадили еще сотню человек, но люди просто перебежали сюда из теплушки, за которой и располагался грузовой вагон, куда сердобольный хозяин «Урагана» погрузил «мертвую» птицу.

Мое появление простолюдины встретили довольно эмоционально и накинулись со всех сторон:

– Ваше благородие, уймите вашу птицу!

– Она кричит и кричит и пугает наших детей!

– Еще не хватало, чтобы она выбралась оттуда и сожрала нас! Этот юд поди голодный!

– Выкиньте ее к черту, зачем вам эта рухлядь⁈

– Так тихо! – растолкал я их плечами. – В сторону! Дайте мне посмотреть!

Протолкнуться через плотную, гомонящую толпу оказалось делом нелегким. Набит вагон был так плотно, что люди едва могли сесть.

Яр с Томой помогли разогнать самых взволнованных граждан, и скоро я протиснулся в пустую теплушку.

Вернее, в не совсем пустую.

– Эй, а что ты делаешь тут, маленькая? – подбежала Тома к девочке в красном платье, которая сидела под дверью, и взяла ее за руку. – Где твои родители? Ты аристократка?

– Неть, – буркнула девочка себе под нос.

– Врет, – заметила Метта, – одета точно не как простолюдинка.

Пока Тома выясняла, что это за девчушка, я подошел к двери и прислушался.

Оттуда действительно раздавался…

– Женский плач? – нахмурился я. Тома пожала плечами.

– Она хорошая! – заявила девочка, топнув ножкой. Уж кто-кто, а она точно испуганной не казалась.

– Она? – охнула Тома. – Ты с ней разговаривала⁈

Тут девочка вырвалась из рук Томы и побежала в тамбур. А оттуда уже показались любопытные мордочки пассажиров. Затем посыпались советы, как мне угомонить птицу. К счастью, дверь быстро захлопнулась. Спасибо, Яру за это.

Увы, в грузовой вагон, где разместили воскресшую птичку, мне путь отрезан – на двери висел здоровенный амбарный замок. Да и сама дверь толстенная. Такую сходу не сломаешь. Начальство знало где прятать юда.

– Там женщина? – спросил я Тому, и та снова пожала плечами:

– Странно… – задумалась она. – Они выгребли оттуда наши вещи, сунули на их место птицу и повесили замок. Я сама видела. Там не может быть никого кроме этой твари.

Вдруг из тамбура послышались взволнованные голоса, и Тома с Яром исчезли из теплушки.

– Метта?

– Илья, я на сто процентов уверена, что эта тварь сдохла, – сказала она, появившись рядом с планшетом в руках. – По крайней мере, ее мозговой центр полностью выгорел, а вот геометр…

И замолчала, задумчиво посмотрев на дверь.

– Что геометрик? Сердечник тоже уничтожен?

– Нет, это птице кирдык. А вот что с артефактом – не знаю. Мы могли его повредить, но некоторые настолько прочные, что их способно уничтожить разве что падение в вулкан.

– Тогда почему птица живая?

– Вряд ли это сама птица… Скорее всего, это чуд-хранитель артефакта. И, кажется, мой удар по нему артефактом Жизни точно не прошел для него даром…

В ответ на ее выкладку из-за двери послышался звук выбиваемого носа.

Почесав репу, я постучался. Звуки неожиданно затихли.

– Эй, там в грузовом! Есть кто дома? – крикнул я, прижавшись к двери.

В ответ промолчали, и сколько я ни стучался, мне отвечала тишина. В замочной скважине тоже ничего не разглядеть.

– Сможешь пролезть и посмотреть, что там? – спросил я Метту.

– Легко!

– Только осторожней. Если там опасность, сразу назад.

Шпилька, распавшись на тысячи мелких жучков, скрылась в щели под дверью.

– Ох ты! Вот жеж…

– Не подходи! Вон проклятая! – раздался женский голос за дверью. – Меня и так мучили, я больше не хочу! Прочь! Прочь!

Я отпрянул от двери, а потом снова посмотрел в замочную скважину. То, что я там увидел на этот раз, мне совсем не понравилось.

* * *

– Мне нужен ключ от грузового вагона, где вы заперли моего юда, – сказал я пузатому начальнику поезда.

В окно уже показался берег Аляски, и утром следующего дня мы достигнем Шардинска-17. За оставшееся время мне кровь из носу нужно разобраться с птицей и достать артефакт. К тому же неплохо бы разузнать, почему меня не спросили насчет моего законного трофея.

Начальник поезда удивленно вылупился на меня:

– Прошу прощения, вы сказали «вашим юдом»?

– Именно так. Моим юдом по праву охотника.

Пусть официальным охотником я пока не являлся, но Метта нашла в имперских законах интересный пункт, по которому любой аристократ имел право распоряжаться телами монстров по своему усмотрению, если он смог убить его своими силами.

– Уничтожением монстров занимался истребитель Герман Геллер, – сказал начальник, – и он собирается доставить птицу в ШИИР, где ее ждут уже завтра.

– Хорошенькое дело «занимался»! – крикнула из-за моего плеча Метта. – Скажи ему, Илья!

Так, одно из двух. Либо Бездомный плотненько взялся за возмещение издержек после того, как я «обул» его с гремлинами, либо Геллер зачем-то решил подложить мне свинью.

Я вздохнул и «пробудил» свое красноречие. Неплохо бы перед этим плотненько поесть, конечно, но, думаю, и так сойдет.

– Поправочка, Герман Геллер занимался уничтожением чудов, а вот птицу-юда уничтожил ваш покорный слуга, барон Илья Марлинский, – сказал я и оперся руками о стол. – Неужели вам не сказали? Свидетелей этого целый вагон!

И парочка из них – а именно Яр и Тома – как раз ждала меня в коридоре, готовая подтвердить мои слова. Едва мы покинули теплушку, как вой птицы снова возобновился, и дорога сама понесла меня к начальству. Надо бы покончить с этой историей побыстрее, пока крики не докатились до вагонов с аристократией.

Начальник, однако, не собирался сдаваться так просто.

– Чтобы один единственный студент смог завалить такую тварину? – хохотнул Бездомный и затряс брылями. – Никогда не поверю, ваше благородие, и слова каких-то там нелюдей не убедят меня в обратном. К тому же я все видел своими глазами!

– Что вы видели?.. – я начинал злиться.

– Когда мы прибыли на место схватки, все было кончено, а Геллер, будучи серьезно ранен, приказал погрузить птицу на поезд. А на вас, как я погляжу, пара царапин? – и начальник, довольно ухмыльнувшись, осмотрел меня с ног до головы. – К тому же сердечник юда его сиятельство благосклонно обещал отдать нам на возмещение поломок поезда, когда мы прибудем в Шардинск. А вы, наверное, знаете, что такое путешествие недешево, и одними имперскими дотациями…

Я немного охренел от такой наглости. Обещал артефакт⁈ Он уже свободно распоряжается моей собственностью?

– Вы с Геллером, как я погляжу, уже сговорились за моей спиной? – сощурился я. – И это после того, как я помог вам с гремлинами!

– Гремлины одно дело – бойцы из них никакие, а вот птица-юд? С ней смог бы справиться только такой опытный маг-истребитель как Геллер. А вы при всем при этом лежали без сознания!

– Прекрасно, но теперь я полон сил, и, похоже, почти поймал за руку воришку…

– Это неслыханно, молодой человек! – вскипел начальник. – Если уж на то пошло, то разбирайтесь с Геллером, кому принадлежит этот чертов чуд! А грузовой вагон, – он повернулся и щелкнул пальцем по ключу, который вместе с остальными висел за его спиной на доске, – закрыт до прибытия на станцию! Ибо артефакт мой! Точка!

Я стрельнул глазами в Метту, и она улыбнулась.

Шпилька, которая мирно сидела под столом, тут же развалилась на тысячи жучков, и они ручейком потекли за спину этому жирдяю. Когда ключ с биркой «грузовой», тихонько звякнул и исчез, а на его месте появился ключ, пару секунд назад козырявший биркой «туалет», начальник не обратил на него никакого внимания.

– Хорошо, значит, мы с Геллером поболтаем, – растянулся я в улыбке, когда заново собравшаяся Шпилька вылезла из-под стола. – А вы, сударь, не уходите далеко из купе. Возможно, вы нам скоро понадобитесь.

– Не думаете ли вы мне угрожать⁈

– Нет. Просто вскоре вам придется приносить мне искренние извинения, – бросил я за спину и вышел из купе начальника поезда.

Едва дверь закрылась, как Шпилька прыгнула мне на плечо. В мою ладонь упал сверкающий ключик.

Снаружи нас ждали Яр с Томой, а также надоедливая девочка в красном платье. При виде Шпильки она радостно бросилась ее наглаживать.

– Удачно? – спросила Тома, семеня за мной. – Или этот жирный жмот от тебя на лапу требует?

– Слава богу, нет. Сейчас разберусь с Геллером и пойдем укрощать птицу. Сходи, пока, утихомирь народ.

Я добрался до купе графа и только приготовился стучать, как прямо из двери высунула голову Метта:

– Мы в своем праве, Илья Тимофеевич. То, как он поступил – крайне некрасиво.

– Могла бы и не напоминать, – хмыкнул я и, постучавшись, вошел.

Геллер после схватки с чудами выглядел крайне дерьмово – истощенный маг лежал на кровати с трубкой в зубах и телефонной трубкой у уха. Его лицо было бледным и сосредоточенным. При виде меня он с огромным трудом приподнялся и бросил трубку на рычаг.

Его посох – вернее то, что от него осталось – лежал на столе.

– Кажется, я догадываюсь, зачем вы здесь, Илья Тимофеевич, – сказал он и потянулся за очками на прикроватном столике.

– Именно. Спасибо, что вы позаботились о сохранности моего имущества, – сказал я. – Благодарю за заботу, но теперь я забираю юда.

Геллер нахмурился.

– Только не говорите, что вы и впрямь решили прикарманить его себе? – вскинул я бровь. – А то местное начальство кивает на вас.

– Местное начальство озабочено только своим карманом и комфортом, – сказал маг, – а также связями с аристократией. Бездомного недавно перевели сюда из какого-то элитного поезда, на котором он лет тридцать развозил богему по Золотому кольцу, но его то ли подвинули, то ли едва не посадили за растраты. Вот он и бесится.

– Они в претензии к вам?

Геллер недовольно пыхнул дымом:

– Да. Мой телефон с утра звонит, и на меня сыплются обвинения в халатности. Как будто это я сложил штабелями деревья на путях состава…

– И проспал Прорыв чудов, – фыркнула Метта.

– А кто же это сделал? – спросил я. – Сами чуды?

Геллер пожал плечами.

– Этот жирный идиот так стремился умчаться оттуда подальше, что ни о каком расследовании не может быть и речи. В любом случае они ищут козла отпущения, и наши в нем меня. Мол, раз сначала на поезд проникли гремлины, а потом налетели чуды с юдом, а значит, в случившимся виноват один отдельно взятый Геллер, который плохо обеспечил безопасность поезда, хотя техобслуживание вагонов, сцепка и безопасность путей – это явно не моя задача. Но…

И он развел руками.

– Один в поле не воин.

– И вы решили с ним поторговаться, чтобы замять дело? – охнул я. – На моем чуде?

– Да, – Геллер не моргнул и глазом, – и мне удалось сойтись с ним на артефакте-сердечнике, а иначе жирдяй грозился устроить скандал. Связей у него масса, как оказалось.

– Ага, а меня поставить в известность вы забыли?

– Я в курсе про ваши права на юда и еще я в долгу перед вами. Как бы вы не прихлопнули эту птицу, но факт остается фактом. Посему для вас у меня есть предложение.

– Ста пятидесятью рублями за «голову» вы не отделаетесь, – хмыкнул я.

– Ни в коем разе. Речь идет о заинтересованности ШИИРа в останках этого реликтового существа, и поэтому как только там узнали о находке, меня уполномочили предложить вам сделку.

– Какую?

– Артефакты! – запрыгала радостная Метта. – Деньги! Драгоценности! Энергия!

– Речь о вашем наследстве, – сказал Геллер. – Вернее, о вашем поместье Таврино.

– Поместьем⁈ – охнула Метта. – Даже не дом, а целое ПОМЕСТЬЕ?

Звучало это поистине неожиданно. Я повторил удивленный возглас Метты.

– Вы не ослышались, – кивнул Геллер. – Вы вчера упомянули о том, что едите вступать в права, и я рассказал об этом факте в разговоре с начальством ШИИРа. По их словам к нашему прибытию поместье выставят на торги.

А вот это звучало хреново.

– Что? – приподнял я бровь. – Почему⁈

– Как мне сообщили в ШИИРе, срок поисков родственников и вступления в наследство истекает через несколько дней. Вас же поставили в известность?

– Нет, мне прислали одно жалкое письмо, да и еще просрочили его на год!

– Почта Импе-е-ери-и-и! – снова захихикала Метта. – Ваши письма в надежных руках!

– Поэтому в ШИИРе и хотят вам помочь, – кивнул Геллер, – и предлагают выкупить юда, чтобы вы могли принять участие в аукционе. А как мне сказали, поместье стоит своих денег – оно довольно большое и стоит куда больше, чем вы могли бы выручить за этого юда.

– А им от моих проблем какая печаль?

– Полагаю, профессиональное любопытство ученых из ШИИРа сильнее тяги к деньгам. И их можно понять: птица-юд почти не пострадал в драке. Как вы умудрились? Обычно юды после схватки представляют собой кучу оплавленного металла, и взять реликт в почти нетронутом виде – это событие всей жизни!

– Секрет рода, – сложил я руки на груди.

Геллер раздосадованно пыхнул дымом.

– Илья, Илья! – ахнула Метта. – Соглашайтесь! Если он не шутит, это шанс!

Я задумчиво почесал подбородок. Он предлагает и юда выгодно сплавить, и поместье выкупить? Слишком это хорошо. В чем подвох?

– Однако меня просили вам сообщить один нюанс, – сказал Геллер, словно прочитав мои мысли.

– Какой? – насторожился я.

– Таврино находится почти на самой границе с Резервацией, и поэтому в отсутствии сильного хозяина селиться там мало кто хочет. Раньше там было большое бурно растущее поселение, но нынче большинство домов заброшены, а в усадьбе живут только слуги.

– А что случилось с Онегиным, вам сказали?

– Упомянули, что несколько лет назад он ушел в Резервацию и не вернулся. Его сочли погибшим, и с тех пор усадьба простаивает, а народ понемногу разбегается. Как я говорил, земли и дом вот-вот выставят на торги, так что в ваших интересах уступить птицу ШИИРу.

– Что думаешь? – мысленно спросил я у Метты, а сам принялся ходить взад-вперед по купе, делая вид, что раздумываю над его предложением.

– Это неплохая сделка, но… что-то меня смущает факт близости к Резервации.

– Меня тоже, однако раз там еще кто-то живет, значит, местные как-то справляются с опасностями. Да и раз в этом месте раньше жило много народу, значит, и хозяин был в состоянии организовать оборону. Если мы не оплошаем, то сможем быстро подняться на новом месте.

– Думаю, ты прав. Поместье – отличный трамплин. Да и подданные у тебя уже имеются!

– Ты про кого? – удивленно приподнял я бровь. – А, ты про этих в теплушке…

А она попала в яблочко. Если учесть, что теперь многие из простолюдинов смотрят на меня как на избавителя от всех вселенских опасностей, ее идея имеет смысл.

Я поднял ладони. На левой – пух! – появилась птица-юд, а на другой – пух! – маленькая модель усадьбы. Метта постаралась для наглядности.

С одной стороны ценный реликтовый монстр, которого мы в перспективе можем выгодно продать, однако…

– Поиск покупателя может затянуться! – вставила свои пять копеек Метта.

Точно. На другой чаше большое, пусть и заброшенное, но поместье с землями и небольшим количеством селян. Его при должном усердии наверняка возможно возродить, а там и сделать процветающим местечком.

– Или же неплохо прогореть, – хихикнула Метта.

– Накаркаешь!

– Молчу-молчу…

Но тут и вправду нельзя отрицать очевидное: большое полузаброшенное поместье – большие проблемы, и одна из них, конечно же, Резервация. Но кто говорил, что в Новом Свете будет просто? По крайней мере, готовое поместье мне не придется таскать туда-сюда с ускользающей выгодой. Да и Яр со своими людьми помогут отстроиться – они все-таки мои должники, как никак.

– У вас общий интерес, – вклинилась Метта. – Им наверняка нужно место для жилья, а тебе рабочие руки.

И снова в яблочко, дорогая. Почему бы и в самом деле не предложить этим бедолагам сделку: кров в обмен на верную службу? Да у меня потенциальных подданных целых вагон четвертого класса!

Рискованно, но, кажется, ответ напрашивается сам собой.

– Ура! – подпрыгнула Метта. – Не успели мы ступить на землю Аляски, как уже стали помещиками!

– Хорошо, но предварительно я хочу взглянуть на поместье, – сказал я Геллеру. – Кот в мешке мне не нужен.

Граф махнул рукой, откинулся на подушки и сунул в рот трубку.

– Как пожелаете. Свою задачу я выполнил.

– Мы победили! – запрыгала вокруг меня Метта, когда я шел обратно в четвертый класс. – Готов осваивать новые земли, выращивать магическую коноплю и строить водопровод?

– Пока рано радоваться, – ответил я этой задорной шутнице. – Нужно забрать кристалл. Я не собираюсь отдавать такую ценность какому-то жирному мерзавцу, который пытается повесить чужие ошибки на Геллера.

Я вернулся в четвертый класс, и меня обступили взволнованные граждане. Плача было не слышно.

– Если появится кто-то из начальства, не пускайте его ни под каким предлогом, – кивнул я Томе. – Я быстро.

Протолкавшись между взволнованными людьми, я вошел в пустующую теплушку.

Вернее, снова не совсем пустующую…

– Эй, опять ты⁈ – подошел я к девочке в красном платье, которая бегала за мной весь день.

Она снова сидела под дверью и смотрела в щель под ней. Кажется, там мелькнула тень и раздались удаляющиеся шаги.

– Ты ее спугнул! – подскочила девочка и топнула ножкой.

– Ты чего тут забыла? – нахмурился я. – Где твои родители?

Девочка осмотрела меня хмурым взглядом, но вдруг увидела Шпильку и с писком принялась наминать ей бока.

Махнув на нее рукой, я подошел к двери и прислушался. Кажется, там снова горько заплакали.

– Я ее только-только успокоила, а ты… – дернула меня за штанину девочка. – Как мечом махать, так ты самый лучший, а как унять… Ух, эти мальчишки!

И вдруг ее глаза грозно сверкнули. Буквально.

– Ты кто такая? – заинтересовался я и присел перед ней на колено. – Ты же не простая девочка, которая постоянно ходит сама по себе?

Ее голубые глаза слегка подсвечивались изнутри. Я всмотрелся пристальней и обомлел – в полупрозрачном глазном яблоке плавала голубая фигура, которая напоминала…

– Многогранник! – появилась рядом Метта и заходила вокруг нее кругами. – Вот так-так. А ведь я даже не почуяла подвоха! Было у меня ощущение, что она как-то связана с поездом, но грешным делом подумала, что она талантливая магичка, а оказалось…

Я же легонько ткнул девочку пальцем в плечо. Ее красное платье тут же пошло «сеточкой», а сама хранительница артефакта даже не поморщилась.

Физическое тело у нее было, но нестабильное. Как и у всех чудов-хранителей.

– Именно, – кивнула она и, подхватив поля платья, сделала реверанс. – Я хранитель додекаэдра-геометрика, который питает силы этого поезда. Можешь называть меня Ураган, если хочешь. Или Полина для друзей. Мне хотелось как-нибудь отблагодарить тебя за помощь с гремлинами и чудами и подарить тебе…

И она ткнула пальцем в дверь.

– … ее, пока бедняжку не унесли. А ты все испортил!

– Ее? Хранительницу сердечника юда?

– Угу. В артефакте еще теплится сила и немалая. Вчера Степан Варфоломеевич пытался его вытащить, но не смог – тут нужен специальный инструмент, который есть только в Шардинске. Давай быстрее, а то не ровен час, и Бездомный захочет опечатать вагон. Ключ же у тебя?

Я вытащил ключ из кармана. Ладно, у меня появился неожиданный помощник, но на лучшее надеяться не приходилось.

– Метта… Будь наготове. Если существо внутри попробует атаковать, не сдерживайся. На этот раз убьем ее окончательно и бесповоротно.

– Поняла, – кивнула девушка, и Шпилька с угрожающим мявом прыгнула мне на плечо.

Я вставил ключ в замок, и мы с Полиной рука об руку вошли в грузовой вагон. Там царил полумрак, но я сразу заметил останки птицы-юда. Ее свалили в дальнем конце вагона.

Едва дверь за нами закрылась, как оттуда показалась пара белых светящихся глаз.

От автора: Нравится книжка? Поставьте лайк. Автору будет приятно, и он завтра выкатит проду побольше!

А если отправите автору награду, то в скором времени на стене вас будет ждать чибик!