Текст книги ""Фантастика 2025-59". Компиляция. Книги 1-29 (СИ)"

Автор книги: Кристина Римшайте

Соавторы: Дина Сдобберг,Никита Семин,Михаил Воронцов,Дэйв Макара,Родион Вишняков
сообщить о нарушении

Текущая страница: 174 (всего у книги 335 страниц)

– Диана, – смотрела она в мои глаза с заметным волнением. – Скажи, я ведь не ошибаюсь? У меня же с появлением внучки вернулась и дочь?

– Да, мама, – произнесла я это очень важное слово, понимая, что не придаю свою маму и не отрекаюсь от неё, а лишь дарю немного счастья ещё одной женщине. – Если ты позволишь.

Обид, нанесённых матери, в памяти Дианы хранилось предостаточно.

– Глупая, какая же ты у меня глупая гордячка, – обняла меня леди.

Леди Лидия вместе с наставницей Дафной всё время проводила с девочками, позволяя остальным тратить время и силы на работу. И кажется, что во время того разговора она сбросила не просто огромный груз непонимания с дочерью и тревог за внучку, но и несколько лет. Или это так её меняла открытая и радостная улыбка.

Докатилась до нас и взрывная волна от предсказанного Генкой скандала. Буквально через пару дней после приезда леди Лидии, во двор замка въехала дорожная карета с гербами графов Барсев. Я напряглась, ожидая неприятностей. Худощавая фигура леди Саманты Барсев, затянутая в идеального пошива бежевое платье, казалась мне просто штандартом приближающихся проблем. Не успокоила меня и вышедшая из экипажа следом за матерью Талиана, единственная дочь вдовствующей графини. Замученная строгим воспитанием матери и слабым здоровьем, о котором все были наслышаны, Талиана тем не менее с явным любопытством осматривалась по сторонам. С не меньшим любопытством рассматривали и её. Причём сразу Майкл и Эля.

– Леди Пембрук, дорогая, – поспешила ко мне графиня, да так резко, что я чуть не шарахнулась в сторону с её дороги.

– Вы наверняка устали с дороги, – решила я перенести встречу в ограниченное пространство рабочей комнаты. – Может уйдём в прохладу замка? Я попрошу сорру Филиппу подать чай. Вам с мелиссой или вербеной?

– Мелисса? Уже этого года? – светски улыбалась графиня. – Какая прелесть.

– А мне можно со сливками? Если вас не затруднит, – с трудом отвела взгляд от встрëпанного, как весенний воробей, Майкла Талиана.

Майкл был не по возрасту высоким и крепким парнем, да и выглядел лет так на семнадцать. И после того, как мы решили, что ему нет смысла носить даже ту имитацию ограничителя, которая заменяла настоящий ошейник с того момента, как лорд Карл взял его под своё крыло, полюбил носить рубашки, широко оголяющие шею и часть груди. Взглядов он привлекал немало, так что и поведение Талианы меня не удивило. Вот только она была леди, и хотя Диана одно время общалась с девушкой сильно уступавшей ей в возрасте, но и разница между Талианой и Майклом оставалась более, чем значительной. О чём я собиралась намекнуть Майклу, подмигнувшему покрасневшей девушке, пользуясь тем, что всё внимание вдовствующей графини сосредоточенно на мне.

– Ой, кобееель, – насмешливо протянул у меня за спиной Генка-Герда.

– Ничего страшного, – тихо фыркнула я.

– Ты уверена? – пользуясь тем, что со стороны наша беседа выглядела так, словно я даю какие-то поручения, спросил Генка.

– Конечно, – приподняла бровь я. – В конце концов, я была замужем за одним и воспитала ещё троих.

– Пф… – скривился Генка. – Перуновы однолюбы. Любят в жизни только раз.

– Ага, – кивнула я. – Вот только влюблены, зараза, постоянно!

Не дожидаясь ответа, я подошла к леди Саманте. Проводив гостей в комнату, и дождавшись, когда перед нами поставят поднос с угощением, я решила узнать о причине столь неожиданного визита.

– Леди Диана, должна заметить, что даже в столь плачевных обстоятельствах, отрадно видеть идеальную сервировку. Похвально, что вы выделяете тех, кто позволяет нам помнить кто мы, – кивнула графиня на поднос. Бело-розовый форфор с миниатюрной веточкой цветущей вишни смотрелся очень изящно. Филиппа поставила и розетку с мёдом, и молочник со сливками, не забыла она и про салфетки.

– Мы получили ваш отчёт, леди Диана. И были в таком ужасе, что пришлось ещё дважды организовывать встречу. Честно говоря, первое, что мы испытали, это были шок и растерянность. Мы просто не знали, что делать! – двумя пальчиками удерживала чашку над блюдцем графиня.

– Вы? И не знали что делать? – улыбнулась я. – Позвольте вам не поверить.

– Тем не менее, это так. Знаете, выход предложила ваша кузина. И её горячо поддержала леди Аврора. – Чуть сжала губы графиня, а Талиана не удержалась и подняла взгляд к потолку.

– Леди Саманта, ну, неужели вы не можете забыть разорванную помолвку сына леди Авроры и вашей дочери? – вздохнула я.

– Леди Диана, если говорить на чистоту, то уже вся столица осведомлена об истинных причинах вашего прошения о разводе, внимания вашей матушки к этому пансиону и вашего желания жить после развода в уединении. Что было удивительным, учитывая, что вы одна из самых ярких леди. И поверьте, я вас прекрасно понимаю. Эта унизительная боль, когда ты даришь супругу ребёнка, когда сила твоей любви позволяет пробудиться в ребёнке дару… И не надо пытаться меня перебить, леди Диана. Я твёрдо убеждена, что одарённые дети без любви не рождаются! А ещё я помню, что на всех ваших балах, первый танец принадлежал Генриху Пембруку. Скольким кавалерам вы отказывали, стоило этому лорду подойти и протянуть вам руку в приглашении? А ещё я лично наблюдала рыжую макушку злодея, обломавшего мой любимый куст двухцветных роз, букетик которых был в ваших волосах во время первого бала в моём доме после окончания пятилетнего траура по моему мужу. Поэтому я ни на минуту не поверила в слухи о вашей связи с Альбусом, и всегда говорила, что это несусветная чушь! И узнать, что пока твоя дочь, одарённая с рождения настолько, что пришлось надеть на собственное дитя ограничитель, чтобы она не навредила себе… И ты… А муж не просто изменяет, но и имеет вполне взрослого сына…

Было непривычно видеть леди Барсев буквально захлёбывающейся эмоциями.

– Я как никто понимаю вас, Диана. Но я искренне и от всей души желаю вам никогда не узнать тех чувств, которые приходится испытать, когда твою дочь, воспитанию которой ты посвятила жизнь, бросят почти у алтаря, предпочтя… – замолчала она.

Глава 62

Я сложила интерес Микаэль, вспомнив об особенностях её дара и способности просто видеть других одарённых, слова графини и всем известную беспричинную болезненность Талианы.

– Подождите! – нахмурилась я, озвучивая очевидный вывод. – Талиана озар? Но почему вы молчали об этом?

– Почему я слышу этот вопрос от вас, дорогая? Талиана, я думаю, что тебе не помешает профтись после долгой дороги, – усмехнулась леди Барсев и продолжила, после того, как девушка удалилась. – От той, кто скрывала сам факт рождения одарённой дочери? Я молчу по той же причине. К счастью, в моей жизни не случилось таких событий, когда я была бы вынуждена раскрыть эту тайну. Если поклянëтесь не повторять слова сказанные мной здесь и сейчас, я озвучу, а вы сравните, совпадает ли с вашими.

Клятва именем сорвалась легко, тем более, что я почему-то не ожидала ничего плохого. И оказалась права.

– Кто бы и что не говорил в свете, – рассказывала, получив от меня клятву леди Саманта. – Но я очень сильно люблю свою дочь. И я хочу, чтобы её руки добивались те, кто будет искренне заинтересован в её привязанности. А не из-за состояния или дара. Ещё не хватало, чтобы на моей дочери женились, для оздоровления рода!

– Состояние? Но насколько всем известно, оно весьма скромное, – подобрала я слова помягче.

– Вот и пусть именно это всем будет известно, – самоуверенно усмехнулась графиня. – Жить скромно, не значит не иметь состояния, леди Пембрук. Вас конечно тогда ещё и на свете не было, но я выходила замуж в платье, расшитом голубым иларийским жемчугом. Мой отец не вылазил из военных походов. Не успевала моя мать дождаться его из одной компании, как он уже принимал участие в следующей. К счастью, мой супруг успел показать своё лицо и истинное отношение до того, как я обрадовала его наличием отдельной комнаты в доме моих родителей, которую моя мать переоборудовала под хранилище драгоценных камней. Да и дар у Талианы… Специфический. Лиана способна парить в воздухе, или удерживать взрослого человека, или что-то очень тяжёлое. Например, экипаж. А если она испугана, то воздушная стена сносит всё вокруг неё. Ну и немножко перекручивает.

– Я понимаю, почему вы скрывали состояние, и даже дар, – пыталась осознать услышанное я. – Но зачем было превращать дочь в немощную затворницу?

– Думаю, что не понимаете. – Вздохнула леди Саманта. – Мне повезло чуть больше, чем вам. Дар не пробудился с рождением. И хотя я была уверена, что дочь одарена, я не настаивала на тщательной проверке. Лиана росла и со всем пылом восьмилетней девочки влюбилась в Альбуса Пембрука. Она буквально встречала и провожала взглядом каждый его жест. К счастью, из-за огромной разницы в возрасте, она редко пересекалась с этим… Лордом. Но когда ей исполнилось пятнадцать, она решила признаться ему в своих чувствах. Случай подвернулся неожиданно. Перед той дуэлью, на которой он и погиб, в моём доме был вечер. Когда он близился к концу, и многие, помня о правилах приличия, уже начали разъезжаться, Альбус, будучи изрядно пьян, решил уединиться с одной из дам. А, тайком сбежавшая из своей комнаты и спешащая признаться Талиана, спугнула парочку. Очередная пассия вашего деверя сбежала, боясь быть узнанной. А этот скот, разозлившись, заявил Талиане, что раз она лишила его спутницы в страну удовольствий, то она её и заменит. Он на пал на испугавшуюся девочку, порвал платье, и неизвестно, чем бы это всё закончилось. Но пробудился дар дочери. Её многолетняя влюбленность закончилась мгновенно и она защищала себя как могла. У Альбуса были сломаны несколько рёбер и повреждена рука. А утром была дуэль. Конечно, он ничего не сказал о своих травмах, ведь пришлось бы сообщать и где и при каких обстоятельствах он их получил. А пьяный лорд напавший на ребёнка благородного происхождения… Титула лишали и за меньшее. Но я уверена, что значимая доля его смертельного проигрыша заслуженно принадлежит травмам, полученным в тот вечер.

– Талиане пришлось учиться управляться с даром, – догадалась я о истиных причинах внезапных недомоганий.

– Конечно. И это было не просто. – Кивнула графиня. – Да и много вы знаете лордов, готовых повести к алтарю леди, способную буквально сначала приподнять, а потом шмякнуть об землю разозлившего её лорда одним взмахом руки? К сожалению, я знала только одного.

– Сына леди Авроры? – поняла я причину столь долгой обиды графини.

– Или графа Тристана Сторил, – подтвердила мою догадку леди Саманта. – Но личные обиды не должны вмешиваться там, где решается будущее империи. А вопрос стоит именно так. Ваша кузина привела в пример вашего деда. Он уже был вдов, когда привёл в дом одарённую жену. Поэтому никакого оскорбления или обиды никому из членов семьи нанесено не было. Ваша бабушка пользовалась уважением и любовью всех членов семьи, включая и старших дочерей мужа. Она действительно была женой, а не узаконенной любовницей. Аврора привела пример своего сына. Опять же, и жена её сына, а она именно жена, и внуки, никаких притеснений не знают. Дома нет скандалов, сама Аврора и сходит с ума при виде внуков, то не от обиды и ревности, а от счастья и желания немедленно затискать внуков. Внуки это совсем не дети твоего законного мужа от молоденькой любовницы! Мы долго обсуждали ситуацию, взяли время на обдумать и в итоге мы сами составили обращение в канцелярию императора. Мы долго описывали ситуацию, сложившуюся в империи, привели пример ваших страшных открытий и попросили ввести дополнительные условия для подающих прошение лордов, как то, что он не должен иметь брачных обязательств. А девушек-озарок приравнять к леди по происхождению с момента заключения брака.

– Так и стал император с этим разбираться. Думаю, его всё устраивает. – Не скрывала скепсиса я.

– Возможно, но наше обращение увидела, ознакомилась с ним и поддержала кронпринцесса Амалия, – торжествующе сообщила мне графиня. – Она потребовала от отца немедленно рассмотреть это дело.

– Потребовала? – представила я, насколько обрадовался император. – О, нет! Нам снесут головы!

– О, да, леди Диана! Наши головы останутся на наших плечах. К тому же, кронпринцесса впервые за свою жизнь вспомнила о том, кто она и заинтересовалась делами империи. Император под давлением обстоятельств и требования дочери приказал подготовить указ в ответ на наше обращение. Так что почти десяток высокородных леди отправились в должности проверяющих по пансионам подобных Де Орли. – Перешла к причине своего появления леди Барсев. – Но не будем забывать, что с момента оглашения указа, больше не будет младших жён. Будут леди. Пусть только по мужу, а не происхождению. Но не жестоко ли заранее обрекать их на насмешки за отсутствие манер? Поэтому совет благородных леди решил, что во всех пансионах необходимо ввести обязательное обучение манерам, положенное леди.

– То есть, – смутно догадывалась я.

– С сегодняшнего дня, я леди-наставница благородных манер, – кивнула леди Саманта. – Кому как не мне обучать юных одарённых тому, что значит быть леди? К тому же опыт у меня есть.

То, что это заявление не шутка, и графиня действительно намерена серьёзно взяться за дело, стало понятно уже на следующее утро. Она сопровождала девочек везде. Разбирала примеры, исправляла ошибки, постоянно готова была отвечать на вопросы и беседовать с девочками. В её отношении не чувствовалось неприятия по отношению к девочкам. И сложно было поверить, что это одна из самых ярых сторонниц ужесточения положения озарок.

Сегодня мы уже планировали закончить с парком. Двухнедельная уборка логично подходила к концу. Тем более, что помимо обитателей Де Орли, нам охотно помогали и жители городка. Со всего замка сняли крышу и демонтировали те стропила, что остались. Каменщики возводили, где было необходимо опоры, подновляли трубы. Кровельщики выставили новый каркас крыш, утеплили и просмолили от влаги. Выложили основу под черепицу и намертво закрепили водоотводы. Все башни Де Орли уже красовались новой терркотово-красной черепицей. Сейчас уже выкладывали четырёхскатную крышу основных крыльев здания.

Новые двери и окна создавали ощущение уюта, растворяя то впечатление зловещих развалин, которым пугал замок изначально. Бело-серый гранит, отмытый и кое-где заново отшлифованный сверкал вкраплениями кварца на солнце. А чуть в стороне ждали своего часа отшлифованные плиты местного серого гранита для крыльца и парадной площади перед ним. Подарок графини Барсев пансиону.

Девчонки бегали с аккуратно уложенными в связки ветками и хворостом. Мужчины распиливали на дрова выкорчеванный с корнем сухостой. Кто мог подносил брёвна. Вокруг царила деловитая атмосфера такого дружного муравейника под внимательным взглядом лениво наблюдавшего за всем Баюна. Генка-Герда работал в паре с Майклом. Я держалась к ним поближе, так как знала, что именно сегодня Генка собирался улучить момент, чтобы выяснить правы ли мы в своих догадках.

– Эх, хорошо-то как! – улыбаясь произнёс он, поднимая очередное бревно. – Прямо как наши субботники в шестьдесят три сто восемьдесят четыре, да Миш?

– Что… – просипел Майкл удивлённо распахивая глаза. – Батя? Батя!

На радостях он выпустил бревно, Генка свой конец от неожиданности тоже не удержал, а отпрыгнуть не успел. И схватился за ногу, оглашая окрестности отборным матом.

– Герда! – одëрнула Генку тут же появившаяся леди Саманта. – Я всё понимаю, но прошу не забывать, что вокруг вас юные леди, которым подобные знания совсем ни к чему! Леди, прошу минуточку внимания! Как достойно выйти из подобной, прямо скажем, сложной ситуации?

– Извиниться? – спросила Джули.

– Именно, – кивнула леди Басев. – Лёгкая улыбка и прямой взгляд, вы сожалеете и вам нечего скрывать. И обязательное: «Прошу простить мою неловкость. Мне так жаль».

– Но ведь такие слова говорить нехорошо, а если больно и они вырвались? – уже обнимала Генку-Герду Микаэль явно жалея.

– Отличный вопрос, милая, – улыбнулась графиня. – И так, есть ситуации, когда физическое начало сильнее воспитания. Вот как сейчас. Тут надо чуть опустить взгляд, показывая, что вы смущены, и извиниться за свою несдержанность.

– А ты чего замер заслушался? – пробасил один из помощников, державший кузни в городе и по окрестностям, слегка хлопнув по плечу своего сына. – Тоже чтоль ледью быть собрался? Ты смотри, если ты мне в кузни молот на ногу уронишь, или поддув не вовремя дашь, и мне морду опалит, я тебе свои извинения по хребту выписывать буду и без всяких там сожалений.

– Ааа… – перевёл на меня подозрительный взгляд ещё обалдевший Мишка.

– Потом поговорим, – буркнул Генка, идя прихрамывая к распиленным под рубку пенькам.

– Снимай ботинки, надо посмотреть, что с ногой, – поспешила к нему я.

Но заняться полученной мужем производственной травмой не получилось. У нас снова были гости. Глухой экипаж с эмблемой йерлов и гербом империи. Йерл Ольдег вышел первым, следом за ним вышел хмурый и чем-то недовольный незнакомец в форме. Последней, опираясь на руку предыдущего посажира, из экипажа выпорхнула русо-рыжая девушка. Удивительным был её наряд. Она была в брюках и кителе.

Незнакомка мгновенно заметила Баюна и под недовольным взглядом сощуренных взгляд брюнета уверенно направилась к коту. Из сумки-корзинки, напоминающей перевозку, выпрыгнул точно такой же чёрный красавец, как мой Баюн. И уверенно направился к млеющему на солнцепёке Баюну. Тот лишь приподнял голову и что-то муркнул. Незнакомка рассмеялась и сняла закрывающий шею шарф.

– И как же зовут этого красавца? – поинтересовалась она.

– Баюн, – ответила я, подходя к ней. – А как вас зовут?

Что-то смутное мелькало в памяти…

– Баюн, значит. Интересное имя. – Хмыкнула рыжеволосая красавица. – А мой Лекс.

– Как? – привстал с пеньков Генка.

– Ну, а я Таисия Сторил. Для близких просто Таис. Или лучше Тося, – и внимательный, прямой взгляд глаза в глаза.

Глава 63

Историю графини Сторил знала вся столица. Шутка ли, девица из благородного рода, в прямом родстве с одним из герцогов и в дальнем с самим императором, переодевается парнем, выдаёт себя за своего брата близнеца и поступает в высшее учебное заведение. Причём гордящееся тем, что последней женщиной, проходящей по коридорам академии высших ювеналов, была сама королева-изгнанница.

Правда академия тогда была лишь частью огромного замкового комплекса королевства. Ещё далеко не империи. А тут девушка по невнятным причинам обнулила им такой срок! Да ещё и училась, и впервые в истории академии, если не империи, получила диплом. А уж леди, ставшая помощницей старшего йерла столичной управы… До сих пор не представляю, как наши леди смогли оторваться от такой новости.

Я правда особого значения этому не предала. С леди Таисией Диану ничего не связывало, она даже вспомнить, как графиня Сторил выглядит, не могла. Зато сейчас я согребала в голове всё, что только могла вспомнить из обрывков сплетен.

– Леди Таисия, давайте соблюдать уложение службы? – недовольно одëрнул девушку её начальник. – Впрочем, вы можете уволиться со службы в любой момент!

– Не дождëтесь, йерл Ногарэ, – приподняла бровь в знакомом жесте Таисия. – И первым субординацию нарушил, между прочим, Лекс. Но ему вы замечаний не делаете.

– Старший йерл Нудисл, леди Пембрук, – с усталым вздохом произнёс йерл представляясь. – Нам необходимо побеседовать, и я хотел бы это сделать без свидетелей.

Мне показалось, что леди просто нравится злить своего начальника, вот она и старается. Но в душе был такой раздрай! Узнавание сменялось сомнениями, логика молчала, интуиция и вовсе решила затаиться. С одной стороны, чёрный кот Лекс. С другой, здесь эти коты редкостная роскошь, их приобретают, чтобы подчеркнуть статус и достаток. И Лекс… Здесь тоже была латынь, тоже древний язык, ставший теперь своеобразным стражем элитарных знаний. Язык знати, медикусов и ювеналов. И такая леди, как графиня Сторил, вполне могла дать имя, означающее «Закон», своему любимцу. Просто так, а не потому что так его звали в прошлой жизни. Шрам, такой же, как у моей сестры, леди получила недавно, но в детстве пережила покушение, когда еле выжила сама и смогла вытянуть брата, но потеряла дар. Значит, в смертельной опасности леди была… И если Тося с тех пор…

Нет, слишком уж тихой была графиня Таисия. А Тося спокойным нравом никогда не обладала. Упрямая, как и все мы. Не признающая препятствий, Тося была решительной и человеком действия. Так что, скандалы с её участием давно бы стали для общества нормой.

– А вы уверены, старший йерл? – спросил Генка, давая мне время прийти в себя. – Мы с леди здесь без году неделя. Рассказать сможем не многое.

– Не переживайте, я доберусь до каждого. Но сейчас мне важно поговорить с леди Пембрук, – прозвучало в ответ.

– Вы же понимаете, что содержание нашей беседы будет известно тем, кому я доверяю? А на сегодняшний день это оставшийся со мной персонал пансиона и конечно наш йерл. Именно к нему мы спешим за помощью, так что он просто обязан быть в курсе всего. – Предупредила я.

– И это вам не умница, разумная и послушная, фрау Саргенс, – фыркнула Таисия.

Йерл Нудисл видимо тоже понял, что просто теряет время. Лишь на секунду прикрыл глаза…

– Хорошо, где мы можем поговорить? – сдался он.

Наша рабочая комната быстро заполнилась людьми. Йерл Нудисл каждого провожал взглядом. Для здешних мест он обладал удивительной внешностью. При взгляде на него я сразу вспомнила о Курико, подруге Тоси, которую мы называли тенью сестры, так как она долгие годы была неизменной спутницей Антонины.

– Самурай небритый, – фыркнул Генка тихо.

– Ростом не вышел, – ответила я. – Точнее перерос.

– Начать наверное лучше мне? – спросила леди Лидия.

Она успешно объяснила про нахождение Микаэль здесь, о деньгах, о том, что видела строгие условия, которые оправдывались необходимой дисциплиной.

– Да кто ж вам правду-то бы показал. Это когда уж наша леди приехала и гонять всех чуть ли не метлой начала, всё ясно стало, – вздыхала Филиппа.

– Кузькиной матерью не угрожала? – хмыкнула леди Сторил, не сводя с меня взгляда. Словно старалась считать мои эмоции.

Я мысленно усмехнулась. Ведь если это она, моя старшая сестра, то у неё точно также как и у меня, кроме имени кота, никаких подсказок.

– Так мы вроде не на выставке, чтобы кому-то и что-то показывать, – приподняла бровь и я, понимая, что этот жест сейчас выглядит зеркальным отражением.

– А я думала, что трибуны не хватило, – продолжила прощупывать почву Таисия.

– Здесь достаточно высоких мест, все окрестности можно посмотреть, – сложила я руки на груди.

– А озеро среди этих окрестностей есть? Я знаете ли очень люблю посидеть в сумерках у воды, рядом с костром, выпить по чашечке чая, – описывала она наши посиделки на Байкале.

– Леди Таисия! – возмущённо прошипел ей йерл Нудисл. – Что за чушь?

– Почему сразу чушь? – пожала плечами Таисия. – А вот фрау Анна вполне разделяет мою любовь к воде. Благо озеро у неё прямо под боком. Она обещала привести в порядок свою часть берега, восстановить беседку на причале и пригласить. Кстати, именно особняк фрау Саргенс, без пяти минут графини Дорангтон, это единственное место в империи, где можно попробовать правильно приготовленную селёдку под шубой.

– Да? – вспомнила где и когда я слышала и фамилию Саргенс, и Дорангтон. – Кажется у леди Анны, раз уж все знают, что она скоро примет титул, тоже живёт дикий кот?

– Живёт? – возмущённо фыркнул старший йерл. – Леди Пембрук, Лихо в доме фрау Саргенс царствует! Ему позволяется больше, чем всё.

– Лихо? – развернулась я к Таисии, понимая, что таких совпадений просто не бывает.

– Лихо, Лихо. И даже не одноглазый, отличный, шкодный и здоровый кот, – подмигнула мне Тося. Определённо Тося.

– Мы можем вернуться от вашей непонятной беседы и обсуждений кошачьего здоровья к причине нашего появления здесь, леди? – вмешался недовольно прищурившись йерл Нудисл.

Впрочем, мне уже казалось, что это у него от природы. Описание наших дел, планов и подозрений много времени не заняло. Старший йерл внимательно осмотрел карту поместья, часто согласно кивал нашим выводам и горячо одобрил решение не только обратиться к йерлу, но и принять дежурящих на территории йерлов.

– Должен признать, что наслышан о вас, леди Пембрук, как о своевольной и даже вздорной леди. Но как оказалось, ваше поведение пример благоразумия! – начал с того, что похвалил меня йерл Нудисл. – Но подробности, которые я вам вынужден сообщить, не самые радостные и успокаивающие. За время моей службы в управе столицы ваше обращение по поводу дел пансиона первое.

– Как? Этого не может быть! – возмутились Мальта и Филиппа.

– К сожалению. Я поднял все журналы и документы, хоть и изначально не верил в то, что что-то найду. – Нахмурился столичный гость. – Дело в том, что йерл, который присылал в пансион бумаги, недавно был разоблачён. Он долгие годы покрывал преступников. К сожалению, методы дознания, которые к нему применили, не позволяют провести допрос повторно. Но у меня есть основания полагать, что он просто помогал скрывать следы преступлений.

– Просто? Просто помогал? – злобно прошипела я. – Исчезали и гибли дети! А вы говорите «просто»?

– Прошу вас успокоиться, леди. Я ни в коей мере не обеляю и не защищаю этого человека! – выставил перед собой руки йерл Нудисл.

– Конечно, один раз попытался, теперь сам без бороды, а я с работой, – довольно заявила Тося. – А что вы собираетесь делать дальше, леди Дина?

– Это же очевидно! Прошение о разводе отзывается, значит леди заберёт дочь и вернётся домой, под защиту мужа. – Развёл руками Нудисл, отвечая на адресованный мне вопрос, пока я соображала наскольно намеренно было изменено имя леди Пембрук.

– Вот ещё, – фыркнула Мальта. – Опасно леди с дочерью одной, да по лесным дорогам.

– Да-да, пускай лорд сами пожалуют, за женой-то, – угрожающе прищурилась Филиппа. – А то уже и папеньку прислал, и сына почти вдове, то есть бывшей жене, сплавил, а сам всё никак.

– Занят видать, в него вон какие детишки получаются, – сложила руки на груди Мальта. – Рыженькие да одарённые.

– Кхмм, – почти безмолвно одëрнула сестёр леди Саманта.

– Думаю, что скорее всего, лорд Генрих сейчас переживает из-за ситуации. Ведь наверняка его отец, лорд Карл, уделил достаточно внимания наставлению сына, – пытаясь сдержать улыбку произнесла леди Лидия.

– Да, лорд Карл мог. Мужик видно, крепкий ещё. Так что может и правда, отлëживается после отцовских наставлений-то, – согласилась с ней Мальта.

– Йерл Нудисл, – начала я. – Видите ли, я не собираюсь покидать пост леди-директрисы данного пансионата.

– Но здесь опасно! – возмутился йерл. – И прошу запомнить, я старший йерл.

– Я и без вас прекрасно осознаю, что здесь опасно. Но вы предлагаете мне сбежать и оставить девочек в этой опасности? – расправила я юбку на коленях.

– Мы аристократки, йерл Нудисл, – заявила леди Саманта. – Леди обязана оказывать покровительство обездоленным и простирать свою защищающую длань над беззащитными. Этому правилу лет больше, чем империи.

– Королева, леди Барсев, не леди, а королева, – сжал пальцами переносицу йерл Нудисл.

– Королева была всего лишь первой леди королевства, – не сдалась леди Саманта. – Но приятно слышать, что и вам не чуждо знание основ.

– Да йерл у нас вообще кладезь знаний, – усмехнулась Тося.

– Нам бы тоже не помешали знания, – вздохнул Генка-Герда, подходя к карте. – Здесь обозначено лишь то, что осталось после попыток перестроить замок. А более старых карт мы не нашли. Хотелось бы иметь представление где и что находилось до этого. Тогда можно было бы предположить наличие каких-то заваленных подвалов…

– Или тайных ходов? – оживилась Тося. – Анна говорит, что у каждого замка есть тайный ход, а то и не один.

– Знания! – осенило меня. – Кажется, я знаю, где нам их взять!

– Переправа, – прищурился Генка, тоже вспомнив владельца гостиницы, фрая Гюнтера, и его рассказ.

– Именно, – засмеялась я.

Я хотела сама отправиться к фраю, но меня просто не пустили. Я написала обстоятельное письмо с просьбой, а передать его вызвались йерл Ольдег, Майкл и что меня удивило, Талиана. Конечно, юная леди одна поехать никуда не могла. С ней отправились мать и Герда.

Я очень рассчитывала, что фрай Гюнтер не откажет нам в помощи, но не ожидала, что окажется, что фрай, а главное его отец, буквально будут ждать этого приглашения.

– Конечно, леди Диана, до нас доходили разговоры и новости. А мы очень тщательно интересуемся делами Де Орли. Фактически, это наш дом, в посещении которого нам отказали, – с улыбкой объяснял мне фрай.

Тот самый парень-официант, что следил за столами гостей в тот день, когда мы пережидали плохую погоду, бережно поддерживал под руку более старшую копию фрая Гюнтера. С собой владельцы гостиницы у переправы привезли настоящие сокровища. Дневники, учётные книги и, главное, множество подробных схем поместья.

– Мы долгие годы хранили в тайне это наше наследие, – бережно разворачивал план внутреннего двора фрай Ювенс, отец фрая Гюнтера.

– И именно поэтому остались живы и гостиница до сих пор не сгорела, – тихо сказал Генка.

Он был уверен, что что-то с этим поместьем совсем нехорошо.

Работы по расчистке внутреннего двора под руководством фрая Гюнтера и его отца пошли в разы быстрее. Камни, что валялись здесь горками или держались в остатках кладки, выносились в парк, где мелко дробились кирками и полученной крошкой засыпались размеченные в парке дорожки.

– А я говорю, что это так быть не должно! – возник спор между отцом и сыном, когда мы дошли до небольшого помещения для экипажа.

– А что не так? – не поняла я. – Конюшни чуть в стороне, здесь просто каретный сарай.

– Конюшни, которые сейчас используют, это бывшие конюшни для лошадей лорда. Выездные. Красивые, породистые и обученные звери. Они с лёгкостью несли лордов в бой, а в те времена один доспех весил немало. – Начал объяснять фрай Ювенс. – А здесь, вот именно здесь, можете посмотреть на планах, была большая рыцарская конюшня. Понимаете? Для всех. Постоянный отряд рыцарей Де Орли насчитывал до трёхсот воинов. У иного короля было меньше. Ну и? Где вы тут видите место под триста с лишним голов? А ведь были ещё и запасные лошади, и ломовые тягачи, которые только на внутрезамковых работах использовались.

Мы осмотрели действительно странное сооружение. Оно было совсем небольшим в глубину, но очень широким.

– Я думала, что пристроили к стене, разделяющей двор, – никак не могла понять, что не так, я.

– Нет, леди. Это и есть стена. – Улыбнулся фрай Ювенс. – Ланс Де Орли при строительстве весьма хитроумно использовал природный рельеф. Видели, сторожевые башни? Так вот, там конец небольшого хребта, скорее даже гористые холмы. А здесь, на берегу, была самая высокая точка. Гора Речная с огромной пещерой. Ланс просто обложил её камнем, а к пещере достроил укреплённое здание. Посмотрите на толщину стен с двух сторон! Конюшня перекрывала пространство между внешней и внутренней стеной. И в случае чего, враг оказывался в тупике, где его расстреливали и закидывали камнями с трёх сторон. А внутри это была конюшня. Большая замковая конюшня. А не этот огрызок. Так что…