Автор книги: Юлия (Ли) Ода

Глава 20

В самом лагере было достаточно темно и многолюдно, по моим подсчетам самих боевиков здесь находилось не меньше трех сотен, ко всему еще плюсуем не менее сотни персонала, водители, заправщики повара и кладовщики. В самом центре под пристальным присмотром находились те самые фуры для перевозки скота, а около них скованные цепями, словно собаки на привязи, сидели люди. Вид у них был печальный, истощенные, избитые с потухшими глазами, они просто сидели и ждали своей участи.

Данная группировка не бросает всех людей в рабство, перед этим все заложники проходят фильтрацию, первыми разумеется забираются для себя все красивые и молодые девушки, а затем ищут специалистов в военной сфере, механиков, в общем, полезных людей и предлагают им работать добровольно взамен на защиту с их стороны. Соглашаются далеко не все, принимая участь раба, в надежде, что им удастся сбежать, вот именно поэтому охрана больше беспокоится за внутренний периметр, нежели за наружный. Побеги случались, причем несколько раз даже вполне себе удачные, вот они постоянно и улучшают охрану.

Сейчас боевики разбили лагерь в этом месте, так как им нужна временная база, куда они начнут свозись захваченных людей, а это опять же говорит нам о том, что их развед группы в наших местах уже побывали и выявили поселения с выжившими.

Личный состав бойцов проживает в обычных армейских палатках на тридцать человек каждая, а для руководства развернута командно-штабная машина со всеми удобствами. Время сейчас половина десятого вечера и народ пока спать не собирается, они сидят у костров, попивая чай и кофе, разговаривая о разном, собственно, благодаря этому я так и осведомлен. Из-за того, что людей здесь очень много я мог передвигаться практически свободно, ведь мало кто может знать всех в лицо. Запрятав броник, оружие и рюкзак в укромном месте я, держась от всех в стороне передвигался по лагерю, а при встрече с местными делал занятой вид и ко мне никто не приставал с вопросами.

В одиннадцать вечера по лагерю прошла команда строиться, и все люди кроме охраны, что стояла на постах и разумеется рабов, собрались по подразделениям, выстроившись по одной линии и начали проводить вечернюю поверку, все как в армии. После поверки старший по лагерю приказал всем идти спать и чтобы никаких брожений по лагерю без особой нужды. Люди спокойно разбрелись по своим палатками и тут началось.

Люди есть люди, забившись по своим палаткам боевики начали втихаря доставать трофейный алкоголь из своих рюкзаков. Да, у них в лагере был сухой закон на время проведения операций, но кто его когда вообще соблюдает, само руководство сейчас сидело за столом в своей машине с попивало дорогой коньяк, а они чем хуже?

Все это было мне на руку и я спокойненько себе выжидал удачного момента. Скоординировал Фрэнка, чтобы он занял удачную позицию со своим минометом. Бить он будет по той самой машине с руководством, ведь одна из главных целей любой операции – оставить врагов без начальства, а еще без связи, чтобы не вызвали подмогу.

Со связи то я и начал свою ночную деятельность. Сразу за лагерем, развернув свои антенны, стояла старая добрая армейская радиостанция на базе ЗИЛ-131. Рядом с ней тарахтел генератор, что выдавал ей необходимое электричество, в самом кунге сейчас, развалившись на столе, спал радист, а в кабине спал его напарник. Данную станцию я знал хорошо, так как в одной из моих командировок на Кавказ у нас на базе стояла такая же. Радист, что в ней постоянно бухал как не в себя, от чего иногда его было невозможно разбудить, дабы передать сообщение. Вот я его и выловил трезвым, чтобы научиться ей пользоваться. Станция это старая, но очень неприхотливая, простая в использовании и надежная.

Кунг был не заперт изнутри и я, осторожно приоткрыв дверь, пробрался внутрь, радист даже ухом не повел, но этому поспособствовал не мой опыт, а початая бутылка водки, выпитая почти до дна, стоящая на полу. Убивать радиста в наглую и открытую я не стал, поэтому решил имитировать несчастный случай к тому же мне нужно вывести станцию из строя. Сам передатчик станции состоит из тяжелых блоков и в одном из них находится специальная лампа, она чертовски дефицитная и без нее ничего работать не будет, это я точно знаю, благодаря тому самому связисту с Кавказа. При взгляде на сладко спящего радиста идея в голову пришла очень быстро. Мужичок был совсем не высокого роста, пользуясь этим фактором, я его вырубил для надежности и затем уложил на пол. Далее я открутил тот самый блок, что был установлен под самым потолком, выдернул его из стойки, на вес он был килограмм сорок, не меньше, а еще его совсем неудобно держать в руках. Я осторожно взял блок в руки и положил на голову связисту, что сейчас лежал без чувств, а затем всем весом навалился на него, в тишине раздался хруст черепной коробки и по полу потекли ручьи крови. Затем я разбил лампу, установленную в блоки, и последний штрихом уложил ту самую бутылку водки под ноги связисту. На мой взгляд выглядит правдоподобно, пьяный связист увидел неисправность в работе передатчика и решил достать этот блок, вытащив его из стойки, он случайно наступил на круглую бутылку, что валялась на полу и упал, а блок сверху прямо ему на голову, вот и все, а лампа как-то повредилась во время падения. Я вышел из станции, включив перед этим свет, не работал же этот пьянчуга в темноте.

Шаг второй, бойцы, к моему сожалению, они не такие раздолбаи в отличие контингента в моих предыдущих операциях. Они все немного выпили, а потом тихо и мирно улеглись спать. Зайти к ним в палатку незаметно не выйдет, это уже не говоря о том, что я начну их убивать. Но способов, как быстро убить много людей, не так уж и мало.

Мой замысел был прост и надежен как швейцарские часы. Первое, что мне было нужно, так это их машины с оружием, а именно с минами, да не простыми, а противотанковыми. Охрана, разумеется, у них стояла, но тут мне на выручку опять пришел Фрэнк, что начал шататься по лесу взрывая их растяжки и закидывая на вражескую территорию зомби. Склад со взрывчаткой как и положено стоял на окраине и поэтому охрана, как и ожидалось, отправилась на помощь своим товарищам, а я тем временем запрыгнул в тентованный кузов в поисках мин и они там были, но к сожалению в гораздо меньшем количестве, чем хотелось.

Время поджимало и я выкинул все мины из кузова на землю, а затем сложил их в стопку и быстренько побежал к палаткам.

Чтобы взорвать мину, не обязательно на нее наступать, ведь есть такая штука как детонатор или взрыватель, это очень удобно, особенно, когда он дистанционный. В моем рюкзаке всегда на всякий случай лежало пару десятков таких и, достав их, я принялся минировать вражеские палатки с личным составом.

Мин было всего пять, а палаток десять, но я думаю шарахнет настолько сильно, что достанется всем, да, многие выживут, но что они будут делать потом?

В районе палаток охрана не ходила, что только облегчало мне задачу, я осторожно устанавливал детонаторы, активируя их. И нет, лампочки как в кино на них не моргают, меня всегда корежит на этом моменте в любом фильме, где есть подобная сцена. Вся суть детонаторов, взрывчатки и разных там жучков в том, что они максимально незаметны и никаких лампочек там и в помине быть не может. А еще мой знакомый сапер всегда возмущался сценам в фильмах, где решали какой провод перерезать, дабы обезвредить бомбу. Черный или красный, а может быть синий? Приоткрою вам маленькую тайну, бомба это вам не бытовой прибор с соблюдением правил, никто и никогда не делает взрывчатку с соблюдением цветов на проводах, ее делают из того, что есть под рукой и вообще плевать, что и куда пойдет, поэтому гадать, какой провод перерезать основываясь на его цвете – полный маразм и глупость.

Что-то я отвлекся, за час я установил все мины и был готов нажать на кнопку (да-да большую и красную), а еще у нее крышечка откидывается, прямо как в фильмах, это называется защита от дурака, а то мало ли, в кармане случайно нажмешь, приятного будет мало, особенно, если ты в зоне поражения.

– Фрэнк, ты на позиции? – Вызвал я напарника по рации.

– Да, готов по команде открыть огонь.

– Хорошо, ты все сделал как я тебе сказал? – Уточнил я по поводу наведения миномета на цель, а то в меня еще пальнет не дай бог.

– Ты забыл? У меня память как у компьютера, я все сделал как ты говорил. – Недовольно хмыкнул он.

– Ну тогда чего болтаешь? Стреляй давай. – Ехидно улыбнувшись хмыкнул я.

В тишине раздался легкий хлопок, а затем протяжный свойственный советским минометным снарядам свист. Мина легла четко в командно-штабную машину от чего тут же раздался взрыв, а затем прилетела вторая и третья.

– Красава, четко в цель положил, теперь уходи на точку сбора. – Сказал я в рацию и, откинув защитный кожух на пульте, вдавил красную кнопку.

Весь лагерь ожил и зажужжал словно улей, крики раненых людей с оторванными конечностями сеяли панику и суматоху в ряды остальных. Начальство лагеря пало и весь порядок, что совсем недавно царил на этой территории, превратился в хаос.

Я же, пользуясь моментом, спокойно улизнул за территорию и побежал к Фрэнку на заранее оговоренную позицию. Я бежал улыбаясь во все тридцать два зуба, ловя себя на мысли, что я сейчас абсолютно счастлив. Вот она моя настоящая жизнь и сущность. Все же я безжалостный убийца, палач или линчеватель, это единственное, что я так хорошо умею делать. Это одновременно радовало меня и огорчало, я оправдывал свои действия местью за парней, но это была простая ложь самому себе. Просто мне это нравится, а мои люди – только повод нажать на спусковой крючок. Я засиделся на месте, но сейчас выпустил наружу свою истинную сущность, кровожадную, расчетливую и смертельно опасную. И она не успокоится пока все враждебно настроенные люди в этом лагере не погибнут.

На указанном месте меня уже ждал Фрэнк, что сидел и жевал кусок оторванного от зомби мяса. Я поморщился при виде его трапезы, а затем отвернувшись уселся под дерево и закурил сигарету.

– Макс, как ты? – Поинтересовался у меня Фрэнк.

– Отлично, но не расслабляемся, следим за базой, если они не идиоты, то должны будут до рассвета затаиться, а если они оправдают мои надежды, то пойдут искать нападавших. – Пожав плечами ответил я.

– Хорошо, если пойдут, что тогда делать будем?

– Как что? Охотиться конечно.

– Ты какой-то не такой, с тобой все в порядке? Ты сам на себя не похож. – Заметив изменения во мне, уточнил Фрэнк.

– Все в порядке, это просто адреналин так на меня влияет, не каждый же день ты по чужим лагерям взрывчатку раскладываешь. – Пожав плечами ответил я.

Мы сидели на небольшой возвышенности с которой нам отлично открывался вид на весь лагерь, суета немного угомонилась, раненым людям оказывали помощь, и все же они собрали четыре отряда по десять человек и отправили в лес на разведку и поиски нападавших. Группы пошли веером, держа дистанцию десять метров друг от друга, но для нас с Фрэнком и это не угроза от слова совсем.

– Ты справа, я слева, встретимся по центру, по возможности парочку нужно взять в плен в качестве языков. – Обратился я к Фрэнку.

– Хорошо, а как убивать то? Я то в этом не спец как ты. – Немного замявшись и как будто бы стесняясь уточнил Фрэнк.

– Ну тут все просто, ты же очень быстрый, подбегаешь к одному, хватаешь его за голову и резко поворачиваешь ее в какую-нибудь сторону градусов так на сто восемьдесят, на этом все. И бежишь дальше, только делай это все максимально быстро.

– Понял, я постараюсь. – Кивнул мне Фрэнк.

– Вот и славно, погнали. – Сказал я и мы пошли каждый в свою сторону.

В лесу все еще были зомби, что сейчас шли на запах крови, доносящийся из лагеря, словно мотыльки на яркий свет в темноте. Фрэнку было поудобнее, зомби на него не реагировали, принимая за своего, а вот мне приходилось отбиваться.

Оказавшись в непосредственной близости с разведкой я приступил к их уничтожению, но Фрэнк опередил меня.

– Опасность на девять ча…! – Оборвался чей-то крик в темноте, и народ начал панически озираться по сторонам.

Я, воспользовавшись суматохой, подобрался к крайнему идущему бойцу и вонзил нож ему в сердце, занимая его место и светя фонарем по сторонам, подбираясь к следующей жертве.

Фрэнк вошел во вкус, он со своей невероятной силой чуть ли не отрывал головы разведчикам, а они даже не успевали реагировать на него. Так за двадцать минут от сорока человек в живых осталось только трое, что сейчас шли перед нами трясущиеся от стража с поднятыми руками.

– Фрэнк, да ты вообще машина смерти, я только пятерых убрать успел, а ты уже со всеми справился. – Восхищался я напарником.

– Да я сам в шоке, я даже и не думал, что так смогу, я с деревьев нападал, как в фильме со Шварценеггером.

– Хищник что ли?

– Ага, я прыгал по ним и падал на них сверху, а потом залезал обратно. Все как-то само собой получалось.

– Ну ты красавчик, я в восторге от тебя, теперь всегда со мной на вылазки ходить будешь. – Похлопав по плечу напарника сказал я.

– Знаешь, Макс, мне это не так нравится, как тебе. Я бы, если будет возможность, воздержался от подобного, но если будет очень нужно, то всегда можешь на меня рассчитывать.

– Да, хорошо, хватит и меня одного такого бестолкового, видимо помешанного на всем этом. – Смутившись ответил я.

– Не принимай это так близко к сердцу, ты всю жизнь варишься в этом, ты всегда на острие ножа, это не могло пройти бесследно для твоей психики. Егор говорил, что вы хотели завязать с армией, но я уверен, что не случись вот это все, вы бы все равно вернулись, ну или киллерами какими-нибудь заделались. Вы убийцы и чертовски хорошие, не нужно этого стыдиться, а сейчас такое время, что без вашей специальности не обойтись и быть на вашей стороне, за одно с вами, для меня это честь, а вашим врагам можно только соболезновать. – Сказал Фрэнк пиная одного из отстающих заложников.

– Спасибо за откровенность, мне наверное нужно было это услышать, а то я уже совсем начал загоняться из-за этого.

Мы отошли подальше от места побоища на небольшую лесную опушку и усадили всю троицу захваченных разведчиков перед собой на колени.

– Ну что, господа, сегодня не ваш день. Давайте я буду честен, вы умрете при любом раскладе, вот только вопрос как? У меня для вас два варианта, пуля в голову или же мой напарник сожрет вас. – Начал я общаться с парнями, закуривая сигарету и присаживаясь на корточки напротив них.

– Как тебе после этого живется вообще? Нормальный мужик, отличный спец, как я погляжу, а спутался с каким-то монстром, что жрет людей подобных тебе! – Высказался один из заложников.

– Ты это сейчас серьезно? То есть вы такие невинные овечки, подгоняющие людей этому гребанному братству, чтобы их там жрали, а я вот плохой. – Недоумевая спросил я.

– Ты не понимаешь! Это совсем другое, у них там хотя бы выбор есть! – Отведя взгляд в сторону хмыкнул он.

– Ну как же, а у ваших рабов выбор есть? Вы же уроды, почувствовали в себе силу и безнаказанность и творите, что душе угодно! Хотя, чего это я на самом то деле, кто мне расскажет про вашу базу, численность боевиков, может еще где ваши люди работают?

Но ответом мне была тишина.

– Коллега, продемонстрируйте нам пожалуйста ваши возможности, а то людей как-то не проняло. – Обратился я к Фрэнку.

Тот не долго думая, схватил одного из них за ногу и поднял на вытянутой руке, а затем, раскрыв свою набитую острыми клыками челюсть, издал рык. Нет, не так. ИЗДАЛ ОЧЕНЬ ГРОЗНЫЙ РЫК! Даже меня проняло от неожиданности, тут даже лев рядом не стоял. И судя по расширившимся красным зрачкам Фрэнка он обалдел не меньше меня.

– Прошу, пощади, я все расскажу, все-все! Только не ешь меня! – Расплакавшись словно ребенок закричал мужчина, висящий вверх тормашками и Фрэнк кинул его к товарищам.

– Ну что, слушаю вас. – Довольно улыбаясь сказал я.

Глава 21

Три бравых разведчика, поняв всю безвыходность ситуации, пели, словно ранние пташки на утренней зорьке. Рассказали мне все, даже то, о чем я и не спрашивал вовсе. По сути, информация была для меня не особо полезной, ведь я и так уже почти все знал, а чего не знал, о том догадывался, делая очевидные выводы. Сейчас на этом поле находится восемьдесят процентов от всей их группировки, остальные остались дома готовиться к приезду остальных. Они решили сделать перед зимой крайнюю вылазку, а потом уйти в отпуск до весны. Их база расположена недалеко от основной базы братства, да-да, той самой, где я с Женей находился в плену. Братство цветет и пахнет, увеличивая свою силу с каждым днем. Сами же наемники понимали, что мир с ними будет не вечным, и весной собирались уходить оттуда навсегда, так как не ровен час, как братство спустит на них всех своих цепных псов, и они сами будут вынуждены есть людей или же носить рабские ошейники в ожидании своего дебюта на обеденном столе.

В данный же момент все вообще находятся в полной растерянности, они потеряли слишком много бойцов и боятся возвращаться обратно, так как братство может уже сейчас всех пленить, а еще и их связист-алкоголик погиб по тупости, запнувшись об собственную бутылку водки, разбив при этом драгоценную запчасть, которую почти нигде не достать. Услышав про станцию, я ехидно ухмыльнулся, от чего парни поняли, что дело тут вовсе не в связисте, а Фрэнк посмотрел на меня с одобрением. После нападения бойцы поняли, что на них напала малая группа, и решили попробовать их перехватить, отправив на разведку самых опытных из оставшихся парней, дабы узнать расклад, кто стоит за нападением и чего ожидать в дальнейшем, но все вышло иначе, и три человека сейчас стоят на коленях перед нами. Выслушав парней, я достал свой пистолет, и те начали просить о пощаде, они готовы были поклясться мне в верности и служить до конца дней, но зачем мне такие люди? Они ведь не щадили людей, которых отдавали на растерзание братству, вот и я не буду. В тишине леса раздались три глухих хлопка, и тела рухнули на сырую и холодную землю.

– Что дальше? – Спросил у меня Фрэнк, глядя на мертвые тела.

– Добьем остатки и заберем себе все. – Пожав плечами, ответил я.

– А с захваченными рабами как быть?

– Часть возьмем себе, часть отправим к Денису, может, кто-то решит пойти своей дорогой.

– Хорошо, тогда командуй. – Сказал Фрэнк, от чего его огоньки глаз будто бы загорелись ярче.

Мы подобрались поближе к лагерю, наблюдая за происходящим с деревьев. Там сейчас царила паника, почти весь личный состав, умеющий вести бой, погиб, начальство все мертво, количество раненых зашкаливает, они кричат и стонут от боли, добавляя в эту атмосферу еще больше паники. Сейчас у них даже не хватает охраны нормально держать периметр, так как часть из них отправилась за нами в лес, где они, собственно, и остались. Одни рабы сейчас выглядели довольными и веселыми, они понимали, что их пленителям совсем скоро придет конец, а касательно их самих, то хуже уже не будет.

– Старина, как у тебя со стрельбой из снайперской винтовки? – Обратился я к напарнику.

– Так себе, если честно, Егор был не очень доволен моими результатами, хоть я и делаю все, как он меня учил.

– Не переживай за это, Егор всегда недоволен чужой стрельбой, хоть ты все в десятку положи, один хрен найдет, до чего докопаться. В общем, делаем вот что, добавим им еще немножечко хаоса. Берем винтовки, я видел у некоторых нападавших неплохие образцы, и начинаем вести огонь по всем, кто там есть, кроме рабов, разумеется. Давим на психику, так что убивать не нужно, просто ранить и все. Выстрел, меняешь позицию и опять выстрел, и так, пока я не скажу, что хватит.

– Хорошо, как раз это будет отличной тренировкой. – Согласился со мной Фрэнк.

– Тогда за дело! – Улыбнувшись сказал я и спрыгнул с дерева.

Мы прошлись по местам боевой славы, где утром сражались с группами, выдвинувшимися по наши души, нашли две винтовки, забрали из разгрузок боекомплект и начали свою охоту.

Крики, ох как их было много, люди бегали по лагерю в поисках укрытия и уже перестали помогать раненым. Люди ползали по земле, истекая кровью, не в силах подняться на ноги, а стоило хоть кому-то высунуться из-за укрытий, которыми им служила бронированная техника, как тут же получали пулю.

За три часа мы ранили около трех десятков людей, часть из них уже, разумеется, отдала богу душу и лежала без движения, а некоторые все еще продолжали орать во все горло. Ответный огонь по нам пару раз открывали из крупнокалиберных пулеметов, но куда там, мы в лесу словно иголка в стоге сена, пойди найди, откуда мы стреляем. Просидев на одном месте почти полчаса, стало ясно, что люди уже не выйдут из своих железных коробок как минимум до темноты, а значит, пора приступать ко второй фазе нашей операции. Я отправил Фрэнка к нашей машине, в ней предусмотрительно лежала рация, по которой он связался с нашей базой, вызывая подкрепление. Я тем временем продолжал следить за обстановкой в лагере, периодически напоминая о себе, стреляя по броневикам.

– Макс, все на месте, ждем команды. – Раздался у меня голос Фрэнка в наушнике спустя пять часов ожидания.

– Хорошо, ждите команды. – Спокойно ответил я и, сложив винтовку, повязал на кончик ее глушителя белый платок, а затем двинулся к границе лагеря.

Я спокойно насвистывая мелодию спустился с горы вниз на поле и осторожно залез на крышу ближайшего грузовика.

– Господа! Поговорим? Не бойтесь, стрелять больше не будут. Если сами не вынудите. – Громко прокричал я.

– Кто ты? И где гарантии⁈ – Раздался голос издалека.

– Я тот, кто убивал вас все это время. Мое слово и есть гарантия! – Грозно крикнул я.

– Чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы вы сдались добровольно, выходите сюда, стройтесь без оружия или мы начнем штурм!

– Ты уверен, что вы справитесь? Силенок-то хватит?

– Разумеется, если начнешь технику заводить, тут все артиллерией перепашут, не сомневайся!

– А что будет с нами? Ты дашь нам уйти?

– Поговорим для начала, а там посмотрим. Но всех рабов я заберу и это не обсуждается – Соврал я, так как прекрасно понимал, что с этими людьми мне не по пути, а если я их отпущу, то они продолжат свое дело, не в таких масштабах, но свою нишу в постапокалиптическом мире они уже заняли и менять ее не станут.

Прошло несколько минут и безоружные люди начали вылезать из броневиков с поднятыми руками. Они построились в одну шеренгу и озирались по сторонам. Вид у них был, мягко говоря, не ахти, грязные, мятые, окровавленные и даже раненые с повязками на разных частях тела.

Отдав команду своим людям я спрыгнул с крыши машины и пошел к сдавшимся людям. Они испуганно смотрели на меня, не зная что ожидать.

– Ты типа старший? – Неуверенным голосом спросил у меня мужчина сделавший шаг вперед. По нему видно было, что он из руководства, хорошая форма, дорогие берцы и весьма заплывшее лицо.

– Да, я. – Ухмыльнувшись ответил ему.

– Что мы вам такого сделали? Зачем столько ребят положили? – Недоумевая спросил он у меня.

– А зачем вы в мой броневик стреляли? Он просто ехал себе по дороге, а вы взяли и открыли огонь, друга моего убили, парней сильно ранили, зачем? – Начиная злиться спросил я у него.

– Ну так, это. – Замявшись и не зная, что бы ответить промычал мужчина. – Они выскочили не пойми откуда, и мы растерялись, вот и начали стрелять на опережение, так сказать.

– Зря, не в ту машину вы стрелять начали, вот вам и последствия, а так жили бы и жили дальше своей паршивой жизнью, а так все, габелла. – Глубоко вздохнув, успокаивая себя силой воли, безразличным голосом сказал я.

Тем временем на дороге остановилась колонна с моими людьми. Бойцы, высыпаясь на дорогу, словно муравьи кинулись ко мне.

– Не понял, это еще что значит? Ты же сказал, что отпустишь нас! – Возмутился мужчина.

– Такой большой, а в сказки веришь, ты где находишься? В детском саду или в институте благородных девиц? Решили, что вы самые крутые? Что можете вот так просто людей словить и запирать их в фурах словно скот? А потом сдавать их братству, нет, ребята, за все нужно платить, а в вашем случае ценой будут ваши жизни. – Сказал я поворачиваясь к ним спиной и двинувшись к своим людям, что встали неподалеку вскинув автоматы.

– Ах ты, сука! Да я тебя! – Начал кричать мой собеседник параллельно доставая из-за пазухи пистолет.

Я разумеется чего-то подобного ожидал, и, заметив его движения боковым зрением, резко достал метательный нож, что было сил запустил в его голову. Нож влетел ему четко в глаз, высунув свой кончик из затылка, а человек дергаясь в предсмертных судорогах упал на землю.

– Это они в ребят стреляли и они Юрку убили, ответьте им тем же! – Грозно рыкнул я обращаясь к своим парням и они без капли сомнения тут же нажали на спусковые крючки выкашивая всех пленных.

Я сидел в командирском Тигре попивая горячий кофе, рядом сидел хмурый Михалыч, что неодобрительно смотрел на меня.

– Ну вот и чего ты сюда поперся? Скажи мне дураку старому! – Ворчал он.

– А то ты не знаешь? – Ехидным голосом ответил я.

– Да знаю я, знаю! Или ты думаешь, раз тебя пуля не берет, то все, сильнее всех?

– Нет я так не думаю, но сидеть на месте я просто не мог! Мог бы нажраться, то первый бы к тебе пришел с парой бутылок водки! Мне это нужно было! Понимаешь? Не мог я сидеть сложа руки, а так вот смотри как все получилось хорошо.

– Хорошо, людей сколько положили, лучше не придумаешь!

– А что с ними делать? Отпустить? Еще оружия и жратвы дать в дорогу? Тюрем нынче нет, уж извините, а содержать их у себя в роли рабов я не буду! Я не такой, пусть вот теперь землю удобряют, хоть какая-то от них польза будет!

– Ох, Максимушка, сколько же кровушки на твоих руках, как тебе спится после всего этого? – По-отечески спросил Михалыч.

– Хреново, а что поделать? Какая разница, по локоть у меня руки в крови или по самую макушку, кто-то же должен разгребать это все. Я не говорю, что я весь такой правильный и образец для подражания, но не вмешайся я сейчас, они бы напали на нас или на поселение Дениса, они за этим-то сюда и ехали, забег перед зимой, рабов для братства набрать. Не знаю, на сколько меня хватит, но пока я в силах, то до последнего буду защищать наших людей. А если совсем с катушек слечу, то, Михалыч, будь добр, запусти в меня с гранатомета, чтоб наверняка, а останки сожги и по ветру развей.

– Ну будет тебе, скажешь тоже, вы мне с Егором как сыновья родные, как же выстрелю я. Ты успокойся давай, тебя дома Женя ждет и скоро ребенка тебе подарит. Я вот знаешь о чем думаю, а он тоже будет как ты весь такой регенерирующий или же как она в темноте видеть? А может и вовсе и то, и другое, и зомби ему будут не страшны?

– Да хрен его знает, главное, чтобы здоровый был, а остальное ерунда. – Смягчился я, услышав о ребенке, и даже как-то успокоился.

Следующие два дня прошли в суете, стоило мне вернуться на базу, как меня тут же встретили Егор и Степан, выглядели они бледными и очень уставшими, не говоря уже про горечь от утраты своего боевого товарища. Каждый винил себя в случившемся. Но я все же приободрил их, ведь каждый из нас рано или поздно мог так закончить, нужно не забывать, кто мы и чем занимаемся, и мы не бессмертны, такое случается, и с этим уже ничего не поделаешь. Немного поболтав с ними, я отправился к Жене.

Вот кто-кто, а моя женщина была спокойна как танк, мол, чего за меня переживать, это пусть переживают те, кто перешел мне дорогу. Как она сказала, да, я импульсивен и могу сгоряча кинуться в ненужную заварушку, но стоит мне в ней оказаться, как я начинаю действовать максимально осторожно, продуманно и расчетливо. Женя знала, что если я пойму, что не справлюсь с ситуацией, то просто не полезу, а если полезу, то уверен в своих силах, а шальная пуля, как показывает практика, для меня не страшна.

Тем временем мой замполит пообщался с захваченными людьми и отобрал подходящих для нас кандидатур, так как мест у нас немного, то и конкурс высокий. Нам не нужны топовые менеджеры из ранее известных компаний, политики или модели. Нам нужны сварщики, токари, инженеры и вообще люди с прямыми руками, а их, на удивление, совсем мало осталось. Всю трофейную технику забрать мы не смогли, потому что ее девать было некуда, так что с барского плеча на радость Денису люди ему достались с приданым, от чего он был неимоверно счастлив.

На следующий день с самого утра поднялся сильный северный ветер, нагоняя на нас белые тучи и тоску. С неба начала сыпаться белая снежная крупа, что больно била по лицу. Я с парнями стоял у многовекового кедра, в корнях которого выкопали могилу и вскоре в нее положат нашего боевого товарища. На душе скребли кошки, и даже слов никаких на ум не приходило, хоронить близких всегда тяжело.

Юру мы хоронили как положено, со всеми почестями, его тело привезли на армейской «буханке» и, поставив у могилы два табурета, водрузили на них сосновый гроб. Наш товарищ лежал в парадной форме, правда, без наград, его глаза были закрыты, а лицо было бледно-белого цвета.

Стоило нам подойти к телу Юры для прощания, как ветер тут же затих, а на замену мерзкой крупе с неба большими хлопьями начали падать белые пушистые снежинки.

– Покойся с миром, брат, рано или поздно мы встретимся, займи нам места в соседних котлах, рай то нам все равно не светит. – Чуть слышно прошептал Степан, положив свою руку на грудь товарища.

– Мы были мало знакомы, но ты дал мне новое имя, и до конца своих дней в память о тебе я ни за что не сменю его. Ты был славным парнем, веселым, я всегда недоумевал от твоего бесконечного позитива. Спасибо за то, что учил меня боевым навыкам все это время, я использую их для защиты этого поселения. – Добавил Фрэнк, положив свою костлявую руку на край гроба.

– Эх, сынок, не гоже молодым умирать вперед стариков, не сберег. Прости меня, если сможешь, ты мне был как родной, озорник, а как на гитаре играл. Пусть земля тебе будет пухом. – Заливаясь слезами и всхлипывая, высказался Михалыч.

– Прощай, брат, мы многое сделали вместе, ты всегда помогал нам и радовал своими дурацкими шуточками, но они всегда работали, ты ушел, с тобой ушла и часть нас, но в нашей памяти и сердцах всегда будет храниться частичка тебя. – Дождавшись своей очереди, сказал Егор. После чего все уставились на меня.

Я тихонько положил руку на сложенные руки Юры.

– Брат, ты был душой нашей компании, парни, помните теорию про паука? А как он на китайском кричал в лаборатории? – Натягивая улыбку, обратился я к окружающим, от чего все так же заулыбались, особенно про китайцев, это уже была местная легенда. – В этом был весь он, он без страха бросался в атаку, с улыбкой на лице рассуждал о смерти. Так что и нам не стоит грустить, я бы, видя ваши кислые лица у своей могилы, точно бы не был этому рад. Думаю, и Юра сейчас грустит вместе с нами, глядя на нас с высоты, он смотрит на нас оттуда, с небес, откуда нас когда-то, словно еще не оперившихся птенцов, бросали через открытую рампу самолета. Так что проводим в последний путь как в первый раз. – Сказал я и, отойдя от гроба, прокричал, а все, кто был в теме, подхватили.