Текст книги ""Фантастика 2026-60". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)"

Автор книги: Наталья Маркелова

Соавторы: Виктор Зайцев,Ал Коруд,Кристи Кострова
сообщить о нарушении

Текущая страница: 126 (всего у книги 335 страниц)

Внутренние переживания обессилили, да и ночью толком не выспался. Он нашел в гостиной диванчик и улегся на него. Даже не заметил, как сморило. Перенасыщенным работой мозгам требовался отдых. Разбудил пришельца из будущего трезвонящий в прихожей звонок. Настырный, он никак не давал покоя.

Пришлось идти к двери. Спустя некоторое время Семен понял, что это звонит телефон и осторожно поднял трубку. Он помнил, что Мясников упоминал о том, что прежде тем, как заедет, он обязательно позвонит. Видимо, у них имеется некий протокол для различных действий.

Глава 11
Предварительный обзор. 6 июня 1973 года

– Семен, ты чего так долго трубку не брал? – раздался обеспокоенный голос Мясникова.

– Задремал, извини.

– Понял. Десятиминутная готовность! Откроем сами.

– Принял.

– Отбой связи.

Ракитин закончил полувоенный обмен фразами и положил трубку, затем двинулся к ванне. Встряхнуться, ополоснуться и поставить чайник! После он притащил в гостиную чайный сервиз, купленный с утра сахар и сушки. На очищенной части широкой столешницы уже стояли наготове ноутбук и смартфон, а рядком были выставлены Российский паспорт, водительские права, СНИЛС и деньги из двадцать первого века. Не только банкноты и монеты РФ, но и несколько евро и турецкие лиры. Все, что случайно оказалось в его бумажнике на момент переноса в иную действительность. Черт, из шмоток разве что ботинки, да трусы остались. Ветровка бы сейчас в качестве доказухи пригодилась. Но что поделать, не подумал!

Эдакий подгон из будущего КНР.

Ракитин поджидал делегацию в гостиной, нервно стуча костяшками пальцев по столешнице. Затем решил, что это неправильно и начал сызнова перелистывать блокнот, делая пометки. Наконец, послышались звуки шагов, тихонько отворилась входная дверь. Они специально её с утра смазали и подготовили места для «меток». Привычки у контрразведчиков оказались специфические. Затем в комнату вошли трое. Иван, Рашид и высокий седовласый мужчина в обычном гражданском костюме, но с явной военной выправкой.

Вперед вышел Мясников, и волнуясь начал объяснять:

– Прошу пока ничего не говорить. Лучше раз увидеть. В это сложно поверить, но иногда приходится смириться с тем, что выше нас. Прошу любить и жаловать – Семен Ракитин. Прибыл позавчера к нам из будущего. Конкретно из апреля две тысячи двадцать первого года. Вот как-то так, товарищи. У него уйма информации, очень серьезной информации о нашем будущем. Но лучше он сам все расскажет и… покажет. Вы как раз можете видеть на столе технику из будущего.

Мужчина повел головой, как будто ему мешала тесная рубашка, затем коротко бросил:

– Говоришь новое задание, Иван?

– Извините, так получилось. Потом сами поймете.

– Хорошо, – мужчина смело шагнул к Семену и подал руку. – Полковник Стаханов, военная академия Советской Армии, факультет разведки. Показывайте.

Рука у офицера была крепкой, глаза же не выказывали никаких эмоций. Это хорошо. Лишних нервов нам тут не надо. Семен уже заметил перекосившееся лицо Рашида. Мясников стоял спокойно, что обнадеживало.

Ракитин показал на бумаги и монеты:

– Это мои документы. Можете их рассмотреть внимательно. Вот это паспорт гражданина Российской Федерации. Выдан два года назад в сорок пять лет.

– Выглядите моложе, – заметил Стаханов с хорошо скрытой улыбкой, мелькнувшей лишь в уголке глаз, и взял в руки паспорт. – Феткулин и Мясников, вы тоже столбом не стойте.

Минут десять они внимательно рассматривали документы и деньги, щупали их, даже мяли. Наконец, полковник спросил, как будто находясь на экзамене:

– Иван Петрович, что вы об этом думаете?

– Качество выше похвал. Я даже не припомню такого уровня полиграфии у наших вероятных противников. А деньги… ничего подобного раньше не видел.

– Рашид?

– Купюры защищены так, что даже не представляю, как их можно подделать.

Стаханов задумчиво кивнул и показал на лежащие кружки металла:

– А это что за монеты?

– Вот Евро, это валюта объединенной Европы. Практически все страны Западной и часть Восточной Европы перешли на общие деньги. Здесь турецкие лиры.

– Они у тебя откуда? – вскинул брови Мясников.

– Отдыхали там семьей. В Турцию ездить дешевле, чем на нашем побережье.

Иван лишь покачал головой и посмотрел на преподавателя. Тот тут же напомнил:

– Мне говорили о каком-то чудо-телефоне?

– Сейчас, – Семен включил смартфон и нашел необходимый файл. Он не стал умничать и показал ГРУшникам те же клипы. Если Стаханов своих мыслей не выдавал, то на лице Рашида пробегала уйма эмоций во время комментариев от человека из будущего.

– Союз, говорите, распался? Почему?

Ракитин вздохнул:

– Если бы я знал точно! Не забывайте, что мне в тот момент было лишь шестнадцать лет. И меньше всего мое поколение интересовала политика.

– Но вы же из будущего, если это правда. Неужели там за столько лет не выяснили? В стране живет достаточно народу, наверняка остались люди коммунистических убеждений или свидетели развала.

Семен задумался:

– Не все так просто, товарищ полковник. Как ни странно, но четкого ответа на этот вопрос нет. Вернее, не так, он до сих пор не сформулирован. Есть несколько теорий, не так много доказательств, но генеральной императивы для общества так и не выработано.

– Но почему? – неожиданно загорячился Мясников. – Это же в ваших интересах узнать причины катастрофы и бороться с ними?

– Давайте посмотрим на компьютере презентацию и поговорим об этом за чаем.

Включение ноутбука и его работа произвели на присутствующих неизгладимое впечатление. Если некоторый скепсис доселе еще и существовал, то тут же испарился. Хорошо, что привели сюда людей, тщательно отобранных для непростой службы. Они умели держать себя в руках, но эмоции все равно захлестывали офицеров.

– Я составил небольшой экскурс в историю СССР из того, что у меня было на диске. Не удивляйтесь, в современном мне мире в плоскую коробочку вот такого размера умещается больше информации, чем в ваших ЭВМ величиной с эту комнату. Это технический прогресс и в компьютерно-коммуникационной сфере он произвел настоящую социальную революцию. Но об этом позже.

На экране замелькали фотографии, пошел пояснительный текст, показывались документы. Временами я включал видео и рассказывал о происходящем. ГРУшники помалкивали, они мало того, что были ошеломлены, но мне показалось, что отчасти подавлены. Не такого будущего они желали своей стране.

– И много у вас тут всего? – задал во время «перекура» вопрос Стаханов.

– Я же бывший журналист и преподаватель истории. Интересуюсь всяким-разным, – Ракитин вздохнул. – Правда, руки до всего не доходят. Вот и тут не могу сообразить, как до вас все донести правильно. Кстати, скажу сразу – хоть техника в будущем относительно надежная, но все материалы из этого ноутбука лучше каким-то образом скопировать. Сильно сомневаюсь, что удастся перенести байты информации на ваши электронные носители или распечатать. Так что нужны грамотные специалисты с фото и кинотехникой. Можно ведь снять все прямо с экрана.

Полковник с интересом глянул на пришельца из будущего. Было заметно, что его рейтинг в его глазах вырос разом на несколько пунктов.

– Давай дальше и будем думать.

Пошли документы и видеохроника последних лет Союза. Конфликты на национальных окраинах страны, манифестации, выступления на Съездах и собраниях. Если Стаханов хранил молчание, то два более молодых офицера то и дело вставляли междометия и слова.

– Да как это?

– Почему сразу не разогнали?

– Где была армия?

– КГБ почему проспало?

Семен не выдержал и сообщил:

– Товарищи, представляете, и в двадцать первом году на многие ваши вопросы нет точного ответа.

Полковник странно взглянул на Ракитина, но промолчал. Его лицо чем дальше, тем более омрачалось.

– Это в Москве происходит?

ГРУшники с оцепенением рассматривали кадры с расстрелом Белого дома в девяносто третьем. Самой позорной страницей новой России. Преступление, за которое потом никто так и не ответил.

– Да. Расстрел последнего независимого парламента.

– А кто стреляет по нему? Зачем ввели танки в город?

– Армия, – пожал плечами Семен. – Был конфликт между первым российским президентом и Верховным Советом. В итоге вместо переговоров президент, кстати, бывший коммунист и высокопоставленный номенклатурщик ввел в столицу войска и начал военно-полицейскую операцию.

– А как, вообще, можно стрелять в гражданских из пушек? Кто там в танках? – не унимался Рашид.

– Обычные русские офицеры. Воевали за деньги.

– Офицеры?!

– Да. А чему вы удивляетесь? Они обучались в советских училищах, служили в привилегированном соединении. Вот такая у нас в будущем будет армия. И такие офицеры.

– Ну, ты говори да не заговаривайся! Советский офицер свою честь никогда не замарает!

Рашид вскочил с места и забегал по комнате. Семен также не утерпел и в ответ вскипел:

– А когда армию вводили в Чечню в девяносто четвертом, знаете, сколько было предателей? Откуда они взялись? Мы кишки на кулак наматывали, а эти твари продавали месторасположение наших ребят, загоняли по хорошей цене оружие бандитам, или отсиживались в тылу. Ссучилась страна, потому и погибла!

– Врешь, молодец!

– Так, товарищи офицеры, – командный голос полковника остановил обоих крикунов, – возьмите себя в руки! Семен Степанович, извините, все забываем сколько вам на самом деле лет. Вот и не верь в чудеса! А вы, получается, воевали?

– Два месяца перед дембелем в Грозном в первую чеченскую кампанию. Потом остатки нашего батальона вывели под Ростов. Так что возвращался я домой не из своей части. Там же и встретил при трагическим обстоятельствах полковника Мясникова.

Стаханов и Феткулин пристально уставились на товарища. Тот пожал плечами:

– А что я вам мог сказать? Вы бы поверили? Сам в ахере.

Полковник повернулся к Семену:

– Тогда нам будет проще общаться с человеком, прошедшим войну и пережившим катарсис.

Ракитин внимательно посмотрел на Стаханова. Тому на вид меньше пятидесяти. В Великую Отечественную воевать он никак не мог.

– Горячие точки?

Полковник наморщил лоб, затем кивнул. Видимо, они между собой боевые выезды называли как-то иначе. А ГРУ много где и чем за историю своей конторы поучаствовало. Земля большая, и очень далеко распространяются интересы второй сверхдержавы мира.

– Тогда продолжим. Дальше как раз о Первой чеченской войне.

Мясников дернулся:

– А что, была еще и вторая?

– И вторая, и война с Грузией, и на украинском Донбассе гражданская.

Глаза у ГРУшников сверкнули, но они дисциплинированно молчали, пока шла презентация. Уровень заряда еще позволял, и Ракитин показал собранное в полном объеме. Затянулось все на два с половиной часа. И все участники просмотра к концу показа находились не в самом лучшем состоянии. Потому Семен загодя ушел на кухню подогреть чайник. Затем к нему присоединились остальные.

Офицеры больше помалкивали, переваривая увиденное на экране ноутбука. Если раньше у них были сомнения в честности Ракитина, то сейчас противопоставить подобному фактору оказалось нечего. Разве что объявить Семена инопланетянином, сбивающим землян с панталыку.

– Пожалуй, нам это сейчас необходимо, – протянул полковник и начал открывать свой портфель, достав оттуда бутылку коньяка. – Как знал, с собой прихватил. Правда, для другого случая. Но все к лучшему!

Мясников тут же полез на полки, а Семен в холодильник.

Глава 12
Логика вывода. 6 июня 1973 года

– Ну что, товарищи офицеры, – Стаханов метнул взгляд на Ракитина и добавил, – и рядовые, примем! Во избежание!

Молдавский коньяк был пахуч, но мягок, легко скользнув в пищевод и согрев желудок. Семен бросил взгляд на этикетку. «Дойна». Он о таком коньяке и не слышал. Посмотрев на мрачных аборигенов, пришелец из будущего заметил:

– Я, конечно, не хочу торопить события. Но в первую очередь мне нужно обеспечить сохранность и заряд техники. Ведь вы не последние зрители?

– Есть какие-то технические проблемы?

– Портативный компьютер питается от стандартной сети на 220, но чувствителен к перепадам напряжения.

– Делов то, бросил Рашид, – нужен обычный стабилизатор. Тут разве нет?

– Должен быть, – поднялся с места Мясников.

– Подождите, товарищи! – остановил всех Стаханов. – Давайте оставим это дело специалистам! Мало ли что.

Иван Петрович кинул острый взгляд на главного гостя:

– Товарищ полковник, уже есть какие-то идеи?

Тот налил еще по одной и тяжело вздохнул:

– Пока не определился. Задачку вы мне задали… Ёкала манне етрить ангидрид налево! Удружили, ученички хреновы!

– Товарищ полковник…

– Отставить! Надо все по уму сделать. Вы хоть представляете всю ответственность? Это же можно историю поменять, столько народу спасти. И страну. А можно и уничтожить раньше времени. Семь раз отмерь, или без конца останешься.

Все без лишних слов выпили и закусили. Стаханов убрал бутылку в портфель, мужчины перешли на чай и сушки.

– Нужно сообщить кому-то. Мы же не можем единолично решать такое… – развел руками явно растерянный Феткулин.

– Кому?

– Высшему командованию. Смежникам. Мы же военная разведка, это не наш профиль.

– И то верно, – задумался Стаханов. – Проблема требует комплексного подхода. А мы всего лишь военные разведчики.

– Это внутреннее дело, и к тому же политическое.

Ракитин, внимательно слушающий офицеров, остановил всех неожиданным заявлением.

– Ни в коем случае не сообщайте в КГБ. Или я откажусь от сотрудничества.

На кухне воцарилось молчание. Если молодые офицеры смотрели на Семена с некоторым удивлением, то полковник не выказал ничего, лишь спросил:

– Это личное или есть более существенные причины?

Ракитин вздохнул, но деваться было некуда, придется ему поделиться сомнениями:

– Вот вы спрашивали о том, почему СССР развалился. Так довольно много людей считало, что без этой конторы дело не обошлось. Больно уж концы с концами не сходятся.

– Есть доказательства?

– Достойных нет. Как и не открыты были у нас даже спустя тридцать с гаком лет архивы тех проклятых времен.

– Но предположение не берется ниоткуда?

Семен вздохнул еще раз, как ни хотелось ему, но придется поставить все точки над «И».

– Ребята, раз вы первые, то скажу вам откровенно. Патриотическая часть общества считает, что страну предала и развалила элита. Ну, были у нас проблемы и даже большие с экономикой. В национальной политике неладно. Общество в раздрае. Но держава стояла на ногах крепко, и все можно было решить. Пусть и сложным путем. У Китая ведь получилось?

– А что там?

– На момент моего отбытия из будущего государственный социализм с капиталистическим уклоном. С руководящей коммунистической партией во главе. Вторая экономика мира. Они вовремя задавили протесты и просто строили свое будущее спокойно. Не торопя события, имея запас прочности. Союз же его растратил бездарно.

ГРУшники удивленно загомонили:

– Ох, ты!

– Да не может быть! Китай?

По лицам было заметно, что Семену не поверили.

– Этот, например, компьютер собран в Китае. Телефон и вовсе полностью создан китайской фирмой. Если они смогли, то почему у нас не получилось? Ответ один – правящей элите попросту не нужен был социализм и первое в мире социалистическое государство.

Офицеры ГРУ ошарашенно уставились на человека из будущего. После просмотра материала на портативном ЭВМ не верить ему было сложно. Но часть их все равно отказывалась принимать сказанное за истину. Молчание нарушил Стаханов:

– Заявление не лишено логики. К тому же ты упомянул, что были закрыты архивы. Почему?

– Вопрос, конечно, интересный. Да хотя бы тем, кто получил выгоду после распада Союза. Нуворишам, олигархам, новой власти. Они же все эти годы плодили исторические мифы, на них их власть и держится. И основной из созданных верхушкой мифов – что СССР был обречен. Большой своре миллиардеров и тех, кто их много лет обслуживает, невыгодна правда. Она же их погубит!

– То есть архивы могут эти мифы опровергнуть?

– Конечно!

Семену понравился блеск в глазах полковника. А он очень умный человек! Выделил из сказанного им самое важное. Так не забудь, где полкан преподает. В Академии! Элита Советской армии и разведки в частности. Глядя на них, подсуетился и Мясников:

– Ты не доверяешь КГБ в целом или кому-то в частности?

Семен снова выдохнул и резко заявил:

– У меня есть большие сомнения в председателе комитета. Возможно, он и виновник нашего будущего поражения. Нельзя такое провернуть, не имея в органах внутренней безопасности поддержки. Как и удержать власть в последующем. У нас многие считают, что преемники КГБ занимаются в будущем большим бизнесом и для этого стерли всех свидетелей и зачистили документы. Ради таких денег люди готовы на все. И охранять они будут свои позиции до последнего.

Стаханов отшатнулся и внимательно изучил лицо Семена:

– У тебя будут какие-то конкретные доказательства? Обвинение веское. И это здорово повлияет на наши возможные действия.

– К сожалению, пока лишь косвенные. Одно из главных – Андропов своими телодвижениями приблизит к себе и продвинет на высокий самого главного виновника развала СССР. Будущего генерального секретаря Михаила Горбачева. Против этого ставропольского выскочки выступили в своем времени многие достойные люди из партии и правительства. Да и сам он был с душком уже давно. Думаю, если сейчас провести расследование, то можно много чего откопать.

Полковник что-то почуял в выражении глаз Ракитина и выразил общее мнение:

– Ты продолжай, раз начал.

– Не знаю, в курсе вы или нет, но наш юг, как и часть национальных республик пропитана духом взяточничества и кумовства.

Мясников вскинулся:

– Не слишком ли громкие обвинения, Семен?

Но его, как ни странно, остановил Рашид:

– Он прав, Ваня. Проблема назрела и перезрела. У меня родственник в ОБХСС работает, так такое рассказывает! Я бы к словам Семена прислушался. Раз были у людей сомнения, значит, взялись они откуда-то.

Стаханов рубанул рукой воздух:

– Что-то еще?

– Кажется, их второе главное управление занимается контрразведкой?

– Да.

– Очень много в ваши годы будет провалов и откровенных предателей. То есть контора увлеклась прессингом диссиды, инакомыслящих, политическим сыском и прозевала предательство в своих рядах. Или кто-то закрывал на это глаза.

– Серьезное обвинение.

– Да, согласен.

Стаханов тяжело вздохнул и потянулся за чайником:

– Сеня, а фамилии и явки у тебя есть?

– Надо поискать. Хотя это не совсем мой профиль. Вот будущих барыг и олигархов я хорошо знаю. На них собран отдельный архив.

– То есть точнее никак?

– Сейчас не готов сказать. Но знаете – вот какая странная штука. В этом новом теле я начал вспоминать давно позабытое.

– Ясно, – полковник выпил полную чашку и поставил её на стол. – Я почему на этом акцентировал внимание. Ведь это одно из доказательств. Ниточка, за которую можно потянуть. Осторожно потянуть. И вот что, товарищи офицеры. Вы уже поняли, что только что стали носителями государственной тайны? Ответственность ощущаете?

Мясников дернулся:

– Товарищ полковник, если уж я в будущем родину не предал, то сейчас тем более.

Лицо Феткулина заходило желваками:

– У меня пока один вопрос, что делать будем?

Ответил за всех, к удивлению ГРУшников Ракитин:

– Ищем для меня и аппаратуры серьезную нычку и тихонько подбираем союзников.

Мясников лишь крякнул:

– Семен, ты точно в разведшколе не учился? Задатки имеются.

– Иван, в лихие девяностые я проводил расследования криминального мира Северной столицы, прозванной по одноименному фильму Бандитским Петербургом. Если ты считаешь, что это как-то отличается от вашей деятельности за линией фронта, то здорово ошибаешься.

– Етишкины пассатижи! Это, что получается – в родном городе, как в тылу врага? – выразился в сердцах Стаханов и снова крутанул головой.

– Тащ полковник?

– Что товарищ полковник? Работаем! Семен, можете выйти? Нам посовещаться нужно.

– Надеюсь не в выборе леса, где меня стоит закопать!

Стаханов пронзительно уставился на гостя:

– Ну и шуточки у вас там в будущем!

Когда остальные ушли, Мясников тщательно проверил замок и начал прикручивать к двери толстую цепочку.

– Надо бы дверной глазок вкрутить, но мы здесь долго не будем.

– Вы что-то уже решили? – с подозрением посмотрел на старлея Ракитин.

– Пока нет. Мы же только что все узнали, но работа уже пошла.

– Не посвятишь?

Мясников повернулся и окинул гостя из будущего внимательным взглядом.

– Ты этого, не кипишуй! Все нормально! Думаешь, я бы кого попало сюда привел? Я тебе в будущем жизнь спас, Рашид мне не так давно. А полковник, вообще, человек, человечище! Каких даже у нас мало. И что самое ценное в нашем деле – связи у него дай бог каждому. Где его в прошлой жизни только не носило. И даже в МИДе блат есть!

– Хорошо.

– Вот и я говорю хорошо! Ты пока иди на кухню, что-нибудь нам на ужин сообрази. Мы ведь ходили с утра в магазин.

Чтобы не нервничать, Семен занялся готовкой, достал кастрюльку и поставил воду. Сделаем пасту, решил он. Благо вермишель в шкафчике лежала. К его удивлению вдобавок нашлись специи и сушеный лук. Растительного масла не было, потому на сковороде он растопил кусок сливочного, кинул на нее лук, нарезанные сосиски и затем щедро сыпанул специй. Среди банок консервов нашлись томаты в собственном соку. И вскоре они вдвоем уплетали «макароны по-итальянски».

– Ты где так научился вкусно готовить?

– Жизнь заставила, – пожал плечами Семен и начал заваривать чай.

– Ну да, эта сука вьет из нас веревки, – усмехнулся Иван и деловито добавил. – Завтра с утра Рашид пожрать привезет. А там дальше видно будет. Он меня и подменит.

– Охраняете меня?

– Ну а ты как думал? По уму тут бы целую роту в охранение поставить.

– Чего уж роту? Полк с тяжелым вооружением. И обязательно танки.

Мясников с сомнением посмотрел на Ракитина и лишь затем усмехнулся:

– А ты шутник! Ну раз чувство юмора не теряешь, то с тобой можно иметь дело. Я лично считаю, что люди без оного бесполезны во всем.

– Аналогично.

Они разлили чай и достали сладкое, что нашлось в доме. Оба оказались чаехлёбами. Через некоторое время Иван осторожно спросил:

– Сеня, ты меня извини, конечно. Может, лезу тебе в душу непрошено. Но есть у тебя какие-то наметки, что нам дальше делать? У меня, честно говоря, голова просто кругом. За что браться? Кому звонить? Как на гребаном минном поле!

Семен кивнул, взял чашку в руку, вдыхая аромат индийского чая. Здесь он был какой-то особенный.

– Пока нам необходимо тщательно и осторожно собрать узкий круг единомышленников. Затем постараться выйти на человека из вашей организации, что может принимать очень важные решения. Непростые решения.

– Ивашутин? Не так просто до него добраться.

– Можно кого-то из его заместителей.

– Так, подожди, – Мясников уставился на собеседника. – О генерале хорошие отзывы в будущем?

– В целом положительные. На Ивашутина можно надеяться. Но он ведь не один и подчиняется Министру обороны.

– И вхож с докладом к самому Генсеку, – Иван покачал головой. – Точно. Меня же сбивает с толку твоя показная молодость. А у тебя все ходы записаны.

– Если бы так, – вздохнул Семен. – Но кто-то из ЦэКа нам также остро необходим. Но вот кто? Я в здешней политике полный ноль. Ильич вроде хороший мужик, но ведь довел страну до ручки?

– Будем думать. А сейчас давай спать. Рашид рано приедет.

Семен Ракитин смотрел в окно на еще непонятный ему мир прошлого. Как он сможет тут прижиться? Какой будет его судьба в неясном прошлом? Сумеют ли они спасти страну? Как бы то ни было, он уже не один.