Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Феткулин зыркнул:

– И как, получилось?

– Сначала уши оборвали редактору. В меня стреляли.

– Этот про тот случай, когда у тебя сына ранили?

– Нет, другой. В этот раз стреляли для убийства. Но я оказался ловчее. В форме находился в те времена хорошей. И сугробы в Питере были большие.

Сидевшие в БТР «волкодавы» с сомнением уставились на Ракитина, тот поднял руки:

– Ребята, это мое личное. Но такие времена тогда были.

– Охренеть! Как будто после войны разгул преступности.

– Так война и была, Третья мировая, которая Холодная. Нас предали, продали и отпустили восвояси. Рашид, не маши руками. Зато теперь парни знают ради чего пойдут на смерть. Чтобы того проклятого безвременья не случилось.

Милохин молча кивнул, а цыганистый боец едко прокомментировал:

– Семен прав, армия уже не та. У меня брат младший сейчас срочную служит. То же самое – постоянно отвлекают на какие-то работы. Бойцов хватает только, чтобы охранять парки с техникой, мести плац, красить заборы и обслуживать господ офицеров.

– Жемчугов, ты говори да не заговаривайся!

– Мамой клянусь!

Феткулин оборвал спор:

– Все, заткнулись, горячие финские парни!

«Волкодавы» некоторое время таращились на командира, а затем засмеялись. Семен зыркнул по всем:

– Я чего-то не знаю?

– Да был такой анекдот:

«Разговор двух прибалтов:

– Уу-рмас, а что эт-то за люд-ди стоят?

– Ааа, эт-то фин-ны бегу-ут…»

Посмеялись, Ракитина также вспомнил тупой анекдот про соседей чухонцев.

Почему финские гонщики так быстро ездят?

Потому что на поворотах они не успевают убрать ногу с педали газа.

Минут через десять Феткулин выглянул через люк наружу:

– Подъезжаем, всем быть наготове! – потом повернулся к Ракитину поясняя. – Можно и быстрее, шифруемся.

– За нами еще следят?

– Открыто нет, но сам понимаешь, у конторы в этом деле большой опыт.

На въезде их не останавливали, как и не держали в предбаннике. КПП было организовано с внутренней досмотровой зоной. Но, видимо, опознание приезжих осуществлялось иными способами. Еще минут пять они неспешно двигались по территории, затем остановились.

– К машине!

Вылезать через верхние люки и прыгать с высоты и не сломать шею – это целое искусство. Как интересно конструкторы планировали это делать в условиях боя? Еще одна незадача. В бытность Ракитина в армии военные ездили на БТР лишь наверху. Так надежней. Но, видимо, изначально машины создавались для гигантской ядерной мясорубки. Довезти личной состав для точки и оставить там умирать на выполнении очередной боевой задачи. С ума сойти, здешние генералы считают потенциальные потери в сотнях тысяч!

Но рефлексировать некогда, их небольшая команда спешно двигается в сторону компактного странного донельзя городка. Лишь приблизившись к строениям, Семен понял, что это тренировочный макет. Они прошли внутрь и заметили бойцов в такой же серой форме, усиленно занимавшихся между стенами из фанеры и досок. Полной имитацией создатели не заморачивались. Чужие штурмовики отрабатывали вход в помещение, проход по широкому коридору, зачистку кабинетов.

Ракитин заметил в их руках короткие пистолет-пулеметы, на головах каски в маскировочных сетках, здорово напоминающие те, что использовали немецкие парашютисты в ту прошлую войну. Команды отдавались на немецком. Понятно, геноссе из ГДР. Заметив его интерес, Рашид пояснил.

– Это шлем польских десантников wz.63, а в руках у них также польские RAK Wz.63.

Ракитин осклабился:

– Дружба народов, етить колотить! Откуда они такие красивые?

– Спецслужба IX, элитное подразделение антитеррора.

– Хороший выбор.

Двигались немцы четко и слаженно, как киборги. Видать, давно занимались, плюс немецкая дисциплина. Во всяком случае Ракитину они, как штурмовики понравились. Сразу понятно, что не с нуля начинали. Использовали учебные гранаты, холостые патроны. Чтобы не как в имитацию боевых действий работать в играх, каковые существовали в его время. Вроде пейнтбола и или страйкбола. Помнится, Семен как-то долго спорил с одним из студентов, что увлекался последним. Покупал экипировку, оружие, всяческие ништяки на него. Мальчик, даже не служивший в армии, отчего-то решил поучить своего препода тактике боя.

В итоге болвану студиозу были наглядно показаны его ошибки, в реальном бою стоившие ему жизни. Ведь из настоящего автомата после выстрелов вылетают горячие гильзы, которые запросто могут отскочить тебе за шиворот или в щеку твоему товарищу. И еще у врага имеется подствольный гранатомет или ручные гранаты. А еще у армии есть минометы, пушки и гаубицы с «Градами». Парнишка в итоге потек и вовсе стух, узнав, что все эти премудрости их «ботаник-профессор» познал на собственной шкуре в Грозном.

– Семен, мы сейчас будем работать, а ты смотри.

– Договорились.

Немцы уже отработали и передыхали рядом, с интересом посматривая на неизвестного молодого человека, приехавшего со знакомыми по совместным занятиям бойцами. Затем спецназовцы сосредоточились на упражнении своих советских камераден. Все-таки это были бойцы из легендарного ГРУ, а немцы лишь специальный полицейский отряд. По отмашке коменданта учебного городка небольшая команда резво рванула к помещению, внутрь полетели имитаторы гранат и дымовые шашки. Семен прошел дальше, чтобы видеть, как работают ребята. Ну что можно сказать – профи! Слаженные отточенные до рефлексов движения, ничего лишнего, ничего напоказ. Все четко и по делу. И сразу стала заметна разница в работе немцев и ГРУшников. Последние работали жестче, не жалели патронов и гранат. Получается, что они будут действовать там, где оказывается активное сопротивление? То есть двигаться за немцами вторым эшелоном и в случае необходимости тут же вступать в бой, освобождая тех для движения дальше. Ага, у «волкодавов» даже гранатометы есть. Правда, сейчас они пуски имитируют. Серьезное вооружение. И короткие команды звучали также на немецком языке.

Легенда соблюдалась и в мелочах.

Они сидели в тенечке и потягивали квас. Перед этим все побывали на стрельбище. Ракитин брал с собой закрепленный АКМС и также пострелял вволю. До «волкодавов» ему было далеко, но на твердую четверку набил. Милохин подсел ближе:

– Что скажешь, человек из будущего?

– Хорошо работаете! Я все-таки не штурмовик, чтобы четкие советы давать. Вторым эшелоном за немцами пойдете?

– Догадался? – Феткулин переглянулись с Милохиным. – С тебя пиво! Нас несколько групп будет, даже пулеметы с собой берем. Здание на Лубянке большое. Вот та поляна, кстати, имитирует его холл. Вместе соберёмся и пройдем полигон уже перед штурмом. Может, есть еще что сказать?

Ракитин задумался и начал неспешно:

– Вам бы здорово пригодились пистолет-пулеметы с большими магазинами. Но сильно подозреваю, что таких у нас на вооружении нет?

– Правильно подозреваешь. Потому немцы работают с польскими, те отличаются точностью. Разве что раздобыть старые ППШ.

– В ближнем бое потребуется большая плотность огня. Она критична. Это оценили в будущем, создав более компактные версии ротных пулеметов. Боевая тройка – пулемётчик, стрелок-гранатометчик и марксмен, то есть снайпер для малых и средних дистанций. В ваших условиях лучше с бесшумным оружием.

– ПБ у нас будет. На всякий случай.

– Да толку там от него. Все равно слышно.

– Да не скажи. Из соседнего коридора не поймут. – Да сколько их там будет сопротивляться? Это же не вояки.

– А вдруг они кого уже туда завели из своих подмосковных бригад?

ГРУшники задумались.

– Командир, может, взять РПК с банкой?

– Правильно, на три человека один РПК. Сеня?

– Ствол длинный, в помещениях мешать будет. Слушай, так банки от РПК к вашим подойдут?

– Клинить не будет?

– Вряд ли столько настреляем. Можно первым магазином дисковый поставить, ну взять еще один про запас. Зато огня будет, мама не горюй!

– Годно! – согласился Феткулин. Он был командиром одной из групп.

– Подствольные гранатометы у вас еще не в ходу? – вспомнил Семен.

Ответил многоопытный Милохин:

– Разрабатывали «Искру», я участвовал в испытаниях, но все заглохло. Про другие задумки пока не знаю.

– Так, может, в закромах родины завалялись американские М-79? Вместо ваших РПГ. Во Вьетнаме неплохо себя зарекомендовали. А подствольники и станковые гранатометы нас в Грозном буквально спасли. В городских условиях лучшее оружие!

Бойцы снова крепко задумались, а Феткулин пообещал сделать запрос командованию. Рисковать ведь собственной шкурой!

После своеобразной экскурсии по полигону Ракитина некоторое время пытал майор, что дежурил на «Объекте Z». У него был необходимый допуск, и потому Семен позволил себе ряд советов. Офицер явно был не из паркетных, вопрос задавал по делу, временами выглядел обескураженным. В конце беседы комендант вздохнул:

– Вам бы с нашим руководством поговорить. Столько всего полезного в будущем изобрели.

– Еще успею.

Ракитин через Стаханов знал, что докладная записка, отправленная в Министерство обороны уже наделала там шухеру. Гречко рвал и метал, тут же поехав жаловаться Брежневу. Огарков же с Устиновым, напротив, изучали каждую страницу доклада буквально через лупу. Значит, скоро ждать гостей!

Глава 34
Трудный понедельник. Москва. «Заречье 6» дача Брежнева. 13 августа 1973 года

– Город страшная сила. И чем больше, тем они сильнее.

Слова плохо одетого человека, бродяги растекались в мрачной мелодии, так походившей к общей тональности кинофильма. Генеральный секретарь ЦК КПСС скосил глаза направо. Он специально посадил в своем ряду первого секретаря Ленинградского горкома Романова. Тот стоически рассматривал на киноэкране то, во что превратилась вторая столица в девяностые. Брежнева предупредили, что этот фильм в будущем считается культовым и довольно точно отражает ситуацию в те годы. А они, судя по лицам ошарашенных увиденным лидеров Советского Союза, получились по-настоящему дикими.

Как будто по стране прошел мор и война разом. Правильно Генсек сделал, что пригласил всех именно на этот фильм. Хорошая картина, крепко бьет по заплывшим жиром мозгам. Дает больше понимания, чем гора отчетов. Леониду Ильичу и самому вдруг стало невероятно тоскливо. Или это от той странной музыки? Как будто озвучены кошки, что на душе скребут. Чуждо, но талантливо.

Последние кадры после произошедшей накануне бойни выглядел пасторально. Вот главного героя, так непохожего на нынешних, на зимней дороге подбирает большой грузовик. На таких проводят междугородние перевозки. Шофер весел и общителен, как и молодой парень, убийца.

– Да дембель еще не отгулял.

– Где служил-то?

– Да в штаб там, писарем просидел. Знаешь.

Брежнев покосился в сторону напряженно сидящих силовиков. И Щелоков, и Огарков с Устиновым ухмыльнулись. Это странный парень валил бандитов пачками, постоянно показывая чудеса сообразительности и неплохие воинские навыки. Он точно служил не штабе! Его бы таланты да на благое дело! Засыпанный снегом умиротворенный лес так резко контрастировал с общим минорным тоном и музыкой.

– А едешь-то куда?

– В Москву.

Зажегся свет, задвигались люди, приходя в себя. Судя по их лицам, кинофильм произвел на всех необычайное впечатление. Некоторые и узнали о людях из будущего буквально только что, а тут их сразу мордой в грязь. Ну так нечего расхолаживаться, если считаете себя настоящими коммунистами! Леонид Ильич внимательно оглядел всех и дал команду на показ второй картины. Пусть комедия из будущего немного разбавит гнетущее впечатление от бандитского кино. Не все там было в черных красках.

Вообще, выбор зрителей для совместного просмотра фильмов из будущего стал несколько необычным. Кроме силовиков, которым изучать подобные ленты следовало обязательно, Генсек пригласил неофитов, то есть более молодых руководителей и приближенных лиц. На послезавтра назначено судьбоносное расширенное заседание Политбюро, и ему нужны единомышленники. Пора призывать молодых! Поэтому, кроме руководителя Москвы Гришина, украинского Первого Щербицкого присутствовали относительно молодые кандидаты в члены Политбюро. Глава Ленинграда Романов и Первый секретарь Белоруссии Машеров.

Еще один человек для остальных казался необычным. Первый секретарь Томского обкома Егор Кузьмич Лигачев. Но Брежнев внимательно изучил характеристики основных лиц советской политики будущего. Этого прямого и честного человека нужно обязательно возвращать в Москву. Из членов КПСС продвинуть в кандидаты Политбюро. Уж в чем-чем, а в политических интригах Брежнев был силен. Он как опытный шахматист уже начал играть свою партию.

После глуповатой, но такой русской комедии сидевшие в зале люди оттаяли. То и дело раздавался смех или комментарии. Приключения незадачливых охотников и бедного финского паренька пусть и смотрелись несколько необычно, но не выглядели такими пугающими, как кадры первого фильма. Обычные жизненные ситуации обычных людей. В принципе многое узнаваемо и нисколечко не изменилось со времени похождений знаменитой «Гайдаевской троицы».

– Ну как впечатления, товарищи? – благодушно спросил после просмотра Брежнев.

Устинов состроил нарочито рассерженное лицо:

– Разве можно так с генералами? Дискредитация начальственного состава армии.

Леонид Ильич посмотрел на одного из локомотивов военного прогресса в СССР и ехидно заметил:

– А что, так не бывает?

Неожиданно ответил Генсеку скромный с виду Лигачев:

– И не такое бывает, Леонид Ильич! Некоторые наши военные ведут себя как барчуки золотопогонники.

В зале повисло гнетущее молчание. Генсек продолжал с насмешкой разглядывать силовиков добавив:

– Ну что, товарищи генерал, съели? Но ведь факты имеют место быть?

– Имеют, Леонид Ильич, – среагировал за всех силовиков Огарков. – Будем работать с этим… кривым явлением.

– Вот это правильный ответ! Пройдемте, товарищи, в гостиную, там нас ждет чай. Чего покрепче не предлагаю, – со смешком в голосе продолжил гостеприимный хозяин. – Сегодня все-таки рабочий день.

Руководители несколько расслабились, хорошее настроение Генсека передалось и им. Правильно он сделал, разбавив беспросветную картину бандитского Петербурга веселыми приключениями незадачливых охотников. В жизни не бывает только черных красок. О чем свидетельствовал и человек из будущего «Оракул». К чаю шли бутерброды и пирожки. Перекусив стоя, все отошли к диванам. Леонид Ильич специально устроил эту встречу в неформальной обстановке. Люди не будут излишне зажиматься и станут разговаривать откровенней. Он пригласил всех сесть, и сам устроился в удобном кресле.

Но начал Брежнев разговор жестко, обратившись в этот раз к главе МВД:

– Николай Анисимович, что скажете о бандитском Петербурге? Есть у вас собственное мнение, как такое могло произойти?

При этих тяжелых словах Романов невольно вжал голову. Он уже не знал, считать ли эту встречу началом конца собственной карьеры или дело совсем в ином.

– Мнение есть, Леонид Ильич и вскоре я его представлю в докладе, который направлю в Центральный комитет партии.

– Вот как?

– Я получил достаточно информации от «Оракула», да и ситуация в целом нам понятная. Ничего сверхъестественного в феномене «девяностых» я не вижу. Если позволите, могу пояснить.

– Давай, – тут же согласился оживившийся Генсек. Ему понравилось состояние духа министра. Да он всегда симпатизировал бывшему ветерану, попавшему волею судьбы на самый верх. Там их было ужасающе мало. А это непорядок!

– После вашего ухода и моей опалы, – все искоса бросили взгляды на Брежнева, но тот был на редкость спокоен. – Бывший глава КГБ развернул бурную деятельность по дискредитации милицейских органов и начал травить их лучшие кадры. Это были… – Щелоков споткнулся, – будут самые настоящие репрессии, Леонид Ильич. В духе тридцать седьмого. За что и зачем это происходило? Знаете, сейчас, просмотрев этот фильм о молодом парне, воине, ставшем волею судьбы бандитом и убийцей, я понял больше. Милицию уничтожали как раз ради этого. И сами знаете по наущению кого.

После такого серьезного обвинения все замерли. Хотя Щелокова можно понять. Втоптать в грязь все, ради чего он жил и работал! Генерал далеко не был ангелом, но при нем милиция здорово изменилась к лучшему. Эти перемены все наблюдали воочию. Любая система рано или поздно коснеет и нуждается в реформах. Возможно, в будущем этот симпатичный человек наделает кучу ошибок. Но ведь не уничтожать же все, что было наработано десятилетиями призваны свежие люди? Отправлять в утиль самые опытные кадры, разгонять современнейшие учреждения, уничтожить зарождавшуюся «Разведку МВД», призванную как раз работать против организованной преступности. Ради чего целенаправленно проводились подобные гонения? И в такое сложное время, когда на улицах стали появляться первые банды и криминалитет начал свой марш к власти.

Мнение товарища поддержал Огарков. Он также был из «новых лидеров» со свежим мышлением.

– Если оценивать тот погром с точки зрения изменения политического устройства государства, то все совпадает. Нет правопорядка, бурно растет преступность. Экономика криминализируется, власть теряет силу, армия дезорганизована. Можно проводить в жизнь все намеченные заранее черные планы. Такое не делается случайно.

– Это же прямой вызов советской власти. Натуральная измена!

Брежнев еле сдержал ухмылку. Гришин, старая партфункционерная лиса моментально оценил текущий расклад и сделал правильный выбор. Ну что ж, если за него будут московские и ленинградские коммунисты, то это уже сила. С регионами РСФСР работают Кириленко и Соломенцев. Щербицкий после проведенной на прошлом заседании головомойки также твердо стоял за «правильную линию партии». Ему бы сначала решить проблемы с украинскими националистами, чтобы не попасть под твердые подозрения. Машеров также настроен серьезно, по-деловому. Ну это у белоруса не отнять, он крепкий хозяйственник. Его здорово огорчили известия из будущего. Рассказывают, что ночь не спал, много курил. Интересно, что думает Лигачев, как представитель русской глубинки?

– Кто еще согласен с мнением первого секретаря Москвы?

– Я такого же и буду стоять на нем до конца!

Вот и ответ. Брежнев живо повернулся к Лигачеву, решив ковать железо, пока горячо:

– Егор Кузьмич, как насчет переезда в Москву? Я поставлю на заседании вопрос о вашем включении в кандидаты Политбюро. Партия остро нуждается в свежих кадрах, товарищи. Засиделись старики, пора бы и честь знать. В эпоху научно-технического прогресса старые методы управления недопустимы.

Брежнев повернулся к Кулакову, бывшему первому секретарю Ставропольского крайкома, сейчас заведующему сельскохозяйственным отделом ЦК. Генсек решил заодно провести прямую вербовку «молодых». Бывший ставрополец тут же с готовностью ответил:

– Раз партия скажет, буду согласен с её решением.

– Хорошо! Хочу заметить всем, товарищи. Послезавтра мы проведем важное и скорее всего тяжелое заседание. Будут решаться принципиальные вопросы будущего Советского Союза. Чтобы оно не стало таким, каким показано в том фильме. Ведь этот брат на деле отличный хлопчик! А как с ним поступила Родина? Бросила на братоубийственную войну, затем засунула в жернова преступного мира. Так что нам, возможно, придется принять непростые решения. Очень непростые.

Если силовики восприняли слова Генсека спокойно. Они были в курсе намечаемых событий. То по лицам остальных присутствующих как будто пошла тень. Все-таки это семидесятые годы, а не тридцатые. Необычайно остро пахнуло близкой смертью или крушением замыслов. Но еще хуже было осознание факта, что их политические игрища в том будущем вылились в неисчислимые жертвы обычных людей. И виноваты в этом именно они. Прав оказался хитромудрый Леонид Ильич. После такого фильма воспринимать текущую действительность все станут по-другому. Ведь зерна завтрашнего зла уже прорастают сегодня. А с сорняками всегда поступают одинаково, вырывают безжалостно или сжигают. Или не будет всхода урожая.

– Мы все понимаем, Леонид Ильич, – в этот раз первым вылез Щербицкий. Он тщательно выбрал слова. – Партия должна быть едина перед лицом вызова времени. Никаких сантиментов. Если виноват – разоружись перед своими соратниками.

Намек был категорически понятен всем. И судя по решительным лицам, все собравшиеся были согласны с ним.

– Ну что ж, это хорошо. Что у нас имеется взаимопонимание, – Брежнев выглядел довольным. Свою часть плана он выполнил. Мазуров и Кириленко также не сидят на месте. Скрытая подготовка и обработка членов ЦК идет полным ходом. Как и купируются действия противника. Да и у того в стане не все в порядке. Например, на днях на связь с Генсеком вышел начальник Первого управления, которое занималось разведкой, генерал Мортин. Он без обиняков указал, что не поддерживает своего прямого начальника и всегда готов присягнуть партии. Было странно, что первый заместитель Андропова Цвигун так и не вышел на связь. А ведь Брежнев так надеялся на него. Что это – политическая близорукость или нечто иное?

– Товарищи, нас ждет еще один фильм. Уже документальный. Из того же времени. Разу ж вы все тут собрались, то мне будет интересно ваше мнение. Надо раз и навсегда разобраться с преступностью. Она несет нашему государству огромные беды. А это неправильно!

Уже вечером перед сном Леонид Ильич вспоминал вспыхнувшую после просмотра жесткой документальной хроники дискуссию. Если часть собравшихся оказалась неумолимо жестока, предлагая самые крайние меры и ужесточения наказания. То Щелоков и «молодые» не были столь категоричны. Да, к рецидивистам и так называемым «ворам в законе» следует применить повышенные меры наказания. Говорили даже об отдельных колониях за полярным кругом, чтобы не смешивать «первоходов» и молодняк с бывалыми преступниками. Пусть отъявленные негодяи и те, кто не хочет исправляться подыхают там от тяжелой работы и условий. Остальным советским людям надо дать возможность встать на путь исправления.

Министр МВД указал на положительный опыт из того будущего. Химия, условные сроки, декриминализация некоторых статей УК. Зачем сразу записывать оступившихся людей в преступники? Потом многим из них оказывается сложно вернуться в обычную жизнь.

– Надо работать с молодежью, – горячился Лигачев. – Где наш комсомол? Занимается делами формально и организует очередную никому не нужную мишуру? Нам необходимо использовать самый положительный опыт, что был накоплен в Советском Союзе за все годы.

Романов внезапно также внес умные предложения:

– А почему бы не привлечь к обсуждению проблемы наших ученых и общественников? Вынести дискуссию на страницы газет?

– Надо ли так смело? – сморщился Кулаков.

– Куда это приведет?

Внезапно Первого секретаря Ленинграда поддержал Щелоков:

– Я также за обращение к общественности. Одним органам с преступностью, как явлением, не справится.

Брежнев задумал свернуть дискуссию. Он понял, что уже безмерно устал. Пусть эту проблему решают другие:

– На том и порешим. Проведем совместное совещание и обратимся к советской общественности. Или партия боится собственного народа?