Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Соавторы: Виктор Зайцев,Ал Коруд,Кристи Кострова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 170 (всего у книги 335 страниц)

– Не в первый раз, товарищ капитан.

Спецназовец поморщился. Он уже давно привык к обращению «господин». Но среди республиканцев чаще всего главенствовали социалистические взгляды и язычество. Хотя с другой стороны, какое ему дело до их политического кредо? Вояки они бравые. Надо признать, что воинам ВС Конфедерации до их уровня зачастую далеко. Так ловко вскрыть мощнейший оборонительный район в центре диспозиции противника! Вторая бригада ляхов ведь была элитной в их армии. И что от нее осталось? Так что пацанам респект и уважуха, на!

Глава 19
Петроград. Салон мадам Арбатевич

«Достаточно болезненно обнаруживать, с какой беззаботностью они говорят о войне и угрожают ей. Они не знают его ужасов. Я достаточно насмотрелся на это, чтобы смотреть на это как на сумму всех зол ».

– Стонволл Джексон

Мария выглядела довольной. Еще бы её не цвести после нескольких ночей с самым известным «патриотом» Росии. Она даже с утра раздумывала, как влияет кондовая патриотичность на сексуальную выносливость. Или это питание только свежими продуктами из деревни так влияет? Хотя нет. Святогор и фастфудом не брезговал, да и от рюмки не отказывался. Природа или духовное совершенство? Размышление гламурной издательницы прервала одна из ранних пташек. Для вечернего «салона» время еще было ранее, но кому-то уже не терпелось поделиться свежими сплетнями. Собственно, для этого он и создавался. Откуда еще брать сюжеты для светских новостей? В углу скучала штатная фотографиня, к Арбатевич же семенила Уля Потоцкая. При каждом шаге её объемный бюст вздрагивал. Сколько же в него шиллингов вложено? Мария же гордилась своей природной грудью. Да и задница Святогору зело понравилась. Главное, что голова у нее не только для того, чтобы есть и сосать.

– Машенька, что я тебе сейчас скажу!

Мария сообразила лучшую из своих обворожительных улыбок:

– Слушаю тебя, Улечка.

– Мой вчера был в администрации. И знаешь, кого он там видел?

Арбатевич даже не знала, чему сейчас удивилась больше. Тому, что Уля приперлась так рано или, что та начала говорить о политике. Но видимо, события последней недели так захватил всех, что даже до этой губошлепой дуры дошли.

– Восшествие Константина на трон?

– А Костик здесь при чем? – искренне удивилась малограмотная малороска Потоцкая. По причине беспросветной нищеты роские города за последние десять лет плотно заполнили на все готовые южанки.

– Ладно, проехали! – отмахнулась хозяйка салона. От кого она ждала знаний росской истории?

– Да, – Уля очнулась и защебетала. – Представляешь, из приемной Соловьянца вышел сам генерал Бурлицкий. Командир этих…мятежников.

Как и большая часть малороссов светская дива не признавала Черноруссию. Политики южных соседей откровенно боялись повторения эксцесса и на своей территории. Ведь минимум половина земель им досталась от Империи на халяву.

Арбатевич колыхнулась:

– Что он там делал?

– Вот и мой то же самое спросил. Но интересней всего то, что его до дверей проводил Сам.

Арбатевич с недоумением глянула на Улю и грозно спросила:

– В смысле?

На лице малоросски за короткое время проскочила целая палитра эмоций. И, наконец, она сообразила, что дала маху и испуганно прикрыла рот рукой, показывая чудеса современного маникюра.

– Ой! Я имела в виду председателя аппарата президента.

– Ох, Юля, Юля! Осторожней нынче нужно с такими фразами, – Мария повернулась и подозвала работника кейтеринга. – Нам два кофе, пожалуйста! Тебе какое, Уля? С молоком?

Арбатевич чуть не свалилась в гомерический хохот. Все в Петрограде уже знали о конфузе, что случился с Потоцкой в Риме. Светская дива потребовала в элитном ресторане пятизвездочного отеля «Латте» и здорово удивилась, когда ей принесли вместо кофе стакан молока. На возмущение россо-туристо работники ресторана веско ответили, что надо делать заказ точнее. А латте по-римски это и есть молоко. Безграмотно баристы понтовато называли в Росии кофе с молоком именно так – «Латте». Звучало красиво и пафосно.

Потоцкая побледнела и сдавленно ответила:

– Мне… просто кофе.

– Два черных, мальчик!

– А что твой говорит о подобном безобразии? Самый знаменитый бандит мира в столице империи!

Муж Потоцкой – известный банкир, сопровождающий большую часть сделок с оружием, в это смутное время стал богаче на несколько миллиардов и получил разом самый высокий статус из возможных. Патриотом он никогда не был, но нос держал по ветру и крутился, как флюгер. По его поведению становилось всегда понятно, куда вкладываться и кого облизывать. Арбатевич уже размышляла о том, что часть спонсоров её издательства вскорости все равно отвалится и не стоит ли поменять имидж заранее. Своих либеральных и излишне говорливых коллег она откровенно презирала, считая их никчемными пустобрехами. Ведь большая часть нынешней «надежды демократии» – это детки и внуки имперской элиты. Им с детства все доставалось легко, потому они начинали презирать свою бедную страну с пеленок. Не забывая при этом сосать из нее соки и денежные средства.

Но времена меняются.

– Я не знаю, – Потоцкая что-то просекла и манерно выгнула губы. Дурой она точно не была.

– Уля, помнишь, я тебе говорила о месте креативного директора?

Глаза малороски вспыхнули:

– Правда, что ли? Я, по-твоему, готова?

«Как легко купить эту надутую курицу!»

– Так у тебя уже появился опыт. «Вечера в Петродворце» получились изумительными.

Глаза у банкирши отчаянно загорелись. Она здорово боялась, что её считают в столице обычной малоросской дурой. По сути так оно и было, но Мария всегда с ней говорила приветливо и принимала, как равную. Хитрожопая издательша с раннего детства знала, что яйца надо класть в несколько корзин разом и не забывать загребать погуще.

– Ты так считаешь?

– Да половина Петрограда только об этом говорит. Просто они тебе завидуют. Кишка тонка повторить.

Уля воодушевилась и немедленно заказала шампанское. Самое дорогое. Элитные напитки в салоне было принято оплачивать посетителям. Арбатевич поступала просто, раз в месяц высылала счета богатым «салонщикам». Никто уже обычно не помнил, сколько потратил на самом деле. А признаваться в том, что тебе жалко денег, подобные посетители не любили. Тетеньке же лишняя копеечка на личный кошт капала.

– Твои предложения, Машенька?

«Ого, вот сучка крашеная! Уже преференции себе выбивает!»

Но бизнес есть бизнес, в нем места сантиментам, пафосу и прочей мутотени, до чего были падки дешевые политики. Даже война и людская кровь лишь способ заработать.

– Офис на седьмом этаже башни. Лимузин за счет издательства, – по мере перечисления пустячных по меркам Петрограда плюшкам глаза Ули разгорались все больше. Как же – это она сама, а не муж. Мария же стелила гладко, подбираясь коготками все ближе и ближе к девичьему горлу. – Ты будешь нашим представителем на форумах и показах.

Потоцкая все-таки не была полной дурой, уловив во взгляде ушлой издательши холодный посыл.

– Что ты хочешь от меня?

– Работать за тебя, Уля, будут твои замы. Не перебивай, пожалуйста. Твоя задача быть лицом издательства, – Арбатевич осмотрела «рабочий» стан подруги, – и заодно его тылом. А это зачастую важнее.

Потоцкая важно кивнула. Про тыл и «фасад» она отлично понимала.

– Завтра же подберу себе нового дизайнера одежды. Что-то более деловое.

– Правильно. И еще, – наступила главная часть Марлезонского балета, – приведи ко мне в салон жену Соловьянца.

Уля захлопала накладными ресницами. Нетривиальная задача! Провинциалка, пробившаяся наверх с помощью неповторимых возможностей тела, моментально прокачала ситуацию и решила, что поручение в нынешних условиях ей вполне по плечу. С Людмилой она была неплохо знакома. Да и той лишний раз мелькнуть в журнале также выгодно. Чай, муж не последний человек в государстве. Пусть все видят, что его жена находится в элите.

– Я её навещу сегодня же вечером.

Арбатевич улыбнулась. Она не ошиблась в этой вертихвостке. Амбиции и желание залезть на хрен повыше, вот что двигало принесенных ветром перемен малороссок. Странно, в старые добрые времена в столицу Империи обычно заносило их мужчин.

– Машенька, ты слышала? Какой ужас!

– Что такое, Ирина Фёдоровна? – Арбатевич сейчас меньше всего готова была говорить о войне. Но она догнала и её доселе уютный мирок.

– Эти дикари убили моих любимых франков.

– Кто, где?

Недоумение хозяйки салона поспешил рассеять Глеб Борисович, известный коллекционер фриков столицы.

– Это война, милочка. На ней убивают. И хороших, и любимых!

Старушка, досмертное предназначение которой было оставаться бывшей женой первого премьера Конфедерации, скривила губы.

– Не надо было позволять этим смердам поднимать мятеж. А сейчас расхлебывайте! Страна в блокаде, нас все ненавидят!

– Полно вам, Федоровна! От иностранных гостей на Дворцовой не протолкнуться.

Старуха зашипела:

– Что мне дело до узкоглазых обезьян и негритосов? Они никогда не заменят цивилизованные народы.

Арбатевич лишь тихонько выдохнула. Как у этой публики высокие идеалы демократии так легко мешаются с явным расизмом? Вроде в Европе подобное под жутким запретом. Но что поделать, придурковатая Фёдоровна под негласной защитой Самого. Мария внезапно для самой себя признала вескими доводы Святогора о глобальной порочности нынешней системы. Правда, он вдобавок приводил её весьма весомые аргументы. Арбатевич тут же стало жарко от возбуждения. Дьявол патриотичный! Умеет же он цеплять баб! Надо срочно выпить коктейль со льдом!

– Вот вы где, милочка!

Позови черта, он и явится. Мария зашипела:

– Ты что здесь делаешь?

Святогор подобрался к даме сердца сзади, тесно прижавшись к тылу. Лед в стакане готов был вскипеть.

– Мимо крокодил.

– Оставь свои глупости! Не видишь, у меня народ.

– Да я вижу. Старуха Шапокляк и прочие милые всеми забытые уроды, то есть гости. Тебе еще не надоела эта кунсткамера?

Арбатевич выскользнула из лап полового разбойника и отошла в сторону, поправляя платье. Святогор усмехнулся и направился прямо к столику, где были выложены закуски недорогая выпивка. Бородач ловко выудил оттуда бутылку водки и налил себе целый бокал, вылив предварительно из него шампанское в горшок с цветком.

– Ты что творишь, безумец?

Святогор махнул стакан разом, расправил усы и с довольным видом закинул в рот канапешку с красной икрой.

– Творить мы будем ночью, дорогуша.

Мария еле сумела себя сдержать, но все-таки перешла на сухой деловой тон.

– Будем тебя Симоньянша.

– Неужели? – Святогор сверкнул глазами и потянулся за бутылкой.

– Ты куда так гонишь?

– Не боись! Это для пользы дела. Хотя…

Арбатевич напряглась. Этот бородатый ловелас слишком много знает.

– Говори! Я для тебя старалась.

– Все в эти дни очень быстро меняется.

– Отойдем.

Мария подхватила маленький поднос с закусками и увела Святогора в соседний кабинет, тут же упав на диванчик. Публики сегодня было немного, обойдутся как-нибудь и без хозяйки. Бородатый патриот выпил водки и не спеша закусывал, рассказывать же не торопился.

– Я жду.

– Только держи это, пожалуйста, при себе.

Арбатевич возмущенно вскинула глаза. Болтуньей она с роду не была при всей её кажущейся развязности.

– Не пойти ли тебе вон!

Святогор погладил усы и плотоядно уставился на грудь подруги:

– Нет, мне и здесь хорошо. Подай, будь ласкова, водочки, – отметив загоревшийся нехороший блеск в глазах женщины, Святогор поспешил выпить и приблизился к даме сердца. – Поговаривают, что армия требует разгона Госсовета.

– Нам то, что с этого?

– На перевыборах политическая картина страны поменяется кардинально. Сам, – бородач ткнул пальцем вверх, – уже ищет новых союзников.

– Будет большая война?

Святогор странно взглянул на женщину. Он, конечно, собирался и дальше бессовестно использовать её похоть, но было немного её жаль. Весь её бизнес вскоре полетит в тартарары.

– Война уже идет, милочка. Вопрос в том, где остановится эскалация!

Женщина широко раскрыла глаза. Если так, то куда-либо бежать бессмысленно. Она молча взяла бутылку и налила себе в бокал водки.

– Подай канапе с селедкой.

– Однако…барышня…

Глава 20
Петроград. Офис редакции «Зеленый мир»

«Если ты ненавидишь – значит, тебя победили!»

Кун Фу-цзы

– Анжела, быстрей иди сюда! Митяй о начале стрима объявил.

Паша со всем возможным удобством устроился в своем компьютерном закутке и не отрывался от экранов. Всего у него их было пять. На трех одновременно он работал на редакцию, еще на двух смотрел текущие новости.

Руководство обычно подобное поведение не одобряло, но в последние дни начальство практически не появлялось на своем рабочем месте. Ходили слухи, что замредактора конкретно забухала, а генеральный директор ускоренно делает визу в САСШ. Трудовая дисциплина в коллективе по этой причине здорово упала. Менеджеры были больше заняты поиском возможной будущей работы, так что на сайте «Зеленого мира» выходили лишь текущие новости. Без зубодробительных наукообразных статей и аналитических выпусков.

Девушка поправила очки и поднялась с места.

– Что еще?

– Кофе мне, пожалуйста, принеси.

– Совсем оборзел? Паш, это как раз тебе двигаться надо больше!

– Да не могу, настраиваю канал.

Анжела прошла мимо опустевшего ряда кресел и зашла в общую чайную комнату. Кофемашина пока еще работала, и даже свежие печенюшки в шкафчике не закончились. Краем глаза девушка отметала мелькнувшие разноцветные волосы.

– Ты где пропадала Камилла?

– Да так, суетилась бестолково, – тетенька под тридцатник, косящая под девочку-подростка, обернулась к коллеге, не забыв нажать на кнопку машины. – Тоже за кофе?

– Паша попросил, сказал, что Митяй на стрим выходит.

– Во как! Тогда и себе бери. Смотри, что у меня есть.

Камилла вынула из сумочки плоскую бутылку дорогущего вискаря.

– Ты где достала? Гонорар? – заинтересованно уставилась на коллегу Анжела. Ей уже было плевать на их прошлые разногласия и ссоры, больно уж нервная обстановка царила в столице.

– Так это ты трахаешься с нищебродами, а у меня новый фаворит. Он на рынке «санкционкой» барыжит. Лихо поднялся за последние месяцы.

Анжела ядовито фыркнула:

– Дело твое. У меня хотя бы регулярный секс без таблеток. Сколько лет рыночному ухажеру?

Разноцветная девица привычно вскипела, но потом неожиданно для её натуры взяла себя в руки:

– Ангел, ты чего такая всегда злая? Живи сама и дай жить другим! Мы в одной лодке, так что тонуть будем вместе.

Завотделом дикой природы зависла на месте с поднятой рукой. Это еще что за предложение дружбы и любви? В их офисе официально поддерживалась толерантность по отношению к сексуальному партнерству, хотя все равно большинство из работников оставалось натуралами. Такими уж выросли и менять свои пристрастия не торопились. Но в целом в кабинетах царил типичный для офисного планктона «мир террариума». Каждый друг другу крокодил.

– Ладно, проехали! Бери печенье и пошли.

В этот раз Митяй работал в каком-то подземелье, подробно показывая частично разбитые перекрытия и комнаты бункера. Что за мощное оружие использовали республиканцы, чтобы пробить столько бетона? Стример увлеченно рассказывал о доблестных штурмовиках Чернорусья, что смогли так быстро взять отлично защищенный командный бункер Альянса. Разве что скрыл, что те в этот раз применили новейший нелетальный газ, что был распылен диверсионной группой через еще работающую вентиляцию. Альянсовцы слишком поздно поняли, отчего они один за другим теряют сознание.

В коридорах и на лестницах лежали трупы защитников бункера, убирать их никто не спешил. Для этого готовилась еще одна тайная операция. Некоторые альянсовцы все-таки сумели оказать сопротивление и с ними обходились жестко, засыпая гранатами и используя мини-летаки с напалмом.

В тесноте бункера огненное средство работало жестоко, но крайне эффективно, выжигая остатки кислорода. Отметины пуль и осколков на бетонных стенах, разбитая в труху мебель, следы копоти, развороченные в мясо трупы. Сгустки крови на полу, ошметки мышц и кишок. Камера выхватывала все подробности, и показывало все предельно выпукло. Анжеле стало плохо, и она вернулась, когда Митяй говорил на камеру, сняв респиратор. Запах смерти очень уж неприятен.

– Как видите несмотря на заявления официальных лиц Альянса, он напрямую участвует в боевых действиях против Росских вооруженных сил. Конфликт между державами, что вмешались во внутренние дела росского народа, вышел на новый уровень. Мы все знаем, что с самого начала восстания в Чернорусье силы Альянса были на стороне тех, кто устроил геноцид чернорусского населения, прикрываясь фразами о международном праве. Только вот они совершенно забыли о праве на жизнь тех, кто против слепого следования навязанным им в прошлом незаконных договоров.

Митяй повернулся, и камера показала трупы офицеров в форме Альянса, что так и остались сидеть в креслах перед многочисленными экранами. Камилла ойкнула, когда увидела снизу бегущую строку:

– Когда он и успел?

На экране одни за другим появились фотографии личных дел погибших, их имена и звания. Затем камера последовательно прошлась по лицам убитых. Правда, одно из них оказалось здорово разворочено пулей крупного калибра. Бойцы использовали в закрытом помещении специальные гладкоствольные ружья с разного рода патронами под них. В этот раз Анжела не убежала, скомкав салфетку в руке.

– Нам всем интересно, что в настоящий момент ответят официальные лица Альянса. Врать в очередной раз уже не получится. В этом бункере наши разведчики нашли именное оружие альянсовцев, их идентификационные карточки, а также боевые приказы на сервере командного пункта. И все содержимое, – блогер стукнул по серверной стойке, – этих компьютеров в росских руках. Нашей стране пора достойно ответить европейским империалистам! Оставлять кровь росичей людей без наказания нельзя ни в коем случае. Следите за новостями на нашем канале. В ближайшие часы мы начнем выкладывать захваченные в бою документы. И представим список погибших солдат и офицеров Альянса. Я обращаюсь к родным тех, кто остался здесь навсегда. Требуйте тела близких у своих правительств! Мы их сюда не звали. Слава Роду!

Сотрудники редакции некоторое время пялились в экран, по которому пошли ролики, снятые в течении недавних боев за укрепрайон. Падающие беспомощно вражеские летаки, горящая «лучшая в мире» европейская бронетехника, растерзанные трупы жолнежов, разбитые в ушат проселки, по которым двигалась техника республиканцев. Мирное население было давно отсюда выселено. Точнее сказать изгнано новым жемайтским правительством.

– Я не понял, это когда у нас Митяй стал огнепоклонником?

– Паш, не тупи, это игра на публику. Кому эти Перуны на самом деле сдались?

– Вот тут ты Анжела, не права, – безо всякой улыбки глянула на свою соперницу Камилла. – Этих парней с каждым днем становится все больше и больше. На днях возле Дворцовой терлись со своими кровавыми стягами. И что самое интересно – жандармы их разгонять вовсе не собирались. Заметили, что чуреков на улицах стало меньше. Боятся, суки!

– С ума сойти, куда катится мир? – выпалил озадаченный донельзя Паша. Все, во что он до сих пор верил, падало в тартарары.

Его слова стали триггером для Анжелы. Она подошла в Камилле и уставилась в её зеленые блядские глазища:

– Слышь, подруга, твоему спекулянту пиарщик хороший не нужен? – затем девушка кивнула в сторону Паши. – И классный компьютерщик в придачу.

На лице девицы с разноцветными волосами появилась победоносная улыбка. Анжела поняла, что только что расписалась в собственной беспомощности и дернулась.

– У меня есть предложение интересней, подруга. Не хотите поработать на Илюшу Бричкина? Он собирает новую команду. Зеленые завтра или послезавтра потонут. Мне с ними точно не по пути.

– С ума сошла? Он же лидер харассмента!

– Да не гони, подруга! У него в постель и так очередь. А вот светлые аналитически умы вроде твоего, весьма востребованы.

Анжела сдунула с лица упавший локон. Кто мы мог еще три дня назад подумать, что она будет выслушивать подобное?

– Камилла, ты меня совсем продажной блядью считаешь?

Девица растянула губы, покрытые темной помадой в хищной улыбке:

– Блядью, конечно, но не продажной. И весьма умным человеком. Времена меняются, и люди вместе с ними.

Анжела внимательно посмотрела не нее, затем оглянулась в сторону полупустого офиса.

– Когда и куда приходить?

Ответом было бульканье дорогущего напитка в пластиковые стаканы.

Глава 21
Петроград. Зеленая площадь

«Идти вперед туда, где не ждут; атаковать там, где не подготовились»

Сунь-цзы. «Искусство войны»

Так повелось, что на этой площади, которую точнее было считать большим сквером, со старых времен остались множество европейских посольств. Лишь Британия и САСШ из-за вопросов безопасности выстроили в последние десятилетия новые здания в других районах столицы. Остальные державы по цивилизованной привычке экономили на всем. Это облегчило задачу тем, кто задумывал сиё скандальное мероприятие.

Сначала на площади появились люди с флагами Национал-Патриотического Союза. В окружении жандармов, внимательно наблюдавших за порядком, политики один за другим выступали на самодельной трибуне. Вокруг них сновали телевизионщики основных каналов и расплодившиеся блогеры.

Напротив митингующих нацпотов расположился маленький пикет либералов. Их сегодня никто не трогал, даже не закидывая по привычке яйцами. Видимо, эта небольшая щедро проплаченная тусовка должна была показать демократичность общего действа. Обычная околополитическая суета, присущая любой столице мира. Но в какой-то момент толпа митингующих организованно сдвинулась в сторону, пропуская на площадь тяжелую технику.

Журналисты, демонстранты, просто зеваки с изумлением наблюдали, как с длинных траков споро сгружалась подбитая военная техника. Танки, бронетранспортеры, самоходные орудия, системы ЗРК. Все они носили следы попадания снарядов или ракет, многие сильно обгорели. От некоторых несло запахом горелого мяса.

Боевые тяжелые машины были аккуратно сгружены прямо напротив посольств Германского Рейха, Скандии, Дании-Гольдштейна, Ломбардии, Иберии и Фландрии. Тут же рядом с техникой появились поясняющие плакаты. Что за модель, какого года выпуска, технические характеристики. И сколько их было поставлено за эти годы в Жемайтию. И в каком месте они были конкретно подбиты. И какую премию выжали за это солдатам ВС РК.

В толпе послышался нарастающий гул, к трибуне подкатил бронированный лимузин и оттуда вышел лидер партии Евгений Сотоцкий. Народ буквально взвыл от приветствий, будто бы гуляющие доселе в скверах зеваки густо пошли к митингующим. Жандармы напряглись, послышались команды, треск радиостанций, из ближайших дворов в сторону сдвинулись с места автобусы с решетчатыми окнами.

– Дорогие соотечественники! Да, не ослышались, у нас, у всех общая Отчизна. И она, как никогда, находится сегодня в опасности. Враги нашей Родины, – лидер нацполов указал рукой в сторону посольств, – все те же. Они все так же ненавидят нас только за то, что мы существуем! Что есть на Земле Святая Рось! Что она всегда стоит за правду и справедливость!

Рев толпы, суета телевизионщиков и стримеров. Точно рассчитанная пауза в речи.

– И нам давно пора понять, что лучше уже не будет. Так как раньше, во времена либералов, распродавших наше достояние, также не станет. Мы должны перестать надеяться на мифические переговоры с коварным противником и ударить по врагу всей своей победоносной мощью! Никаких перемирий, пока льется росская кровь! Мы, люди Росии этого не позволим! И у нас есть для удара силы! – Сотоцкий повернулся в сторону привезенной вражеской техники. – Эти танки и бронемашины еще три дня назад стреляли по нашим бойцам. Но Чернорусские ополченцы в очередной раз доказали, что мы можем крушить ворога и это нам по силам. Бить оккупанта росских земель по нашим правилам. Росские воины уничтожили в эти дни целых две вражеские бригады, по всей Ляхии прошла череда похорон и звенят набатом колокола в церквях. В десятках европейских стран люди безуспешно ищут своих близких, что были отправлены в нарушение всех законов воевать против нас. Где они сейчас? Спросите их правительства!

Снова пауза и разгорающийся рев толпы. Несколько беспилотников снимают с близкого расстояния горелую технику, заглядывают внутрь открытых люков. Вот один из летаков покачнулся, оператор увидел, что внутренности танка вовсе не пусты, и его вывернуло наружу.

– Нашему лидеру, правительству и руководству Министерства обороны пора принять срочные меры против явной агрессии со стороны держав Альянса. Раз они не соблюдают международное право войны, то и нам этого делать не стоит. Чего это жалкие бумажки против росской крови, пролитой десятками тысяч наших мужчин? Или опять бабы нарожают⁈ Вот только сейчас они уже будут не наши! Росичей скоро с такой политикой продажных властей и вовсе не останется.

На площади раздались крики, народ все прибывал. Подходили и дополнительные отряды полиции и жандармов.

– В нашей стране достаточно патриотов, чтобы заместить ими предателей в составе всех ветвей власти. Пора провести там беспощадные чистки и не жалеть тех, кто идет против нашей Родины. Наша партия предлагает немедленные перевыборы всех ветвей власти на основе народоправства и конституции. Никаких региональных комиссий! Только вече, народное вече! И созыв единого народного Собора!

Снова мощный гул толпы. Ею грамотно управляли люди в желтых жилетах. А группы крепких молодых людей за пределами толпы следили за порядком, и чтобы никто не напирал вперед. Они также взаимодействовали с полицейскими чинами, передавая им слишком буйных участников митинга. Но это было обычным делом на манифестациях Национал-Патриотов. Они всегда отличались слаженностью и порядком. Поэтому им, как правило, давали разрешения без особых проблем.

– А нашим врагам мы можем пожелать лишь смерти! Пусть они все увидят своих мертвых. Тех, кто пришел на росскую землю. Отныне выдавать их тела мы будем только таким образом!

Из проулка появилось несколько фургончиков-холодильников, к ним тут же подбежали крепкие ребята с красными повязками на руках и начали скидывать прямо перед дверями посольств черные пластиковые мешки. Несмотря на холод, от них уже несло характерным запашком. Охраняющие входы в дипломатические представительства полицейские стремглав отбежали в стороны, прикрывая рты платками. Кого-то вывернуло прямо на булыжник.

– Ничего, робята, придется вам отныне на работу респираторы носить. Дай Перун, эти не последние!

Седоусый мужик усмехнулся и подтащил труп неизвестного офицера ближе к дверям. Он выпрямился и стер рукавом пот с лица. Этот момент поймали множество стримеров. Такого и в кино не увидишь! На следующий день лицо пожилого республиканца стало символом Росского глубинного народа. Тут же появились мэмы, рисунки и видео в патриотическом ключе. Через два дня лик «Старого Росича» уже продавался на футболках, свитерах и брелках.

Пока на трибуне Сотоцкий продолжал убеждать публику, что только его партия сможет помочь в этот исторический момент народу, к выгружавшим трупы рабочим подбежал полицейский майор в новеньком кожаном реглане.

– Кто разрешил, что за самоуправство? – потрясал он хлипким кулаком, пытаясь говорить солидно. Это получалось не очень, вызывая со стороны крепких мужчин лишь пренебрежение.

– А нам твое разрешение и не нужно, – резко ответил полицейскому водитель одного из фургонов.

– Немедленно убрать!

– И не подумаем. Пусть эти, – мужчина повернулся к посольству, показав длинный шрам, – забирают к себе домой.

Полицейский пришел в ужас:

– Но это не возможно. Они же будут пахнуть!

– Ничего, пущай, понюхают! – весело добавил молодой парнишка с рыжей щетиной и кинул очередной черный мешок наземь.

– Им не привыкать.

– Стоять! Немедленно убрать трупы! Я еще вернусь!

Майор возвратился в сопровождении трех жандармов, капитана и одетых в полную экипировку бойцов. Те сумрачно разглядывали черные мешки и не торопились выполнять указания полицейского чиновника из управы.

– Только попробуй! – подошел к визжащему от негодования майору водитель.

– Не нагнетай, боец, – остановил его капитан жандармов.

– А то что? Раз привезли, значит, так надо. Только попробуйте убрать. Отведаете моего кулака!

– Эй, руками хорош махать! Это тебе не здесь и даже не тут! В каталажку захотел?

– Попробуй, сынок. Чего такой смелый, капитан? Что-то на фронте я вас не видел? Вы все обычно по тылам ошиваетесь.

Капитан с нескрываемой злобой уставился на ополченца. Но крыть ему было нечем. Батальоны жандармов показали себя на фронте отвратительно, покрыв себя неувядающим позором. Да и к спорящим уже подтягивались парни с красными повязками. Жандармы в амуниции начали показательно поигрывать дубинками.

– Капитан, что вы стоите? Действуйте немедленно!

Жандарм зло сплюнул наземь и подошел в упор к полицейскому начальнику из управы.

– У меня приказа разгонять не было. Только присмотреть за ними. Так что сами разбирайтесь.

– Да я тебя! Сегодня же докладная…

– Слышь, Скворцов, ты не заметил, что жизнь меняется? Твой любимый папочка уже не поможет. Все, бывай! Сворачиваемся!

Бывшие фронтовики беззлобно улюлюкали вслед жандармам, фургоны отчалили, оставив за собой, к ужасу посольских работников, горы черных мешков. Вдобавок к воротам каждого из посольств были прикреплены картонки со списком привезенных. Их фотографии, звания и дата смерти. Все это тщательно снималось блогерами и через несколько минут разлетелось по всей планете. Таким образом, в газетах и появились знаменитые кадры с яркими табличками на фоне темных решеток. Лучшее свидетельство того, что война, вещь серьезная и кровопролитная.

Игра в одни ворота кончилась. И лишь провидцы заметили то окно Овертона, куда начало засасывать беспутных наследников европейской цивилизации. Еще был шанс не погибнуть под её обломками. Но кто из политических пигмеев желал им воспользоваться? Все, во что верили лучшие умы Европы, пошло прахом. Высокие идеалы, гуманизм, просвещение. Проели, просрали…

Европейские правительства слишком поздно спохватились. Они никак не ожидали подобной подлости от восточных варваров. Хотя как раз варвары вроде и должны действовать нестандартно. Возмущенные родственники погибших военных, которые официально находились на очередных учениях, уже с вечера атаковали департаменты и министерства. В Аахене у здания штаб-квартиры Альянса немедля начала собираться толпа демонстрантов. И в этот раз они были настроены крайне агрессивно. Всю полицию небольшого городка уже подняли по тревоге и запрашивали с других городов подкрепления.