Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Соавторы: Виктор Зайцев,Ал Коруд,Кристи Кострова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 118 (всего у книги 335 страниц)

Карт удивленно посмотрел на спорящих:

– С каких пор контрразведка работает в Действующей армии?

– С таких! – Риббе зло стукнул по столу стаканом из керамометалла. Вся посуда на флоте была небьющаяся и легкая. – Ты, видать, давно на фронте не был, рейнджер. Эти суки нынче везде рыщут.

– Не там они ищут, – Виллис достал из кармана плоскую фляжку и задумчиво оглядел стол.

– Парни, вы зря такой разговор затеяли, – командир звена обреченно махнул рукой.

– Джонни, что стопорнул? – Грего уже сдвигал стаканы вместе. – Раз достал, наливай!

– А и налью! У меня сегодня второй день рождения. Ну, давайте, парни, за вас!

– Правильно, – худощавый стрелок третьей птички Юрген Клинсман поднял стакан. – Тринадцатые сегодня молодцы. Не прыгнули бы, нам хана.

Не чокаясь, пилоты выпили, у Алекса сразу навернулись на глаза слезы, напиток был достаточно крепок. Сидевшие напротив него пилоты внимательно наблюдали за рейнджером.

– Наш человек! – прогромыхал Риббе. – Не то, что эти уроды в черном.

– Эрих, ты опять?

– А что такого, командир? Ты знаешь кто этот парень? Он, между прочим, «первый брат». Слыхал о таких? Они всю гребаную систему на болте вертели.

– Верно, Кристоф. Сколько можно от своих удара в спину ожидать? – Виллис наливал по новой. Алкоголь на крейсере во время боевого патрулирования не приветствовался, но их звено после такого боя в полет пошлют только при чрезвычайных обстоятельствах. Поэтому начальство на некоторые вольности закрывало глаза.

– И не говорите, парни, – Грего опрокинул стаканчик и автоматически пошарил на столе рукой, ему пододвинули поднос с солеными орешками. – Орден, чертовы контрразведчики, да и наша разведка в черном тоже не подарок. Ал, а ты что молчишь?

Все сидевшие в кают-компании пилоты уставились на Карта. Он спокойно выдержал мрачные взгляды космолетчиков, только что вырвавшихся из цепких лап старушки-смерти. А что он мог им ответить? Вопросов у него самого больше, чем ответов. В этот момент открылся входной люк, и раздалось «Капитан на палубе!» Вбитые в подсознание рефлексы сработали быстрее, чем мысль о субординации.

– Вольно! – высокий и крепкий капитан крейсера с некоторой угрюмостью оглядел своих пилотов. Потом он подошел к столу и поднял один из стаканов. – Уже выпиваете? Ну-ну, садитесь, орлы недоделанные, -

Пилоты с поникшими головами стали рассаживаться обратно. Командор-капитан Рюделль слыл командиром жестким, но справедливым. Его пронизывающий взгляд под седыми бровями остановился на Карте. – Сержант, я уже в курсе ваших похождений. Тебе, парень, везет, как утопленнику – ознакомительный полет и сразу в гущу сражения. Хотя я ознакомился с твоим досье, тебе это, оказывается, не впервой. Самое интересное, что наша разведка внесла тебя в особый список. Был бы боцман в курсе, то не допустил тебя на мой корабль даже на пушечный выстрел. Ну, он уже наказан, а вот с этим наглецом, – Рюделль посмотрел на Грего, – я еще разберусь.

– Сир, – пилот привстал с места, – имею смелость доложить, что штатс-сержант в боевых условиях действовал умело и инициативно.

– Он, что сертифицированный пилот? – командир угрюмо смотрел на рейнджера.

– Нет, сир.

– Так какого хрена он летел в полет во время боевого патрулирования!

– Он прошел курс обучения и был признан годным.

Командор-капитан только покачал головой.

– Грего, ты как был наглецом, так и остался.

– А иначе, сир, я бы не стал лучшим пилотом вашего крейсера! – Макс сделал умышленный акцент на слове «вашего». Рюделль еще раз взглянул на Карта и спросил:

– И как он, как пилот?

– Неплохо, сир. Не хватает, конечно, навыка пилотирования, но это решаемо. Главное, он чувствует космос, да и в бою действовал грамотно. Некоторым маневрам я бы у него даже поучился.

– Ты серьезно? – капитан был несказанно удивлен. Флотские обычно смотрели на сухопутчиков сверху вниз.

– Так точно! Учиться новому никогда не поздно.

– Сир, – вмешался командир звена. – Грего прав. Я видел, как летал этот парень, он пилот от Бога.

– Возможно, – Рюделль задумчиво взял в руку стакан. – Налейте, что ли и мне, стервецы!

Космолетчики еще раз опрокинули стаканы. Вместе с командором в кают-компанию зашли стюарды и принесли обед. Поэтому некоторое время все молча работали ложками, иногда переглядываясь между собой. Первым закончил обед капитан

– Грего, у меня к тебе такой важный вопрос, и я задам его при всех. От твоего ответа зависит твое будущее на моем крейсере. Почему ты ослушался моего прямого приказа вернуться на базу?

Макс побледнел, но взглянул в глаза своего командира.

– Сир, вы знаете, что я вас безмерно уважаю и хочу сражаться только под вашей командой. Но в данном случае ситуация сложилась неординарная.

– Лейтенант, не темни. Я тебя давно знаю, ты всегда беспрекословно выполнял мои приказы. Ведь это он, – Рюделль ткнул в сторону Карта, – подбил тебя на преступление.

– Да, сир, – Карт поднялся и спокойно встал перед капитаном, – это я предложил прийти на помощь нашим погибающим братьям.

При слове «братья» командор-капитан скривился и нервно кивнул, процедив сквозь зубы:

– Садись, сержант. Этот разговор неофициальный. Мне просто хочется разобраться, что там произошло. Иначе вы оба уже сидели бы в карцере и ожидали следователей из разведки.

– Сир, – Алекс тщательно подбирал слова. – В данном случае я пришел к выводу, что наше участие в схватке важнее доставки разведданных.

– Ты о чем это? – Рюделль продолжал мрачно рассматривать непонятного для него рейнджера. – Обычная для военных действий ситуация. Одни жертвуют собой, чтобы потом остальные смогли осуществить большее. Разве у сухопутных не так?

– Бывает и так, сир, но в последнее время я и мои товарищи стараются действовать по-другому. Думать прежде всего о своих сослуживцах, а не том, чтобы обязательно выиграть сражение. В итоге получается, что мы, в конце концов, выигрываем, но с намного меньшими потерями.

– Интересное предположение, – капитан хмыкнул. – Карт, ты офицер, ты заканчивал академию генштаба? Кто ты, вообще, такой, чтобы сменить разом сложившуюся за столетия практику боевых действий!

– Все меняется в этом мире, сир. А мне лично достаточно звания «первого брата».

Командор опять скривился, а в разговор неожиданно вмешался командир звена:

– Сир, хочу заметить, что в итоге Карт оказался прав. Мы нанесли поражение сильному противнику, узнали больше о его тактике действий и заставили врага изменить свои планы, а также получили в руки их боевую технику. Это дало нам намного больше, чем просто возвращение рейдера с разведданными. Да и первое звено осталось практически боеспособным.

– Это так, Дюгарри. Но все-таки решать такие вопросы должен только командир, а не обычный боец.

– В том то и дело, капитан, что он необычный.

Рюделль резко повернулся к встрявшему в разговор Риббе, заставив того непроизвольно вжаться в кресло.

– Вот это меня и беспокоит! Как сухопутный сержант мог просчитать исход космического боя за считаные секунды?! И при этом мастерски пилотировать, удивив самого опытного пилотажника на моем корабле своими странными маневрами, а затем за короткое время настроить против меня мою же команду. Черт возьми, что тут, вообще, происходит?!

– Мир меняется, сир, – Риббе не опустил глаз под гневным взглядом своего капитана. – При всем моем уважении, сир, но вам придется это признать.

Рюделль вскочил и нервно заходил по кают-компании, разговор ему явно перестал нравиться.

– Всем выйти, Карт, останьтесь!

Полковник подошел к столу, налил себе тоника и жадно выпил. Затем он тяжело опустился в кресло напротив Карта.

– Знаешь, сержант, я уже семнадцать лет на флоте. Из них семь в разведке и пять на этом крейсере. Мне пришлось начинать с помощника командира дивизиона тылового обеспечения. Знаешь, что это такое в дальнем космосе? Это, значит, ежедневно копаться в трубах, по которым течет дерьмо и прочие отходы, и стараться всю эту дрянь снова пустить в дело. Разведчики в космосе болтаются помногу месяцев. В конце похода их корабли больше напоминают зловонную клоаку. Там приходится жрать всяческую питательную дрянь, а потом долго сидеть на толчке, пытаясь выжать из испорченного кишечно-желудочного тракта хоть что-то. Где получается полноценно мыться только пару раз в месяц. И знаешь, чего больше всего хочется?

Алекс внимательно смотрел в глаза старшего офицера. Он уже понял, что с ним можно иметь дело.

– Хочется просто выйти на улицу, полной грудью вдохнуть воздуха с земных лугов и полей и подставить голову под ласковый дождь, льющийся с такого родного для нас голубого неба. Я честный офицер, я сражаюсь за нашу планету с юного возраста и не раз смотрел смерти прямо в ее холодящие кровь глаза. Я поддерживаю все, что может пригодиться нашей победе. Можешь смело спросить моих парней – я никогда просто так не посылал их на верную смерть. Я не терпел присутствия на своем корабле чужих, этих орденских крыс. Они уже давно не думают о своей главной цели, а озабочены мелкими делишками. Я не свершал карьеру, иначе давно бы уже сидел в адмиральском кресле и не рисковал собственной жизнью. Но меня сейчас больше всего интересует один вопрос – кто ты такой, штатс-сержант Алекс Карт? Обладатель серебряного парашюта, кавалер двух золотых и одной бриллиантовой звезды. По слухам, ты лучший водитель во всей Действующей Армии, о твоих подвигах ходят настоящие легенды. Ты стал зачинателем движения «братьев» и ведешь непонятную игру на дальних планетах, общаясь с формальными врагами нашей армии, но в то же время успешно с ними договариваясь. За тобой следом идет не смерть, а непотраченные зря жизни наших парней.

Видимо, в глазах Карт что-то промелькнуло, так как Рюделль улыбнулся и прогромыхал:

– Не удивляйся, парень, я ведь семь лет прослужил в разведке. Неужели ты думаешь, что у меня не осталось там связей? И ведь именно ты без моего ведома оказался на моем крейсере.

Алекс шутливо поднял руки:

– Уели командор. Что вам от меня надо?

– Надо… – Рюделль задумался. – Скажи мне, сержант, что тебя связывает с отделом Э.

– Не знаю, – рейнджер развел руками.

– Серьезно? – капитан кинул взгляд на Алекса. – Ты входишь в Организацию, в её внутренний круг и незнаком с её отделами?

– Я не вхожу во внутренний круг, сир. Меня использовали для серьезных операций, но потом я… скажем так, поссорился с ними.

– Хм, возможно. Иначе тебя бы эти ребятки в черном не искали по всей Галактике с собаками. Тогда скажи мне, как ты можешь не сотрудничать с отделом Э и в то же время иметь дело с полковником Чампом?

Рюделль внимательно уставился на Карта немигающим взглядом.

– Сир, – Алекс начал осторожно, он чувствовал себя сейчас как на минном поле, шаг вправо, и твоя судьба безнадежно испорчена. – Чамп был моим инструктором и наставником, я также считаю его своим другом.

– Другом, говоришь, – глаза командора нехорошо сузились, – интересные у тебя, вообще, друзья, сержант, и черт возьми ты умеешь их заводить. Лучший мой пилот, да он, вообще, лучший на флоте, еще громила этот твой. Я наблюдал позавчера за его тренировками. Я не очень силен в рукопашном бое, но и то понимаю, что он создал нечто совершенно новое и чрезвычайно эффективное. У тебя, собственно говоря, сейчас друзья на каждой базе и в каждом подразделении. Не знаю, как ты такого и смог добиться. Не знаю.

– К чему эти намеки, капитан? – Алекс несколько успокоился и дерзко отвечал на пронизывающий взгляд настоящего «космического волка», коим Рюделль и являлся по праву. Тот наклонился и, цедя слова, кинул в лицо рейнджеру:

– Отдел «Э», мой мальчик, занимается именно чужаками, неизвестными и чуждыми нам расами. Иногда чрезвычайно опасными как раз для нас.

Карт откровенно захохотал.

– Сир, вы это серьезно? Считаете меня инопланетянином, и поэтому я имею такие сверхспособности и завожу такие глубокие связи?

– Да нет, сержант, это слишком все просто. Да и присутствие в твоей жизни Чампа говорит о многом.

– Вы с ним встречались?

– Было дело, – Рюделль кивнул. – Да и сейчас иногда я поддерживаю контакты с его отделом. Ведь разведчик это до конца жизни.

– Я понимаю, почему у вас возникли такие вопросы. Я и сам себе их много раз задавал.

– И что?

– Пока ясно только одно – я не чужой и не мутант, иначе не сидел бы сейчас с вами.

– Тогда кто? – в глазах старого служаки читалось явное любопытство, похоже, весь разговор он и затеял из-за этого важного для него вопроса.

– Возможно, следующий этап в нашей эволюции. Поэтому ко мне и подослали Чампа, он же специалист высокого класса.

– Возможно. Но скорей всего тогда бы к тебе прислали совсем других людей, мальчик. Тебе, вообще, по жизни очень везет, вот и моему крейсеру сильно повезло с твоим прибытием. Вполне возможно, что в данную минуту мы бы сейчас неслись между звезд хладным куском оплавленного железа.

– Что это было, командор? – уже Карт придвинулся к капитану.

– Хм, ну ты и наглец. Хотя… тебе это пригодится. Разведка союзников донесла о непонятной активности в данном секторе и нам, даже не дав отдохнуть, выделили район патрулирования. В текущий момент крейсер в самой плохой форме и представляет себой хорошую мишень.

– Засада, сир?

– Похоже на то. Центровые вывели на поле боя новые фигуры с неизвестной нам техникой. Мы были жертвенной овцой, сержант. Если бы вы не заметили их катера, нас попросту скушали, – Рюделль помрачнел.

– Нормальное дело. Получается, союзнички подставили весь наш флот.

– Получается. Мы стали слишком сильны, но в последнем стратегическом наступлении наш флот понес существенные потери. Сейчас самое время ударить нам под дых, будет сложно ответить. А, потеряв флот, нам опять бы пришлось идти на поклон к «старым» членам Альянса.

– Дела, – протянул Карт. – Получается, что мой незапланированный вылет повернул ход истории?

– Где-то так. Поэтому ты до сих пор и сидишь здесь.

– Тогда возникает резонный вопрос, кто меня сюда послал? – Алекс задумался. – Не знаю, сир. Все так сложно. Передо мною как будто постоянно мелькает калейдоскоп, я не успеваю остановиться и оглянуться назад, а уже тем более, не знаю, что меня ждет впереди. Гонка без передышки.

– Жизнь, вообще, сложная штука, сынок, – капитан поднялся и задумчиво начал шагать по кают-компании. – Давай поступим так – нас сейчас срочно дернут на базу, дело-то неординарное. В подходящем районе я совершу остановку и передам тебя на ближайший транспортный корабль. Меня хорошо знают на флоте, вряд ли мне кто откажет. Официально тебя всё равно на крейсере нет. Записи журнала моими ребятами уже подчищены, а в экипаже своем я уверен. Я крыс не держу.

– Спасибо, сир, – Карт протянул руку, – был рад нашему знакомству.

– Я тоже, – рукопожатие Рюделля было крепким. Затем он улыбнулся. – А ты умеешь заводить друзей, сержант. Удачи тебе и храни тебя Господь!

Глава 8. Новый поворот

Карт устало кинул свой вещмешок на пыльную палубу. Автоматическая уборка на этой станции, судя по всему, работала с проблемами. Сзади плюхнулся баул Ларсена. Крайняя командировка на далекую пыльную планету Иуркхм получилась очень затейливой и долгой, и отобрала у обоих рейнджеров много сил. Добираться до месторасположения основного хозяйства полковника Саади Али теперь придется достаточно долго. Хорошо, что удалось сесть на старенький грузовичок и добраться хотя бы до промежуточной базы, где с транспортом проблем будет меньше.

– Помыться бы, – мечтательно протянул Олд, почесывая грудь. Неделя на старом транспорте доставила мало удовольствий: нехватка технической воды, плохо вентилируемый трюм и проблемы в засоренных донельзя уборных. Хорошо хоть жрачка была вполне сносной, именно доставкой продовольствия экипаж грузовика и занимался. Рейнджерам даже удалось обменять пару сувениров на две пачки настоящего земного чая и к ним вдобавок немного специй.

– Сейчас разберемся, – протянул Карт и привычно взмахнул рукой. К его удивлению, на обычный «призыв брата» никто не откликнулся, зато послышался знакомый бас.

– Зря ждешь, сержант, обломайся. Твоих гаденышей на моей станции нет.

Карт резко обернулся и обомлел, перед ним стоял полковник Орлов собственной персоной.

– За тобой должок, пацан. Или ты из тех сопливых трусов?

Рядом с полковником находились двое настоящих гиганта, каждый шире Ларсена раза в полтора. Где Орлов таких и подбирает? Они с любопытством рассматривали вновь прибывших рейнджеров.

– Я помню свои долги, Орлов, – Карт намеренно не употребил слово «сир». Офицер побагровел и зло сплюнул, – А вот ты, похоже, не все.

– Ну, это все слова, сержант – Орлов уже взял себя в руки и смотрел холодно.

– Где?

– Найди мастера палуб, он все объяснит. Я не зверь, все будет по правилам.

Орловские громилы заулыбались. По всей видимости, правила у них были своеобразные.

– Попали, мы блин! – Ларсен выглядел серьезно встревоженным. Друзья нашли, наконец, отсек для командированных и устраивались в темноватом кубрике.

– Мы и не из таких переделок выбирались, брат.

– Я тут с кое-кем переговорил. Орлов в этой дыре – единственная реальная сила. На этой базе находится временная аккредитация спецотряда штурмовиков. Он все под себя подмял. Может, свалим по тихому?

– А стоит ли оно того, Олд? – Карт задумался и почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд. На угловой койке сидел вихрастый капрал пехотинец. Тот, заметив к себе внимание, вскочил и пересел поближе.

– Парни, а вы те самые?

– Возможно, – уклончиво ответил Алекс.

– Значит, те. Я Златан Ибрагимович, сто девятая механизированная бригада.

– Привет, Златан.

– Я тут краем уха про ваши проблемы услышал.

– Уши у тебя что-то длинные, парень. Могу оборвать, – Ларсен злобно глянул на пехотинца.

– Какие есть, брат. Я же в разведке служу, у самого майора Дрозда даже пришлось как-то поработать, вашего знакомца.

– Офигеть! – Карт радостно ударил по коленам. – Тесен мир!

– Тесен, но нам что с того? – норвежец не утратил своей подозрительности.

– Орлов слишком на себя много берет. Официально главным на станции майор Дерягин из инженерных. На этом и сыграйте. Армейский устав ведь еще никто не отменял?

– Это, пожалуй, дело – Ларсен встал и начал одеваться. – Пойду, прошвырнусь.

– Ага, – Алекс задумался. – Постарайся найти «братьев» и лучше с оружием.

– Не круто, Ал?

– Нормально, в самый раз!

Перед боем Карт разогревался в маленьком спортзале. Ларсен внимательно наблюдал за ним и давал советы. У выхода стояли несколько гренадеров, знакомцев Ибрагимовича. Рядом с Олдом остановился высокий и жилистый парень, техник, также любитель рукопашной. Он еще по гражданской жизни знал Ларсена в лицо и был рад его увидеть на базе. Техник и наставлял будущего участника нелегального боя:

– Алекс, учти, что Орлов не любит играть по правилам, на базе он быстро заткнул рот всем недовольным, и он очень сильный боец. Может, лучше пусть Ларсен вместо тебя выступит.

– Не получится. Это наш личный спор.

– Карт, ты парень, конечно, авторитетный, но драться со старшим офицером? – техник покрутил с сомнением головой. Полковник был раза в два больше Алекса.

– Ничего, не привыкать, – Карт вытирал пот полотенцем, а Ларсен давал последние наставления.

– Ал, вырубай его сразу. Никаких финтов и красивостей. Надо ошеломить полковника и его последышей, потом мы уже в дело вступим. Я беру на себя этих двух громил, а ты парень, – норвежец повернулся к технику, – контролируй сержантов. Кто рыпнется, гаси сразу, без лишнего базара. Ты понял? Ну, все, нам уже сигналят.

Бой проходил в многофункциональном зале, обычное дело для дальней космической базы подскока. Народу собралось немало, люди висели везде, как гроздья, даже на инженерных конструкциях. За стороной Орлова находились угрюмые рослые штурмовики, в большинстве своем ветераны. Они с любопытством осматривали щуплого сержанта, кинувшего их прославленному командиру до невозможности наглый вызов. У выхода тесной группой стояли крепкие гренадеры, некоторые прятали в амуниции оружие. За всем этим настороженно наблюдала пара военных полицейских. Им явно не нравилось это сборище, но поделать ничего они не могли, в отдаленных подразделениях частенько играли по своим правилам. Хочешь дожить до дембеля – подчиняйся им, а не закону.

Наконец вперед, вышел станционный старшина – богатырского сложения сверхсрочник. Он был на станции борцовым рефери.

– Бьем по правилам. Друг друга не калечить, – дал он последние наставления. Орлов выглядел напряженным и очень злым, а Карт, напротив, был спокоен и насмешлив, чем еще сильнее бесил полковника. Офицер подошел к Алексу и выплюнул с бешенством:

– Сосунок, я в курсе твоих приготовлений. Но ты так просто отсюда не уйдешь! Никому не позволено меня оскорблять!

– Посмотрим, Орлов – с усмешкой ответил Карт. Он чувствовал себя на удивление спокойным, наблюдая за презрительными взглядами штурмовиков Орлова и недоуменными технического персонала. Похоже, что никто в зале не верил в его победу. Спор шел только о том, на какой минуте этот непонятный сержант ляжет на пол, и как сильно его побьют. Ну что же, тем еще больше будет ступор.

Старшина выкрикнул о начале боя, и Орлов тут же стал деловито приближаться к Карту. Затем он резко выскочил вперед и нанес мощный удар, видимо, тоже не хотел затягивать комедию. Дальнейшее поразило весь зал. Алекс каким-то образом сумел увернуться и взлетел в воздух, сильно изогнувшись. Одной ногой он ударил по голове опешившего от такой скорости полковника, а правым кулаком нанес мощнейший удар в основание черепа. Орлов упал на ринг как подкошенный. Алекс силы сейчас не пожалел, тому точно обеспечено многомесячное лежание в госпитале.

В зале между тем, воцарилась поистине мертвая тишина. Пока все находились в ступоре, Карт бросил на поверженного бойца свое полотенце – знак победителя и кивнул рефери.

– Ну что, есть сомнения в победе?

Удивленный донельзя старшина только покачал головой. Ларсен тем временем махнул рукой, и они двинулись к люку. Первыми опомнились телохранители Орлова. Они с рычанием догнали друзей на выходе из зала, но тут же натолкнулись на кулаки Ларсена. Неистовый норвежец жалеть орловских псин не стал, и те с окровавленными лицами рухнули на палубу. Рыпнувшиеся, было, полицейские наткнулись на очень недобрые взгляды друзей Ибрагимовича и как-то сразу расхотели устанавливать законность.

– Ну, вот и все, – пробормотал Алекс, подхватывая из рук пехотинцев свой потертый баул.

– Еще не все, – Ларсен был встревожен.

– Орлову преподали урок, да и остальным тоже. Мир меняется, брат.

Шагавшие рядом парни в форме техников внимательно к нему прислушивались. Этот невысокий сержант-рейнджер сейчас перевернул верх дном все их мировосприятие.

– Нам сюда! – один их техников свернул к незаметному люку. Дальше шла технологическая винтовая лестница. Они со всей прытью побежали наверх. Через четыре уровня Карт с сопровождающими выскочили на посадочную палубу. В полутемном ангаре четко по своим маршрутам двигались автоматические манипуляторы и погрузчики. К станции сейчас были пристыкованы два грузовика. Рейнджеры заметили Ибрагимовича, тот махал им рукой.

– Все нормально! Через полчаса стартует РТ-211. Он как раз идет в нужную вам сторону. Со шкипером я уже договорился.

– Отлично! – Карт успокоился. – Тогда пакуемся, куда идти?

Внезапно перед входом в шлюз их окликнули:

– Не двигаться! Стоять на месте!

Алекс оглянулся – к ним бежал десяток штурмовиков. Сопровождающие друзей техники и сослуживцы Ибрагимовича, как и доваривались, отступили в стороны. К рейнджерам подошел краснолицый первый лейтенант, за ним сияли несколько рассерженных сержантских физиономий.

– Это куда это вы собрались?

– В чем проблема, лейтенант? – безмятежный тон Карта сбил молодого офицера с толку.

– Вы, вы избили старшего по званию! Вы должны ответить!

– Лейтенант, – вступил в разговор Ларсен, – у нас с Орловым был старый спор, и мы его честно разрешили во время спортивного поединка. Он, – Олд кивнул в сторону Карта, – правил не нарушал, рефери огласил результаты боя. Какие еще проблемы?

– Не хамите старшему по званию! – неожиданно по-женски взвизгнул лейтенант. Видимо, он не привык к непослушанию.

– Летеха, иди в задницу, я не твой подчиненный, – беззлобно буркнул Алекс.

Вперед офицера выступил дородный мастер-сержант и, гневно зыркнув на Карта, прогромыхал:

– Ну, короче, кончай треп, штатс. Вам всё равно от нас не уйти, ответите по закону. Мы не беспредельщики какие, сдадим вас полицаям. Руки в гору, живо!

– Это ты, что ли сдашь? – усмехнулся Ларсен, разминая мощные кулаки. Мастер опасливо взглянул на его руки и спешно ответил:

– Не дури, сержант, нас все равно больше и еще подойдут. Будешь со своими драться?

– Какие вы в задницу свои! – уже зло прокричал норвежец. – Псины орловские! Вы честь рейнджерскую замарали, суки. Брысь в стороны!

По сигналу Ларсена гренадеры обнажили легкие бластеры, весьма эффективное оружие ближнего боя. Мастер-сержант побледнел, а лейтенант тихонько ойкнул. Штурмовики озабоченно озирались.

– Э, парни, вы что творите?

– А вы что думали? – выступил вперед Карт, зло, щерившись и, оглядев «братьев по оружию», выкрикнул. – Мы будем с вами церемониться?! Каждого, кто дернется, пристрелят, как цепную собаку. Потому что он идет против своего брата, потому что он забыл, что такое воинская честь, забыл, за что он воюет далеко от дома. Вам самим не стыдно? Во что вы превратились? Вы же ветераны, столпы нашей армии!

Голос Карта яростно звенел под металлической крышей погрузочного ангара. Людей в нем стало заметно больше. Подошли техники, персонал станции, тут же находились бойцы с других подразделений, ждущие своей очереди на отправку. Обычное дело для далекой промежуточной станции.

– Мы все друг другу братья! Братья по крови, братья по оружию, братья по духу. И гадить своему брату – это самое последнее дело! Лейтенант, а вам я бы посоветовал найти хорошего наставника. Здесь, – Алекс пренебрежительно сплюнул, – вас ничему хорошему не научат.

Штурмовики Орлова под презрительными взглядами солдат Федерации сразу сникли и опустили головы. После такого публичного унижения и показательной порки они перестали быть на этой станции авторитетами.

– Мне больше нечего сказать, убирайтесь отсюда!

Под всеобщий свист и улюлюканье бывалые вояки повернули обратно. Обстановка в ангаре несколько разрядилась. Люди остались на палубе, оживленно обсуждая последние события. Карт и Ларсен смогли, наконец, пройти к входному люку транспорта, но здесь их ждал неприятный сюрприз в виде двух вооруженных представителей военной полиции.

– Штатс-сержант Карт, – вышел вперед полицейский капрал, – вы арестованы до выяснения всех обстоятельств. Прошу пройти за мной.

– За что? – коротко спросил Карт, снимая баул и тем, давая Ларсену сигнал.

– За нападение на старшего по званию и неподчинение командованию, – четко ответил полицейский.

– Слушай, капрал, а где ты раньше был, такой законник?

Полицейский растерялся. Обычно военные копы привыкли к своей беспрекословной власти. Неподчинение полиции – очень тяжкое преступление.

– Ну, мы…

Договорить он не успел, молниеносный бросок рейнджеров, и обе копа обезоружены и лежат на палубе.

– А теперь слушайте сюда, доблестные блюстители закона, – Алекс присел на корточки. – Раньше надо было наводить в этом гадюшнике свои уставные порядки. Так что лежите тихо и не рыпайтесь.

– Это серьезное преступление, сержант, – заскулил капрал. – Вы ответите за это!

– Я? – Карт искренне захохотал. – Сейчас молокососы, – он с удовольствием ударил старшего под дых, – я объясню, что ждет вас. После нашего отлета разведка сухопутных сил получит убедительные доказательства о вашем преступном бездействии. Далее будет справедливый суд и штрафные подразделения.

– Сир, давайте мы просто уйдем, – захныкал скрюченный капрал.

– О, я услышал слово «сир»! – Карт еще раз приложился ногой по туловищу копа. Ларсен критически оглядел лежавших полицейских и огорченно произнес.

– Я, пожалуй, не буду их бить, а то покалечу ненароком.

Оба полицейских буквально взвыли.

– Ничего, это будет вам уроком – всегда оставаться людьми. Ларсен, выкини их из шлюза.

– С большим удовольствием, брат!

Раздался пронзительный вопль и чей-то смех, а в люке показалась всклокоченная голова Олда.

– Это было весело, Ал!

– Ага, – Карт устало присел на откидную скамью и огляделся.

В маленькой каюте грузовика они оба рухнули на койки и прислушались. Завыли сирены, раздался знакомый скрежет отходивших зацепов, транспорт отчаливал от негостеприимной станции.

– Натворили мы делов, Ал, – протянул норвежец.

– Всего лишь следующий виток в нашей жизни, – пожал плечами Карт. – Что-то я здорово устал.

– Может, отпуск? – поднял голову Ларсен. – У нас их целых два накопилось.

– А что, это мысль.

– Тогда летим на сорок пятую. Скинем вещи на хранение и полетим на… Ферис.

– Ферис? – глаза Алекса расширились.

– Что, твои раны еще не затянулись, солдат? – хоть Олд и ерничал, но глаза выказывали обеспокоенность.

– Да нет, все нормально, не гоняй. Место, и в самом деле, хорошее.

– Тогда заметано! Скоро прыжок, надо успеть отлить и вколоть замедлитель.

В этот раз они поселились в районе госпиталей. Пробиться на Ферис удалось, только получив направление на лечение. Уж чего-чего, а болячку у солдата найти не проблема. Одно хорошо – находились тут больше рядовые и сержантский состав, офицеры находились по другую сторону отрога. Режим был не слишком строгий и на вторую неделю «больные» на него откровенно забили. Ведь рядом находились великолепные снежные вершины с отличными лыжными трассами. Медики против «здорового образа жизни» совершенно не возражали и кататься на лыжах отпускали. Земная медицина, вообще, сидение на месте считало неправильным, а лежать постоянно в койке имели право только полные инвалиды, но таких тут не держали.

С раннего утра рейнджеры хватали сумки с завтраками и шли на станцию монорельса. Двадцать минут и они уже на лыжной станции. Карт брал в прокате приглянувшуюся ему пару лыж, а Ларсен предпочитал снежную доску. Они шли на подъемник и уже на вершине выбирали трассу, их было достаточно много. Спуск шел в разные стороны. Можно было доехать до густого елового леса или опуститься в заснеженную равнину. Практически везде находились ресторанчики автоматического обслуживания, но друзья предпочитали уютные таверны, выполненные в старинном европейском стиле, где работали настоящие земные девушки, ласково привечающие героев Космоса. Раз в три дня рейнджеры делали перерыв и уезжали сторону глубоких долин. Здесь, среди высоких вершин, в каньонах, прорезанных ледниковыми водами, находилось множество озер и рек. Если Ларсен предпочитал грести в каноэ, ловко орудуя веслом, то Карт по привычке выбирал скутеры.