Текст книги ""Фантастика 2026-2". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)"

Автор книги: Олег Велесов

Соавторы: Александр Артемов,Владимир Мельников,
сообщить о нарушении

Текущая страница: 256 (всего у книги 354 страниц)

Вот и подножие лестницы. Впереди зазмеились узкие проходы, куда мы и направились. Тут было темновато, ибо свет давали только редкие фонари.

Девушки мигом вцепились мне в плечи.

– Вы чего это? – удивился я.

– Тут не комфортно, – проговорила Камилла. – Ненавижу замкнутые пространства…

– Я тоже… – вздохнула Александра. – Илья Тимофеевич, можно мы подержимся за вас?

– Ишь какие хитрые! Ух, ух! – зафыркала Метта, летая под потолком на пчелиных крылышках. Размером она снова была чуть больше пчелы.

– Кстати, Илья Тимофеевич, – засверкала Юлия Константиновна очками из полумрака, – меч при вас?

– Вы про рукоять? Конечно.

– Это не просто рукоять, а энергетический меч эпохи Гигантомахии, – сказала Свиридова, улыбнувшись. – Светлячок.

– Серьезно⁈ Так это реликт?

– Угу, и поэтому хочу сказать вам спасибо, что выкупили его практически за бесценок. Если бы в дело вступила я, пришлось бы выложить кругленькую сумму. Эти идиоты-организаторы и представить не могли, что попало к ним в лапы, а вот покупателям только покажи позолоченную финтифлюшку и скажи, что она очень ценная – мигом с руками оторвут.

Я задумался.

– И те стулья?..

– Да, «стулья из дворца» тоже реликт.

– А… – хотел я задать хоть один из миллиона вопросов, но Свиридова отмахнулась:

– Давайте мы с вами доберемся до тренировочного полигона, и я покажу, как пользоваться Светлячком.

– Благодарю, я уже помахал им немного.

– Уже разобрались⁈ Отлично, я в вас не сомневалась! Держите его при себе, он отличное подспорье в Амерзонии.

– А как он оказался на аукционе?

– Спросите что полегче. Я лишь знаю, что к барахольщикам слетается куча разного хлама, которое откапывают в округе. В том числе и в животах у монстров после Прорывов.

– Ясно…

Наконец, мы остановились рядом с огромной гермодверью с надписью «Склад».

– Можно? – спросила Свиридова, и передал ей рукоять.

Магичка подошла к лампе и внимательно покрутила эту штуковину в пальцах.

– Да это он, – вздохнула она, – этот меч когда-то принадлежал одному моему приятелю… Давайте не будем об этом. Мы на месте.

Она толкнула гермодверь, и мы оказались в тесном помещении, разделенном надвое решетчатой перегородкой. С другой стороны окошка сидел толстый небритый дяденька в круглых очках.

– Семеныч, давай сюда все, что есть! – сказала Юлия Константиновна, навалившись на столик перед окошком. – Мне новеньких приодеть надо!

– А у них своего что, нету? – заворчал он, не спеша поднимать свою задницу со стула. – Вон какие красивые все. У родителей денег куры не клюют!

– Ты поболтай мне еще! Ты тут сидишь, чтобы выдавать броню, вот и выдавай!

Бурча себе под нос, кладовщик поплелся в складское помещение. Через десять минут перед нами лежало три комплекта брони.

– Это стандартный вариант, – сказала Свиридов. – С усредненными значениями. Самое оно для молодых резервантов!

– А как же Аки? – оглянулся я на японку.

– Мне не надо, – тут же засмущалась она, – я могу и так!

– Глупости! – всплеснула руками Юлия Константиновна. – Вам, госпожа Самура, повезло больше всех!

– Мне? – пискнула Аки и почему-то покраснела.

– Пойдемте-ка со мной. А вы трое, не стесняйтесь. Раздевалка в той стороне! – кивнула она и, взяв Аки за руку, удалилась с ней в другое помещение. У японки было такое лицо, будто ее ведут ставить в угол.

Мы пожали плечами и, взяв обновку, направились в раздевалку.

Немного походив по коридорам, мы нашли больше помещение, уставленное шкафчиками. Оно было разделено железной ширмой на мужскую и женскую половины, так что друг друга мы могли не стесняться.

– Но ведь хочется? – возникла рядом Метта с таинственной ухмылочкой, когда я раздевался. – Посмотреть на Милу с Сашей одним глазком?

И она лукаво заглянула за ширму. Оттуда шелестела вода – похоже, девушки решили для сначала принять душ.

– Брысь! – шикнул я на эту пошлячку, и та – пух! – превратилась в белого котенка и, гордо задрав хвост, ушла на женскую половину.

Я тоже сначала помылся, а потом принялся натягивать на себя обновку. Броня была немного великовата, но в целом не сковывала движений и со своими голубыми вставками выглядела даже красиво. В ней стояла своя геометрика, а также имелось две секции для дополнительных артефактов.

– Метта, проанализируй, что эта штука может, – попросил я, и под тканью началось движение жучков.

Через пару минут анализ был закончен:

– Костюм немного увеличивает твои физические характеристики – силу, быстроту, реакцию и выносливость. Еще ускоряет циркуляцию энергии.

– То есть в нем Источник не нужно разогревать?

– Угу, и хорошо. В Амерзонии не будет времени на такие «прелести». Но это, похоже, облегченный вариант. Такой разве что от комариного укуса защитит. Утрирую, конечно.

– Думаю, тут главное не защитить от удара монстра, – сказал я, осматриваясь в зеркале. – А помочь справиться с перегрузками.

Вдоль хребта шли небольшие трубочки, сквозь ткань виднелись тонкие проводки и еще куча всяких важных «штучек», предназначение которых еще только предстоит понять. Выглядело интересно.

– Сама знаешь, в Резервациями иногда даже с притяжением твориться всякая дичь, – заключил я, – не говоря уже о давлении, перепадах температур и количестве кислорода. В Амерзонии тяжелая броня будет только мешать.

– Тоже верно, но я бы еще поработала с ним.

– Попробуем выкупить, или найдем свой, получше, – сказал я, вращая руками, а потом сложился пополам и коснулся носков. – А хорошо тянется!

– Да, и сзади тоже, – хихикнула Метта, сидя на лавочке и увлеченно наблюдая за моими «упражнениями».

– Ой, Камилла Петровна, какая вы воинственная милашка! – послышалось щебетание Александры с женской половины.

– Да ну тебя, Саш! Ты погляди лучше, вот тут ничего не топорщиться?..

– Нет.

– А вот тут? Хорошо тянется?

– Да что вы! Вы прям ягодка. Так и хочется ущипнуть…

И послышался звонкий шлепок.

– Эй, ты чего делаешь, ненормальная⁈ А вдруг кто-нибудь услышит!

Та-а-ак, думаю, надо бы валить, а то они еще вспомнят про меня и подумают невесть что.

И не успел я повернуться, как дверь в коридор открылась, а там… ничего?

– Сквозняк что ли? – насторожился я, но тут – бух! – и стоящее рядом мусорное ведро перевернулось. Кто-то чертыхнулся, а затем послышалось шлепанье по полу.

На мгновение я увидел промелькнувший еле различимый силуэт. Он направился в женскую половину.

– Э? – рядом появилась Метта. – Это как его, Призрак?

Хрен знает… Но Светлячок уже был в моих пальцах.

Я хотел было направиться за ним, но тут снова открылась дверь, но на этот раз на порог раздевалки зашла Свиридова.

– Где вы, госпожа Самура? – сказала она, странно водя руками в воздухе. – Вы тут?

В ответ тишина. Закрыв за собой дверь, она с подозрением огляделась.

Мы с Меттой стояли и только хлопали глазами. На ней тоже была легкая серая броня, и, надо признать, выглядела Юлия Константиновна просто отпадно. Прямо как валькирия из древних легенд.

– Госпожа Самура! – вновь воскликнула магичка, продолжая ощупывать воздух. – Куда вы делись? Илья, вы видели… или не видели ее?

Тут из-за шкафчиков выглянула Александра, а затем и Камилла. Обе в доспехах, и они страшно шли им. На первой красиво переливался темно-красный вариант, а вторая щеголяла броней фиолетового оттенка.

– Что она опять учудила? – нахмурилась Берггольц. – Аки, ты где⁈

– Я тут… – ответили у них из-за спины.

Мы перешли в женскую половину раздевалки – там было пусто, но ощутимо по кафельному полу слышались шаги, а еще кто-то сопел. Вдруг в уголке я заметил движение. Присмотрелся, и точно! – еле уловимое колебание воздуха вновь образовывало силуэт.

– Что за дела⁈ – охнула Камилла, пытаясь нащупать подругу. – Что вы сделали с Аки, Юлия Константиновна?

– Это комплект «Хамелеон», – объяснила Свиридова, заходя с другой стороны. – Тот, который я купила на аукционе. Размерчик у него совсем маленький, вот мы и порешили отдать его нашей миниатюрной японке. Так…

Они с Камиллой сошлись вплотную, но смогли нащупать только воздух.

– Госпожа, Самура достаточно демонстрации! – уперла руки в бока Свиридова. – Отключайте!

– Я не могу, – только и ответила пустота.

– Почему? Кнопка у вас на запястье! Если не видите ее, то нащупайте!

– Пусть Илья Тимофеевич отвернется! И вы все! Отвернитесь!

– Ну что за ерунда, вы же в доспехах? – вздохнула Свиридова. – А, черт, так и знала! Илья Тимофеевич, будьте так….

Воздух посреди раздевалки неожиданно замерцал и буквально на пустом месте появилась Аки.

– Ох, мамочки… – ахнула Метта, когда из ничего соткалась наша японка. – Это и есть та броня? Так комплект вовсе не был неполным! Он просто слишком… Слишком.

Ага, Аки была в том самом «Хамелеоне» – и он был настолько приталенным и обтягивающим, что складывалось ощущение, будто девушку просто намазали серой краской. Даже зеленоватые бронированные вставки не спасали, ибо на всех нужных местах материя натягивалась так сильно, что даже немного просвечивала…

– Не могу! – сказла Аки, в панике расхаживая по раздевалке то туда, то сюда. От каждого движения ее прелести колыхались и подпрыгивали. – Если я отключу «Хамелеон», то Илья…

И тут, оценив направление наших глаз, японка вспыхнула. Кажется, она осознала, что геометрика костюма приказала долго жить.

– ОТВЕРНИТЕСЬ! – завизжала она на весь ШИИР.

– Да уж… И какой шутник придумал такую излишне сексуальную броню? – улыбнулась Метта при виде того, как свекольно красная японка пытается закрыться руками.

Увы, как девушка не старалась, все изгибы, бугорки и складочки все равно не скроешь.

– Сзади самое вкусное, – закусила губку Метта, а я деликатно отвернулся. – Ох, у нее даже на попке шовчик подчеркивает все как надо…

Я посмотрел на нее с осуждением.

– Ну, чего, Илья⁈ – закатила глаза моя спутница. – Ладно-ладно, бедняжка! Эту «броню», похоже, делал какой-то старый извращенец!

Аки, тем временем, просто сжалась в комочек и села посреди раздевалки. Похоже, патовая ситуация.

Что ж, оставим их. Надо бы еще надеть перчатки и попробовать дыхательную маску. Затем пойдем на тренировочный полигон. Кстати, где он?

– Так, госпожа Самура, соберитесь! – расхаживала вокруг Аки Свиридова. – Ткань такая тонкая и обтягивающая из-за необходимости работать с максимальным количеством энергии на минимальной площади. Чем тоньше ткань и чем лучше она прилегает к телу, тем лучше эффект маскировки. Вот вы заметили госпожу Самуру, когда она вошла в раздевалку, Илья Тимофеевич?

Я покачал головой.

– Ну разве что почти.

– Ага, – хмыкнула Метта. – Топала она как слониха!

– А вы, дамы? – повернулась Свиридова к Берггольц с Айвазовской, и те тоже покачали головами. – Вот-вот! Это специальная разработка ШИИРа, и создатель этого костюма – гений!

– Пусть и пошляк, – хихикнула Метта. – А что? Шовчик на заднице это не извиняет!

– В Резервации вы тоже будете стесняться? – продолжала Свиридова пытать Аки.

– Нет, в Резервации я буду всегда невидимой! Там же энергия везде!

– Еще чего? Вы так от перенапряга копыта откините! Включать маскировку нужно только в самых крайних ситуациях!

– Значит, я буду идти позади всех, чтобы никто…

– Какая глупость! Если вас никто не будет видеть и вы всегда будете идти за спинами, то никто не сможет вас прикрыть, в случае чего! Нет, госпожа Самура, вы всегда будете в ЦЕНТРЕ внимания!

И Аки заплакала.

– Отставить эмоции! Рыцарь-резервант всегда должен был холоден и смел! Повернитесь, я поправлю вам ремешок, а то вы еще натрете себе промежность.

– Видать, первый рейд будет веселым, – хихикнула Метта, и я, стараясь не смущать Аки, покинул раздевалку.

Тренировочный зал оказалось найти совсем несложно – я шел на звуки грохота, взрывов, криков и звона металла. Подождав Александру с Камиллой и шагающих за ними пунцовую Аки с Юлией Константиновной, я вышел в огромное помещение, залитое светом, и сначала не понял, что вижу перед собой.

Мои подруги тоже охренели, едва завидев…

– Это… это… – причитала Камилла, задрав голову. – Это черт знает что!

– Не выражайтесь, Камилла Петровна, – глухо проговорила Александра, бегая глазами то туда, то сюда. – Тут так красиво, что ругаться – грех!

Аки же просто стояла, открыв рот. «Пикантный» костюмчик, походу, вовсе покинул ее голову.

Да и я тоже позабыл обо всем на свете… Теперь понятно куда девались все студенты! Вся молодежь ШИИРа зависала здесь, а столовку оккупировали ближе к концу дня.

И неудивительно. Был бы в СПАИРе такой необычный тренажерный зал, я бы тоже отсюда не вылезал!

– Проходите, не стесняйтесь! – подтолкнула нас в спины Свиридова прямиком к поручням, откуда открывался просто потрясающий вид.

Наша компания еще где-то минуту разглядывала эту гигантскую круглую комнату, где не было ни стен ни потолка. А все потому, что мы стояли на внутренней стороне шара, по которому десятки студентов, одетые в такие же доспехи, как и у нас, бегали и прыгали с такой непринужденностью, будто силы притяжения для них вовсе не существовало.

В же самом центре чудесного зала вращался переливающийся артефакт в форме бублика, и, похоже, вот он – виновник отсутствия гравитации.

– Одна из стихий, заключенных в кольцо, – Воздух, как и у Рух. Интересный эффект… – заметила Метта, вглядываясь в мерцающую поверхность.

– С ума сойти… – протянула Метта. – Интересно, они сами создали этот артефакт, или это подарок Амерзонии?

– Возможно, но я такой формы ни разу не видел, – задумчиво проговорил я, рассматривая комнату, которая вся представляла собой одну сплошную полосу препятствий с кучей изгибающихся мостиков, подвесных дорожек, летающих шаров, дырявых стен, трамплинов, колонн и…

– Перепрыгов! – вставила Метта. – А форма артефакта называется торус. Или тор. А во-о-он та дорожка, по которой студенты бегают как на коньках, такой причудливой формы, что если ты возьмешь ее уменьшенную модель и попытаешься выпрямить, у тебя ничего не выйдет!

Спасибо… Короче, от перепрыгов и странной формы дорожек просто глаза разбегались. И прыгуны в момент прыжка не улетали ни к центру комнаты, ни зависали в невесомости – удачный перепрыг заканчивался так, словно они бежали по обычной тропе. Даром, что в данный момент большая часть студентов находилась относительно нас на «потолке».

По пятам у них мчались толпы врагов: сотни и сотни самых разных существ – от мелких летучих пауков-юдов до металлических стрекоз и собакообразных автоматов на колесах. Юноши и девушки бились с ними, и когда очередная тварь, вращаясь и теряя запчасти, отлетала прочь, снова бросились наперегонки через полосу препятствий.

Пол и дорожки под ногами постоянно меняли направления, дергались, изгибались, а то и резко замирали, чтобы выпустить из себя шипы, огромное вращающееся ядро или очередного юда.

Тут я заметил, что вся комната вращается вслед артефакту. Шарообразная поверхность медленно поворачивалась сначала в одну сторону, а затем в другую. Когда «бублик» повернулся другим боком, комната тоже тоже начала перестраиваться.

С каждым разом, когда дорожка в форме ленты замирала, раздавался крик, и несколько нерасторопных студентов срывались в пропасть.

И да, вот тут их подхватывало какой-то незримой силой и, закрутив вслед бублику, перебрасывало на соседнюю дорожку. Там к ним бросались монстры и, подхватив дергающиеся тела, относили в огороженную секцию, где их окружали лекари.

В одном я узнал Женю Устинова.

– И что, эта эквилибристика помогает выжить в Амерзонии? – спросил я Юлию Константиновну, с наслаждением наблюдавшую за нашей реакцией.

– Учитывая, что и там сила тяжести частенько выделывает разные фортели? – улыбнулась она. – Да, ибо тренируясь в таких «неземных» декорациях, вы убиваете двух зайцев: учитесь действовать в постоянно меняющихся условиях и приучаете свой вестибулярный аппарат ко всяким неожиданностям. Да и врагов лупите максимально эффективным образом, чтобы не сбиваться с бега. Короче, потренируетесь в этой комнате, и все: Амерзония для вас – семечки.

И с этими словами она широко улыбнулась и хлопнула в ладоши.

– После тренировки под моим руководством из каждого из вас выйдет знаковый рыцарь Резервации! Ну что, милые мои! Кто первый?

* * *

– Вставай, – сказала Тома, и Яр нажал на тормоза. – Вот тут нормально.

Броневик остановился, и фоксы медленно выбрались из машины. В этой части леса их точно никто не заметит – до города рукой подать, но и при этом глухомань знатная, да и следы от шин успеют исчезнут где-то через денек. От Таврино, где фоксов приняли как родных, вообще дальний свет.

Короче, идеально для того, чтобы выкинуть мусор.

Выбравшись из машины, Яр еще раз прислушался. Тишина звенящая – даже птицы не поют. Кажется, вроде и Земля, а вроде и нет: тут повсюду буйство природы, но вот, кажется, что и природа какая-то неправильная. Неземная.

Тома уже открыла багажник и ждала брата.

– Давай быстро, в животе урчит, – сказала она, и оба вцепились в огромный ящик.

Изнутри раздался отчаянный вой. Шипя и ругаясь, фоксы вынесли тяжеленный ящик и поставили его на край обрыва. Только днище коснулось земли, как крик зазвучал громче, а сам ящик начал подпрыгивать.

– Маски, – шепнул Яр, и они с сестрой опустили на лица балаклавы.

Осторожно Тома открыла замок и отпрянула. Крышку вынесло, и наружу посыпались паучки. За ними выкатился дергающийся субъект с поседевшими волосами:

– Закройте… закройте… дверь закройте!

Яр грубо схватил его за шиворот и, пнув под зад, отправил в направлении обрыва. С диким визгом субъект покатился вниз.

Паучки, тем временем, с хихиканьем забрались обратно в ящик. Захлопнув крышку, фоксы забросили его обратно в багажник, а сами прыгнули в салон.

Уезжали они, не оглядываясь.

Глава 13

Сначала каждому раздали тренировочные мечи, больше напоминающие электрические дубинки, а затем отвели к «упрощенному» треку для новичков.

Упрощенным он считался потому, что был вдвое короче, монстров там носилось не пара сотен, а всего десятка два. Однако и без этого забег обещался тем еще приключением. Чтобы добраться до «финиша», нашей группе предстояло пробежать длинный цилиндрический туннель с отверстиями по всей поверхности, затем подняться по крутым ступенькам, потом миновать парящую арену и, наконец, взобраться по отвесной стене. «Смертью» считается падение с платформы. Понятное дело, что убивать нас никто не планирует, но вот синяков заработать можно с горкой.

– Да уж, проще не придумаешь… – заметила Метта, выстраивая у меня перед глазами схему препятствий. – Еще бы ров с крокодилами сдела….

Она осеклась – по внешней поверхности туннеля елозили юды, отдаленно напоминающие крокодилов.

– Хорошо хоть, размером с собаку, а не с птицу-юда. А то было бы обидно, – хмыкнула моя спутница.

– Брось! – отмахнулся я от ее ворчания. – Пусть бы хоть с небоскреб! Раз эти треки помогут нам прокачаться, то почему бы и нет? Чуешь, какой тут энергетический фон?

Метта кивнула. Энергию этот «бублик», названный ею тором, излучал в великом множестве. Если тренироваться здесь каждый день и не лениться, думаю, пару рангов прокачать удастся без труда.

– Или же откинуть копыта от перегрузки, – хихикнула Метта. – И я бы не стала сегодня геройствовать. Син-хро-ни-за-ция! А то мы точно сгорим.

Да, тут она права. Хороший отдых – тоже часть грамотного развития. Однако кто нам дал возможность развиваться грамотно? Уж точно не Странник, а чем ближе мы к Амерзонии, тем больше вероятность, что эта сволочь снова заявиться.

– Я не планирую тут колдовать сверх меры. Ударить в грязь лицом совсем не хочется, Видишь, какая публика, – кивнул я на студентов, слетающихся к нам со всех концов зала. – Как мы себя с ними поставим, так к нам и будут относиться. Кстати, давай совместим приятное с полезным: постарайся скопировать каждый участок трека. Не помешает потренироваться и во время сна.

– Ух ты! – захлопала глазами Метта. – Ну смотрите, сами попросили!

И зловеще потирая ручки, она исчезла. Блин, что-то не нравится мне это…

Мы же с Аки пошли к началу этих «веселых стартов», где уже толпились новички. В числе новоприбывших был и Шах, и ним я радушно обменялся рукопожатиями.

– Ну что, нашли Бездомного? – спросил я.

– Нет, как в воду канул, жирдяй, – покачал он головой, закинув на плечо боевой молот. – Ну, и хрен с ним. От Поветрия все равно не убежишь – в лесу прятаться-то негде. Спорю, что его почерневшая туша уже сутки бродит по округе, ожидая пока ее позовут в Амерзонию.

Что ж, судьба печальная, но Бездомного мне совсем не жаль. Поделом ему.

– Кстати, насчет мудаков. Как там дела у Роди? – спросил я Метту.

Та пожала плечами:

– Яр с Томой лично вызвались выбросить его по дорожке в город. Им нужно было забрать что-то из бараков. Полагаю, они уже справились.

Тут буквально с «небес» к нам на платформу спустилась Свиридова:

– Ваша задача – пробежать всю дорожку и не «погибнуть», – и она улыбнулась. – Но не бойтесь. Автоматы знают, когда остановиться, а турели стреляют резиновыми пулями.

– Постойте, вы сказали «турели»⁈ – охнули в нашей группе.

Свиридова серьезно кивнула.

– Где это в Амерзонии по нам будут стрелять? – удивился Шах. – Там же огнестрел не фурычит?

– Огнестрел фурычит, но только пользоваться им себе дороже, – объяснила Юлия Константиновна. – Однако очень многие древние машины оснащены турелями, пулеметами и пушками. Они стреляют через раз, редко попадают в цель, однако за счет кучности могут натворить дел. Поэтому приготовьтесь, господин Шаховский, немного побегать под пулями.

Шах помрачнел. Я же бегло пробежался по лицам нашей команды. Половина мне вспоминалась еще по «Урагану», а вот остальные, скорее всего, местные. Судя по манере держаться, все благородные, но есть парочка простолюдинов, держащихся поодаль. При упоминании турелей в Резервации, половина резко побледнела.

– Готова? – спросил я, приобняв Аки за плечо, и она вздрогнула. – Восстановилась с прошлого раза?

– Да, Марлин-сан, – кивнула японка. – Посмотрим насколько меня хватит…

– Не дрейфь! Уворачиваться от пуль, полагаю, ты еще не умеешь, но с «Хамелеоном» они и не подумают по тебе стрелять.

Аки внимательно слушала каждое мое слово.

– Лучше чередуй обе способности, и используй только тогда, когда без них точно не обойтись, – наставлял я японку. – Например, если на тебя несется сразу два юда, или турель бьет прямой наводкой. Не трать силы понапрасну.

Она кивнула, и я закончил:

– Чую, сегодня мы набегаемся…

– Поняла! – кивнула она и сжала мою руку.

На трек сначала пустили парочку студентов со второго курса, и они побежали к финишу прямо-таки в ритме танца. Мы смотрели на них во все глаза, а Метта фиксировала каждое их движение.

– Они просто выучили трек наизусть, – фыркнула моя спутница. – Позеры!

Не без этого, однако чтобы достигнуть такого мастерства им, наверное, пришлось пропрыгать по этим платформам пару сотен раз. А ведь еще и монстры со всех сторон сбегаются, стрекочут турели, а под ногами зияет пропасть…

Японка самозабвенно глядела на каждое их движение, и держалась так, словно совсем забыла о том, в какой прикид ее нарядила Свиридова. А вот окружающие парни пожирали мою подругу глазами. Та парочка юношей тоже заметила Аки на одном из виражей, и стоило ей повернуться к ним своей подтянутой попкой, один вообще оступился и сорвался с дорожки. Второго тут же схватили юды и бросили вслед товарищу.

– Упс! – хихикнула Метта.

Обоих закрутило вокруг «бублика» и начало сносить к сетке, которую распустили как раз для такого случая. Свиридова хлопнула себя по лбу. Вся демонстрация накрылась медным тазом.

– Илья Тимофеевич, попросите свою милую подружку пореже вилять своими булочками, – погрозила пальчиком Метта. – А то у одного из молодых людей началось носовое кровотечение.

– Думаю, во время тренировки это будет сложновато… – сказал я оттесняя Аки подальше от толпы новичков, которых скапливалось все больше.

Юноши, краснея вернулась на трек и, раскидав с десяток мелких юдов, без труда миновала арену. Через минуту один помогал другому взбираться на стену. Юды пытались сбросить их, но все тщетно – парни предугадывали каждое их движение.

– Думаю, не зря их двое, – заметила Метта. – Один постоянно прикрывает товарища.

В этом-то и загвоздка. Нас тут столпилось человек пятнадцать, и если вся орава рванет на старт, мы просто будем друг другу мешать.

Вдруг я осознал, что все звуки вокруг затихли, и оглянулся – весь зал прекратил тренировки и смотрел только на нас. Что-то мне это не сильно понравилось… Они что, ждут нашей боли, крови и слез?

– Не думайте, что сможете так же, – сказал голубоглазый парень в группе старшекурсников, рассевшихся на соседней платформе. – Никто из новичков ни разу не проходил трек в первый же день.

– Вот как? – заинтересовался я. – Ну значит, мы сдюжим.

Парень хмыкнул:

– Это нереально, нужен навык, опыт, да и удача не помешает.

– Нереально – мое второе имя, – пожал я плечами. – А удача – прозвище.

Его друзья расхохотались.

– Что, хочешь поспорить, что ни один человек не доберется сегодня до финиша? – ухмыльнулся голубоглазый. – Хорошо. На что?

– Интереса мало?

– Не серьезно. Аристократы всегда играют на что-нибудь стоящее. Или ты боишься?

– Ни в коем мере. Просто я предпочитаю не играть на пошлые деньги или на глупость вроде щелбанов. Давай окажем друг другу услугу?

– Услугу, какую? – нахмурился голубоглазый.

– В этом и весь интерес. Узнаешь, когда проиграешь.

И тут же рассмеялись мои товарищи. Парень фыркнул, но кивнул.

Не то чтобы я хотел спорить, но, как я уже говорил, важно заявить о себе в первый день – особенно, если эти ребята сразу с ходу пытаются убедить нас в том, что мы чего-то не можем. Если провалимся, ничего не потеряем, кроме гордости, а если сдюжим, то покажем себя и приобретем опыт. Хотя последний вместе с синяками мы приобретем в любом случае – вон как стараются те двое, аж искры из глаз. У врагов, конечно.

Так что какая-нибудь мелочь, вроде «услуги», пойдет довеском. Судя по родовому кольцу и манере держаться этот паренек тут не последний.

– Отлично! – тем временем, кивнула Свиридова, когда оба «героя» победно вскинули руки, преодолев финишную черту. – Поняли, что от вас требуется, мои хорошие? Нет, не убивать врагов направо и налево, а добраться до «горы». Отлично. Госпожа Аки, удачи.

И она сунула в рот свисток. Мы приготовились.

– На старт, внимание… Марш!

Раздался свист, и наша группа ломанулась вдоль трека, плавно переходящего в закрытую часть в виде трубы. Как я и предполагал – студенты едва не на головах друг у друга сидели.

Идеальная мишень для турели. Кстати, а где они?..

Аки тоже попыталась прорваться вперед, но я придержал ее за локоть.

– Отпу… Марлин-сан?

– Погодь, – сказал я, немного отстав от толпы. – Это же не соревнование. Пусть пробегут дальше, а то мы друг друга передавим.

Недоуменно похлопав глазами, Аки поравнялась со мной, и тут раздался первый крик, а за ней взрыв смеха со всех концов зала. Троица особо борзых ребят хотела прыгнуть через первую дырку в полу, и прямо оттуда вылез блестящий юд, напоминающий ящерицу.

– Вот и первая кровь! – раздался веселый голос, когда троица полетела в разные стороны.

Хвать! – и один за другим бедолаги попались ящерицам в лапы. Через мгновение троих выбросило в дыру и их замотало по залу. Сеть была недалеко, так что волноваться не о чем.

Не растерявшись, остальные ребята расчехлили заклинания. Сверкнуло, и твари юркнули обратно в дыры.

– Слишком просто, – хмыкнула Метта, мелькая то в одном отверстии, то в другом с фотоаппаратом в руках.

Быстро перепрыгивая ямы, ребята ломанулись к лестнице, но едва наша компания пробежала половину трубы, как ее поверхность начала вращаться.

– Сука! – крикнул очередной торопышка, провалившись в потолок, который совсем недавно был полом.

Шах и остальные побежали вдоль стены – мы с Аки следом.

И вот лестница. Первая тройка уже у ее подножья, и вдруг их накрыло тенью.

– Врассыпную! – крикнул Шах, но два гигантских шара, прыгая по ступенькам, уже сносили одного новичка за другим. Ребята как пушинки разлетались по сторонам и пропадали в дырах.

А еще набились в проходе как кильки в банке! Я попытался отпрыгнуть, но шар таки задел меня боком, и мы с Аки полетели в дырку. Как ни странно, но больно не было – поверхность шара оказалась пружинистой, но все равно нас отбросило нехило!

Японка судорожно вцепилась в меня, и я рефлекторно сгруппировался, приготовившись к жесткой посадке.

Но нет. Тело вдруг стало легким как пушинка. Я раскрыл глаза – казалось, комната вращается вокруг нас, а мы словно под водой, медленно двигаемся по касательной, и все ближе к переливающемуся тору.

Я расслабился и выдохнул. А это даже приятно – после беготни вот так поплавать в невесомости. Правда, ребята вокруг отчего-то так не считали: верещали, отчаянно елозили руками и ногами в пространстве. Студенты ШИИРа чуть не лопались от смеха.

И Аки туда же – вцепилась в меня мертвой хваткой и, дрожа, прижалась как к спасательному кругу.

– Открой глаза, – мягко прошептал я ей на ухо, и японка аккуратно открыла один глаз, а затем и другой. Затем нас залило разноцветными переливами артефакта.

– Красиво, – выдохнула она, вглядываясь в медленно вращающийся тор.

Старшие студенты вдруг сами спрыгнули с платформы и, заложив руки за спину, медленно поплыли в пространстве. Кое-кто плыл брассом, а парочка задергались, имитируя страдания новичков. Снова смех поднялся до самого потолка.

Скоро шиировцев тоже закрутило вокруг артефакта, а нас вынесло к сетке. Вот выпутаться из нее оказалось сложновато, но где-то через пять минут мы снова встали у начала трека.

– Еще раз! – кивнула Свиридова. – «Умереть» под шарами – уже неплохой результат. Обычно новички дохнут в начале или в середине трубы.

Что ж, и на том спасибо.

Я поднял глаза, и увидел ухмыляющиеся лица старшекурсников. Рано радуетесь, ребята! До окончания занятия еще пара часов, так что, думаю, мы сможем прорваться до финиша. Не такой уж он и большой, этот трек.

Прежде чем сорваться на новый приступ, мы с Шахом обговорили какую-никакую тактику: вперед рвутся только парни, а девушки прикрывают. Важно всегда видеть плечо товарища, но не соваться слишком близко друг к другу. Лучше вообще атаковать скоорденированной цепочкой, но такую тактику надо тренировать, а времени на это, увы, нет

– И самое главное, – сказал я. – Не спешить!

Больше обговорить план нам не дали – свистнули на старт, и мы побежали на новый круг. Прыгая с одного твердого участка на другой, за минуту добрались до лестницы, и вдруг меня кольнуло подозрение. Юдов отчего-то не было, коридор тоже не крутился.

Вдруг позади раздалось угрожающее шипение, а затем пол под ногами дернулся. Накаркал!

Едва обернувшись я отмахнулся электромечом – затрещало, и ящерица, дергаясь, отлетела в сторону. Еще один монстр потянулся к Аки, но она мигом ушла из-под удара. Росчерк ее меча заставил юда попятиться, и слетевший с лестницы шар тут же сбил его и пропал в «лузе».