Текст книги ""Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Кристина Римшайте

Соавторы: Дина Сдобберг,Никита Семин,Михаил Воронцов,Дэйв Макара,Родион Вишняков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 321 (всего у книги 335 страниц)

По полу стелились зеленоватые клубы тумана, быстро принимая формы пса. Стеф выглядел до невозможности серьезно, ожидая команды хозяина.

… магия шептала бросить все.

Она проникала в разум, пытаясь его затмить. Пыталась взять над Адрианом верх, подчинить его упрямую волю… сделать заложником собственной силы. Сделать из него орудие разрушения и хаоса, но…

Адриан мысленно приказал силе заткнуться, пока он ее не запечатал.

– Нужно проникнуть в сон Кары и остановить ведьму, – Адриан засомневался. Верно ли он передал приказ? – И остановить Сивилу, – исправился он и ударил тростью об пол.

Стеф медленно растворился в воздухе и туманом, будто бы, впитался в тело Кары.

«Вытащи оттуда Кару. Любой ценой, но вытащи…»

* * *

– Тебе удавалось долгое время прятаться от меня… – вкрадчиво протянула Сивила, обходя меня по кругу.

Меня интересовало «строение» сна. Точнее, его устройство. Как-то же Сивила проникает в сны и контролирует подсознание человека. Как?

– У нас нет общих тем для разговоров, – машинально ответила, абстрагируясь от присутствия ведьмы, от гниющих мыслей о мести за смерть матери и «гибель» сестры. Не сейчас. Не время.

Сивила притворно вздохнула.

– Скучная ты. Я могу проникнуть в твой сон, но, как и раньше, твое подсознание не поддается внушению. Как ты это делаешь? Всегда было интересно.

… должен быть какой-то проводник. Если сон мой, то по идеи, и выбраться из него можно.

– О, нет-нет-нет!.. – с алых губ Сивилы сорвался снисходительный смешок. – Только я управляю твоим сном, и только я решаю, когда тебя отпустить. Твое тело не проснется, пока я не отпущу. Мы будем беседовать, пока… – она круто повернулась на каблуках, криво ухмыляясь, – пока не придем к компромиссу.

– Все твои компромиссы сводятся к угрозам и шантажу, – флегматично отозвалась я.

Как странно… чувство, что сущность Сивилы прочно связана с тем местом, в котором она прячется. Возможно, каким-то артефактом. Вероятно, даже для проникания в чужие сны, она готовит ритуалы на крови.

– А ты хорошо меня знаешь, – усмехнулась гадина, подходя ближе. – Мне всегда хотелось иметь такую способную ученицу. Зря ты тогда отказалась…

Скинула со своего плеча ее руку и отошла.

– Давай уже ближе к делу. Утомила…

Глаза Сивила в прорезях маски угрожающе сверкнули.

– Не дерзи мне, милая. Я ведь могу и не выпустить тебя.

– Просто смешно, – усмехнулась в ответ. – И что станешь делать? Твое тело ведь тоже в реальном мире без сознания, мы просто обе умрем от истощения. Так глупо погибнуть… Знаешь, мне уже не пять лет, чтобы верить в подобные угрозы.

– А ты смелая стала, – довольно усмехнулась Сивила. – Зачем тогда артефактами обвешалась?

– Здравый смысл. Не слышала о таком? – иронично отозвалась я.

Сивила хмыкнула.

– Похвально. Только знаешь… я ведь могу запереть тебя в твоем собственном сне, а сама уйду. Вот так.

Я устало вздохнула и опустилась прямо на непроницаемую, но твердую, темноту, скрестив ноги.

– Чего ты хочешь?

Сивила заинтересованно склонила голову.

– Хочу, чтобы ты предала Адриана. Кажется, он к тебе весьма привязался. Это будет удар для него.

– И как именно? – поинтересовалась равнодушно.

– Заманишь его в мою ловушку, – очаровательно улыбнувшись, произнесла Сивила. – Сделаешь, тогда я не трону ни твою сестру, ни твоего больного отца. Выбирай. Кто тебе дороже?

Сделала вид, что задумалась, стуча пальцами по подбородку.

– Никто, – улыбнулась и поднялась. – А ты катись в Безду…

Во взгляде Сивилы промелькнуло сомнение, а я уже рисовала в воздухе символ. Последний завиток, стремительно отстегнула от платья булавку и проколола ей палец.

– Нееет!.. – выкрикнула Сивила, бросившись ко мне.

Как только пролилась кровь, темнота пошла трещинами…

– Я просто убью тебя! Пусть инквизитор страдает!

В воздухе сверкнуло тонкое лезвие кинжала… и в этот самый момент из темноты вынырнул призрачный пес. Ощетинился и прыгнул, метясь в горло ведьмы.

Сивила ахнула, кинжал выпал из ее рук, а меня буквально вытолкало обратно в тело, пока сон окончательно не разрушился.

Сивила исчезла, а пес… пес вернулся к Хозяину.

Первое, что почувствовала, даже не облегчение, а боль. Жуткую, разрывающую виски боль. Открыла глаза и снова зажмурилась от яркого, как мне казалось, света.

– Пей, – приказал строгий голос, сунув ко рту стакан.

Когда напилась, меня подняли, очень бережно и перенесли на кровать. Опустила голову на подушку и медленно раскрыла глаза.

Адриан смотрел настороженно, будто чего-то ожидая. Черты его лица заострились, взгляд потемнел…

– Думаешь… не стала ли я союзницей Сивилы? – хрипло протянула я и закашлялась, впрочем, это не помешало мне улыбнуться.

– А это не так? Чего она хотела? – напряженно спросил Адриан, пристально глядя на меня.

– Выбирала цветы себе на могилку. Советовалась, – пошутила машинально, но инквизитор был возмутительно мрачен. – Ну ладно… хотела, чтобы я тебя предала, заманила в ловушку. Грозилась убить моих близких.

Желваки дрогнули на безупречном лице графа, вызывая во мне отчаянное желание податься вперед и коснуться его.

– Зачем ты мне это рассказываешь?

– Глупый вопрос, – повернула голову в сторону окна, чтобы не поддаваться соблазну. – Я не собираюсь тебя предавать. А сестру и отца смогу и так защитить. Я же не глупая, чтобы в такие угрозы верить…

Умолкла с удивлением покосившись на Адриана, который вдруг решил меня обнять. Просто лег сверху и обнял, уткнувшись носом в мою шею.

– Вы чего? – сипло поинтересовалась, несмело поднимая руку, чтобы провести ей по спине инквизитора.

– Ничего. Просто помолчи немного… – прошептал он, обжигая кожу горячим дыханием.

Губы изогнулись в ироничной улыбке. Ладно, я помолчу…

Глава тридцать шестая

* * *

Сивила очнулась оттого, что помощница хлещет ее по щекам, поливая какой-то вонючей дрянью. Изо рта вырвался пугающий хрип.

Приложила руку к шее и замерла, ощущая липкую теплую кровь.

Все-таки укусил… тварь!.. поганый пес!.. ничтожество Мертвого Мира!..

– Вам нельзя вставать!.. – запричитала помощница, прикладывая теплый компресс к шее. – Нельзя говорить и шевелиться. Просто лежите!

«Кара мне за все ответит… маленькая гадина. За все!..»

* * *

Адриан пересел в кресло, позволив мне нормально вдохнуть, но лучше бы я и дальше задыхалась под тяжестью его тела… тепло было. Комфортно.

– Думаю, меня опоила Вилма.

– Дэс! – равнодушно позвал граф, глядя на меня изучающим пристальным взглядом. – Точно ничего не болит? Лучше обратиться к лекарю.

– Не стоит, – слабо улыбнулась, отмечая сбоку движение и одновременно поражаясь. Как Дэсу удается настолько бесшумно передвигаться всякий раз, и в принципе, оставаться незаметным?

– Да, сэр, – помощник поклонился, скользнув по мне неодобрительным взглядом, словно я в чем-то провинилась. Мне нравится Дэс, но похоже, у него предвзятое отношение ко всем ведьмам. Ничего… пройдет.

– Найди камеристку мисс Сноул и притащи ее в Орден, нужно выяснить, действовала ли она по собственной воле или находилась под внушением.

– Она могла сбежать, если действовала из собственных побуждений, – заметила я.

– Найдем, – уверенно пообещал Дэс и растворился в сером тумане, как уже делал однажды. Прямо оторопь берет, жуткое зрелище…

– Он точно человек? – логично, что у меня закрались сомнения.

Адриан усмехнулся и сцепил руки в замок, откинувшись на спинку кресла.

– Это сейчас неважно. Важно другое, жива Сивила или…

– Мне кажется, ранена, – неуверенно произнесла и приподнялась на подушках, превозмогая назойливо-гудящую головную боль. – И я вот что поняла, уничтожить ее во сне можно, но лучше не стоит.

– Почему? – задумался граф, склонив голову набок. – Странно, но я бы не подумал, что во сне можно причинить Сивиле вред. Мне казалось, сон нематериален, нечто эфемерное, ненастоящее.

– Не совсем, – уверенно произнесла я и поморщилась. – Сивила не наводит иллюзию, не управляет сном других людей, находясь в реальности. Сивила именно проникает в чужие сны, точнее ее сущность, а тело в этот момент находится без сознания. Значит и убить ее можно. Но не нужно.

Адриан непонимающе выгнул бровь, нахмурившись.

Я усмехнулась.

– Вы еще не до конца доверяете мне, а сами обниматься лезете.

Граф поразительно оцепенел, будто смущается, а я приглушенно рассмеялась.

– Ладно вам, я объясню, что имела в виду.

Граф подал мне стакан с водой, вернулся на свое место и приготовился слушать.

– Если мы уничтожим сущность Сивилы во сне, ее тело в реальном мире погибнет, но мы не найдем его, потому что не знаем, где ведьма скрывается. Также мы не найдем ее последователей и союзников. В идеале, нужно Сивилу вытащить из сна в реальность, чтобы задержать, судить и приговорить к публичной казне, которая послужит уроком другим. Такая ведьма не должна просто сгинуть бесследно.

Граф задумчиво огладил подбородок и прищурился.

– Ты знаешь, как это сделать? Как вытащить ведьму из сна? Знаешь ведь… – азартно улыбнулся он, не скрывая предвкушения. – Пират предупредил меня, что ты сильнее, чем кажешься, и сегодня я в этом убедился.

– Знаю, – не стала отрицать, – но есть две проблемы.

Адриан красноречиво промолчал, а я продолжила.

– Первая: мне нужен предмет, который хоть как-то связан с Сивилой. Любая вещь, которая принадлежала ей, которой она касалась. Вторая проблема, мне необходимо провести запрещенный ритуал привязки на крови.

– То есть, нужно мое разрешение? – иронично усмехнулся он.

– Естественно, – охотно кивнула я. – И вы должны знать, что во сне я уже совершила нечто незаконное и тоже на крови, на собственной. Но там я вроде находилась не в реальном мире, так что…

– Я понял, – плохо скрывая улыбку, произнес Адриан. – Считай, разрешение я дал. А предмет… по идее завтра у нас должно состояться свидание… Не желаешь прогуляться по катакомбам, в которых Сивила скрывалась длительное время?

– О, – притворно удивилась я. – Как романтично. Разве могу я отказаться. Прогулка по катакомбам, мрачным и сырым…. у-м-м… всю жизнь мечтала.

Адриан усмехнулся и поднялся.

– Сейчас я отнесу тебя в ванную, помогу ополоснуться…

– Ум, нет, я сама, – произнесла смущенно, свешивая ноги с кровати. – Лучше позаботьтесь о чае, травяном чае. И в сумке… моей сумке, вон там, есть пузырек с обезболивающей настойкой. Добавьте в чашку пятнадцать капель, буду признательна.

Адриан подал мне руку, помогая, а его лицо… его поразительное, словно из воска, лицо приобрело живость. Эмоциональность.

– Ты взяла меня в рабство. Не стыдно?

Я деланно задумалась.

– Эм-м… нет. Хотя… нет. Точно нет, – усмехнулась и, прихватив халат, отправилась в ванную.

Долго плескаться не стала, да и слабость все еще мучила. Но это ерунда, пройдет. Я только надеялась, что Вилма все же находилась под внушением, тогда я ее прощу и забуду об этом недоразумении. Хорошая она.

Когда вышла, стол в покоях уже был накрыт, а меня дожидался не только Адриан, но и лекарь. Граф все же пригласил его.

Усмехнулась и подошла, запахиваясь сильнее.

– Мисс, – лекарь поклонился, прикладывая руку к животу. – Позвольте осмотреть вас?

– Пожалуйста, – согласилась я, но бросила на графа многообещающий взгляд.

– Я нашел твои капли, – он приблизился и сунул мне в руки голубую, из хрупкого фарфора чашку.

Благодарно кивнула и залпом выпила чай, зажмурилась и выдохнула.

Лекарь вопросительно вскинул бровь, но промолчал и приступил к осмотру.

Как и ожидалось, со мной все в полном порядке. Лекарь посоветовал мне хорошенько отдохнуть, выспаться и простился.

– Вот спать я точно не хочу, – прошептала я, садясь за секретер. – Мне нужно написать письмо отцу, чтобы нашел набор артефактов Ириды и передал их с посланником. А завтра… я смогу сначала встретиться с сестрой?

– О твоем отце позаботятся, – уверенно произнес Адриан, протягивая мне руку. – Но сейчас уже поздно, он, наверняка, спит, только зря потревожишь его своей просьбой. Отправим посланника утром. Если ты утверждаешь, что Сивила ранена, то сейчас ей не до нас. День-два у нас есть.

– Ладно, – со вздохом согласилась и вложила свою ладонь в теплую и надежную графа.

– Все же придется поспать, – сочувственно улыбнулся он. – Я позабочусь о том, чтобы ни с твоим отцом, ни с сестрой ничего не случилось.

– Я рассчитывала на это, – усмехнулась, не возражая, что меня ведут в кроватку, хотя минуту назад категорически была против сна. Женщины… такие непостоянные.

– А ты коварная. И расчетливая, – усмехнулся граф, сильнее сжимая мою ладонь. – Не возражаешь моего общества в твоей кровати? Мы со Стефом и Пиратом позаботимся о твоем сне…

– Стеф? Вы дали псу имя? – улыбнулась я, снимая халат. Под ним была довольно целомудренная сорочка, одна из тех, что я прихватила из дома. Хлопковая, простая, закрытая.

Граф устало размял шею и взялся за пуговицы камзола.

– В детстве у Николь была собака, ее звали Стеффи, она сгорела вместе с домом, моим братом и его женой, – безэмоционально произнес он.

Я забралась под одеяло, но не легла, а откинулась спиной на подушку и подтянула к себе колени.

– Если не ошибаюсь, найти тех, кто совершил поджог не удалось?

Граф криво усмехнулся. Отбросил камзол на стул и стал снимать рубашку.

– Как раз наоборот. Некромантов, которые с помощью магии смерти и магических рун, чтобы огонь нельзя было потушить, подожгли поместье, я нашел быстро…

Я сглотнула.

– Но эта была не их инициатива? Они лишь исполнители?

– Да, – бесстрастно ответил граф и взялся за ремень брюк. – Даже пытки никаких результатов не дали, на некромантов наложили сильное проклятье. Малейшая попытка рассказать – и наступает мучительная смерть, хоть и довольно быстрая.

Я поежилась и обхватила колени руками.

– Ты… подозревал ведьм? – невольно перешла на «ты» и, в принципе, не хочу переходить обратно. Так даже уютнее, так мне нравится больше.

– Да… – просто ответил Адриан и снял брюки, заставив меня мучительно покраснеть и отвернуться. Мужские трусы вкупе с натренированным телом не должны вызывать у меня такой бурной реакции, мне почти тридцать, но… – Наложить такое проклятье могла лишь ведьма, это ваше направление. Маги действуют иначе.

– Но ты все равно заключил со мной сделку… Почему? – меня искренне волновал и беспокоил этот вопрос. Из миллиона нормальных людей Адриан Де Камелье выбрал ведьму. Почему?

– Потому, – усмехнулся он и нырнул под одеяло. – Ты ведьма, Кара. Самая настоящая ведьма, но другая. И я рад, что выбрал тебя. Довольна? – граф скептически выгнул бровь.

– Вполне… – смущенно улыбнулась и сползла вниз, устроив голову на подушке. – Я рада, что вы мне доверяете.

– «Тебе», – терпеливо поправил граф, распахивая для меня объятья. – Учись говорить на «ты», самой же проще.

Проще… и лежать у тебя на груди проще и лучше, чем на подушке. Да и пахнешь ты вкуснее… чертовски вкусно.

Прижалась к теплому, обнаженному боку и умиротворенно прикрыла глаза.

Глава тридцать седьмая

* * *

Вещи камеристка прихватила с собой. Собиралась быстро, судя по опрокинутому стулу и оброненному платку.

Платок Дэс подобрал и поднес к носу, глубоко втянув воздух, а его глаза налились тьмой, стали непроницаемо-черными, словно Бездна…

Зажимая белый хлопок в руке, Дэс огляделся: не забыла ли камеристка чего важного? Здесь – она держала сумку, здесь… в ящике стола, хранила порошок, который и отправил ведьму в бессознательное состояние.

Ведьма не нравилась. Раздражала даже. Но… Дэс замер, задумавшись. Еще раз понюхал платок и вдруг осознал… он готов перегрызть камеристке горло, если бы с ведьмой, которой доверяет хозяин, что-то случилось.

Лучше бы гадине не сопротивляться при задержании.

Долго искать не пришлось. Дэс почти сразу напал на свежий след, который вел за городские ворота. На опушке леса, у старого кладбища, стоял покосившийся от времени дом. Из трубы шел слабый дым, словно печь только растопили…

Дэс обошел дом по кругу, принюхиваясь. Глаза потемнели.

Камеристка точно находится внутри, осталось побороть инстинкты… Не потерять человечность, дарованную инквизитором. Не подвести его. Оправдать доверие.

Рвано выдохнув, Дэс отдернул края колета, пряча внезапно отросшие когти, и, прочистив горло, вошел в дом.

… сломав замок.

Точнее, не заметив замка. Он вырвал его с «корнем» и виновато произнес:

– Упс…

Камеристка вскинула испуганный взгляд и дернулась в сторону окна, выронив из рук полено.

– Я бы не стал этого делать, – сухо произнес Дэс. – Я немного зол, а ты бесишь меня. Но, впрочем, давай, беги. Тем интереснее…

И хотя прямой угрозы не было высказано, камеристка испуганно задрожала. Взгляд наполнился животным ужасом, в больших глазах задрожали слезы.

– Я из-за сестры это сделала! – воскликнула она, оседая на табурет. – Ее держат в Ордене и собираются судить, а Сивила… Сивила сказала, если я выполню ее… просьбу, она поможет Энни бежать. Освободит ее.

Дэс равнодушно протянул браслеты и жестом приказал встать и повернуться.

Хозяин будет доволен…

* * *

Проснуться пришлось рано.

За окном едва брезжил рассвет, птицы зловеще молчали, листья и трава еще не оправились после вчерашней непогоды. Прямо во дворе императорского сада валялись сломанные ветки деревьев. Цветы сиротливо поникли…

Я зевала, уперев руки в подоконник.

Граф возник за спиной практически бесшумно, накинув мне на плечи халат.

– Холодно, – бесстрастно произнес он и отошел, на ходу одеваясь. – Сейчас подадут завтрак, поешь хорошо, неизвестно, когда мы вернемся из катакомб, и когда удастся поесть в следующий раз.

– Можно взять с собой, – беспечно хмыкнула я, продолжая смотреть в окно.

Почему-то серый и унылый вид дарил умиротворение.

– Кого? – не понял граф.

– Еду, – усмехнулась и повернулась к нему лицом. – Сделаем бутерброды, нальем в бутыль чай…

Граф скептически выгнул бровь.

– И ты станешь есть на руинах логова Салемских ведьм?

Пожала плечами, заметив:

– Мне, собственно, все равно где есть.

– Я тебя недооценил, – иронично улыбнулся граф и взял со стула свой камзол.

Никто из нас, после проведенной вместе ночи, дискомфорта не испытывал. Да, ничего такого между нами не происходило, но все же незамужней девушке не пристало спать в одной кровати с неженатым мужчиной. С женатым тоже не пристало.

Мы будто бы прожили вместе добрых лет десять и привыкли. Ко всему привыкли. Находиться рядом, говорить, завтракать вместе…

– Ты в этом пойдешь? – лукаво поинтересовался граф, окидывая меня красноречивым взглядом.

– Халат уже не в моде? – отозвалась я и направилась к шкафу. – Вы вот могли бы сходить к себе и переодеться.

– Зачем? От меня дурно пахнет? – притворно удивился граф. Знает же, что нет. – К тому же я принял душ, пока кто-то бессовестно пускал слюни в подушку.

Я изумленно ахнула, прижимая к себе прогулочное, из жаккарда, платье.

– Какая наглая ложь!

– А вот и нет… – хищно протянул он, внезапно приближаясь. – У тебя остался здесь след.

– Где? – прошептала, вжимаясь в дверцу шкафа.

– Здесь… – сипло ответил граф и склонился, касаясь моих губ своими.

Глаза непроизвольно закрылись. Я даже не предприняла попытку к сопротивлению. Позволила поцеловать себя, позабыв о сделке, о моральных принципах и логических доводах.

На затылок опустилась горячая ладонь, сжимая мои волосы в кулак. Мои губы порывисто раскрыли, довольно жестко, но тут же ласково провели по ним языком, будто бы дразня.

Из груди графа, как и из моей, вырывалось прерывистое дыхание. Под моей ладонью бешено колотилось сердце инквизитора…

Граф оторвался от моих губ, прижал меня к себе и поцеловал в висок.

– Что это было? – хрипло поинтересовалась, пробубнив в его плечо.

– Тренировка, – также хрипло отозвался граф. – Хотел убедиться, что ты готова к пятому пункту.

– И как?

Адриан отстранился, внезапно завораживая меня своими сверкающими льдисто-серыми глазами. Сверкающими желанием и страстью…

– Нам следует еще потренироваться… – низко протянул он и снова накрыл мои губы поцелуем. На этот раз более ласковым и трепетным.

Мелко задрожала, ощущая, как сердце срывается на бег, как закладывает уши, как от желания туманится разум. Я поплыла. Буквально. От одного поцелуя. Какой позор…

– Продолжим в другой раз, – Адриан отстранился, тяжело выдыхая, как раз в тот момент, когда в покои вошел слуга, катя перед собой тележку с нашим завтраком.

Глава тридцать восьмая

Катакомбы находились, как ни странно недалеко от Нисхельма, но в месте таком… несведущий человек никогда бы не нашел вход.

Карета покачивалась, подпрыгивала на кочках, а потом и вовсе остановилась. Нас высадили перед лесом.

Граф шел молча. Стала замечать, что давно привыкла к его молчанию. Оно не тягостное. Привыкла к тому, что граф немногословен и всегда сдержан, но при общении со мной, эмоции проступают наружу. Да чего уж говорить… мало того, что его присутствие не раздражает, в его компании уютно, так и целоваться с ним невероятно приятно.

Проклятье…

– Гадости очередные думаешь? – граф перешагнул лежащее на тропе бревно и подал мне руку.

– Вы как всегда проницательны, – язвительно улыбнулась, с удовольствием хватаясь за надежную широкую ладонь.

– Не думай, – добродушно усмехнулся он, неожиданно прижимая меня к себе. – Поздно думать, Кара… – провел большим пальцем по моим губам, гипнотизируя потемневшим взглядом, заставляя мое сердце биться через раз и выпустил.

Нам пришлось изрядно перепачкаться, чтобы попасть в катакомбы. Дело в том, что каменная плита была завалена валежником, и нам пришлось его разбирать.

– Вход специально завалили, – произнес Адриан, откидывая гниющие ветви.

– Но он и так в овраге, – произнесла я, помогая.

– Постояла бы в стороне, – усмехнулся граф, останавливаясь. Снял перчатки и принялся расстегивать камзол.

– Хотите сказать, что только мешаюсь вам? – скептически поинтересовалась, убирая ветки.

– Хочу сказать… – граф снял камзол и протянул мне. – Что кто-то должен держать мои вещи.

– Нашли вешалку… – пробубнила почти обиженно, прижимая к себе камзол, который насквозь пропах графом. Его парфюмом. Едва поборола внезапное желание прижать вещь к себе, чтобы понюхать, и отвернулась.

– Ты далеко не вешалка, Кара. Я успел кое-что рассмотреть, – со знанием дела, произнес он, продолжая работу. Даже рукава рубашки закатал.

– И что же вы рассмотрели? И главное, когда?

Граф выпрямился, убирая с лица волосы, и лукаво улыбнулся.

– Уверена, что хочешь этого?

– Чего этого? – заторможенно переспросила, ощущая, как мои глаза испуганно округляются.

– Хочешь, чтобы я начал подробно рассказывать, что и когда успел рассмотреть? – глаза графа бесстыже смеялись.

– Бессовестный вы, – смущаясь, промямлила я и отвернулась. Совсем-совсем отвернулась. Лучше любоваться опушкой леса и солнцем, которое робко выглядывает из-за сгустившихся облаков.

Проход был расчищен, но я сомневалась, что граф справится с довольно крупной и, на вид тяжелой, мраморной плитой.

Зря сомневалась. Он уперся в неровный край ладонями, поднатужился и плита поехала в сторону, освобождая узкий и темный спуск, кривые, поросшие мхом ступени.

– Прошу, – немного запыхавшись, улыбнулся граф. – И камзол мой верните.

Усмехнулась и протянула графу его вещь.

– Мы же взяли чем осветить путь? – с сомнением поинтересовалась я, осторожно спускаясь.

– Магию, – уверенно произнес граф. – Ну знаешь, такая светится зеленоватым.

– Очень смешно, – ответила, закатив глаза. – Когда это магию смерти стали использовать как источник света?

– Если использовать голую энергию, то вполне, – отозвался граф, отцепляя трость от пояса. Глаза черепа зловеще светились…

Я сглотнула и огляделась. Это странно, но действительно стало светлее.

– Немного жутковато, – призналась, поежившись.

– Это всего лишь череп из камня, – прошептал граф, подталкивая меня вперед. – Гораздо больше следует бояться меня, мисс ведьма. Не страшно вам с инквизитором в темном лабиринте?

– Эм-м… а знаете, нет. Рядом с вами я чувствую себя в безопасности, – осеклась, прикладывая ладонь к губам, но граф уже потянулся ко мне, ухватил за плечо и нашел мои губы своими…

– Знаешь… – хрипло прошептал, оторвавшись. – Просто не смог удержаться.

– Вы переступили черту… – отозвалась сипло, чувствуя, как пылают щеки.

– Давно… как и ты. Не станешь же отрицать?

– Нет… – прошептала неуверенно, но все же… – Мы оба виноваты.

– Еще как… – Адриан потерся носом о мою шею, безумно дразня и пробуждая неподходящие для обстановки и момента желания. – Может, продолжим наш… гм… разговор чуть позже?

Граф усмехнулся и отстранился, забирая с собой тепло и запах дорогого парфюма…

Идти пришлось долго. Большую часть по воде… ботинки вымокли насквозь. Несколько раз вдоль кривых стен пробегали крысы и прятались в вырытых норах.

Примерно минут через сорок мы вышли в полукруглое помещение: глаз зацепился сначала за перевернутый комод, а потом за алтарь для жертвоприношений. Изумленно моргнула, настолько сильным был диссонанс.

Символы на камне казались до боли знакомыми… красные кристаллы, рунические камни, ритуальный изогнутый нож. Кости…

– Здесь точно есть что-то, что принадлежит Сивиле, – беспечно произнес Адриан, когда мое сердце выпрыгивало из груди, а глаза лихорадочно бегали от одного предмета к другому и запах… запах, совсем не свойственный катакомбам вызывал приступ головной боли.

– Нужно уходить, – прошелестела онемевшими губами и схватила графа за рукав камзола. Мышцы цепенели, руки не слушались…

– Не так быстро… – раздался властный уверенный голос из темноты.

Хлопок – и перед нами вспыхнула стена огня…

Граф дернул меня на себя и закрыл собой. Едва не запнулась, но смогла устоять. На стенах вспыхивали факелы один за другим, выхватывая из темноты фигуры, закутанные в черные мантии.

– Спасибо, моя дорогая, что привела ко мне инквизитора, – насмешливо пропела ведьма, ступая на землю с каменного выступа. Воздушный подол белого платья путался между стройных ног, развеваясь… Сивила выглядела так же, как и в моем сне.

– Что? – опешивши переспросила я и обернулась на Адриана. Его лицо не выражало никаких эмоций. Как всегда, отрешенное и холодное. Ледяная маска… точно, как при нашей первой встречи, но…

… но я не хочу возвращаться в начало.

– Нет! Это не так! Я бы не стала, – не заметила, как голос сорвался на крик, не заметила, как начала дрожать. Только не обвинение в предательстве. – Я бы не стала… – повторила шепотом, повернувшись к Адриану.

– Ну что ты, милая? Ты правильно поступила, сделала, как я тебе велела…

Адриан молчал, глядя Сивиле в глаза, и перехватил трость. Но ведь магия смерти не действует на живых… успела подумать я, но не успела понять, как трость стала тонким обнаженным лезвием все с той же рукоятью с набалдашником в форме черепа.

Не давая ведьме опомнится Адриан запустил катану…

– Нет! – со своего места сорвалась ведьма в мантии и толкнула Сивилу, защищая собой. Лезвие вошло ей в спину, заставив меня пораженно ахнуть.

– Уходи! – грозно выкрикнул Адриан и пихнул меня к выходу…

– А, нет! – раздалось за спиной и, как по команде, сверху посыпались камни, закрывая узкий проход.

Закашлялась от пыли и отшатнулась, прикрывая рукой глаза.

Сивила щелкнула пальцами, и под ногами задрожала земля. К потолку взвились толстые гибкие корни… Адриан дернулся ко мне, потянулся рукой к отвороту сапога за кинжалом, но запястья его рук опутали проклятые корни. Дернули его в воздух, растягивая, словно на дыбе…

– Прости Адриан, но честно говоря, ты мне не нужен.

– Что? – в ровном обычном голосе слышалось удивление, непонимание, но не растерянность. Почему даже подвешенным в воздухе, граф Де Камелье продолжает оставаться таким раздражающе невозмутимым?

– Мне нужна была она, – улыбнулась Сивила, приближаясь ко мне. – Просто невероятно потрясающее вместилище для сущности Мертвого Бога. Сильная, умная, талантливая. Жаль, что я заметила это так поздно, потеряла столько времени…

Адриан дернулся, но корни лишь сильнее опутали его запястья и потянули в разные стороны.

Невольно зажмурилась, очень боясь услышать треск рвущейся плоти.

– Давай, Кара, исполни предназначение! – ведьма внезапно оказалась рядом, воспользовавшись тем, что я отвлеклась, и толкнула меня, сделав бессовестную подсечку.

Я упала спиной на холодный ровный камень, сразу понимая, что это алтарь.

Сивила схватила ритуальный нож, но я перекатилась, швырнув ей в лицо приготовленные перья и сушеные травы.

Бросилась бежать, но через минуту меня скрутили верные последователи Сивилы. Заломили руки, несмотря на мои отчаянные попытки вырваться, а без рук, я бессильна. Любое, даже простое, проклятье требует закрепления символом.

Мне удалось одной ведьме сильно отдавить ногу. До крика. Другой разбила локтем нос, но я не боец…

– Ах ты гадина! – воскликнула разъяренная молодая ведьма и ударила меня по затылку чем-то твердым и тяжелым.

В глазах потемнело…

Меня тут же схватили под руки и уложили на алтарь, приковывая цепями… Я почти потеряла сознание, почти находилась в беспамятстве, но зацепилась взглядом за зеленоватый туман, который стелился по земле, медленно принимая очертания пса, и на губах появилась улыбка.

Теперь все будет хорошо. Адриан не дал бы мне погибнуть, главное… главное, чтобы он верил мне…

Глава тридцать девятая

* * *

Лязг цепей о камень заставлял морщиться и бессильно дергать руками.

Корни держали крепко и при малейшем движении сильнее обвивали запястья.

Сивила нараспев читала заклинание грудным звучным голосом, от которого невольно хотелось сжаться в комок, но Адриан не мог позволить себе такой слабости. Одна за другой послушные ручные ведьмы подходили к алтарю и проливали в чашу свою кровь, сделав надрез у основания ладони. Богу Мертвых нужно много крови. Много-много крови, которую вольют в Кару, но перед этим опоят ее мерзкой дрянью. Адриан уже видел похожий ритуал.

Воспоминания пронеслись в памяти подобно вспышке молнии…

Селена однажды пропала. Еще до рождения Каяна, на первом курсе. Ее искали всей академией, но безрезультатно. В то же время Адриан получил первое серьезное поручение Ордена. Хотя… нет, не первое. Но Адриан впервые столкнулся с Салемскими ведьмами, тогда во главе стояла Лилит – мерзкая, седовласая старуха, жаждущая бессмертия. Адриан без сожаления отправил ее на костер. Но важно не это…

На алтаре тогда была Селена, точно также как сейчас Кара, а среди последователей Лилит стояла Сивила, глядя на Адриана из-под широкого капюшона мантии. Он запомнил этот взгляд, но забыл важное…

… или ему помогли забыть.

У Селены есть родная сестра-ведьма, которая давно находится в бегах. И… Селена, после своего спасения, слезно умоляла не трогать сестру.

«Сивила одумается… – говорила она. – Все совершают ошибки…»

Но сейчас Адриан уверен, что совершил ошибку именно он. Что позволил себя обмануть, позволил Селене воспользоваться доверием и приложить усилия для того, чтобы он до сегодняшнего дня не вспомнил о том случае.