Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Соавторы: Виктор Зайцев,Ал Коруд,Кристи Кострова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 187 (всего у книги 335 страниц)

Глава 7
Прощание

Я пересчитала оставшиеся у меня деньги. Их количество привело меня в уныние. Когда я покидала Замок Седых земель, я взяла с собой часть золота, найденного в тайниках. Теперь я жалела, что не прихватила больше. Но, так или иначе, вернуться за оставшимся добром я уже не могла. А потому не стоило тратить силы и время на сожаления. Мне предстояло понять, где искать знания, а также то, как зарабатывать на жизнь. Второе было даже важнее. Потерпев неудачу и не найдя средства для возвращения брата, я вдруг осознала, насколько вообще хлипкой была эта надежда.

Для начала я решила уйти из Великого города. Пребывание в столице становилось всё более тягостным. К тому же оно было очень дорогим. Мне было необходимо принять бродяжничество как образ жизни. Бродячему магу можно не платить за ночлег, ужин и место в повозке. Вот только жить таким способом для любого благородного было оскорбительно. Меня корёжило от одной мысли, что придётся просить.

«Ничего, – сказала я сама себе, – можно же платить за ночлег и ужин магией. Наверняка я смогу чем-нибудь пригодиться добрым людям. Рэут многому научил меня. Кроме того, я делаю это не для себя, а для Рони». Эти размышления чуть-чуть успокоили мою гордость.

Я собрала свои вещи, распрощалась с трактирщиком и направилась к городским воротам. Но уже у самого выхода из столицы вдруг передумала и решила зайти в дом с синей кошкой, чтобы попрощаться. После выходки с цветком я ничего не должна была Рэуту, да и моя учёба у него завершилась, но, посмотрев на кольцо на своём пальце, я повернула к проезду Аптекарей. Я хотела увидеть магистра ещё раз, потому как была вероятность, что в Великий город я уже никогда не вернусь.

– Покидаешь столицу? – спросил Рэут, выйдя на крыльцо.

– Вы сами советовали.

– Мой совет здесь ни при чём. Если первое время Проклятие Пути не слишком ощутимо, то чем дальше, тем сильнее оно будет оказывать на тебя влияние. Ты вскоре не сможешь провести больше одной ночи в приютившем тебя доме. Тебе повезло, что ты принесла клятву непосредственно перед появлением в Великом городе, иначе бы не дотянула даже до Испытания.

Я кивнула, не зная, что сказать в ответ и как правильно попрощаться.

– Заходи, поговорим, – сказал Рэут, приглашая меня в дом. – Я отниму у тебя совсем немного времени.

Я вошла, села в старое кресло, на колени ко мне забралась синяя кошка. И мне вдруг сделалось очень грустно, оттого что я никогда не вернусь сюда.

– Ну и что конкретно ты собираешься делать дальше? Или решила просто бродяжничать без всякой цели? – спросил Рэут, подавая мне чай.

– У меня одна цель – вернуть брата. Я уже говорила вам.

– Но почему ты думаешь, что его можно вернуть?

– Рони жив. Он дышит, а значит, ему можно помочь.

– Но он ничего не понимает.

– Да. Я пыталась, звала, заходила в туман…

– Что? – Рэут удивлённо уставился на меня. – Значит, мелодия сказала мне не всё, как интересно, – пробормотал он задумчиво. – Значит, ты нарушила закон?

– Да, заходила, вслед за мёртвыми.

– Далеко?

– Далеко не смогла. Это очень тяжело.

– Сумасшедшая, – сказал старый маг, но в его голосе сквозило скрытое восхищение. – Могла бы и не вернуться.

– А что мне было делать?

– Может быть, отпустить?

– Нет, нет. – Я покачала головой и заплакала.

Рэут забрал у меня чашку, поставил её на стол, а затем спросил:

– Что случилось в начале Испытания? Я наблюдал за тобой.

– Я вернулась в Священный лес. На ту самую охоту, когда погиб отец, а Рони…

– Как ты поняла, что происходящее – неправда? Как отличила подделку?

– Я увидела зверя. Но зверь в тот день не показывался. Я думала о нём, видела во сне. Но его самого там не было.

– Зверя не было, – пробормотал Рэут.

– Вы ведь всё уже поняли, объясните мне, – умоляюще попросила я.

Рэут не ответил, он смотрел куда-то мимо меня, потом сказал:

– Я знаю, куда тебе надо отправиться. Возможно, побывав там, ты найдёшь силы для того, чтобы помочь брату, а если и нет, то нужно же тебе с чего-то начинать. Сейчас я расскажу тебе сказку.

История, которую рассказал мне Рэут, не была похожа на сказку. Разве что на очень страшную. В начале каждой зимы в округе Замка Каменных земель засыпает одна из девушек. Три дня она проводит в состоянии сна, а после – перестаёт дышать. И так каждый год. Никто не знает заранее, какая именно девушка уснёт в следующем году. Это может быть и последняя нищенка, и дочь благородного рода. Естественно, первым порывом людей было покинуть проклятые места, но стоило им пересечь невидимую границу, как засыпала вся семья. И разбудить их можно было, только вернув на земли замка.

– И что говорят магистры? – полюбопытствовала я.

– Им нет до этого никакого дела. Маги считают, что эту проблему должны решать благородные Замка Каменных земель.

– А что об этом думаете вы, Рэут?

– Я думаю, что с этим пора покончить и предлагаю сделать это тебе.

– Мне?!

– Я давно не встречал такого сильного мага. Ты равна по силе мне и Рюку.

– Но почему бы вам или главному королевскому магу…

– Потому что ни он, ни я не покидаем Великий город.

– Почему?

– Рюка не отпустит король. Почему – не спрашивай, это их дело. Даже я не вдаюсь в подробности.

– А вы?

– Я кое-чем занят.

– Настолько, что позволяете умирать несчастным девушкам? Сколько их уже «уснуло», пока вы были заняты?

– Одна. Я только в том году узнал о Замке Каменных земель. Так что не торопись записывать меня в негодяи, Дная. Я не обязан знать всё и вся. И не обязан помогать всем попавшим в беду девушкам.

Я покраснела, понимая, что вместо благодарности говорю Рэуту колкости.

– Простите…

– Да и остальных не торопись винить. Маги могут не всё. Я посылаю тебя в Каменные земли только по той причине, что у тебя есть надежда найти там ответы для себя. И, возможно, это даст тебе необходимые знания.

– Вы ведь знаете больше, чем говорите?

– Да. Но я хочу, чтобы ты делала выводы, основываясь не на моих словах и умозаключениях, возможно ошибочных, а на твёрдых фактах и собственном опыте. Главное, помни: там, куда ты отправляешься, очень опасно.

– А я справлюсь?

– Посмотри на кольцо. Видишь, рядом с твоим листиком на нём белый прозрачный кристаллик? В случае опасности разрушь его, и ты вернёшься в этот дом. Я сумею тебе помочь. Теперь отправляйся.

Я распрощалась с Рэутом. Наше прощание вышло скомканным. Магистр стоял на крыльце, я пыталась его благодарить. В конце концов старик махнул рукой и скрылся за дверью. А я пошла прочь. Но покинула Великий город не сразу, сначала заглянула на Королевскую площадь. Мне захотелось увидеть Жука. С той самой ночи, когда Жук меня поцеловал, мы не встречались. И, возможно, так оно было лучше. Но помимо воли и разума я всё равно хотела его увидеть. Я скучала по нему. И ноги сами несли меня к тому месту, где мы впервые с ним встретились.

Жука я увидела издалека и обрадовалась неизвестно чему.

– Эй, Листик! – крикнул Жук, и на его лице засверкала широкая радостная улыбка.

Я невольно ответила ему точно такой же улыбкой.

– Уходишь? – спросил парень, подбежав ко мне.

– Да. Вот прошла Испытание и…

– Я слышал. Только о тебе и говорят.

– А ещё о ком говорят? – устало вздохнула я.

– О Рэуте.

– И что говорят?

– Да я и не слушал.

– Спасибо, Жук, – шепнула я.

Парень взял меня за руку:

– Может, останешься на денёк?

– Ты же знаешь, я – бродячий маг. И так слишком задержалась.

– Ну да, ну да. Куда направляешься, Листик?

– В Каменные земли.

– Я провожу тебя к нужной дороге. Выходить надо через Западные ворота.

Некоторое время мы шли молча, держась за руки. А я думала: «Как странно, этот парень мне едва знаком, а я иду с ним рядом, держу за руку, и у меня странное ощущение, словно я знаю его очень и очень хорошо и что он бесконечно мне дорог».

– Жук, а кто твои родители? – спросила я.

– Их у меня нет. И, похоже, никогда и не было. – Жук горько рассмеялся. – Я вырос на улице. Не самая подходящая партия для благородной, правда?

– Ты что, сватаешься ко мне? – поддразнила его я.

– А если и так? – ответил он без тени улыбки.

Мы остановились в тени статуи Единорога, охраняющей Западные ворота.

– Жук. – Мой голос охрип. – Я бродячий маг.

– Я знаю. И не держу. Просто надеюсь, что однажды ты вернёшься.

– Поцелуй меня на прощание. – Слова сорвались с языка сами. Девушка не должна о таком просить; мать бы лишилась чувств, если бы узнала, но ведь я уходила, возможно, навсегда. И я хотела запомнить это мгновение.

Жук внимательно посмотрел на меня. Я никогда не видела его таким серьёзным. Я вдруг испугалась, сама не знаю чего. Но парень улыбнулся, и мои страхи растаяли. Жук обнял меня и поцеловал. На этот раз поцелуй был не таким быстрым, но он был таким же нежным. Когда я открыла глаза, Жука рядом уже не было.

«А был ли он вообще?» – подумала я, покидая город.

Глава 8
Вороны

Мне повезло. до каменных земель я добралась с комфортом. Надо сказать, когда я выходила на дорогу и поднимала руку, останавливая первый экипаж, меня трясло от волнения. Первая остановленная мною повозка оказалась каретой палача – я от страха не рассмотрела указывающих на это символов. Палач извинился, что не может меня взять с собой, но пожелал счастливой дороги. Этот разговор придал мне уверенности. И, поднимая руку снова, я волновалась уже не так сильно. Зато следующий экипаж готов был довезти меня прямо до границы Каменных земель. Мне не только не отказали, но оказали радушный приём. Хозяин экипажа, зажиточный купец, возвращался из Великого города в хорошем настроении. Он ездил свататься, и весьма успешно, а теперь спешил домой, чтобы приготовиться к свадьбе. Вместе с купцом путешествовала пожилая особа. Она сидела, забившись в угол, и за всю дорогу не проронила ни слова. А вот купец явно любил поговорить и прихвастнуть. Ему нужен был слушатель, а не собеседник, и меня это вполне устраивало. В детстве меня отлично подготовили к таким разговорам – умение вести долгие беседы являлось, по мнению благородных, признаком хорошего воспитания; и я умело вставляла необходимые реплики, даже не особо вслушиваясь в слова, а лишь в их интонацию. Так что расставались мы вполне довольные друг другом.

– Сейчас прямиком через поле, – давал мне указания мой благодетель, – а там часа через полтора и на месте окажетесь, если пойдёте пошибче. Только я б вам не советовал…

И я в который раз выслушала проповедь, какие дурные и ленивые живут в тех краях люди. Купец всю дорогу мне «не советовал», рассказывая гадости о жителях Каменных земель. И тут в разговор вмешалась пожилая попутчица. Я вздрогнула, впервые услышав, как она говорит. У неё оказался на удивление молодой и красивый голос.

– Вы не слушайте, – заявила она, не дожидаясь, когда мужчина замолчит, – люди в Каменных землях живут такие же, как везде. Есть среди них и плохие, и хорошие. А вот сама земля там и вправду проклятая. Раньше там эльфы жили.

– И что же? Эльфы тут везде жили, – сказала я, а купец вдруг замолчал и как-то странно на меня посмотрел.

– А это были не совсем обычные эльфы, а такие, что от них собственный народ отказался. Тёмные. Знаете, о чём я говорю?

– Да, – кивнула я.

Конечно, я знала. Все знали, только старались не вспоминать. Ведь и война людей с эльфами произошла из-за Тёмных, которые нашли способ создавать магическую силу. А для этого проводили ритуалы настолько страшные, что ни в одной легенде, ни в одной сказке, ни в одной книге по магии они не описывались. Приводилось лишь количество жертв, в которое каждый разумный человек отказывался верить. А потому многие считали, что все истории о жертвах и добываемой из них силе были выдуманы магами для того, чтобы развязать войну. Дескать, маги на силу позарились, а люди на земли. Страшное быстро забывается, в жадность верить проще. Кому же она не свойственна?

– В нашем Королевстве Снежных драконов всё иначе, всё не как у других. Тут даже камни говорят, а земля умеет помнить, – сказала мне женщина, – не забывай об этом, детка. Когда земля пропитана кровью, она меняется.

– Я запомню. Спасибо, – поблагодарила я.

– С кем вы говорите? – спросил дрожащим голосом купец. Его жизнерадостное лицо вдруг посерело и осунулось.

– С вашей спутницей, с кем же ещё? – удивилась я.

– Я здесь один.

– Да вот же… – Я перевела взгляд на место, где сидела пожилая особа. Там было пусто…

Меня точно холодной волной окатило. Я ведь даже не почувствовала, что женщина, с которой рядом я путешествую, – призрак. Она была слишком настоящей…

– Как она выглядит? – спросил купец.

Я как можно подробнее описала нашу попутчицу.

– Точно, моя мать, – нервно улыбнулся купец, – это была моя мать.

Он вышел из экипажа, чтобы лично открыть передо мной дверь, и помог спуститься. Мужчина больше не болтал. И мне показалось, он хочет меня о чём-то спросить, но боится.

– Удачи, – сказал он мне на прощание ровным голосом без какой-либо интонации, а потом всё же спросил: – Мать ничего не просила мне передать?

Я покачала головой:

– Нет.

– Может, это и к лучшему, – сказал он, – может быть.

А я вдруг соврала, сама не зная почему:

– Она послала вам своё благословение.

Мужчина замер, недоверчиво глядя на меня:

– Правда? Она довольна?

– Да, – кивнула я. – Она довольна вашим выбором. Хочет, чтобы дочку вы назвали в её честь.

– Хорошо. – Мужчина выглядел так, словно только что избежал большой опасности. – Очень хорошо. Так и сделаю. Значит, она меня простила. Хорошо.

Купец сел в экипаж и уехал, а я сошла с дороги и, окинув взглядом раскинувшееся предо мной пространство, вздохнула. Затем, зашнуровав понадёжнее высокие ботинки, пошла вперёд. Я думала о купце и его странной спутнице. И о том, права ли я была, солгав ему? Мысли настолько завладели мной, что я не сразу заметила: за мной наблюдают. Во`роны. Три огромные чёрные птицы. Таких громадных воронов я не видела никогда в жизни. Они кружили надо мной, постепенно спускаясь всё ниже. Мне стало жутко. Я прибавила шаг в надежде, что рано или поздно впереди покажется человеческое жильё. Но время шло, на горизонте было всё так же пусто. Только редкие, похожие на язвы кусты торчали на покрытом жухлой травой поле. Вороны спустились настолько низко, что я видела их красные, словно пропитанные кровью, глаза. Они чувствовали мой страх и становились наглее. Одна из птиц, спикировав вниз, коснулась когтями моих волос. Я не удержалась и, создав на ладони небольшой огонёк, швырнула его в птицу. Ворон отлетел, издав гортанный звук, в котором, как мне показалось, прозвучало недоумение. Птицы поднялись чуть выше, но не отставали от меня. Мне стало не на шутку страшно. Клювы и когти воронов были довольно серьёзным оружием. Не выдержав, я побежала, постоянно оглядываясь. И едва не упала, наткнувшись на неизвестно откуда взявшегося человека.

– Простите, – пробормотала я, отступая на несколько шагов, – мне казалось, я здесь одна.

– Ты не узнала меня? – спросил парень. – Ах да, ты же старалась не смотреть нам в лицо. И сейчас не смотришь.

Я заглянула ему в глаза, прежде чем смысл слов дошёл до моего разума.

– Не прячь взгляд, – улыбнулся он, – я не причиню тебе зла. Правда, я не лгу тебе. Ты же знаешь, волшебные создания лгать не могут.

– Ветреный брат, – прошептала я, пытаясь понять, что же младшему из братьев от меня нужно.

– У меня есть имя – Таур.

– Почему ты здесь, Таур?

– Чтобы увидеть тебя.

– Зачем?! – искренне удивилась я.

Парень улыбнулся:

– А если я скажу, что ты мне нравишься?

Вдолблённый в голову этикет сработал сразу. Девочек из благородных семей готовят к таким вопросам чуть ли не с младенчества. Потому что это одна из основных тем разговора для женщины – тема любви.

Я опустила ресницы и хотела уже ответить заученной фразой, как неожиданно вспомнила всю абсурдность этого представления. Я не была больше девочкой из благородного рода, у меня больше не было жениха и продуманного отцом будущего. И я рассмеялась, чтобы не заплакать, и твёрдо посмотрела в глаза Ветреному брату:

– А ты скажи!

И про себя подумала, что так ответить мог Рэут. Вольно или нет, но я копировала поведение учителя.

Таур улыбнулся, взял меня за руку и произнёс:

– Ты нравишься мне, Дная.

– Это предложение руки и сердца? – усмехнулась я.

– О нет, ты мне нравишься гораздо больше, – сказал Таур серьёзно. – Настолько, что я предлагаю тебе свою дружбу. Друзья Ветреных братьев живут долго, а вот невесты…

Я поёжилась, вспомнив засыпанную листьями поляну.

– Почему? Почему вы губите их? Тех девушек, что идут за вами, что влюбляются в вас? – не дала я ему договорить.

– Помнишь, с какой скоростью мчались наши кони?

Я кивнула.

– Наши чувства и желания так же быстры. Девушки знают, на что идут. Мы не скрываем.

Я не особо поняла его ответ, но уточнять не стала.

– Мне нужна капля твоей крови, – попросил Таур.

– Зачем?

– Я задержался в этом мире. Братья уже засыпаны листвой. Я остался, чтобы помочь тебе, но мне нужны силы.

– Засыпаны листвой?

– Так происходит каждый год, мы уступаем место нашей матери – Белой госпоже. В следующую весну, едва сойдут снега, мы снова возродимся. И так каждый год. Каждый год…

– Значит, ты нарушаешь естественный ход вещей?

– Немного, добавлю к осени пару дней, – улыбнулся младший, – но ради тебя я готов и на большее. Ради тебя я готов изменить естественный ход вещей.

Я решила не воспринимать этот ответ всерьёз. Горько пожалеет та девушка, что поведётся на подобные обещания.

– А как же ваши подарки? Что будет, если я вспомню о вас, когда вы… занесены листьями? – спросила я.

– О, не страшно. Мы увидим тебя во сне и поможем. Наши сны не такие, как у всех, – это своего рода другой мир, отдельная жизнь. Это трудно объяснить. Кстати, насчёт подарков. Я знаю, ты воспользовалась помощью старшего брата.

– Да.

– Как он помог тебе?

– Он не рассказывал?

– Нет. Зачем бы тогда я спрашивал тебя? – В голосе Таура не было любопытства, зато присутствовала досада.

– Он помог мне вспомнить, кто я на самом деле.

– И кто ты?

– Маг с огненными крыльями.

– Звучит красиво.

– А ещё он научил меня не бояться боли. – Я достала нож и уколола палец. – Бери мою кровь, младший.

Таур взял мою руку и посмотрел на кровь:

– Нет, не так.

Он ударил меня по лицу так резко и неожиданно, что я не успела защититься. Просто отшатнулась, чувствуя боль, страх, но самое отвратительное – я ощутила резкое чувство беспомощности перед грубой силой.

– Прости, – сказал Таур, – одной крови недостаточно, нужно сильное чувство. Я бы предпочёл любовь, но ненависть тоже сойдёт. К тому же если мой брат учил тебя не бояться крови…

– Не так! Он учил не так!!! – закричала я.

Вороны закружились и закричали вместе со мной.

Таур протянул ко мне руку, я инстинктивно отпрянула.

– Ну же, не бойся. – Ветреный брат прикоснулся к моей разбитой губе и, стерев с неё кровь, поднёс к собственным губам. – Прости, я думал…

– Похоже, что-то плохое. – Я стёрла кровь ладонью.

– Прости меня. Я правда очень сожалею. Но я должен был так поступить, однажды ты поймёшь почему.

В вышине над нами опять закричали вороны.

– Чуют силу, – усмехнулся Таур.

– Что это за твари?

– Вот это нам и предстоит узнать.

– Я думала, ты всё знаешь.

– Только то, что мне интересно. В данной истории меня интересуешь только ты, а не они. Я здесь ради тебя.

– Спасибо, – буркнула я, исцеляя разбитые губы, – я уже в восторге от этого.

– Зря расходуешь силу.

– Предлагаешь мне ходить с разбитым лицом?

– Вот почему так мало женщин среди сильнейших магов – тратитесь по пустякам. Все женщины, добившиеся значительных успехов в магии, в конце концов потратили свои силы и могущество на поддержание красоты и вечной молодости.

– А должны были на борьбу за власть? Это, конечно же, более благородно, – съязвила я.

– Ну, конечно же, – усмехнулся младший. – Прости меня, Дная. Я должен был так поступить, но я не радуюсь этому.

– Зачем ты помог мне во время нашей первой встречи? – Мне не хотелось говорить о произошедшем. Всё, что мне хотелось, – это прогнать его прочь, но я понимала, что это неразумно. Я должна была думать не как человек, а как маг.

– Я делал лишь то, что мне хотелось. А мне хотелось, чтобы ты осталась собой. А главное, не пострадала от магии братьев. Если они захотят, смогут влюбить в себя кого угодно.

– А ты?

– И я могу. Видишь, я ничего не скрываю от тебя.

Мы замолчали. Я размышляла, стоит ли мне доверять Ветреному брату. Зачем на самом деле он здесь? А потом услышала песню, ветер донёс до меня несколько фраз:

«В глубине земли спит его любовь. Ледяная кровь…»

Мне сделалось не по себе. «А что, если это ответ на мой вопрос или предсказание будущего», – подумалось мне.

Мы с Тауром поднялись на вершину холма и увидели внизу деревню, за которой темнел сосновый лес. От деревни по воздуху текла грустная мелодия. Тихая, заунывная, тоскливая, как осенний туман.

Во дворе одного из деревенских домов стоял богато украшенный стол. Посередине него лежала девушка. Вокруг спящей стояли угощения и напитки. За столом сидели несколько женщин. Они пели.

– Чего смотрите? – оборвала песню старуха. – Может, хотите на нашей свадьбе погулять? – Она истерически захохотала и тут же заплакала.

– Мы хотим узнать правду, – сказал Таур и, взяв меня за руку, повёл к спящей.

– Маги? – недоверчиво спросила молодая женщина во главе стола.

«Сестра невесты, – подумала я, – очень уж похожа на ту, что спит, но слишком молода, чтобы быть матерью. А старуха, стало быть, бабка. Тоже явное сходство».

– Да, маги, – подтвердил Таур.

– И каким ветром занесло?

– Прослышали вот в Великом городе о вашей беде, – сказал младший и, взяв с одной из тарелок кусок пирога, отправил его себе в рот.

«Да, Ветреного брата смутить сложно», – подумала я, задумчиво рассматривая спящую девушку.

– А что же магистры не явились сами из Великого города, а прислали сюда детей? – спросила старуха.

– Нас никто не присылал, – я показала кольцо, – мы сами по себе.

– Величайшая? – Девушка во главе стола встала со своего места.

– Нет, – ответила я спокойно. – Кто же пустит в нашем королевстве женщину в круг избранных? – Я намеренно соврала, чтобы расположить их к себе. В компанию великих, коих всегда было двенадцать, можно было попасть лишь двумя способами. Если освобождалось одно из кресел – ведь магистры тоже были смертными, а некоторые из них уходили с должности, сославшись на старость. А ещё можно было бросить вызов и победить одного из магов. Но лично меня вполне устраивало звание простого магистра. Сильнейшие не просто просиживали удобные кресла – они в случае нужды становились на защиту королевства и решали всевозможные проблемы. А если бы началась война, управляли армией магов.

– Действительно, кто даст нам, женщинам, сказать своё слово? Мы можем лишь безропотно умирать. – Старуха посмотрела мне прямо в глаза. И тут я поняла, что состарилась она не от прожитых лет. Это была не бабка, а мать жертвы. Меня яркой вспышкой пронзило видение. Молодая румяная женщина расчёсывает и заплетает маленькой девочке косы. «Когда-нибудь я вплету тебе в волосы белую ленту невесты. Ты будешь такой красивой», – обещает она дочке и смеётся.

Я коснулась косы спящей девушки, провела пальцами по белой ленте. Старуха следила за мной, и по её щекам текли слёзы. Для неё дочь была всё той же малышкой, пахнущей молоком и нежностью, той же маленькой девочкой, которую она впервые прижала к груди.

Я выпустила из пальцев косу, и мне показалось, что на мгновение лента на ней превратилась в чёрную змею.

– И зачем вам это нужно? Только не лгите, что хотите помочь, – спросила мать, а в её голосе звучала надежда. Ей хотелось услышать, что мы пришли затем, чтобы помочь. И что обязательно поможем. Они ведь так устали оттого, что надежды ждать неоткуда.

– Почему же это обязательно должно быть ложью? – приподнял брови Таур.

– Потому что я слишком долго живу на свете и знаю, что люди всегда помогают только самим себе. Добро другим они делают тоже для себя, чтобы боги дали им за поданный медяк золотую монету.

Таур не стал перечить, он аккуратно коснулся руки девушки:

– Какой день она спит?

– Первый, – ответила одна из женщин и пристально посмотрела на младшего. Почему-то мне стало от этого неприятно.

– Значит, у нас есть время найти место для ночлега и поесть, – повернулся ко мне Таур, поймал мой недовольный взгляд, и озорные искорки появились в его глазах, – пойдём, – сказал он и решительно направился к выходу со двора.

Я поспешила следом, мысленно ругая себя за глупость: Таур, чего доброго, ещё решит, что я его ревную.

– Есть время? – окликнула нас сестра спящей. – Вы хотите сказать, что сможете ей помочь?

– Возможно, – равнодушно обронил Таур, – всё зависит от неё. – И он указал на меня.

Женщины, сидящие за столом, вскочили все разом и бросились ко мне. Я вздрогнула, когда они повалились мне в ноги.

– Помогите, – молили они меня на коленях, – если вы спасёте одну девушку, значит, и других можно будет спасти. Помогите!

Я смотрела на них, не зная, что делать, что говорить. Таур не помогал мне, облокотясь на забор, он, улыбаясь, наблюдал. Если бы здесь был Рэут, он бы подсказал мне, что делать, и помог им всем.

– Хорошо. – При мысли о Рэуте мне стало легче. – Если это зависит от меня, я сделаю всё возможное.

Женщины кланялись мне и благодарили, а я спешила прочь, чтобы скрыться от их взглядов.

– Ну и как мы разбудим ту девушку? – спросила я Таура, который следовал за мной по пятам.

– Не знаю, – беспечно ответил тот, – я просто дал тебе стимул. Попробуй-ка теперь им не помочь.

– Как я им помогу, если я себе помочь не в силах! – закричала я на Ветреного брата.

– Ты справишься. Я в этом уверен. А я помогу, потому что нахожусь здесь именно для того, чтобы сделать тебя сильнее. К тому же, если нет возможности решить проблему сейчас, это не значит, что такая возможность не представится завтра.

– Завтра. Послезавтра. Послепослезавтра. А может быть, никогда!

– Ну и что? – пожал плечами младший. – Даже если так? Никто не всесилен.

– Но ты обещал им…

– Значит, научишься проигрывать, – произнёс Таур, – это тоже полезно – понимать, что можешь отнюдь не всё.

– Таур, ты это им скажи. Посмотри в глаза и скажи.

– Знаешь что? Пойдём в трактир, перекусим, – неожиданно предложил младший.

– Как ты можешь есть, когда…

– А можно и не есть, а вот местные сплетни послушать не помешает. Бывает очень полезно.

В трактире воняло какой-то кислятиной. Посетителей почти не было. Завидев нас на пороге, трактирщик засуетился, усадил за самый чистый столик и помчался исполнять наш незамысловатый заказ – «что-нибудь перекусить».

– Что ты знаешь о Тёмных эльфах? – спросил Таур, когда трактирщик принёс еду – домашнюю колбасу, хлеб, квас и нечто похожее на жареную курицу. Похоже, он захватил всё, что в данный момент имелось на кухне.

– Ну, например, то, что война началась из-за Тёмных, – сказала я, с трудом прожевав кусок колбасы.

– Значит, ты знаешь всё, что необходимо, чтобы понять, что тут происходит. Думай. Кое-что я подсказал тебе сам.

– Разъясни!

– Зачем? Чтобы всё испортить?

– Но девушка может погибнуть, пока я разгадываю твои загадки!

– Меня не волнует девушка. Меня волнуешь ты. Я хочу, чтобы ты стала настоящим магом. Научись думать. От магии будет мало толку, если ты глупа.

– Мой учитель говорит почти то же самое.

– Он мудр.

– Да уж. В отличие от меня. Таур, я хорошо знаю только то, чему меня учили. А учили меня вовсе не истории магии.

– Хорошо. Я кое-что напомню. Когда-то Тёмные не знали меры, – начал рассказывать Таур. – Именно за это и поплатились. Они думали, что накопленная ими магическая сила сможет защитить от исполнения пророчества, которое однажды проступило на стенах белого Дворца в Великом городе. Оно гласило, что слава эльфов подходит к концу и вскоре они погибнут. Знаешь, есть такие пророчества, которые по сути являются спусковым крючком арбалета. Они не предупреждают о летящей стреле – они сами отправляют стрелу в полёт. Так вот, узнав о пророчестве, Тёмные и стали копить магическую силу, чтобы в случае войны воспользоваться ею как оружием. Они нашли способ не только преумножать свою силу, но и извлекать её из других существ, а потом накапливать. Вначале это было попыткой уберечься от грядущей гибели, а потом стало самоцелью. Ты уже в курсе, что избыток силы вызывает у мага потребность ощущать себя всемогущим постоянно? Вот так возникает привыкание, зависимость от силы. Хочется получать её всё больше и больше.

Я кивнула.

– Это и привело к тому, что эльфы были истреблены. Жадность. Эльфы превратились в угрозу, в героев страшных сказок. И люди поняли, что если они не уничтожат эльфов, то эльфы уничтожат их. Хотя это тоже было неким преувеличением. Впрочем, как бы там ни было, это всё уже далёкое прошлое. Вернёмся к тому Тёмному, что сумел выжить.

– Выжить? Ты думаешь, что один из эльфов выжил? Столько веков прошло!

– Что для них время? Да, один из Тёмных выжил. И учёл ошибки прошлого. Его жертва – всего одна девушка в год. Не много, правда? Всего одна! Но при этом страх, переживание, боль всех её родных и, конечно, самое сильное – надежда, все три дня, пока спящая дышит. Но кроме этих трёх дней – целый год ожидания, год страха, что следующей жертвой станешь ты или твой близкий. Так что при малой жертве получается очень большой объём эмоций – силы. И завершающий аккорд – отнятая жизнь – магия, впитавшая в себя всю эту мощь!

– Ты, похоже, восторгаешься этим?

Таур взял мою руку.

– Да, восторгаюсь. Потому что Тёмный понял то, что люди понимают лишь перед лицом смерти. Каждая прожитая минута, каждый вздох – уникальны и прекрасны. Нам с братьями повезло, мы познаём это каждый раз перед долгим сном. Именно поэтому мы так безумствуем осенью.

Я высвободила руку.

– Таур, так значит, один Тёмный остался, и ему необходима сила, чтобы жить?

– Или ещё для чего-то, кто знает.

– Кто знает, – повторила я. – Где же его искать? В замке?

– Самый очевидный вариант, не так ли?

– Значит, не там.

Таур усмехнулся, пожимая плечами.

– Перестань. Ты же знаешь где! – разозлилась я.

– Знаешь, что печально, – сказал младший, – ты без сожаления уничтожишь существо, прожившее несколько тысячелетий. Мудрое, древнее, прекрасное, единственное в своём роде.

– Это существо убивает девушек.

– Девушки всё равно рано или поздно умрут. Человеческая жизнь быстротечна. И, как правило, бесцельна.

– Так рассуждаете и вы, когда уводите за собой наивных, влюблённых в вас дурочек?

– Мы даём им выбор.

– Какой же?

– Развернуться и уйти или остаться с нами.

– Многие соглашаются остаться добровольно?

– Никто не уходит.

– Зачем они вам?

– Сила. Любовь – это мощный источник силы.

– То есть вы ничем не лучше этого Тёмного?