Текст книги ""Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Кристина Римшайте

Соавторы: Дина Сдобберг,Никита Семин,Михаил Воронцов,Дэйв Макара,Родион Вишняков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 333 (всего у книги 335 страниц)

Дестин неожиданно притянул меня к себе и уткнулся носом в волосы.

– Это ты невероятная… заставляешь меня делать подобные вещи. Желать этого…

Прижалась в ответ, млея от удовольствия и не заметила, как меня утянули в туман.

Изумлённо отстранилась и огляделась.

– Это же…

– Твоя комната, – кивнул Дестин, не выпуская меня.

Дернулась, пытаясь понять.

– Мы будем жить, как и раньше? По отдельности?

Над головой послышался смешок.

– Ты такая забавная, – Дестин отстранился, насмешливо улыбаясь. – Вместо того, чтобы бояться меня после всего пережитого, жмёшься как доверчивый зверёк.

Сжала пальцами камзол и вздохнула.

– Хочу быть с тобой рядом.

Меня ласково погладили по волосам и прошептали на ухо.

– Мои вещи уже в шкафу.

– Правда?! – радостно дёрнулась, чуть не выбив Дестину головой зубы. – Ой…

– Ничего, – усмехнулся он, потирая подбородок. – Я лишь иногда… буду оставаться в комнате ограри… Ты сможешь это понять?

Уверено кивнула и обняла в ответ.

– Я принимаю тебя таким, какой ты есть. И тьму принимаю, потому что она часть тебя. Неотделима от тебя…

Дестин подозрительно замер, а его тугие мышцы напряглись под моими руками. Задрала голову и едва не утонула в потемневшем взгляде таких манящих глаз.

– Сумасшедшая… – хрипло выдохнул он и, подхватив меня на руки, понёс в кровать.

Бережно уложил и навис сверху, проминая коленом матрас.

Дыхание моментально сбилось. Я не могла оторваться от гипнотизирующих меня глаза.

– Ты такая красивая… – глухо прошептал он, скользя пальцами по щеке. Сместился ниже, очерчивая вырез платья.

Я почувствовала, как прохладные пальцы задержались на том месте, где у меня остался след от удара хлыста. Лицо Дестина помрачнело

– Не думай об этом… – выдавила сипло и обвила его шею руками. – Я хочу быть с тобой, несмотря ни на что.

– Спасибо… – рвано выдохнул он и жадно припал к мои губам, сминая их в неудержимом порыве.

Охнула под тяжестью тела, и сама же прижалась к мужу теснее. Его рука осторожно задрала платье и скользнула по ноге, разгоняя по телу дрожь. В крови разливалось обжигающее тепло, заставляющее меня трепетать. Нежность переполняла.

Умелые ласковые поцелуи и прикосновения сводили с ума. Я никогда не думала о первой брачной ночи, но и представить не могла, что она будет такой. Такой головокружительной, наполненной хриплыми вздохами и тихими стонами.

В голове пустота, дыхание прерывистое, а движения Дестина заставляли меня изгибаться и мысленно молить о пощаде и не останавливаться одновременно. Я противоречила себе, сгорая в этой ласковой пытке.

Разгорячённые, покрытые испариной обнажённые тела и его нежный шёпот, наполненный искренностью и смыслом:

– Никогда тебя не отпущу… ты нужна мне. Нужна…

– Я знаю, – улыбнулась в ответ, обхватывая точёное лицо горячими ладонями. – Я счастлива. По-настоящему счастлива теперь, и не предам тебя. Вместе мы справимся со всеми трудностями. Только вместе.

В глазах Дестина плескалась благодарность и любовь…

Эпилог

Дестин отправлялся в Орден Инквизиции по делу о недавнем ритуале, который провели на севере империи, в результате чего погибло три молодых девушки, когда услышал крик в переулке.

– Стража! Стража! Кто-нибудь!..

Хотел бы он пройти мимо, но… поморщился и призвал тьму, пользуясь тем, что улица практически пуста. Раннее утро всё-таки…

Кричала пожилая леди. Из её морщинистых рук мальчишка, лет семи-восьми на вид, пытался вырвать сумку.

Дестин подавил тяжкий вздох, и не церемонясь оттащил ребёнка за шкирку, подняв его в воздух. Женщина ударила воришку спасённой сумкой.

– Паршивец малолетний! – пыхтя праведным гневом, выплюнула она.

Мальчишка не плакал и не просил его отпустить, даже не дёргался, а когда Дестин поставил его на землю, попытался удрать.

– Стой лучше смирно, – бесстрастно предупредил, и ребёнок как ни странно послушался.

– Его следует отвести в Управление, – важно произнесла женщина, прижимая к себе драгоценную ношу.

– Я разберусь, – ровно заверил Дес, показывая взглядом, что женщине пора.

Она прищурилась и смотрела ещё долго, пока не скрылась за поворотом.

Дестин взглянул на ребёнка.

– Есть хочешь? – спросил флегматично.

Мальчишка смотрел волком. Во взгляде пронзительно голубых, как у Деллы, глаз не было страха. Лишь озлобленность.

Несмотря на это, он едва заметно кивнул.

– Отведу тебя в одно место, но ты не станешь сбегать. Договорились?

Мальчишка задрал голову и произнёс с вызовом:

– Накормите, а потом сдадите?

Дестин склонил голову набок.

– Зависит оттого, как вести себя будешь, и как отвечать на мои вопросы.

Мальчишка задумчиво кивнул, вытирая грязным рукавом драной рубашки раскрасневшиеся щёки.

– Зачем сумку пытался украсть? – спросил, сворачивая на Центральную улицу.

– Неясно? Старая карга шла в банк, хотела на хранение отдать сбережения, – насупившись, ответил ребёнок, шоркая босыми ногами.

– А деньги тебе зачем? – терпеливо спросил Дестин. – Еду наверняка на рынке воруешь, да и по карман небось наловчился шнырять. Зачем так много?

Мальчишка опустил светлую макушку, закусывая губу.

– Ну? Так и будешь молчать?

– Мне жить негде, а мамка скончалась давно. Я хотел… за учёбу в пансионе заплатить. Не хочу больше на улице спать, и побираться не хочу. Воровать…– кажется, с каждым словом он становился всё озлобление на весь мир.

Признаться, в этом момент в груди что-то дрогнуло.

Делла никогда не говорила о детях. За пять лет ни разу. Она неплохо устроилась в императорской оранжерее. Торговцы и садоводы со всего Империона съезжались, чтобы полюбоваться её трудами, чтобы выторговать новый сорт, купить семена. Кажется, она всегда увлечена делом…

– Сюда, – показал Дестин и, поднявшись по ступеням «Счастливого единорога», распахнул дверь. – Выбирай, что хочешь.

Мальчишка на мгновение замер на пороге и, оглядев себя, поморщился.

– Тут так красиво, а я такой грязный…

– Там есть уборная, – указал Дестин. – Можешь умыться. Но… – выразительно посмотрел, выдерживая паузу. – Если сбежишь, не узнаешь, что я хотел тебе предложить. Понял?

Постояв с минуту, мальчишка кивнул и деловито пожал руку, будто сделку заключает. Было в этом жесте что-то… отчего замирало сердце. Серьёзность и ответственность, несвойственная ребёнку…

Мальчика звали Кай. Ему семь, и он сирота.

Дестин тщательно обдумывал пришедшую на ум мысль всё то время, пока ребёнок с энтузиазмом ел.

– Ты знаешь кто я? – спросил, с интересом наблюдая.

– А то… – хмыкнул мальчишка. – Все знают. Верный «пёс» императора.

– Боишься меня?

– Все боятся, – непосредственно ответил, облизывая испачканный в креме палец.

– По тебе не скажешь, – усмехнулся Дес.

Кай опустил руки на стол и посмотрел поразительно осмысленно, проникая взглядом в душу.

– Я устал бояться. Вечерами я закрываю глаза и прошу маму забрать меня. Но она не приходит…

– А приюты?

– Переполнены, – дёрнул острым плечиком, отводя взгляд.

Ясно. Значит обижают, вот и сбежал.

– Доедай и пойдём, – Дестин подозвал подавальщицу, чтобы расплатиться.

– Куда? – напряжённо спросил этот не по годам взрослый ребёнок.

– Во дворец, – ровно отозвался и положил на стол деньги.

– К императору?! – ужаснулся Кай, вжимаясь в спинку деревянной скамьи.

– К моей жене, – усмехнулся Дес и подал руку. – Она служит при дворе.

Было интересно, как отреагирует Делла. Так же как на его предложение подпитывать её тьмой для продления жизни? Тогда она отнеслась спокойно, даже философски. Дурная женщина. Совсем ничего не боится, а тьма принимает её как родную. Что странно…

Мальчишка заметно начал волноваться. Пытался причесать сальные всклокоченные волосы, поправить рубашку…

– Она не кусается, – заверил Дестин с усмешкой.

– Я знаю, – серьёзно ответил Кай, хмурясь. – Но переживаю, что я ей не понравлюсь, – признался, будто зная, для чего его ведут. Смышлёный парень…

Делла отреагировала в точности как Дес, отзеркалив его поведение. Ровно задавала вопросы, на которые получала те же ответы, что и он. Кай не врал. Не пытался давить на жалость. Он просто рассказывал о себе как есть. Отчуждённо, будто не про него всё это.

В мастерской пахло землёй и травами. А Делла… очень гармонично вписывалась в эту обстановку. При взгляде на неё, сердце стучало сильнее.

«Какая же она красивая! Словно белая нежная роза…»

– Что ж, Кай… – протянула она, поднося к губам, которые так хотелось поцеловать, чашку. – Если мы оплатим твоё обучение в пансионе, ты перестанешь воровать?

Глаза мальчишки зажглись надеждой.

– Обещаю… – заверил он и сморгнул предательские слёзы. – Я буду стараться. Вы не пожалеете… я…

– А жить к нам пойдёшь? – спросила Делла то, что так боялся озвучит сам Дес. – Станешь нашим сыном? Мы оформим документы и… дадим то, чего у тебя никогда не было.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Любовь? – неуверенно спросил ребёнок.

– Заботу, – улыбнулась Делла и потрепала мальчишку по волосам. – Поверь, то, что тебе сейчас так необходимо, это забота, чтобы не думать о завтрашнем дне, не волноваться о том, где спать и что есть. И… мы постараемся стать хорошими для тебя приёмными родителями. Ты согласен на такие условия?

Кай закусил губу, отводя взгляд, а потом шмыгнул носом и протянул свою маленькую ладошку.

– Согласен, – произнёс уверенно и непоколебимо. – Я приложу все силы, чтобы стать примерным и образцовым сыном, чтобы не разочаровать вас, леди.

– Договорились, – не менее серьёзно отозвалась Делла и с нежностью, от которой чуть не разорвало душу, посмотрела в глаза Дестина. Нежностью и благодарностью…

Теперь их семья стала больше и появилось ещё большее чувство умиротворения. Пришло осознание, что это именно то, чего Дестин подсознательно желал.

Подарить нормальную жизнь нуждающемуся маленькому существу…

 Корр Кристина
Секрет Императора, или Вдова на отборе – к беде!
Глава первая

 «Я должна была насторожиться, но похоже интуиция решила покинуть меня…»

Из размышлений Эммы Овервуд

С самого начала всё выглядело подозрительно.

Приглашение на императорский бал, которое нельзя проигнорировать, приглашённые на него незамужние девушки и среди них давно вышедшие из брачного возраста, и я – овдовевшая графиня с разоренным имением.

Нас будто специально собрали в огромном сверкающем зале, с каменными витыми колоннами, которые, как бы удерживали расписной потолок. Собрали, словно стадо на убой и заперли за нами высокие полукруглые двери. А чтобы не пытались сбежать, отвлекли внимание романтической мелодией, которую играли искусные музыканты. Наверное, лучшие в Империоне. Раздали фужеры, в которых искрилось золотистое шампанское из императорских погребов, угостили закусками и даже пригласили кавалеров.

Я должна была насторожиться, но словно специально игнорировала все тревожные звоночки, хотя они больше напоминали удары колокола.

... со дня смерти мужа я никуда не выходила.

Отвыкла от торжественных приёмов, от интеллектуальных светский игр, в которые так любят играть аристократы. Разучилась понимать многозначительные паузы и скрытый подтекст. Атмосфера душила...

Но больше царящего в воздухе пафоса, угнетало пристальное внимание императора.

Сайрон де Га Седьмой отказался от торжественной части, где каждая девушка имела бы честь лично склонить перед ним голову и представиться. Он наблюдал за нами с высоты своего трона, изредка обмениваясь короткими фразам с худощавым, чернобровым советником, и меня бросало в дрожь от этого цепкого, испытывающего взгляда чёрных, непроницаемых глаз.

Казалось, император делает в своей голове пометки, анализируя наше поведение. Присматривается. Чего-то ждёт.

Если раскрою веер и обмахнусь, выдам своё волнение. Танцы, как и спиртное мне не интересны, и всё, что могу в этой ситуации – просто наблюдать за окружающими.

Я бы почитала, но такое поведение может оскорбить императора. Если он почувствует моё пренебрежение, попаду в неловкое положение. А я не могу. Графиня Овервуд ведёт себя достойно в любой ситуации. Но это меня не уберегло…

Император возник за спиной, словно призрак, но ещё до того, как он вежливо кашлянул в кулак, я кожей ощутила его присутствие. По спине пополз липкий противный холодок дурного предчувствия, а место между лопатками, куда падал пристальный взгляд, жгло.

 Мне не стоило усилий натянуть на лицо вежливую маску, повернуться и учтиво склонить голову в поклоне, исполняя реверанс.

– Ваше Величество.

– Леди Овервуд, – протянул император, безэмоционально улыбаясь, но глаза смотрели насмешливо. В глубине «чёрной заводи» тлели искорки веселья. Взгляд притягивал и отпугивал, хотелось придвинуться ближе и отпрянуть… – У вас очень скучающий вид. Я начинаю думать, что сильно ошибся с выбором музыкального сопровождения.

Подавила малодушное желание передёрнуться и непринуждённо улыбнулась, скрывая беспокойство.

– Что вы, Ваше Величество, просто я давно не посещала балы. И признаться… мне немного не понятно, зачем меня пригласили? – подняла взгляд, затаив дыхание, и усилием воли не отвела его. Тёмные глаза смотрели внимательно и видели насквозь.

Если бы не длинные чёрные перчатки, все бы увидели, как моя тонкая кожа покрывается мурашками.

– Хороший вопрос, леди Овервуд, – деланно задумчиво протянул император, будто играя со мной, как хищник с неразумной жертвой. Мне не нравятся такие игры…

Опустила взгляд, предпочитая разглядывать золотую вышивку на груди его мундира.

– А сами как думаете? – он слегка склонил голову, отчего тёмные пряди, выбившиеся из тугого хвоста, упали на лицо.

«Думаю, мне всё же пора выпить» – ухватила бокал с подноса проходящего слуги и пригубила. Надеюсь император простит мне такую вольность. Его губы изогнулись в ироничной лёгкой улыбке.

– Полагаю, судя по статусу приглашённых дам, вы ищите себе невесту, – произнесла, не дрогнув, и сделала ещё глоток. Шампанское покалывало пузырьками на корне языка, а во рту растекался медово-ягодный с кислинкой вкус… – Только почему-то таким странным образом.

«Из таких странных претенденток…» – закончила мысленно.

– Вы столь же проницательны, как и красивы, – скупо усмехнулся император, отвешивая пустой комплимент.

За его словами крылась некая задумчивость, которая теперь не будет давать мне покоя.

Музыканты заиграли вальс.

– Окажите мне честь? – император протянул ладонь, обтянутую белой тканью перчаток, склонив при этом голову в учтивом поклоне.

– С превеликим удовольствием, Ваше Величество, – отозвалась, исполняя книксен и вложила свою ладонь в его. Жёсткую. Казалось, она может смять мои пальцы, как бумагу, одним нажатием…

Разве могла я отказаться?.. в этом вся суть придворного этикета. Кругом условности, которые по сути ничего не значат, ты просто должен подчиняться тому, кто по статусу выше. Ненавижу балы…

Смуглая кожа императора сверкала в свете ламп, его бездонные глаза, казались ещё темнее и затягивали подобно ненасытной тьме.

… о нём ходит множество слухов.

Но факт остаётся фактом. Сайрон де Га – влиятельный, опасный, справедливый и самый завидный жених не только нашей империи. Любая бы дама отдала ему своё сердце, не задумываясь. Слишком красив. Слишком умён и обаятелен. Чудовищно обаятелен. Мурашки по коже от его энергетики…

Перед нами расступались. Первый танец император танцует с вдовой… давно я не получала столько внимания и завистливых взглядов.

Фредерик редко выводил меня в свет. Но мне и не нужно было. Любящий заботливый муж и тихое семейное счастье вполне устраивало…

Император сделал первый шаг, а я вынужденно подчинилась, подстраиваясь под его темп.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Сколько вы уже вдовствуете, леди Овервуд? – любой женщине вопрос показался бы бестактным, не задай его император.

– Три года, Ваше Величество, – ответила, продолжая фиксировать взгляд на мелькающих гостях. Говорят, такой наклон головы во время танца самый правильный и эффектный. Чушь. Жутко неудобно и шея быстро затекает…

– За три года вы не разучились танцевать.

– Вы пытаетесь меня оскорбить или всё же сделать комплимент?

– А что вы предпочитаете? – от скользившей в голосе опасности стало неуютно.

– Предпочитаю перевести взгляд. Устала, – посмотрела императору в глаза без тени страха и вежливо улыбнулась. В народе принято считать, что хорошие манеры аристократкам вливают с молоком матери, меня видимо не кормили вовсе. Иногда я забываю с кем говорю. – Прошу прощения, – потупила взор, но голову не вернула в исходное положение. Моя репутация и так пострадала. Один танец не усугубит ситуацию.

– Ваша честность граничит с безумием, – а вот это больше похоже на настоящую похвалу. Показалось, император восхищён. Это плохо. Очень плохо…

Никогда ещё у меня не было столько проблем, как от восхищения в глазах мужчин.

– Слышал, ваш муж был азартным человеком, – и вот опять, разговор издалека, а я гадай, к чему величество клонит. Почему ходит кругами, и что пытается выведать? Чувствую, от моих ответов многое зависит, но что могу изменить?

– Весьма, – отозвалась уклончиво. – Но недолго. До первой дуэли.

– Вы умудряетесь иронизировать в такой ситуации… – смешок сорвался с губ императора и потонул в нежных звуках вальса. – Совсем не любили его?

Посмотрела в чёрные пугающие глаза и ответила честно. Настолько честно, что сама поразилась.

– Души не чаяла в этом человеке, и только поэтому до самой его смерти закрывала глаза на азартное увлечение. Что может быть сильнее любви, которая делает нас глупее, верно?

– Верно… – задумчиво отозвался император и, как только музыка стихла, проводил меня к столу и вежливо откланялся, больше не задав не единого вопроса.

Облегчённо вздохнула, но как выяснилось уже на следующий день, рано…

«Если день не задался, расслабитесь и получайте неприятности с улыбкой на лице. Что-то изменить вы уже не в силах…»

Как там в народе говорят? День не предвещал беды? Так вот, мой предвещал.

С самого утра меня посетил пристав.

Мужчина вытирал со лба пот чёрным носовым платком и пыхтел, топчась на пороге, держа подмышкой папку с документами.

– Проходите, – произнесла, впуская совсем нежеланного гостя. Но лицо сохранила. Как и манеры. Леди Овервуд всегда почтенно принимает гостей. Даже таких, как господин Дунк.

Дунк был кругл, красен и совсем не обаятелен.

– Чаю? Может быть… хотя нет, кофе не предложу. Его нет, – улыбнулась и жестом пригласила за стол.

– Леди Овервуд, – вздохнул пристав, проходя. – Не понимаю вашего энтузиазма. Ричард Бейли требует свои деньги, как вы не понимаете!

«Ричард Бейли много чего требует…»

– Прекрасно понимаю, – отозвалась, ставя чашки на стол. – Мне нужно три дня, чтобы собрать сумму полностью.

Пристав вздохнул, снова промокнул лоб и грузно опустился на стул. жара совсем доконала бедолагу.

– Я не знаю, что с вами делать…

– Я занималась с вашей дочерью, помните? – не испытывая неловкости, напомнила и разлила по чашкам слабо заваренный чай. Каждый листочек на вес золота.

– Т-с… – зашипел Дунк, прикладывая жирный палец к губам и заозирался. – Никто не должен знать об этом.

– Никто и не узнает, – улыбнулась бесстрастно. – Я держу своё слово. Но почему вы не держите своё? Мне нужно… три дня.

– Два, – отрезал Дунк, залпом осушил чашку и поморщился. Согласна. Не чай, а помои редкостные. Другого нет. – Два дня, Эмма, или я забираю дом. Больше не смогу тянуть. Прости…

– Спасибо, – облегчённо выдохнула и проводила дорогого гостя.

Прислонилась спиной к двери и сморгнула жгучие слёзы стыда и обиды. Хотелось ли мне кого-нибудь шантажировать больным ребёнком? Не хотелось…

Но Дунк так боялся, что Высший Свет узнает о болезни его дочери, что буквально вынудил меня воспользоваться этим. Я загнанная в угол мышь, и я кусаюсь…

У меня есть два дня. Что же, уже неплохо. Если сильно постараюсь смогу организовать закрытый аукцион и сбыть за ночь то, что успела спрятать. И от мужа, и от приставов.

Пять картин большой редкости и высокой цены, ценителям искусства понравятся. Жемчужное ожерелье, серьги с топазами, несколько хрустальный ваз...

… под рёбрами кольнуло.

Этого всё равно не хватит. Чтобы я не делала… всё бесполезно. Сумма долга баснословная. Но всё же я попытаюсь.

Если придётся отдать дом, то у меня всё равно будут хоть какие-то средства, вырученные с аукциона. На первое время хватит. Сниму комнату в постоялом дворе, наймусь сиделкой…

С каждой такой мыслей, всё больше казалось, что я лечу в пропасть. И словно этого мало, потому что вечером явился ещё один незваный гость.

Я только закончила с подготовкой к аукциону, договорилась о месте и времени, оплатила аренду и напитки гостям, работу организатора, и вернулась домой без сил, стоптав ноги по самые колени, выражаясь метафорическим языком. И всё, чего мне хотелось, это погрузиться в шикарную круглую ванну, которая у меня ещё есть, наполнить пузатый бокал, совсем не вином, а чем-нибудь покрепче, и просто забыться на одну единственную ночь.

Затянувшийся процесс выплаты долга изрядно помотал мне нервы. Три года. Три года бумажной волокиты и судебных разбирательств, бюрократической войны. Слишком даже для такой упорной и терпеливой женщины, как я…

На крыльце меня поджидал человек, которого я меньше всего желала когда-либо видеть и тем более знать. Наверное, он ещё даже более неприятный, чем пристав.

– Лорд Бейли, – улыбнулась притворно, поднимаясь к двери моего особняка. – Как вы попали на территорию имения?

– У вас нет сторожа, леди Овервуд, – равнодушно отозвался мужчина, наградив меня своим холодным взглядом похотливых голубых глаз.

Уже три года этот человек оббивает порог этого дома, делая престранные предложения, всё больше затягивая петлю на моей тонкой шее, новыми и новыми исками. Он мог покончить со всем давным-давно, но деньги… видимо, не самое главное для лорда. Есть ещё кое-что, что он так отчаянно пытается заполучить. Меня.

– Отсутствие сторожа не даёт вам права проникать в чужие владения, – притворно улыбнулась и сунула бронзовый ключ в замочную скважину.

– Да бросьте, – поморщившись, отмахнулся он. – Мы оба прекрасно понимаем, что через несколько дней это всё станет моим.

– Вот через несколько дней и приходите, лорд Бейли, – попыталась проскочить и захлопнуть дверь перед наглым стервятником, но он выставил ногу.

– Эмма… – низкий бархатный голос заставил внутренне сжаться.

Лорд толкнул дверь и вошёл, вынуждая меня отступить.

– Уходите, – вымолвила не так уверенно, как хотелось бы. От звона в ушах закружилась голова… – Будьте благоразумны…

– Не могу… – сипло отозвался бесстыжий лорд, сокращая расстояние между нами. Снял перчатку, протянул руку и нежно коснулся моей щеки. – Не могу ничего поделать, когда речь заходит о тебе, – неожиданно прижал меня к столу, срывая с моих губ судорожный, испуганный вздох. – Сдайся уже. Мы оба от этого выиграем…

Стиснув зубы, согнула ногу в колене и отпихнула мужчину, прожигая его ненавистным взглядом.

– Я никогда не подчинюсь человеку, убившему моего мужа…

Лорд криво хмыкнул и выпрямился, совсем не показывая боль. А я уверена, удар между ног причинил ему ощутимый… гм… дискомфорт.

– Глупая Эмма… – насмешливо протянул он. – Не понимаешь? – и снова коснулся моей щеки, заставив вздрогнуть и дёрнуться назад. – Если не станешь моей, я возьму тебя силой, а после… выкину на улицу, как ненужную вещь. Ты будешь опозорена и унижена.

– Куда уж больше? – усмехнулась грустно, вытирая с щеки след его мерзкого прикосновения. – Уходите, встретимся через два дня, когда я верну вам весь оставшийся долг.

Тонкие губы лорда скривились в ироничной усмешке.

– Этого никогда не случится.

Набрала в лёгкие побольше воздуха, собираясь настойчиво выпроводить мерзавца, как со стороны входа раздалось вежливое покашливание.

– Прошу прощения, но дверь была настежь распахнута. Я не помешал?

Бейли резко обернулся, собираясь привычно грубо ответить в своей манере, но увидев говорившего, весь его пыл улетучился.

– Ваше Величество, – первой исполнила реверанс и учтиво склонила голову в поклоне. Не знаю зачем император почтил своим присутствием, но как же я рада…

– Леди Овервуд, – кивнул в ответ император, а за его спиной тенью маячили гвардейцы.

– Ваше Величество, – очнулся мой настырный ухажёр и поклонился. – Вынужден откланяться. Прошу прощения. Леди Овервуд, – приподнял шляпу, прощаясь, и вернул внимания императору.

– Всего доброго, лорд Бейли, – не стал задерживать тот. – Будьте осторожны по пути домой.

– Благодарю, – ещё раз поклонился лорд и выскочил за дверь.

Император подал знак двумя пальцами, и гвардейцы живо рассредоточились по периметру особняка. Я могла лишь видеть их тени, маячившие за высокими окнами.

– Не хочу, чтобы нас побеспокоили и прервали столь важный разговор, – пояснил Император, снимая венец с головы и закрывая тростью дверь. – Я пройду?

– Почту за честь, – отмерла и, исполнив книксен, пригласила императора в гостиную.

Нутро стягивало тревогой. Что же его привело?..

2.

Его Величество оглядывался по сторонам, будто оценивая моё бедственное положение. А я выставляла чайный сервиз, не испытывая неловкости.

В доме чисто, несмотря на то, что прислугу пришлось распустить, нигде ни пылинки, только голые стены и светлые следы на них, где когда-то висели картины, немного портят общий вид.

Не хватает некоторой мебели и предметов интерьера, и я не успела разжечь камин, но в целом…

«Леди должна уметь не только позаботиться о себе в трудные времена, но и переносить их с достоинством…» – вспомнились слова Фредерика, заставив меня на мгновение замереть с фарфоровым чайником в руках.

Пальцы машинально огладили выступающий орнамент.

– О чём задумались, леди Овервуд? Обо мне? – насмешливый голос императора проник в мои мысли, заставляя встрепенуться.

Разлила чай, придвинула чашку к императору и вазочку с шоколадными конфетами в хрустящей обёртке, которые берегла, чтобы отпраздновать победу над стервятником Бейли.

– Ваше Величество, – склонила голову в лёгком поклоне и опустилась в кресло напротив, устроив руки на потёртых подлокотниках.

– Хорошо видите в темноте? – иронично поинтересовался он, взглянув на погасшие лампы.

– Сейчас ещё достаточно светло, – отозвалась уклончиво. Зачем спрашивать подобное у разорённого человека? – Я просто берегу всё, что ещё можно уберечь. В том числе и керосин. Даже свечи… – произнесла вслух, не дрогнув, хотя можно было не отвечать. Но пусть знает, мне нечего стыдиться.

Какое-то время мы молчали. Император скользил пальцем по золотой каёмке чашки, пристально глядя на меня, а я наслаждалась каждым глотком терпкого восточного чая. Заварить императору дешёвый, совесть не позволила. И раз так, хочу взять от этой «церемонии» сполна.

– Вы не задаёте вопросов, – констатировал величество, а между чёрных бровей вразлёт залегла хмурая складка. – Почему? Вам неинтересно?

– Полагала, Ваше Величество, вы начнёте разговор первым, когда посчитаете нужным. Ведь это вы нанесли мне визит, – заметила тонко и поднесла чашку к губам, не упустив из виду, как дрогнули чутко очерченные губы императора.

– С каждым мгновением, леди Овервуд… я начинаю понимать, почему Фредерик прятал вас. Нельзя такое сокровище демонстрировать всем... – любая бы на моём месте сочла фразу за комплимент и зарделась, начала благодарить, но, увы, это не он.

Я всегда тонко чувствовала скрытый подтекст. Чувствовала эмоции собеседника, которые он закладывал в свою речь. Может, потому, что Фредерик был хорошим учителем, а может, природная интуиция никогда не подводила.

Меня, будто бы, продолжают проверять и испытывать. Желают понять, насколько хорошо я умею держать себя, насколько хорошо понимаю происходящее.

– Мой муж никогда меня не прятал, Ваше Величество, – отозвалась ровно. – Я сама старалась избегать общества и приглашений в Высший Свет, – ответила прямо, никак не выдавая волнения или беспокойства. Их не было.

– Занятно… – протянул император. Его цепкий взгляд задержался на моём лице, заставляя внутренне поёжиться. – Всё ждал, когда вы спросите, что привело меня, но кажется, вы, леди Овервуд, совсем не страдаете любопытством и обладаете завидным хладнокровием. Признаться, не все мужчины могут похвастаться такой выдержкой и умением держать «лицо».

– Благодарю, Ваше Величество, – отозвалась ровно. – Но не думаю, что вы пришли обсуждать мои достоинства или недостатки, хотя вас, почему-то, это сильно волнует. Если не против, давайте перейдём к делу. С вашего позволения, конечно.

– Браво, – впервые искренне произнёс император, а от его взгляда… кожа покрылась мурашками. Настолько острый, настолько пронзительный!..

На мгновение мне показалось, что в гостиной стало невыносимо жарко и нечем дышать. Воздух, будто бы нагрелся, стал осязаем. Но всё прекратилось, стоило императору опустить взгляд и взять чашку.

… дыхание выровнялось.

– Я хочу предложить вам… хм… – он задумался, подбирая слова. – Это даже не сделка. Это предложение. Выгодное для нас обоих.

Я кивнула и поставила чашку, давая понять, что готова внимательно выслушать это загадочное предложение.

Император усмехнулся, сделал глоток чая и удивлённо приподнял бровь.

– Достали свои запасы ради меня?

– Естественно, – не стала отпираться, несмотря на то, что меня пытались заставить испытывать неловкость. Но я не смущалась своего бедственного положения. – Стесняться нищеты – вверх глупости. Пока человек чист душой и помыслами, ему нечего стыдиться. Верно?

Рука императора дрогнула, несколько капель брызнуло на серебряный мундир, а глаза вместе с тем зажглись азартным блеском. Так знакомым мне и незнакомым одновременно. Это был азарт другого рода. Не такой, как у моего покойного мужа…

Император вдруг облизал губы и на секунду отвернулся, будто пытаясь скрыть эмоции.

– Я в предвкушении, – признался он и снова вернул внимание мне. – Гм… леди Овервуд, – произнёс торжественно и поставил чашку на стол. – Хочу, чтобы вы стали моей невестой.

Воздух вылетел из лёгких, оставив меня задыхаться. Не сразу я смогла вернуть себе самообладание. Ох, не сразу… хоть и догадывалась о нечто подобном, но всё равно… И только через несколько долгих секунд до меня дошло.

– Хочу услышать предложение целиком, а не только одну его часть. Вы сказали, выгодное для нас обоих. Хочу узнать в чём моя выгода, а в чём ваша.

– А я так надеялся, что вы упадёте в обморок от счастья, – иронично протянул он, явно наслаждаясь происходящим.

– Прошу прощания, если разочаровала, – ответила ровно. Очень хотелось взглянуть на часы, узнать, сколько у меня осталось времени до начала аукциона, но это было бы грубо.

– Напротив, – улыбнулся император, не сводя с меня пронзительных чёрных глаз. – Грядёт Императорский отбор невест, в котором я жених, и, если честно, не желал бы участвовать. Но боюсь, у меня нет выбора.