Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Глава 32
Шпионские страсти

В Торгпредстве расслабленного к вечеру Иннокентия встретили очередные неожиданности. Пока еще непонятно какого рода – приятные или наоборот. Во дворе ТАССовца приветствовал Слава, знакомый ему крепыш из охраны посольства. Тот частенько выполнял щекотливые поручения от лиц, причастных к разведке. Владислав крепко пожал руку:

– Как настроение, боец?

– Могло быть лучше.

– Отойдем?

Они прошли по двору, и Владислав показал на блестящую канареечной расцветки машину. Чем-то она ему напомнила приснопамятную «зубило» восьмерку. Васечкин застыл в восхищении:

– Опа! Откуда дровишки?

– Махнули не глядя! Тут один взаимозачет нарисовался. Так что прошу любить и жаловать – SEAT 1200 спорт. Тебе же нужна машинка для разъездов?

– Как бы да, – Кеша кивнул в сторону чуда испанского автопрома шестидесятых, ютящегося в углу. – Каждый раз не напросишься.

– Тогда принимай аппарат! Пойдем с документами поработаем.

Во взгляде приехавшего из столицы Испании товарища читалось больше.

– Слежку наших с тебя сняли. Договорились.

– Да ладно?

– Понимаю тебя, парни те упертые. Но сами запалились.

– Неприятности?

– Гости заморские на след упали. Вот те и нервничают. Ты у них, видать, в какой-то разработке. Но больше не знаю.

– Вот даже как! Ну, спасибо, ну, обрадовали!

Владислав налил Сангрии со льдом. Глянул на недовольное лицо Кеши и выдохнул:

– А что поделать? Потому тебе авто в усиление и прислали. На нем уйдешь от кого угодно.

– Ясно.

– Завтра с утра приходи, обкатаем ласточку. Вечером получишь ЦУ от майора.

– Договорились.

Утро было солнечным, настроение отличным, хотелось выжать из автомобиля все, что в него было заложено. Владислав, видимо, был к такой экспрессии не готов. И если поначалу пытался слабо возражать, то потом просто вцепился в ручку двери и благоразумно помалкивал, бросая на Кешу странные взгляды. А тот плавал, вернее, мчался в привычной ему стихии. Что ему улицы Барселоны после будущей Москвы двадцатых, забитой транспортом под завязку.

Юркая малолитражка лихо обгоняла поюзанное ретро, коим были полны дороги не самой богатой страны Европы. Дешевые Сеаты, Фиаты, пикапы неизвестных марок, все они оставались позади. Вот Иннокентий нагло подрезали похожий на Лендровер внедорожник «Сантану», а здесь обошел понтового «Мерседеса». А вот и аристократический Hispano-Suize нехотя уступил дорогу лихому наезднику.

На улицах столицы Каталонии правила дорожного движения соблюдались постольку, поскольку это не мешало автомобилистам. Поэтому Кеша то и дело сам пользовался клаксоном, игнорировал гудки остальных, время от времени от избытка эмоций постукивал по крыше своего седана. Что ему испанские водители после движения по Махачкале двадцатых. Как-то занесли его нелегкая и в те диковатые места и это был полный треш с квестом в придачу.

– Красотка! – выкрикнул он, в очередной раз сыграв «в шахматы». – Слава, как там хвост?

– Давно испарился. Поначалу пыжились, но ты их сделал. Не подскажешь, где ты так классно научился ездить? Явно не в Москве. Я почти полгода привыкал к испанской манере вождения. И то время от времени попадаю впросак.

– Да ничего сложного, Слава. Делай, как все и ничего более. Ты, наверное, все пытаешься действовать по правилам. Так уж они вбиты в подкорку.

Представитель советской агентуры задумался и хмыкнул:

– Наверное, ты прав. Опачки, вот и приехали! Стопе, адиос.

Дородный инспектор выскочил из-за угла перекрестка и смотрел в сторону Кеши не с тем выражением лица, которое обещает свежие булочки на завтрак.

В дальнейшем необычайно экспрессивном диалоге, что проходил на улице, Владислав то и дело вычленял из скороговорки инспектора и Васечкина. – Ихо де ла чингада, Ходэте! Хамон! Мальпаридо. То есть полный набор не всегда понятных в Мадриде идиом. Наконец, мелькнули слова Ррусо, Моску, амиго. Наконец, препирательства окончились, и Кеша уселся за руль, вытирая вспотевший затылок.

– И что это было? Я думал, тебя сейчас заберут в участок.

– Еще чего! Просто этому хамону стало интересно, почему мы не пропустили автомобиль одного важного начальника. Им аж по рации о нас сообщили.

– И?

– Да какое ему собачье дело! Эстар ходидо! Пришлось объяснить, что я решил покатать по самому красивому городу Испании своего друга из Москвы.

Владислав набычился:

– Твою етиешу, Кеша, не тяни кота за хвост!

– Он сказал, что встреча гостя дело хорошее и нужное. Но чтобы я больше машину того важного чинуши не обгонял.

Они посмотрели друг на друга и долго ржали.

– Поехали, поедим. От такой дороги у меня разыгрался зверский аппетит.

– Точняк! Рванем в порт, там свежая рыбка.

– Давай, соскучился по рыбке. Я же с Сибири, у нас там рыба во!

Иннокентий охотно поверил в размах рук агента спецслужбы. Видел фотографии сибирских рыбин в журнале «Вокруг света».

«Эх, лучше бы я согласился на их приглашение!»

– Ты знаешь, что самый наглый тип из тех типов, что я встречал здесь.

Иннокентий усмехнулся:

– Слава, ты хотел сказать – дерзкий?

Помощник резидента лишь покачал головой. Этот ненормальный пацан или башку сложит, или добьется чего-то великого. Но Кеша ему сразу понравился. Каким-то особенным отношением к жизни, не зашоренностью и ценным даром легко входить в любое общество. Он как будто был изнутри свободен и действовал без оглядки. Владислав честно признал, что сам так не может. Комплексы, вбитые в юности на учебе в школе КГБ мешали. Оставалось лишь завидовать и присматривать за шустрым агентом.

Народу у Пабло под вечер собралось много, но место для Васечкина и его гостя нашли. Кеша заказал тушеное я пряностями мясо Эскуделло, добавив Эскивиладо. Это такой набор овощей на гриле. Хоть и весна, но свежие овощи в магазинах уже были. Вообще, даже в относительно бедной стране с основными продуктами питания дела обстояли неплохо. Поначалу у Вероники даже случился шок от витрин местных магазинов. И бедняки, и люди со средним достатком не голодали. Почему до сих пор в Союзе не могли решить банальную проблему обеспечения разнообразными продуктами питания, было непонятно. То ли тому виной бесхозяйственность или безалаберность властей всех видов. Но факт оставался фактом – советские магазины выбором даже посконных русских продуктов отнюдь не блистали. Про овощи и фрукты можно было промолчать.

Крапивин явился вовремя, деланно поздоровался и тут же достал тяжелую папку с документами. Владислав поднялся, попрощался и тихо исчез в вечерней сутолоке.

– Не забывай, мы работаем. Ты выполнил мою просьбу?

– Три не самых последних в городе газеты заняты поиском необходимого нам материала. Плюс парочка преподавателей из местного университета и по совместительству ветераны тех событий озадачились.

– Шустрый ты парень!

– Вы сегодня не первый, кто мне это говорит.

– И на советского человека не очень похож, – задержал свой взгляд на Васечкине агент ПГУ.

– И это мне уже говорили. Принимают за поляка или шведа. Смотря, какой акцент подпущу.

– У тебя есть определенный талант к языкам. Я вот в ихнем каталонском испанском не волоку.

– Привыкните, – пожал плечами Васечкин.

– Не успею!

Крапивин положил сверху документов карту с отметками:

– Вот твоя задача на послезавтра. Машину мы тебе выделили, выходной жене дадут. Так что едете в горы. Осмотрите замок Кардона и проедете дальше.

– Что ищем?

– Где-то в тех местах замечена активность американцев. У тебя есть телеобъектив?

– Мне дали в дорогу. Триста миллиметров достаточно?

– Хватит. И бинокль с собой захвати. Владислав должен был его в бардачок положить.

– Высматриваем антенны и радарные устройства?

– Ну вот видишь, можешь, когда захочешь.

– К нам сегодня не заглянете? Семью Завальных провожаем.

Разведчик укоризненно покачал головой:

– Я же тут официально бельгиец.

– Фамилия голландская.

– Там всякие живут. Зато цепляющая.

– Хвост, как, я понимаю, сбрасываем?

– Правильно понимаем. Ни к чему он. Пленки сдашь Владиславу. Метки запомнил?

– Разберусь.

– Тогда до свидания. Когда увидимся, не знаю. Меня в горячее место перебрасывают.

– Удачи вам!

Иннокентий задумался, а затем подозвал молоденькую официантку.

– Лусиана, пор фавор бренди.

Девушка очаровательно улыбнулась. Она не оставляла попытки охмурить этого странного, но такого притягательного северянина.

Сидели на улице. Еще не лето и не было жарко, женщины даже накинули на плечи легкие кофточки. Истекало ароматом мясо на углях, пахло жареными овощами. Дядя Толя был мастером своего дела. На тарелках лежали нарезки из сыров и местной колбасы. А также уже сготовленные на гриле овощи. Сидели при свечах а-ля романтик. Кто-то вымучивал гитару, тренькая полузабытый романс и наводя на всех тоску-печаль.

– Странно, – Вероника прижалась к Кеше, – вдали от родины отчего-то многих тянет на эмигрантщину.

– Как ты назвала? – хохотнула одна из молодых женщин.

– Хорошо сказала! – из полутьмы появился дядя Толя и наложил свежую порцию горячих с пылу жару шашлыков. – Надо запомнить.

– А что не так? – Владислав уже немного набрался. Пили халявный кальвадос. – И у нас в Мадриде в моде старые романсы. Стихи поэтов Серебряного века. Вдали от родины начинаешь лучше понимать тех, кто её лишился не по своей воле.

– Ну, знаете! – подобралась одна из разодетых дам, жена какого-то из местных начальников. – Вы тут нам антисоветские настроения бросьте, товарищ!

– Позвольте, – вступился за молодого разведчика дядя Толя. – Тоска по родине не имеет политической подоплеки. И если вы помните истории, то даже злейший враг большевиков Антон Деникин отказался служить нацистам. Для него Россия была выше исторических дрязг. И он оказался прав! Это и есть настоящий патриотизм.

Кеша с удивлением повернулся. Вот это мужик! Знает, что уйдет кому следует донос, но все равно правду-матку режет. Хотя куда они тут без него? Дядя Толя на все руки мастер и связей в Кастилии у него одного больше, чем у всех остальных вместе взятых.

– Да хватит вам пререкаться! Пусть лучше Кеша чего-нибудь споет. Наверняка что-то припас для такого случая.

– Только в этот раз без похабщины.

– Анастасия Васильевна, не было там такого!

Вероника мягко опустила ему на плечи руки:

– Кешенька…

– Ладно.

Его лицо озарила хитрая улыбка.

«Не хотите „Сектор Газа“, будет вам белогвардейщина!»

Слова он точно не помнил, но основную часть песни донес.

 
Как упоительны в России вечера
Любовь, шампанское, закаты, переулки
Ах, лето красное, забавы и прогулки
Как упоительны в России вечера
 
 
Балы, красавицы, лакеи, юнкера
И вальсы Шуберта, и хруст французской булки
Любовь, шампанское, закаты, переулки
Как упоительны в России вечера
 
 
Как упоительны в России вечера
В закатном блеске пламенеет снова лето
И только небо в голубых глазах поэта
Как упоительны в России вечера
 
 
Пускай все сон, пускай любовь – игра
Ну что тебе мои порывы и объятья
На том и этом свете буду вспоминать я
Как упоительны в России вечера…
 

По лицам сидящих в обычном Барселонском дворе русских людей текли слезы. Нет, им было здесь на самом деле хорошо. Многие из них совершили не самые красивые поступки, чтобы попасть в такое сладкое местечко. Пусть и не пупу Европы, зато климат хороший. Но все равно в глубине души щипало неведомые струны, сердце замирало, а память уносила их куда-то далеко-далеко. В край березок, липовых аллей и милой незамысловатости.

Владислав сердечно постучал по крепкой спине Иннокентия и по-детски размазал сопли.

– Душевно, брат. Душевно! Нам потом в Мадриде споешь? Пацанам?

– Обязательно, Слава. И не раз.

Что-то было в этом вечере странное. Как будто прощание. Кеша бросил взгляд на молодую жену. Но она беззаботно смотрела на свечу, тихо о чем-то улыбаясь. Ему снова стало спокойно. Пока они вместе, ничего страшного не случится. Не может случиться. Иначе зачем это все?

Глава 33
Первый день, последний

Иннокентий отчего-то нервничал с самого утра. Вроде все подготовлено заранее, пленки заряжены, телевик в кофр упакован, машина заправлена по самую пробку. Давление в шинах проверено, уровень масла. По пути они заглянули на небольшой рынок, где Вероника набрала снеди для пикника. Это же их официальная версия грядущих событий. Катим себе в горы и никого не трогаем. Ну а что мимо важного объекта прокатил, так с кем не бывает. Ваши У 2 вообще до Свердловска долетели.

– Кеша, я тебя не узнаю. Ты же вчера сам сказал, что ничего серьезного.

Супруга была в курсе, для кого это совершается. Славу она видела, а кто он такой на самом деле в торгпредстве отлично представляли. Не первый день замужем.

– Да ничего особенного. Неделя непростая выдалась, видимо, отходняк.

Вероника пристально на него глянула:

– Ты что-то мне не договариваешь.

– Милая, лучше доложи, что ты увидела.

Не зря его женушка постоянно крутилась перед специальным крутящимся зеркальцем, будто бы прихорашиваясь. Зато сейчас довольная собой знала, о чем сообщает:

– Зеленый ФИАТ – это местные. Видела их раньше. Прилипли, как мухи.

– От этих оторвемся без проблем, – кивнул Кеша, отъезжая от тротуара. – У них мотор слабее.

– Вот тот черный огроменный автомобиль в первый раз вижу.

– Американец.

– Кто? – чуть не обернулся Вероника.

– Плимут или Понтиак, не разберу. Американские фирмы. Те любят все здоровенное. И как они в таких узких улочках разворачиваются?

– И кто там сидит?

– Точно не наши друзья. И эти не отстанут. Наследил Слава где-то. Работаем заготовку номер два.

Сразу после пригородной развязки они остановились на обочине. Кеша вышел из машины, показательно злобно попинал заднее правое колесо и, ярко жестикулируя, полез в багажник. Если Фиат, совершенно не стесняясь, остановился в ста метрах позади, то большому черному «американцу» пришлось проехать вперед и встать после перекрестка. На то и был расчет. Брошенная рядом с автомобилем покрышка была вовсе не запаской, а обманкой. Которую не жалко и бросить. А Кеша лишь делал вид, что откручивает гайки. Он даже домкрат не доставал. Вероника же, расположившаяся у передней двери, его прикрывала от любопытного взора американцев, наверняка пристально их рассматривающих. Правую сторону для того и выбрали, как менее просматриваемую. Затянув паузу, Кеша втихаря закинул инструменты внутрь, резко скомандовав:

– Быстро в машину!

Захлопнуть багажник и завести мотор недолго. Затем SEAT 1200 лихо развернулся через все полосы, заставив нескольких автомобилистов заполошно нажимать на клаксоны. Но сигналить в Каталонии любили по любому поводу. Для разнообразия даже имелись сервисы в автосалонах, где ты мог поставить нестандартную «крякалку».

Затем Иннокентий лихо свернул направо, а на следующей развязке нырнул вниз и проехал, укрывшись за холмом наверх, невидимый для преследователей. Если местные потеряли его сразу, слишком поздно среагировав. Может, решили перекусить, пока он колесо меняет или как всегда зазевались. В Испании жизнь вообще идет неспешно. Американцы, наоборот, среагировали моментально, но все равно опоздали, не заметив их съезда с трассы в малозаметном месте.

Кеша давил на газ до талого, SEAT 1200 упорно лез наверх, не щадя бензина и мотора. Вероника лишь усмехалась. Её, похоже, нравились подобные приключения. Как в шпионских романах. Советские разведчики уходят от погони. Да и что им на самом деле угрожает? Остановка полицией? Так они ничего криминального не творили. Разве что штраф. А максимум максимумов – это выдворение из страны.

Потому что «дипломатический иммунитет». Да, Васечкин официально работал на посольство, что сужало возможности сделать ему формально «а-та-та». Кто-то наверху продумал все основательно, поменяв в одночасье правила игры. Но все равно лучше было не нарываться. А они только что это сделали. И раз им такое форменное безобразие разрешили, значит, на то имелись причины.

– Не расслабляйся, дорогая. По сторонам посматривай.

– Как тут хорошо! Солнце, горы! Почему мы сюда раньше не выбирались?

– Автомобиль где взять? Я, конечно, мог из черной кассы вынуть для аренды, но в нашу сторону и так косо посматривают. Слишком много тратим песет на разную ерунду.

– Да ну их! Клуши и бестолочи. Как такие сюда попадают? Эти киевляне – просто ужас селюковский! Я раньше считала, что Киев все-таки столица, а по факту жутчайший провинциализм.

Иннокентий натянуто улыбнулся. Это ведь его мысли из будущего поселились в ладной головке москвички. Но жители столицы Империи шовинисты еще те!

– Протекция.

– И у нас протекция, между прочим, но мы оба профессионалы!

«Эх, какая ты все-таки наивная девчонка! До сих пор не понимаешь, куда страна катится».

Первой Кеша зарядил слайдовую пленку. В Испании было сильно немецкое влияние, потому он покупал АГФУ, да и цвет этой пленки ему нравился. Не такой вырвиглаз, как Кодак. Японцы еще были вначале своего победного шествия, хотя их фотокамеры уже завоевывали мир. Пока Васечкина удовлетворял комплект «Практики», но он внимательно присматривался к тому, что продавалось в местных магазинах. И как-то случайно обратил внимание на систему «Pentax». Это в будущем Canon и Nikon поделят между собой весь мир, а в семидесятые выбор был намного больше. Asahi Pentax была фирмой передовой и также в своей линейке производила профессиональный «конструктор» MX. Там имело все – набор съемных пентапризм, шахты, с вайндером «Motor Drive MX», батарейной ручкой «Battery Grip M» и задником с катушками плёнки на 250 кадров. А также огромный выбор оптики сторонних фирм. Байонет К был довольно распространенным в мире. И что самое важное для Кеши – дешевле, чем у конкурентов.

Оставалось задушить жабу и накопить деньги. Это, если не изменятся планы. Как сегодня.

– Все отснял?

– Ага!

Иннокентий тщательно смотал пленку и глянул на карту. Они скоро приедут на место. Пожалуй, пора зарядить черно-белую, да почувствительней. «Дырка» на ТАССовском телевике ТАИР-3-ФС была вполне годной −4,5. Но снимать лучше на рабочей диафрагме восемь, да и выдержку поставить покороче. А зерно в данном случае – не самая большая проблема. Ну и Agfa APX 400 в этом плане рулит. Пленка терпит многое. Вот почему-то получается у немцев с фотографией во всех ипостасях!

Вероника некоторое время помалкивала, а потом спросила:

– Ты вот поразился, что мне понравилась наши шпионские страсти. А мне вот что удивительно. Как ты моментально взялся создавать «черную кассу», как будто каждый день только так и поступал. И сколько делишек наворотил для прикрытия своей деятельности, за которые тебя в Москве по головке точно не погладят.

– Руки коротки! – Кеша бросил взгляд на карту. Из красивой, но умной женушки навигатор так себе. Обычный женский географический кретинизм. Приходится самом рулить, а тут еще дурацкие вопросы так не вовремя. Но это у их породы всегда так.

Вероника же между тем продолжала обличать его:

– И ты ни разу не удивился изобилию в местных магазинах. Все посмеивался надо мной, как опытный путешественник, что объехал много стран. Как будто это для тебя не внове.

Иннокентий похолодел. А ведь так и было. Вероника только и делала в первые недели их пребывания на чужбине, что охала и ахала. Нет, Испания хоть и была страной небогатой, но в магазинах имелось все. Только песеты гони! А он в это время решал тяжелейшие проблемы с арендой, знакомился с нужными людьми и домой приходил лишь под вечер. Но всегда с подарками, пусть и малюсенькими. Но каждый день. Чего это ему стоило, лучше не вспоминать. Бартер, взаимные услуги. Чуть до секса не дошло в отдельных случаях. Вовремя опомнился, да и не забывал о слежке. В испанской охранке, наверное, охреневали от этого наглого руссо бизнесмена. Да руки потирали, предвкушая легкую вербовку. А вот и хрена им!

И сейчас Ника напоминает ему, что он всегда был под прицелом её очаровательных глаз. И ведь правды не скажешь. Здравствуйте, я пришелец из будущего! Хотя вот тут все как раз встанет на свои места. Умение ездить на автомобиле, как сумасшедший. Моментальное вхождение в «рыночные» отношения. Трезвый взгляд на испанскую бюрократию, да и советскую тоже. Она всегда и во все времена схожа и отчасти напоминает дурдом на лайте. Зато ПГУ довольны, их агент легко внедрился в местный бомонд. Наверное, локти кусают, что он женат и женушке своей изменять не собирается. Так бы с помощью постельных битв добился большего. Местные сеньориты западают на загадочного и крепкого блондина. Испанские мужички обычно ему по плечо, во всем Средиземноморье низкорослые.

– Я просто быстро адаптируюсь. Потому меня и взяли в разведку.

– Раньше ты об этом помалкивал.

– Но ты догадывалась.

Вероника вздохнула:

– Если бы не я и мой папа, то тебе жилось бы проще. Ездил по Союзу, снимал своих медведей.

– И красивых девчонок, – ехидно улыбнулся Кеша, тут же получив больной тычок вбок.

– Больше тебе это не светит.

– Не ожидал, что ты у меня такая энергичная барышня.

– Сам чем лучше?

Они засмеялись. Васечкин же начал резко притормаживать прямо на серпантине.

– Бинго!

– Что?

– Смотри направо.

Где-то в километре от них на небольшой горе в небо устремился целый лес антенн.

– Это ты искал?

– Ага. Станция технического слежения United States Navy. Сейчас остановимся в том распадке, чтобы не отсвечивать.

Васечкин кроме той сделал еще несколько остановок, истратил две пленки, но искомый объект снял со всех возможных ракурсов. Жаль ближе к нему не подобраться. Охраняли его даже с помощью разъездных патрулей. Они то и дело влезали в кадр. Еще бы интервал их поездок посчитать, но это уже не его дело. Работа для нелегалов.

Спрятав пленки в потайной курок, то есть в запасной баллон, Иннокентий свернул в сторону, где их внезапно нагнали полицейские и потребовали остановиться. Не дорожная полиция, а из местного департамента. Наверняка по их душу или просто дальнее патрулирование закрытой для посторонних территории. Васечкин не стал выделываться, вышел сам и в течение пяти минут со смехом и прибаутками рассказывал полицейским, что они заблудились в горах, пока искали старинный монастырь.

Общению мешал сильный каталонский акцент и употребление полицейскими жаргонных словечек. Но в итоге полисмены посетовали, что руссо туристо свернули не туда и пообещали довезти их до места. Особенно когда посетить святую обитель желает подобная красавица. Пришлось соглашаться, хотя в планы молодой пары такой крюк не входил. Да и еще Кеша внезапно ощутил холодок между лопатками, обычно предупреждающий о грядущих неприятностях. Но вроде все обошлось. Улыбчивые полицейские сопроводили их в неприметную деревушку, у края которой виднелись темные стены древней обители. Затем они попрощались и показали, где правильная дорога в Барселону.

Монастырь был старинным, как и стоящая в нем потемневшая от времени церквушка. Монахи сильно удивились гостям, но все показали. Еще угостили компотом и домашним сыром. Васечкины подкрепились взятой в городе снедью и решили ехать обратно самой прямой дорогой. Солнышко пригревало, окна были открыты, в них бил легкий ветерок. Жизнь прекрасна! Иннокентий расслабился, задание выполнено и даже перевыполнено. Ему, конечно, вставят пистонов представители полиции. Был у них негласный договор, что он не составляет проблем их «наружке». Но в конце концов, это его работа. Да и не высылают из страны за подобное. Надо будет раскрутить Крапивина на деньги, чтобы проставиться перед бедолагами из департамента. Что поделать – рабочие расходы!

– Кеша!!!

Вот этот звук ни с чем не спутать!

«Сука! По нам стреляют!»

Значит, эти улыбчивые полицейские сообщили кому следует, кого они встретили на дороге. И не со зла, просто выполняли инструкции. Как же, случайно заблудившиеся молодые русские. Но зачем палить-то! Это же не шпионский роман! Ну, остановить, провести обыск, доставить в контрразведку. Все обычно разруливается дипломатическими средствами. И уж точно не стрельбой. Васечкина еще в Москве о возможных проблемах предупреждали. Совсем пиндосы с катушек съехали, или за Вьетнам мстят? Кто там, вообще, в машине сидит?

– Пригнись, оторвемся!

И в самом деле их SEAT 1200 был юркой машиной. Американцы себе не изменяли, использовали собственный автопром, в данном случае слишком неповоротливый. В зеркале заднего вида мелькнули яркие огоньки выстрелов. Кеша резво вильнул влево, но в багажник что-то все– равно стукнуло.

«Остановиться? Да на фиг? Стреляли бы воздух или сигналили, было бы понятно. Что там у них в башке замкнуло? Я же не диверсант со взрывчаткой!»

– Ника, держись!

Он давно заметил этот крутой съезд. Наверное, к какой-нибудь деревушке. Узкий серпантин – это меньшее, что сейчас требуется американцам. Нет, Кеша все-таки был прирожденным гонщиком. А ведь когда-то инструктор посоветовал начинающему автолюбителю бросить «гиблое дело». Резко свернув на проселок, Васечкин прибавил газ. На узких поворотах машину беззастенчиво заносило, но в последний момент Кеше удавалось справиться с управлением. Пыль поднималась столбом, мешая преследователям.

Вероника уже перестала подвывать, вцепилась в ручки и безумными глазами смотрела перед собой. Она точно больше не поедет в горы! Оставалось лишь молиться о том, чтобы на узкой дорожке не появилась встречная машина. Тогда все. Финита ля комедия. Иннокентий то и дело бросал взгляд на зеркала заднего вида. Американцам была не позавидовать. Их длинный «хлам» еле справлялся с крутыми поворотами. Но водила за рулем сидел классный.

Кеша еще раз чертыхнулся и потянулся к рычагу переключения передач. Впереди был относительно длинный прогон, хотелось добавить скорости. И он беспокоился за тормоза, вернее, их перегрев. Как бы их ни заклинило. Он втопил газ и буквально долетел до поворота. Преследователи не отставали. Мотор на их машине был мощным. Васечкин еле вписался в разворот, чуть не стукнувшись багажником о скалу. Но управился и заново надавил на газ. Вслед за тем его внимание приковал скрежет и грохот металла. Он кинул взор в правое зеркало и ахнул.

В этот раз американцам не подфартило. Слишком поздно заметили, что дорожное полотно на повороте узкое и не вписались в него. Длинный темный автомобиль вздрогнул от удара, затем его откинуло в сторону, он как будто завис на краю, а после начала медленно валиться в пропасть. Секунда и машина преследователей исчезла с дороги. Кеша тут же нажал на тормоз. Вероника истерично закричала:

– Что случилось?!

– По ходу им писец.

Он выскользнул из авто и, не захлопывая дверцы, кинулся к обрыву. Автомобиль американцев лежал внизу на небольшом скалистом «пороге». Далее шла отвесная стена, кончавшаяся у горной речки. Машина упала на крышу от нее шел дым или пар. Это только в кино автомобили после падения сразу взрываются. Но загореться могут.

– Что же мы наделали?

Кеша даже не заметил, как Вероника подошла к нему. Молодая женщина была необычайно бледна. Васечкин взглянул на нее и встрепенулся.

«Вот он шанс!»

– Быстро к машине! Сиди и не высовывайся!

– Ты куда?

– Я сейчас!

Кеша подобрал в бардачке рабочие перчатки, скинул пиджак и отправился вниз. Он уже наметил путь, по которому можно было добраться до машины преследователей. Скала не была совсем уж отвесной. Трещины, полочки, выступы, за них можно было цепляться. Перчатки помогали не поцарапать руки, особливо, когда приходилось хвататься за корни растений. Главное – ногу ставить правильно и не дергаться. Если свалишься, то никто не придёт на выручку. Черт, надо в такие турне брать запасную обувь! Спортивные кроссовки уже производят. Все же мода прошлого крайне непрактична. Каким манером они по горам в камзолах и чулках ходили?

Пока суд да дело, Иннокентий добрался до машины. Бензином вроде не пахло, значит, бак не потек. И то ладно! Сгореть с неизвестными преследователи крайне не хотелось. Его наверху красавиц жена ждет. Он осторожно приблизился к передней части автомобиля. Все-таки «Понтиак»! Заглянул внутрь. Если с водителем было понятно сразу. Удар случился такой силы, что аж промял рулем грудь, ребра наружу торчали. Кеша обошел машину, стекло разбито вдребезги. Дверца, как ни странно, открылась, и он смог заглянуть внутрь. Светловолосый мужчина в кепи лежал на торпедо, проломив головой стекло. Судя по повреждениям, автомобиль не раз перевернулся. Так что шансов у бедолаги не было, башку ему разбило. Так на хрена гнались да стреляли?

Иннокентий поднял голову и заметил наверху белое пятно. Приказано же было сидеть! Он помахал рукой, мол все в порядке, и начал лихорадочно соображать, что делать.

«Что делать? Когти рвать! Пиндосы не простят, а наши также по головке не погладят. И это шанс смыться отсюда и пропасть для всех с радаров. И главное – Ника будет сейчас согласна. Тогда чего ждем?»