Текст книги ""Ирка Хортица -супер ведьма". Компиляция. Книги 1-16+ Словарь (СИ)"

Автор книги: Кирилл Кащеев

Глава 24
Начинайте шоу!

Золотые лучи солнца сменились темными красками заката, казалось, что по водопадикам, бассейнам и фонтанам разбросаны лепестки бордовых роз. Еще немного – и темно-красные отблески сменятся фиолетовым мерцанием луны.

Дина расправила серебристую юбку – цвет ткани в точности совпадал с цветом ее чешуи, и драконица не могла устоять. Она с сомнением посмотрела на открывающий плечи корсаж, вздохнула и набросила сверху крохотный кружевной жакетик. А то братца Чен-Тана удар хватит раньше, чем его прибьют.

– Ну что, пойдем? – бросила она, поправляя перед водяным зеркалом пахнущие цветами волосы. Даже космы Лаумы, хоть и умудрились остаться грязными в этом царстве воды, были украшены букетиком из крапивы вместе с засохшим лопухом. Дина огляделась, но занимавшуюся волосами прислужницу не нашла.

– Девушка с тонким чувством стиля! – фыркнула Дина. Лаума с жалобным подвыванием прикрыла оригинальное украшение ладонью. – Шешу с тобой, носи, если хочешь! – Повелительница Грозы двинулась на звуки музыки. Сердце билось учащенно, по жилам разбегалась гремучая смесь предвкушения – неужели нашелся тот, кто стоит за всеми предательствами последних лет; страха – смогут ли они справиться, ведь Чен-Тан всерьез собирался стать Великим их стихии; и мстительного злорадства – ну не стал же, а она стала Повелительницей Грозы, и пора ему понять, где его место! Скользнув сквозь трепетно шепчущие струи, Повелительница Грозы очутилась в громадном зале. Легкое журчание и шелест неслись со всех сторон – стены зала состояли из то поднимающихся, то опадающих фонтанов. Над фонтанами взмывали разноцветные водные пузыри и зависали сверху, образуя словно собранный из крупных жемчужин потолок.

– Дорогая моя! – Чен-Тан шагнул навстречу. – Ты уверена, что подобный наряд подобает Повелительнице Грозы?

– Безусловно, – без колебаний ответила Дина. – В таких юбках, в случае чего, гораздо легче драться, чем в наших старомодных кринолинах.

– Драться? Здесь? – Хранитель обвел широким жестом полный рокота воды зал. – Поверь мне, здесь все в моей полной власти!

«Клянусь Владычицей, именно это меня и беспокоит!» – подумала Дина

– С интересом погляжу на твой триумф, старший братец Чен-Тан! – проворковала она вслух.

– Уверен, тебе будет… интересно, – надменно склонил голову тот – и каждый сказал именно то, что хотел сказать, не больше.

Грубо сколоченный помост украшали подушки, мягкие ковры и собранные со всего Сердца Источника вазы.

– Тут должна быть свалка, – проворчал мужичонка из автобуса, неодобрительно разглядывая сцену. – Но мне сказали, это кого-то там оскорбит.

– Вельможное котское панство – на свалке? – раздалось рядом резкое мяуканье. – Помыслить невозможно! – Адельсод Эбони Бритиш почтительно поклонился Дине.

Дина в ответ лишь приподняла уголки губ. Змеи недолюбливают черных котов – все из-за слухов про их загадочную кость, которой можно убить змея. Дина еще с нежночешуйчатого детства помнила: «Не плачь, змейка, не ной, черный кот придет за тобой. Стой, змейка, постой – черный кот за твоею спиной!» В темноте спальни это звучало так… жу-утко. Но род Эбони Бритиш всегда занимался исключительно собственными делами, не вызывая подозрений в антидраконьих настроениях. Правда, теперь Старший Кот работает на Прикованного… Хватит! Недостойно взрослой драконицы коситься на подданного из-за детской страшилки! Дина уже по-настоящему улыбнулась черному аристократу. – Ваша прелестная невеста порадует нас своей игрой?

– Осведомленность Повелительницы о мечтах и чаяниях подданных может сравниться только с ее же красой, мряу! – снова поклонился кот, а Хранитель Источника опять высокомерно-иронически скривился.

Из-за помоста, надраивая пол шваброй, вылез уборщик и двинулся вдоль края фонтанов. Дина вздернула брови.

– Мы торопились, – провожая его недобрым взглядом, буркнул Хранитель. – Я же не знал, что ты сегодня появишься.

– Так это из-за вас такую гонку устроили, что мы даже подготовиться не успели? – проворчал мужичонка, а стоящая у него за спиной блондинка одарила Дину мрачным взглядом.

Хранитель скривился снова, а его устремленный на человечка взгляд сулил тому тысячи бед:

– Ему не успели объяснить, как следует вести себя с царствующими змеями. Он будет наказан.

– Нарушение этикета наивным иномирцем не может меня оскорбить, – примирительно улыбнулась Дина, за что заработала негодующий взгляд Хранителя:

– Царствующие змеи должны оберегать свою честь!

– Скоро во всех Змеевых Пещерах будет электричество – как в мире людей, только без их вонючих электростанций, – обронила Дина. – Великий Водный хочет, чтобы я провела свет на Торжище – там бывает много разного народа, идея быстро распространится. Но первым делом, конечно, приграничье у Мертвого леса – защитные изгороди, негаснущие фонари. А потом маяки в море.

– Зачем ты рассказываешь мне эту чешуйню?! – возмутился Хранитель.

– Я объясняю, в чем моя честь, – мягко пояснила Дина.

Сбоку кто-то отчетливо хихикнул. Хранитель обернулся, но никого не нашел. Только мальчишка-чесальщик со щетками деловито направлялся за помост сцены, но он был слишком далеко. Дина плавно двинулась к креслам.

– А где человечки из автобуса? – спросила она, оглядывая немногочисленных зрителей – почтительно кланяющееся семейство ящеров-сэв, толстого человечьего торговца из местных, еще пяток разнообразных существ.

– Уехали, – отрезал Хранитель. – Свое они получили, оснований для жалоб не имеют.

– Мы подписали отказ от возвращения с группой, – пробормотал мужичок из автобуса. – Сейчас театральному деятелю трудно заработать – хватаешься за любую возможность. – По его тону и настороженно-испуганным взглядам было ясно, что он уже жалеет о своем отказе.

– Этот человечек мне еще нужен, – высокомерно обронил Хранитель. – Мы вообще-то готовились к появлению Великого Водного. Просто решили опробовать идею в твою честь. Кто ж знал, что твоя честь – в этих… как их… лампочках! – глядя на Дину с уже нескрываемым презрением, продолжал он.

– С чего вы взяли, что Великий тут появится? – Дина безмятежно улыбнулась, точно и не заметив оскорбления.

– Говорят, он… дурно себя чувствует. Вроде бы даже не может сражаться. И с обликом у него беда. – Хранитель с деланым сожалением покачал головой: – Куда же отправляться ослабевшему дракону, как не к Драконьему Источнику?

– Сила Великого неизмерима, он грозен, могуч и яростен! – холодно отчеканила Дина. – Все мы служим ему и Владычице нашей, да будет вечно крыло ее над нами!

– Я всего лишь хочу послужить ему как можно лучше, – на губах Хранителя мелькнула затаенная усмешка.

– Мне бы тоже хотелось спуститься к Драконьему Источнику – раз уж мы здесь, не стоит упускать такую возможность.

– Конечно-конечно! – с явной насмешкой протянул Хранитель. – Ведь он прямо под нами! Но сперва зрелище! – и он гибким движением указал на стоящие по центру кресла.

Мраченка и Белая Змея скользнули за спинку – громадные, как опрокинутые колокола, юбки оттеснили немногочисленную публику, остальное сделали запах и щербатые ухмылки Лаумы. Дина опустилась в кресло и разложила широкие юбки, словно раскрытый веер, вынуждая Хранителя отодвинуться подальше.

– Начинайте! – прошипел он режиссеру.

– Но… – заикнулся тот.

– Я сказал – начинайте! – И фонтаны вокруг взвились с грозным гулом.

Из-за помоста напуганным зайцем выскочил чесальщик со своими щетками, шустро пробежали прислужницы… и из стоящего на стуле толстого, как полено, устройства грянула музыка! Хранитель покосился на Повелительницу Грозы, но она оставалась невозмутима, как статуя. А должна бы злорадствовать, ведь устройство с этим самым ее электричеством, чтоб играла человеческая музыка, ему пришлось купить в Змеевых Пещерах за тройной вес золота! Ничего… Терпеть недолго осталось, а потом и само устройство, и человеческая музыка в нем канут на самое глубокое дно – вместе с теми, кто принес их в Ирий!

– Ты родился слепым… Или видишь во тьме? – вкрадчиво спросил голос из устройства. – Ты, упав с высоты… будешь ли невредим?[188]188
  Здесь и далее перевод стихов С. Бутовской.


[Закрыть] – и на сцену хлынули коты: черные, и серые, и рыжие, и пара скромно жмущихся к заднику двухцветных. Черный Адельсод яростно захлопал всеми четырьмя лапами, когда, изгибаясь, точно лента меж струями фонтана, пробежала стройная белая кошечка. Фонтаны взорвались переливами цвета, на белоснежной шкурке заиграли пятна света. Повелительница Грозы не отрывала глаз от сцены – но там и впрямь происходило нечто невероятное!

 
Мы умеем парить над землей в вышине.
Делать сальто двойное, влезать на карниз.
И скакать по ветвям, и взбегать по стене.
По канату ходить, прыгать с дерева вниз, —
 

пел невидимый хор… а коты делали. Мечущиеся гибкие тела и мечущиеся тени создавали необыкновенный балет на сцене, в зале, средь струй фонтанов, в небесах и даже, кажется, под землей. Коты словно могли взбежать не только по стене, но и по водной струе, скакать по плывущим над головами цветным шарам, завиваться штопором и распрямляться как пружины, просачиваться сквозь пол и уходить в толщу помоста. Рядом послышался шумный вдох – откинувшись на спинку кресла, режиссер вытирал платком вспотевший лоб. Хранитель чуть заметно улыбнулся: этот человечек еще поживет – тот, кто может создать зрелище, способное заворожить драконицу, ему пригодится! Главное, чтоб ее увлеченность действом не пропала! Хранитель невидящими глазами уставился на сцену, мелькающие коты сливались для него в мутные цветные пятна, мелодии – в невнятный гул… И вдруг знакомая музыка заставила Хранителя судорожно выпрямиться.

– Гляди, вот я застыла в тусклом свете, – запел проникновенный женский голос. – На пороге двери, открытой хищно, словно пасть…

Стараясь сохранить на лице невозмутимость, Хранитель стиснул кулаки, чувствуя, как удлиняющиеся когти впиваются в ладони. На краю помоста точно ожила кучка лохмотьев, пятная роскошную картину кошачьего триумфа. Припадая к земле и униженно пригибая голову, на сцену воровато просочилась… пестрая кошка.

Над немногочисленной публикой повисла совершенная, нерушимая тишина. Все взгляды метнулись к Адельсоду Эбони… и тут же испуганными мышами порскнули прочь – на кота было страшно смотреть. А ничего не соображающее (как и его создатели!) человеческое устройство невозмутимо пело:

 
Ты видишь: кожа на висках желта, как жухлый лист…
Оторван воротник и на подоле… грязь.
 

Кошка робко оправила латаную юбку и, затравленно косясь то на демонстративно застывших в возмущении котов на сцене, то на искренне заходящегося яростью Адельсода Эбони, поползла вдоль края помоста.

– Это и есть профессионалка, которую все ждали? – Усы у кота распушились, хвост бешено летал из стороны в сторону. – Как смеет пестророжденная тварь… рядом с моей невестой… Это намеренное оскорбление! – И безумные кошачьи глазищи уставились на режиссера.

– Ну что вы, чистоцветный! – примирительным тоном начала Дина, одаривая дорогого братца Чен-Тана недобрым взглядом. Великим он хотел стать! Таким великим, что в законах и обычаях обитателей Ирия разбираться недосуг? – Смело, даже чересчур смело сделать эту Гризабеллу… такой. Но зато понятно, почему остальные кошки так к ней относятся! – она махнула в сторону сцены.

Коты кружились в бешеной пляске вокруг осквернившей их общество пестрой, на кошку сыпались удары – лапы передние, задние, выпущенные когти, яростное шипение, воинственно распушенные хвосты…

– Так ее! Так! – подхватил в зале Адельсод Эбони. – Будет знать, пестророжденная!

Серый и рыжий коты подскочили к ней с двух сторон, подхватили за лапы, закружили в высокой поддержке, размахнулись и… швырнули в зал! Латаная юбка слетела с кошки, Дина успела увидеть оскаленную кошачью пасть, шкуру, натянувшуюся так туго, что казалось, сквозь шерсть проступает череп…

– В сценарии такого нет! Что за импровизация! – завопил режиссер.

Крючки когтей вонзились Дине в грудь и рванули плечи, пуская кружева жакетика на лохмотья. Драконица почувствовала, как быстрые струйки крови текут по груди, вскинула руки: схватить наглую кошку, сломать хребет одним движением пальцев, выпустить потроха взмахом когтей… Совершенно безумные зеленые кошачьи глазищи вперились в нее, когти полоснули по лицу, и мучительная слабость охватила все тело. Дина попыталась поднять руку – и не смогла, она не чувствовала ног… и рухнула на спину вместе с креслом. Кошачья морда с прижатыми в ярости ушами возникла над ней…

– Лаума… Мраченка… – успела прохрипеть Дина… но змеечек нет, они давно выскользнули из зала фонтанов, ведь она сама приказала… Дина почувствовала, как кошка вцепляется ей в горло – и в груди не осталось воздуха. Драконица, задушенная кошкой, будто мышка. Какая позорная смерть!

– Всем стоять, мря! – раздался пронзительный вопль и дробный отрывистый стук. В туманном перевернутом мире, возникшем вокруг Дины, она видела сцену и сидящего на ее краю… кота. Угольно-черного. С человеческим автоматом, зажатым сразу в четырех лапах! Автомат был слишком тяжел для кота, и дуло отчетливо рыскало… Цок-цок-цок! – что-то впилось в пол рядом с Дининой головой. Цок-цок! – и Дина почувствовала, что свободна, а пестрая кошка с испуганным мявом отлетела в сторону. Кот прыгнул – прямо с края сцены. Он и автомат одновременно взлетели в воздух… – Мря! – и приклад опустился пестрой кошке на голову. В грудь Дины потоком вливался воздух, а слабость стремительно исчезала…

– Вам что сказали?! А ну замерли, хвостатые! – весело и зло прокричал знакомый мальчишеский голос, а человеческий магнитофон вдруг захрипел, заскрежетал… и из него грянула совсем другая мелодия!

 
При имени Макавити от страха стынет кровь,
Профессор Мориарти он среди плохих котов…
 

Держась за горло, Дина села. По залу фонтанов носился вихрь – черный кот гонял пеструю кошку!

 
Повадкой плавною своей на змея он похож,
Решишь, что дремлет этот змей, – и в когти попадешь!
 

Черная тень неслась за пытающейся сбежать пестрой – в абсолютном молчании. Прыжок! Кот рухнул кошке на спину, вбивая ее в пол. Кошка извернулась по-ящериному, порскнула из-под кота – одним движением кот дотянулся и снова прижал ее. Кошка завизжала. Снова рывок – ей удалось выскользнуть… кот метнулся за ней. В последнее мгновение кошка повернулась навстречу и встретила его когтями. Черный кот и пестрая кошка сплелись клубком, разлетелись в стороны, заорали, дыбя шерсть, и снова кинулись друг на друга. Кошка вилась, будто лента в руках гимнастки, кот был, как рапира лучшего фехтовальщика! Прыжок, подскок, удар! Стальные когти нацелились коту в глаза – банг! Кот парировал удар хвостом, стальной шар на хвосте глухо загудел, кошку снесло! Кошка попыталась достать его ударом в горло – кот перепрыгнул через нее, в одно мгновение оказавшись у кошки за спиной, та отпрянула, опрокинулась на спину, и летящего на нее кота встретили когти на всех четырех лапах. Кот извернулся в воздухе, рухнул рядом, кошка попыталась достать его боковым, кот откатился, ударил в ответ. Раздался истошный, яростный мяв! И они снова сцепились в клубок!

– Макавити рыжий! Не по сценарию! – орал режиссер – жена волокла его прочь, а он все норовил вернуться.

– Ну почему вокруг меня одни никчемные твари?! Почему я все должен делать сам?! – Хранитель потянулся к струе фонтана – и в руке у него возник громадный ледяной меч. Ледяное лезвие метнулось к Дине. Дина перекатом ушла от удара, вскочила… и навстречу ледяному мечу вспыхнула вольтовая дуга. Они столкнулись – ледяной меч обиженно зашипел, встретившись с клинком-молнией.

Вопящие коты носились по спинкам кресел – пестрая кошка норовила смыться от черного…

Змей и змеица закружились по залу. Льдистый проблеск… Разноцветные электрические искры… Тонкий звон льда… Шипение разрядов… Удар-удар-удар! Прозрачный пол под их ногами затрещал, покрываясь длинными трещинами, неторопливо плавающие в его толще рыбы метнулись в разные стороны. Противники разлетелись, тяжело дыша и настороженно следя друг за другом.

– Покушение на царствующую змеицу, старший братец Чен? – прохрипела Дина. – Целое представление ради этого!

– Устрица тупая! – рявкнул Хранитель, пытаясь достать ее прямым выпадом. Вольтовая дуга выжгла проплешину в ледяном клинке, впрочем сразу затянувшуюся. – Ничего бы с тобой не сталось, если б ты не лезла не в свое дело! Я ждал наглого мальчишку, отобравшего мою судьбу! Мою Силу! Эта кошка идет за ним с тех пор, как твоему… В-в-великому пришлось драпать от Алатырь-камня!

Кошка вдруг резко остановилась, разогнавшийся кот врезался в нее, она прошлась ему когтями по морде и рванула ухо… Хранитель прыгнул вперед, клинок-молния в руках Дины встретил его, рой ледяных осколков и разноцветие искр окутали сражающихся змеев.

– Драконью сущность он вернул, а Силу восстановить не успел! – орал Хранитель. – Разъединить обессиленного мальчишку со стихией – такой удачи не было со времен сотворения Ирия! Ну наводнение, ну парочка цунами, если часть его Силы уже вернулась к нему… прибрежные города уцелеют, я почти уверен! Но даже если погибнут… Малая цена за то, чтобы отобрать огромную Силу у безответственного, не понимающего, как ею пользоваться, трехголового!

Клинок-молния вгрызся в ледяной меч у самой рукояти. Похожий на сосульку кусок лезвия грянулся об пол, рассыпаясь брызгами.

– И никакие змейские девки мне не помешают! Убей ее, ну-у! – заорал Хранитель.

Пестрая кошка прыжком вырвалась из боя и сиганула Дине на спину… Кот взвился на перехват… Дина обернулась… Хранитель налетел с другой стороны, норовя всадить обломок клинка Дине под ребра… Кулак драконицы врезался ему в челюсть, швырнув на пол…

Пол зала вспучился, словно изнутри в него тоже ударил громадный кулак. Обломки взлетели в воздух, а сцепившиеся коты рухнули в дыру.

Глава 25
Раздраконенный Источник

– Бегом!

Змеицы мчались по коридору между стеклянных стен. Рядом бежали их смутные отражения. Юбки разлетались на бегу. Каблучок туфельки подломился, Мраченка стряхнула их и побежала босиком. Поддернув лохмотья до желтых волосатых коленок, Лаума мчалась впереди всех, бойко перебирая артритными ногами.

– Ку-у-уда?! – из бокового прохода выскочила пятерка охранников, до изумления похожих на тех, что явились к Гастону.

Значит, не всех отловили в кофейне. Белая Змея на бегу сорвала с себя юбку: главное – не останавливаться! Ворох белоснежного кружева накрыл предводителя. И взвился облаком белоснежного пара. Из облака вырвался пронзительный вопль. Свариться – не сварится, но желание гоняться потеряет всерьез и надолго. Его подручные отпрянули в разные стороны – и замерли на мгновение, провожая взглядом изящную девичью фигурку в туго затянутой блузе-корсете и белых чулках. С розовыми бантиками. Волосы Белой Змеи взметнулись, и змеица исчезла за поворотом. Охранники заорали и кинулись в погоню. Змеицы вбежали в коридор, освещенный мерцающими раковинами. Сзади слышался топот. В ответвлении коридора возникла темная тень без лица – прислужница в чепце и форменном платье поманила за собой. Змеицы рванули на зов. На полной скорости свернули направо… И услышали собственные голоса, явно доносящиеся из другого коридора, уходящего влево.

– Летите! Я все равно вас задерживаю! – прокричал дрожащий от усталости и отчаяния голос Белой Змеи.

– Не останавливаться! – яростно ответил ей голос Дины.

В стеклянной стене отразилось, как погоня с грохотом уносится по левому коридору. Змеицы бегом дернули по правому.

– Когда это я вас задерживала? – пробурчала Белая Змея.

– Когда Великого к Алатырь-камню везли. – бросила Мраченка. – Сама сказала.

– А ну стоять! – И опять пятерка охранников выскочила им навстречу.

– Это те же самые или просто такие же? – пропыхтела Белая Змея, не увидев ожогов на решительной физиономии предводителя.

– Ничего, сейчас и этих пометим! – утешила ее Мраченка.

Охранник поскользнулся в возникшей невесть откуда луже и хлопнулся, высоко задрав ноги. Лаума подпрыгнула – и пробежала прямо по нему. Потом Мраченка. Потом Белая Змея. Сзади донесся лишь сдавленный хрип. Лаума широко развела руки. Двое охранников попятились, увидев, как бегущая на них старуха с лопухом в грязных волосах распахивает объятия. Не пятиться надо было, а драпать! Налетевшая Лаума сгребла парней в охапку и с силой шарахнула друг о дружку. Охранники сползли на землю. Последние двое выставили навстречу дубинки… Белая Змея и Мраченка сиганули в разные стороны и скрылись внутри прозрачных стен. Короткий плеск – змеицы снова вынырнули из стен, за спинами у охранников. Удар! Охранники носами вперед падают на пол.

– Теперь точно не запутаемся! – приподнимая своего за шиворот и еще разок прикладывая физиономией об пол, буркнула Мраченка. Змеицы вихрем пронеслись по коридору и, не сбавляя шага, ринулись прямо на цельнолитую стену из толстого темного стекла! Выставив ладони, Мраченка и Белая Змея распластались по стене – и та рухнула, осыпавшись приливной волной. Змеицы ворвались в темный проход, а стена вспенилась и с грозным гулом поднялась снова, закрывая путь обратно.

– Вниз! – Мраченка бросилась к уходящей под землю винтовой лестнице. Лаз был узкий, как дымоход, и было ясно, что его строили не одни только водные: словно не вытесанные, а выросшие сами собой каменные ступени, негаснущие факелы на стенах и ветерок по ногам, уносящий прочь мусор. Лохмотья Лаумы этому ветерку не нравились, змеица походила на встрепанную летучую мышь с драными крыльями.

– Быстрее! – Ступеньки мелькали под ногами, троица змеиц почти скатилась вниз… чтобы остановиться в огромном каменном зале. По четырем углам застыли статуи драконов в натуральную величину – огненный, воздушный, водный и земляной. Каждая статуя была точно льдом облита, а уж статуя водного и вовсе вырезана изо льда… и даже успела слегка подтаять от горящего рядом факела. Белая Змея невольно хихикнула: вытесанный из мягкого песчаника Грэйл Глаурунг наставительно поднял коготь, а на морде застыло ворчливо-раздраженное выражение, словно он что-то выговаривает остальным драконам. На ледяную морду Айтвараса Жалтиса Белая старалась не смотреть: видеть своего Великого таким – уже почти преступление, а уж вкупе с непреодолимым желанием похихикать… Зато морды огненного Вереселеня Рорига и воздушного Сайруса Хуракана словно исказились в чудовищном усилии, а драконьи тела вывернуло, остановив на середине превращения.

Посредине зала, слабо мерцая в свете редких факелов, бурлил круглый бассейн – только эти пузырьки и давали понять, что каменная чаша не пуста: настолько прозрачной была вода. А рядом… стоял высокий черноволосый парень и с интересом разглядывал розовые бантики на чулочках Белой Змеи.

– В-великий Водный? Это… вы? – Белая неловко попыталась прикрыться уцелевшей юбкой Мраченки.

– Ну а кто же еще это мог бы быть? – И он неспешно двинулся к змеицам.

– Например, самозванец! – Мраченка прыгнула на него. Струя огня ударила в нее… Мраченка швырнула навстречу веер воды… Из полумрака за постаментом вылетел второй огненный поток, его подхватил порыв ветра и бросил прямо в змеиц, накрыв всех трех сразу. Защититься водой они не успели.

Из-за постамента выскочили оранжево-рыжий здоровяк и тощий, почти прозрачный светловолосый…

Пламя опало. Посреди зала стояли три змеицы – целые и невредимые. Только из волос у них сыпались горелые черные лепестки и остро пахло цветами. Лишь лопух в волосах Лаумы торчал все так же гордо.

– Чтоб ты знал, Татльзвум Ка Рийо, – ты на Великого совершенно не похож! Перепутать вас невозможно! – с ненавистью глядя на черноволосого, процедила Мраченка.

– Девки что, все сговорились?! – взвыл Тат, швыряясь пламенем. – Елеафам! Шен! Бейте их!

Вкрадчиво ползущий у самого пола пар взвился ввысь, мгновенно закрывая зал сплошным туманом. Ашшш! – сквозь стену пара с шипением пронесся клубок огня… потом второй – в другую сторону, а потом поднявшийся ветер вымел пар прочь. И в зале никого не оказалось, кроме Татльзвума с огненными шарами на каждой ладони, вертящегося на месте, точно пес за своим хвостом.

– Тат, облако безмозглое, сдувайся быстро оттуда! – рявкнул Шен из укрытия за постаментом.

– Облака – очень милые сущности! – обиженно откликнулась Белая Змея, и перед прячущимся Шеном словно вырос снеговик. Облако облепило его со всех сторон, горячий пар лип к коже… На Тата с потолка рухнул грозовой ливень, гася пламя, и тут же сверху спикировала уже принявшая драконий облик Мраченка. Шен выдохнул, разгоняя пар… Пар мгновенно сложился в белую драконицу.

– Не щекочись! – Драконица звучно чихнула в Шена струями пара. Шея Шена начала стремительно вытягиваться, челюсть оскалилась клыками… Но он не успел. Проламывая ребра, когти белой драконицы с хрустом вошли в еще человеческую грудь. Рывок! Удерживая руками развороченные внутренности, Шен скорчился на полу.

– Шен! – Рыжий Елеафам выскочил из-за другого постамента. Складчатая черная морда старой драконицы словно выросла прямо из пола и впилась ему в глотку кривыми желтыми клыками. Елеафам успел дохнуть пламенем… Огненный клубок полетел к Белой Змее – и прошел насквозь мгновенно рассеявшееся белое облако. Черную драконицу подбросило – уже полностью преображенный черно-красный дракон вывернулся из-под нее и влепил Мраченку в потолок. Сверху посыпались камни. Огненный извернулся, прижимая ее когтями и норовя вгрызться в глотку. Мраченка судорожно забила крыльями, с каждым ударом выбивая куски камня. Один кусок припечатал по затылку ползущего к Источнику Шена. Тот затих. Лаума отпустила полузадушенного Елеафама и кинулась подруге на помощь, с другой стороны в куча-мала влетела Белая Змея, а снизу – очухавшийся Елеафам. Пять дерущихся драконов метались по залу. Врезались в статую Великого Водного – та пошатнулась, но устояла. Ударились о стену и принялись отчаянно биться в потолок. Разлетались капли черной драконьей крови и изодранная чешуя. Куски камня летели в Источник. Рычание, грохот, взмахи крыльев, струи пара – удар, удар, удар! Драконьи туши бились о скальный потолок раз, другой, третий… И… Сверху тоже грохнуло. Камни, куски стекла, живые рыбки посыпались вниз, стуча по головам и спинам. Клубок дерущихся драконов распался… а мимо них с истошным воем и мяуканьем пронесся клубок дерущихся котов.

И рухнул прямо в чашу Драконьего Источника! Вода вскипела, мгновенно теряя свою прозрачность, по ней расплывалось густо-черное пятно, расчерченное подтеками рыжего и белого. С фырчаньем и воплями мокрые насквозь коты запрыгнули на каменный бортик и замерли, воинственно горбя спины и топорща хвосты…

– Ой! – звонко сказали наверху, над дырой. – А кто теперь из них кто?

В воду рухнули пестрая кошка и черный кот. А вынырнули пестрый кот и черная кошка.

– Позвольте представить! – гнусаво проорал отмытый до пестроты кот, взмахом лапы указывая на радикально почерневшую кошку. – Чистоцветная дева Дару из славного рода Корат Си-Сават… убийц драконов!

– Ух ты! Та самая Дару! – Рядом с сидящей у провала Диной, словно материализовавшись из пустоты, появились Ирка и Танька. Обе в форме местных прислужниц – из-под Танькиного мокрого чепчика торчали две светлые косы. Свой чепчик Ирка уже успела содрать, и копна влажных темных волос разметалась по плечам. А в руках у нее была старая юбка, брошенная кошкой в прыжке со сцены. Ирка ткнула в одну из заплат. – Если у вас не начали производить трикотаж, то я сильно подозреваю, что это кусок от Айтовой футболки, в которой его обратно в Ирий уволокли. Мой кот когда-то нашел меня по старой ленте – почему бы кошке не выслеживать Айта по старой футболке?

– Кошка связана с похитителями! – подхватила Танька.

– Она та самая! Корат Си-Сават! – кивнула обеим Дина, ничуть не удивленная их появлением. Ну а чему, собственно, удивляться? Динины губы невольно растянула улыбка сытой драконицы: заставить Таньку сделать маникюр Лауме – достойная месть за все сцены ревности, которые та закатывала в человеческом мире!

– Ты знаешь про… любовную историю моего кота? – удивилась Ирка.

– Какая еще любовная история?! – возмутилась Дина. – Старый Великий Водный вылетел на рекогносцировку к Мертвому лесу, а сопровождавший его Чен-Тан Лун, второй по силе дракон нашей стихии, остался в лагере! Но в его свите были черные коты из рода Корат Си-Сават – я их сама там видела! И никого не интересовало, где они были и что делали! А они… выходит, они… – Дина захлебнулась эмоциями.

– …убийцы, – за поясом у Богдана торчали щетки для вычесывания котов, в руках был автомат, нацеленный на Адельсода Эбони. – Логично. Если весь секрет – в лишней косточке, то у них-то собственный скелетик всегда с собой.

– Не преувеличивайте, мряуу! Кот может убить дракона, только если застанет врасплох! Потом уже никакая косточка… – нервно подегивая хвостом, мявкнул Адельсод. – И разве это достойное занятие для чистоцветных? Мы никогда не одобряли род Корат! Это все их близость к Старшему Ирусану…

– Старший Кот! Верный слуга Прикованного. Связался с врагом, братец Чен-Тан? – Дина исподлобья поглядела на валяющегося по другую сторону дыры Хранителя. Тот громко застонал, медленно поднялся на четвереньки, пошарил вокруг…

– Ничто не должно помешать возвращению Силы в мои когти! Никто не должен помешать… А с Мертвым лесом я разберусь… – Пальцы его сомкнулись на рукояти обломанного меча… с тихим звоном ледяной клинок вырос снова. – Им нужна всего лишь какая-то девчонка… Девчонкой больше, девчонкой меньше… Даже лучше, если меньше… – И с неожиданной прытью он вдруг сиганул через дыру, метнулся к Дине и… врезался в невесть откуда взявшегося уборщика. Ледяной меч гулко ахнул в ведро.

– А-а-а-а! – парень полетел в дыру и… рухнул прямо в Сердце Источника. Коты с мявом метнулись в стороны. Столб брызг взвился выше дыры.

– Бездарные человеческие твари! – рыкнул Хранитель. – Никто не помешает мне убить тебя! – И он кинулся к Дине.

– Какой ты однообразный, братец Чен! – Дина пнула Хранителя каблуком туфельки. Широкие юбки цвета серебра взметнулись… плавно перетекая в размах серебряных крыльев.