Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

– Как все дорого одеты. – словно отвечая на ее мысли, пробормотала мама. – Вот на том мужике… ну, который с девицей с разноцветными волосами… на гопника похож… куртка точно от Ralph Lauren, и все остальное, кажется, тоже.

– Тише! – шикнула Настя – мама говорила вроде, негромко, но круглоголовый, стриженный чуть ли не под ноль мужик, и впрямь похожий на братка из 90-х, обернулся и одарил их хмурым неприязненным взглядом. Шедшая с ним под руку худощавая девица и впрямь с разноцветными – наполовину красными, наполовину голубыми волосами – нетерпеливо потянула его за руку:

– Кофе, со сливками, обязательно!

– Давай я тебе просто банку сливок куплю… трехлитровую? Зачем в них еще кофе лить – только продукт переводить. – проворчал гопник и они скрылись в дверях ресторана.

Мимо прошла другая парочка: крепкий парень и стройная девушка. Насте пришлось приложить усилия, чтоб не пялиться девушке вслед: таких роскошных волос она никогда не видела! Золотые, как в каком-нибудь фильме-сказке, они спускались девушке ниже колен и лежали при этом волосок к волоску, не спутываясь. Где такие средства для волос водятся, вот бы спросить?

– Не видели, Дъна Лун прибыла уже? Мне с ней переговорить надо. – деловито поинтересовался вынырнувший из толпы полковник.

– Мы не знаем, кто это. – буркнула Настя – чувствовать себя совершенно чужой было неприятно. Словно ты камень – неподвижный и безгласный – случайно угодивший в бурный говорливый поток.

– Тьфу ты, я и забыл совсем. Вроде как привык, что вы все время рядом. – без всякого смущения фыркнул полковник. – Такая, с золотыми волосами ниже задницы?

Настя молча кивнула в стороны трибун. «Рядом!» Надо же! Она еще Рудого считала наглецом! Да все они…

– Приехала, отлично! – возрадовался полковник. – А ты, Настюха, не тушуйся! Сейчас Рудый прискачет, с ним пойдешь, он тебя с кем можно познакомит. – и умчался прежде, чем Настя успела поинтересоваться с каких это пор она ему Настюха. И вообще, она совершенно не собирается ждать Рудого! У них свои места есть, вот на них они и пойдут!

– Пойдем-ка мы на свои места, а то еще проталкиваться потом. – отец взял маму под руку. Но стоило Насте шагнуть за ним, как он отрицательно покачал головой. – А ты дождись Рудого! Я знаю всех состоятельных людей в области, но никого из этих никогда не видел. – он едва заметно пошевелил пальцами в сторону бурлящей, что-то восклицающей, радостно здоровающейся толпы. – Нельзя упускать возможность расширить связи.

Мимо с топотом прошествовало семейство: все здоровенные, широкоплечие и лохматые, здорово напоминающие вставших на дыбы медведей. Зато следующее – папаша, мамаша и семенящая цепочка очень похожих детишек – ну вылитый выводок ежат! Даже волосы торчком, как колючки! Мелькнуло несколько знакомых лиц: Елизавета Григорьевна наскоро улыбнулась, но было видно, что она чем-то озабочена. Зато внучка ее Настю не заметила вовсе – все внимание девушки было поглощено тем, чтобы старательно не смотреть на идущего рядом гибкого черноволосого парня.

– Вот в чем ничего не понимаю, так это в хоккее!

– Зачем тогда прилетел? – пробурчала Ирина, глядя на Настю чуть не в упор и при этом явно не видя.

– Если скажу, что мне было неудобно отказать Ментовскому Вовкулаке, ты мне поверишь? – насмешливо поинтересовался черноволосый.

«Занятное прозвище, это, типа, оборотень в погонах?» – усмехнулась Настя.

– Конечно, почему нет? – с преувеличенным энтузиазмом откликнулась Ирина. – Я же вот тоже пришла – и тоже ничего не понимаю в хоккее! Но неудобно отказать, тем более, мы им спонсора нашли.

Настя тяжко вздохнула вслед парочке: а теперь этот самый спонсор одиноко торчит у окошка как… позабытый зонтик! Вон, даже у восемнадцатилетних девчонок явно личные отношения какие-то, встречи-расставания… а она в свои двадцать пять ждет Рудого, потому что надо расширять связи и заводить контакты! Так-то он ей вовсе не интересен… и она ему, наверняка, тоже! И вообще, он же тренер, должен быть с командой, с чего полковник решил, что он придет? Пора уже отлипнуть от этого подоконника, все уже внутрь пошли, точно протискиваться придется. Раздраженно пофыркивая, Настя быстрым шагом пересекла холл, свернула в коридор, ведущий к проходам на трибуны… и замерла, завидев ярко, до боли в глазах, выделенные светом ламп фигуры: Рудый, со всем его ростом и шириной плеч, вжавшийся в стену, словно пытался просочиться сквозь нее, и блондинку в болотно-зеленом, под цвет выпуклых «лягушачьих» глаз, свитере под руку с аристократически-стройным господином средних лет. Коридор был уже пуст, потому голоса разносились далеко и гулко.

– Рудый, лохматик мой, как же давно мы не виделись! Ой, какая же я неловкая! Познакомьтесь, это Аргин Лун! Он занимается полезными ископаемыми. – в голосе ее звучало глубокое, трепетное уважение. – А это, господин мой Лун, Рудый. Ну вы сами видите, кто он.

– Здравствуй, царевна. – после недолгой паузы пробормотал Рудый.

– Ты, смотрю, все один? Ах, неужели из-за меня? Право же, я этого вовсе не хотела, я так надеялась, что ты тоже будешь счастлив.

Ах ты жаба лупоглазая! Унижать Рудого, чтоб выпендриться перед своим нефтяником? Настя сорвалась с места. Короткий бросок через коридор – и она едва не врезалась в шарахнувшегося от нее Рудого.

– До… дорогой! – ее ногти впились ему в запястье – а вот не надо вырываться, когда тебя выручают! Да еще с таким лицом, будто она съесть его хочет. – Прости, что задержалась! Какой ты заботливый, что меня дождался! Ну, пойдем… Ой! Прости, я не заметила, что ты разговариваешь. Я такая неловкая! – и одарила Рудого нежным туманным взглядом. «И нечего смотреть так, будто решаешь: в уме я еще или уже нет, когда я тут всячески изображаю, что никого, кроме тебя в упор не вижу». – Я Настя. – она наклонила голову и сморщила носик, зная, что эта гримаска превращает ее в милую девочку: на деловых партнерах проверено. Гримаска не подвела: нефтяник по фамилии Лун немедленно ответил заинтересованным взглядом. Лупатые зеленые глазищи стали злющими, а губы блондинки растянулись в совершенно жабьей улыбочке:

– Неужели мой милый рыжий волчок обо мне не рассказывал? Мы с ним были очень, очень хорошо знакомы!

– А! Я поняла, кто вы! – наивно возрадовалась Настя. – Так это с вами он… расстался? – коротенький смешок перед последним словом и тщательно замаскированное презрение в голосе – вот чуть-чуть просочилось, самую капельку! – не оставляли сомнений, что Рудой лупоглазую бросил, и вообще, на шкаф запрыгивал, когда та его за ноги хватала с криком: «Не уходи!». Судя по выражению лица нефтяника, тот так и понял. Настя окинула аж позеленевшую от злости лупоглазую небрежным взглядом и абсолютно равнодушно обронила. – Хорошенькая. Ну пойдем скорее, тебя же ребята ждут! Приятно было познакомиться! – и потянула Рудого за собой.

За спиной раздалось шипение – будто там бутылку с минералкой открыли.

– Вот только попробуйте оглянуться! – снова впиваясь ногтями в запястье Рудого, прорычала Настя.

Тот покосился как-то неуверенно, словно боялся, что у нее и правда клыки выросли, и пробормотал невпопад:

– Я и правда сам ее бросил. Вы не подумайте чего… я вообще-то девушками… не разбрасываюсь. Просто узнал некоторые подробности… биографии, после чего всякие отношения между нами стали невозможны.

– Как изысканно! Не напрягайтесь вы так. Я сразу поняла, что она – жаба! – хмыкнула Настя.

Тот снова дернулся:

– Откуда вы знаете?

– Так видно же! – с глубокой убежденность ответила Настя. Публично вытирать ноги о бывшего парня – себя не уважать. Ты ж его когда-то любила, значит, было за что?

– Видно? – переспросил Рудый и снова покосился на Настю неуверенно. – Ладно… Мы это с вами потом обсудим. – многозначительно пообещал он.

– Подождите… Это куда вы меня привели? – только сейчас сообразив, что ведет он ее не на трибуны, а к раздевалкам команды.

– Отвести вас к родителям я уже не успею. Надеюсь, вы не против посмотреть игру со скамьи тренера? – он улыбнулся и тут же торопливо добавил. – Надо же подтвердить, что вы – моя девушка, а то с царевны станется проверить.

– Ну если так… – с сомнением протянула Настя. За Игорьком можно будет заодно присмотреть. – Только не называйте ее царевной! Жаба она, жа-ба.

– Вот-вот… – кивнул Рудый. Настя снова удостоилась странного взгляда. – Она и есть. Если вы это видите, глядишь, и остальное тоже удастся объяснить.

Настя посмотрела на него вопросительно, но он только хмыкнул и рванул дверь раздевалки.

– Все, парни, пошевеливайтесь!

– Без нас не начнут!

– Рррразговорчики! Собррррались! Что еще я вам там должен сказать? «Надерите птичкам задницы?», «Крылья пооткручивайте, клювы своротите?» А, у меня всегда было плохо с фантазией. Сами придумаете, чего приятного им сделать. Ну… Аууууууу!

– Аууууу!

Настя невольно шарахнулась, вжимаясь спиной в стену – жуткий, многоголосый волчий вой рванул из раздевалки, а следом, дробно топоча – и парни в полной хоккейной форме. Игорь мрачно зыркнул на нее из-под шлема и пронесся мимо.

– Пошел, пошел! – Рудый подхватил ее под руку и поволок за собой. В какой-то момент Настя поняла, что она просто перебирает в воздухе ногами, а Рудый несет ее подмышкой. Прежде, чем она успела возмутиться, ее сунули в угол скамьи и Рудый помчался дальше. – Лохматый, главное, держите темп! И не поддавайтесь на провокации! Рыжий, тебя особенно касается.

– Чего сразу Рыжий? Чуть что, так Рыжий!

Рудый только поглядел на насупившегося легионера укоризненно, а Лохматый, с отсутствующим видом возвестил в пустоту перед собой:

– А кого-то мы будем бить по морде. По наглой рыжей морде.

– Первое звено, на выход! Запасные – приготовиться! Рогов! – Рудый ухватил Игоря за плечо и быстро понизил голос. – Мне сейчас не до тебя будет… Что бы ни случилось – ты сидишь здесь, на скамейке и никуда, то есть вот вообще никуда! Не встаешь! Не выходишь! Кто бы тебя не позвал, чтобы тебе не рассказали: с отцом плохо, мама зовет – ты-сидишь-здесь! Ясно?

– Я-асно… – ковыляя к скамейке, проворчал Игорь.

Рыжий откровенно издевательски ухмыльнулся.

– И зачем я этого самовлюбленного наглеца выручала? Мог бы и выпустить мальчишку на лед, хоть ненадолго. – тихонько проворчала себе под нос Настя.

– Все, время! Пошли! – рявкнул Рудый и первое звено с завываниями ринулось на лед.

Рудый шагнул следом, обернулся… и бросил:

– Вот именно потому, что выручили, я и позабочусь, чтоб с вашим братом ничего не случилось!

Вот как услышал, а?

***

Заскрипело, заскрежетало, и слегка искаженный динамиками металлический голос комментатора разнесся над залом:

– Дамы и господа! Приветствуем вас в спортивном комплексе «Волчий шаг», лучшей хоккейной площадке ОХЛ, на традиционном ежегодном хоккейном турнире между командами «Днепровских волков»…

Стадион ответил ревом, и протяжным волчьим воем. На трибунах запрыгали спортивного вида мужики, молодые парни, стройные девчонки, и даже элегантного вида бабушки – все в серых шапочках с волчьими ушами. Настя смотрела с изумлением: чтобы на хоккей вот так массово приходили целыми семьями? Вон мамаша, обвешанная тремя… нет, четырьмя младенцами флагом с волчьей головой размахивает!

– …и «Соколами»!

Волчий вой сменился громким птичьим клекотом – на противоположной трибуне взметнулись штандарты с парящим соколом, трепеща крылышками, полетели склеенные из бумаги крохотные соколы и опять целыми семействами заскакали люди в круглых шапочках с клювами.

– На поле выезжают маскоты[317]317
  Персонаж-талисман, приносящий удачу. Олицетворяет спортивные команды, школы, университеты, компании, другие коллективы. Чаще всего – человек, одетый в костюм.


[Закрыть] команд…

Рядом рыкнули. Настя втиснулась спиной в стену и даже поджала ноги – мимо нее прошествовал… громадный серый волк. Дохнуло запахом влажной шерсти… и до Насти дошло, что это настоящий волк! Настоящий! Словно почувствовав устремленный ему в спину шалый взгляд гигант обернулся… и растянул пасть в ухмылке, так похожей на улыбку Рудого! И выпрыгнул на лед. Побежал вдоль бортика неторопливой трусцой, скалясь направо и налево и невозмутимо принимая бурный восторг «волчьих» трибун! Еще и хвостом помахивал, точно маршал на параде! В смысле, у маршалов хвостов не бывает, но вот у волка хвост был – и совершенно маршальский!

Из прохода напротив вылетела тройка соколов и четким треугольником понеслась над трибунами, выписывая фигуры высшего пилотажа, на манер самолетов в авиашоу!

«И эти здоровенные! Звери-мутанты какие-то!» – растерянно подумала Настя.

– Предупреждение маскотам «Соколов»! – вдруг скороговоркой проговорил комментатор. – Повторение прошлогоднего инцидента над трибунами соперников будет приравнено к грубому нарушению и наказано удалением одного из игроков команды до конца матча!

Тройка соколов дружно заклекотала в ответ – словно расхохоталась! – и слаженно, крыло к крылу, завалились на бок, на бреющем полете просвистели вдоль трибун. Настя услышала как гудит вспоротый воздух, по лицу скользнула крылатая тень и на миг она увидела совсем близко от себя круглый птичий глаз – яростный и странно… разумный?

– Команды выезжают на поле…

Настя проводила взглядом команду в полном составе. Брат серьезен и даже собран, будто готовится к игре… и в то же время точно знает, что этот «проезд» «Волков» по льду – его единственная возможность выйти на поле. Высокое достижение: просидеть всю игру на скамейке запасных! Если бы не конкурент с его угрозами, и того б не было. А братец на удивление неплохо держится.

– Напоминаю, что традиция матчей молодняка началась после памятного для многих присутствующих осеннего Солнцеворота на Хортице[318]318
  И. Волынская, К. Кащеев Ведьмино наследство.


[Закрыть]… – продолжал тарахтеть комментатор – стадион ответил слаженным гулом, похоже, многие тут понимали, о чем идет речь. – …и проходит под официальным спонсорством ее высокопревосходительства Хортицы…

За матовым стеклом VIP-трибуны произошло короткое шевеление, а на нависающем над полем экране исчезли название команд и бегущая строка с именами игроков, и появилось лицо внучки Елизаветы Григорьевны. Ничего не понятно: Солнцеворот на Хортице, ее высокопревосходительство Хортица… Настя вопросительно покосилась на Рудого… и поняла, что в этом мире тренера «Днепровских волков», считай, больше нет. Весь подавшись вперед, он не отрывался взглядом от двигающихся «противоходом» двух цепочек хоккеистов: черно-серых с изображением пылающей волчьей головы на груди и оранжево-черных с эмблемой атакующего сокола.

– Наверное, стоит напомнить, что первый матч на кубок Хортицы закончился вничью – яростное противостояние соперников не разрешилось даже в овертайме[319]319
  Дополнительное время


[Закрыть]. Зато следующие два матча с отрывом в одну шайбу были выиграны «Волками».

Трибуны снова рухнули в вой – протяжный, торжествующий волчий вой, так что Настя вдруг почувствовала как струйка пота бежит по спине. Сквозь вой пробился гневный птичий клекот – маскоты «Соколов» заметались над ледовым полем, один ударился об комментаторскую будку, многозначительно скрежетнув клювом по стеклу.

– Но «Соколы» не сдаются! – немедленно зачастил комментатор. – По поступившим к нам сведениям за год они не только серьезно пересмотрели игровую тактику, но и произвели смену состава: «Соколы» тщательно хранят тайну своих легионеров, но сегодня мы все сможем увидеть их на поле под номерами 6 и 8…

Рудый подался вперед, всматриваясь в мелькающие мимо оранжево-черные фигуры. Настя покосилась на табло: некто Tubbybird и Pinniped. Британцы, амеры? Настя никогда таких фамилий не слышала, но она уже поняла, что в ОХЛ все очень… по-своему.

– Впрочем, «Волки» не отстают, в их составе тоже произошли изменения: Степняк и Рыжий Киц выступают под номерами 3 и 12… Но вот появляются арбитры, запасные игроки покидают поле, оставляя по одному звену… – прервав собственную размеренную речь зачастил комментатор. – Вбрасывание и… стартовала игра!

«Что это? Что…» – в ужасе прижимая ладонь к губам, думала Настя. Клюшки скрестились над вброшенной шайбой и… только что топавшие мимо нее подростки в черно-серой хоккейной форме превратились в размытые тени. Вжжжих… Жжжжжиххх…

– «Днепровские волки» против «Соколов», пока 0:0… Клыкач в средней зоне с шайбой…

Что он там может видеть?

Клыкач возник словно из ниоткуда – наперерез ему метнулся оранжево-черный. От их столкновения, кажется, содрогнулся стадион – как если б два пушечных ядра встретились в воздухе и одновременно взорвались. Клыкача подбросило, Настя зажмурилась, практически уверенная, что растерзанные ошметки тела разлетятся по трибунам… Скороговорка комментатора заставила ее открыть глаза.

– Против Клыкача применяют силовой прием…

Оранжево-черный уже гнал шайбу, а Клыкач отчаянно торопился следом.

– Шайба в зоне «Волков», Сапсан, номер 4 у «Соколов», обозначил прессинг… От «Соколов» сегодня можно ждать чрезвычайно агрессивной игры… Снова Сапсан… Чеглок… Пиннипед… сейчас мы увидим, чего стоит новый игрок «Соколов»… дриблинг[320]320
  Неожиданный маневр, изменение направления движения игрока с шайбой


[Закрыть]… И вот первый момент и… первая шайба матча! Быстро, грамотно Пиннипед расстреливает ворота «Волков»! «Сокола» ведут 1:0!

Трибуны сошли с ума. Настя сидела, стиснув кулаки так, что ногти впивались в ладони…

– У «Волков» есть возможность для контратаки… Бросок! Мимо! Поскользнулся вратарь, ворота «Соколов» были практически пустые, но рывок Таббибёрд… Да! Да! Рывок-то рывок, но очень здорово подставляет шайбу под наброс Когтев и капитан «Волков» Лохматый с лету переправляет ее в ворота! «Волки» равняют счет! Следует сказать, что легионеры «Соколов» гораздо активнее проявляют себя на площадке – у «Волков» основной упор по-прежнему на старый состав команды…

Черно-серый вскинул руку в перчатке и старательно оттопырил средний палец.

– Рыжий Киц явно недоволен моими словами. – тут же подтвердил комментатор. – Судья делает ему замечание… Сапсан… Дербник… Пиннипед… Вот снова голевой момент! Но вратарь «Волков» отбивает! Близко было, еще б чуть-чуть, но Серый-младший принимает шайбу. Идет восьмая минута первого тайма – «Сокола» наращивают темп!

«Куда они его наращивают? До сверх световой?!» – Настя расширившимися глазами глядела на поле, хотя больше всего ей хотелось зажмуриться и просто слушать комментатора. Только слушать комментатора, потому что тогда могло показаться, что ничего особенного на льду не происходит, обычный хоккейный матч, да еще и подростковых команд. «Подростки. Ага. Милые такие детки. Спортивные… И вот с этими чудищами Игорь хотел играть?!» Насте не понадобилось и минуты, чтоб понять: ни игроки настоящей НХЛ, ни… да вообще никто играть… вот с этими, просто бы не смог! Стоптали бы. Под лед закатали. Ни один нормальный человек не мог разогнаться до таких скоростей! А разогнавшись, не смог бы ни повернуть, ни остановиться! Для Насти игра то и дело сливалась в дрожание воздуха, сквозь которое проносились яростные тени – и волна жара окутывала замершую у бортика девушку. Иногда эта завеса разрывалась – из нее выныривала то черно-серая, то оранжево-черная фигура, заваливалась набок, как мотоцикл, и с гулом просвистывала мимо бортика, снова растворяясь в мареве игры!

– Арррр! – свист шайбы мимо ворот больше походил на вой стартующей ракеты. Настя присела за бортик в полной уверенности, что сейчас вертящийся кружок снесет ей голову… Банг! Вылетевшие следом черно-серый и оранжево-черный шли корпус в корпус, не давая друг другу ни повернуть, ни подхватить шайбу. Банг! Банг! Впечатались в бортик и принялись сыпать ударами. Бортик «стрельнул» лопнувшим пластиком, металлически хрупнул прямо над головой Насти, и она с ужасом уставилась на ощетинившуюся обломками сквозную дыру!

Подскочивший Игорь сгреб ее в охапку и дернул к скамейке…

– Как они? Как? – безумным взглядом уставившись на брата, выдавила она.

Сирена окончания первого тайма потонула в вое и клекоте стадиона. Настя вжалась в стену, безотчетно цепляясь за Игоря – игроки валили мимо нее: бесшумно, безмолвно, словно были не командой подростков, а… стаей, загоняющей добычу. От них несло распаренной шерстью и отчетливо – кровью! Хищно скалились зубы и фонарями мерцали из-под шлемов одинаковые желтые глаза.

– Игорь! – Настя в ужасе покосилась на метнувшегося следом за своими подопечными Рудого – его губы растягивала такая же жуткая ухмылка, а глаза светились такой же сумасшедшей желтизной. Стиснула руку брата. – Давай… давай уйдем отсюда? Пожалуйста…

– Нет… – впервые голос Игоря прозвучал неуверенно, кажется, он тоже испугался. И тут же, злясь на собственный страх, яростно выпалил. – Нет! Я хочу досмотреть.

«А я не хочу!» – успела подумать Настя.

– 1:1 и у нас начало второго тайма! – снова зачастил комментатор. – Можно не сомневаться, что ничья не устроит давних соперников и потому градус противостояния будет возрастать! Снова Пеннипед… Таббибёрд… Пополнение «Соколов» невозможно переоценить – они просто великолепны! Именно им «Соколы» обязаны большинству голевых ситуаций у ворот соперника. Быстрая, злая игра, постоянный прессинг со стороны «Соколов» заставляют «Волков» глухо огрызаться в защите – перехватить инициативу не получается. Вот кажется сейчас мы видим попытку «Волков» перейти в наступление… Хвостов ошибается на синей линии, Таббибёрд перехватывает шайбу, выходит с угла один в один! И… Клыкач!

Клыкач вылетел сбоку – фонтан мелкой ледяной крошки сыпанул из-под его коньков. Мелькнула клюшка…

– Таббибёрд летит на бортик!

Стадион содрогнулся. Вертясь, как раскрученный волчок – руки-ноги-руки – здоровяк в оранжево-черном врезался в бортик, и замер, распластавшись как лягушка. Волчьи трибуны взревели. Сторона соколов разразилась негодующим свистом и клекотом. Таббибёрд шевельнулся и медленно, одну за другой начал подтягивать конечности под себя. Поднялся на четвереньки. Встал.

– Ого! – комментатор разразился восторженным воплем. – Неприятный сюрприз для «Волков». Обычно после прямого столкновение «Соколы» уже не встают, поэтому и полагаются не на силовые приемы, а на отличное владение коньками. Но кажется, этот сокол не уступает соперникам ни в весе, ни в выносливости! Специально ли Клыкач нарушил правила, чтобы хоть так помешать Таббибёрду забросить шайбу, или же просто пытался приподнять клюшку соперника, но судья засчитывает нарушение, Клыкача удаляют на 2 минуты.

– Арррр! – вломившийся на скамейку штрафников Клыкач сорвал шлем и принялся с размаху колотить им по всему, до чего дотянулся. Рудый терпеливо и аккуратно уворачивался, когда шлем просвистывал мимо. – Он тяжелый, тренер! Он тяжелый и сильный, почти как мы!

– Спокойно, мальчик, спокойно. – бормотал Рудый и лицо у него жутко корежило в попытках смотреть одновременно и на Клыкача и на поле. А может, от чего другого?

– «Соколы» отчаянно пытаются реализовать численное преимущество на площадке!

Пытались. А «Волки» не давали. И это было страшно! Мелькающие на льду фигуры выплетали безумный танец. Бросок… Прорыв… Перехват… Клюшки яростно колотят об лед в битве за шайбу. Хрясь! Клюшка в руках оранжево-черного разлетелась, обсыпая щепками лед. Стадион ревел. Черно-серые и оранжево-черные неслись навстречу друг другу как истребители на таран. Бабах! Защитник черно-серых кинулся разогнавшемуся Таббибёрду наперехват, чудовищный клубок сплелся перед воротами, коньки молотили в лед, вздымались клюшки… Из схватки вылетела шайба…

– Вратарь запаздывает и… шайба в сетке ворот «Волков»! «Соколы» снова ведут в счете и благодарить за это надо… да, вот мы смотрим повтор на экране… Пиннипед! Его бросок приносит «Соколам» преимущество! Мы здесь, в комментаторской кабинке, и болельщики на трибунах снова задаются вопросом, где «Соколы» взяли своих легионеров, ведь тренер «Соколов» так и не посчитал возможным открыть эту тайну! С площадки уносят травмированного черно-серого, кажется, это Когтев, да, точно…

Никаких санитаров – вылетевший на лед Рудый просто подхватил распластанного по льду игрока на руки и скрылся с ним в направлении раздевалки. Настя шагнула следом – у них хоть врач есть?

– Не надо вам сейчас туда. – спешащий мимо нее парень острозубо улыбнулся, нахлобучил шлем и выскочил на лед.

– Будем надеяться, что с Когтевым все будет хорошо, на «Волках» заживает… хм, как на собаках. Вот тренер «Волков» подзывает капитана Лохматого. Остается лишь догадываться, какие указания он дает команде, но скоро мы это увидим. Кажется, разговор касался пополнения «Волков», Лохматый подъезжает к Рыжему Кицу, к ним присоединяется Степняк. На замену выходит Хвостов, возвращается со скамейки штрафников Клыкач. Игра продолжается и «Волки», простите за каламбур, из шкур вон лезут, пытаясь ликвидировать преимущество соперников. Наконец, впервые за всю игру оживился Рыжий Киц. С присущей ему скоростью он обходит Дербника, обыгрывает Пустельгу… и! Вратарь «Соколов» отбивает! Да, обидно, обидно, представляю, какое разочарование испытывают болельщики «Волков», сравнивая свое пополнение с неистовыми Теббибёрдом и Пиннипедом. Тем более, что Степняк с самого начала матча действует в присущей ему манере – ровно и надежно – но инициативы от этого игрока ждать не приходится.

«С начала матча»… Смутная мысль прошла где-то на периферии сознания… и вдруг до Насти дошло! Они не сменяются! Нормальный игрок может продержаться на площадке одну, две… ну три минуты, нормальные игроки все время меняются… эти тоже, но… вместо травмированного Когтева вышел Хвостов, на скамейке запасных, кроме Игоря, осталось еще несколько игроков, а остальные… Они оставались на площадке все время! И Лохматый, и Клыкач, пока его не удалили, и остальные. И у «Соколов» тоже: Теббибёрд и Пиннипед вообще не уходили с поля!

Настя потянула Игоря за руку, мотнув головой к выходу. С неохотным вздохом брат поднялся, дошел с ней до двери и тут уперся, явно давая понять, что за порог ни шагу. Настя торопливо покосилась на оставшегося у бортика Рудого – не оглянулся, на поле смотрит! – и прошипела:

– Бежим отсюда, пока не поздно!

– С ума сошла? Чего вдруг? – Игорь отпрянул, явно намереваясь вернуться обратно на скамейку.

– Игорь, ты что, не видишь!? Их скорость, их сила… И они не сменяются: ни «Соколы», ни «Волки»!

– Впечатляет, правда? – Игорь слабо улыбнулся. – Насть, ты чего занервничала? Я же с ними тренируюсь – я такое уже видел.

– Но это невозможно! Человеческое тело такого не выдержит! И ты еще хотел с ними играть! – Настя толкнула Игоря обеими руками, пытаясь выдавить за дверь – будто дерево попыталась сдвинуть, брат не шелохнулся.

– Конечно, хотел, и сейчас хочу! Я же говорил, что хочу этому научиться.

– Какое – научиться? Ты меня не слышишь, что ли? Люди так не могут! Не могут!

– А кто может? Мутанты? Люди-Х? – брат поглядел на нее снисходительно. – Завязывай с фентези, Наська, переходи на детективы. – и покосолапил обратно на скамью.

Что же делать? Убираться самой? Она никогда не бросала своего маленького братика! Так ведь ей не пропасть вместе с Игорем надо, а чтоб он был в безопасности! Она выхватила телефон, начала набирать номер отца…

– Истекают последние минуты второго тайма, и «Волки» в ярости! Кажется, они готовы грызть лед, не говоря уж о соперниках! – орал комментатор. – «Соколы» преисполнены решимости не отдать завоеванное преимущество! Трибуны безумствуют! Вот сейчас начинается та самая игра, ради которой мы все здесь и собрались! Дербник… Пустельга… Таббибёрд…

Черно-серый врезался в массивного «Сокола» всей массой…

– Хвостатый идет на явное нарушение, останавливая прорыв нападающего «Соколов», ай-ай, как нехорошо!

…И полетел кувырком, с размаху приложившись о бортик.

– Несомненно, сейчас последует удаление… судья подает сигнал… Нет, все гораздо хуже, Хвостатый травмирован, судья вызывает тренера, который эвакуирует пострадавшего игрока. «Волчьи» трибуны шумят, требуя наказание и для «Соколов» тоже… но думаю, для этого нет оснований… вот мы смотрим повтор на экране… похоже, что Хвостатый отлетел от Таббибёрда как от батута! Как необычно!

Ох ты, он только заметил? Все остальное необычным не показалось? Едва слышные в реве трибун, тянулись долгие гудки. «Папа, ну ответь же, ответь!»

– Игра продолжается, «Волки» опять в меньшинстве – тем яростнее они сражаются! Пиннипед… Чеглок и… Клыкач перехватывает шайбу, Лохматый открыт, подача… выходит Дербник… шайба опять у «Волков»… Лохматый… Скорость игры нарастает, Дербник пытается остановить прорыв… Удар локтем, а вот это уже нарушение со стороны «Соколов», неужели судья не видит! Силовой контакт и… Вот это да! Лохматый пытается вынести шайбу через борт… и в итоге от этого самого борта последовала передача, и «Волки» равняют счет! Да! Да! Тренер «Соколов» пытается спорить с судьей, поскольку пущенная «Волками» шайба прорвала сетку ворот и засела в бортике, а разогнавшиеся игроки обеих команд влетели следом и выворотили ворота из креплений. Но думаю, пререкания бессмысленны, дыра в сетке наглядно свидетельствует, что первой все же залетела шайба… Да, гол засчитан! И второй тайм снова оканчивается ничьей между «Волками» и «Соколами»!

– Варрррр! Варррр! Шайбууууу! Ууууу! – стадион выл. Гудок в трубке смолк – родители звонок не услышали.

Рудый медленно разжал стиснутые на бортике пальцы. Пластик захрустел и посыпался на пол мелкими пестрыми обломками, открывая скомканный, будто лист фольги, металл. Обернулся, отирая бледное, залитое потом лицо. Увидел Настины испуганные глаза, телефон у нее в руках… А потом вдруг одним длинным шагом оказался рядом, так что она от испуга вжалась в стену.

– У нас еще третий тайм. – глухим, бесконечно уставшим и каким-то… совсем не страшным голосом попросил он. – Вы ж не романтическая героиня кино, чтоб дернуть из безопасного места прямо в лапы бандитам, а? Чтоб мне пришлось тут все бросать и нестись вам на помощь?

– А вы… понесетесь? – подозрительно прищурилась Настя, оглядываясь на поле, где устанавливали заново ворота. Она и сама всегда бесилась, глядя на киношных дурочек, с энтузиазмом драпающих навстречу опасности. Но есть ведь и второй киношный вариант: романтический герой, который главный маньяк и есть, хотя и совершенно не похож. Правда, Рудый вот как раз похож. Не на героя, нет. На слегка перенервничавшего маньяка.

– Понесусь, Анастасия Федоровна. И даже скорее всего – спасу. Только потом я вас сам загрызу, вот зуб даю! – и усмехнулся, открывая зубы, острые, как у хищника.

– Зачем мне ваш зуб? – Настя постаралась отвернуться от нависшего над ней Рудого.

– На удачу. – очень серьезно пояснил он.

– Вам удача самому… пригодится. Ничья же…

– А вы нам желаете удачи, Анастасия Федоровна? Или так… все равно? – опираясь ладонями на стену так что Настя оказалась в кольце его рук, шепнул Рудый.

– Конечно, желаю! Мы же ваши спонсоры, а не чьи-то еще! – возмутилась она, все так же не глядя на Рудого.