Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

Глава 41
Братский плевок

– Если бы Хортова кровь сразу согласилась отправиться со мной в Мертвый лес, все могло быть иначе. И никто бы не погиб, – укоризненно сказал серокожий.

Прижавшаяся к стене Галька сжала губы в тонкую злую полоску, кажется записав Ирку во враги окончательно. Галька прижимала к себе двоих малышей. На физиономиях змеенышей красовались синяки и ссадины – драконята пытались сопротивляться. Юный водный Лун, любитель страшилок, валялся в углу, скрученный как сосиска, – брошенное им ледяное лезвие начисто снесло голову одному из ямм. К сожалению, на этом успехи сопротивления закончились. Среди гибких золотоглазых змеенышей переминались кряжистые человеческие детишки. Последние уцелевшие туристы сидели в углу – девушка-мышка уткнулась лицом в плечо своему парню, боясь даже смотреть на неторопливо извивающиеся тела охранников-ямм. Сейчас ее страх вовсе не казался наигранным или искусственным. Скандальная тетка была непривычно молчалива – получив хвостом Муравьиного Гада по лицу, много не поговоришь, Ирка сама отлично помнила силу его удара. Спокойствие сохраняла только менеджерского вида дама. На бизнес-переговорах натренировалась, наверное.

– В вашем мире, может, и не погибли. А в моем? – угрюмо переспросила Ирка. Ага, разбежалась! Аж до самого Мертвого леса: «Здравствуй, папа, так где тут твой алтарь, а можно ты не будешь убивать людей в моем мире? Нельзя? Совсем-совсем? Ну па-а-апа-а-а… Ну нельзя так нельзя, мороженое хоть купишь? Напоследок, перед тем как всех мороженщиков угробишь». Ирка негромко фыркнула собственным мыслям.

– Ваше легкомыслие дорого вам обойдется, – мягко сообщил серокожий.

Муравьиный Гад метнулся вперед – словно черно-красный трамвай взлетел! Хвост захлестнулся вокруг Иркиных плеч, сжав, точно она тюбик, из которого пытаются выдавить последние капли зубной пасты. Ведьмочка сдавленно пискнула.

– Вторую держите! – скомандовал Гад, муравьиными усиками чуя, как Танькина рука скользнула в разрез на юбке, добираясь до спрятанного там арсенала.

Серокожий тряхнул пальцами. Горсть черных семян высыпалась перед Танькой – и тут же вверх рванулись извивающиеся черные корни.

– Ии-и-и! – Танька пронзительно завизжала – толстые черные веревки захлестнули ей запястья, стянули щиколотки, в один миг ее опрокинуло и прижало к полу, широко разведя руки и не давая шевельнуть ни единым мускулом.

Ирка успела увидеть, как мелькнули две кошачьи тени. Пестрый кот метнулся к стене и растворился в ней. Дару едва слышно мяукнула – и шмыгнула за ноги змеенышам. Помощи от котов ждать не приходилось.

– Маэстро, быстро! – рявкнул Гад, и Кокатрикс неспешно двинулся к распростертой на полу Таньке.

– Нет! – прошептала Ирка. – Не тронь ее, ты… бездарь!

– Ваши пустые оскорбления только ухудшают ситуацию вашей подруги, – наставительно сказал Кокатрикс, запрыгивая Таньке на грудь.

Ирка рванулась, пытаясь перекинуться… лапы борзой оказались так же плотно спутаны кольцами черно-красного змеиного тела, как и человеческие руки. Девушка-собака-девушка, она словно мерцала в тисках толстого змеиного хвоста, безуспешно пытаясь вырваться.

– Не смей на Таньку пялиться! Айт тебе глаза на хвосты нанижет, а хвосты на уши намотает! – кричала она.

– Великий Водный всегда проявлял преступное неуважение к ящерам искусства! Я всегда, всегда чувствовал себя недооцененным! Но теперь все узнают… – Ящерок хлестнул хвостами прямо по Танькиному животу. – Открой глаза, человечка! – поглаживая плотно зажмурившуюся Таньку по щеке лапкой с мелкими коготками, прошептал он. – Давай, милочка, не заставляй меня ждать. – Он повернулся к серокожему и деловито потребовал: – Вы бы уложили ее поэстетичнее. Я тут создаю классическое произведение искусства, не андеграунд какой-нибудь.

– Только не открывай глаза, Танька! Только не открывай! – взмолилась Хортица и попыталась вгрызться собачьей пастью в тело Гада… Кольцо черно-красного хвоста тут же захлестнуло горло и принялось отгибать ей голову назад, заставляя захлебываться в удушье. В прошлый раз, на Торжище, рядом был Айт, он не дал… не позволил… А сейчас Айт далеко! Черная борзая исчезла, сменившись обвисшей в кольцах Муравьиного Гада девушкой.

– Теперь, я думаю, вы лучше понимаете за кем здесь сила. – Серокожий удовлетворенно кивнул и вдруг, оказавшись совсем рядом с Иркой, прошептал, обдавая ее запахом гниющего дерева и прелой листвы: – Если пообещаете хорошо себя вести, я, может, захвачу в Мертвый лес вашу подружку… живую.

Ирка отчаянно затрясла головой – да-да, я буду… и вести, и хорошо, только не надо каменить Таньку!

– Отлично! Двухвостый, пошел вон!

– Но позвольте… – возмутился маэстро Кокатрикс, к Иркиному облегчению отводя свои жуткие глазищи от Таньки.

– Вон, я сказал! – рявкнул серокожий. – С вашего разрешения, я заберу сосуд Хортовой крови.

– Обойдешься! – рявкнул вдруг Муравьиный Гад… и одним взмахом хвоста перебросил полузадушенную Ирку в руки Тату. Драконья хватка стиснула Ирку. У Айта она вырваться не могла, у Шена в Симуране – тоже, Тат, может, и козел, но все равно змей, и он ничуть не слабее! Иркой шарахнули об стенку так, что воздух вышибло из легких. Жесткие, как поручни в автобусе, пальцы впились ей в плечо, а такое знакомое и в то же время совсем чужое лицо оказалось совсем рядом. Ирка торопливо отвела взгляд…

– Боишьссся? – прошипел Тат.

– Еще как! – хватая ртом воздух как вытащенная на берег рыба, прохрипела Ирка. – Вдруг ты опять целоваться полезешь, а я еще от тех твоих слюней не отплевалась!

– Ах ты жшшш… – Пальцы на ее обнаженном плече обросли когтями, пробивая кожу, Ирка сдавленно застонала сквозь зубы.

– Не сметь! – прорычал серокожий. – У нас договор! Если сосуд пострадает…

– Вот именно, договор! – Муравьиный Гад взмыл на хвосте, нависая над серокожим. – Твой хозяин обещал нам войско! Здесь и сейчас! Мы должны были править в Пещерах: смерть крылатым – вся власть ползущим! А вместо этого я прячусь в тюремном бассейне Воды, потому что там меня не найдут воздушные, и боюсь высунуться, чтоб не попасться на глаза этому назойливому рогачу! – Он ткнул лапой в свернутого, как бухта каната, Сэрвару-ямм.

– Повелитель никогда не отступает от своих обещаний. – Глаза серокожего не отрывались от алых капель крови на Иркином обнаженном плече. Похожие на дырки ноздри непрестанно шевелились, принюхиваясь, а глаза блестели, как у пьяного. – Войско готово, только вы ведь так и не смогли открыть змеевы тропы к Пещерам. Вашему единственному крылатому, Татльзвуму Ка Рийо, увы, эта тайна неизвестна, – серокожий насмешливо склонил голову к плечу.

– Шен должен был открыть тропы, он знал как! – встряхивая Ирку, как разозлившийся ребенок игрушку, рыкнул Тат. – Айтварас ему доверял!

– Ах вот как! Одна беда – Айтварас Жалтис доверял своему начальнику охраны не напрасно. Воздушный Шен Мин предавал не его, а вас!

– Так что ж нам, тут сидеть?! – взревел Тат. – А если я сейчас этой человечке, которую вы зовете сосудом, шею сверну, что твой Повелитель делать станет?

– Присоединится к змеям Табити в вашем уничтожении! – отчеканил серокожий.

– Спокойнее, господин посол, крылатый господин наш Татльзвум Ка Рийо! Не стоит нервничать, мы все тут союзники. – Муравьиный Гад первым взял себя в лапы. – К счастью, у нас есть способ выполнить свою часть договора. – Он скользнул туда, где возле скрученного брата маялся младший архивариус Владычицы. – Правда, Гивр-ямм? Ваши слова на суде Владычицы ведь не были пустой похвальбой? Вы действительно знаете, как открыть змеевы пути?

– Я ученый, – с достоинством сообщил Гивр-ямм. – Если я что-то утверждаю, то исключительно после тщательной экспериментальной проверки.

– Отлично! – лапки по бокам длинного черно-красного тела зашевелились от возбуждения. – Открывайте!

– Гивр, не смей! Не сме… – заорал Сэрвару-ямм и тут же захрипел под ударом черно-красного хвоста.

– Что вы делаете с моим братом! – возмутился Гивр-ямм.

– Ничего с вашим братом не случится, а у нас очень мало времени. – Муравьиный Гад вклинился между рогатыми братьями. – Открывайте. Вы же хотели провести эксперимент… – вкрадчиво, как с капризным ребенком, продолжал он.

– Благодарю вас, но все необходимые эксперименты я уже провел, – поправляя очки на носу, чопорно сообщил змей. – Более меня этот вопрос не интересует.

– Ты, червь рогатый! Приказано тебе открыть пути – открыл быстро! – от рева Тата Ирка зажмурилась.

– Открывать тайные пути в такой… сомнительной компании… – Гивр-ямм многозначительно уставился сквозь очки на серокожего, – мне кажется неблагоразумным. Тем более что здесь дети.

– Почтенный Гивр… – Муравьиный Гад сдерживался изо всех сил. – Вы сами вступили в ТОМД, никто вас за хвост не тянул. Вы выполняли наши поручения. Что ж теперь вы изображаете верного подданного Владычицы? – нависая над очкатым змеем, рявкнул он.

– Я и есть верный подданный! – воинственно сверкнул очками Гивр-ямм. – Безусловно, я считал и считаю, что змеи-ямм должны играть более значимую роль в жизни Пещер и Ирия, и за эту роль следует бороться…

– Червяк ты книжный безмозглый! – простонал Сэрвару.

– Но это отнюдь не значит, что я готов провести в Пещеры Мертвый лес! – возмущенно выпалил Гивр-ямм. – А мне кажется, именно это вы и затеяли! – И, гневно сверкая очками, он сам попытался нависнуть над Муравьиным Гадом.

– Ну хватит! У нас ведь и правда дело жизни и смерти… Вашей жизни и вашей смерти, Гивр-ямм! Вашей и вашего брата! – заорал Гад. – Или вы сейчас же откроете путь войску Прикованного, или…

– Или что? – бесстрашно вытянулся в струнку Гивр-ямм и уставился Муравьиному Гаду глаза в глаза.

– Татльзвум Ка Рийо… – бесцветным голосом сказал Муравьиный Гад, – крылатый госсссподин наш огненный… Никто, кроме вассс, не сможет справиться с этим… Наши ничтожные жизни в ваших когтях…

Ирка почувствовала, как рука на ее плече начала стремительно остывать – у Тата буквально холодели руки. Он величественно выпрямился, только в глазах его стояла паника. Ирка еще не понимала, что происходит… но попыталась схватить Тата за руку:

– Не делай этого! Я не знаю, чего он от тебя хочет, только не делай! Он тебя обманывает, он специально, он…

– Девка защищает вашего подлого водного брата! – завопил Муравьиный Гад. – Того, кто не допустил вас на танец драконов, из-за кого вы можете потерять единение со стихией – а ведь следующий танец только через год!

– Замолкни! – рявкнул на Ирку Тат. – Это Айтвараса твоего все обманывают – и ты тоже! А меня никто не смеет обмануть! Слышала? Их жизни в моих когтях! Держите ее крепко! – снова будто куклу швыряя Ирку Муравьиному Гаду, рыкнул он. – А ты стой, где стоишь! – Его заострившийся коготь вытянулся навстречу серокожему. – Твой хозяин получит свой сосуд не раньше, чем исполнит договор! – И неспешно, потирая ладонь о ладонь, он двинулся к Гивр-ямм.

– Что… что вы собираетесь делать? – попытался отползти тот.

Меч, похожий на лепесток огня, возник в руке Тата. Клинок, отливающий багровым, вонзился в хвост Гивр-ямм, пришпиливая того к полу. У рогатого змея вырвался пронзительный вопль, вскрикнула и рванулась Ирка, дернулась Галька, прижимая к себе малышей, пронзительно, будто меч воткнулся в нее, заорала скандальная туристка, и только ее спутница продолжала невозмутимо взирать на корчащегося вокруг клинка змея.

– Что… что вы делаете, что… – снова застонал змей.

– Пока еще ничего. – Тат присел возле него на корточках. – Если, конечно, ты скажешь, как открывать пути… – Он нервно облизнул губы, а голос его звучал чуть ли не умоляюще.

– Молчи, Гивр, молчи! – завопил Сэрвару-ямм. – Раньше не мог язык за клыками держать, так хоть сейчас молчи!

– Крылатый господин, не лучше ли вам заняться обоими братьями, так они быстрее осознают… – почтительно зашипел-заворковал Гад.

– Замолчи! – чуть не взвизгнул Тат, шумно выдохнул… – Будешь открывать? – Он пнул извивающегося змея. Сухо треснула сломанная дужка очков. – Тогда сам виноват! – словно в бреду забормотал Тат, и вокруг его ладоней зыбким маревом затанцевал горячий воздух. Тат протянул ладони к змею…

– Не надо! Мне больно, не надо, нет! – Тело Гивр-ямм, окутанное ореолом дрожащего раскаленного воздуха судорожно вытянулось и скорчилось снова, он забился как на сковородке. Несвязный вопль брата эхом откликнулся на его крик: Сэрвару-ямм извивался в точно таком же облаке раскаленного воздуха, и корчи одного из братьев словно передразнивали мучения другого.

– Тат, прекрати немедленно! Что ты делаешь, не надо! – кричала Ирка.

– Прекрати, прекрати, прекрати! – Зал наполнился криками, Галька попыталась кинуться к змеям, но в пол у самых ее ног ударил огненный шар, бегущая огненная дорожка отгородила кричащих и плачущих змеенышей…

– Ты, дебил малолетний, оставь змейку в покое! – орала скандальная тетка.

– Пусть скажет! Пусть откроет пути! – громче всех, даже заглушая вопли своих жертв, орал Тат.

Ирку стиснуло так, что перед глазами у нее поплыли цветные круги, она поняла, что сейчас просто отключится, и была рада этому – она не могла видеть этот ужас, она чувствовала, что сходит с ума!

– Молчи! – корчась от боли, кричал Сэрвару-ямм. – Молчи, брат, они убьют всех, молчи!

– Я не могу! Брат, я не смогу молчать, бра-а-ат! – пронзительно закричал Гивр-ямм.

– Говори! – монотонно твердил Муравьиный Гад, и его фасеточные глазищи сверкали алым, словно в них отражался струящийся с ладоней Тата жар.

– Я не могу, брат! Мне больно! Помоги мне, брат! – пронзительно закричал несчастный Гивр-ямм.

Сэрвару извернулся. Краткий миг рогатые братья-змеи глядели глаза в глаза… Сэрвару-ямм распахнул пасть… и уже виденный Иркой желтый, похожий на густой гной яд тугим плевком вылетел из его пасти… Гивр-ямм поймал плевок! Близорукие глаза архивариуса вспыхнули сумасшедшей радостью…

– Нет! – Муравьиный Гад заметался, не зная, то ли Ирку держать, то ли змея хватать.

Старый архивариус шумно сглотнул. Тело его судорожно вытянулось и… повисло скомканным чулком. Не прекращая кричать от боли, Сэрвару-ямм захохотал!

– Не вышло! Ничего у вас не вышло!

– Аааашшш! – заорал-зашипел Муравьиный Гад… его хвост слетел с Иркиных плеч, оставляя полузадушенную ведьму, и с силой молота опустился на голову второго брата-ямм. Сэрвару дернулся и затих.

Мертвые братья-змеи лежали рядом – голова к голове, – и пасти обоих растягивала одинаковая усмешка. Усмешка победителей. Между ними неподвижный, точно после взгляда Кокатрикса, замер Тат, не отрывая глаз от собственных ладоней.

Глава 42
Новая битва в старой войне

Табити медленно и плавно скользила по земле между то взлетающими, то приземляющимися драконами. Рядом со своими огромными детьми она сейчас казалась маленькой, и только алое платье и сверкающая тиара из сплетенных змей позволяли им увидеть ее издалека и свернуть в сторону. Встречаться с Матерью-Владычицей детишки не очень-то рвались. Табити криво улыбнулась. Зато живы. Играть то в теннис, то в догонялки с ракетами ей совсем не понравилось, но «змеиный садок» цел, ее малыши целы… Не все. Она проводила взглядом пролетевшего над головой Грэйла Глаурунга. Ее старший вернулся к ней… к ним, но цена даже самой Древней Змее казалась слишком высокой. Пан Лун… Панечка, змеечка маленькая… Не первое дитя, которое она теряет… и не последнее. Счастливы человечки, они могут молить богов за своих детей – а кого молить Табити-Владычице, Предвечной Тиамат? Знает она этих богов, их только попроси, прояви слабость – и детей отберут, и шкуру с хвоста снимут.

Табити неспешно потекла дальше. Владычица никуда не торопится потому, что даже враги подождут Изначальную Змею… а вовсе не потому, что разорвавшиеся ракеты осколками посекли крылья, летать ей фактически не на чем, и даже скрытые, крылья болят зверски, верно говорила Айтварасова ведьма… Еще бы чуть-чуть сам Айтварас опоздал человечьих наемников к делу пристроить – и рваными крыльями она бы не отделалась.

У зеркального занавеса водной преграды не осмеливался задерживаться никто. Только серебристо-стальной дракон сидел на похожей на громадную ладонь смотровой площадке ледяной башни, очертаниями похожей на женскую фигуру. Оглянулся, точно почувствовал ее приближение…

– Вниз, – негромко скомандовал он. Лед протяжно заскрипел, и площадка поехала вниз, будто статуя и впрямь опустила ледяную руку. Табити скользнула к сыну. «А ведь он наверняка знает про крылья», – смущаясь собственной слабости, подумала она. Ледяная площадка снова поползла вверх. Мир позади прозрачной линзы водной преграды казался странным, изломанным. Покрытая золой пустошь перед башней была перекошенной, любой холмик, на котором останавливался взгляд, будто выпячивался, становясь крупнее остальных. Вдалеке, то и дело окутываясь пламенем, мерно дергалась человеческая установка – даже сквозь воду нос улавливал четкий запах огня, металла и чего-то кислого и неживого, чем пахнет только в человеческом мире. Табити невольно передернула плечами – боль в отсутствующих крыльях стала просто нестерпимой. С поднятой над установкой пусковой платформы сорвалась ракета и усвистела в сторону Мертвого леса, сметая первые ряды черных деревьев. Черная пыль взвилась столбом. Установку в Мертвом лесу наемники уничтожили еще полчаса назад. Потом оттуда начала стрелять еще одна – на самом деле их оказалось не три, а четыре – видно, для последней, четвертой, и предназначались попавшиеся Айтварасу наемники. Ринувшийся за ракетой вдогонку здухач опоздал, ракета пробила водную завесу и железной болванкой ухнула у входа в Пещеры, пробив в земле изрядную канаву. Взрыва не было.

– На ракеты я свой водный занавес не рассчитывал, – негромко сказал Айтварас Жалтис, Великий дракон Вод. – Хотя следовало бы, я ведь о них знал. А она выполнила свое обещание. – И, не дожидаясь вопроса «кто?», пояснил: – Ирка… наднепрянская ведьма. У Пса больше нет действующих зарядов. У нас тоже скоро кончатся. И тогда он перейдет в наступление.

Табити искоса посмотрела на самого младшего из своих взрослых сыновей. Она была матерью для тысяч детей и бабкой уже для десятков тысяч внуков, но… среди такого количества неизбежно были сыновья и… Сыновья. Предыдущий водный был цунами, ураганом, этот… этот скорее напоминал тихий омут, глаз бури… под которыми скрывается самая страшная глубина и самая чудовищная ярость самой обманчивой из стихий. Ему всегда удавалось ее и всех провести. Достаточно вспомнить, как он взял Силу, – ведь никто не ожидал от змееныша, никто! А водная преграда, пусть даже он и просчитался с ракетами… И еще девушка. Ее дети натаскали полные Пещеры всяких… принцесс, красавиц. Но только младший умудрился выцепить… ведьму! Дочь Пса и внучку Лизки. У него получалось… невозможное. Быть может, и сейчас получится?

– Мы выстоим против Пса? – Голосом маленькой девочки, которая просит защиты от прячущихся в шкафу чудищ, спросила Табити-Владычица.

– Нет, – словно вбивая кол в могилу, отчеканил Великий Водный. Табити отпрянула, чуть не сверзившись с ледяной платформы. – Он готовился с тех пор, как узнал, что в человеческом мире есть его кровь… а мы все упустили. Он ведь и узнал про Ирку наверняка от твоей человечки. Ведьмы.

– Ах, эта ученица Пса? Как ее… Рада. – Табити изо всех сил сохраняла невозмутимость – сын недолжен заметить, что она смущена. – Предательство было ее сутью. Сперва она предала его мне, неудивительно, если потом предала и меня. Она так внезапно исчезла тогда в человеческом мире. Впрочем, я ее и не искала.

Да-да, делаем вид, что ожидала предательства от толстой человечки… и никто не узнает, как та сперва потеряла девчонку-ведьму в человечьем мире, а потом просто-напросто сбежала от гнева Владычицы. Хотя сама Табити была уверена, что запугала безголовую тетеху до заикания и та дыхнуть не посмеет без ее воли!

«Поймаю – съем. Вот пару тысяч лет уже на диете сижу, а эту точно съем, и плевать, сколько в ней жиров и углеводов!»

– Но мы все-таки попробуем справиться! – Айтварас Жалтис вдруг жестко и очень страшно ухмыльнулся во всю пасть.

– Обещай мне… – пробубнила Табити, не поднимая головы, будто разговаривая с выглядывающим из-под платья собственным хвостом. – Обещай, что если и впрямь не получится… ты сделаешь то, о чем я тебя просила! Никто другой не сможет… а ты сделаешь!

– Я сделаю все, чтобы спасти Ирий и его обитателей, – отчеканил сын, и морда у него была замороженная, будто враз покрылась слоем льда. И, не дожидаясь Матери, снялся с ледяной площадки и полетел к собирающимся войскам. Табити вздохнула… и потихонечку, надеясь не свалиться (то-то зрелище будет!), поползла по ледяной «руке» вниз. Сделал все-таки сынок Маме маленькую гадость – бросил тут наверху с подранными крыльями. А если б не сделал, она б и не поверила, что он и впрямь согласился. Нелегко согласиться на такое. Сейчас был один из немногих случаев, когда Древняя Змея маялась чувством вины. Но… что же делать? Пес опасен, девчонка неглупа, но молода, а Айтварас Жалтис сейчас единственный из ее сыновей, кто понимает, что происходит… И хватит глодать саму себя начиная с хвоста! У нее есть сыновья… и Сыновья, и если первые могут делать что хотят, вторые должны исполнять свой долг! А кем быть, каждый из них решал сам.

* * *

– Все, мужики, последняя! Тикайте! – скомандовал командир наемников.

Парящий над установкой прозрачный парень кивнул в ответ и серебряным бликом мелькнул в воздухе – только алый плащ взвился и пропал. Кем он там был, призраком или кем, а своим красным глазом видел не хуже спутникового наведения!

Лязгнуло, подающий механизм поднял ракету на пусковую платформу, парни развернулись – и рванули к водному щиту, очередному приколу этого странного мира. Вот уж занесло их в этот раз так занесло! Командир задержался, глядя в визор на далекую полоску того, что здесь называли Мертвым лесом. Деревья – жуть, а между ними еще и мелькают серые фигуры, похожие то ли на мутантов, то ли на зомби из ужастиков. Старшего передернуло. Пещера кровожадных ящеров, где они побывали, пугала его меньше. Ящеры выглядели… да и вели себя вполне по-людски, с ними, оказалось, можно договориться. Троица странных ребятишек, ведущих себя совсем не как дети, тоже помогла. Все, договор исполнен! Он кивнул сам себе, подал команду на пуск и со всех ног помчался прочь.

Установка содрогнулась. Пронзительный свист располосовал воздух, как острый нож туго натянутую ткань, и окутанный ореолом раскаленного воздуха снаряд рванул в сторону Леса. Водная завеса распахнулась беззвучно, зато грохот бьющих по воздуху крыльев оглушал, заставив наемника упасть на землю. Он перевернулся и… замер, когда над ним узким клином понеслись драконы – громадные когти сверкают, чешуя неистово блестит под солнцем, разноцветные крылья вздымаются и опускаются на фоне голубого с розовой дымкой рассветного неба. Драконы уже пролетели, а он, позабыв об опасности, все так же лежал в пыли и золе у самого водного щита и мечтательно улыбался.

* * *

– Aaaapppp! – воздух ревел и стонал. Айт сложил крылья и буквально размазался в пространстве, мчась следом за ракетой. Несущаяся с неимоверной скоростью, драконья армия казалась радужным мостом, тянущимся от водного щита к Мертвому лесу. Тень драконьего клина накрыла летящую ракету.

– Она сейчас взорвется! – прокричал возникший у правого крыла Шен.

– Очень на это надеюсь! – прогремел Айт.

Мертвый лес колыхнулся, кроны зашевелились как живые, наполняясь беспорядочной суетой. «Не ждали!» – злорадно подумал Айт. Думали, драконы отсиживаться будут? Над кронами Мертвого леса взвилась стая аспидов – на спинах у половины даже седоков не было!

– Чтоб на врага нельзя было положиться: отвратительная безалаберность! – с чувством рыкнул Великий Водный, и драконьи боевые порядки рассыпались прямо у границы Мертвого леса – будто пестрое сверкающее конфетти. Ракета врезалась точно в стаю летящих навстречу аспидов и… взорвалась. Клубок огня рванул во все стороны, гонясь за хвостами удирающих драконов… Вместе с пламенем летели оторванные пестрые крылья, лапы… мимо, вертясь, как брошенный мяч, пронеслась ежиная башка с беличьими ушами.

Мертвый лес кипел как огромный котел, из которого вот-вот попрет варево. Короткие вспышки полыхнули среди мертвых деревьев, и хищные стальные акулы ринулись на стянувшихся в две сверкающие ленты драконов. Ленты, словно наделенные единым разумом, изящно изогнулись – просвистевшие мимо них ракеты шлепнулись на землю двумя железными болванками, оставив за собой вывороченные комья земли и взрытую траву. В лесу снова засверкали вспышки, раздался уже знакомый свист взлетающей ракеты.

«Зачем, толку же никакого…» – подумал Айт и тут же зычно проревел:

– Врассыпную!

Там, где только что летели драконы, вскипал огненный шар взрыва. Замешкавшегося ярко-фиолетового змея завертело в потоках горячего воздуха.

– Хитрый Песик… Сперва ударить сломанными ракетами, а когда мы расслабимся – выпустить последние настоящие. Будем надеяться, что больше у него нет, – прорычал Айт. – Ну или не будем… – тут же передумал он – из Леса вылетела новая ракета… а следом хлынули воины Прикованного. Новая стая аспидов воспарила над верхушками мертвых деревьев.

– Симаааааргл! – невнятный боевой вопль слился в нескончаемое «аааааа!». Аспиды извергались из Леса бесконечным потоком, как пестрый крылатый водопад. Мгновение… драконы уже не могли собраться в боевой строй – вокруг каждого из них вертелась карусель из крылатых скакунов. Топоры и мечи чудовищных всадников рубили чешую. Змеи крутились как ужи на сковородках, расплевывая вокруг то огонь, то заморозку, то закручивая врагов в спирали торнадо. Вопящие всадники сыпались вниз, по небу сражения носились аспиды с опустевшими седлами, но хлещущий из Мертвого леса поток все не кончался.

Айт крутанулся на месте – на краткий миг вокруг него зависли сверкающие ледяные статуи: аспид с распахнутыми крыльями, схваченный прозрачной ледяной коркой рыбочеловеколис в доспехах, толстый дикобраз с занесенным топором в лапе… И тут же полетели вниз, к земле, рассыпавшись по черной золе белыми ледяными осколками. Айт взмыл над битвой.

Лес был совсем рядом… хотя его рядом быть не должно! Лес… шел! Медленно выдирая корни из земли, мертвые деревья ползли к водной преграде. Качался свисающий лишайник, а на ветвях, держась за стволы, ехали серокожие воины – в отсветах драконьего огня тускло блестели лезвия мечей и секир в жилистых руках. Гибкие, как осьминожьи щупальца, корни метнулись вперед и впились в разметавшего вокруг себя аспидов воздушного, обхватили лапы, обвились вокруг крыльев… и несчастный змей исчез среди мертвых ветвей. Только пронзительный вопль вырвался из глубины Леса – и тут же смолк. Лес полз дальше.

– Отходим! – взревел Айт, вламываясь в круг аспидов, обсевших уже не способного сопротивляться огненного. Ледяные иглы из пасти Великого нашинковали врагов на пестрые ленточки. Спасенный змей взмахнул крыльями и… начал заваливаться к земле.

– Перекинулся бы, что ли! – пропыхтел Великий Водный, ловя раненого в когти, но шея змея беспомощно болталась. Рядом, рассыпая капли крови из многочисленных ран, оземь грянулся еще один змей, покатился, ломая крылья, и замер растерзанной грудой чешуи.

Остальные, сохраняя строгий порядок, улетали в сторону щита. Спикировавшая сверху драконья «двойка» из личной охраны Великого подхватила раненого из когтей Айта и поволокла следом.

Черный корень-щупальце словно выстрелил из-за приближающейся стены деревьев, вцепился Айту в крыло. Великий Водный щелкнул челюстями, перекусывая щупальце, от него во все стороны брызнули ледяные иглы, но новые щупальца уже обхватили шею, сдавили… Мертвый лес душил Великого Водного и, кажется, делал это с наслаждением! Из-за спины дохнуло огнем, и мощный порыв ветра погнал пламя, пожирая хищные корни Мертвого леса точно жадные гусеницы – листву. Вцепившись в Айта со всех когтей, Шен и новый огненный из Айтова личного «трехглавого дракона» поволокли своего Великого к стене. Водная завеса неслась им навстречу, отступающие змеи уже ныряли в пенящуюся вокруг них воду…

Мертвый лес заревел. Жуткий гул и скрип покатился по земле как тяжелый шар, пустошь перед стеной начала разламываться как черствая лепешка, вываливая наружу слои спекшейся мертвой земли. Орали аспиды. А Лес словно прыгнул вперед – деревья принялись стремительно перебирать корнями, а черные щупальца, все удлиняясь и удлиняясь, отчаянно тянулись за серебристо-стальным змеем. Айт влетел в защитную стену. Мгновение из бурлящей воды торчал только драконий зад. Самым неприличным образом задрал хвост… оскорбительно помотал им туда-сюда и канул под защиту воды.

Из глубин Мертвого леса донесся рев – страшнее и безумнее, чем раньше. Лес ринулся вперед. Мертвые деревья навалились на водный щит.